Текст книги "Уркварт Ройхо. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Василий Сахаров

Мятежные гвардейцы, или те, кто затесался в их ряды, первыми проявили агрессию, и нам требовалось действовать без колебаний. Промахнуться и не попасть в толпу сброда, который скучился в световом коридоре дороги, было невозможно. Стрелки из темноты парка выстрели из арбалетов, и одним из первых, с болтом в глазнице, упал полковник Порро, а следом, среди изменников приземлились местные магические гранаты, всего три штуки, но бед они натворили немало.

Секунда. Вторая. Яркие вспышки. И взрывы. Энергокапсулы выпустили на волю свою разрушительную энергию, и она, калеча и убивая солдат, раскидала тела передовых мятежников в разные стороны. Крики боли и яростные вопли смешались в единую какофонию звуков, а капитан Винс прокричал:

– Вперед! Пленных не брать! По команде, отход!

Мой меч оказался в руке. Щит на сгибе левого локтя, и я готов к бою. Единым монолитом мы двинулись по дороге, прошли пятачок открытого пространства, миновали трупы, которых было около шести-семи десятков, и столкнулись с оглушенными и наполовину ослепленными людьми из вторых рядов враждебной к нам массы. Ируты Черной Свиты и корты солдат 2-го гвардейского полка вступили в дело. Сталь засверкала в отблесках света от фонарей, и первые две минуты боя я запомнил как сплошную бойню. Щит отталкивает мятежника, а меч проникает под его доспех или бьет врага в голову. Упор ногой. Рывок вперед. Передо мной контуженый человек с оружием в руках, и лезвие моего клинка вонзается ему в шею. Правая рука на себя. Шаг вперед. Снова упор ногой. И новый удар.

 
Кровь. Месиво. И убийство всякого, кто против тебя.
Однако так продолжалось недолго, а лишь до тех пор, пока мы не уперлись в стену вражеских щитов. Были слышны команды чужих офицеров, выстраивающих своих бойцов, и пришел черед серьезного боя. Однако снова в противника полетели энергокапсулы, которые рванули за шеренгами мятежников. Строй врагов рассыпался, часть из них рванула в стороны, в парк, а некоторые, человек пятьдесят оказались храбрыми ребятами и, не оглядываясь на кровавую кучу позади себя, они побежали на нас.
Щит принял удар чужого клинка, и я чуть развернул корпус тела. Левая рука отвела вражеский меч в сторону, я оказываюсь с противником один на один, и мой ирут, словно молния ударяет бунтовщика в правую руку. Стремительный росчерк острой стали, которая вонзилась в мясо и порезала сухожилия бицепса, и меч возвращается к телу. Мятежник, кряжистый солдат, который еще вчера спокойно служил и не думал ни о каком бунте, кричит от боли. Его голова задирается к темному небу, а лезвие моего клинка, слева направо режет горло солдата, и он захлебывается своей кровью.
Рядом со мной идут другие корнеты, которые работают словно автоматы. И чувствуя поддержку товарищей, я продолжаю рубить мятежников. Прыжок вперед, на темноволосого здоровяка, пытающегося достать одного из наших солдат, который вырвался из общего строя. Удар! В длинном выпаде ирут пробивает латы, и вонзается ему в бок. Противник заваливается, а мой щит, кромкой, бьет его в переносицу, оказавшуюся на уровне моей груди. Новые шаги вперед, под ногами недобиток, и острие клинка вонзается ему в грудь. Наш строй теряет монолитность, но мы все равно наступаем, не оставляя за собой ни одного живого противника. Магический коктейль в жилах играет и бодрит, и каждое движение дается легко. Наши удары сильны и неотразимы, а кровь врагов летит в разные стороны. На наших губах играют улыбки, и мы готовы гнать мятежников до самых казарм. Но сделать этого нам не дают.
 

– Отход! – слышится новая команда Винса.

Мы разворачиваемся спиной к толпе, которая приходит в себя, и начинает давить на нас. Маги отбивают летящие нам вслед дротики и стрелы, и отряд устремляется на исходную позицию. Сорок метров, и мы на месте. Позади гремят новые взрывы, а арбалетчики из-за валунов и кедров бьют в особо наглых мятежников, которые вырвались вперед.

