Текст книги "Потусторонние (СИ)"
Автор книги: Валерия Лавритэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)
− Угу…− как-то странно протянул профессор и потёр шею.
− Что не так? – насторожилась я.
− Али, на самом деле эти двери мне не продали. Это древние реликвии, которые саакришцам удалось переместить в эту Вселенную до того, как наша планета погибла, а мой отец спрятал их в надежном месте. Двери представляют собой огромную ценность. Отец всегда говорил, что они способны изменить судьбу, ведь знание своего прошлого, − он кивнул в сторону первой двери, − знание своих страхов, − на другую, − помогут избежать многих ошибок. Я разгадал, что значат две двери, но что показывает последняя− для меня такая же загадка, как и для тебя. Сначала я думал, что будущее, но оно изменчиво, оно может меняться буквально каждый день, а то, что я там вижу− всегда одна и та же картинка. Я приехал преподавать в Академию Тёмных, чтобы одарённые адепты попытались разгадать тайну последней двери. Ректор согласился, так как посчитал путешествие в одну из них неплохим стимулом для учёбы. Вот зачем я здесь на самом деле.
Я задумчиво посмотрела на последнюю дверь и вспомнила своё размытое видение. Мужчина, лицо которого будто закрывала какая-то магическая дымка, стоял рядом с зеркалом. Вот и демон его знает, что это могло значить!
− Почему ты решил рассказать сейчас?
− Потому что теперь полностью доверяю тебе.
− Тогда мне тоже нужно тебе кое-что рассказать, и, надеюсь, это никак не повлияет на наши отношения. – Очень надеюсь. За столь короткий срок я очень привязалась к мужчине. Я очень болезненно отпускала нелюдей, решивших покинуть мою жизнь. Я всегда до жути боялась перемен. Однако сейчас, даже несмотря на то, что на этом наше с саакришцем расследование может закончиться, я обязана была сказать ему правду.
Я глубоко вздохнула и выпалила:
− Моя мать− бывшая придворная магиня.
На мгновение, показавшееся мне целой вечностью, повисло молчание. Я зажмурилась, ожидая ответа друга, до демонов боясь, что он может выставить меня за дверь. Всё-таки моя мать погубила весь его народ…
− Знаешь, − произнёс Витор тихо, − а я ведь там был. В тот день, когда всех казнили.
Я открыла рот, чтобы сказать, как мне жаль, но саакришец мотнул головой, мол, не надо и продолжил:
− Нас, детей, заставили смотреть на всё это. Нель…− он запнулся, – твоя мама каждый день приходила в тюрьму, где нас держали, и приносила вкусные булочки. Она рассказывала нам разные истории, чтобы отвлечь от страха перед неизведанным и тоски по родным. − Он улыбнулся воспоминанию, но в глазах его читалась вселенская тоска. − Однажды ночью она пришла, когда все остальные дети уже спали. Нель разбудила меня, сказала тихо собраться, и мы сбежали. Я не мог понять, почему она рискнула всем из-за меня, но был так рад, что не останусь там. Хоть король и отдал указ не убивать детей, мы стали бы рабами. Недалеко от дворца нас схватила королевская гвардия. Меня вернули в камеру и в следующий раз я увидел твою маму в день казни моего народа. Нель плакала, а позади на неё были наставлены копья. Я попытался кричать, но гвардеец ударил меня, и я потерял сознание. Очнулся, когда старый дворец в Южном Риусе уже горел. Твою маму заставили использовать это заклятье, король заставил, она не хотела.
Я не заметила, когда по моим щекам потекли слёзы. Просто стояла и рыдала, даже не пытаясь успокоиться. В голове была картина бедной хрупкой мамы с направленным на неё оружием.
Я знала, знала, что она не могла по доброй воле убить целый народ!
Саакришец подошёл ко мне и притянул в объятья. Я уткнулась в его грудь и в голове возник образ, как он маленький и чумазый сидит за решеткой, а мама протягивает ему булочку. Из меня вырвался громкий всхлип.
− Таких, как она мало, −сказал он, положив подбородок на мою макушку и легонько гладя по спине.
− Она любила тебя, − сквозь всхлипывания выговорила я.
Руки вокруг меня сжались сильнее, и он тихо выдохнул:
− Да.
