Текст книги "Остров Покоя"

Автор книги: Ван Цзяцзюнь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Лао Ван, следи за языком, – напомнил управляющий Фан.

Лао Ван поколебался две секунды и сказал Шэнь Ко:

– Ты сходи на берег. Вполне возможно, он к жене пошел.

Шэнь Ко хотел еще задать вопрос, но его остановил управляющий Фан:

– Если у вас больше нет здесь дел, пожалуйста, уходите.

Лао Ван также был напуган угрозой управляющего и отошел к столу подальше от Шэнь Ко.

Под пристальным взглядом управляющего Фана Шэнь Ко и Сян Бэй вышли из дома, они смутно слышали крики мужчин, доносившиеся из темной комнаты позади них.

Выйдя на свежий воздух, они испытали облегчение. Люди посвящают себя азартным играм в духоте и не останавливаются, пока не проиграют все. Казино подобно пиявке, которая сидит на острове Радости и сосет кровь островитян. Когда оно насытится, оно тихо уйдет, оставив после себя разрушенные семьи.

– Ну, погодите, я вас с землей сровняю! – Сян Бэй сердито крутил педали.

Шэнь Ко, сидевший на заднем сиденье, дотронулся до мобильного телефона Сян Бэя, вибрировавшего у него на поясе:

– Сяо Бэй, кажется, у тебя зазвонил телефон.

Сян Бэй остановил велосипед и обнаружил, что из-за шума он пропустил звонок Лао Юя.

– Сяо Бэй, ты где? Срочно приезжай, помощь нужна.

– Лао Юй, я сейчас занят.

– Картотечный шкаф в полицейском участке снова развалился, я в одиночку его не соберу.

– Давай так… – Сян Бэй был в затруднении.

Шэнь Ко тихонько сказал ему:

– Если у тебя дела, занимайся ими, я сам тут прогуляюсь.

Сян Бэй повернулся к телефону и сказал:

– Тогда я скоро буду.

Выведя Шэнь Ко обратно на главную дорогу, Сян Бэй уехал один. Шэнь Ко шел вдоль дороги, а остров Радости, на котором жизнь течет неторопливо, казалось, только-только начал пробуждаться, и все были заняты своими делами. Дорога спускается с высокого склона, и, насколько хватало глаз, было видно песчаный пляж. Ступив на мягкий песок, Шэнь Ко вспомнил, что давно не видел моря. Шанхай граничит с Восточно-Китайским морем, но для Шэнь Ко, который вырос, любуясь великолепными морскими видами на острове Покоя, желтые воды Восточно-Китайского моря не стоят того, чтобы на них смотреть.

Море заворачивалось белыми барашками и накатывало на пляж волна за волной. Шэнь Ко посмотрел на кожаные ботинки на своих ногах и подумал про себя, что, будучи уроженцем острова Покоя, он мог бы и вспомнить прописную истину – на пляж надо идти в шлепках. Чтобы не промочить ноги, он держался подальше от воды, но песчинки все равно попадали в обувь, неприятно терлись между пальцами ног.

Неподалеку несколько женщин средних лет с кожей темнее, чем у Сян Бэя, ходили босиком и вывешивали связки соленой рыбы. Свежую рыбу обрабатывают, удаляя чешую, жабры и внутренние органы, затем нарезают ломтиками и маринуют с солью, кулинарным вином, луком, имбирем и сычуаньским перцем для придания аромата. Чтобы предотвратить попадание мух в жаркую погоду, в процессе промывки и маринования используется морская вода. Пляж находится на северной стороне, и рыба будет вкуснее, если ее развесить в тени. Учитывая небольшое количество стоек для вяления рыбы на пляже, складывалось впечатление, что улов на острове Радости в этом году не очень хороший.

Шэнь Ко вспомнил, что его мать как-то говорила, что такой способ сушки рыбы используется для ее консервации, когда рыбы выловили мало или только одного вида.

Он быстро шел вперед, ощущая в воздухе сладковато-соленый привкус – так приятно пахло в детстве.

Одна из женщин, одетая в рубашку с длинными рукавами, чтобы не обгореть на солнце, и брюки с закатанными штанинами, обнажавшие крепкие икры, босиком топталась по мелкому песку пляжа. Вдруг маленький мангровый краб пополз по ее подъему стопы. Она осторожно встряхнула ступней. Крабик упал на песок, опрокинувшись на спину. Барахтаясь изо всех сил тонкими клешнями, он с трудом перевернулся и продолжил двигаться в направлении моря.