– Корнет Декс! – выкрикивает наш капитан.

– Я! – откликается мой сосед.

– Возьми пять солдат и пройдись по левому флангу. Возможно, не все мятежники двинулись по дороге. Останови их или отвлеки. Через пятнадцать минут отойдешь к гостевому павильону.

– Есть!

Декс и пять бойцов 2-го полка исчезают в темноте парка, и Винс обращается уже ко мне:

– Ройхо!

– Я! – мой взгляд направлен на командира взвода, который смотрит на новую массу мятежников, снова идущую от ворот к дворцу.

– Тебе та же задача, что и Дексу. Выбери пять рядовых, и посмотри, что по правому флангу. Иди до прогулочной тропы, а от нее к павильону.

– Есть!

Не особо привередничая, я наугад выбрал бойцов, и мы ушли в тень деревьев. Заслон оставался на дороге, а наша задача ясна и понятна, пройтись по декоративному лесу. Солдаты пыхтят словно паровозы, звякают оружием и доспехами, и под их ногами хрустят неубранные веточки и редкий снежок. И если бы я имел возможность выбора, то отправился бы на обход парка сам. Но приказ есть приказ, и спорить с ним бессмысленно. Шум позади стихает, мы углубляемся в мешанину кедров и валунов и на одной из дворцовых башен два раза бьет колокол.

"Надо же, – подумал я, – примерно полтора часа назад я вошел в тихий ночной дворец, и принес в него войну. Всего девяносто минут, а сколько изменений".

Впереди, над прогулочной тропой, вспорхнула сова, ночной хищник, выслеживающий мышей или иную мелкую добычу. Птицу вспугнули не мы, это точно. И повернувшись к солдатам, я прошептал:

– Тихо! Затаитесь за камнями и ни звука.

Старший среди солдат, кажется, сержант, крепкий и очень подвижный усатый ветеран, молча кивает головой, и его ладони указывают бойцам, где спрятаться. Гвардейцы все сделали четко и быстро, а я, положив на землю щит, достал из подсумка энергокапсулу, прошел немного вперед, и оказался у посыпанной песочком тропинки, метрах в трех впереди. Место знакомое, пару раз я здесь с патрулем проходил, и если противник двинется в обход, то именно по этой тропе. Я спрятался за шершавым стволом дерева, и практически сразу, в свете тускловатой зимней луны увидел на тропе несколько человек, может быть семь или восемь, которые цепью один за другим шли в сторону дворца.

"А вот и диверсанты, наверняка, посланные за жизнью императора Эриком Витимом", – мелькнула в голове мысль, а руки, сами собой, как на тренировке, провернули металлическое яйцо в руках. Тихо звякнул стопор, это сигнал, что у меня есть восемь секунд, и я начал отсчет. Один! Два! Три! Четыре! Пять! Пошла! Магическая граната полетела на тропинку, и упала в самом центре вражеской группы. Я прижался спиной к дереву, зажал руками уши, прищурил глаза, и тут же произошел подрыв энергетической капсулы.

– Ду-ду-хх!!! – Эхо взрыва разорвало тишину и прокатилось по парковой зоне. Со стороны тропинки пришла вспышка света и горячий воздух. Мощный кедр, прикрывающий мое тело от ударной волны, вздрогнул, и на меня посыпались сучки, шишки и иголки. Миг! Снова все стихло и, выхватив свой меч, я отдал команду солдатам:

– Круши изменников!

Я выпрыгнул на тропу и, словно по наитию, сразу же пригнулся. Над головой просвистел арбалетный болт, и тяжелая короткая стрела воткнулась в дерево за моей спиной. Глаза выискивают противника, а он тут как тот, рослый парень в темном обтягивающем тело костюме, в пяти-шести метрах от меня. Он откидывает свой арбалет, из-за спины выхватывает саблю, по длине, лишь немногим меньше моего ирута, и встает напротив меня. Помимо него уцелело еще три убийцы, вроде бы, раненые. Но отвлекаться на них некогда, пусть ими займутся гвардейцы, а я встречу наименее пострадавшего киллера.

