Текст книги "Право на ошибку"

Автор книги: Валерия Воронцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– А где остальные? Я чувствую только веров, – спросил Виктор, когда с приветствиями было покончено.

– Стычка с наемниками у черты города, – пояснила я. – Дарин, скорее всего, тебе сейчас подкинут немного работы.

– Еще одно доказательство, что я всегда появляюсь вовремя, – хмыкнула она, одновременно с Виктором поворачиваясь и смотря в лес, как и Драгон с Анисом. Судя по всему, все они слышали что-то недоступное мне. Вероятно, приближение ушедших на бой. Поморщившись из-за того, что являюсь единственным здесь тормозом, я последовала примеру остальных.

– Как долетели? – спросила я у Кенелмов.

– С боем, – пожал плечами Виктор. – Пара ищеек вздумала с нами тягаться.

– Большая ошибка с их стороны, – поцокала языком Дарин. – Святая Таврика, что с Индирой?

– Она ранена? – переполошилась я, оборачиваясь к Анису.

– Не физически, – быстрее ответила Дарин. – Я даже отсюда вижу подавленность и уныние вкупе с черным отчаянием. Ох, бедняжка… Из-за Олли…

Дарин была нашим воином-медиком, ведьмой, с легкостью ставшей бы одной из лучших Чаек, если бы у нее, кроме желания лечить и помогать, не было бы стремления защищать. Во время любой схватки она находится в самой ее гуще, не только сражаясь, но и успевая вытаскивать тяжелораненых и быстро залечивать их, пока ее прикрывает Виктор.

– У тебя есть с собою что-нибудь укрепляющее?

– Разумеется. Это же я. – Дарин стянула с плеча рюкзак и принялась что-то в нем искать, бубня себе под нос названия разных целебных трав.

Первыми, кого я увидела в свете фонариков с веранды, были Марк, Норд и Тристан. Следом за ними потянулись остальные. Сэра немного прихрамывала, на ходу споря с Киром о своей дееспособности, умудряясь при этом жестикулировать. Далее Лаэрт и Беренгард с Таей вели ослабшую Индиру, выглядевшую даже для меня, не способной пока использовать различные ментальные силы, изнуренной и сломленной. Замыкали шествие Хлоя и Ян. Вдобавок из особняка высыпали Бриары, так что народу стало не протолкнуться.

Следующие десять минут все были заняты знакомством, приветствиями, лечением и распределением по комнатам. Скорпионы заняли свои позиции, заключая меня в квадрат, единственные из всех хранящие молчание и являющие собой полную боевую готовность. Я обнялась с Брилл и Осборном, кивнула Висдом, над которой хлопотала Дарин, выслушала полный отчет о стычке от Тристана, назначенного главным в этой миссии спасения, а также то, что, кроме как отследить и убить моих сторонников, целей у наемников не было. Подозрительно, мягко говоря. Однако стоило только начать думать на эту тему, как голова налилась свинцом.

Почувствовавшие это Драгон и Хранители разом посмотрели на меня, после чего мой вертигр без лишних слов потащил меня из огромной гостиной, где все успели рассесться, в свою комнату. Последнее, что я успела отметить, – Сэру, раскладывающую старинные потрепанные карты Эрелл, Джеду, накрывающую на стол перед новоприбывшими ведьмами и весело болтающую с ними, и Натана с Софи, о чем-то разговаривающих с Хлоей и Киром. Кажется, отношения между ведьмами и верами складывались лучше, чем я ожидала.

Все всегда складывается лучше, чем ты ожидаешь, – проворчала шиза.

Хочешь сказать, что я пессимист? – недовольно спросила я.

А разве нет?

Терпеть не могу, когда отвечают вопросом на вопрос. И тот факт, что я разговариваю сама с собой, дела не менял. Была ли я пессимистом? Скорее…

…да, чем нет, – фыркнула ненормальная составляющая меня.

Брось, я скорее… эмн… сарказист!

Кто?

Человек, предпочитающий саркастичную манеру общения. Точно. Вот это прямо я.

В голове тяжело вздохнули, явно воздерживаясь от комментария. Впрочем, о его содержании я все равно догадывалась.