Витор был единственным, кто полностью мог понять меня, ведь он, как и я, тяжело пережил смерть мамы. Я представила, как всё могло бы сложиться, если бы им удалось сбежать в ту ночь. Витор стал бы для меня старшим братом, о котором я всегда мечтала, мы жили бы счастливо… От этих мыслей стало только хуже, ведь такого уже не случится. Мамы теперь нет.
Не знаю сколько прошло времени, прежде чем слёзы перестали застилать взор. Я шмыгнула носом, вытерла ладонями влажное лицо и решительно обернулась к двери посередине.
В прошлый раз профессор прервал моё пребывание там, возможно, в этот раз я увидела бы больше… но меня настигло разочарование. Всё тот же мужчина, всё тоже зеркало и ничего нового.
С поникшими плечами, я обернулась и открыла рот, чтобы рассказать Витору об увиденном, но слова застряли в горле, когда я увидела лежавшего на полу мужчину.
− Вит! – ужаснувшись, воскликнула я и бросилась к саакришцу.
Я упала на колени рядом с бессознательным другом и потрясла Витора за плечи, лихорадочно сканируя его тело на наличие травм. Сколько меня не было? Что могло случиться за это время?
− Витор! Витор, очнись! – в слезах умоляла я мужчину.
Боги, да сколько же можно реветь?! Этим ему не поможешь!
Я бросилась к двери, чтобы позвать на помощь, но услышала позади тихий стон и резко затормозила. Обернувшись, увидела, что ресницы мужчины дрогнули, и он со стоном коснулся головы.
− Слава Богам! – с вселенским облегчением воскликнула я и помогла ему сесть.
− Я в порядке, − попытался успокоить меня Витор, но наткнулся на скептический взгляд. − Серьезно, просто при падении головой ударился.
− Что произошло? Ты потерял сознание? Меня ведь не было всего несколько минут!
Саакришец бросил взгляд на распахнутое окно и нахмурился.
− На меня напали.
− Кто?!
− Не знаю, − он покачал головой. − Я не видел с какой стороны в меня запустили заклятием и самого мага тоже не заметил. Ясно одно, шпион о котором ты говорила действительно здесь. И, кажется, он убивает всех, кто тебе помогает.
В голове мелькнул образ водяного, который назвал меня меченой, тем самым предупредив об опасности, а следующей − госпожа Жизель… О, Боги…
Глава 16
Витор держал сумку, в которую я бросала необходимые вещи, когда в комнате нас застали Габриэла с Нефритом. Дракон в изумлении приподнял брови, не знавший о моих близких отношений с профессором Лориеном.
− Куда ты собралась? – напряженно спросила Габриэла, прочитав по моему лицу, что случилось что-то не хорошее.
− Поход в гости к госпоже Жизель пришлось немного ускорить, − объяснила я, забрала у преподавателя сумку и закинула её на плечо.
− Что-то случилось? – нахмурилась кикимора.
− Надеемся, что нет, − ответил Витор, а я судорожно сглотнула, представив, что по моей вине могло случиться непоправимое. – Им можно доверять? – обратился ко мне мужчина.
Я задержала взгляд на Нефрите, который не был посвящен в курс дела, но после секунды колебаний кивнула.
– Сегодня на меня было совершено покушение. И, вероятно, тем же самым нелюдем, который убил Водяного. Похоже, кто-то устраняет тех, кто помогает Алиянне.
− Я иду с вами, − твёрдо заявила Габи.
− И я, − хмуро подтвердил Нефрит. – Может я ещё и не совсем понял, что происходит, но постараюсь помочь тебе.
− Исключено, −я покачала головой. – Я не хотела втягивать и тебя во всё это…
− Но, Алиянна…
− Вы что, не слышали, что он сказал?! – попыталась достучаться до них я. – Вас могут убить! Я не стану рисковать друзьями. Ты и так под угрозой после того, как помогла мне в секретной секции, − обратилась я к Габи, надеясь найти в ней хоть каплю здравого смысла. − Если будете в академии под защитой друг друга и Кири, мне будет намного спокойнее.
− А нам будет спокойнее, если ты будешь под нашей защитой! И закончим на этом. Мы идём. Точка, − Габи с вызовом выхватила у меня сумку и нацепила себе на плечо.