Противник крутанул в руках саблю, да так ловко, что сразу видно, передо мной мастер. Нет слов и криков, он хочет уничтожить меня, и этим все сказано, а почему не убегает, того я не знаю, может быть, не хочет бросать бойцов своей группы. Убийца имитировал выпад вперед, но я не повелся. Он пугнул меня раз-другой, а я стою спокойно в базовой стойке, и краем глаза наблюдаю за тем, как солдаты, сбившись в плотный клубок и, прикрывшись щитами, давят раненых и контуженых диверсантов, и понимаю, что каждая секунда это мой выигрыш.

– Ну же! – выкрикиваю я противнику, и киваю в сторону его товарищей. – Нападай! Твоих парней убивают!

– А-а-а! – выкрикивает он, и кидается в атаку.

Взмах сабли. Удар! Сталь бьется о сталь. Новый удар, который я опять отбиваю его, и одновременно с этим, встречаю противника прямым ударом ноги в туловище. Мои движения стремительны, но противник не слабее и тоже двигается быстрее обычных людей. Он ловко, словно кошка или профессиональный гимнаст, перекувыркнулся назад, приземлился на ноги, и снова бросился вперед. Удары посыпались на меня градом, отвлечься не получается, и диверсант начинает менять угол атаки, крутит финты, запутывает меня, и пытается достать мое бренное тело своей сталью. Хрена ему! Я тоже выкладываюсь на сто процентов, ускоряюсь и показываю все свое мастерство. Сильнейший удар от правого плеча, и сабля противника подается под натиском ирута. От металла посыпались искры, и враг, покачнувшись, замирает. Новый размен сильными ударами, и резким перекатом, противник уходит в сторону и разворачивается к лесу.

"Что так?" – думаю я, и замечаю, что пока мы рубились, солдаты уничтожили диверсантов, и теперь поворачиваются к нам.

Киллер прыгает в сторону парка. Я за ним. Догнать его нереально, слишком он быстрый, а мне за ним бегать не интересно. Но один из подранков пытается встать. И прежде чем сержант-гвардеец с хеканьем вонзает в него свой клинок, он выкрикивает что-то неразборчивое, кажется, "Акса!". Беглец, на миг, застыл на месте и развернулся ко мне. И воспользовавшись этим, мощным ударом я отбиваю его саблю, и делаю короткий шажок к нему навстречу. После чего, прихватив лезвие ирута перчаткой левой ладони, толкаю клинок на противника, и когда сталь прижимается к его туловищу, тяну меч вниз. Остро заточенный металл, идет легко, и грудная клетка диверсанта вскрывается. Он дергается, хрипит, а я отталкиваю его ногой прочь с тропы, и наношу добивающий косой удар. Голова врага раскалывается, словно орех, и только после этого можно сказать, что победа за мной.

– Сержант! – почему-то шепотом, я окликаю старшего над солдатами.

– Да, господин корнет!? – ветеран подскакивает ко мне, и смотрит на своих бойцов, которые сноровисто обирают тела диверсантов.

– Три минуты на мародерку и уходим!

– Понял!

Солдат возвращается к своим товарищам, а я прислушиваюсь к звукам. Где-то на дороге вновь слышны взрывы, которые смещаются к гостевому павильону, а в самом парке тихо и спокойно, и я быстро охлопываю тело убитого мной диверсанта. Карманов у него нет, а из оружия только сабля, да пара метательных ножей.

"Что-то слабенько для мастера, который с выпускником военного лицея на равных дерется", – отмечаю я, и всматриваюсь в противника. Обычный русоволосый парень, типичный оствер, на вид лет девятнадцать, мой ровесник, может быть чуть старше. Ворошу его одежду, распахиваю ворот, и на груди обнаружился амулет в виде монетки на серебряной цепочке. Поводил руками, угрозы нет, магия отсутствует.

