Текст книги "Индро. Поворот судьбы (СИ)"

Автор книги: Вадим Толмачев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20. Лейн

Из воспоминаний воина Араса Рубаки. Армия Свободного племени Кёльте. Племя Кёльте или северяне, как их называют чаще, являются статными и могучими воинами, привыкшими к суровым погодным условиям и невзгодам жизни. Основу их армии составляют топорники – воины, вооруженные топорами и щитами. Географическое расположение стран, диктует и свои правила в обмундировании. Если у южан почти нет шахт, где добывают железо и другие металлы, то вот почти все рабочие северян заняты в горнодобывающем деле. Обилие металла сказалось и на экипировке воинов. Все бойцы северян закованы в броню с ног до головы. Из-за этого их доспехи весят много, и носить их способны только физически сильные и статные бойцы. А других в армии северян и не держат. Кстати топор у воинов не один. Как правило, дерутся они с топором среднего размера, но если в бою воин потеряет топор, то может достать маленький топорик. Обычно таких у воинов два, оба заткнуты за поясом с разных сторон. А свой основной топор в походе они держат за спиной. Там же располагается и круглый, окованный железом щит. Топорики нужны не только для замены оружия. Они еще и отличное метательное оружие, способное пробивать броню. Перед рукопашной воины обычно кидают такой топорик во врага. Несколько десятков мчащихся на большой скорости маленьких, но тяжелых топоров – страшное оружие. Так выглядит основа войска северян. Есть еще разновидность с мечами и метательными ножами. Но всё же топором обязан владеть каждый, кто называет себя человеком из Свободного племени Кёльте. Кавалерия у северян делится на обычную и элитную. Обычная состоит из тяжелых лошадей, с головы до ног закованная в металл и свалить такую лошадь задача та еще. Есть легенда, когда на одинокого всадника северян напало пятьдесят грабителей. Они кидали во всадника и его лошадь ножи, посылали снаряды из пращи, пытались пронзить лошадь копьями и рубить мечом, но сами умирали от ударов наездника. После убийства тридцати разбойников всадник пал замертво. Всё же ему нанесли несколько смертельных ран, и он истёк кровью. И тогда лошадь устроила буйство. Она носилась среди оставшихся выживших и втаптывала их в землю. Ни один душегуб не ушел. Все были убиты. Один из последних, видя, что конь всё равно убьет его, вытянул свое копье вперед себя и стоял так, пока лошадь его не затопчет. Копье пропороло броню и вошло в тело. Коня нашли потом на дороге, он успел еще пройти несколько километров, пока окончательно не свалился замертво. Такие были лошади у северян – преданные и бесстрашные. Но самая страшная сила на поле боя – это элитная кавалерия. Она состояла из медведей. Эти умные животные сами по себе являлись оружием, ведь их когти рвали лошадей противника, а острые зубы могут перегрызть руку или голову. Единственной причиной, почему с такой кавалерией северяне еще не завоевали мир, было в малочисленности лошадей и медведей. Кавалерия составляла всего лишь процентов десять от общего числа их войск, а всадники на медведях и того меньше. Только у герцогов они были, и то не больше трёх десятков, ведь воспитание медведя и его наездника начинается почти с рождения. Всё же медведи – это дикие животные, которые привыкли жить на воле, а не подчиняться командам человека. Да и их стоимость и содержание не могли позволить себе обычные бароны. У племени Кёльте не было такого, что воевать могли исключительно мужчины. Нет, их армия состояла из мужчин и женщин. Женщины были практически всегда в стрелковых подразделениях. После появления арбалетов северяне предпочитали в основном их. Лишь они, да и тяжелые луки могли пробить их доспехи. Но для тяжелых луков требуется недюжинная сила, которой женщины редко обладают, поэтому лучников в армии немного, и предпочтения отдается арбалетам.

Арас Рубака. Воспоминание № 7.

Двадцать восьмой день осени.

Деревня Рейнах.

