Текст книги "И пришел Лесник! 3 (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

– Ты походу сама тронулась, Люсьен? – спросила Лиана.

– Чего же они. Отдали бы тебя колдуну, – поддакнула Наташа.

– Стопэ, – гаркнул я. – Почему, ты так уверена, что это не нолд?

– Ну а кто? В лесу сидит десять лет.

– Если он глотнул местного грибка, то для него ход на его планету закрыт, – утвердительно сказал папаша Кац. – Это я вам, как знахарь говорю.

– Вот видишь, вполне может оказаться внешником, – согласился Гном.

– Тогда непонятно, как он одновременно жил в лесу с элитой. И находился рядом с Удмуртом.

– Вопрос! Гном, ты бы смог найти его убежище в лесу? Может там есть ответ.

– Нереально. Прежде чем я возьму след, придётся половину заражённых в лесу перебить.

– Понятно, это вариант отпадает.

– Даже белая не поможет? – спросила с надеждой Люська.

– Люсьен, дорогуша, мы здесь все под белой, как ты выражаешься, – авторитетно заявила Лиана. – Это не гарантия, просто у нас один дар стоит на максимум и всё.

– Все? – я думал, что она сейчас шлёпнется в обморок. – А где вы столько набрали?

– По-разному, – туманно ответила Наташа. – Жемчужина там, жемчужина здесь. Лесник килдингов обесточил, глупый скреббер попался под руку, грохнули. Нолды прилетали, у них отобрали.

– Кто вы такие, мать вашу! – Люська аж привстала с кресла.

– Мы? Команда мечты, – подмигнула ей Наташа.

– И броневик вы тоже отжали? – прошептала Люська, теряя сознание.

– Нет, нам его подарила Жанна из Центра. Слышала о такой? – небрежно спросила Лиана.

– Ага, у нас были люди из Центра. Жанна крутая. Вы крутые, а я теперь бездомная, – чуть не плача сказала Люська.

– Не вешай нос, я дам тебе чёрную жемчужину. Осядешь в Гранитном, невидимость дар редкий, найдётся и для тебя работа, – попытался успокоить я её.

– А с вами нельзя? Надоела мне та «работа», – девки только и ждали это вопроса.

– Нам твои умения вряд ли понадобятся, – намекая на её профессию, ответила Лиана.

– Ну как, ты себе представляешь свою невидимость в бою? – тактично спросила Наташа.

– Невидимость, то да. Не нужна, но у меня есть второй дар! – тихо ответила Люська.

– Два года и два дара? – оживился папаша Кац.

– Он сам проснулся в результате стресса, – почему-то замялась Люська.

– Ты, позволишь я тебя осмотрю? Я знахарь.

– Тоже под белой? – усмехнулась Люсьен.

– Тебе же сказали, что все, кто здесь сидит пробовали белую, – успокаивающе ответил папаша Кац приближаясь к ней как факир к змее.

– Не врёте?

– А смысл?

– Я боюсь.

– Чего? – папаша Кац подобрался к Люське и взял её за руку.

– Вы не убьёте меня?

– Что ты, дурочка. Мы своих не трогаем, – Кац положил ей руки на затылок, и они оба превратились в изваяния. Так длилось минут пять, после чего у папаши оставшиеся редкие волосы встали дыбом, а Люська открыла глаза и виновато смотрела в пол.

– Ну чего там, старичок? Не томи, – крикнула с водительского места Лиана.

– Вы не поверите, – пробормотал папаша Кац, – она Нимфа!

Глава 3

Ангел

– Ох, мать, – только и сказала Наташа. – Ты похоже попала, дорогуша.

– Отпустите меня, пожалуйста. Я уйду, – тихо, чуть не плача пробормотала Люська.

– И куда ты пойдёшь? Ты здесь и километра не пройдёшь, как тебя сожрут, – сказал я.

– В том то и дело, что не сожрут, – заявил папаша Кац.

– Давай, Люся, сама рассказывай, а мы подумаем, что с тобой дальше делать, – сказал я, потирая виски. С нимфами я лично сталкиваюсь впервые, но по рассказам слышал, что их обычно или изгоняют из стаба или убивают сразу. Здесь я уже ничего не смогу сделать, мои друзья намного больше меня понимают и про нимф знают куда больше. Я посмотрел на Лиану и понял, что она церемонится не будет. Таковы правила.

