Текст книги "Кризис личности"

Автор книги: Уилл Мюррей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

– У меня нет выбора, сэр.

Таксист пронзительно свистнул и махнул охранникам рукой. Трое мгновенно вышли из строя и направились к машине. Кольцо охранников вокруг банка тут же сомкнулось – все равно что затянулась рана.

– Этот старик не хочет платить за поездку, – буркнул водитель, указывая пальцем на заднее сиденье.

– Какой старик? – недоуменно спросили охранники.

Водитель повернул голову, но не увидел даже вмятин на заднем сиденье, свидетельствующих о том, что здесь только что кто-то сидел.

– Вы не видели, как он вышел из моей машины? – озабоченно проговорил он.

– Нет.

– Но он здесь был! Маленький такой, в восточном одеянии. Черное с золотом, как у бабочки-"монарха", кимоно.

Охранники переглянулись и открыли заднюю дверцу.

– Может, он спрятался?

– Сзади пусто.

– Пощупайте сиденье, – стал умолять их водитель. – Оно наверняка теплое.

Один из охранников так и сделал, но никаких следов старика не обнаружил.

– Сиденье холодное, – подтвердил другой.

Поиски в ближайших окрестностях ничего не дали. Несмотря на то что такси все время стояло на виду у целой толпы охранников (да и пассажир как-никак не иголка), никто ничего не заметил.

Водитель отправился в обратный путь. На лице его отражалось отчаяние, а карман стал легче на ту сумму, которую показывал счетчик.

Вот так мастер Синанджу преодолел кольцо охранников, окружавших здание, куда ему надо было проникнуть. Никто не видел его приближения. Никто не поднял руку, чтобы его остановить. А все потому, что глаза стражей были прикованы к алчному таксисту и трем охранникам, которым тот заплетающимся от горя и смущения языком пытался объяснить ситуацию.

Мастер Синанджу вошел в банк через служебный вход, но и тут никто не обратил на него внимания. За столами сидели фавориты, устремив взгляды на янтарно-желтые и изумрудно-зеленые экраны своих компьютерных оракулов. С головой поглощенные в свою бесполезную работу, они даже не почувствовали появления Чиуна.

Здесь сидел только один кассир за одной-единственной стойкой кассы. И ни одного клиента. Поистине необычный банк!

Мастер Синанджу скользил вперед по проходам, рукава шелкового кимоно развевались, подобно крыльям той бабочки, цвета которой запечатлелись на ткани его одежды. Он не хотел быть замеченным, и его не замечали.

Так было до тех пор, пока Чиун не подошел к двери с табличкой "Бэзил Хьюм, директор".

У двери за столом сидела загорелая молодая женщина. Секретарь. Она подняла взгляд на мастера Синанджу, лишь когда его тень упала непосредственно на нее.

– Чем могу помочь, сэр? – спросила она, улыбаясь одними губами.

Чиун пальцем указал на дверь.

– Я хочу получить аудиенцию у этого человека.

– Мистер Хьюм сегодня не принимает.

– Тогда ему ничто не помешает поговорить со мной, – ответил мастер Синанджу, взявшись за дверную ручку. Она не поддалась. Заперто. Тогда кореец нажал посильнее, и ручка с треском отвалилась. Он отдал ее секретарю, тотчас машинально протянувшей руку.

Так она и осталась стоять на месте, перебрасывая из ладони в ладонь раскаленную медную дверную ручку.

– Ой-ей-ей! – причитала девица. – Боже мой, как горячо!

Бэзил Хьюм оторвал взгляд от стола и увидел перед собой одетого в странный костюм крошечного азиата. Рука банкира привычно протянулась к кнопке вызова охраны, но он тут же в нерешительности отдернул ее. Стоящая перед ним весьма колоритная личность казалась совершенно старой и дряхлой и явно не представляла собой угрозы.

– Да? – вопросительно склонил голову Хьюм.

– Нет! – отозвался крошечный азиат и одним грациозным прыжком преодолел большую часть кабинета. Его раскинутые в стороны руки весьма напоминали крылья бабочки-"монарха". Посетитель внезапно протянул руку к сигнальной кнопке, словно собираясь ее вырвать. Но не вырвал. Когда желтая Рука отстранилась, кнопка оказалась вдавленной глубоко в стол.

В недоумении хлопая глазами, Бэзил Хьюм смотрел на черную кнопку, которая словно находилась в жерле крошечного вулкана.

Невероятно! Всего лишь одно легкое прикосновение!.. И тем не менее так оно и было. Поэтому Бэзил небрежно бросил:

– Чем могу помочь, дружище?

