Текст книги "Шаман. Охотник за планетами"

Автор книги: Вадим Попов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

7

…Вечером, когда рабочий день кончался и семейные любители прогулок выходили на Джеронимо, а одинокие любители удовольствий отправлялись в Квартал Шепотов, нижние уровни магистралей, предназначенные для колесного транспорта Нант-Петербурга, пустели. Наземные машины чаще всего перевозили то, что было неудобно или невыгодно везти гравитационным или воздушным транспортом. Поэтому мчащийся на полной скорости по проспекту Ушакова грузовой трейлер привлек бы внимание прохожих заранее, если бы не маленький фейерверк в урне на Джеронимо.

Перед глазами обернувшегося на два разных звука Роберта Джонсона словно застыла картинка с открытки к Хеллоуину.

Мальчик, застывший на переходе.

Мяч, замерший на полпути между ладонью подростка и прилипшим к полосе краски на асфальте окурком.

Машина, многоколесный тяжелый трейлер красного цвета, с синим слоганом компании-перевозчика («Вам тяжело? Мы возьмем это на себя!») на кабине.

Зрители смотрели на горящую урну с предполагаемой бомбой, а Джонсон смотрел в другую сторону – на мальчика, мяч и грузовик. А потом Роберт прыгнул вперед, и картинка ожила.

…Прыжок Роберта был спонтанным действием, но не был безрассудством в чистом виде. Подсознательно он надеялся отшвырнуть парня с дороги грузовика и самому вылететь вслед за ним. И все шло так, как он думал, пока рука мальчика не опустилась вдоль тела, и мяч, подскочив, не откатился в сторону.

Когда мальчишка, вдруг развернувшись, бросился ему навстречу, майор военной разведки Роберт Джонсон понял, что сейчас погибнет. И мало того, что сам сдохнет, как перебегавший дорогу заигравшийся пес, так еще и мальчишку не спасет.

Звуки пропали, свет летнего дня померк.

Краем глаза Роберт видел, как грузовик неумолимо приближается к ним, а мальчишка в бесформенной футболке шаг за шагом отталкивается от нагретого вечерним солнцем асфальта и бежит навстречу ему. И его пустые глаза смотрят сквозь Роберта. Сейчас векторы их движения столкнутся, тела на какой-то момент замрут на месте посреди проезжей части, а потом многотонная махина ударит их и либо размажет по проспекту Ушакова, либо отшвырнет в сторону, словно исковерканные марионетки с оборванными нитями. Оставался призрачный шанс, что Роберту хотя бы удастся вышибить парня из-под надвигающегося грузовика. Он врезался плечом в грудь мальчишки.

…Мир перед закрытыми глазами Удачницы вспыхнул. Вцепившись непослушными руками в фонарный столб, она повисла на нем, заставляя себя не потерять сознание, цепляясь за проплывающие перед глазами алые нити, еще недавно выстроенные в строгом порядке тщательно продуманной операции, а теперь спутанные в безобразный клубок.

…Что-то живое и тяжелое увесисто ударило в спину Роберта, и куча-мала из трех тел вылетела на разделительную полосу проспекта Ушакова. Грузовик впритирку пролетел мимо, обдав их запахами нагретого металла, краски и смерти. Виляя из стороны в сторону, трейлер помчался дальше.

Яр Гриднев вцепился в плечо Роберта и встряхнул его.

– Как сам?

Роберт приложил руку к голове, выматерился и, привстав на локте, посмотрел на мальчишку. Тот, похоже, прилично приложился головой об асфальт, да и придавили они его при падении изрядно. Глаза его были закрыты, веки чуть подрагивали. Яр приложил три пальца к немытой шее и послушал пульс.

– Максимум сотрясение мозга. Жить будет.

Где-то кричала женщина. Вдалеке грохнуло. Мужчины повернулись на звук. Метрах в трехстах от перехода грузовик лежал на боку, уткнувшись в силовое ограждение противоположной стороны проспекта. Пожарные роботы, отделившись от корпуса, деловито покрывали смятую кабину густой пеной.

Роберт посмотрел в другую сторону. Люди бежали к переходу Он разглядел в толпе пару серых рубашек городовых. Потом он кивнул Яру на фигуру в плаще, с деланой неторопливостью уходившей вверх по проспекту Ушакова.

– Похоже, это он устроил. Пацан явно под гипнозом. Я за ним.

– А я за девушкой, – сказал Яр.

– А?