– Если бы не взрыв, я бы ушла по-тихому в невидимости. Я так и знала, – Люська была готова заплакать.

– На стабе кто-то ещё знал, что ты нимфа? – спросил Кац.

– Гарик, наш повар догадывался. Больше никто. Я не совсем нимфа, короче я не настоящая нимфа! Не надо меня убивать, пожалуйста, – по Люськиным щекам потекли слёзы. Я много видел вражеских агентов и уже достаточно хорошо разбирался в людях. Однажды так вообще поймали одноногого старика, который считал количество военной техники на станции. Стал его допрашивать, а он, мол, я старый и слепой просто ходил, думал, где бы пожрать добыть. Ничего не считал и вообще считать не умеет. Осмотрел я его культю, показалась она мне подозрительной и позвал нашего врача. Тот с уверенностью сказал, что это работа немецкого хирурга, причём операция была произведена несколько месяцев назад. Вот только тогда дядя раскололся, и никакой он не старик оказался. Лет ему было от силы сорок пять, а ногу оттяпать в плену согласился в обмен на жизнь. Но вот сейчас, глядя на эту миниатюрную девушку я не видел фальши, она не врала и слёзы её были настоящие.

– Говори.

– Год назад стронги взяли меня в соседний кластер в магазин и вообще… Трясучка замучила. Туда нормально доехали, весело. Магазин вынесли, в зомби постреляли. Среди этих клоунов был один особенно мерзкий, все его Вланом звали, не знаю, что это. Этот дебил очень любил насиловать женщин, когда они превращались в заражённых. Но на этот раз ему не повезло, и девушка обратилась быстрее, чем он рассчитывал. Любовь с заражённой не задалась, тем более что к ней на подмогу подтянулись другие. Короче мачо сожрали без соли. Целиком. По дороге назад стронги начали поминать этого придурка, напились так, что свернули с дороги. Заснули. Я среди них была одна трезвая и первой заметила опасность. Нас выследили муры. Стала отстреливаться, наши проснулись, но муры оказались ловчее. Меня ранили, и я не смогла уйти в невидимость. Вернее смогла, но капли крови дали знать где я. В итоге я осталась одна из всей компании и муры увезли меня с собой, – Лиана сидела с каменным лицом понимая, что было с Люськой дальше. Я вспомнил, что примерно то же самое с ней происходило у килдингов.

– Жесть, – прошептал Гном.

– Жесть началась позже. Сперва они просто хотели разобрать меня на органы. Ну не совсем сразу, неделю они меня насиловали… – Наташа обняла её за плечи.

– Всё в прошлом, – сказала наша ледяная фея.

– Думаешь?

– Лесник рядом, значит да, – вот так! Это вам не мыльце в тазике гонять, раз Наташа сказала, значит так и есть. Я даже приосанился.

– После всех издевательств они бросили меня в клетку к топтуну, – продолжила Люська. Здесь даже папаша Кац стал прислушиваться. – Он был на цепи, но чуть-чуть не доставал до меня. Он постоянно рвался сожрать меня, в первые часы чуть цепь не разорвал. В клетке с ним я провела три дня. Всё это время я не спала, боясь во сне откатиться от края клетки и проснуться уже у него в пасти. Он тоже не прекращал попыток, это жуткая рожа перед глазами, запах. Он уже почти не напоминал человека. Муры на второй день устроили представление. Ослабляя цепь, давали возможность топтуну вплотную подойти ко мне. От его когтей у меня остался шрам несмотря на то, что Улей лечит всякое. Я забиралась по прутьям решётки под самый потолок, а муры делали ставки, как скоро я оттуда свалюсь, и Бяша пообедает. Бяшей они называли топтуна.

– Фу, бля, – Наташа позеленела.

– Тебе фу, а мне каково там было.

– А невидимость? – вспомнил Бес.