Моргнув, я поняла, что меня уже донесли, положили в «лежак» и завернули не только в плед, но и в свои руки, а теперь внимательно наблюдают.

– Прости, я…

– Задумалась, – с улыбкой кивнул Драгон.

Я обняла его в ответ, прижимаясь к горячему, скрытому одеждой телу. Уткнувшись носом в шею Драга, глубоко вдохнула этот живой, несколько острый и в то же время наталкивающий на жаркие мысли аромат. В том, как мы лежали, было так много уюта и настоящей, а не образованной налетом атмосферы нежности…

Не было зажженных свечей, лепестков роз, бокалов с вином, ужина на двоих и любого другого штампа из этой романтической дребедени, о которых мечтают типичные девушки моего возраста. Просто я, он и темнота комнаты.

Его широкие, в два раза больше моих, ладони медленно, расслабляюще водили по моей спине снизу вверх, от копчика до шеи. Горячее дыхание согревало макушку и чуть развевало волосы, заставляя их шевелиться на голове. Это приятное ощущение добавило мурашек к тем, которые вызвали руки.

– О чем ты думаешь? – шепотом спросил Драг.

– О тебе, – севшим голосом признала я, чувствуя, что уютная атмосфера, в которой мы нежились, грозит превратиться в пылающий костер, достаточно лишь небольшой искорки.

Ответ вызвал обожаемое мной мурлыканье, так соблазнительно звучавшее в этой темноте. Потершись носом о вибрирующий участок его горла, я задрала голову, встречаясь с янтарными, чуть светящимися глазами своего вертигра. Мои пальцы пробежались по его груди от ключиц до пояса, осторожно вползли под майку и подушечками стали изучать гладкость кожи и рельеф мышц брюшного пресса.

А вечер перестает быть томным… – протянула шиза.

Сгинь, – коротко приказала я, полностью увлеченная процессом узнавания и познавания.

Драг часто задышал, в то время как его мурчанье стало только громче, действуя на меня гипнотически, побуждая продолжать свои маневры. Неожиданно его руки, сильные руки, до того гладящие спину, оказались на моих ягодицах, требовательно сжав их, и я коротко выдохнула, удивленная тем, что всколыхнулось во мне в ответ на его прикосновение. Одна ладонь переместилась ниже, закидывая мою ногу ему на бедро, и Драг перекатил нас, вжимая меня в матрас. Это движение покачнуло лежак, и ко всем прочим удовольствиям добавилось ощущение плавного полета.

– Тори… – мурлыкнул Драгон прежде, чем накрыть мои губы своими.

Святая Таврика! Поцелуй стал той самой искрой, поджегшей облитый бензином костер. Руки сомкнулись на спине Бриара, отказываясь отпускать с тела его приятную тяжесть, ноги обвили мощный торс, и прерывистое судорожное дыхание между поцелуями стало нормой.

Не помню как и когда, но во мне все же поселились эти пресловутые бабочки, размером напоминающие скорее мелких драконов, выдыхающих огонь, от которого закипала кровь.

Внезапно его руки исчезли с моего тела, как и он сам. Открыв глаза, я увидела его лежащим напротив, отделенным от меня десятком сантиметров. Мой вертигр судорожно дышал, и его глаза напоминали два драгоценных камня, в глубине которых тлел темный огонек желания.

– Что… Почему… – На большее количество слов мне не хватило воздуха, но, подозреваю, суть вопроса и без того была ясна.

– Прости, Тори, – через силу выдавил Драгон, уже безо всякого мурчанья. – Я не должен был так набрасываться на тебя…

– Издеваешься? – опешила я. – Очень даже должен! И как можно чаще!

Мое возмущение вызвало у него легкую улыбку, но потом Бриар снова посерьезнел:

– Нет, не должен. По крайней мере, не сейчас и не так.

Я прикрыла глаза, понимая, что он имеет в виду. Действительно, не самое подходящее время и место для таких проявлений чувств. Мало того что у нас был тяжелый день со всеми этими раскопками Хранилища, вергиенами, прибывающими ведьмами и моими видениями, так мы еще и находились в доме, полном сверхъестественных существ с идеальным слухом. Кроме этого, где-то возле двери и под окном могли наблюдаться Норд и Лаэрт, потому как Скорпионы сразу заявили мне, что приступают к своим обязанностям, включающим в себя мою постоянную охрану независимо от «безопасности местонахождения».

