Текст книги "Зодчие Санкт-Петербурга XVIII – XX веков"

Автор книги: Валерий Исаченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Алексей Зазерский

Начало XX века отмечено в нашем городе выдающимися достижениями в области архитектурной мысли, сложными, подчас противоречивыми исканиями, интересными градостроительными замыслами, смелыми инженерными разработками. Одним из видных деятелей этого периода был архитектор, художник, инженер и педагог Алексей Иванович Зазерский (1876–1942), роль которого в развитии застройки Петербурга—Ленинграда чрезвычайно велика.

В 1902 году А.И. Зазерский окончил Институт гражданских инженеров с серебряной медалью по строительному искусству. С первых лет своей практики архитектор стремился к комплексному решению задач по проектированию и сооружению крупных жилых и общественных зданий. Зазерский участвовал в проектировании дома № 1–3 на Каменноостровском проспекте (фасады), за что получил неплохой гонорар от Ф.И. Лидваля.

А.И. Зазерский

Главная заслуга А.И. Зазерского в дореволюционный период – это возведение большой группы кооперативных жилых домов, в которых автор выступает как зодчий-градостроитель, мыслящий большими объемами и массами. Естественно, что стремление к комплексной застройке участков города не могло получить должного развития в тех условиях. Но отдельные здания все же были построены и представляли собой важный вклад в развитие архитектуры нашего города начала XX века.

Канал Грибоедова, д. 69/18

В 1909 году зодчий основал «Товарищество для устройства постоянных квартир». В первом кооперативном доме (Б. Посадская ул., 1), помимо сдержанной изысканной прорисовки фасадов, необходимо отметить удобную планировку, хорошую освещенность, наличие лифтов, устройство центрального отопления, водоснабжения. Архитектор предусмотрел возможность возведения дополнительных некапитальных стен по желанию заказчика, который, таким образом, мог по своему усмотрению изменить планировку квартиры и ее отделку. Вопросы бытового комфорта, гигиены жилища всегда оставались в центре внимания А.И. Зазерского.

Рис. В.Г. Исаченко. Миговский проспект, д. 275

Как и ряд других построек Зазерского, здание не отличается броской эффектностью. Чтобы оценить его достоинства, необходим неторопливый осмотр. Тогда раскрывается гармония фактурных сопоставлений, деликатно введенных рельефов, неоклассических элементов. Все детали фасадов соразмерны человеку, к псевдомонументальности нет стремления. Исполнение узлов, деталей, швов характеризует А.И. Зазерского как прекрасного организатора строительных и отделочных работ.

В доме № 1 на Московском проспекте архитектор объединяет простенки от третьего до пятого этажа по вертикали, облицовывая их белым кирпичом, выделяет первый и второй этажи, вводит орнамент и майолику. Все это придает зданию нарядность, декоративность, не лишая его цельности. Своеобразен также облик дома № 7 на Б. Пушкарской ул. (1912 г.) с сочной пластикой фасадов, ритмикой проемов и фактурной штукатуркой.

Московский проспект, д. 1

Дом № 19–21 на Карповке (1912 г.) – один из наиболее интересных и запоминающихся на этом участке набережной. В его курдонер ориентированы главные жилые помещения квартир. Здание удачно сочетается с домом № 25 (архитектор Н.П. Козлов). Такие же принципы организации городского пространства отличают и дом № 73–75 на Каменноостровском проспекте (1913 г.).

Характерным для решения такого типа домов было устройство курдонеров, хорошо вписывающих объемы в городскую застройку. Компоновка зданий, их пропорции, членение и рисунок фасадов являлись обычно простыми, но изящными.

Еще один жилой массив – наиболее значительное произведение А.И. Зазерского – комплекс из 4 зданий Бассейнового кооператива (ул. Некрасова, 58–60). Яркая индивидуальность, присущая им, была отмечена проницательным знатоком города Г.К. Лукомским. Несомненно, что градостроительное и общее объемно-планировочное решение этого городского ансамбля принадлежит А.И. Зазерскому (другие авторы – Э.Ф. Виррих, А.Ф. Бубырь, Н.В. Васильев).