– А что невидимость? Бесконечная что ли, на вторые сутки обессилев, я уже не могла её использовать, да и откат у меня четырнадцать часов. И вот на третий день, эта тварь наконец сорвалась с цепи! Мне стало так спокойно, что наконец-то всё сейчас закончится. Он приготовился нападать, а я, закрыв глаза представила, что приказываю ему лечь и лежать. Открыла глаза, а он и правда лежит на полу в клетке и смотрит на меня как-то по-другому. И голова страшно заболела. Муры орут, пихают его палками, чтобы он нападал на меня и сожрал. Он не двигается. Тогда один из этих долбоёбов открыл клетку. Я опять закрыла глаза и приказала топтуну напасть на него. Не успела я подумать, как раздался визг, и монстр вспорол брюхо муру. Мне в лицо ударила струя крови. Два других дебила, что стояли у клетки начали стрелять, но куда там. Топтун выскочил в открытую дверь и сразу снёс первому башку, а второго надев на когти за рёбра унёс с собой, перепрыгнув через забор. Я ждать не стала и тут же побежала на выход. На моё счастье муры опять куда-то свалили и те, кто были на стабе гонялись за топтуном или от него. Вот так у меня открылся дар, и я свалила от муров. В Чертаново долго удивлялись, как у меня получилось убежать, но я сказала, что во время боя в невидимости свалила и так огородами четыре дня добиралась до своих.

– Папаша, так она нимфа или нет? – переспросил я.

– Общий дар нимфы, бесспорно. Но, как и в любом даре есть отличия. Она не может приказывать людям, во всяком случае пока, только отпугивать заражённых. На непродолжительное время.

– Отчего это зависит? – уточнил Бес.

– От степени развития дара, полагаю. Насколько я слышал от коллег, дар нимфы изначально сразу даёт возможность управлять мужчинами. Соблазнять, затуманить голову и подчинится приказам нимфы. За это их и не любят.

– Ну так и я могу, – похвасталась Лиана.

– Я тоже кое-что умею, – я показал ей кулак.

– Так вот мужчины значит… по мере развития дара приказы её выполняются беспрекословно и не обсуждаются. Следующим этапом она учится приказывать женщинам, с теми сложнее, потому что нет половой подоплёки, не говоря о лесбиянках. Тех она сразу берёт в оборот наравне с мужчинами. Что является их вершиной развития данных нет, как вы понимаете.

– Почему? – спросил Гном.

– А не кому рассказать. Нимфа не оставляет в живых никого. Да, совсем забыл сказать, она становится злее с каждым разом, как повышает свой дар. С чем это связано, я не знаю. Что касается Люсьен, то здесь всё встало с ног на голову. Мужчинами она управлять не может, женщинами тем более, а вот заражённые её слушают на уровне коротких приказов. Типа уйти, убежать, напасть. Какое-то длительное время управлять она ими не может. Так ведь, дорогуша? – папаша Кац уставился на девушку.

– Всё так. Так что в бою я смогу пригодиться.

– То есть убивать тебя не надо? – язвительно спросила Лиана.

– Да, не надо. Я добро помню, – радостно кивнула Люська.

– Кем ты была до того, как попасть сюда? – спросил Бес.

– Стоматологом, говорят неплохим. Во всяком случае свои клиенты были, – Люська стала немного оживать.

– Ну, здесь зубы последнее, что может беспокоить, – рассмеялся Гном. – В крайнем случае вырвать и на утро новый вырастит.

– Чего же с тобой делать? Нимфа? – спросил я Люську.

– Оставить с собой. Клянусь, никому из вас плохого не сделаю.

– Если узнают на стабе, что она нимфа, то разбираться не будут. Никто и слушать не станет, что она только заражённых пугать может, хлопнут без базара тут же. Я уже видела такой вариант, – сказала Лиана.

– Вот пусть и помалкивает, а в нашем деле пригодится, – сказал я. – Что скажете?

– Я не против, – тут же высказался Гном.

– С тобой всё ясно, – махнула рукой Наташа. – Если она обещает не трогать нас, то можно.

– Я, честно не знаю, потому что ещё не слышал о подобном, чтобы нимфа жила в мире с кем-то, – сказала папаша Кац. – Но так как она и не нимфа в обычном смысле слова, то да.

– Если узнают где-то, что в нашей команде нимфа, то мы станем персонами нон-грата по всему краю, – предостерёг Бес, – я сам в команде три дня, так что…

– Бес, без разницы сколько. Так, да или нет? – спросил я.

– Да.

– Лиана?

– Мне пофиг, но учти, дорогуша, с мужиками у нас напряжёнка. Остались, только старики и дети, – сказала Лиана, не отрываясь от дороги.

– Я уже поняла, – улыбнулась Люська.

