Текст книги "За что убивают женщины"

Автор книги: Валерий Карышев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Адвокат

Прошло три дня. Я никак не мог дозвониться до следователя. Я сильно переживал за Сашу. Продолжал не верить, что Саша причастен к убийству. Я понимал, что прокуратура ведет какую-ту игру. Но какую роль в ней играем мы, было непонятно.

Днем мне неожиданно позвонил Артем Кобаев и предложил срочно встретиться. Я приехал в назначенное время в один из небольших ресторанчиков на Арбате. На подходах к ресторану я заметил людей Артема с рацией.

Войдя в зал ресторана, я увидел сидящего за одним из столиков Артема. Он ел какой-то салат из зелени. Я поздоровался. Артем предложил мне что-либо выбрать из меню.

– Здесь такая тема, – начал разговор Артем, – вчера на меня было покушение. Стреляли на Пресне люди Паука. Мне, короче, срочно нужно на время уехать. И еще, вчера вечером «приняли» Отвертку с этим гребаным ментовским удостоверением. У наших ментов сейчас идет проверка в Управлении собственной безопасности. Не вовремя все это. Не могу понять: покушение и арест Отвертки совпадение или случайность?

– Давай я поеду и приму защиту по твоему корешу. Как его настоящая фамилия? – спросил я.

– Нет. Тебе не нужно пока светиться по этому делу. Там уже работает другой адвокат. У меня предчувствие, что скоро адвокат мне будет нужен самому. Короче. Береги себя. Созвонимся.

– Ты тоже береги себя. Звони. Если что.

Я вскоре покинул ресторан. Подошел к машине, как неожиданно снова зазвонил мой мобильник.

Я подумал, что Артем забыл что-либо сказать. Но в трубке я услышал голос следователя Бочарова:

– Добрый день. Вы не могли бы сейчас срочно при-ехать в прокуратуру?

– Могу. А что случилось?

– Приезжайте. Все узнаете на месте, – ответил Бочаров.

Ирина

Сегодня с утра и целый день все радиостанции, а вечером к ним подключились телеканалы, передавали новости об убийстве крупного криминального авторитета Паука, который был расстрелян ночью на выходе из ночного клуба. Теперь я узнала, кто такой был Паук.

Под кличкой Паук скрывался некий Павел Полуэктов, в прошлом комсомольский лидер одного небольшого северного городка, который сумел сколотить банду из своих земляков и приехал в столицу сначала рэкетировать всех коммерсантов, приехавших ранее также из его родного города.

Но затем авторитет Паука резко пошел в гору, его группировка насчитывала большое количество боевиков, и сферы влияния его заметно расширились. Но в то же время группировка Паука конфликтовала со многими другими криминальными группировками, в частности с группировкой Артема Кобаева, известного в криминальных кругах под кличкой Артем. В настоящее время он объявлен в розыск.

Но самое интересное было в конце, дикторы упорно повторяли, что конфликт Паука и Артема связан по долгам скандально известного банка «Бали».

Эта новость меня просто потрясла.

Неприятности случились со мной. Утром мне позвонила Маша и предложила прокатиться по магазинам. Делать мне было нечего, я села в свой «Фольксваген» и подъехала к ее дому. После первого магазина решили заглянуть еще в один, где, по мнению Маши, имеется неплохая коллекция новой одежды.

Выехали на Севастопольский проспект и, набирая скорость, направились в сторону центра. Тут за нами пристроилась машина ГАИ. Из громкоговорителя прозвучало обращение ко мне: был назван номер моей машины и дан приказ немедленно остановиться.

Маша недоуменно посмотрела на меня.

– Наверно, скорость превысили…

– Ничего, оштрафуют, бог с ними, – спокойно ответила я.

Я припарковала машину. Тотчас же возле нас тормознула та машина, из нее выскочили двое. Один держал наготове автомат.

– Ваши документы!

Я предъявила техпаспорт, водительское удостоверение и доверенность. Автоматчик изучил все эти документы и понес их третьему, который остался сидеть в машине. Затем он попросил, чтобы мы открыли багажник. Ничего не найдя, захлопнул крышку и сказал:

– А теперь попросим вас проехать в ближайшее отделение милиции.

– А в чем дело? Мы что-то нарушили? Превысили скорость?

– При чем тут скорость? Ваша машина находится в розыске.

– Быть такого не может! Это не угнанная машина, ее купили в салоне! – стала объяснять я. Но он пропускал мои слова мимо ушей.