Рис. В.Г. Исаченко. Бассейный кооператив. Улица Некрасова, д. 60

Ансамбль зданий Бассейнового кооператива широко раскрыт в городскую среду. По существу, это комплекс застройки квартала, близкий к современному типу, с помещениями общественного назначения в мансардном и первом этажах. Выразительна по силуэту кровля зданий. Редкую изобретательность проявили авторы проекта в разнообразии компоновок эркеров и балконов, придающих фасадам богатую пластику.

Алексей Иванович – автор ряда станций городского трамвая (главное на Атаманской улице), доходных домов, мостов.

Дружба и творческое сотрудничество связывали А.И. Зазерского с архитектором Л.А. Ильиным. В процессе проектирования и строительства Городской больницы на Пискаревском проспекте последний привлек Алексея Ивановича к выполнению проекта отопления и вентиляции этого огромного лечебного учреждения. Работы здесь завершались уже после революции.

Вместе с Л.А. Ильиным и инженером А.И. Пшеницким А.И. Зазерский создает проекты архитектурного оформления Пантелеймоновского и Аларчина мостов.

Интересной страницей в истории русской архитектуры представляются попытки передовых зодчих создать первые города-сады для массового отдыха. В.С. Карпович и Н.М. Проскурнин строят дома-коттеджи, А.И. Зазерский – несколько деревянных зданий в Гатчине и Сестрорецке. Примером решения курортного комплекса может служить и разработанный им же проект планировки «Лирана» между Сочи и Туапсе (строительство не было завершено).

Послереволюционный период деятельности А.И. Зазерского отличается большим размахом и широтой творческого диапазона. В 1917 году он работает в комиссии по перепланировке Петрограда.

Решающее значение в формировании А.И. Зазерского как зодчего нового типа и гражданина имела его деятельность (1918–1921 гг.) по восстановлению Ярославля, разрушенного во время белогвардейского мятежа в 1918 г. Сюда он был направлен для руководства реконструкцией города.

Проект реконструкции Ярославля был первой попыткой решить задачу переустройства города в условиях нового общества. А.И. Зазерский мыслил как архитектор новой эпохи, не ограничиваясь только узкоспециальными проблемами, связывая их с социальными, экономическими и исторически обусловленными задачами. Он считал, что нельзя грамотно решать частные вопросы (канализация, транспорт и т. п.) без урегулирования плана Ярославля, определения его границ и зонирования с учетом перспектив роста населения. Естественно, в полном объеме проект не мог быть осуществлен во время Гражданской войны. Но идеи, заложенные на заре Советской власти, были осуществлены в годы мирного строительства. Так, парк, созданный в 1970-е годы в пойме реки Которосль, по существу, является воплощением замысла А.И. Зазерского.

В 1921 году архитектор возвращается в Ленинград и преподает архитектурное проектирование в Электротехническом институте. Вместе с тем он главный инженер отдела нового строительства жилищного союза. Одной из архитектурных работ этого периода является известный Палевский массив для рабочих Невской заставы, строительство которого началось в 1925 г. по проекту А.И. Зазерского и Н.Ф. Рыбина. В застройке комплекса получили выражение новые градостроительные принципы, новые приемы в объемно-планировочной структуре домов. Подобно А.С. Никольскому и Г.А. Симонову А.И. Зазерский создает ансамбль домов-коттеджей с простыми, гармоничными формами, хорошими пропорциями, рациональной планировкой, а также большими внутриквартальными пространствами, широко доступными воздуху и свету.

Одновременно с этим в 1926 году по проекту А.И. Зазерского был сооружен крупный жилой дом № 83–85 на проспекте Римского-Корсакова. Его градостроительное значение определяется ориентацией на канал Грибоедова. Как и в прежних зданиях, архитектор сумел создать образ, созвучный традиционной застройке нашего города.

С 1927 года А.И. Зазерский работал в Москве на строительстве текстильного комбината и жилого дома на Арбате. В 1929 году он был избран заместителем председателя объединения архитекторов-урбанистов. Он был занят в области промышленного строительства, создав проект социалистического города для Южного Урала.

В 1930 году А.И. Зазерский снова возвращается в Ленинград. Создает здесь множество проектов промышленных зданий, школ, жилых домов. Вместе с Л.А. Ильиным А.И. Зазерский занят также проектом планировки Баку, принимает участие в реконструкции города Твери.