С удивительной для ее тучной комплекции скоростью она наклонилась, достала из корзины морскую рыбу на бамбуковом шампуре и привычно привязала ее к сушилке. Движения у нее были точно такими же, как у мамы когда-то.

Шэнь Ко подошел к ней и спросил:

– Тетушка, вы не видели Чжао Вэньхая?

Женщина средних лет положила рыбу, которую держала в руке, и осторожно спросила:

– Зачем тебе наш старина Чжао?

Судя по тому, как она называла Чжао Вэньхая, видимо, она была его женой.

– Я репортер газеты. Я слышал, что Чжао Вэньхай спас человека в море, хочу узнать об этом подвиге и написать о нем и его поступке, – нашелся с ответом Шэнь Ко. Он только что удачно выдал себя за репортера и решил придерживаться этой легенды.

– Разве вчера не приходил репортер, чтобы сделать снимки? – Женщина нахмурилась.

– Я из другого города.

– Неужели это такое великое событие? – Шэнь Ко почувствовал, что она что-то знает, и нарочно спросил:

– Скажите, пожалуйста, вы жена Чжао Вэньхая?

– Да, я его жена Чжан Мэйчжу. – Прежде чем Шэнь Ко успел ответить, женщина резко выпалила: – Наш старина Чжао не будет отвечать ни на какие вопросы, не старайтесь. Если у вас есть другие вопросы, которые не имеют отношения к спасению человека, я могу ответить за него. Я знаю, что ваши репортеры платят за информацию и все такое.

– Другие вопросы можно задать позже. Сейчас вопрос спасения людей является актуальной темой. Я просто хочу задать два вопроса о спасении человека, даже один. – Шэнь Ко не унимался, пытаясь навести Чжан Мэйчжу на нужную тему, и достал деньги из кармана.

Чжан Мэйчжу категорически проигнорировала Шэнь Ко, пробормотав:

– Вам, людям из больших городов, делать нечего, вот и мчитесь на наш остров, а зачем? Спас он кого-то, что же теперь, преследовать его?

В словах Чжан Мэйчжу Шэнь Ко уловил что-то странное. Несмотря на то что она отказалась на словах, она не отвергла предложение Шэнь Ко, переданное языком ее тела. Шэнь Ко почувствовал, что ей кто-то приказал молчать.

Другими словами, сам Чжао Вэньхай не хотел поднимать эту тему.

Трудно представить, что семья с большими карточными долгами упустит возможность заработать деньги. Должна же быть какая-то причина, по которой Чжао Вэньхай не хотел говорить.

Как ни старался Шэнь Ко, он не смог добиться от Чжан Мэйчжу никакой информации, поэтому ему пришлось попрощаться с ней. Оказавшись в одиночестве, Шэнь Ко задумался, не обманчиво ли возникшее у него ощущение? Казалось, что на этом острове действует большая невидимая рука. Все люди и вещи, связанные с Е Хаолуном, были скрыты этой рукой.

Что же, в конце концов, хотят скрыть?

Рыба под солнцем приобретает янтарный оттенок, и из-за того, что она пропиталась морской водой, мухам, привлеченным запахом, остается только беспокойно кружиться рядом. Аккуратно расставленные ряды рыбы, висящей вниз головами, создают неповторимый пейзаж на берегу.

Каждому, кто проходит мимо, бьет в нос запах рыбы. Слева – море, прибой смывает медово-желтый песок, похожий на нежную женскую кожу, это неописуемо красиво. Две чайки прогуливались по мягкому и влажному берегу моря, оставляя цепочки недолговечных следов своих коготков.

Шэнь Ко пошел в направлении восходящего солнца, то есть в направлении пирса и острова Покоя. Остров был глубоко запрятан в его памяти, каждая волна, каждая скала запечатлелись в глубине его сознания, облик его отца и матери никогда не стирался в его сердце, никогда не забывался. Просто есть невидимая дверь, которая отделяет Шэнь Ко от острова Покоя.

Остров исчез в никуда, и эта мистика произошла в реальной жизни. За пятнадцать лет Шэнь Ко так и не смирился с этим фактом.