– Там разберемся! – сказал он и сел за руль моей машины. Мы с Машей, бок о бок со вторым гаишником, оказались на заднем сиденье в роли пассажиров. Подъехав к отделению милиции, один из гаишников провел нас в помещение, а другой закрыл нашу машину.

Нас остановили недалеко от клетки. Неужели нас поместят в этот отстойник, где торчат бомжи и алкаши? Но до этого не дошло. Один из гаишников подошел к дежурному и что-то ему сказал. Тот кивнул, поднял телефонную трубку и стал кому-то звонить.

Со второго этажа спустился молодой человек в штатском и назвал мою фамилию, держа в руках мои документы на машину.

Я молча сделала шаг ему навстречу.

– Пойдемте со мной. Нужно поговорить.

Мы поднялись наверх. На двери в кабинет табличка: «Дознаватель». Господи, что же случилось?

Оперативник взял бланк «Объяснительной записки» и стал его заполнять. Вначале спросил фамилию, имя и отчество, адрес проживания. Я все сказала. Затем он предложил ответить мне на вопрос, каким образом я стала владелицей этой машины. Я объяснила, что пользуюсь ею по доверенности.

– Это понятно, – сказал дознаватель.

Затем я попыталась взять инициативу в свои руки. Стала говорить, что тут какое-то недоразумение, машина не в угоне, она совершенно чистая. Дознаватель кивнул в знак согласия.

– Машина действительно не в угоне. Она, как говорится, в этом плане правильная. Но машина ваша в розыске.

– Как это в розыске, если она не угнана?

– Она в розыске за человеком. Сейчас коллеги из уголовного розыска приедут, они с вами побеседуют. А пока заполните объяснение, каким образом вам досталась эта машина, кто вам ее подарил.

Я взяла ручку. Что же мне писать? Что мне подарил ее Артем? Нет, этого говорить не надо. Значит, будут неприятности, и меня будут вызывать на допрос… Что же писать? Что мне подарил ее незнакомый мужчина? В это никто не поверит. Надо как-то выкручиваться.

В конце концов я решила: лучше всего сказать, что машину мне подарил знакомый моего мужа, а имени его я не знаю. Пусть сами ищут его.

Прибыли сотрудники уголовного розыска. Один из них, представившись Дмитрием, стал задавать мне вопросы. Они сводились к тому, кто раньше ездил на этой машине, видела ли я этого человека, каким образом мне досталась эта машина. Я изложила ему свою версию. Он стал допытываться, что это был за знакомый, попросил описать его внешность. Тогда я отослала их к своему пропавшему мужу Максиму.

– Да, мы его обязательно спросим, – сказал Дмитрий, – у нас к нему очень много вопросов.

Я поняла, что по Максиму они не в курсе дела. Зачем я это сказала?! Но, с другой стороны, какой у меня был выход, кого я могла назвать?

Время текло медленно. В отделении милиции я уже пробыла более двух часов.

– Хотите сообщить близким, что вы задержаны?

– А разве я задержана? – переспросила я.

– Нет, – поправился он, – с вами проведена предварительная беседа. Вы можете быть свободны.

– А я считаю, приезжать ему нет необходимости. Я могу быть свободна?

– Да, конечно, – сказал оперативник. – Машина и документы на нее останутся пока у нас.

– Вы хоть объясните толком, какие проблемы у меня возникли с машиной?

– А вы не знаете? – улыбнулся оперативник.

– Нет, не знаю.

– Будто бы вам ваш друг ничего не говорил?

– Нет, ничего…

Оперативник скептически смотрел на меня.

– Машина-то у вас бандитская.

– Что это значит?

– А то, что на ней ездил один человек… Киллер… После совершения убийства он эту машину бросил. И, видимо, вам ее кто-то передарил, так как она уже была, по их понятиям, «паленая».

– Что значит «паленая»?

– Ну, засвеченная. Им ездить на ней было никак нельзя. Вот вам ее кто-то и подарил, сделал щедрый подарок…

Выйдя из отделения милиции, я быстро поймала такси и вернулась домой.

Адвокат

Всю дорогу я пребывал в неприятных чувствах. В голову лезли всякие тревожные мысли. Мне начало казаться, что сейчас я войду в здание прокуратуры адвокатом, а выведут меня обвиняемым и арестованным. Наверное, так устроена человеческая психика, даже если и нет грехов перед законом, но повестка к следователю у тебя самого вызывает сомнения в твоей невиновности. «Но что мне могут предъявить? Или за что меня могут арестовать? – думал я, сидя в проходной и ожидая, когда за мной спустится кто-нибудь из работников прокуратуры и отведет меня в кабинет следователя. – А может, сейчас уйти и затаиться на время?»