– Ты можешь умереть и избавить меня от хлопот, – проскрипел старик.

– Каких хлопот?

– Предать тебя казни.

Глаза Бэзила Хьюма широко распахнулись.

– Как прикажете понимать, буквально?

– Твой смертный приговор уже подписан.

У Бэзила Хьюма сразу поднялось кровяное давление. Стараясь отвлечь внимание посетителя, он медленно потянулся к кнопке вызова охраны. Может быть, связь еще действует.

– Могу ли я спросить – кем?

– Император Америки потребовал твоей смерти, ибо ты потерял деньги, которые были тебе доверены.

– В Америке нет императора, – заметил Бэзил Хьюм.

– Это тайна.

– Ах вот оно что, – протянул Хьюм, нащупав пальцами медные края кнопки. – Ну, дружище, если вы пришли за тем, чтобы казнить меня, – он беззаботно поднял вторую руку, – что ж – казните. Я виноват. – И директор банка неестественно засмеялся, нащупав упрятанную глубоко в столе черную кнопку.

Перед глазами Хьюма молнией мелькнул ноготь, почти такой же длинный, как палец, из которого он рос.

Все произошло с такой быстротой, что Бэзил Хьюм и не ощутил удара. Он осмотрел себя спереди. Галстук в порядке. Жемчужно-белая рубашка на вид ничуть не изменилась. Пуговицы пиджака тоже на своих местах.

И только бросив взгляд на дырку в столе, Хьюм заметил кровь, которая скапливалась в углублении, как в колодце. Не понимая, откуда течет кровь, он еще раз осмотрел себя.

Когда Бэзил поднял свою левую руку – ту, которую тянул к звонку, – он наконец ощутил, что по рукаву стекает кровь. Левое запястье было алым. Ему так быстро и ровно перерезали вены, что банкир этого даже не почувствовал!

– Честное слово, вот это да! – воскликнул он.

– Это твое последнее слово, – подвел итог старый азиат. – Ты должен замолчать.

И ноготь, которым удавалось резать с такой легкостью, вонзился директору в Адамово яблоко и рассек его вместе с голосовыми связками.

Бэзил Хьюм понял это, когда попытался заговорить, но сумел выдавить из себя только нечленораздельный хрип.

Вскочив с кресла, он в ужасе заметался по комнате. Внезапно кровь забила фонтаном и из его правой руки. При этом движения азиата слились в одно смутное пятно.

Как сквозь сон банкир услышал скрипучий голос, который выкрикивал:

– Скорее! Скорее! Этот человек сошел с ума!

Секретарша Бэзила Хьюма просунула голову в кабинет и увидела, что все вокруг залито кровью. Что удивительно, она не упала в обморок. Она просто позеленела и нетвердой походкой направилась в женский туалет, откуда вышла много часов спустя.

– Что здесь происходит? – с негодованием воскликнул какой-то мужчина.

– Я только спросил его, где мои деньги, а он вскрыл себе вены, объяснил хитрый старый азиат, возбужденно тряся своей чахлой бороденкой.

– Мистер Хьюм, это правда?

Директор метался вокруг стола, всюду разбрызгивая кровь. Он попытался заговорить, но не смог. Он пытался обличительным жестом указать на старого азиата, но тот перемещался так ловко, что Хьюму никак не удавалось это сделать.

– Боже мой! Это действительно правда!

– Вызовите "скорую"! – закричал кто-то.

"Скорая помощь" прибыла через десять минут. К этому времени в кабинет Хьюма сбежались охранники, которые уложили шефа на мягкий иноземный ковер и попытались оказать ему первую помощь. Все одновременно.

В последние мгновения жизни, освежая своей кровью бордовую окраску ковра, Бэзил Хьюм понял, что он недооценил гнев американского правительства. И могущество американского императора, кем бы ни был этот жестокий негодяй.

Никто не видел, как мастер Синанджу покидал "Гранд Кайман траст" точно так же, как никто не заметил его появления.

Спустя какое-то время на главной улице Джорджтауна остановилось такси.

– Отвезите меня в аэропорт, – произнес знакомый скрипучий голос.

Водитель высунул голову из окна.

– Боже, опять вы!

– Я вас первый раз вижу, – обиженно заявил Чиун.

– Сначала заплатите мне за прошлую поездку, или я вас никуда не повезу.

– Сколько?

– Тринадцать американских долларов.

– Слишком дорого.

– Тогда можешь нюхать дым из моей выхлопной трубы, вот что!

Водитель тронул с места. Он так и не услышал, как открылась, а потом закрылась задняя дверца, не заметил, что везет пассажира. Он обнаружил негодяя лишь тогда, когда машина притормозила на светофоре у памятника королю Георгу V и дверца вдруг открылась.