Песок под ногами становился все тверже и тверже и наконец превратился в ровную бетонную дорогу. Шэнь Ко снял свои кожаные ботинки, стряхнул с них песок и, подняв глаза, обнаружил, что оказался в жилом районе с видом на море. За жилым районом возвышается гора Цинхуай, а вдалеке зеленеют холмы. На фоне пышной растительности белые здания выглядят полными жизни. Большинство построек тут – виллы, и для того чтобы они выходили на море, под застройку отвели часть пляжа, Шэнь Ко пришлось обходить забор. За оградами из черного кованого железа – архитектурный ансамбль зданий в европейском стиле, дома утопают в зелени. Повсюду можно увидеть рекламные объявления о покупке жилья. К сожалению, коэффициент заселения этого коттеджного поселка очень низкий – основная причина, по оценкам, заключается в том, что остров Радости недостаточно удобен для передвижения, так что туристы и инвесторы не спешат раскошеливаться. Правда, ради большего привлечения покупателей застройщики активно развивают инфраструктуру острова. Разнорабочие сидели вокруг группами по три-пять человек. Они играли в карты, и никто не обратил внимания на проходившего мимо Шэнь Ко.

Пройдя чуть дальше, Шэнь Ко увидел причал. Это был не тот причал, где он сошел на берег, когда приехал. Причалов на острове Радости два, южный находится недалеко от Дэнчжоу, и паромы оттуда пришвартовываются к южному пирсу, им же пользуются для коммерческих перевозок. Северный причал обветшал. От него отходили в основном рыболовецкие суда, но вслед за резким сокращением количества рыбаков прекратила свое существование и некогда внушительная флотилия траулеров. Северный причал стал приходить в запустение.

Тайфун пятнадцать лет назад почти полностью разрушил деревянную конструкцию северного причала, его восстановили заново, сварили более прочные стальные конструкции. Черная краска на металлоконструкциях за десять с лишним лет облупилась, они проржавели и теперь были скорее бурыми. Если испачкаться в такой ржавчине, отмыть ее почти невозможно.

Во время отлива Шэнь Ко вышел на передний край пирса. Из-под пирса дул морской бриз, он становился все сильнее и прохладнее. Брюки хлопали на ветру, под ногами волны разбивались о прибрежные камни в белую пену, в нос ударил запах моря. Казалось, он один остался в этом мире.

Шэнь Ко безотрывно смотрел на море, как будто оно могло ответить на его вопрос. Когда-то семилетним мальчиком он так же стоял на развалинах причала после тайфуна, не сводя глаз с моря и с нетерпением ожидая возвращения родителей. Один день, два дня, месяц, два месяца, но нос лодки, озаренный восходящим солнцем, так и не появился.

Снова стоя здесь перед лицом бушующего моря, он тяжело дышал – возникшая на несколько дней надежда увидеть отца и нахлынувшее разочарование обострили чувство потери. Не в силах справиться с ним, он сложил руки будто рупор и надрывно закричал. Он кричал, пока не сорвал голос и не заболели барабанные перепонки.

Шэнь Ко потер уши. Завывал ветер, и в этом вое он услышал другой звук. Это звук трущихся о землю подошв. Частота шагов становится все быстрее и быстрее. Кто-то бежал к краю пирса – туда, где стоял Шэнь Ко.

Как только Шэнь Ко собрался повернуть голову, на спину ему легла мощная ладонь, а затем другая ладонь с огромной силой столкнула его с причала. Ноги Шэнь Ко взмыли в воздух, его тело быстро опустилось, и он упал вперед лицом в море. Под пирсом все усеяно острыми камнями, при ударе о которые головой смерть неминуема.

В носовой полости Шэнь Ко была кровь, и он не успел увидеть человека, толкнувшего его сзади, как его затянуло в водоворот.

В тот момент, когда он вошел в воду, весь мир погрузился в тишину, а волны превратились в жестокого великана. Шэнь Ко отбросило вдаль, а затем швырнуло в огромную скалу. Море, казалось, демонстрировало свою мощь, волны нарастали. От холодной морской воды, попавшей в нос, Шэнь Ко сильно закашлялся, но вода взбодрила его и сознание по-прежнему оставалось ясным. Он отчаянно замахал руками и изо всех сил попытался выплыть на поверхность воды.