Творческую работу архитектор совмещает с активной общественной деятельностью, занимается вопросами организации экскурсионного дела, пишет статьи по вопросам жилищного строительства. Превосходный художник, он не оставляет преподавание по курсу рисунка. Широкий диапазон интересов, кипучая энергия всегда отличали А.И. Зазерского. Он по праву стоял в первых рядах создателей ленинградской архитектурной школы. В центре внимания архитектора постоянно оставались вопросы наиболее рациональной планировки и общие градостроительные задачи.

Когда началась Великая Отечественная война, он вместе с сыном архитектором Н.А. Зазерским вступил в народное ополчение. Как и тысячи других защитников города, А.И. Зазерский погиб в 1942 году в блокадном Ленинграде и погребен в братской могиле. Образ А.И. Зазерского – зодчего-градостроителя, художника, инженера, педагога, большого патриота и гражданина – может служить замечательным примером для новых поколений архитекторов.

Видным архитектором стал его сын Николай Алексеевич Зазерский (1907–1980).

Основные работы А.И. Зазерского в Петербурге:

Дом № 15 на 6-й Красноармейской улице, 1903 год.

Дом № 26 на улице Братьев Васильевых, 1904–1907 годы (совместно с В.В. Старостиным).

Дом № 1/2 на Московском проспекте, 1907 год.

Дом № 20 на улице Плуталова, 1908 год.

Проекты сооружений Петербургского трамвая, 1905–1909 годы.

Дом № 69/18 на канале Грибоедова, 1909–1910 годы (перестройка).

Дом № 1/10 на Большой Посадской улице, 1909–1910 годы.

Дом № 28 на улице Профессора Попова, 1910 год.

Дом № 21 на Заставской улице, 1910–1911 годы.

Дома № 58–60 на улице Некрасова, 1910-е годы (совместно с Э.Ф. Виррихом и др.).

Архитектурное оформление Аларчина моста, 1910-е годы (совместно с Л.А. Ильиным).

Архитектурное оформление Пантелеймоновского моста, 1910-е годы.

Городская больница (проект отопления и вентиляции) на Пискаревском проспекте, 47).

Дом № 19–21 на набережной реки Карповки, 1911–1912 годы.

Дом № 7 на Большой Пушкарской улице, 1912 год.

Дом № 8 на улице Радищева, 1913 год.

Дом № 73–75 на Каменноостровском проспекте, 1913 год (совместно с И.И. Яковлевым).

Дом № 15 на улице Комиссара Смирнова, 1913–1914 годы (перестроен).

Проекты коттеджей в Сестрорецке и Гатчине, 1910-е годы.

Дом № 83–85 на проспекте Римского-Корсакова, 1926 год (перестройка).

Палевский жилмассив на проспекте Елизарова, 1925–1928 годы (совместно с Н.Ф. Рыбиным).

Проекты деревянных стандартных домов для рабочих Ленинграда, 1920-е годы.

Этот перечень составлен в 1978 году.

Александр Барышников

Конец XIX – начало XX веков. Удивительное, неповторимое время! Сегодня мы открываем множество имен забытых писателей, художников, музыкантов… В забвении остаются имена и судьбы блистательных инженеров, строителей, ученых, внесших неоценимый вклад в отечественную науку и технику. Многие из них были выпускниками Института инженеров путей сообщения, созданного еще в 1810 году феноменально одаренным инженером, изобретателем, автором множества построек, проектов и научных трудов испанцем Августином Бетанкуром. Он нашел в России вторую родину, воспитал плеяду зодчих и строителей, и самое главное, – заложил традиции, которые развивались затем в течение более ста лет.

Александр Александрович Барышников (1877–1924) известен сегодня лишь узкому кругу историков архитектуры как один из первых представителей петербургского модерна. Он принадлежал к поколению, родившемуся в 1870-е годы, и воплотил в себе многие качества инженера и архитектора начала XX века, прежде всего страсть к созидательной и разнообразной работе.