– Поздравлямс тогда, – Наташа дружески похлопала её по плечу. – Но ты понимаешь, что слово нимфа ты больше не произносишь никогда вне нашей компании?

– Я была кем угодно, но дурой ещё нет. Меня же разорвут на части.

– Хорошо, что понимаешь, подъезжаем.

Лиана включила все прожектора на броневике и перед ними показались мрачные кирпичные стены высотой метров двадцать. Дорога упиралась в широкий мост, перекинутый через речку и дальше в огромные ворота, открытые для нас. Перед мостом нас встретил танк и люди, стоящие рядом. Нас пропустили без досмотра, на площади за стенами для каравана была оборудована стоянка. Ночевать мы должны были там. На утро в дверь броневика забарабанили.

– Старший здесь? Лесник? – я уже был одетым и сидел за пультом управления огнём рядом с водительским местом. По случаю прибытия Люсьен, спальных мест теперь на всех не хватало. Перед рассветом я заступил на дежурство и кемарил уже в кабине.

– Чего орёшь, люди спят ещё, – я вылез на воздух. Повеяло прохладой и чем-то знакомым. Морем? Тиной?

– Так это, тебя Молот спрашивал, – ответил посыльный, молодой паренёк.

– Он у вас не спит, что ли?

– Дык семь утра уже. Хотя вы ночью приехали.

– Вот-вот. Ладно веди, – мы прошли площадь, на которой разместились все наши машины и зашли в такую же кирпичную постройку, как и стена. Пройдя по коридору, боец проводил меня до самой двери, а сам занял позицию снаружи. В комнате стоял стол, два стула, лампа с абажуром и сейф. Окно было занавешено плотной материей, всё как на фронте, ничего лишнего. За столом сидел плотный лысый мужичок средних лет и пил чай.

– Угощайся, не завтракал ещё? – он пододвинул мне сладкий чай в железном подстаканнике и бутерброды с бужениной.

– Благодарствую. Извини, не знал где тебя ночью искать. Не доложился, – сказал я с набитым ртом.

– Ничего страшного. Я чего тебя дёрнул то спозаранку. С Острова пришла радиограмма, что в вашем обозе затесался враг.

– О, да. Врагов у нас хоть отбавляй. Уже слышали, что случилось в Чертаново?

– Рассказали. С тобой же Бес едет?

– Да, – неужели он мур?

– Пусть он проверит ваш обоз. Своих то мы уже всех проверили. Хорошо, что он с тобой. Надёжный товарищ.

– Я недавно с ним знаком, но мне тоже так кажется, – кивнул я.

– Точно тебе говорю, парень проверенный. Муры его шибко не любят, у него на них чутьё знаешь какое! Ух!

– Хорошо, кабинет выделишь?

– При входе сюда есть большая комната, располагайтесь там.

– Кстати, к вам никто перед нами не приезжал? На джипе.

– Нет, за вчерашние сутки только вы. Наших заберёшь с собой? Восемь машин и полсотни человек, – спросил Молот.

– Конечно, какой вопрос. Чем больше народу, тем веселее.

– Веселье у вас в Гранитном начнётся, там ещё полсотни машин вас ждёт. В этот раз, я слышал большой караван намечается. Ещё Шаман со своими подъедет. Может всего машин двести будет.

– Шаман это кто?

– Стронг, известный в наших краях. Крутой, но как по мне он всё-таки больше позёр, – покачал головой Молот. – В общем, ты передай Бесу мою просьбу, пусть проверит кого не знает лично.

Через час мы устроились в большой комнате при входе в здание. Гнома и Люську я оставил в броневике. Кац тоже пожелал подремать ещё. Остальные устроились на большом кожаном диване. Только Бес сидел за столом в ожидании людей. Неизвестных ему набралось несколько человек, их и решили проверить. Я лично ещё ни разу не видел, как работает ментат и мне было интересно. Всех их пригласили в главный корпус, и они заходили к нам по одному. Подобные проверки не были чем-то необычным и народ относился к этому с пониманием. Первым зашёл высокий молодой парень и уселся на стул напротив Беса.

– Как тебя зовут? – окно в комнате также было занавешено тёмной плотной тканью. Лампа освещала только допрашиваемого и часть стола. Лица Беса видно не было, только руки. Нас тоже скрывал полумрак большой комнаты и сколько нас сидит на диване входящему было не видно.