Лейн была обычной девушкой. Шестнадцать лет, ничем не примечательная и не запоминающаяся. Ее родители умерли когда ей было десять. Они были не богаты, других детей и родственников у них не было. Но ее не бросили. Их сосед Тапир был богатым по меркам крестьянина, и ему были нужны помощники для хозяйства. Он купил оставшееся имущество родителей Лейн и пообещал до восемнадцатилетия давать девушке еду и кров. Конечно не бесплатно, за работу.

С тех пор у Лейн началось новая жизнь. Примечательная лишь тем, что была черна от безысходности. Хотя такая жизнь наверняка была у многих несчастных. Подъем с рассветом, ухаживание за скотиной, потом приготовление завтрака для хозяина, мелкие поручения по дому, опять ухаживание за скотом, работа в поле. И так повторялось все снова каждый день. А вечером, усталая и выбившаяся из сил, уже после заката солнца ложилась она в амбаре и засыпала тяжким сном. В дом прислугу спать не пускали. На то, что все изменится после ее совершеннолетия, она не рассчитывала. Что может измениться? Станет только хуже. Свои обязательства Тапир выполнит и все. Она никому станет не нужна. Своего дома и земли у нее нет, очередь на замужество не выстраивается. Ее нельзя было назвать не красивой, но и на красавицу она не тянула. Про таких говорят «как все». А ее нищета отпугивала всех женихов почище злобной тещи. Так и жила и существовала она, без радости и надежд.

Годы шли. Из подростка она превратилась в девушку и стала ловить на себе взгляды мужчин. Но там была не любовь, а лишь обычная похоть. Особенно сальные взгляды и шутки бросал Вилгол – один из друзей Тапира. Однажды они как обычно напились и пьяный Вилгол выйдя из дома увидел Лейн. Подойдя к ней развязной походкой он дернул ее за руку, повел в один из сараев и стянул одежду. Она пыталась вырываться, кричать, но он лишь больно ударил ее по щеке и…Потом она все время пыталась отогнать из мыслей этот кошмар, то что случилось. Когда Вилгол сделал свое дело, он лишь надавил ей на шею и сказал, что если его семья узнает об этом, то он свернет ей шею, как цыпленку. Через несколько дней все повторилось снова. От отчаяния Лейн попыталась наложить на себя руки, но не смогла. Она не могла жить, но и умирать не хотела. Без того однообразные дни потекли как в калейдоскопе. Безрадостный день сменялся точно таким же, другим безрадостным днем. Серые и одинаковые будни, счет которым она потеряла. Казалось, она не жила, а просто механически выполняла свою работу день за днем. Тапир знал про нее и Вилгола. Тот сам как-то ему похвастался. Знал, но ничего не делал.

Однажды, после очередного уединения в амбаре Вилгол избил ее. Он был в плохом настроении, а она сопротивлялась, пытаясь вырваться. Ей было очень больно и лежа ночью она впервые осознанно захотела смерти для другого человека. Раз я не могу убить себя, то пусть умрет мой мучитель. С тех пор в ее жизни появилась цель и смысл и мысли об этом поддерживали ее. Вилгол был здоровяком и сама, в одиночку, она с ним справиться не могла. Значит ей нужно какое-то оружие. Два дня раздумий и поисков и у нее оказался нож. У Тапира в очередной раз собралась гулянка и когда они все напились, а большинство заснуло за столом, то Лейн стащила у одного из них кинжал. Никто ничего не заметил. В тот вечер применить по назначению оружие она не смогла. Понимала, что незаметно сделать это не удастся. Поэтому спрятала нож. В деревне было два хлева, которые были постоянно открыты. Обычно там хранили всякую мелочевку, которую красть никто не станет. Также там хранилась солома. Вот в одну из куч соломы Лейн спрятала нож. Про него не вспомнили ни на следующий день, ни после. Он спокойно лежал в хлеву и лишь иногда забегая по делам Лейн вытаскивала его и любовалась на холодный отблеск металла. Шанс все не подворачивался ей, то она не пересекалась с Вилоголом, то у нее не было ножа с собой. А все время носить его она не могла, потому что к ней тогда появятся ненужные вопросы. Не могло быть у служанки ножа и все тут.