Спрятав амулет в карман, я направился к тому месту, где убийца бросил арбалет, и здесь нашел его снаряжение, ладный рюкзак литров на сорок. Отстегнув клапан, я вытрусил все, что в нем было на землю, и присвистнул. Там находилась униформа гвардейца с нашивками 3-го гвардейского полка, перекрещенными мечами, корт в потертых ножнах, пара средних энергокапсул, один эликсир непонятного назначения, духовая трубка с десятком стрелок, наконечники которых были прикрыты деревянными насадками, и небольшой кошель с серебряными нирами. Видимо, задача диверсантов состояла в том, чтобы дождаться момента, когда мятежники собьют охрану императора, переодеться, влиться в толпу и, проникнув во дворец, прикончить Марка Четвертого. И что самое плохое в этой ситуации, это то, что, наверняка, подобная группа не одна, и другие диверсанты могут иметь при себе униформу не только 1-го и 3-го полков, но и 2-го. Но насчет этого, мое начальство должно само знать. Так что соединимся с отрядом, сделаю командирам доклад, а там Винс и Ичиго пускай сами думают.

– Мы готовы! – откликается сержант.

– Уходим! – командую я, и быстро запихав трофеи в рюкзак, вскидываю его на левое плечо, мало ли, униформа может и пригодиться, особенно если драпать придется.

С трофейными арбалетами в руках и парой рюкзаков за плечами, гвардейцы направились к гостевому павильону, а я следом. Мы шли быстро и успели соединиться с отрядом как нельзя кстати. К мятежникам подошли несколько магов, и у них тоже появились энергокапсулы, а от северных ворот к бунтарям валили подкрепления. У павильона шла рубка, и наш отряд откатывался к центру дворца. Мы прорубились к своим, и вместе с основными силами начали отступление на следующую позицию.

– Живее! – подгонял нас Ичиго.

– Не отставать! – вторил ему Винс.

Оставив позади заслон, бойцы быстрым шагом направились к дворцовому комплексу. И пристроившись к своему командиру, я доложил:

– В парке были диверсанты, восемь человек. Бойцы хорошие, дрались до последнего и пощады не просили. Всех положили, потерь не имею, у противника была обнаружена форма гвардейцев.

– Знаю, – оглянувшись назад, где горел павильон, сказал капитан, и поморщился. – С левого фланга только один солдат прибежал. Декса и остальных, как куропаток из арбалетов постреляли. Сотня демонов! Нам бы еще немного продержаться, и подмога подойдет.

– А она точно будет? – спросил я.

– Не сомневайся корнет. – Винс смерил меня таким взглядом, что вопросов с моей стороны больше не последовало, и я прибавил ходу.

Вскоре мы оказались перед главным дворцовым комплексом, куда стекались все защитники императора. И было нас, не так уж и много. Пара сотен солдат, Черная Свита, полтора десятка дежурных магов и около ста пятидесяти слуг, большинство из которых являлись бойцами "Имперского Союза". Все посты и патрули с левого и правого крыла Старого Дворца сняты и стянуты к центру, караулки опустели, и больше имперских войск, которые станут оборонять центральное здание, поблизости нет.

Тем временем, наши маги начали что-то колдовать, а воины заняли широкую мраморную лестницу. На третьем этаже открылась дверь балкона и, задрав голову, в окружении ближней охраны, я увидел Марка Четвертого и графа Руге. Канцлер императорского двора наклонился к государю, что-то прошептал ему на ухо, и император, вскинув правый кулак, выкрикнул:

– Смерть изменникам!

– Смерть!!! – ответили своему повелителю воины.

Император скрылся во дворце. Враг, озлобленный потерями, разгоряченный алкоголем и понимающий, что назад дороги нет, приближался. Подмоги по-прежнему не было, и только от южных ворот подошли три десятка солдат, все, что осталось от дежурной роты гвардейцев из 2-го полка. Еще несколько мелких отрядов из прикрытия бились на подходах, держали и сковывали противника, и отходить не собирались. На каждого из нас было по семь-восемь противников, вот-вот, мятежники попрут в атаку, и исход боя, для меня, был очевиден. Схватка на ступенях лестницы. Отход во дворец. А там каждый сам за себя. Это не самый лучший расклад, и я начал прикидывать, как пробиться к покоям императора и пристроиться в группу, которая, наверняка, пойдет на прорыв. Но текли минуты, а мятежники все не появлялись.