– Пухлый, – я бы не сказал, что он пухлый. Обычного сложения.

– Давно в Остров попал? – голос Беса раздавался из темноты.

– Полгода назад, надоело сидеть в Гадюкино.

– Кто крестил?

– Пигмей, здоровенный такой мужик.

– Почему Пухлым назвал?

– Я попал в Улей толстым, во мне сто тридцать килограмм было.

– Понятно. Чем в Вавилоне собираешься заняться?

– Не знаю ещё. Хочу на Пекло посмотреть, – сознался парень.

– Знаешь, чем может это закончится? Если Пекло посмотрит на тебя.

– Известно чем.

– Хорошо, иди, – парень поднялся со стула и вышел. Без вызова к ментату не входили, поэтому я задал свой вопрос Бесу, не беспокоясь, что нас прервут.

– Этого разве хватает для допроса?

– В принципе да, но это не допрос. Достаточно несколько вопросов, чтобы понять, врёт человек или нет. Ты забываешь о моём даре, – улыбнулся Бес. – Ко всему прочему, я сверяю метку с базой.

– С базой? И где она?

– В голове, – Бес постучал пальцем по лбу. – Опять же благодаря дару, я могу помнить ментальную карту многих людей. А уж после белой ёмкость моя возросла в разы. Так что перед отъездом в моей голове поместились почти полмиллиона подобных отпечатков. Звучит только устрашающе, на самом деле я совершенно не напрягаюсь. Мне достаточно прозвища, и кто крестил. Если вдруг возникнут нестыковки, то я задаю больше наводящих вопросов.

– Нам бы таких следаков в отдел.

– Лесник, ты уже в Улье. Расслабься, – засмеялась Лиана.

– Ну да, всё забываю.

– Следующий, – крикнул Бес, и в комнату вошла женщина средних лет. Улей стирал возрастные границы и ей могло быть и сорок, и пятьдесят.

– Как звать?

– Людмила. Я в Остров недавно приехала из Мамонтово. Прозвища у меня нет, это моё настоящее имя.

– Какой у вас дар?

– Холодильник. Я с караваном во второй раз иду уже. Платят хорошо, чего бы и не прокатиться, – кивнул женщина.

– Курите?

– Нет. И не пробовала.

– Как зовут вашу сестру?

– Лиза, но она… как вы узнали?

– Неважно. Идите и позовите следующего, – следующим был совсем молоденький парень, но вёл себя как заправский уркаган. Может чуть старше Гнома.

– Имя?

– Кликуха Стержень, – парень небрежно сплюнул на пол. Нам не убирать, но штришок я подметил.

– Почему Стержень? – поинтересовался Бес.

– Во мне стержень несгибаемый в натуре, не оддупляешь, начальник? – он сдвинул кепку на затылок. Вообще мужчины в помещении головные уборы обычно снимают.

– Кто крестил?

– Штрих из Ягодного.

– Там нет никакого Штриха.

– Как это нет, а жирный такой, вечно в майке одной ходит и потеет, – подпрыгнул на стуле Стержень.

– А… этот, – кивнул, соглашаясь Бес.

– Ну вы в натуре ни хрена не знаете. Ментаты, бля…

– Знаем. Стержнем тебя окрестили, потому что ты был худой, как стержень от авторучки. Сейчас, вот отожрался, – заметил ментат.

– Хотя бы и так. А что? – молодчик ещё раз сплюнул на пол.

– Иди, позови следующего, – после него было ещё двое мужчин. В очереди осталась сидеть одна молодая женщина. Я расслабился, она уж точно на мура была не похожа.

– Здравствуйте, – она присела на краешек стула. – Меня зовут Ангел. – У неё был странный акцент, она растягивала буквы.

– Ангел? Мужской род вроде, – удивился Бес.

– В плане, что ангелочек. Ну вы понимаете? – девушка часто замигала, демонстрируя свои длинные ресницы. Я почувствовал, как Наташа напряглась.

– Теперь да. Откуда приехали в Остров?

– Из Бетонного.

– Когда?

– Четыре месяца назад, – вот это уже интересно. Мы с Гномом выехали оттуда же примерно в это время, но её я не помню. А должен бы, такая яркая девушка…

– Кто там за главного?

– Дед, – верно. – Такой импозантный мужчина.