Я открыла рот, чтобы ответить, но Витор напомнил, что нужно торопиться и нет возможности тратить драгоценное время на споры. Я вздохнула, мысленно проклиная упрямых кикимор и доблестных драконом, и сдалась.
− Ладно. Будь по-вашему.
Спускаясь в холл, мы размышляли, как незаметно ускользнуть из академии. Витор, конечно, мог беспрепятственно покидать её пределы, но вот мы – нет, поэтому все дружно соображали о возможных черных ходах.
Нефрит предложил частично трансформироваться и по очереди перенести каждого через стену, но Витор покачал головой и сказал, что слишком велика вероятность, что гарпии заметят нас. Маг же предложил создать портал и перенестись за стену, но в этот раз отмела идею Габриэла, сказав, что портал направленный за пределы академии без ведома ректора, приводит прямиком в его кабинет.
На мою вскинутую бровь девушка закатила глаза и сказала:
− Что? Я не раз пробовала улизнуть отсюда.
− Значит, рушим стену! − хлопнул в ладоши фей, и его глаза загорелись азартом.
− Нет. – качнула я головой.
− Зануда, − закатил глаза фей. – Учитесь, пока я жив!
И это маленькое ушастое недоразумение скользнуло за почти голый могучий дуб, а спустя секунду вынырнуло и недоуменно поинтересовалось:
− Так вы идете?
Мы с друзьями переглянулись и подошли поближе, чтобы прямо за деревом увидеть круглое отверстие в стене, такое, что каждый из нас спокойно мог перебраться по ту сторону.
− Но как?! – с восхищением воскликнула Габриэла. − Мы столько раз пытались повредить стену, но она отбрасывала нас защитным заклинанием!
− Секрет фирмы, − усмехнулся фей и первым пролетел в отверстие. За Кирей последовала я, но стоило мне высунуться из прохода, как меня оглушили, и я уплыла куда-то в темноту…
− Алиянна, Алиянна, очнись! – слышала я, будто сквозь туман.
Нехотя разлепив глаза, поморщилась от боли в голове и наткнулась на встревоженное лицо Нефрита. Затем опустила взгляд ниже и с недоумением отметила, что мы оба лежали на земле, а руки и ноги у нас были связаны.
Что произошло?!
Помню, как выбралась из сделанного Кирей прохода в стене, дальше− темнота.
Голова нестерпимо болела, и я было потянулась к затылку, чтобы ощупать непонятно откуда взявшейся раны, но запястья сдавили верёвки, напомнив о моём неутешительном положении.
− Почти все очнулись, – от незнакомого грудного голоса я вздрогнула и испуганно уставилась на говорившего.
Массивные чёрные ботинки огромного размера, коричневы штаны из кожи, обтягивающие мощные ноги, простая чёрная рубаха со шнуровкой на зелёной, как и всё тело незнакомца, груди. Тролль! Даже два тролля! Второй, кстати, от первого отличался лишь отсутствием каштановой шевелюры до плеч.
− Да какая разница, всё равно не те, − сплюнул лысый.
− Простите, а вы кого ждали? −миролюбиво спросила Габриэла, которая была в таком же положении, что и мы с Нефритом. А вот Витора кто-то прислонил спиной к ограждению академии, и судя по тому, что голова саакришца почти лежала у него на груди, он всё ещё был без сознания. Бедный! Уже второе покушение за день, а всё из-за того, что связался со мной. Да я какая-то ходячая катастрофа!
Тролль с каштановой шевелюрой открыл рот, чтобы ответь, но наткнулся на тяжелый взгляд лысого и ему же сказал:
− Всё равно ж не те! Что такого, если мы им расскажем. Вдруг они их знают?
Лысый какое-то время молчал, а потом махнул рукой, мол: «Делай, что хочешь». Молчаливый тролль привалился плечом к дереву, исподлобья наблюдая за нами и похлопывая деревянной дубинкой размером с тумбочку по ладони.
− Дело в том, − обратился к нам другой тролль, − не давеча, чем две недели назад наткнулись мы на двух девушек, ну и… влюбились.
Наши с Габриэлой рты одновременно приняли вид идеальной буквы «о», и мы обалдело переглянулись.
Это они о Аните с Линрэт, что ли?
− Знаем, что учатся они здесь, − продолжил тролль, − вот и поджидаем.