С ударом новой волны Шэнь Ко вынесло на поверхность, но он оказался в эпицентре водоворота, куда со всех сторон затягивало воду. Он увидел смутную фигуру на пирсе, оглядывающуюся по сторонам. Видимо, интуиция его не подвела – кто-то тайно следил за ним от самой больницы. Прежде чем он смог как следует разглядеть этого человека, раздался громкий шум, от которого содрогнулись небо и земля, волны отступили, и Шэнь Ко погрузился на дно моря.

Сколько времени прошло, неизвестно. Шэнь Ко щекой ощутил холод. Он лежал на камне, в нос бил резкий запах рыбы. Он открыл один глаз и увидел перед собой свои белые пальцы, пропитанные морской водой, вокруг была непроглядная тьма.

Неужели… он в чреве китового чудища?

Шэнь Ко пошевелил губами, как будто хотел что-то сказать, но в конце концов сдался.

Он закрыл глаза.

Величественные облака на горизонте предвещают наступление ночи, а солнце, кажется, погрузилось на дно морское.

Затем наступила тишина.

В ложе отеля Monsoon Seafood Цзи Цзе опустила веки и взглянула на часы. Шэнь Ко опаздывал уже на целый час. Она снова встала со стула и бесцельно прошлась по комнате. Сян Бэй толкнул дверь, потный, с пересохшим ртом; он увидел на столе стеклянный чайник, налил себе стакан и осушил его одним глотком.

– Ты нашел А-Ко? – спросила Цзи Цзе.

– Нет, – подавленно ответил Сян Бэй. – Я обыскал все места, куда он мог пойти, и никто его не видел. Не представляю, куда он делся.

– Ты ему не звонил?

– Набранный вами номер вне зоны доступа… – Сян Бэй скопировал тембр автоответчика. – Мы четко договорились, что он пойдет на пляж, но уже темно, в любом случае он уже должен вернуться.

– С ним ведь ничего не могло случиться, правда?

– Что может случиться на острове? – сказал Сян Бэй, но на душе у него было неспокойно. – Может, он плохо себя почувствовал и поехал ко мне домой.

Цзи Цзе взяла сумочку, лежавшую на стуле, и сказала:

– Поедем вместе и посмотрим.

– Почему ты беспокоишься о нем больше, чем я?

Цзи Цзе слегка покраснела и резко ответила:

– Я знаю его столько же, сколько и тебя. Разве это не нормально – беспокоиться о нем?

Пошел дождь. Машина Цзи Цзе ехала по главной дороге острова Радости. На уличных фонарях по обеим сторонам дороги висели рекламные плакаты «домов с видом на море»; отсыревшие от дождя, они приклеивались к столбам и надувались пузырями. Машин на дороге было немного. Время от времени Цзи Цзе сигналила и обгоняла несколько медленно движущихся машин. Сян Бэй смотрел, как с окна машины стекали тонкие струйки воды.

Проехав несколько перекрестков, они подъехали к дому Сян Бэя. Подойдя к двери, он обнаружил, что она нараспашку.

– Вот ведь какой А-Ко, и двери не закрыл. – Сян Бэй вошел, по пути в спальню выкрикивая имя Шэнь Ко. – Не мог же он уйти, не сказав ни слова? – Сян Бэй вышел из спальни и обыскал комнату в поисках следов пребывания Шэнь Ко.

– Ой! Что это?! – закричала Цзи Цзе, наступив на что-то.

Сян Бэй присел на корточки и поднял растоптанную лампу-кролика.

– Это не я его разбила, он лежал на полу, и я нечаянно наступила, – стала оправдываться Цзи Цзе.

– Не страшно. В любом случае я собирался его выбросить. – Сян Бэй поставил лампу обратно на книжную полку.

Протянутая рука Сян Бэя внезапно замерла в воздухе: он увидел, что замок на двери спальни его отца сломан. Кто-то входил в комнату отца.

– Кто это сделал? – Цзи Цзе также заметила на двери следы взлома.

Сян Бэй приложил палец к губам, жестом приказывая Цзи Цзе отступить назад. Он наклонился к двери, вытащил из-за пояса полицейскую дубинку, замахнулся и осторожно толкнул приоткрытую дверь.