– Помощь пришла! – сказал один из корнетов рядом со мной. И вслушавшись в шум, я решил, что, пожалуй, он прав. Звуки боя в окружающих Старый Дворец садах усилились, и складывалось впечатление, что мятежникам ударили в тыл, и теперь прижимают их к нам. А немного позже, на площадь с фонтанами перед парадной лестницей, которая была занята имперцами, выбежало несколько десятков растерянных бунтовщиков, которые выкрикивали:

– Не стреляйте!

– Мы сдаемся!

 
Но предателей никто не слушал, и Винс отдал команду:
 

– Стрелки! Бей!

– Щелк! Щелк! – спустили свои тугие тетивы арбалетчики, и нашпигованные болтами гвардейцы 3-го полка повались наземь.

Мы продолжали стоять и ждали дальнейшего развития событий. Прошло минут десять, и шум в садах и парках начал затихать, а затем появились наши спасители. Как оказалось, это были наемники под предводительством нескольких, вроде как независимых, полковников, среди которых был мой бывший командир Висан Плетт. До схватки во дворце не дошло, наемные вояки и маги среагировали оперативно. Они получили указания от полковника Сида и покинули свои казармы в Черном Городе. По дороге, при помощи бойцов "Имперского Союза", бывших в центре столицы, наемники разоружили десяток патрулей городской стражи, проломились к Старому Дворцу, где деблокировали основные силы 2-го полка, и отработали свой контракт, то есть, подавили мятеж гвардии.

На этом, можно было бы облегченно вздохнуть. Но впереди еще целый день, и что он принесет, никто из нас не знал. У великого герцога Эрика Витима сил много, а нам еще надо зачистить территорию дворца, отловить диверсантов и убийц, выявить провокаторов, и ждать нового хода противника или самим нанести упреждающий удар. Был бы я генералом, непременно, ударил бы первым. Но я пока всего лишь корнет, и в этом есть свои плюсы, среди которых основной, что я ни за что не отвечаю.

Глава 17

 
Империя Оствер. Грасс-Анхо.
20.12.1404.
 