– Чем собираетесь заняться в Вавилоне?

– По специальности, – девушка опустила глаза в пол.

– Какой у вас дар?

– Я могу находить забытые вещи. Не очень круто, правда? – она смущённо улыбнулась.

– Ты врёшь, – резко сказал Бес, вставая из-за стола. Девушка, как сидела, так и исчезла, только меня обдало ветерком. «Одер».

Время остановилось, Бес ещё вставал из-за стола, стул на котором сидела Ангел падал. Сама она была уже в шести метрах и держалась за ручку двери. И тут она увидела меня, мне до двери было два шага. Мы специально передвинули диван, чтобы отрезать пути отхода. Ангелочек был сообразительным и сразу всё понял. Оружия при ней гарантированно не было, их всех обыскали перед тем, как пустить к ментату. Девушка выбрала единственно возможный путь для отступления через окно. Она метнулась к плотным шторам, загораживающим окно и через секунду, уже летела головой вперёд. Я последовал за ней. Зря ты мечешься, дурочка, подумал я. За минуту я тебя достану даже из-под земли. Выбив собой стекло и запутавшись в шторах Ангел оказалась на улице. Я набрал хорошую скорость и вылетел в уже свободный от стекла оконный проём. Ангел только поднялась на ноги, как сверху на неё приземлился я. Дальше было делом техники и через пару мгновений я почувствовал, что у неё кончился дар. По моим подсчётам длился он у неё не больше пятнадцати секунд. Немного, но и немало.

Глава 4

Караван

– Спокойно, деточка, – сказал я, правда кроме меня этого никто не услышал, так как я ещё был под даром. Осторожно заломив руки ей за спину, чтобы не оторвать совсем я связал их. На этот случай у меня всегда имелось полезное изобретение двадцать первого века, стяжки. Раз, и лучше всякой верёвки держит. Не туго? Хотя какая разница, жить ей осталось минут десять от силы. Красное мерцание известило о прекращении дара, и я поднял её на ноги. Да, не слабо я её приложил, всю лицо в кашу. Это когда я сверху на неё прыгнул. Из уголка рта текла струйка крови, а это похоже сломанное ребро пробило лёгкое. Для Каца это дело пяти минут, но скорее всего он тебя не увидит, ангелочек. Мы вернулись в комнату.

– Не можешь ты без спецэффектов, Лесник, – сказала Лиана. Я уже знала если она зовёт меня Лесником, то сердится, если Женя, то всё в порядке.

– Ну уговорила бы её не бежать, – рассмеялся я.– Она бы уже была на полпути к Вавилону.

– Давай продолжим, Ангел, – светомаскировки больше не было и Бес смотрел на неё своим безжизненным взглядом. Кстати, теряет много, скрывая свои глаза, жути они нагоняют достаточно. – С каким заданием направлена в столицу?

– Мур, – Наташа распахнула куртку и задрала майку. Подмышкой отчётливо был виден наколотый ворон.

– Честно, я не встречал раньше среди муров девушек. Ты какая-то особенная? – продолжил Бес.

– Нет. У нас иногда попадаются женщины. Я попала к ним случайно, но осталась сознательно, – ответила ни капли не стесняясь Ангел.

– Почему?

– Не люблю вас. Вы все чистенькие и правильные.

– Что за бред, неужели тебе нравятся грязненькие? Муры как бомжи воняют.

– Не все.

– Травмы головы были в детстве?

– Нет. Я вас просто ненавижу. Я сюда прямиком с войны попала.

– С какой? – я не стал прерывать Беса.

– Со второй чеченской. Я снайпером там была.

– Погоди! Из Прибалтики? То-то я смотрю акцент какой-то странный, – догадался Бес. – Теперь всё ясно. Если ответишь на мои вопросы, умрёшь быстро. А если нет, то извини, но для муров у нас один конец.

– Я не сомневалась. Спрашивай, – белокурый Ангел задрала нос.

– К кому в Вавилоне собиралась?

– Мадам, 3-я улица Строителей, дом 25. Там бордель по этому адресу. Мадам им заправляет.

– Пароль есть? – Бес не моргая смотрел на Ангела своими водянистыми глазами.

– Если совру?

– Я же ментат. Мне не соврёшь. В противном случае сравняем бордель с землёй без всякого пароля.