Внезапно вся жизнь в деревне перевернулась с ног на голову. К ним приехал небольшой военный отряд человек в пятьдесят. Замок их виконта был захвачен, а деревня теперь принадлежала имперскому вельможе, который скоро приедет сюда. Пока он прислал военный отряд для установления порядка. Ей было все равно кто будет править, жизнь научила ее только одному, что лучше не станет. Поэтому если она хотела осуществить свою месть, то ей нужно поспешить. Как раз и повод хороший. В деревне полно новых людей, которые относятся с недоверием к местным, как и местные к ним, поэтому на нее никто не подумает. К тому же Тапир открыто поддерживал бывшего владельца и в замке у него было полно влиятельных знакомых и друзей из числа ближников дворянина. С новым хозяином его положение ничем не будет отличаться от других, и староста, которому Тапир в последнее время был как кость в горле наверняка попытается снять с него различные привилегии, дарованные бывшим владельцем. Поэтому Тапир собирал к себе друзей, чтобы показать недопустимость новой власти или хотя бы обсудить дискредитацию старосты в глазах нового хозяина деревни. Тогда его место займет он, Тапир, как второе и самое влиятельное лицо в деревне, способное приструнить сельчан и поддержать новую власть.

Их обсуждение быстро переросло в пьянку. Девушка прислуживала им за столом и все сама видела. В итоге они договорились, что все пойдут по соседям, чтобы поутру вся деревня собралась у дома старосты и выдвинула ему жалобы. А жаловаться было на что. Начиная от неравномерного распределения посевной площади и заканчивая вынесенными решениями, ведь все мелкие споры в деревне разрешал староста. Не владельца ж замка или его приближенных приглашать каждый раз, когда соседская собака проникла через забор и съела пару куриц или корова, зайдя на чужую территорию вытоптала растения. Судить староста пытался честно, по справедливости, никого не выделяя. Но всё равно у многих были различные обиды на него. И все эти обиды, украшенные различными неприятными подробностями, должны будут завтра озвучить жители деревни. Видя, что действующий староста не справляется со своими обязанностями, командир военного отряда выберет человека способного угомонить народ, потому что за порядок и помощь деревне с него спросит будущий владелец. А кто как ни Тапир сможет вместо старосты управлять и решать вопросы деревни? Правильно, больше некому. А потом Тапир договорится с командиром отряда и гарантирует ему лояльность деревни и полное подчинение новому господину, а командир замолвит за него словечко. Дескать лучше него никого не найти. Вот такой был вкратце план Тапира, который Лейн услышала за столом.