Спальня площадью всего десять квадратных метров, с кроватью и кое-какой простой мебелью была вся как на ладони. Единственное место, где можно спрятаться, – задернутые шторы на окне напротив двери. Сян Бэй медленно подошел к шторе и резко отдернул ее. Кроме облака пыли, там ничего не было. Из-за того, что в этой спальне никто не убирал, мебель была покрыта толстым слоем пыли, на поперечных балках образовали огромные сети пауки, и время от времени в темноте вспыхивал серебристый свет паутинок.

Сян Бэй убрал дубинку и огляделся. В спальне все было нетронуто, никаких следов того, что здесь кто-то рылся, и, казалось, ничего не пропало.

Вернувшись в гостиную, Сян Бэй опустил голову и увидел следы на полу, которые могли остаться от ходьбы босиком. Сян Бэй вспомнил, что Шэнь Ко был в ботинках, когда выходил сегодня из дома.

В это время он обнаружил, что чемодан Шэнь Ко тоже пропал. Зловещее предчувствие охватило Сян Бэя. Кто-то тайно проник в его дом и ничего не украл, только взял чемодан Шэнь Ко и взломал дверь в спальню его отца. Зачем это сделали?

За окном в небе молния расколола небосвод, и Цзи Цзе закрыла уши руками, ожидая, когда раздастся оглушительный раскат грома.

Но дождались они вызова по рации.

– А-Бэй, у нас труп. – Голос Лао Юя звучал с одышкой.

Дождь хлестал все сильнее и сильнее, и его шум перекрывал голос по рации. Сян Бэй закрыл дверь и сказал в трубку:

– Эй, Лао Юй, я тебя не расслышал, повтори?

– Я говорю… на горе Цинхуай обнаружено тело. – Лао Юй выкрикивал слово за словом.

– Я сейчас буду. – Сян Бэй спросил о конкретном месте, схватил дождевик, переобулся в резиновые сапоги и собрался выходить.

– Такой сильный дождь, давай я отвезу тебя туда, – предложила Цзи Цзе.

– Ладно.

Сян Бэй и Цзи Цзе сели в машину. За то короткое время, когда они были дома у Сян Бэя, мир за его пределами изменился кардинально. Все вокруг стало размытым, дворники на стекле машины энергично махали, словно желая смести все, что мешало им двигаться, но дождь был слишком сильным и сквозь стекло можно было разглядеть только слабый свет. Цзи Цзе оставалось только сбавить скорость и вести машину плавно – хорошо еще, что она отлично знала дорогу.

Сян Бэй, сидевший на пассажирском сиденье, украдкой взглянул на Цзи Цзе. Она вцепилась в руль обеими руками, наклонилась вперед и нервно смотрела на дорогу. Сян Бэй знал, что Цзи Цзе беспокоится о том же, о чем беспокоился и он сам: связаны ли исчезновение Шэнь Ко и обнаруженное тело. Оба они боялись озвучить это предположение, чтобы не накликать беду, и ехали всю дорогу до горы Цинхуай, охваченные беспокойством.

Гора Цинхуай – единственная гора на острове Радости. Самая высокая точка находится на высоте 712 метров над уровнем моря. С вершины горы открывается вид на весь пляж на востоке. Из-за крутого серпантина и плохой транспортной доступности гора Цинхуай не была включена в план застройки девелоперской компании, благодаря этому сохранился весь лес, покрывающий ее склоны. На западном склоне находится плоское нагорье, которое местные жители называют Цинской равниной. Это плато, окруженное отвесными стенами. Годы эрозии из-за ветра и дождя отполировали скалы, их острые выступы стали округлыми, образуя подобие круговой картины, – уникальное чудо природы, недоступное пониманию человечества. Место, о котором Лао Юй только что говорил по рации, и было Цинской равниной.

У Сян Бэя до сих пор сохранились счастливые воспоминания детства: когда они были маленькими, они с Шэнь Ко приехали туда, чтобы исследовать эту местность. Помнится, это был жаркий летний день. Шэнь Ко приехал погостить на несколько дней в дом своей бабушки, поэтому во второй половине дня они тайно поднялись на гору, ничего не сказав взрослым, и свернули с тропы на Цинскую равнину.