Но уже поздно. Вот ко мне подошел человек и назвал мою фамилию. Я молча отдал ему свое удостоверение и пропуск в это здание. Теперь выйти уже поздно.

Мы вместе с моим провожатым вошли в лифт и стали подниматься на девятый этаж. Ну вот и кабинет Бочарова.

Через несколько минут все станет ясно, зачем я здесь.

В кабинете следователя помимо Бочарова было двое оперативников, кроме того, рядом с ними стояли еще два человека, один из которых держал видеокамеру. Ну вот все ясно – сейчас, вероятно, будут снимать мое задержание.

Первым ко мне обратился Бочаров:

– Здравствуйте, вас пригласили принять участие в следственных действиях. Сейчас ждем остальных участников и понятых. Присаживайтесь пока!

Хороший психологический прием! Садитесь и ждите.

– Я бы хотел узнать… – осторожно начал я.

– Если вы интересуетесь судьбой вашего помощника, то он у нас. Вы сейчас с ним переговорите, – сказал Бочаров и кивнул одному из оперативников. Тот встал и вышел из комнаты. Через несколько минут в комнату вошли Саша и оперативник.

– Ну вот, подержали вас немного в загадках. Вам ваш помощник все объяснит. Перед тем как закончить эту историю.

Ко мне тут же подошел Саша. Он улыбался. Вероятно, увидев мое встревоженное выражение лица, он сразу сказал:

– Привет, шеф! Все нормально. Короче, нами воспользовались следственные органы и благополучно завершили операцию по поимке убийц депутата.

– Можно немного поподробнее и яснее? – спросил я.

– Конечно, одним словом, они, точнее, мои бывшие коллеги, раскололи Меньшова, и он им все рассказал про убийство и видеокамеру в сауне. Они провели там обыск и нашли нужное видео с эпизодом убийства. Наш клиент действительно был не при делах. Но нужно было взять истинных киллеров, при этом включить им хорошую дезу. С этой целью Меньшов рассказал своему адвокату про камеру. Я залезаю в дом, спускаюсь в сауну. Никакой камеры и видео я, конечно, не нахожу. Зато меня, естественно, ждут мои бывшие коллеги и везут в отделение милиции. Далее идет информация о моем задержании. Эту утку принимают охранники поселка, которые, в свою очередь, сообщают истинным киллерам. На следующий день идет новая деза, что якобы выпускают Меньшова, с которого снимаются все обвинения. Эту дезу опять кушают киллеры. И едут к нему на квартиру, чтобы Меньшова убрать. Но задерживают пока только одного. После недолгой работы с ним он в признании сдает своего сообщника и заказчика. Так что нас, шеф, использовали грамотно, – закончил Саша.

Далее продолжил Бочаров:

– Да, все так, не было у ребят другого выхода. И вы хорошо подыграли. Теперь нужно провести опознание вашим клиентом задержанного злодея. Все запротоколируем и вас всех отпустим.

Вскоре в кабинете сначала появился Меньшов, затем киллер по имени Володя. Киллер действительно признался в убийстве Золовлева и покушении на убийство Меньшова. Он назвал имя своего сообщника и заказчика – Сергея Петровича. Его задержали в этот день вечером.

После очной ставки мы все вышли на улицу. Меньшов остался в прокуратуре, но уже в качестве свидетеля. В отношении его работает программа защиты свидетеля.

Не успели мы пройти и трех шагов, как перед нами остановилась черная «Волга». Тонированные стекла опустились, и я увидел лицо начальника управления – Павла Романовича.

Он, слегка кивнув нам в знак приветствия, вдруг сказал:

– Вас можно поздравить с благополучным завершением дела.

– Спасибо. Я действительно был потрясен, – ответил я.

– Как нам найти вашего клиента Кобаева?

– Сейчас он в отъезде, я не знаю, где он.

– Точно не знаете? А вы знаете, что его подозревают в организации убийства? Правда, ему удалось скрыться. Но мы его объявили в международный розыск. Думаю, скоро его поймают и доставят сюда. Зря он тогда нас не послушал и не уехал, – сказал Павел Романович, поднимая тонированное стекло машины.

Ирина

Раздался звонок в дверь моей квартиры. Я взглянула на экран домофона. У двери стояли трое.

– Кто там? – спросила я.

– Мы пришли к вам произвести следственные действия. Обыск!

«Ну все!» подумала я.

Я посмотрела в глазок. Один был в милицейской форме, двое в штатском.

– Официальные документы у вас есть? – спросила я.

– Да. – Через глазок они показали удостоверение сотрудников милиции. Но мне необходимо было потянуть время.