Потом была драка между Кералом и Вилголом. Она с упоением наблюдала, как Керал бьет увальня Вилгола, но к ее сожалению их быстро разняли. В этот раз они загуляли очень сильно, тосты сыпались один за другим. К полуночи все были мертвецки пьяны и задремали, но уже перед рассветом начали потихоньку расходиться по домам. Ее уже давно отпустили спать, но не пойдя к себе она все это время наблюдала за домом. И вот Вилгол покачиваясь вышел. Его окликнул Тапир и они о чем-то заговорили. А она решила побежать быстрее к хлеву, где был нож. Ведь путь к дому Вилгола проходил как раз мимо этого амбара. Добежав, она нашла спрятанное оружие и начала наблюдать за дорогой. Прошло минут десять прежде чем появился ее мучитель и насильник. Он еле пошатываясь брел домой на ходу проклиная чужаков Империи, что ночевали сейчас в деревне, в их домах. Пройдя мимо хлева, он не заметил ее и все также брел дальше. Лейн тихо начала приближаться к нему сзади. Он не слышал ее. Казалось его тело жило само по себе, покачиваясь и шатаясь. Руки выводили какие-то непонятные жестикуляции, а ноги все время норовили свернуть то вправо, то влево. Не дойдя до него пары метров, девушка задумалась. Что ей теперь делать, куда ударить? Перерезать шею она боялась. Опыта у нее не было никакого. Ей не доверяли даже сворачивать шеи курам, да она и сама не сильно стремилась к этому, поэтому практики не было никакой. Так ничего и не решив Лейн со спины подошла вплотную к Вилголу и со всей силы, с коротким замахом от своей груди ткнула ножом. Мужчина был выше, и поэтому удар пришелся ему в нижнюю часть спины. К тому же девушка хотела воткнуть нож в центр тела, но немного скосила. В итоге удар был нанесен немного правее, чем она хотела. Что-то омерзительно чавкнуло и Лейн, до сих пор держа в руке нож, который глубоко ушел в тело Вилгола, почувствовала, как все тело ее насильника напряглось словно пружина. Они так стояли несколько секунд, а потом она не выдержала и отпустив нож отшатнулась в сторону. Её мутило. К горлу резко подкатилась тошнота и она с трудом сдерживала себя. Лишь страх за совершенное и расплату, которая ее ожидает после этого, заставил собраться с силами и не потерять сознание. Прошло еще с десяток секунд. Мужчина стоял. Он пытался обернуться чтобы взглянуть на свою убийцу, но не смог. А потом рухнул на землю. Его кровь начала обагрять траву, а Лейн сидела в нескольких метрах, опустошенная и оцепеневшая. То, к чему она так долго шла выполнено, и сейчас ей не хотелось ничего.

Неожиданный хруст вывел ее из забытья. Она прислушалась. Невдалеке раздавались шаги. Скорее еще на рефлексах, чем осознанно она нырнула в хлев, чтобы спрятаться. Вовремя. Подходящий человек ее не заметил. Им оказался Керикс. Хозяин питейной, расположенной неподалеку. Увидев Вилгола лежащего в крови, он подозрительно оглянулся по сторонам и почти бегом побежал прочь. Лейн подождала для верности минуту, а потом осторожно приблизилась к трупу. Она знала, что это спокойствие ненадолго, и скоро трусливый Керикс приведет сюда других людей. Дрожащей рукой она вытащила из тела нож. С него капали капли крови. Обтирать о свою одежду, как и об одежду трупа глупо, поэтому она сорвала несколько листков с дерева, стоящего рядом, и вытерла им кровь. Листья пока взяла с собой, чтобы потом выкинуть подальше от этого места. Она даже успела продумать легенду, если кто спросит, откуда у нее эти листья. Лейн просто скажет, потупив глаза, что эта кровь ее и так бывает у женщин. Стыдно конечно, но зато с расспросами отстанут. А сейчас надо придумать куда спрятать нож. Взять с собой очень рискованно. Оставить просто рядом с трупом тоже. Так могут быстро установить кому принадлежит нож, а также примерную дату того, когда она его нашла. И все эти выводы могут натолкнуть кого-то умного на ненужное. Поэтому надо спрятать оружие. А куда? Точно, в хлев. Неслышный разговор сам с собой, и она придумала место куда можно спрятать орудие убийства. Стремглав добежав до хлева и положив в одну из куч соломы нож, она вышла и пошла по своим делам.

В ближайшие дни ее никто не трогал. После совершенного убийства девушка все время нервничала, боясь разоблачения. Её страх был настолько сильным, что она приняла решение как можно быстрее избавиться от ножа, как будто и не было ничего. Когда лучше всего это сделать? Тогда, когда все будут заняты чем-то другим. Подталкивало ее также то, что пришлые наемники всерьез заинтересовались этим делом, и чтобы доказать жителям, что убили не они даже выделили какого-то паренька, который начал как лошадь с плугом докапываться до истины. Она его видела пару раз. Он все выспрашивал и вынюхивал у всех. Но его упорство наводило на нее страх, ведь по обрывкам сплетен и недомолвок можно все сопоставить, и она окажется под ударом.