– Хорошо. «Сколько нолда не корми, а у мура толще», – Ангел вызывающе взглянула на Беса.

– Неплохо. Что дальше? – усмехнулся ментат.

– Дальше Мадам должна дать мне задание. Она резидент муров в Вавилоне.

– Совсем неплохо, случай и резидент муров на блюдечке. Но ты не врёшь. Или ты не знаешь, или нам правда повезло.

– А вы кто?

– Мы специальная команда охотников за такими как ты, – загробным голосом сказал Бес.

– А… Колдун говорил о вас. Скреббер ваша работа?

– Да. Кто такой Колдун? – мы все сделали стойку.

– Я не знаю кто он. Мы встречались с ним в одном подвале в Острове, он разделён надвое перегородкой. Я только слышала его, один раз захотела познакомиться поближе и даже включила дар и оббежала подвал, с другой стороны, но он как в воду канул.

– То есть он жил в Острове?

– Да. Он сказал, что после того, как я встречусь с Мадам, с вами будет покончено.

– Весьма неплохо. У меня всё. Она не врёт. Лесник? – он многозначительно посмотрел на меня. В дверь раздался стук и в комнату вошёл Молот. Он был ещё ниже, чем я представлял, когда увидел его сидящим за столом. Но руки у него были той же толщины, что и ноги, под стать прозвищу.

– Слышу стёкла бьют, дай думаю зайду. Поймали?

– Да, ваша информация подтвердилась. Она мур.

– Уже и бабы мурами стали, тьфу ты. Вы закончили с ней?

– Хочешь допросить ещё раз?

– Нет, это ваше дело. Люди с Острова меня не касаются. Как вы её…

– А как принято? – я не знал, как принято казнить муров, до этого я их убивал всеми доступными средствами. Но вот Ангел мне чем ты была симпатична. Как солдат. Да враг, но солдат и не скрывает этого. Тогда как обещали. Я тихо подошёл к ней сзади и быстрым движением сломал ей шею. Она дёрнулась и сползла со стула со связанными руками.

– Можно и так, – Молот поморщился. А что он хотел её своими оковалками забить? – Мои ребята готовы.

– Тогда завтракаем и отправляемся дальше.

После завтрака не получилось, выдвинулись в полдень. Оказалось, что «ребята» забыли залить цистерну заправщика. До Гранитного оставалось шестьдесят километров. Часа за три должны были пройти. Колонна выросла до шести с лишним десятков машин, не считая танков и БМП и растянулась на два километра. Приходилось то и дело останавливаться и ждать хвост, активно подгоняемый танком и БМП. Я ощутил себя полководцем, ведущим войско на войну. Но почему сразу на войну? До Гранитного рукой подать, а там скину с себя эту ношу и поминай как звали. По мне так намного проще дать по газам и проскочить по прямой сто двадцать километров, что касается заражённых то пускай, догонят сперва. Если они совсем окажутся без мозгов, то у меня для них есть шикарный арсенал в лице Лианы с её пушками. Или Наташи, у которой уже опять чешутся руки, давненько мы не слушали истошных криков оттаивающих существ. Также у нас имелось совершенно новое оружие. Нимфа Люсьен с безотказным даром. Ну пока не проверяли, но я думаю, что с безотказным. В конце концов у меня есть я. И минутой в запасе. Так что решено, как дотащу эту кучу барыг до Гранитного, сразу сниму с себя полномочия.

Мы тащились по полю, но впереди виднелся смешанный лес, а за ним уже стоял Гранитный. Каких-то пятнадцать километров. Может выпить немного?

– А что, папаша, не припрятал ли ты часом самогона? – спросил я в лоб знахаря. Изя Кац поменялся в лице и мучительные поиски ответа отразились на его челе.

– А что? – вопрос на вопрос, по-другому быть и не могло, это же папаша Кац.

– Выпьем, дядя? Где же кружка, – переиначил я немного стихотворение.

– У меня только фляжка… небольшая, – ну теперь понятно, почему от этого змея постоянно несёт. И последнее время он часто остаётся в броневике.

– Вот мы тебя и спасём от алкоголизма, папаша Кац.

– Кац контролирует себя! – взвился знахарь. – Не надо грязных инсинуаций!

– Ага, по три раза в день, – вставила Лиана. – Я тоже хочу проконтролировать себя.