− С дубинками? − хмыкнул Нефрит. − Не лучший способ привлечь девушек.
Тролль, что был пообщительнее озадаченно уставился на другого, а лысый фыркнул:
− Что бы ты знал о девушках, букашка.
Нефрит открыл рот, чтобы что-то ответить, но я прочистила горло и, чтобы избежать, проблем перевела тему:
− Господа, а девушки− одна светленькая, другая темненькая?
− Ага, знаете их? – оживился добрый тролль.
Про себя я мысленно обозвала лысого плохим троллем, а этого – хорошим.
− Знаем-знаем, − сказала Габриэла, и мы с ней переглянулись, сдерживая смех.
− Трох на темненькую глаз положил, − хитро покосился тролль на друга. – И тебя по макушке огрел, потому что за неё принял.
Очень сочувствую я Троху! Благо он уже лысый, а то, ухаживая за Анитой, всю шевелюру потерял бы на нервной почве. А вообще… неплохая это мысль занять вредную драконшу ухажером.
− А была бы она в пещеру свою утащил? – не удержалась от колкости Габи.
Лысый оттолкнулся от дерева и стремительным шагом направился к нам с далеко не с намерениями развязать нас, судя по выражению лица.
− Габи! – со смесью осуждения и обреченности воскликнула я. Неужели так сложно удержать язык за зубами и не обострять и без того ужасное положение?
− Именно, − подтвердил Трох хрипловатым грудным голосом, присаживаясь на корточки рядом с лежащей на боку Габи. − Но раз её нет, ты тоже подойдёшь.
Кикимора испуганно сглотнула.
− Я…я занята!
− А кого это волнует? – выгнул он брови. – Раз та девчонка от меня удрала в городе, ты вместо нее сойдешь. Хотя твой цвет волос мне глаза режет. Перекрасим. В брюнетку.
У Габи аж глаза из орбит повылезали. Праведному возмущению кикиморы не было предела. Дыхание девушки участилось от злости и осознания, что её хотят сделать клоном Аниты, за невозможностью получить саму драконшу. Однако внезапно в глазах девушки что-то изменилось, а на губах заиграла улыбка.
− А что, если я смогу строить так, что ты каждый день сможешь видеться со своей беглянкой?
− Как же? – прищурился лысый.
− В академии скоро потребуется персонал. Шишига с женой собрались в отпуск…
Добрый тролль фыркнул.
− Знаем мы как эта нечисть собирается, минимум спустя сто лет они в этот отпуск поедут.
− А если их к этому подтолкнуть? – предложила я, тоже заинтересованная занять Аниту ухажером, чтобы у нее не хватало времени на перепалки со мной.
− А это отличная идея! − воскликнула Габриэла. − Трох и…
− Трих, − представился добрый тролль и пояснил: − мы братья.
− Как будто мы и так не поняли, − хмыкнул Нефрит, за что получил тяжелый взгляд двух пар зелёных глаз.
− Трох и Трих, а вы не хотите поработать в Академии? Будете рядом с Анитой и Линрэт. Мы поспособствуем тому, чтобы вас устроили. − Предложила Габриэла.
Братья переглянулись. Они ненадолго отошли, чтобы поговорить, а, вернувшись, согласно кивнули.
− А теперь может вы всё-таки нас освободите? – заискивающе улыбнулась Габи.
Пока Трих нас развязывал, лысый влепил Витору смачную пощёчину, чтобы тот пришёл в чувства. Я бросилась к саакришцу и принялась развязывать веревку на его руках, попутно пересказывая мужчине случившееся.
− Этого тоже освобождать? − Трох двумя пальцами держал за ножку подвешенного вниз головой Кирю. Ручки и рот фея были связаны, но он яростно дёргался из стороны в сторону, в попытке освободиться.
− Буйный он у вас какой-то, − пожаловался Трих, − пришлось связывать, − тролль выставил вперёд ногу, демонстрируя отсутствие шнурков на ботинках.
− А нас за что? – поинтересовалась Габи, потирая запястья.
− Дык, чтобы не сбежали, − ответил добрый тролль.
− Мерзавцы! Гады! Да я вас…− начал горланить фей, когда я развязала ему рот.