Это могло показаться знаком судьбы или издевательством с ее же стороны, но первый удобный случай выдался в день прощания с Вилголом. Лейн хотела во время церемонии незаметно уйти, взять нож и быстро убежать в близлежащий лес, до которого пара километров. А там она выкинет или еще лучше закопает нож, чтобы никто его не нашел. И в случае чего будет оправдание. Не выдержала грустную церемонию погребения ее любовника и убежала плакать в лес, где никого нет. Но ей не повезло. Она увидела Тапира, и тот сказал, чтобы она становилась рядом с ним, поближе к костру, чтобы видеть, как сгорает тело и душа усопшего возносится ввысь. Поэтому всю церемонию она простояла, никуда не уйдя. После окончания многие остались. Нужно было обсудить последние новости или поговорить с общими знакомыми, которых давно не видели. Поэтому большинство людей разбились на кучки по интересам и общались. Тут же был староста, наемники с их командиром и прочий люд. А вот этого паренька, который совал нос во все дела в попытках прояснить убийство Вилгола, она нигде не увидела, хотя на церемонии он тоже был. Какие же мысли дурацкие лезут в голову думала она, проскакивая между собеседниками и стараясь быстрее подойти к хлеву, где в ту злополучную ночь оставила нож.

Войдя в помещение Лейн быстро подошла к куче сена, где она оставила орудие убийства и начала искать его, но оно все не находилось. Она вновь начала перебирать солому, когда сзади раздался ироничный голос, от которого внутри девушки все похолодело.

– Не это ли ты ищешь?

Девушка рефлекторно повернулась уже понимая, что ее поймали. И осознавая, что никуда ей не деться, сделала пару шагов назад. А в это время мозг лихорадочно крутил только одну мысль: «Это тот парень. Который расследовал. Как он понял, что это я?»

Глава 21. Решение

Из воспоминаний воина Араса Рубаки. Армии Королевства и Империи похожи и называются традиционными за свою сбалансированность. У них количество пехотинцев к кавалерии и стрелкам соотносится как 2:1:1. Конница состоит из тяжелой, средней и разведки. Тяжелый вид кавалерии представляет собой элиту их войск. Традиционно их называют рыцарями. Из-за дорогого обмундирования купить себе снаряжение может не каждый, поэтому в такие войска набирают в основном вторых, третьих и прочих детей дворян, которые не могут претендовать на наследство, а также детей богатых горожан. Служба таких всадников хорошо оплачивается, да и со временем они могут стать свитой командира отряда, которым обычно являются дворяне, начиная от виконта. Бывали случаи, что за спасение своей жизни такой дворянин мог одарить всадника не только титулом баронета, но даже и подарить свою деревеньку, сделав новоиспеченного владетеля бароном. Рыцари вооружены копьем и щитом. Их блестящие доспехи слепят врага, а верная лошадь закована в броню. Чуть попроще выглядит средняя конница. Они не столь сиятельные, как рыцари, но добротное снаряжение и острый меч со щитом позволяют им противостоять всем противникам. Разведка самая легкая и дешевая кавалерия. Простые ездовые лошади без брони и почти такие же всадники, единственной защитой которых являются кожаные доспехи и небольшой щит. Вооружены они копьями, которые почти в два раза короче копий рыцарей. С таким оружием можно неплохо проредить небольшую группу легко одетых воинов, но сражаться с тяжелой кавалерией бессмысленно, только убегать. Пехота состоит из мечников. Форма снаряжения у них может быть самая разнообразная, от простой и не защищающей одежды, до тяжелых стальных доспехов. Обычно же где-то посередине. Но в основном феодалы любят единообразие в одежде, и укомплектовывают своих воинов во что-то среднее и не дорогое, обшитое гербами, чтобы сразу можно было понять кто их дворянин. Мечники вообще самый распространенный тип воинов в Камрадии. Мечом вооружаются все, от разбойников и наемников до стражи и небогатых дворян, которые не могут позволить себе лошадь. Естественно, что разнообразие выбора доспехов на пехотинцев также велико. Стрелки в Империи и Королевстве делятся на лучников и арбалетчиков. Тут всё зависит конкретно от владельца отряда, некоторые предпочитают только лучников, другие арбалетчиков, но обычно в отряде смешанный тип стрелков, где лучников раза в два больше.