К запаху глинозема в лесу примешивался свежий аромат, заливистое и звонкое пение незнакомых птиц под аккомпанемент цикад пробивалось сквозь переплетенные ветви и разносилось по далеким горам. Шэнь Ко и Сян Бэй еле-еле доплелись до Цинской долины, разлеглись на склоне, окруженные причудливыми скалами, и любовались золотым светом заходящего солнца и блуждающим морем облаков. Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

– Как здесь хорошо! Вот бы всегда так было! – Шэнь Ко мечтательно заложил руки за голову.

– Мой отец говорил, что на этой горе погибло много людей, – сказал Сян Бэй, специально сделав страшное выражение лица.

– Не пугай меня. – Шэнь Ко стало страшно.

– Я тебя не обманываю. Я слышал, что здесь прячется оборотень, и земля тут плоская, потому что он ее придавил. Каждый год в горах пропадают люди. Ты помнишь дядю Чжана? В прошлом месяце он сказал, что собирается подняться на гору, и исчез. В конце концов тетя Чжан нашла только обрывки его одежды.

– Давай быстрее пойдем домой, я не хочу, чтобы бабушка меня потеряла. – Шэнь Ко встал и отряхнул землю со своих брюк.

– Ты такой трусливый, я тебя обманул.

– Но дядя Чжан действительно пропал. – Шэнь Ко серьезно отнесся к словам Сян Бэя. – Наверное, его съел оборотень.

– Никакого оборотня нет.

Увидев, что становится поздно, Шэнь Ко уговорил Сян Бэя спуститься с горы. Когда Сян Бэй снова позвал Шэнь Ко пойти на Цинскую равнину, у того голова тряслась, как погремушка.

Вспоминая события детства, Сян Бэй не удержался и прыснул от смеха. Краем уха он слышал, как болтали об оборотне, а уже позже узнал, что это то самое китовое чудище, наводившее ужас на предков рыбаков острова Радости. Шэнь Ко, у которого Цинская равнина была связана с психологической травмой, ни за что не стал бы подниматься в гору в такую погоду.

При мысли об этом настроение Сян Бэя немного улучшилось. Машина свернула с бетонной дороги на горную и запрыгала по ухабам. Цзи Цзе включила дальний свет и поехала по едва заметной грунтовой дороге вглубь горы Цинхуай. Густые ветви, как навес, защищали от большого количества осадков, и казалось, что в горах дождь стал слабее.

Перед ними были темнота и хаос, ветки время от времени царапали кузов с обеих сторон. Кроме полосы, освещенной фарами, больше ничего не было видно. Горная дорога постепенно сужалась, дорожные условия становились все хуже и хуже, шины начали пробуксовывать, и машина Цзи Цзе ерзала на месте.

– Высади меня здесь. – Сян Бэй не разрешил Цзи Цзе ехать дальше. У ее спортивного автомобиля низкая посадка, попади они в лужу чуть больше, возможно, придется ремонтировать весь автомобиль.

– Я пойду с тобой. – Цзи Цзе тоже хотела выйти из машины.

Сян Бэй вышел, надел дождевик, подошел к дверце машины со стороны Цзи Цзе и сказал:

– Дождь слишком сильный, так что подожди меня здесь.

– Но мы же еще не доехали до Цинской равнины, – сказала Цзи Цзе, открыв дверь машины.

– Я знаю эти места лучше, чем ты. Впереди узкая тропинка, твоя машина не проедет. Я буду там через десять минут.

Цзи Цзе посмотрела на грязную дорогу на земле, поколебалась и кивнула:

– Если тебе что-нибудь понадобится, дай знать как можно скорее.

Они разговаривали, когда раздался велосипедный звонок.

– Кто там? – Это был голос Лао Юя. Он стоял, прищурившись и заслоняясь одной рукой от света, падающего из машины.

– Лао Юй, это я. – Сян Бэй закрыл дверцу машины за Цзи Цзе, подошел к Лао Юю со стороны света и сказал: – Машина дальше не проедет.

Лао Юй, остановив велосипед, одной ногой стал на землю, на руле у него был фонарик, и дождь барабанил по его дождевику. Покрытая илом машина Цзи Цзе выглядела так, словно ее выловили из трясины, а половина колес уже застряла в грязи.