Барышников родился в большой семье гостинодворского купца, выходца из волжских крестьян. Барышников-старший обладал завидной хваткой, овладел тремя языками, разбогател и смог дать хорошее образование детям. В 1897 году он приобрел участок на Николаевской ул., 31 (ныне – улица Марата) и начал постройку собственного дома. Работы начались летом 1897 года по проекту крупного зодчего В.В. Шауба, который составил проект пятиэтажного, типично петербургского добротного дома на 22 квартиры с магазинами и прачечной. Сотрудником Шауба и руководителем строительных работ стал молодой инженер-путеец А.А. Барышников, выполнивший также и все инженерные расчеты. Летом 1898 года загруженный другими проектами Шауб отошел от дел, и Барышникову представилась возможность детально разработать планы, внутреннюю отделку и совершенно новый фасад, один из ранних примеров архитектуры модерна в Петербурге. Сам Барышников отмечал, что художественная часть соответствует «тому новому направлению в архитектуре, к которому принадлежит фасад». По его рисункам в натуральную величину были исполнены в специальных мастерских декоративные работы. Барышников устанавливает тесные связи с художниками, декораторами, музыкантами, с деятелями издательства «Шиповник» и Театрального общества, которые расположились в доме. Дом на Николаевской стал одним из культурных центров столицы, а Барышников – известным инженером и архитектором.

Затем он строил собственный дом в Гатчине (также в формах модерна), и там же церковь – совместно с архитектором Л. Харламовым (Красная улица). Одной из крупных работ стал дом Купеческого общества на ул. Рубинштейна, 23. Наиболее интересен здесь план здания, разместившегося на длинном узком участке, примыкающем ко двору Петровского училища. Строитель максимально использовал особенности участка, создал логичную структуру помещений, применил железобетонный каркас в общественной зоне, бетонитовые (с проволочным каркасом) плиты на металлических балках, высококачественный петербургский кирпич, испытания которого Барышников провел в лаборатории своего родного института.

В том же году он осуществил внутренние перестройки. В доме купеческого общества на Невском пр., 70 (Дом журналиста), а в 1912–1913 годах построил весьма значительное здание на новой, Бородинской ул., 6. Это дом общества инженеров путей сообщения, хорошо гармонирующий с четырмя постройками архитектора Н.К. Прянишникова на данной улице (на углу Бородинской улицы и Загородного проспекта). К сожалению, ансамблевое решение, начатое этими мастерами, не получило развития. Постройка дома была приурочена к 100-летию Института инженеров путей сообщения. Это удачный образец неоклассицизма 1910-х годов. В первом этаже разместились магазины, конторы, во втором – деловые помещения и двухсветный зал для общественных собраний на 357 человек. Верхние этажи заняли помещения для правления железной дороги и комнаты для сдачи внаем. Ныне здесь железнодорожный техникум.

Барышников строил мосты, маяки, изобретал, делал расчеты, но строительство не исчерпывало всех интересов этого неуемного энергичного человека. Он писал портреты (за один из них даже получил премию на выставке), играл на виолончели, сделал свой оригинальный перевод «Фауста» Гёте.

Андрей Аплаксин

На Большом Сампсониевском пр., 53, возвышаются здания необычного для Петербурга облика, доминирующие в окружающей застройке. Это подворье Кашинского Сретенского женского монастыря с высоким храмом Спаса Нерукотворного и стройной многоярусной колокольней.

Комплекс живописно скомпонованных построек создан в 1900–1907 годах на средства горожан, по проекту епархиального архитектора Андрея Петровича Аплаксина (1879–1931). Храм в неорусском стиле. Подобных зданий в нашем городе очень немного, они связывают традиционное зодчество Петербурга с древнерусским художественным наследием, вносят в городской пейзаж весьма ощутимую национальную ноту. В этом храме экспрессия, особая обостренность форм, использование творчески осмысленных приемов древнерусского зодчества сочетаются с элементами современной архитектуры – модерна.

Архитектор, художник, реставратор, инженер, археолог, пропагандист русской культуры всех ее периодов, организатор строительных работ – таким был А.П. Аплаксин, проживший жизнь, достойную увлекательнейшего кинофильма или романа. В 1904 году он окончил Институт гражданских инженеров, через два года – Павловское военное училище. С 1906 года работал епархиальным архитектором, неустанно изучая памятники зодчества и изобразительного искусства, строя не только церкви, но и жилые и общественные здания в Петербурге и губернии.