 
Утро застало меня в левой сторожевой башне вблизи восточного входа в Старый Дворец, где грязный и пропахший потом и дымом, закутавшись в черный плащ и, прислонившись спиной к стене, вместе с солдатами 2-го гвардейского полка и наемниками, я стоял на охране закрытых ворот. Над городом занимался рассвет. Небольшой ночной мороз отступал. В глубокой железной жаровне, пожирая сухие дрова, трещал огонь. И пока все было тихо. Через амбразуру я иногда посматривал в сторону проспекта Славы, откуда приходили корнеты нашей роты и подкрепления, крутил в руках цепочку с амулетом, которую во время ночного боя снял с убитого мной диверсанта, и думал о том, что нас ожидает.
Мыслей, как всегда, было много, даже чересчур. Слишком бурной была минувшая ночь, и путей развития событий имелось превеликое множество. Но если перебирать самые очевидные варианты и смотреть в суть, то, что происходило?
Тайная организация, под условным названием, "Имперский Союз", не смогла удержать свои дела в секрете. Это было неизбежно, и патриоты к подобному готовились. Но все же первый шаг великого герцога Витима, чуть не застал их врасплох. Так что предупреждение главы Тайной Стражи Ферро Канима барона Каира помогло имперцам выстоять, пережить эту ночь, своевременно подтянуть резервы и обойтись минимальными потерями. Однако явной помощи государю и патриотам Каним не оказывает, и обе противоборствующие в столице империи стороны могут рассчитывать только на себя, и оттого, кто победит в Грасс-Анхо будет зависеть очень многое. А потому сейчас, имперцы и наш противник великий герцог Эрик Витим, наверняка, собирают силы, строят планы и думают о своих дальнейших шагах.
Что может предпринять основной столичный феодал? Не так уж и много. Подослать новых убийц. Собрать армию и надавить на дворец всеми своими силами. Или же, сделать вид, что ничего не произошло, окружить себя охраной, и искать пути примирения с Марком Четвертым. Но на это Витим не пойдет, ибо верно про него сказал барон Каир, он тугодум и самодур. Значит, действовать Эрик станет прямолинейно, и уже сегодня в ночь, нам придется ждать атаки феодальных полков, вассалов великого герцога и наемников. Ох, и затоскуем мы! Разумеется, если наши руководители не упредят нападение.
А что может сделать "Имперский Союз"? Информации об этом мало, но у меня имеются зоркие глаза, чуткие уши, и не заплывший жиром мозг, и я вижу, что в столице у Марка Четвертого есть на кого опереться. Это остатки 2-го гвардейского полка. Дежурные соединения Верховного Имперского Совета. Некоторые отдельные подразделения городской стражи, находящиеся под командованием преданных государю офицеров. Наемники "независимых" полковников, экипажи кораблей Дехской военной речной флотилии и подпольные группы патриотов. А помимо этого, наряду с силами Витима, из провинции прибывают иные боевые соединения. Дружины готовых умереть за императора мелких феодалов и одиночки. Ударные и диверсионные группы из военных лицеев. Новые отряды вольных искателей удачи, немногочисленные независимые маги из благородного сословия и, как говорят, пара полков линейной имперской пехоты, которые находились на переформировании невдалеке от Грасс-Анхо. Так что если драка произойдет, то трупов и разрушений будет столько, что мама не горюй. Однако мне кажется, что император и его канцлер сделают ставку не на грубое столкновение лоб в лоб, в котором все-таки неизбежно проиграют, а на своих киллеров, которые за этот год уже не одного столичного упырка в могилу свели. По работе этих бойцов я могу сказать, что они профессионалы, а значит, подходы к Витиму присматриваются давно. И есть надежда, что после смерти великого герцога его наследники сцепятся за власть, и проблема самостоятельности императора на время рассосется, а там, глядишь, молодого государя поддержит Ферро Каним.
"Да, дела", – подумал я, разглядывая притихшую и затаившуюся столицу, которая уже знала о том, что происходило ночью в Старом Дворце, и потому, на окрестных улицах не было никакого движения. Чиновники не вышли на работу. Торговцы не торопились на базары и рынки. Извозчики не ездили, а рядовые жители Грасс-Анхо сидели по домам. И только городские стражники, которым было положено блюсти законность, стояли на основных перекрестках Белого Города. Ну и, знатные дегенераты из высшего света, которые плевать на все вокруг хотели, лишь бы развлечения не отменялись, и в кармане позвякивало золото, наверняка, продолжали гулять.
Вновь я отвернулся от амбразуры. Пытаясь унять легкий и еле заметный озноб, появившийся после приема магического антидота, плотнее закутался в форменный плащ, и посмотрел на солдат и наемников, которые, судя по их озабоченным лицам, тоже гадали о будущем. После чего, я придвинулся поближе к жару углей, подкинул на ладони амулет погибшего диверсанта и, желая отвлечься от донимавших голову беспокойных мыслей, сосредоточил все свое внимание только на нем. Цепочка обычная, серебряная, такую в любой хорошей лавке купить можно. А вот монетка необычная, по размерам как иллир, только из бронзы, и рисунок не стандартный, с одной стороны парусный корабль, вроде бы, каракк, а с другой весы. Что это может означать, и для чего убийца таскал эту вещицу на шее, непонятно. И вроде бы ценности в ней нет никакой, можно подарить кому-нибудь, или сдать начальству, которому я уже скинул трофейный рюкзак. Но, вдруг, это опознавательный знак конкретной группы, уничтоженной в парке, или какого-то криминального сообщества? Очень может быть. Так что, если я без потерь выпутаюсь из очередной передряги, в которую попал, то обязательно поинтересуюсь у знающих людей, что это за монета, откуда она и для чего диверсант таскал ее на шее.
 

– Господин корнет, – прерывая мои размышления, окликнул меня один из гвардейцев у другой бойницы, – идет кто-то. Вроде бы из ваших. Посмотрите?