− Киря, спокойно, − попросила я, но он меня не слышал или не хотел слышать и продолжал сыпать ругательствами, − да я вам сейчас…
− Дождик над головой утрою? − припомнила Габриэла и фыркнула. − А говорят атакующего так трудно поймать!
Фей зло сверкнул глазами и рявкнул:
− Сработал элемент неожиданности! Я был не готов! А вы…− снова перевел он взгляд на троллей.
− Киря! − прикрикнула я, и фей соизволил хотя бы убавить громкость и начал бубнить ругательства под нос.
Братья тролли предложили проводить нас в Квартал Наёмников, и я, поразмыслив, согласилась. Только сумасшедший решил бы напасть на двух здоровенных троллей с дубинками, так что они были нашей гарантией добраться до места в безопасности.
Киря обиженно сопел из-за того, что его посчитали недостаточной защитой и не упускал ни шанса создать сопровождающим лишний камешек или корешок под ногами. Однако троллям было всё равно, они увлеченно слушали советы Габриэлы:
− Линрэт обожает орхидеи, предпочитает прогулки на свежем воздухе, нежели посиделки в трактирах или клубах, очень любит животных, вообще любых. Она даже с этим, − кивок в сторону фея, − нашла общий язык.
− Я не животное! – рявкнул атакующий. – А Линрэт единственная, кто меня ценит! А вы все неблагодарные…
− Да-да, − перебила его Габи, закатив глаза, и обратилась уже к другому троллю: – У Аниты любимые цветы− красные литерии…
Их беседа вызвала у меня улыбку, но вспомнив о причине нашего небольшого путешествия, я мгновенно помрачнела. Что, если шпион Потустороннего уже добрался до госпожи Жизель? В аудитории Витора я успела спугнуть его, но кто мог помешать ему расправиться с бедной женщиной? Боги, хоть бы всё было в порядке…
Спустя пятнадцать минут пути мы оказались на оживлённой городской улице.
Я разглядывала невысокие аккуратные дома и проходящих мимо нелюдей, которые с опаской косились на нашу компанию, но думать могла лишь о госпоже Жизель. Я изо всех сил надеялась, что с ней всё хорошо, и представляла, как она с изумлением встречает нас на пороге своей лавки.
−Эй, − Нефрит коснулся моей руки. – Я не могу знать наверняка всё ли в порядке, более того, я до сих пор не совсем понимаю, что вообще происходит…− он вздохнул и сжал мою ладонь, − но что бы не случилось, мы справимся.
Мне безумно хотелось верить ему.
Я кивнула и выдавила из себя улыбку.
Впереди показалась старая лавка госпожи Жизель, и я судорожно втянула воздух. Ноги будто приросли к земле. Я не хотела туда идти. Ужасное, нехорошее предчувствие терзало изнутри, но я приложила усилия, чтобы успокоить себя и преодолела оставшееся расстояние.
Знакомые ступеньки, как и в прошлый раз, истошно заскрипели под моим весом. Я постучала. Дверь оказалась не заперта и медленно приотворилась, пропуская внутрь дневной свет.
Зайдя в лавку, я уже знала, что увижу.
Дальше всё для меня было, как в тумане.
Меня оттащили от безжизненного тела маминой подруги, и стиснули в стальных объятьях.
Жизель помогла мне, была добра и поплатилась за это жизнью! Погибла из-за меня! Это я виновата!
Её гибель воскресила во мне самые ужасные воспоминания, как когда-то я точно так же нашла на полу маму, и я уже не могла остановить поток слёз, да и не пыталась. Я безостановочно рыдала на чьей-то груди, чувствуя, как сердце разрывается от вины и горя.
Нефрит шептал мне на ухо что-то успокаивающее, но я не могла разобрать слов. В голове всё повторялось голосом маминой подруги: «Прощай…»
Внезапное осознание ударило в голову так, что я даже ненадолго перестала рыдать. Она знала! Жизель знала, что умрёт и всё равно помогла мне!
Стоило представить, что следующими могу потерять Габриэлу, Нефрита или Витора, как сердце болезненно сжалось, а слёзы покатились с удвоенной силой. За столь короткий срок друзья стали для меня самыми близкими и дорогими не людьми. Что же я могла сделать, чтобы обезопасить их? Ведь случись что, я не смогу себя простить.
− Муха… − начал Киря и осёкся под злым взглядом дракона. Фей поджал губы и тут же исправился: − Алиянна, мне очень жаль.