– Это ты меня извини, – переборов себя, сказала я, осторожно подкатываясь к нему в надежде на то, что он теперь не уйдет спать на диван или еще куда. – Я же начала все это, а продолжить бы не смогла. Я… я просто не готова пока… У меня никогда такого не было, и… Можно я сейчас сбегу в ванную, а когда вернусь, ты просто обнимешь меня, и мы будем спать?

Не дожидаясь ответа, я спрыгнула с лежака и позорно сбежала в смежную с комнатой Драга ванную. Из зеркала над раковиной на меня взглянула дикарка. Лихорадочно блестящие глаза, порозовевшие щеки, взлохмаченные, спутанные волосы… Кошмар.

Минут двадцать я потратила на все необходимые процедуры, достала из рюкзака, предусмотрительно оставленного Драгом в ванной, одежду для сна. Простые белые футболка с шортиками, родные расческа, щетка и зубная паста несколько привели меня в чувство после того, что мы с Драгоном устроили в лежаке.

Так что к своему тигру я вернулась вполне уравновешенным, адекватным человеком, собирающимся спать. Спать, и только спать.

Как я и просила до своего побега, Бриар обнял меня поверх одеяла, не говоря ни единого слова. Закрыв глаза, я уткнулась носом ему в грудь, постепенно чувствуя, как все напряжение уходит, сменяясь сном. А где-то на краю сознания звучало бархатное обволакивающее мурлыканье.

Глава 17

За вторые сутки в особняке Бриаров я поняла, что больше всего мне нравится находиться на веранде и в саду, стараниями Эрелл и Софи доведенном практически до совершенства со всеми этими яркими осенними цветами, жизнерадостно раскрашенными клумбами и желто-красными кленами, растущими вдоль ограды. С другой стороны, я также понимала, что такой выбор неспроста. Чем больше вокруг меня было ведьм, тем сильнее становилась тоска по собственным магическим силам и всему близкому ведьме в принципе, в том числе и по слиянию с природой.

Сейчас я просто сидела по-турецки в белом пластиковом шезлонге позади особняка в центре огромного узора, созданного клумбами и фантазией Софи, и размеренно дышала, пока в моей голове ползали, перекатывались и играли в догонялки мысли.

Сегодня ночью должен был состояться шабаш. Ведьм для него было достаточно и без последнего ожидаемого нами Ястреба Закари Ловеля, который, по подсчетам Тристана, должен появиться или к вечеру, или ночью. Предстоящий ритуал несколько волновал меня, я не была уверена, что магия, от которой я так необдуманно отказалась, попросту выкорчевав из себя, вернется. Глуп тот, кто считает, что магия что-то вроде воды: хочешь – наполнишь ей стакан, а хочешь, выльешь. Нет, это своевольная разумная сила, порой неконтролируемая и разрушающая, а порой прекрасная и созидающая.

Лекции из курса «История и природа магии» в качестве успокоительного? – ехидно прошелестела шиза, появляясь впервые за этот день.

Нет. Так, в порядке общего бреда, – поморщилась я. – Что думаешь о шабаше?

Из того, что я осознанно заводила разговор сама с собой, можно было понять, насколько сильно мое волнение. Да еще и Драгона, моего привычного успокоителя, не было рядом. Вместе с Яном, Марком и Киром он, как знаток здешних мест, ушел на поиски подходящего для проведения ритуала. Очередная достойная замена школьным будням. Хорошо, что на этот раз никому из нас не придется придумывать причину прогула. Норд и Анис, вняв моим мольбам (сильно сказано, на самом деле я просто попросила), создали наших с Драгоном мороков и отправили тех в школу. Морок – бездушная копия любой сущности, способная на все, кроме проявления настоящих эмоций и личных размышлений. Никакой импровизации, только слова, жесты и мимика, накопленные и используемые оригиналом ранее.