Арас Рубака. Воспоминание № 9.

Двадцать восьмой день осени.

Деревня Рейнах.

Через час в доме старосты происходил совет. Кроме него и его жены были Жалин, Индро, Лейн и Тапир. Все думали о том, что делать с Лейн. Она была виновата в убийстве. Убийство было запланировано заранее и по законам за такое следует заплатить огромный штраф семье или отдать собственную жизнь. Причем отдать жизнь – это не обязательно чтобы ее убили. Могли бы просто отдать в пожизненное рабство родственникам убитого.

Денег у несчастной не было. Да даже если она и заплатит, то каково будет селянам жить рядом с убийцей. Она станет изгоем для всех. Никто не захочет с ней ни разговаривать, ни продавать продукты. На нее будут смотреть как на пустое место, ведь она убила их соседа. Тем более убитым был Вилгол, достаточно влиятельный и уважаемый человек в деревне. Обсуждение шло уже больше часа. Но никакого решения принято не было. Тапир и Жалин склонялись поступить по закону, то есть к наказанию в виде рабства. О том, что это может быть для девушки хуже смерти они и не думали. Староста предлагал не выносить сор из избы, забыть о том, что девушка сделала и попытаться жить дальше. Но тут воспротивился Тапир, заявив, что убийцу покрывать не будет и рано или поздно все это вскроется, а это убийство бросит тень на него самого, так как она его работница и Вилгол был близким другом. Сам Индро в споре участия не принимал. Прожив в деревне, он понимал доводы всех участников и был согласен с ними, но в глубине души ему было жаль девушку. Все это время Лейн, бледная как мел, стояла в углу избы. Её взгляд был затуманен и казалось, что ей нет дела до разговора и все происходящее не касается ее. Но вдруг она покачнулась и ее вырвало. Не в силах сдержаться, она согнулась, а потом и рухнула на пол. Жена старосты, которая до этого времени участия в разговоре тоже не принимала, вскочила и кинулась к девушке, а потом взяла ее за руку и увела во двор. Мужчины в комнате недоуменно переглянулись, но потом продолжили разговор. Через некоторое время женщина и девушка вернулись в дом. Жена старосты подошла к своему мужу и что-то тихо сказала ему на ухо.

– Ты уверена? – спросил он громко.

– Да. – ответила она.

– Что случилось? Я думаю все в этой комнате имеют право знать. – вмешался в разговор Тапир. Он всегда и во всем пытался насолить старосте, и эта бесцеремонная выходка даже не удивила. Лишь хмуро посмотрев на Тапира глава поселения сказал.

– Лейн в положении.

– В како… – начал было Тапир, но сразу осекся, быстро поняв, о чем идет речь. – Ну и что? – продолжил он.

– А то, что кроме Вилгола она ни с кем не была. Понимаешь? – с явным вызовом ответил староста.

– Откуда такая уверенность? Живота я ее не вижу. Девка брешет. – продолжил напирать Тапир.

Жена старосты тихо пробормотала что-то о уме собеседника и добавив чуть громче сказала. – Есть способы определения и без живота. Я поговорила с девушкой и уверена. Если не веришь мне, то можем всем женщинам деревни рассказать, и они подтвердят.

– Верю. – односложно сказал главный недоброжелатель старосты. Он быстро смекнул, что разговор принимает лично для него плохой оборот. А если жена Вилгола узнает? И ведь никак не скажешь, что не знал. Собутыльники сразу подтвердят, что не только знал, но и был совсем не против этого.

– И что делать? – озвучил главный и не теряющий актуальности во все времена вопрос староста.

Молчание было ему ответом. Никто не знал, как выйти из ситуации. Через несколько минут заговорил Жалин.

– Мы тут пришлые, поэтому я не хотел вмешиваться в ваш разговор и говорить, как следует поступить. Через неделю мы уйдем от вас и может быть никогда больше не вернемся в эти края. А вам и вашим детям тут жить. Но вот что я думаю. Она убила Вилгола и она виновна в этом. Но убийство было совершено от отчаяния. Молодая девушка, без семьи, без поддержки. Конечно, ей мог воспользоваться любой.