– Скажите, а вы из какого отделения милиции?

Они назвали номер.

– Пойду позвоню, действительно ли вы оттуда, – сказала я. Но сначала пошла позвонить Алику и Маше. Оба пообещали быстро приехать.

В дверь продолжали звонить. Я подошла снова к двери.

– А у вас есть ордер суда на выполнение следственных действий? – спросила я, повторяя Алика.

– Да, есть.

– И чье это разрешение?

– Ордер суда.

Я сразу сникла.

Приехал Алик, позже Маша. Я через дверь попросила Алика проверить у всех троих документы и, главное, санкцию на обыск. Алик вынужден был признать, что документы в порядке. Только тогда я открыла дверь.

Непрошеные гости сразу прошли на кухню и разложили свои бумаги для составления протокола.

– А что вы собираетесь искать? – спросила я.

– Мы собираемся искать оружие, предметы, относящиеся к преступной деятельности.

– Что ж, милости прошу.

– Вы желаете добровольно выдать что-либо?

– Таких предметов у меня нет, – уверенно ответила я.

Но мы оба прекрасно понимали, если таких предметов у нас нет, это еще не значит, что они не могут быть у нас найдены. Поэтому я попросила соседей, которые были приглашены в качестве понятых, внимательно следить за работниками милиции.

Обыск проходил достаточно вяло. Причем, как это ни странно, оперативников совершенно не интересовали старые оставшиеся бумаги Максима. Вскоре они нашли оружие – у мужа имелись два газовых пистолета, а также несколько кобур к ним.

– Посмотрите: может, пистолет-то не газовый! – сказал Алик с ехидством.

– Да нет. Видно, что газовый, – отложив пистолет в сторону, равнодушно отозвался оперативник.

Больше всего их интересовали записные книжки и мои бумаги, а главное – мой мобильный телефон.

Закончив через несколько часов обыск, сотрудники милиции предложили мне выехать на встречу со следователем. Но, ссылаясь на позднее время – было уже около полуночи, – Алик заявил, что в ночное время они не имеют права меня допрашивать. Они ушли ни с чем, предложив мне явиться на следующий день в прокуратуру.

На утро в газете «Коммерсант» появилась статья: московская милиция провела серию обысков у тридцати лиц, причастных к действиям крупной преступной группировки. Среди объектов этого обыска – владельцы ночного клуба, а также жена исчезнувшего банкира. И была названа моя фамилия.

С утра позвонил Алик. Он был очень взволнован и рассказал, что, когда после меня он вернулся к себе домой, его уже ждали оперативники, которые тоже провели у него обыск. И добавил, что его тоже вызвали на допрос, но, прежде чем ехать на допрос, он обзвонил целый ряд адвокатов, предупредил: если будет какая-либо провокация, пусть немедленно примут меры для его защиты. Позвонил нескольким корреспондентам, также поставил их в известность.

Я тоже была очень взволнована и спросила его: «А что мне делать? И где мне найти адвоката?»

Но Алик меня успокоил. «Тебе не нужно вообще адвоката. Бери свою подругу и смело езжай к следователю. У них на тебя ничего нет», – заверил он меня.

– Я поеду с тобой, – сказала Маша.

– Хорошо, едем вместе.

Мы вывели из гаража мою старую «девятку» и, как в старые добрые времена, направились в районную прокуратуру.

На пороге прокуратуры мы встретили Алика.

– Ну что, все в порядке? – спросила я.

– Странно это все, – задумчиво ответил он. – Ничего не понимаю!

Через несколько минут я уже сидела в кабинете нового следователя. Допрашивал меня молодой парень, на вид которому было лет двадцать три – двадцать пять. Небольшого роста, со светлыми волосами, в коричневом свитере, он сидел с важным видом за своим столом.

Взяв мой паспорт, он перенес его данные в свой компьютер и предупредил меня, что я буду допрошена в качестве свидетеля. И неожиданно поинтересовался, не буду ли я привлекать в свою защиту адвоката. На что я ответила, что никакой вины я за собой не чувствую и мне адвокат не нужен. Следователь только улыбнулся на мои слова.

Но допрос начался на совершенно неожиданную для меня тему.

Следователя очень интересовали мои отношения с Пауком и Артемом.

Я стала отрицать свое знакомство с этими людьми. Тогда следователь мне сказал, что им известно все о наезде на меня людей Паука. Но я стояла на своем, что не знаю никакого Паука. Тогда следователь сказал, что он вынужден провести со мной очную ставку. После этого я очень заволновалась.