Я повернула голову и сквозь пелену слёз смогла разглядеть грустного Кирю. Он закрыл бедной госпоже Жизель глаза, подлетел к Витору и что-то негромко сказал ему на ухо.
Саакришец кивнул и с сочувствием произнёс:
− Некромант не сможет нам помочь. Наложена магия, которая не позволяет призвать душу. Магический след Киря вычислить не смог, убийца хорошо замёл следы. Али, мне тоже жаль.
− Всем нам, − прозвучал печальный голос Габи.
Глава 17
По пути обратно в академию никто не проронил и слова. Вернувшись, я решила пропустить ужин, аппетита не было, да и любая еда сейчас покажется мне пресной и безвкусной. Я сослалась на плохое самочувствие и сразу направилась в комнате, мечтая хотя бы не на долго остаться наедине со своим горем.
Поднявшись на второй этаж, я свернула в коридор и внезапно оказалась прижата к стене и заключена в клетку из рук.
Обладатель полыхающих злобой алых глаз склонился надо мной с таким взглядом, будто планировал разорвать на части, и рявкнул:
− Где ты была?!
Я открыла рот, чтобы ответить, но внезапно ярость в глазах вампира угасла, сменившись беспокойством.
− Что случилось? Почему у тебя заплаканные глаза? – требовательно спросил он.
− Ты случился, − буркнула я, отталкивая парня.
− Я? – это было сказано таким ошарашенным голосом, что я фыркнула. Может сегодня я рыдала и не из-за него, но вчера именно вампир являлся причиной моих слёз.
Я снова попыталась высвободиться, но Гас поймал мою руку и приложил к своей груди. Я замерла и уставилась на вампира во все глаза. А он нежно коснулся тыльной стороной ладони моей щеки, погладил скулу и вдруг прижался к моим губам в чувственном поцелуе. Сначала я просто не поверила в происходящее, но когда ступор спал, то ответила, выплескивая всё, что я испытывала к этому невыносимому мужчине: боль, страсть, обиду, нежность… Меня невыносимо тянуло к Гиварусу, и я была не в силах сопротивляться. Я обняла его за шею и притянула ближе. Несильно укусила его за губу, и Гас издал тихий рык, сжав мою футболку в кулак и сплетая наши языки в сумасшедшем танце.
Не знаю сколько это длилось, но, когда мы отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. Гас прислонился своим лбом к моему и прикрыл глаза, а затем отступил на шаг и сказал:
− Извини. Это всё… в общем, мне… захотелось.
Равнодушие, с которым были сказаны эти слова что-то сломали внутри меня.
− Захотелось? – переспросила я тихо.
А чего я, собственно, ожидала? Клятв в любви? Нет, я не настолько глупа, но в груди теплилась надежда, что мои чувства не безответны. Тогда как можно объяснить его поведение? То он рычит на меня, то целует. В одну минуту ведёт себя так, будто я величайшая драгоценность, в другую – будто я совершенно ничего не значу. На перемены в его настроении и поведении у меня уже появилась аллергия. И как понять, когда он настоящий, а когда притворяется? И зачем Гас притворяется? Почему просто не сказать мне правду?!
Гиварус кивнул.
Ярость, подстёгиваемая обидой и неоправданными ожиданиями, накатила на меня сродни цунами, накрывая с головой. Язык так и чесался крикнуть вампиру, чтобы он оставил меня в покое и больше никогда не приближался, но я понимала, что во мне говорили эмоции и на самом деле я этого не хотела.
− Захотелось, − повторила я и с горечью покачала головой, каря себя за наивность.
Не сказав больше не слова, я развернулась и дошла до комнаты.
Демоновы слёзы жгли глаза, но я не позволила им сорваться с ресниц и поклялась, что больше не пророню ни слезинки из-за ерунды. А по сравнению со смертью госпожи Жизель, мой разбитое сердце− самая настоящая ерунда.
Внутри меня ждал сюрприз в виде разлегшегося на кровати саакришца, который играл с Кирей в шахматы. При моём появлении мужчина поднялся и тут же нахмурился, заметив выражение моего лица.
− Что ты тут делаешь? – поинтересовалась я, прежде, чем он начал задавать вопросы.