– Я отвезу тебя туда. – Лао Юй похлопал по заднему сиденью велосипеда. Сян Бэй запрыгнул на него, схватил Лао Юя за талию, и велосипед несколько раз качнуло влево-вправо. Лао Юй наконец выровнял его и, полагаясь на слабый свет фонарика, углубился в лес.

Требовались большие усилия, чтобы велосипедные шины преодолели камни под слоем грязи, но все равно это было быстрее, чем идти пешком.

Примерно через пять минут езды дорога стала еще хуже. Ехать было слишком опасно. Сян Бэй помог Лао Юю припарковать велосипед, и они пошли вперед один за другим.

– Кто обнаружил тело? – спросил Сян Бэй.

– Лесник А-Чжун, – ответил Лао Юй.

– Где он сейчас?

– Он обнаружил тело на Цинской равнине. Поскольку у него не было с собой мобильного телефона, он немедленно вернулся к себе домой и оттуда позвонил в полицейский участок.

– Может быть, какой-нибудь турист-чайник попал в беду в горах.

– Люди в городе маются от безделья, – проворчал Сян Бэй.

– Судя по погоде, причал должен быть закрыт, суда не выходят в море, и следователи по уголовным преступлениям прибудут сюда с материка не скоро.

Камней становилось все больше и больше, ноги вязли в грязи. Сян Бэй нашел выступающий камень и стер толстый слой грязи со своих резиновых сапог, стало намного легче.

Когда они вышли из леса, перед ними внезапно открылся вид на плато, куда медленно стекали по отвесным скалам грязевые потоки. Плато представляет собой неправильный круг, с трех сторон окруженный каменными стенами, а с западной стороны есть щель, за которой находится утес высотой в сотни метров. Подножие утеса покрыто густым лесом, оно в стороне от проторенных дорог, и в лесу часто водятся свирепые дикие кабаны. Даже местные жители неохотно заходят сюда.

Небо было темным, и удивительной красоты Цинской равнины было не видно, только неспокойные облака и причудливые скалы окружали ее. С неба хлынул ливень, воздух, вдыхаемый ноздрями, был полон влаги, а свирепый ветер хлестал пощечины дождевыми каплями.

Лао Юй наступил на резиновый сапог. Он не выглядел слишком старым и не похож был на выброшенный мусор. Он был не очень грязный и, видимо, находился тут недолго. Лао Юй огляделся по сторонам и наконец нашел тело, о котором говорил А-Чжун.

– Вон там! – Лао Юй направил луч фонарика на дно плато у себя под ногами.

Сян Бэй вытер с лица капли дождя и пристально посмотрел туда, куда указывал Лао Юй. Ночное небо прорезала ослепительная молния. Сян Бэй увидел что-то белое, распростертое на дне долины – судя по всему, это был мужчина. Лао Юй что-то сказал, но его голос потонул в последовавшем раскате грома.

– А-Чжун сказал, он уверен, что этот человек мертв, – повторил Лао Юй.

– Пойдем, спустимся вниз и посмотрим.

Чтобы спуститься на дно Цинской равнины, нужно обогнуть ее с противоположной стороны и спуститься по искусственно высеченной каменной лестнице, ступенька за ступенькой. Дождевая вода стекает с горы по расщелинам в камнях, а ил на плоском дне долины неглубокий, и, наступая на него, можно оставить поверхностные следы. Как только Лао Юй достиг дна долины, он остановился и сказал Сян Бэю:

– Обрати внимание на следы на земле.

После напоминания Лао Юя Сян Бэй заметил, что мужчина лежал ничком почти на дне долины, рядом с каменной стеной на восточной стороне. На земле между каменной лестницей и мужчиной было два ряда четких следов. Следы ног, оставленные со стороны тела мужчины, были очень беспорядочными, очевидно, они были оставлены Чжуном, когда он в спешке уходил после обнаружения тела.

Можно было не подходить к человеку, чтобы убедиться, что он мертв. Мужчина лежал лицом вниз, все его лицо было погружено в небольшую грязевую лужу, он не двигался – видимо, захлебнулся.

Сян Бэй сначала сделал несколько снимков на свой мобильный, чтобы зафиксировать ситуацию на месте происшествия. Он велел Лао Юю оставаться на месте и в одиночку, шаг за шагом, приблизился к человеку на дне долины. Подойдя ближе, он обнаружил, что на затылке мужчины зияет большая открытая рана, похожая на скорлупу перезрелой фисташки и полная алой крови. Сян Бэй обернулся и покачал головой Лао Юю, показывая, что спасать тут некого.