– Там сообщница. Скорее всего, психотехник, держала ситуацию… слишком уж сложное происшествие.

Роберт кивнул, вставая.

– Давай. И еще… теперь мы квиты, спасибо.

Он с места в карьер ринулся через проспект и врезался в толпу. Человек в плаще бросил взгляд через плечо и бросился бежать.

Яр подхватил все еще бесчувственного мальчишку на руки, пройдя по «зебре», вручил его пробившемуся сквозь толпу городовому и махнул у того перед глазами полицейским жетоном.

– Отвезешь парня в больницу и все данные по нему передашь через центральную диспетчерскую для Яра Гриднева.

Безусый рыжий парень удивленно вытаращил глаза и торопливо подхватил тело. Разлохмаченный кед чиркнул по безупречно отутюженной штанине форменных брюк городового, оставив серую пыльную полосу.

А Яр уже проталкивался сквозь толпу на свободное пространство, туда, где по улице Джеронимо, покачиваясь, словно пьяная, брела прочь от места происшествия светловолосая девушка.

8

Она его чуть не обманула. Яр догадывался, что психотехник, работающий в паре с киллером, будет вооружен чем-то серьезным. Впрочем, в этой ситуации был опасен даже обычный парализатор. Поскольку он заметил, когда несколькими минутами раньше мчался к пешеходному переходу, что блондинка нащупывает что-то в кармане жакета, то теперь внимательно следил за ее руками.

Но безвольно болтающаяся левая рука девушки лишь единожды скользнула ко рту. Через пару десятков секунд ее походка стала уверенней и быстрей, в движениях появилась собранность. «Она меня заметила… и приняла сильный стимулятор… так сразу подействовало… это что-то ударное», – подумал Яр. Он напрягся, ожидая, что девушка с места в карьер бросится бежать, но она продолжала быстрым шагом идти по Джеронимо. План Яра был прост: он хотел дождаться, когда сообщница убийцы свернет в более-менее безлюдный переулок, задержать ее и вызвать помощников Джонсона. Звать армейских сейчас было опасно – опытный психотехник, употребляющий сильные стимуляторы, чтобы скрыться с места преступления, вполне может решить не сдаваться живым, да еще и прихватить с собой пару-тройку противников. А лишних жертв Яр не хотел.

Девушка ускорила шаг и начала ввинчиваться в кучу народа перед входом в очередной ресторанчик. Здесь, как и перед оставшимися далеко позади «Луком и стрелами», выступали живые актеры. Турский факир, напоминавший человека почти всем, кроме покрытой мелкой зеленоватой чешуей кожи, выдыхал огонь изо рта тонкими малиновыми струями, сливающимися на несколько мгновений в сложные узоры. Он делал вид, что пытается испугать своего партнера по номеру, высокого акробата-ирканца, выдыхая струи пламени в его сторону. Ирканец кувыркался через голову, вставал то на мост, то на одну руку, то на обе. Всякий раз, когда он замирал, из рукава рубахи или из штанины высовывала голову ирканская огненная змея и пускала в сторону турскера небольшой язык пламени. Видимо, в результате операции на огненосных железах на большее ручная змея ирканца была не способна.

Блондинка пробралась в первый ряд зрителей и сейчас аплодировала вместе со всеми. Яр подобрался на разумную дистанцию и выглянул из-за чьей-то спины. В этот момент девушка словно поправила рукой что-то на лице и резко кинулась вперед, через пустое пространство в центре человеческого круга, мимо артистов. Яр бросился за ней, в центре круга блондинка резко развернулась, и все сознание Яра заполнил яростный предупреждающий вопль цхара.

Падая на спину, Яр подумал, что психотехник небрежно намазала губы странной серебристой помадой, но потом увидел, что по периметру ее рта словно появилась широкая стальная кайма. Тут девушка открыла рот и выдохнула длинную струю огня. Яр кувырнулся назад, слыша шепот пламени и обоняя запах плавящегося камня. Волосы на голове затрещали. Пахнуло паленым. Портативный огнемет «Горыныч», вставляющийся в гортань, был на вооружении диверсантов Терранской федерации достаточно давно, но вот так предметно, буквально на собственной шкуре, Яр видел его действие впервые.

Толпа ахнула и зааплодировала. Ах как ловко придумала, сволочь… Кто догадается, что это не часть шоу, на которые так богата сегодня туристическая Джеронимо.

Девушка прыгнула вперед, Яр откатился в сторону.

Еще один выдох. На брусчатке запылала ядовито-зеленоватым пламенем новая лужа термосмеси.