– Но… – начал было Тапир.

– Молчи! – прервал его Жалин. – Я говорю. Тем более по большой части это твоя вина. Она виновна и несомненно подлежит наказанию. Вот только у нее будет ребенок. Ребенок, от человека которого она ненавидела. Судьба, руками этой девушки взяла одну жизнь, но сразу подарила другую. Вилгола уже не вернешь, а в будущем ребенке будет течь его кровь. Так пусть ее наказание состоит в том, чтобы она вырастила и воспитала это дитя. В деревне ей оставаться нельзя. Ребенок у одинокой девушки привлечет внимание, и с годами будет больше походить на отца. Рано или поздно кто-нибудь может догадаться. Поэтому, когда приедет мой наниматель я поговорю с ним, чтобы ее перевели в замок служанкой. Пусть растит дитя там. К тому же доля служанки в замке легче чем крестьянки в поле, а девочка и так натерпелась за свою жизнь. А ты, – указательный палец Жалина ткнул в сторону Тапира. – Отвечаешь за ее жизнь, пока она не уедет отсюда.

В комнате повисло молчание. Наконец староста, словно очнувшись встрепенулся и сказал: – Пожалуй это лучший выход из ситуации, пусть будет так.

Пока Индро занимался расследованием, жизнь текла своим чередом. Братья прочесали все окрестности и нашли выход на одного из сбытчиков разбойников. Тот занимался тем, что скупал у бандитов награбленное и по своим связям продавал товар купцам в ближайших городах. Его взяли случайно, просто встретив на дороге. Старшой заинтересовался повозкой и хотел посмотреть что в ней везут. Несколько вещей оказались запачканы свежей кровью. Последовавший быстрый допрос прояснил ситуацию по разбойникам. Всего было две банды в окрестностях. Одну небольшую уже разгромили, напав неожиданно. Десяток человек не мог организовать достойного сопротивления объединенным силам Бугая и братьев. Со вторыми разбойниками дела обстояли сложнее. Бугай со своим отрядом разведал место где они находятся, пересчитал людей, посмотрел на укрепления лагеря и вынужден был признать, что атака будет не столь легкой и нужно привлекать все силы. Бандиты хорошо укрепились и были многочисленны. Разведчики Бугая насчитали шестьдесят человек. Достаточно грозная сила. Да и все у них было сделано с умом. Создавалось ощущение, что командует разбойниками достаточно опытный человек, успевший повоевать на своем веку в армии.

Выступать решили на следующий день. Так как бандитов было много, то Жалин решил привлечь все силы. Единственный, кого не было с ними – это Меш с отрядом. Они еще не вернулись из города. Но даже без них численность была достаточная. Был задействован весь отряд наемников и часть деревенских жителей. Зачем селяне согласились? Все очень просто, добыча. Жалин сказал, что все что найдут в лагере бандитов будет делиться на каждого участвующего. Среди деревенских воинов Индро увидел Хотэкса. Его долг перед семьей Вилгола никуда не делся, и этим походом он хотел заработать, чтобы расплатиться. Парень мысленно даже зауважал этого нескладного и вечно печального мужичка, который делал все, чтобы расквитаться с долгами.

Штурм лагеря прошел как-то буднично для Индро. Привал разбойников располагался на границе с лесом, на стыке с поляной. Предрассветная дымка скрывала происходящее, но воины осторожно крались в сторону разбитого бивака. Судя по тому, что несколько минут назад кричала сова и ей по приказу Жалина ответил один из солдат также скопировав птичий крик, то атака на лагерь велась с нескольких направлений.