− Тебя жду. Не мог же я не проверить, как ты себя чувствуешь после всего…и вижу, что не зря зашёл. Ещё что-то случилось?
Сначала я хотела отмахнуться, но вдруг передумала и начала рассказывать. Меня будто прорвало, слова и переживания полились из меня водопадом.
− Захотелось? – фыркнул Витор, выслушав мой сбивчивый рассказ.
Мне хотелось кричать, топать ногами и лить слёзы, но я спокойно лишь кивнула, в который раз прокручивая в памяти поцелуй.
− Вот упырь не доделанный! – ругнулся саакришец и внезапно обнял меня. Моя щека прижалась к его груди, и мужчина стал медленно поглаживать меня по голове. – Али, я тебе как мужчина говорю, ты этому вампиру небезразлична. Но его странное поведение меня настораживает, так что может ты лучше обратишь внимание на дракона? Он выглядит порядочным парнем и на тебя смотрит как на величайшее сокровище…
− Витор, только не надо сводничать, − поморщилась я. – Давай лучше о чём-нибудь другом поговорим.
Вздохнув, я отстранилась от мужчины, в объятьях которого чувствовала себя в полной безопасности. И при этом никаких романтичных чувств к Витору я не испытывала, как и он ко мне.
Пусть у них с мамой и не получилось сбежать в тот страшный день, и я не росла вместе с саакришцем, но он был для меня родственной душой, тем кому я без страха могла рассказать всё, что меня терзало.
− Ладно-ладно, − мужчина улыбнулся и, будто прочитав мои мысли, сказал: − знаешь, я помню один день, когда я очень сильно плакал из-за папы. Я боялся, что король убил его. Когда я рассказал об этом твоей маме, то она ночью через потайной ход вывела на меня крышу дворца и указала на маленькие дома на горизонте. Нель сказала, что в одном из них она спрятала моего папу и скоро отведет меня к нему. Оставшуюся ночь мы провели там, под звёздным небом, строя планы на нашу жизнь после того, как мы сбежим.
− А ты пойдёшь с нами? – прозвучал в голове Витора его же голос, только ещё детский. Он помнил, как с надеждой заглянул в голубые глаза магини, ожидая ответа.
− Я не могу, − печально вздохнула женщина.
− Почему? – Витор поник, разглядывая их переплетенные пальцы.
− Мои родные могут пострадать из-за нашего побега.
− Король их убьёт?
Нель кивнула.
− А что, если взять твоих родных с собой?
− Король ни за что не оставит мою доченьку без охраны.
Витор с недоумением покосился на пока ещё незаметный животик магини.
− Но ведь если ты убежишь, он до неё не доберется!
Нель как-то грустно улыбнулась и положила ладонь на живот.
− Да, до неё он ни за что не доберется…
− Решено! – вдруг воскликнул саакришец и схватил мою подушку. – Сегодня мы переночуем на крыше. Киря, метнись-ка в столовую и собери что-нибудь перекусить.
Рот атакующего смешно приоткрылся.
− Ты…ты смеешь мне приказывать?! – пораженно выдохнул он.
Я закатила глаза и поднялась, чтобы сложить одеяло, которое мы возьмем с собой.
Идея Витора мне очень понравилась и мне уже не терпелось взглянуть на звёздной небо и дальние огни города, вдохнуть прохладный вечерний воздух и забыть обо всех своих бедах. А ещё… путь на крышу лежал через мансарду, а я как раз хотела проверить не было ли там зеркала из видений за дверью.
− Киритэсэль, − серьёзно сказал Витор. − Ты мне нравишься, и я бы даже хотел быть твоим другом. Но твое высокомерие отбивает всё желание! Алиянна в такой тяжелой ситуации, а тебе даже сложно без возмущений принести перекусить. С таким характером никто не захочет с тобой общаться!
Вот это да! Наконец, кто-то высказал атакующему всё, что о нём думает. Я перевела взгляд на Кирю, ожидая реакции. Атакующий долго молчал, сверля взглядом саакришца, а потом фыркнул.
− А у вас характеры прямо загляденье! – саркастично сказал он и отправился на грабёж академической столовой, заверив, что вернётся минут через десять.
Витор телепортировал мои одело и подушку в мансарду, а сам отправился за своими. Спустя несколько минут в комнату вошла Габи. Кусая губу, она прошла к своей кровати и села напротив меня. Выглядела девушка какой-то странной.