Сейчас занятия уже закончились, и мороки, вернувшись в особняк, растаяли, повинуясь моим Хранителям. Едва исчезла последняя частица моего, как я узнала все, что произошло за этот день в школе. Словно посмотрела фильм на быстрой перемотке. Ничего необычного, все та же школьная рутина, противная столовая, глупые подергивания на физкультуре и на десерт контрольная от «малинового чуда».

Думаю, что ты волнуешься не о том, – протянула шиза. – Ты потомок древнейшего рода ведьм, так что никуда тебе с подводной лодки не деться.

Я уже не знаю, о чем я не волнуюсь. Шабаш, Джил и Оливер, Ревенджи, наемники, собственное раздвоение личности, странное поведение Софи…

При мысли о «матери» своего вертигра я покосилась на ту часть особняка, в которой находилась ветеринарная клиника. Натан и Софи сейчас были там. Как и Джеде с Максом, им мороки были ни к чему, а присутствие четырнадцати ведьм в доме нисколько не мешало выполнять привычные обязанности.

Начни с самого важного, – посоветовала шиза и удалилась восвояси, оставив меня разгребать все вышеперечисленное.

Легко сказать «с самого важного». Хотя, с точки зрения приоритетов все очевидно. Конечно же Джил и Оливер. До их казни всего два дня, а у меня ноль сил и ноль идей. Кроме того, к несчастью, все упирается во время. До Темной Горы, даже до самой ближайшей точки Покрова, добираться дольше. Существовал способ с созданием портала, но он отпал после того, как Норд сказал, что это невозможно, потому что Джошуа заблокировал эту возможность по всей территории клана еще в первые сутки после захвата власти.

Проблем добавляло и то, что мои Ястребы не просто в каком-то месте, а, скорее всего, в Пещере Раздумий, магически охраняемой тюрьме, сбежать из которой непросто. Иногда были удачные попытки, и после каждой такой попытки добавлялось какое-либо улучшение, устраняющее возможность побега. К тому же, как и любым заключенным и осужденным ведьмам, Джил и Оливеру наверняка заблокировали магические способности в качестве еще одной пытки перед смертью.

Думай, Ри, думай.

Вскочив с шезлонга, я принялась ходить туда и обратно, не в силах усидеть на месте. Свыше всего сказанного, существовало еще одно немаловажное обстоятельство. После сегодняшнего шабаша я проваляюсь как минимум сутки, требуемые на полное восстановление и слияние с магической силой, а это урезало и без того отпущенный на спасение друзей срок.

Нет, физически это не представляется возможным уже на первоначальном этапе. Я застыла на бирюзовом бордюре одной из клумб, уцепившись за привлекшее меня слово. Физически.

– Ри? – осторожно позвал меня Норд, все это время вместе с Анисом и Лаэртом находившийся здесь же, в саду. Не знаю, как это у него получалось, но Старший Скорпион всегда улавливал, в какой именно момент в моих размышлениях следует поворот на финишную прямую. Мистика какая-то даже для ведьм, я ведь знала, что он не считывает мои мысли, более того, лично поставил блок, чтобы больше никто этого не смог сделать.

– Тсс! – отмахнулась я, чувствуя, что нащупала что-то полезное.

Если нельзя добраться до Джиллиан и Оливера физически, то что мешает сделать это духовно? Оно, конечно, опасно, но кто не рискует, тот всю жизнь довольствуется малым, а в случае с ведьмами часто оказывается на кладбище.

Глубоко вздохнув, я снова опустилась на пледы, бездумно изучая лепестки неизвестных мне цветов, растущих вокруг. Теперь, когда у меня было хоть какое-то подобие решения, следовало заняться точным планом.

Сначала конечно же шабаш. Без моих сил ничего не получится. Потом придется потратить вечность на уговоры остальных, пожалуй, надо начать готовить аргументы прямо сейчас, потому что интуиция подсказывает, что моя идея не будет встречена единогласным «да».

– Моя королева? – не оставил попыток узнать, в чем дело, Норд.

– Почти придумала, – честно ответила я, поднимая взгляд на Старшего Хранителя. – Что там с местом для проведения шабаша?