Водитель оглянулся. К его удивлению, из такси вылез крошечный азиат и пересел в соседнюю машину, тоже остановившуюся на перекрестке.

– В аэропорт, о счастливейший! – крикнул кореец. – И имейте в виду, за скорость я дам хорошие чаевые.

Загорелся зеленый свет. Второй таксист тронул с места прежде, чем коллега успел предупредить его о жулике-пассажире.

Обманутый шофер уткнулся носом в баранку и горько зарыдал от бессилия. Так он и рыдал до тех пор, пока автоинспектор не оштрафовал его по причине создания помех движению транспорта.

Глава 12

Римо Уильямс ждал, все время прислушиваясь к своим внутренним часам.

Кроме внутреннего "я", у Римо были еще и внутренние часы. В любое время суток он всегда мог узнать его с точностью до наносекунды, просто заглянув в себя. У него был также внутренний компас, внутренний будильник и внутренний термометр.

Внутренние часы не имели ничего общего с внутренним компасом, который, как недавно открыли биологи, представляет собой скрытые в Мозгу природные магнитные кристаллы. Или с внутренним будильником, представляющим собой биологические часы. Или с внутренним термометром, который биологи еще не открыли, поскольку он спрятан в мочке левого уха. Внутренние часы срабатывали в любом часовом поясе. Они появились в результате занятий Синанджу вместе со всеми другими необычными способностями, которые Римо теперь воспринимал как нечто само собой разумеющееся. Однако часы, как частенько говаривал Чиун, – это всего лишь швейцарское мошенничество. А однажды он сказал, что внутренних часов не бывает – так же, как не бывает внутреннего консервного ножа.

– Так сколько сейчас времени? – поинтересовался его ученик в тот давний день.

– Три часа до заката.

– А по моим внутренним часам – без четырех минут пять.

– Быть такого не может, – фыркнул учитель. – В следующий раз ты заявишь, что у тебя есть внутренний консервный нож.

– Это уже вряд ли! – весело отозвался Римо. Позднее он таки понял, в чем тут дело. Конечно, у него нет никаких внутренних часов. Просто он обладает абсолютным чувством времени – таким же, как и Чиун. Но кореец ощущает время как восточный человек и выражает его в часах после рассвета, до заката или восхода луны. А Римо определяет его в часах, минутах и секундах. Иными словами – так, как принято на Западе.

Стало ясно, что, когда бы он ни увидел часы, мозг его с этого момента просто начинает отсчитывать минуты и секунды, а затем вновь перенастраивается, стоит лишь Римо заметить другой циферблат.

Учитывался даже переход на летнее время, избавляя Римо от необходимости переводить стрелки.

По внутренним часам Римо было ровно три часа сорок восемь минут и девять секунд, когда дверь в подвал Фолкрофта отворилась. Лучи света скользнули по бетонным ступенькам и трупу агента ФНУ, оставленному там Чиуном.

Именно этого Римо и опасался. Да, этого момента он со страхом ждал весь день. Совершив визит в "Липпинкот сэйвингз бэнк", он поспешил назад в Фолкрофт и сменил Чиуна, который тотчас улетел на остров Большой Кайман. Даже при минимальных задержках мастеру Синанджу потребовался бы целый день на то, чтобы выполнить свою задачу.

Поэтому ученику не оставалось ничего иного, кроме как сидеть, карауля золото, в то время как агенты ФНУ переворачивают Фолкрофт вверх дном.

Естественно, в конце концов кто-нибудь станет искать исчезнувшего агента и придет в подвал. И Римо оказался прав.

– Есть здесь кто-нибудь? – прозвучало сверху.

Римо молча замер в темноте. В фолкрофтском подвале не было окон, и потому за пределами освещенного пространства стояла кромешная тьма.

Может быть, повезет и этот парень уберется восвояси? Конечно, кто-нибудь из агентов в один прекрасный момент наверняка рискнет спуститься вниз – это лишь вопрос времени. Но до сих пор никто не пытался обыскивать подвал, так что золото пока находилось в безопасности.

Человек, распахнувший дверь в подвал, все-таки решил спуститься вниз. Его рука принялась шарить по шершавой бетонной стене, нащупывая выключатель. Вскоре раздался характерный щелчок, но свет не зажегся.

– Черт побери!

Агент снова щелкнул выключателем, и опять без толку. Он только зря терял время. Римо уже давно выкрутил предохранитель.

Тем не менее незваный гость все же двинулся вниз. Он был без фонаря, поэтому споткнулся о лежащий у ступенек труп и упал.