Рис. В.Г. Исаченко. Подворье Кашинского монастыря

Многие постройки Аплаксина либо исчезли, либо были основательно перестроены в 1920–1930 годах.

Типична судьба подворья Вышневолоцкого Казанского женского монастыря, созданного в 1912 году на углу улицы Подрезова и Малого проспекта. От этого чрезвычайно выразительного, украшенного фресками комплекса сохранились, да и то фрагментарно, лишь дворовые флигеля, которые и по сей день производят сильное впечатление суровой мощью объемов.

Рис. В.Г. Исаченко. Подворье на улице Подрезова

У каждого художника, даже если он и не всегда отчетливо осознает это, есть свой образ мира, Родины, свое понимание человека. Аплаксину было свойственно живое и страстное ощущение причастности к судьбе России, ее народа и искусства. В письме автору этого очерка дочь архитектора музыкант Елена Андреевна Аплаксина говорит: «В любое дело он вносил выдумку, „живинку“, ни в чем не терпел скуки и однообразия». Когда в начале века новые романтические веяния (прежде всего, интерес к культуре Русского Севера) затронули культуру Петербурга, Аплаксин оказался среди мастеров, стремившихся возродить национальное наследие, не утрачивая завоеваний нового времени.

В 1908–1909 годах он руководил большими реставрационными работами в одном из самых ранних памятников зодчества – Сампсониевском соборе. Талантливый архитектор-строитель, умелый организатор, он привлек к работам видных специалистов-консультантов – А.Н. Бенуа, Н.Ф. Романченко, Г.И. Котова, А.Н. Померанцева и др. Современники признали работу крупной и удачной, оценив ее как результат «колоссального непрерывного труда». Поражало качество и быстрота работ.

Реставрация храма проводилась в связи с 200-летием Полтавской битвы, ведь именно этой победе он был посвящен. Сначала разобрали ветхие строения на территории собора и кладбища, – кстати, первого городского кладбища. Аплаксин стремился воссоздать саму атмосферу Петровской эпохи, зодчества раннего барокко. Собор и колокольню освободили от поздних наслоений, отреставрировали фасады, интерьеры, утварь, часть икон.

Аплаксин считал важным пробудить в душе «благородный инстинкт патриотизма, гордость к славному прошлому и веру в силы народные». На фасаде были установлены чугунные доски с текстом обращения Петра I к воинам перед битвой. Знаменательно, что, признавая европейские черты в облике церкви, Аплаксин в то же время справедливо утверждал, что она имеет в целом национальный характер – особенно шатровая колокольня и необычайно выразительные по своей экспрессии иконы. Он имел в виду, прежде всего, «отклонения в сторону русской самобытности», отличающие колокольню от памятников барокко. Кроме того, Аплаксин построил рядом очаровательную изящную часовню, сторожку и двухэтажный «Юбилейный домик» для библиотеки, архива, ризницы и квартир служащих. Здесь проявилось свойственное Аплаксину тонкое проникновение в дух зодчества прежних эпох. В этих работах участвовал одногодок Аплаксина, талантливый художник-архитектор Н.Е. Лансере.

Был также выполнен проект реставрации пятиярусного иконостаса – шедевра искусства XVIII века. По замыслу Аплаксина был установлен памятник Петру I работы М.М. Антокольского (проект пьедестала выполнил Лансере), подчеркнувший градостроительное и смысловое значение собора.

Средства на все эти работы собирались по всей России. В ряду торжеств в память славной баталии был грандиозный крестный ход от Казанского собора к Сампсонию. Торжественно, в присутствии горожан и воинских частей, был открыт памятник Петру I. Таким образом, все здания, памятник и надгробие казненных в 1740 году русских патриотов, установленное еще в 1885 году, образовали уникальный историко-архитектурный памятник. Аплаксин по праву мог гордиться успехом своего дела.

Архитектор занимался также реставрацией Пантелеймоновской церкви (ул. Пестеля, 2), построил ряд монастырских подворий и, как всегда, много ездил по стране, неутомимо исследуя древнее зодчество и памятники барокко и классицизма.

В 1910-е годы одно за другим возникают всевозможные общества и комиссии по выявлению и сохранению памятников старины, Аплаксин был одним из самых деятельных участников этих обществ. Андрей Петрович зарисовывал, обмерял и фотографировал памятники и их фрагменты, а затем выступал с обстоятельными эмоциональными сообщениями и лекциями. А лектор он был прирожденный – сказывалась не только обширная эрудиция, но и незаурядные артистические способности.