– Найдено неподалеку отсюда, – отрапортовал Лаэрт. – Сейчас парни приводят его в порядок, скоро вернутся.

– Очень хорошо, – кивнула я, снова ощущая волнение из-за предстоящего мне этой ночью ритуала. – Драгон тоже там?

Все трое кивнули, и я подавила вздох. Утром, проснувшись, мы с Драгом едва тремя словами перекинулись, и это напрягало меня похлеще возвращения в строй ведьм. Кажется, своим вчерашним бегством от разговора я все-таки что-то основательно подпортила. Нужно исправить ситуацию как можно скорее, пока Бриар окончательно не понял, с кем на самом деле связался, и не слинял со скоростью света.

Драгон вернулся через час, когда, сидя на кухне, я честно пыталась впихнуть в себя пару бутербродов с чаем. Приземлившись на соседний стул, мельком кивнув моим Хранителям, которые, разумеется, бдели, расположившись в стратегически важных местах (возле окна, стены и входа), Драгон мягко прикоснулся губами к моей щеке и, быстро отстранившись, улыбнулся. Он-то отстранился, а ощущение осталось. И мурашки на спине тоже.

– Ешь, как птичка. – Он недовольно глянул на пытки, проводимые мной над прямоугольником сыра, от которого я отщипывала по кусочку.

– Птицы не едят сыр, – усмехнулась я, чувствуя, что не все так плохо, как мне казалось. Хотя, возможно, Драг усыпляет мое внимание, чтобы иметь фору для побега на край света от такой чокнутой, как я.

– Смотря какие птицы… О чем это ты думаешь? – нахмурился Бриар, очевидно заметив колебание моих эмоций. К несчастью для меня, каким-то чудодейственным способом ему удавалось улавливать любые нюансы, когда я раздумывала над нашими отношениями. Лучше бы он что-нибудь другое бы воспринимал так хорошо.

– Честно говоря, о многом. Очень о многом, – выкрутилась я, формально не соврав.

Это называется утаивание, – лениво протянула шиза.

Это называется «нежелание обсуждать собственные комплексы», – пробурчала я.

Хорошо, что ты признаешься хотя бы самой себе в их существовании, – хмыкнула она.

– Например? – Драг прищурился, и у меня сложилось впечатление, что он готовит что-то коварное. Перед глазами сразу пронеслась картинка, в которой большой красивый тигр подкрадывается в траве к ничего не подозревающей антилопе для решающего броска.

Ты? Антилопа? – Шиза откровенно расхохоталась.

С учетом твоего присутствия в моей голове, прежде всего я сумасшедшая, – съязвила я сама над собой, закутываясь в привычную мне самоиронию.

– Серьезно? – приподняла я бровь, намекая, что все темы для раздумий, хотя бы некоторая их часть, очевидны.

Бриар хищно улыбнулся, и в свете заглянувшего в окно солнца его глаза вдруг стали походить на расплавленный янтарь или жидкое золото.

– Даже не пытайся играть со мной в словесные прятки, Тори, – бархатно, явно нарочно воздействуя на меня голосом (и надо же мне было признаться, что я обожаю его кошачьи интонации!), сказал Драгон. – Я прекрасно различаю, что какие эмоции у тебя вызывает…

Я сглотнула, радуясь, что сижу, потому как колени подкашивались и во всем теле чувствовалась та самая тягучая субстанция, в которую превращалась моя кровь под его взглядом. Хотя о чем это я. Одно его присутствие в таком маленьком пространстве сносило мне крышу.

– Это наглая попытка манипуляции! – возмутилась я, встречаясь с его лукавым взглядом. Ой. Вот этого точно не надо было делать. Роковая ошибка посмотреть в глаза Драгону, когда он хочет узнать что-то.

– Попытка? – насмешливо переспросила эта наглая кошара, притягиваясь ко мне еще ближе.

Краем глаза я отметила, что Скорпионов в кухне более не наблюдается. Как всегда, Хранители тактично удалились, едва появился намек на мою личную жизнь. Когда они ушли и откуда теперь охраняют меня (а в том, что охраняют, я не сомневалась), оставалось загадкой.

– По-моему, все, что я планировал, мне удалось, – промурчал Драгон, склоняясь ко мне.