Хохот, одобрительный свист и новые аплодисменты.

Новая струя пламени.

Яру опалило ресницы.

Он вскочил на ноги и вместе с девушкой закружил вокруг застывших, недоуменно выпучив глаза, артистов и чадящих луж.

«Сколько в этой дряни зарядов? Три? Пять?»

Девушка медлила, делала ложные выпады, то приближаясь, то удаляясь, то отскакивая в сторону.

Яр примерился к траектории для подсечки, когда блондинка сунула руку в карман. Парализатор! Яр расстегнул пряжку и одним движением выдернул ремень из джинсов. Психотехник прыгнула вперед, выхватив из кармана ствол. Отскочить назад Яр не успевал.

Огненный выдох должен был сжечь ему лицо. Яр упал назад, вставая на «мост», и струя пламени прошла над ним. Толпа заревела. Блондинка опускала пистолет.

«Сейчас она выстрелит». Он завалился на бок, взмахнул рукой, захлестывая ремнем щиколотку девушки, дернул. Психотехник потеряла равновесие, но устояла, ствол повело в сторону. Излучение ударило по артистам и толпе. Турскер, ирканец и пара зрителей стали оседать на брусчатку. В тишине Яр, встав на колено, хлестнул девушку ремнем по запястью вооруженной руки. Она вскрикнула, парализатор отлетел в толпу, кто-то вскрикнул.

Девушка развернулась и, издав короткий приглушенный вопль, кинулась в толпу. Люди испуганно отпрянули в стороны. Яр бросился за ней. Теперь психотехник, виляя между гуляющими парочками, неслась так, словно хотела взять первое место на галактической олимпиаде. Девушка взмахнула рукой, и по камням мостовой, позванивая, покатилась почерневшая трубка «Горыныча».

Соблазн вызвать подмогу был велик, но Яр не знал, обучены ли нынешние «армейские» Джонсона «мягкому» задержанию, с гарантией от тяжелых травм подозреваемого. Он решил рискнуть. Девушка свернула в переулок, затем в другой. Здесь архитектор Метрополиса явно вдохновлялся закоулками оставшихся на Терре европейских городов. Густо натыканные особнячки всех стилей от модерна до барокко с магазинчиками на первом этаже и отелями на несколько номеров, разбавленные многоквартирными муниципальными домами. Когда светловолосая фигурка в темных джинсах и синем жакете вылетела из этого лабиринта на запруженную гуляющими людьми площадь Жукова и рванула к высившейся на другой стороне площади стеклянной громаде «Елисеевского», Яр понял ее цель. Вечером в торговом центре легко затеряться в толпе, а на крыше «Елисеевского» стоянка, которая может принять пару сотен флаеров. Улетит, и поминай как звали.

Толкая прогуливающиеся пары и извиняясь сквозь зубы, огибая фонтаны и перепрыгивая скамейки, он мчался за девушкой, но перехватить ее до входа так и не успел. Влетев в вестибюль, он заметил, как блондинка впрыгнула в переполненный лифт. Яр схватил за плечо проходившего мимо пожилого китайца-охранника и взмахнул полицейским жетоном.

– Какого?..

– Здесь опасный преступник. Надо заблокировать вылет со стоянки и эвакуировать людей с верхнего этажа.

Охранник выпучил глаза, став похожим на неваляшку-Даруму.

– Быстро!

Китаец щелкнул переговорной клипсой на лацкане белой рубашки, а Яр кинулся к ближайшему лифту. Через секунду он вернулся и снова дернул охранника за плечо.

– Вылет со служебной стоянки блокируется?

Тот растерянно крутанул головой.

– Нет… это признано нецелесо…

– Давай ключ от служебной стоянки. Ну!

– Нету… Да там простой кодовый замок… три-три-два-четыре… запомнили? Три-три…

Яр кивнул и побежал к лифту.

Высоко наверху вмонтированный в потолок последнего этажа аквариум бросал вниз солнечные блики, в которых проплывали искаженные до полной неузнаваемости тени рыб.

9

В пятничный вечер двенадцатиэтажный «Елисеевский» был заполнен гуляющими. В человеческой толпе мелькали ирканцы, хихасцы, турскеры и прочие чужие. Пока Яр бежал к лифту, его взгляд выхватил пустое пространство, в центре которого, гордо выпрямившись во весь трехметровый рост, шел берк. «И ни одного ярранца, – вдруг подумал Яр, влетая в лифт и вскидывая над головой полицейский жетон. – Ни одного. Слишком мало нас осталось».