Я бросил взгляд на проспект, и увидел, что к воротам приближается семь человек при оружии, трое в униформе Черной Свиты и четверо в повседневной зимней одежде небогатых дворян. Люди постоянно оглядывались назад, а один из корнетов сильно припадал на левую ногу, и дворяне поддерживали его. Издалека не было видно, кто это, но плащи с белым крестом Анхо развевались на ветру, и этого было достаточно.

– Открыть калитку! – отдал я команду, спрятал амулет-монетку во внутренний карман камзола, и вместе с несколькими воинами спустился вниз.

Дверь в кованных высоких железных воротах открылась. Дворяне из города приблизились, и я разглядел знакомые лица. Князь Бриг Камай-Веш, который был ранен, Альера и Эхарт, братья Дайирины, и двое неизвестных мне дворян.

"Уцелели товарищи", – с удовлетворением, подумал я, наблюдая за корнетами и Дайиринами, и почувствовал, как беспокойные мысли сами собой улеглись.

Вскоре все семеро оказались на территории дворца, калитка закрылась и, поздоровавшись с друзьями и братьями Каисс, я приступил к расспросам, а начал с Альеры и Нунца:

– Ну что, рассказывайте? – оглядев грязную и порванную парадную униформу товарищей, обратился я к ним. – Где были? Что видели? С кем дрались?

– Все тебе расскажи, – усмехнулся Виран, после чего, сдвинул назад шляпу, помедлил, и сказал: – А если серьезно, то мы эту ночь могли бы и не пережить. Но, хорошо, что ты вовремя записку прислал. Мы в салоне мадам Кристины были. Все как всегда, и тут гонец от телепорта с посланием. И только мы его прочитали и наших предупредили, что надо во дворец возвращаться, как на улице появился отряд солдат в форме 3-го гвардейского полка, которые сходу попытались вломиться в салон. Нас было пятеро против двадцати…

– А еще четверо дворян и слуга, – добавил Нунц.

– Да-да, – согласился с Эхартом Альера, и тут же пояснил: – Только дворяне в драке не участвовали, за нашими спинами спрятались, а Карлито лишь раз топором взмахнул, и его тут же свалили, так что пятеро против двадцати.

– Ближе к теме, – поторопил я друга.

– Так вот, – продолжил Виран, – зарубились мы с гвардейцами на первом этаже. Встретили их достойно, шестерых убили и пятерых ранили, а остальные отошли. Мы потеряли двоих, но взяли несколько арбалетов.

– Кто из наших погиб?

– Вей-Лааш и Фангир.

– И что потом?

– Осмотрели мертвецов, а это и не гвардейцы вовсе, а дружинники. Сверху униформа 3-го полка, а под ней вшивники шерстяные и кожанки с гербами Витимов. Пока разбирались что и к чему, еще один отряд подошел, и мы, чтобы салон не спалили, решили отходить.

– Сами?

– Да, дворяне остались дам охранять.

 
Я посмотрел на Дайиринов, которые беседовали с наемниками, и спросил:
 

– И вы направились ко мне?

– Конечно. На проспект Славы путь закрыт, а ближайший проулок выходил на улицу Данвен. Пять кварталов пробежали, а там, повезло, взяли наемную коляску и к тебе добрались. Останавливаемся, а у тебя уже бой идет. Шевалье, – Виран кивнул на Дайиринов, – с наемниками против очередных переодетых дружинников на воротах бьются, а мы с тыла поднажали, и разогнали эту шушеру. Затем все вместе закрепились в особняке, а немного позже Камай-Веша выручили. Его карету прямо на улице остановили и вместе с любовницей убивать стали. В общем, до утра мы отсиделись, и нас никто не потревожил, а как рассвело, от стражников узнали, что Старый Дворец устоял, и сюда направились.

– Хорошо, что вы выжили, – констатировал я, и улыбнулся.

– Хм, кто бы спорил, – Альера тоже расплылся в улыбке. – В любом случае, живым быть гораздо лучше, чем мертвым.

– А эти парни, откуда? – я кивнул на двух молодых дворян, которых не знал.