В предрассветной дымке лагерь было видно плохо, но чем ближе они подбирались к нему, тем больше деталей удавалось разглядеть. Несколько палаток вокруг костра образовывали полукруг. Рядом сидел часовой лениво смотря на огонь. Иногда он вставал и прохаживался по территории лагеря, но это быстро ему надоедало, и он возвращался на любимое место. Больше никакой охраны увидеть не удалось, остальные беспечно спали. Стойки с оружием стояли на улице, а лошади находись так далеко, что можно было их попытаться захватить, оседлать и умчаться в даль. Индро вспомнил Родрика. Его первого учителя по владению оружием и воина с большой дороги. Но даже павшие бандиты с атаманом никогда не проявляли такую безалаберность. У костра всегда оставалось не менее трех бодрствующих часовых, которые при малейшей тревоге поднимали всех остальных. Здесь же ситуация была иначе. Но действовать тем не менее надо, поэтому пригибаясь и стараясь слиться с местностью Жалин пошел в атаку. За ним, двумя тенями следом проследовали две фигуры в которых можно было узнать Свеба и Индро. Остальные бойцы полукругом также окружали лагерь. Но в подсчете часовых они все же ошиблись. Их было двое. Просто второй сидел, прислонившись к одной из палаток. И когда Жалин метнул в первого нож, в одно мгновение отправляя его в лучший мир, то второй часовой среагировал сразу и поднял тревогу. Но разбойникам это не помогло. Полуголые выскакивали они из своих палаток, толком не понимая ничего. На них сразу наседали бойцы Жалина. Внезапная атака и ошеломление противника, ночь, не дающая видеть картину боя целиком и стоны умирающих товарищей быстро сделали свое дело. Бандиты были деморализованы и попытались пуститься в бегство. Но группа идущая с другой стороны перехватывала вырвавшихся и добивала их. Бой закончился быстро. Несмотря на то, что Индро был впереди, его участие свелось лишь к паре ударов по противнику, которые заставили разбойников затихнуть навсегда.

Жалин сказал не обижать крестьян, помогавших им, поэтому отряд наемников взял себе крохи добычи. Скорее мелкие сувениры, чем-что что полезное. Из-за этого парень почти сразу ушел из бывшего лагеря разбойников и лениво сидел на опушке, наслаждаясь поднимающимся алым солнцем, которое с каждой минутой все больше освещало землю. Рядом также сидел Свеб и они иногда о чем-то переговаривались. Парни не были друзьями, скорее соратниками, но сейчас, оказавшись рядом, отлично чувствовали настроение друг друга. В последнее время для них было много битв и эти минуты спокойствия воспринимались ими как самый лучший отдых, когда отдыхает не только тело, но и душа.

Ещё через час весь лагерь бандитов был вычищен. Судя по выпученным глазам Бугая, так не грабили даже они, когда им доставалась богатая добыча. Все вещи, все мало-мало полезное было взято трудолюбивыми крестьянами и сейчас, согнувшись под тяжестью вещей они шли в деревню. Обозы также были переполнены трофеями, хотя по сути там было много откровенного барахла, за которое не выручишь больше пары динар. Но крестьяне были бедны, и каждый динар для них был не лишним, поэтому Жалин просто закрыл на это глаза. Хотят тащить, пусть тащат. Все равно как бойцы они сомнительная сила, так пусть поработают как таскальщики. А его наемники тем временем обеспечат безопасность их колонне.

После возвращения жизнь в деревне потекла размеренно. Наемникам досталось немного добычи, но никто не жаловался. Зато отношения селян к ним стало лучше, все начли воспринимать их не как захватчиков, а как добрых избавителей от различных бед. Была проделана огромная работа. Меш провел караваны и удачно распродался в ближайшем городе. Несмотря на то, что убийцу Вилгола официально не нашли, все успокоились и перестали обвинять друг друга. Во многом это было благодаря тому, что главный заводила Тапир вынужден был молчать. Ближайшие разбойничьи гнёзда были ликвидированы. Свеб с Жалином тоже хорошо поработали. Тщательно расспросив старосту и изучив деревню, они навели порядок в финансах и оптимизировали поступление денег. До тех пор никто не знал, что Жалин так хорошо разбирается в вопросах управления и экономики.