С помощью фонарика Сян Бэй осмотрел лежащий на земле труп мужчины. Его рост был примерно 1,8 метра, одет в белую рубашку и черные укороченные брюки, одна нога была босой, а на другой – резиновый сапог. Обнаженная кожа была почти такой же смуглой, как у Сян Бэя. Совершенно очевидно, что погибшим был не Шэнь Ко, что значительно облегчило задачу Сян Бэя. Судя по тому, что этот человек одет не как приезжий турист, он, должно быть, местный житель с острова Радости. Сян Бэю он даже показался знакомым.

На земле вокруг тела были пятна крови, размытые дождем, а вокруг были разбросаны четыре камня разного размера, самый большой из которых был около метра высотой.

После того как Сян Бэй сделал еще одну фотографию места происшествия, он попросил Лао Юя подойти и помочь перевернуть тело. Перед Сян Бэем возникло свирепое лицо, и, едва взглянув на него, Сян Бэй и Лао Юй одновременно узнали покойного.

– Это Чжао Вэньхай? – удивленно произнес Лао Юй.

– Зачем он пришел сюда?

– Бог его знает.

– Как такое могло случиться?

– Видимо, упал отсюда и расшиб голову, – предположил причину его смерти Лао Юй, посмотрев на скалу.

Несмотря на ливень, бьющий в лицо, Сян Бэй прищурился и посмотрел вверх. Конечно же, на краю каменной стены наверху была щель, а внизу виднелись следы царапин. На некоторых выступающих камнях были явные трещины. Эти камни на земле должны были упасть оттуда.

– Похоже, он случайно соскользнул со скалы и скончался на месте. – Лао Юй покачал головой и вздохнул.

– Почему он приехал на Цинскую равнину один? – Сян Бэй не нашел других вещей Чжао Вэньхая на дне долины. Он здесь прятался от кого-то? Или хотел с кем-то встретиться?

Неужели с Шэнь Ко? Сян Бэй не знал, почему ему пришла в голову такая идея. Когда он расстался с приятелем, тот сказал, что собирается найти Чжао Вэньхая, после этого Шэнь Ко исчез, а здесь появилось тело рыбака. Есть ли какая-то связь между этими двумя происшествиями? С тех пор как Шэнь Ко приехал на остров Радости, все, кажется, стали какими-то странными.

Издалека донесся пронзительный женский визг, и его тут же поглотил шум дождя. Сян Бэй отвлекся от своих мыслей, решив, что ослышался.

– Лао Юй, ты слышал, кто-то кричал? – Лао Юй собирался накрыть тело дождевиком, и, прежде чем он успел ответить, раздался еще один крик, громче, чем предыдущий.

На этот раз Сян Бэй отчетливо услышал его; он тут же сорвался с места и бросился вверх по каменной лестнице, разбрызгивая во все стороны ил под ногами. К тому времени, как Лао Юй отреагировал и окликнул его, Сян Бэй уже скрылся в лесу, только свет фонарика мелькал среди ветвей.

Лао Юй тоже услышал, что это был крик Цзи Цзе, но ему было почти пятьдесят, и, естественно, он не мог угнаться за молодым и сильным Сян Бэем, поэтому остался на месте. Проливной дождь и не думал прекращаться, невозможно предположить, когда откроют причал, так что до прибытия следователей с материка Лао Юй должен обеспечить сохранность тела.

Еще одна вспышка молнии обрушилась из темной ночи, расколов небо и мгновенно осветив всю Цинскую равнину. Искаженное судорогой лицо Чжао Вэньхая было настолько четким, что Лао Юй не смог его долго рассматривать и, отвернувшись, накинул на труп дождевик.

Как старый полицейский, проработавший на острове Радости уже более 20 лет, Лао Юй не в первый раз сталкивался с трупом, но все же сегодня ему было не по себе из-за такой мрачной атмосферы.

Сильный ветер, дувший из темноты, приподнимал дождевик на трупе, и казалось, что труп под тканью шевелится. Проливной дождь постепенно усиливал страх, казалось, все вокруг ожило, и даже скалы перед ним стали какими-то странными.

В одно мгновение по телу Лао Юя побежали мурашки.