– Я позволю тебе так думать, – сдавленно проговорила я перед тем, как его губы улыбкой накрыли мои. Это был очень нежный долгий поцелуй, подаривший мне краткое забвение от всего происходящего. К сожалению, краткое, а не вечное.

– У нас все в порядке? – решилась спросить я, все еще помня вчерашний конфуз и собственный утренний дискомфорт после его быстрого ухода.

Драгон серьезно посмотрел на меня, как умеют только кошки. Будто видя насквозь, а понимая и того больше, Бриар коснулся большим пальцем моего нахмуренного лба, разглаживая кожу.

– У нас все лучше, чем в порядке, Тори, – прошептал он.

Выяснить, насколько у нас все лучше, помешало появление Марка. Друг выглядел несколько потрепанным, на ходу потирая предплечье и пытаясь сдуть со лба мешающую ему прядь волос.

– Шалите? – усмехнулся Стоун, оценив нашу позу.

– Разговариваем, – коротко ответила я, отлепляясь от Бриара.

– Да-да, – протянул Марк, залезая в холодильник. – Голоден, как вер… Пришлось столько энергии вбухать на уборку этого чертова поля… А у тебя, Ри, как дела? Что-то придумала? Драг? – Он выглянул из-за дверцы, вопросительно глядя на моего вертигра и потрясая пластиковой формой с чем-то, похожим на остатки вчерашних отбивных.

Драгон кивнул, на лету ловя коробку и отправляясь за столовыми приборами.

– Что-то наклевывается, – нехотя ответила я, понимая, что первым, кто начнет орать, услышав мои наметки, будет Стоун.

Когда предлагались рискованные планы, где основные ставки были на меня или Джиллиан, он превращался в несусветного паникера, бракуя все идеи на подлете. Я понимала, откуда у этого растут ноги, фактически у Марка не было никого роднее меня и Джиллиан. Его мама умерла при родах, а отец… Джозеф Стоун, глава династии Стоун, порядочная сволочь, неоднократно изменявший жене с матерью Марка, в результате чего тот и появился на свет.

Все, что по большому счету было у моего друга от отца, – фамилия, хотя старший Стоун забрал Марка к себе на воспитание. Но это никому, в том числе и самому Джозефу, не мешало называть Марка бастардом.

Марк кивнул, заваливая стол провизией, и, судя по количеству еды, я бы сказала, что он накрывает не только на них с Драгом. Моя догадка подтвердилась, когда на кухню стали стекаться ведьмы со всего дома. Перед шабашем силы требовались всем. Кивая мне, они плавно рассаживались вокруг в неизменном порядке, поэтому личности отсутствующих были еще очевиднее. Так же незаметно, как исчезли, вернулись Скорпионы, на этот раз в полном составе, включая Яна.

Мой взгляд скользил по беседующим и шутливо переругивающимся товарищам, узнавая привычные вещи вроде жестов и поз. Сэра, потряхивающая монетами на своем платке, Беренгард, потирающий костяшки пальцев друг об друга, словно разогревая их перед дракой, Тристан, по часовой стрелке размешивающий свой чай, Тая, проводящая указательным пальцем по левой брови… Таких мелочей было очень много, и каждая из них была яркой деталью картины, два месяца назад завешенной мною темным полотном. Картины моей боевой семьи, каждый член которой дорог мне по-своему. Как жаль, что я поняла это только сейчас.

Хорошо, что вообще поняла, дитя неразумное, – проворчала шиза.

Машинально запоминая вспыхивающие то там, то сям разговоры, я отчетливо поняла, что не слышу всего одной ведьмы. Индира Висдом, сгорбившись, сидела между Хлоей и Киром, сжимая обеими руками свою большую зеленую чашку черного крепкого чая и смотря исключительно в нее. Черные пряди свисали по бокам от ее лица, создавая некое подобие обособленности от соседей, но не для того, кто сидел почти напротив.