– Кстати, папаша откуда ты берёшь? Неужели из НЗ цедишь? – спросила с подозрением в голосе Наташа. Удмурт лично выдал две канистры превосходного самогона, но мы договорились в дороге не пить, чтобы не попасть в просак. Но видимо кто-то из этого просака и не вылезал.

– Не знаю, – буркнул знахарь. – Сама по утру каждый раз наполняется. Чудо!

– С ума сойти, тоже такую фляжку хочу, – захлопала в ладоши Люська. – О, на можжевельнике? Уважаю.

– Вот ещё один ценитель прибавился, – всплеснула руками Лиана. Ей пить было нельзя, так как она сидела за рулём. Особенно сейчас, когда больше половины каравана зашла на узкую просёлочную дорогу в лесу. – Предлагаю на борту написать «Самогонщики».

– Обязательно! Лесник, а я нашёл, как камуфляж сделать. Хочешь покажу? – Гном отхлебнул из чашки и полез на место стрелка, но в тот момент ожила рация.

– Четвёртый Леснику, арьергард фиксирует клубы пыли позади. У нас на хвосте заражённые, больше некому, – рация затрещала разрядами, – До ху… охуе… пизд…

– Колонна стоп. БМП и джипы в хвост, танки на месте. Всем приготовится к бою, – среди караванщиков все были с оружием и отбиваться от монстров, почуявших свежее мясо, было не впервой. Оставалось не совсем понятным сколько их, раз решились напасть на столь крупную колонну. Хотя здесь надо учитывать близость Пекла, сказал я сам себе. Монстры здесь тоже безбашенные. – Лиана разворачивай машину, это засада.

– С чего ты решил? – не поняла меня жена.

– Кто устроил засаду, заражённые? – изумился Бес. – У них же мозгов нет.

– У некоторых есть. Подождали пока мы основными силами втянемся в узкое место и напали с тыла. Скажешь глупо?

– Нет, нормальный ход, только…

– Колдун?

– Гадит понемногу, кого он на сей раз призвал. Поймаю, настрогаю его на мелкие кусочки, – именно это я и решил с ним сделать.

– Заморозим и настрогаем, – пообещала Наташа. Броневик, сшибая хлипкие деревья, стоящие у дороги с жутко орущей сиреной, прорывался в конец колонны, а там уже шёл бой. Замыкали колонну два танка и три БМП. И сейчас они стреляли в упор по несущемуся во весь опор зоопарку. Колдун не поскупился на этот раз и собрал две или три элиты со свитами. Они так быстро мелькали перед глазами, что было трудно понять кто из них, кто. Пока на сцену не вышел поистине грозный экземпляр. Поджав хвосты в рассыпную от него, бросились даже руберы. Это был медведь, но с ногами ящера. Верхняя половина вместе с лапами были покрыты густой короткой шерстью. Непробиваемой даже в упор из 115 миллиметровой пушки. Разрывной снаряд немного разрыхлил шерсть и убил рядом стоящих заражённых, самому же медведю, взрыв не нанёс вреда.

– Лесник, помни, что ты пустой. На эту шлюшку слил всё, – напомнила мне Лиана. – Сейчас я этого борова из главного калибра угощу!

– Пошли постреляем, далеко от машины не отходим. На рожон не лезем. Открывай! – Лиана распахнула люк. Гном уже уселся на место водителя, сама Лиана за пульт управления огнём. Танки произвели ещё один сдвоенный залп, на этот раз по ногам медведя, который возвышался над всеми и достигал добрых пятнадцати метров. Его ромбовидный череп и зубастая пасть напоминали мне топтуна, но тот малыш не шёл ни в какое сравнение с «этим». Вообще это был неправильный медведь, он передвигался только на нижних лапах с чудовищными ступнями метров по пять длиной, да ещё с когтями. Один снаряд пролетел мимо, второй вошёл точно в коленный сустав, разворотив его полностью. Медведь заревел от боли и сходу махнул длинной лапой с когтями. Я не поверил своим глазам, но он вскрыл башню танка, как я банку тушёнки. Ко всему прочему у ребят рванул боекомплект. Вулкан огня с рёвом выплеснулся в небо, унося остатки башни. Второй танк замолчал, отстреливаясь только из пулемёта. БМП вели огонь по свите элитного медведя, состоящей сплошь из руберов и нескольких тварей поменьше.