– Полицейская операция! Попрошу всех выйти! Прошу прощения!

Отец с мальчиками-близнецами в форме кадетского корпуса и длинноволосый качок под руку со стареющей бизнес-леди быстро переглянулись и выскочили наружу. Яр вытолкнул из лифта замешкавшегося, недоуменно топорщившего обе пары усов над рачьими глазами толстого хихасца и вбил кнопку двенадцатого этажа. Кабина лифта рванулась вверх, а Яр захлестнул на правой руке свободный конец ремня и едва заметно поморщился. Он никогда не любил полицейскую работу.

Раздался мелодичный звон. Не дав дверям открыться до конца, Яр выскочил из лифта и огляделся. Посетителей на двенадцатом этаже было немного, но эвакуировать их, похоже, еще не собрались. Металлическая дверь на служебную стоянку оказалась рядом с лифтом. Яр быстро отстучал четыре цифры на плоском квадрате цифрового замка, и дверь ушла в стену.

Яр заглянул в дверной проем. Клонящееся к горизонту солнце било в глаза, заливая крышу «Елисеевского» неприятным красноватым светом. На служебной стоянке стояли несколько флаеров. Справа за высоченным забором на общей стоянке суетились покупатели, недовольные невозможностью улететь и внезапной эвакуацией. Слева на нижнем ярусе крыши, за низкими металлическими перилами, мерцал вделанный в крышу «Елисеевского» квадрат аквариума.

Девушка откинула крышку одноместного «Прыгуна», вынула какой-то небольшой предмет из кабины и обернулась. Яр бросился к ней. Блондинка взмахнула рукой. Яр кувырнулся через правое плечо. Небольшой дротик свистнул над ним и воткнулся в цементный пол стоянки. Спустя мгновение скрипнул трескающийся бетон, и во все стороны брызнула крошка.

Виброиглы изначально использовались геологами и шахтерами для безопасного расщепления слоев пород. Через полсекунды после вхождения в пласт виброигла била во все стороны ограниченным, но мощным силовым полем, откалывая кусок породы без огня, а значит, и без риска воспламенить рудничный газ. Но с легкой руки повстанцев на нищих планетах виброигла стала эффективным и дешевым оружием. Те, для кого плазменный или лучевой бластер были слишком дороги, стали снаряжать слегка переделанный пневматический пистолет обоймой с виброиглами. Если бы у блондинки был такой ствол, ее преследователь уже мог бы валяться с оторванной головой. Но она метала виброиглы вручную, и у Яра был шанс.

Он прыгнул к девушке и уже второй раз за сегодняшний вечер взмахнул ремнем, стараясь выбить оружие из ее рук. Психотехник увернулась. Теперь Яр разглядел в ее левой руке квадратную обойму, из которой она выщелкнула в ладонь правой серый стержень следующей виброиглы. Металлическая пряжка ремня звякнула по бетону. Продолжая движение, Яр корпусом врезался в девушку, и она отлетела к перилам. Обойма с виброиглами вращающимся черным квадратиком проплыла в багрянце заходящего солнца и упала на нижний ярус рядом с аквариумом. Яр вывернул кисть руки психотехника и подхватил выпавшую из пальцев виброиглу. Девушка яростно пнула его ногой в колено и, вырвав руку, прыгнула через перила на нижний ярус, прихрамывая, вскочила и подобрала коробку с виброиглами.

– Даже не пытайся, – сказал Яр, не спеша спускаясь по металлической лестнице на «аквариумный» ярус. – Этаж и крыша перекрыты. А в меня ты не попадешь.

В последнем утверждении он не был до конца уверен, однако выбор был невелик: либо вызвать «армейских» Джонсона, которые вполне способны без раздумий подстрелить опасную любительницу виброигл и портативных огнеметов, либо блефовать.

Девушка зло ощерилась, вскочила на бордюр аквариума, поднимавшегося на полметра над поверхностью крыши, и попятилась в дальний его конец. Яр подошел к бордюру и вдруг понял, что это не совсем обычный аквариум. То, что снизу казалось двумя слоями стекла, оказалось двумя силовыми полями, между которыми был зажат квадрат морской воды с плавающими в нем рыбами. Сквозь метр морской воды, шныряющих в нем разноцветных рыб и двенадцать этажей, отделяющих крышу «Елисеевского» от псевдомраморной плитки вестибюля, Яр разглядел человека в синих брюках и белой рубашке. Возможно, это был тот самый лупоглазый китаец из охраны.