Со своего места я отлично видела ее тонкие подрагивающие губы и синеватые мешки под зареванными глазами. Наверное, особый целебный настой Дарин помог ей ненадолго. Словно почувствовав, что я на нее смотрю (скорее всего, так и было), Индира приподняла голову, и ее карие глаза встретились с моими. Столько в них было всего, что у меня даже дыхание перехватило. Помоги мне, Таврика, никогда не испытывать того, через что сейчас проходила Индира. Они ведь с Олли собирались пожениться…

– Ты, – сдавленно и хрипло высказала Индира, и все за столом мигом оборвали разговоры. – Это все ты! Как ты могла нас бросить?

Черт. Вот чего-то подобного я и ждала изначально.

– Индира, – предостерегающе позвал ее Норд, собираясь встать из-за стола, чтобы каким-нибудь из тысячи своих способов оборвать обвинения в мой адрес, но я положила руку на его плечо, удерживая воина на месте.

– Не нужно, – покачала я головой, останавливая не только его, но и напрягшегося рядом Драгона. Понятия не имею, что он мог сделать Индире, но, однозначно, он самый быстрый из всех присутствующих здесь, а значит, достать Висдом бы успел.

– Что «Индира»? – вскрикнула Висдом, резко поднимаясь со стула и сверля меня взглядом. – Можно подумать, не все вы здесь об этом думаете! Если бы она осталась, а не спряталась от собственных проблем, как трусливая собака, ничего бы не случилось, и все было бы по-прежнему! А теперь мой Оливер… Что ты сидишь, Марк? – Она гневно повернулась к Стоуну.

– А что ты мне предлагаешь? – вскинул голову друг. – Воздеть обвиняющий перст и все свалить на Ри? Это Ри сказала нам оставить Джил и Оливера? Это был ее приказ?

– Нет, но…

– Правда в том, что остаться и задержать прихвостней Ревенджа было сознательным выбором Джиллиан и Оливера. Так же, как и уход Ри, это было ее собственным решением. Нечего перекладывать на нее ответственность за чужие поступки!

Я благодарно посмотрела на Марка, не ожидая такой защиты от него. Я догадывалась, чего ему стоило вот так вот рьяно сейчас высказаться, когда на душе скребутся кошки и нет-нет да проскальзывают мысли, высказанные только что Ди. Как ни старайся быть справедливым, а другого в своих бедах всегда обвинить легче.

Со мной случилось то же самое. Вместо того чтобы искать силы в себе, я смалодушничала, повесила все на магический мир и упорхнула в другую жизнь. Попыталась упорхнуть.

– Индира, – мягко позвала я Висдом, когда она снова переключила внимание на меня, все еще судорожно сжимая руки в кулаки, сама выходя из-за стола. – Я не говорю, что понимаю, каково тебе сейчас, честно говоря, я даже не представляю этого. – Я снова стрельнула глазами в сторону сосредоточенно молчавшего все это время Драга, надеясь, что никогда такого и не узнаю. – Мне жаль, что так вышло. Мне искренне жаль, но мы не можем позволить себе тратить время на обвинения, когда два наших Ястреба находятся в плену. Я прошу тебя взять себя в руки и действовать, как полагается Ястребу, а не сходящей с ума от беспокойства и тоски девушке. Вряд ли Оливер хотел бы этого.

Я пронзительно посмотрела на нее, стараясь внешне оставаться спокойной, чтобы не дать повода для усугубления конфликта. Если сейчас мне не удастся призвать к порядку собственного Ястреба, это будет катастрофой. Если ко мне не прислушается ведьма, с которой раньше у меня никогда не возникало недопонимания, то что уж говорить об остальном народе? Когда член собственного отряда считает тебя предателем, то весь клан и подавно, так что о каком возвращении трона может идти речь?

Индира часто задышала, прикрыв глаза, стараясь успокоиться. Это было хорошим знаком. Вряд ли она набирает энергию для магического удара, верно? Тогда бы Скорпионы не выглядели столь спокойными, а уже связали бы ее по рукам и ногам.

Раскрыв глаза, она стремительно подошла ко мне. Все присутствующие напряглись, не зная, чего ожидать, видимо, Висдом заблокировала сознание (не могу ее за это винить). Анис повернулся вполкорпуса, готовый вместе с братьями и Драгом остановить ее раньше, чем она успеет что-либо сделать. Индира удивила всех. Дойдя до меня, она рухнула на одно колено, склонив голову.