В связи со 100-летием Отечественной войны 1812 года зодчий много занимался изучением церковного зодчества, С этим связана и реставрация Казанского собора, завершенная в 1911 году под руководством Аплаксина. Как и при реставрации Сампсониевского собора, итогом работ стала также превосходно изданная и богато иллюстрированная книга Аплаксина «Казанский собор» – фундаментальный и по сей день лучший труд о соборе и его творце Воронихине, а также о многочисленных участниках грандиозной стройки.

Рис. В.Г. Исаченко. Церковь на Роменской улице

Еще один труд Аплаксина, посвященный 1812 году, возведение в 1911–1913 годах Казанской церкви при подворье Пекинской православной миссии на Воронежской ул., 110. Несохранившийся храм привлекал внимание свободной трактовкой остростилизованных форм новгородского зодчества. При подворье были открыты магазин и школа для китайских детей. Стремительно взнесенная, динамичная церковь хорошо выражала особенности творческого почерка архитектора, его принципиальную установку на создание новых, не связанных шаблонными приемами культовых зданий. Здесь было отчетливо выражено своеобразное понимание зодчим самой сущности русского национального зодчества, самобытность которого Аплаксин отстаивал твердо и последовательно.

В то же время Аплаксин говорил и о национальном своеобразии такого, казалось бы, очень европейского стиля, как классицизм. В классических формах Аплаксиным была построена Никольская церковь, не завершенная из-за мировой войны и позднее перестроенная (10-я Красноармейская ул., 19). Во всех постройках Аплаксин выступал поборником синтеза искусств, суровых лаконичных форм, романтиком и поэтом. В его произведениях – своеобразная скульптурность, вылепленность форм, острота силуэта, несколько преувеличенная мощь. И своим творчеством, и выступлениями зодчий активно выступал против византийского, псевдорусского и прочих подражательных стилей, против «бездарности, безвкусия и рынка», моды и конъюнктуры. По мнению Аплаксина, художник и зодчий должны быть просветителями, воспитателями и ни в коей мере не идти на поводу у обывателя. Именно за это он и ценил древнерусское искусство, обращенное не к избранным, а ко всему народу. Его высокий пафос он и мечтал воплотить в современном искусстве. Удалось ли это ему? На мой взгляд – в значительной степени удалось. У него были единомышленники: В.А. Покровский, К.А. Коровин, Д.А. Крыжановский, великий А.В. Щусев… А разве не актуальны замечания Аплаксина о невежестве многих служителей культа? Ведь это их «усилиями» были почти безнадежно испорчены всевозможными «поновлениями» многие памятники древнерусского искусства – бесспорный и уже никем не отрицаемый факт.

Одновременно с возведением Казанской церкви Аплаксин создал комплекс построек Творожковского Свято-Троицкого женского монастыря на Роменской улице с величественным пятиглавым храмом Св. Петра. Это подворье, к счастью, сохранилось, хотя и с большими утратами, обеднившими силуэт.

Сохранился большой представительный жилой дом Введенской церкви на Введенской улице, недалеко от дома, где жил и умер Кустодиев. Аплаксин построил его в 1913 году, удачно применив классические мотивы.

Еще значительнее был проект большого, в неоклассических формах дома на Старорусской улице, реализации которого помешала Мировая война. Эта война надолго прервала творческую деятельность зодчего. С 1916 года он, имея и военное образование, – в рядах армии, с 1918-го – начальник связи ряда фронтов в Красной Армии и, только демобилизовавшись в 1928 году, наконец снова вернулся к архитектуре.

Теперь Аплаксин с особым увлечением занимался историей архитектуры и широкой популяризацией искусства. Он создал Первую художественную студию для молодежи, где преподавали видные деятели культуры и сам зодчий. Работал он и в обществе «Петербург—Ленинград» и в других творческих коллективах, продолжая строить дома и промышленные здания. Казалось, что силы его неисчерпаемы. Скончался в 1931 году, не выполнив все задуманное. Было ему всего 52 года, а сделанного могло бы хватить на целый творческий коллектив.