Раздался щелчок. Яр поднял взгляд и увидел смерть, зажатую между пальцев блондинки с усталым лицом. Еще щелчок.

– Вот так и стой.

Ее голос был хриплым, но не содержал ни капли усталости. Она сделала шаг к середине аквариума… Третий щелчок.

– Тебе не убежать, даже если ты кинешь в меня всю пачку. Отсюда никуда не деться.

– Уверен?

Четвертый щелчок. Девушка остановилась в центре квадрата, отправила обойму в карман жакета и протянула к нему руки с четырьмя зажатыми виброиглами. Это выглядело словно в театральной постановке, когда актриса-Джульетта выражает страсть размашистыми жестами, которые будут правильно поняты даже на галерке.

– И что ты сделаешь?

– Хочешь взять на себя лишнюю кровь?

Она качнула головой и кинула косой взгляд себе под ноги. Тень прожекторной рамы, которая наверняка подсвечивала аквариум по вечерам, лежала на ее плечах. Она сказала что-то еще, но предупредительный рев-вскрик цхара заглушил все.

– Что?..

– Ты говоришь как священник. Не надо меня учить.

Яр посмотрел вниз и словно впервые увидел перила. Металлические перила двенадцатого этажа опоясывали пустое пространство между зажатым силовыми полями слоем воды и полом вестибюля внизу. До перил было бы несколько метров, если бы… не аквариум. Тут взгляд Яра уперся в генератор силового поля в шаге от него. Четыре пластиковых черных коробки излучателей поля в центре каждой стороны квадратного аквариума и четыре виброиглы в руках девушки. Как же он… Яр подался вперед, но прыгнуть не успел.

Четыре свистящих звука почти слились в один, и почти сразу ближний к нему излучатель словно взорвался изнутри.

Что-то ударило его в лоб, и на глаза потекло горячее.

Треск пластика и металла. Вой аварийной системы.

Женский голос шел издалека:

– Не подходи, погибнешь. Ты не сможешь мне помешать.

Голова у Яра гудела, он осознал, что сидит на бордюре, пытается встать и не может, а треск идет от разбитых излучателей силового поля. Вода в аквариуме шла волнами, и первые струи воды уже летели вниз, на далекий пол вестибюля первого этажа. Психотехник по-прежнему стояла в центре квадрата аквариума, чуть согнувшись, словно пловчиха в ожидании сигнала к старту. Невидимая пластина силового поля прогибалась, и вокруг туфель девушки собралась вода. Яр на ощупь активировал полицейский жетон.

– Отойди! Разобьешься!

Яру казалось, что он кричит, но сам он себя еле слышал. Сейчас силовое поле рухнет, она прыгнет вниз и зацепится за перила или… не сможет зацепиться. Какой же он дурак…

Кровь заливала глаза, Яр попытался скользкими пальцами отбросить назад челку.

В этот момент девушка бросила на него быстрый взгляд и вдруг замерла… Яр увидел, как зрачки ее расширились. Не сводя глаз с его лица, она вдруг начала распрямляться.

– Эй, ты! Убери руку! Покажи лицо! Как тебя зовут?!

Яр взмахнул рукой, и красные капли полетели веером. Он хотел крикнуть: «Держись же ты!» – когда зрачки девушки-психотехника вдруг расширились, почти полностью затопив темно-карие глаза, и она шагнула к нему.

Ее губы приоткрылись, но произнести она ничего не успела.

Силовые поля пропали.

Девушка провалилась по шею в воду, а через долю секунды, вместе с аквариумом, ставшим просто двумя сотнями тонн морской воды, начала падение вниз.

Светловолосая женская фигура падала в окружении водяной взвеси и переворачивающихся в воздухе разноцветных рыб.

В голове у Яра мутилось, но он вдруг ясно увидел стоящего в вестибюле ребенка. Это была девочка с красным воздушным шариком в руке. Она подняла голову, шарик взмыл вверх, пролетел рядом с левой рукой падающей девушки-психотехника, миновал пару крутящихся в воздухе гигантских красно-синих меченосцев и, блестя мокрой резиной в лучах заходящего солнца, вылетел через квадратное отверстие бывшего аквариума наружу.

Снизу долетел звук глухого удара.

Где-то закричали.

Яр поднял голову. Красный шарик в синем небе стремительно уменьшался.

С едва слышным свистом на крышу «Елисеевского» опускались скоростные полицейские флаеры.