– Эй! – воскликнул он, вставая на четвереньки. Римо прекрасно видел в темноте, как агент продвигался вперед до тех пор, пока не наткнулся на неподвижное тело своего предшественника.

– Господи Иисусе! – отпрянул он, ощутив прикосновение мертвой плоти.

Вскочив на ноги, парень из ФНУ вознамерился "сдать назад" и подняться вверх по ступенькам.

Раздумывать было некогда. Сейчас агент позовет на помощь, И Римо двинулся вперед.

Бесшумно скользя по бетонному полу, Римо настиг агента в тот самый момент, когда несчастный взялся за старые деревянные перила. Римо схватил агента за горло и крепко сдавил его.

Тот сразу обмяк: Римо оттащил его в сторону и уложил рядом с трупом.

– С тобой все будет в порядке, приятель, – прошептал Римо жертве на ухо, опустившись рядом ним на колени. – Это все равно что перерыв на чашечку кофе, только без кофеина.

Затем он снова сдавил посетителю горло, и тот вмиг отключился – как телевизионный экран.

"Хорошо бы, – подумал Римо, взбегая вверх по лестнице, чтобы закрыть дверь, – до возвращения Чиуна сюда никто больше не заглянул". Впрочем, проблема – как под носом у ФНУ вывезти из Фолкрофта тонну золота – все равно остается нерешенной.

Римо вернулся к закрытой на три замка двери и снова проверил свои внутренние часы.

Четыре часа, одна минута и двадцать восемь секунд. Скорее бы уж появился Чиун. Учитывая запах горелой пластмассы, исходящий от компьютера Смита, и вонь от мертвого тела парня из ФНУ дежурство выдалось не из приятных.

Глава 13

Настало время подвести итоги.

Специальный агент ФНУ Джек Колдстад терпеть не мог этой нервной, изматывающей процедуры.

Шел уже второй день их пребывания в Фолкрофтской лечебнице, а они до сих пор не нашли здесь никаких признаков незаконной деятельности. Все было так, как и должно быть в частной клинике.

За исключением барабанного боя. Теперь о нем сообщал любой и каждый, но никто не мог обнаружить, откуда исходит звук.

А еще над зданием все так же кружили птицы. Колдстад поставил одного из агентов наблюдать за ними. Человек сообщил, что после заката птицы всегда исчезают, а перед рассветом появляются вновь.

– Я приказал проследить, куда они улетают.

– Я помню, сэр. Похоже, они никуда и не улетают.

– Они что, гнездятся на крыше?

– Нет, сэр, просто, когда темнеет, за ними трудно уследить. В темноте я теряю их из виду. Но вместе с солнцем они прилетают снова.

– Но ведь должны же они куда-нибудь деваться!

– Если и так, сэр, то это незаметно.

– Сегодня вам надо будет подняться на крышу, взяв сильный прожектор и ружье с оптическим прицелом. Приказываю вам сбить этих птиц.

– Да, сэр.

Ко всему прочему еще и этот проклятый призрак-китаец! И найти-то его никто пока не может.

Колдстад все-таки сделал страшивший его звонок своему начальнику.

– Ну, каковы результаты? – поинтересовался Дик Бралл.

– К сожалению, хвастаться нечем, мистер Бралл.

– Что вы имеете в виду под словом "нечем"?

– Мы не нашли никакой контрабанды, никакой незаконной деятельности, никакого отмывания денег. Здесь не делают каких-либо запрещенных операций по пластической хирургии или подпольных абортов, которые могут служить нелегальным или полулегальным источником доходов. Архивы в безупречном состоянии. Нет перемещения наркотиков под видом разрешенных лекарств. Нет и никаких признаков того, что здесь находилась подпольная фабрика по изготовлению наркотиков.

– А ведь УБН, должно быть, располагает серьезными разведданными. Иначе они не стали бы накладывать арест, а?

– Я понимаю, мистер Бралл. Но Фолкрофт чист.

Резкий голос Бралла заскрипел еще противнее.

– Плохо, Колдстад. Очень плохо. Служба наложила арест на это имущество с большим моральным ущербом для себя и с потерями в личном составе.

– Я в курсе, сэр.

– Служба имеет священное право в случае необходимости арестовывать людей и имущество. В этом отношении у нас прекрасные результаты. Более девяноста процентов арестов были признаны законными. УБН этим похвалиться не может. Если наши показатели упадут, Конгресс волен лишить ФНУ права производить аресты имущества в рискованных случаях. А если наши специальные полномочия станут ограничивать, то мы скоро и вовсе лишимся всяких прав. То, что происходит в Фолкрофте, очень важно.