– Прости, что оскорбила тебя, моя королева. Прости, что поставила под вопрос твою храбрость, капитан. Прости, что усомнилась в тебе, друг.

Краем глаза я заметила, как облегченно выдохнули Сэра и Тая, а остальные Ястребы расслабились. Угроза возможной стычки миновала, и в комнате сразу стало легче дышать. Быстро наклонившись, на что спина отозвалась ноющей болью, я протянула ей руку.

– Право на ошибку есть у каждого, Индира. Я, как видишь, тоже дров наломала. А теперь поднимайся, нужно готовиться к шабашу. Обещаю, я сделаю все возможное, чтобы помочь Оливеру и Джил.

Она приняла мою руку и поднялась, взволнованно смотря на меня. И без способностей эмпата я могла сказать, что теперь, когда гнев и горе расцепили свои когти, Висдом было стыдно за свое поведение.

– Спасибо, Ри, пойду приведу себя в порядок, – кивнула Висдом, после чего вышла из кухни.

Я вернулась за стол, чувствуя неожиданный прилив сил, а заодно голод. Лаэрт пододвинул мне тарелку, полную всякой всячины, в то время как Драгон внимательно посмотрел на меня. Точно.

Я закусила губу, а Бриар уже успел провести параллель между этим жестом и моими болями в спине. Одним взглядом он спросил, все ли со мной в порядке, и я еле заметно кивнула. Не хватало еще показывать такую слабость перед всем отрядом.

До девяти вечера мы с Драгом пробыли в гостиной, общаясь с Эрелл, Джедой, Максом и свободными Ястребами (одни легли поспать, чтобы набраться сил перед ритуалом, другие убежали организовывать все необходимое для него). Софи и Натан обсуждали в кабинете главы семьи лечение кого-то из своих пациентов и к нам не выходили, явно увлеченные спором, а может, и не только им, уж слишком хитро ухмылялся Драг.

– Ри, твой венок готов, – в комнату заглянула Дарин Грир-Кенелм, демонстрируя мне переплетение мяты, роз и лилий. Как целитель, она сразу же взяла на себя часть ритуала, связанную с травами. Вообще, всех медиков хлебом не корми, только дай повозиться с флорой.

– А почему именно эти растения? – полюбопытствовала Джеда, по-лисьи задергав носиком. В последнее время это выражение появлялось у нее все чаще, сразу же, как только в поле ее зрения оказывалась ведьма, с которой она еще не переговорила как следует. Насколько я знала, она уже сдружилась с Рейнхардт и Фриман.

– Ну… Как недавно подтвердилось, – я ухмыльнулась Драгу, вспомнив, чем именно пахну для него, – мята – мое личное растение, роза – яркость личности, а лилия символизирует чистоту мыслей.

– У ведьм всегда во всем есть смысл, да? – спросила Эрелл.

– У всего всегда есть смысл, даже если изначально этого незаметно, – пожал плечами Тристан.

– Спасибо, Дарин, – поблагодарила я Грир-Кенелм, осторожно, чтобы не уколоться шипами роз, принимая венок.

– Вкусно пахнет, – промурлыкал мне на ушко Драгон. – Прямо как ты.

Разумеется, я сразу же покраснела на радость Драгу и на потеху окружающим. Вытерпев пару шуточек на эту тему, я щелкнула своего вертигра по носу, впрочем тут же мимолетно целуя его, и вышла из комнаты, позвав за собой Марка, предающегося размышлениям у окна. Конечно же верными тенями за нами последовали и мои Хранители.

Выйдя на веранду, я пожалела, что не додумалась прихватить с собой куртку, так как на улице здорово похолодало, но не успела я прочувствовать этого в полной мере, как Лаэрт набросил мне на плечи свой плащ. Скорпионы помнили обо всем. Марк оперся на перила, выжидающе глядя на меня.

– И мы вышли на октябрьский холод, под эти звезды, чтобы… – театральным шепотом начал он, доставая сигареты.

– Не паясничай! И с каких это пор ты куришь? – нахмурилась я, не припоминая этой привычки за другом прежде.