– Провинциалы, – Виран пожал плечами, – говорят, хотим за императора драться.

– Понятно.

Мы разговаривали бы и дальше, но появился барон Ичиго, который привел смену караула. Я сдал пост другому корнету. Командир четвертого взвода начал повторно опрашивать Альеру и Эхарта, а я, пока было время, подошел к Дайиринам.

 
С этими разговор был более короткий.
 

– Где сестра? – спросил старший из братьев.

– В безопасности. А у вас что?

– Вейхар в столице не задержался, приехал, и умчался в провинцию, дружину поднимать. Мы его не достали, вернулись в особняк, а тут как раз посыльный с вашей запиской. Дальше вы все знаете.

– Дом цел?

– В порядке, – Ресс кивнул головой. – Мы ближайшему патрулю городской стражи немного денег дали, и сержант пообещал помочь охране, если новое нападение будет.

– Отлично. Сейчас идите на сборный пункт, солдаты проводят, и вливайтесь в сводный отряд. Понадобитесь, я вас найду.

Дайирины молча кивнули, и вместе с Альерой, Эхартом и князем Камай-Вешем, которого погрузили на носилки, отправились в сторону наших казарм, а меня подозвал к себе Ичиго:

– Корнет Ройхо!

– Я, господин капитан!

Повернувшись к барону, я столкнулся с пронзительным взглядом старшего офицера, выдержал его, и Ичиго сказал:

– Вас вызывает граф Руге.

– Мне переодеться?

– Не стоит.

– Куда идти?

– Он в канцелярии.

– Разрешите идти?

– Да.

Канцелярия императорского двора находилась невдалеке от покоев Марка Четвертого и, разумеется, охранялась очень хорошо. Так что пока я добрался до логова графа Тайрэ Руге, мне пришлось пройти через восемь смешанных постов на каждом из которых меня проверяли, и кого я только не увидел. Своих товарищей из Черной Свиты, само собой, инструкторов и сержантов из военных лицеев, речную пехоту (аналог морской), солдат гвардии и магов из разных школ. А перед внутренним блоком, маленьким фортом в пределах дворца, меня даже обыскали. И сделали это вооруженные дворцовые слуги, в повседневной жизни тихие и спокойные увальни, а сейчас, когда опасность была рядом, резкие и настороженные бойцы, повадками похожие на десятников из "Крестича", что ни движение, так по делу.

Наконец, я оказался в просторном кабинете, скорее даже зале, где вокруг продолговатого стола по центру, расположилось полтора десятка человек, насколько я понял, столичная верхушка "Имперского Союза". Большинство из присутствующих я знал, и воспринимал их нахождение в этом месте естественно, а кто-то, явно, был лишним. Ладно, канцлер Руге, его заместитель барон Паспаран, полковник Черной Свиты Сид, комполка-2 Йонне, полковники наемников Плетт и Горенчь, и командир Дехской военной речной флотилии маркиз Из-Цагад, они люди дела и явные приверженцы императора. Однако, что здесь делают начальник дворцовых садовников, императорский сокольничий и пара суровых мужиков в одежде типичных столичных лавочников, было не совсем понятно. То ли передо мной представление устраивают (зачем?), то ли это реальные подпольщики в немалых рангах. А-а-а, начхать! Посмотрим, что дальше будет.

Кмиты, к которым я потянулся сознанием, послушно отозвались. И как всегда, наличие тайного резерва, придало мне дополнительных сил и уверенности в себе. Я дождался того момента, когда на меня обратят внимание, посмотрел на канцлера, а затем на полковника Сида, и доложился о своем прибытии. Командир Черной Свиты еле заметно мотнул головой, и мной занялся граф Руге, который встал из-за стола, подошел ко мне, и сказал:

– Корнет, все мы знаем, какую серьезную услугу вы оказали нашему делу минувшей ночью. И на общем собрании имперских патриотов было решено ходатайствовать перед императором о досрочном присвоении вам звания лейтенанта гвардии. А помимо этого, от меня лично, как от канцлера императорского двора, вы получите пять тысяч иллиров.