− Что такое? – обеспокоенно спросила.
− Да ничего… Просто, я…
− Алиянна, а чего этот подозрительный полуэльф у нашего коридора трётся? – влетая в комнату с полной еды корзиной спросил атакующий.
Я тут же всё поняла. Габи хотела пойти к О'Шерру, но не могла бросить меня в таком состоянии.
Я сжала её руку.
− Иди.
− Алиянна, я не хочу оставлять тебя одну…
− Я в порядке, − заверила я, но по скептическому взгляду подруги поняла− мне не поверили. – Ладно, может и не совсем. Но скоро придёт Витор, и он посидит со мной, так что не терзайся и иди к любимому.
Девушка закусила губу, а потом порывисто меня обняла.
− Спасибо.
– Иди давай, а то уйдет твой профессор спать, − улыбнулась я.
− Уж это ему не грозит, − озорно сверкнула глазами девушка.
− Избавьте меня от подробностей, −недовольно фыркнул Киря, о котором мы успели забыть. Счастливая кикимора упорхнула, и атакующий фыркнул: − Что у одной, что у второй отвратительный вкус на мужчин.
Неожиданно даже для себя я улыбнулась. Это он точно подметил.
− Значит так, держи продукты, − протянул мне Киря корзину, вытащив из неё одну пироженку и вгрызаясь в неё зубами. − И поклянись, что каждый день будешь приносить мне это наивкуснейшее медовое пирожное!
На мой вопрос то ли это самое желание, за которое он научил меня видеть магический след, фей отрицательно покачал головой.
Я вздохнула и согласилась, а Киря порывисто обхватил мою шею тонюсенькими ручками, но тут же отпрянул и сказал, чтобы я забыла об этом моменте и улетел обратно в столовую, уплетать вкусности. Не прошло и минуты, как в комнату вошли Витор и Нефрит.
Я удивлённо взглянула на второго, а затем многообещающе на первого, представляя, как буду его убивать, если он действительно пригласил Нефрита, чтобы отвлечь меня от мыслей о Гасе.
Дракон подошёл и взял мою ладонь в свои горячие руки. Во мне начали бороться противоречивые чувства, но я не отдёрнула руку, а лишь растерянно улыбнулась.
− Как ты? – с участием спросил Нефрит.
− Бывало и лучше, − отозвалась со вздохом и добавила: – А вы…− я не закончила вопрос, переведя взгляд с дракона на Витора.
− Мы столкнулись в коридоре, − правильно меня поняв, пояснил дракон.
− А, − понятливо кивнула я и замолчала.
Нефрит, тоже чувствуя неловкость из-за молчания или присутствия Витора, сунул руки в карманы и перекатился с пятки на носок.
− Я подумал, может тебе что-нибудь нужно и решил зайти…вот.
− Спасибо за заботу, − искренне поблагодарила я, − но мне ничего не нужно. Только… я бы хотела побыть одна.
Нефрит многозначительно взглянул на молчавшего саакришца, а когда дракон отвернулся, Витор с возмущением выпучил глаза. Я и без слов знала, что он мысленно обозвал меня глупой и жестокой девчонкой.
− Просто столько всего навалилось… Я очень устала, − оправдываясь, пояснила я и добавила, чтобы Нефриту было не обидно: − Витор, с тобой тоже лучше поговорим завтра.
− Я принёс успокоительное, − сказал саакришец.
− Хорошо, отдыхай. Если что-нибудь понадобиться−зови, − Нефрит пожелал спокойной ночи, кивнул профессору и удалился.
Дракон ушёл, и я устало прикрыла глаз.
− Бедный парень, − пробормотал, подходя Витор, а затем на стол с характерным звуком опустилась бутылка. – А вот и успокоительное.
Спустя час, сидя под звёздами с бутылкой самого прекрасного напитка, который Витор назвал саакришским кейром, и корзиной с кучей вкусностей, я чувствовала себя уже не так разбито. Витор смог отвлечь меня от грустных мыслей рассказами о маме, о его планете и отце, рассказал он и о том, как его угораздило переспать с Анитой. Оказывается, Витор как настоящий герой, спас драконшу от приставшей к ней компании вдрызг пьяных парней, а девушка решила таким образом его отблагодарить.