Меня терзали мысли, с кем меня хотят допрашивать? А вдруг сейчас приведут Артема? Я сильно разволновалась. Затем в кабинет следователя стали заходить какие-то люди, некоторые из них вопросительно смотрели на меня, другие приносили технику – видеомагнитофон и видеокамеру. Я снова начинала волноваться. Я спросила разрешение следователя выйти из кабинета. Но следователь ответил, что это нежелательно. Хорошо, могу я тогда позвонить своей подруге? Она меня ждет на улице. И опять я получила отрицательный ответ. Это меня окончательно насторожило.

Вскоре неожиданно в кабинете следователя появились двое моих старых знакомых – бандиты Малыш и Дантист, но, как ни странно, они были в наручниках.

Далее началось самое странное. Каждый из них по очереди повторял одни и те же показания, что якобы у меня с Пауком возникли конфликтные отношения и я обратилась за помощью к криминальному авторитету Артему Кобаеву, которому и заказала убийство Паука. От таких заявлений я была просто в шоке. Кроме того, каждый из них повторил, что лично слышал, как через них я угрожала их боссу. Это уже был просто бред.

После окончания допроса следователь объявил мне, что теперь я буду снова ими допрошена, но уже в качестве подозреваемой – по организации заказного убийства. От таких заявлений я просто потеряла дар речи. Но следователь меня заверил, что я могу, конечно, отказаться от дачи показаний, но в дальнейшем это повлияет на приговор суда, а это не в моих интересах, так как я могу получить большой срок – до 20 лет. Я просто вырубилась от этих слов. Далее следователь сказал, что теперь я задержана и вопрос о моей мере пресечения будет решать суд.

К вечеру из прокуратуры меня стали вывозить на суд. Увидев на улице одиноко стоящую Машку, я крикнула:

– Маша, меня будут арестовывать за убийство, найди через Алика мне адвоката. Срочно!

Я видела, как Машка заплакала и закивала в ответ мне.

Адвокат

После загадочного убийства Паука и исчезновения Артема события пошли одни за другими. В один из дней мне позвонил мой старый знакомый Алик и предложил срочно встретиться, так как у него для меня есть клиент.

Алика я знал давно. Таких людей, как он, у нас называют приблатненными коммерсантами. У Алика были обширные связи, он был тесно связан со многими коммерсантами и криминальными авторитетами. В основном Алик занимался посредничеством, именно он меня познакомил с Артемом Кобаевым, а иногда мне поставлял за процент новых клиентов.

С Аликом мы встретились днем в одном из ресторанов центра города. Он вошел в зал и, отыскав мой столик, присел.

– Слышал последние новости? – спросил он меня.

– Какие?

– Про пацанов Артема. После того как завалили Паука, началось самое странное – ребят из группировки Артема стали арестовывать ежедневно – одного за другим. Сначала взяли двоих парней-бригадиров, потом следующих. Аресты продолжались в течение двух дней. Задержали практически всю бригаду, около двадцати пяти человек. Но Артема взять не удалось. Он успел скрыться. Ему сейчас лучше не появляться. Жаль, мы с ним только наметили такие перспективные проекты. Да ладно, сейчас я хотел переговорить не о нем, – сказал Алик. – Задержали одну девушку – Ирину. Она в прошлом была гражданской женой директора банка «Бали» Максима Долгова, который «кинул» всех и сбежал. У Ирины после этого начались неприятности. Все наехали на нее, включая главного беспредельщика Паука. Его бандиты ее похитили, продержали всю ночь привязанной к дереву и стали требовать, чтобы она все продала и вернула им бабки. Ирина обратилась за помощью к Артему. Но я знаю точно, она не заказывала ему Паука. Короче, ее арестовали и вменяют статью по заказному убийству.

– Ты, что ли, их сводил? Кто ведет дело? – спросил я.

– Я. При разговоре она просила только, чтобы он поговорил с Пауком, чтобы тот отстал от нее. Я знаю это точно.

– Ну так пойди и скажи об этом следователям, – с ехидством сказал я.

– Чтобы меня в пять минут «закрыли» и сделали посредником в убийстве? Спасибо за ценный совет, адвокат, – с иронией ответил Алик. – Короче, берешь ее защищать? Очень тебя прошу: выручи меня и ее. Помоги ей. Иначе ее осудят и дадут немалый срок. Сам знаешь, как это бывает.

– Конечно, знаю, ведь занимаюсь адвокатской практикой около пятнадцати лет, веду в основном только уголовные дела, а последнее время защищаю клиентов в основном по тяжким преступлениям. Давай листок с телефоном следователя.