– Что я должен делать? Скажите, я готов.

– Пока мы досконально не изучим Фолкрофт, оставайтесь там. Управляйте им и старайтесь свести издержки к нулю. Увольняйте и выписывайте всех, по своему усмотрению. Докопайтесь до сути дела, а потом мы по кирпичику продадим их имущество, чтобы погасить долг перед дядюшкой Сэмом. Уловили?

– Да, мистер Бралл.

Джек Колдстад понял, что, если он не сумеет превратить фолкрофтский инцидент в самое прибыльное за последние двадцать лет дело, на его карьере в отделе криминальных расследований ФНУ можно будет ставить жирный крест.

Собирая свои войска, он то и дело отдавал недвусмысленные приказы.

– Мы полностью вступаем в управление Фолкрофтом. Это значит, что личное имущество Смита конфискуется. Наложите арест на его машину и дом и выкиньте на улицу всех, кто там проживает.

– Да, сэр.

– До предела сократите персонал. Помните: насколько уменьшится платежная ведомость Фолкрофта, настолько же увеличится ведомость в ФНУ.

– Будет исполнено!

– Я пошлю людей в Мартинсберг, пусть проведут тщательную проверку дел Харолда В. Смита. Там наверняка хранятся его налоговые декларации вплоть до сегодняшнего дня.

– Никогда не слышал о налогоплательщике, который бы отразил в декларации все как есть.

– В том-то и прелесть нашей системы добровольной подачи деклараций! Налогоплательщик сам дает нам в руки дубину, которой мы колотим его по упрямой заднице.

– Ясно, сэр.

Все утро подчиненные сновали взад и вперед. Когда прозвучало последнее распоряжение, появился еще один агент, бледный как полотно.

– Пропал Скиннер, сэр.

Маленькие глазки Колдстада стали еще меньше.

– Я думал, что пропал Римз.

– Он так и не нашелся. А теперь вот и Скиннер ушел в самоволку.

– От нас не уходят в самоволку. Здесь этот номер не проходит – разве что кому-то захочется поменять гражданство. Где вы видели его в последний раз?

– Кажется, его послали проверить подвал.

– Мне казалось, подвал уже прочесан.

– В этом и заключалась задача Римза. Похоже, он ее не выполнил.

– Давайте начистоту. Что, Римз отправился в подвал и не вернулся?

– Вчера, сэр.

– А сегодня пошел Скиннер, и теперь о нем ни слуху ни духу?

– Так оно и есть, сэр.

Лицо Джека Колдстада просветлело.

– По всей видимости, именно в подвале мы и сорвем банк! Соберите людей. Мы отправляемся в подвал.

– С оружием?

– Само собой. ФНУ в любой ситуации должна обладать явным преимуществом. Если там прячется чертов китаец, он дорого заплатит за то, что оскорбил специального агента ФНУ. Причем речь идет отнюдь не о штрафе или тюремном заключении~

Римо еще этажа за два услышал, как они идут. Даже находясь в звуконепроницаемом бетонном подвале Фолкрофтской лечебницы, он понял, что сюда движется вооруженная до зубов ФНУ.

Агенты тяжелой походкой, характерной для людей с оружием, прогрохотали по лестнице. Они двигались, не заходя в палаты, и разговаривали между собой по "уоки-токи".

Еще один отряд, числом поменьше, хрустя гравием под ногами, подошел к грузовому входу.

Римо еще достало времени, чтобы подойти к двум лежащим ничком агентам ФНУ, взять обоих под мышки и оттащить к угольной печи. К счастью, было холодно. Собственно, для первого агента, рискнувшего спуститься в фолкрофтский подвал, это уже не имело значения. Однако второй парень еще был жив. И потому Римо сбросил его, как мешок, на кучу остывшей коричневатой золы. Даже с учетом того, что сверху положили несвежий труп, это все же лучше, чем сгореть.

– Постарайся дышать не слишком глубоко, – прошептал Римо и закрыл за собой дверь котельной.

Затем он быстро огляделся по сторонам. Нигде никаких вещей Чиуна – ни спальной циновки, ни сменного кимоно. Что же касается изуродованной двери, Римо уже пытался как-то отремонтировать ее голыми руками, но трещина все же не исчезла. Он поспешно подправил ее изнутри.

Подвал до известной степени выглядел как обычно.

Римо, не мешкая ни секунды, подошел к чуланчику и достал оттуда метлу с длинной ручкой.

Когда агенты ФНУ, сверкая фонарями, с грохотом спустились по ступенькам, они увидели, как какой-то парень спокойно подметает пыльный бетонный пол, радостно насвистывая сквозь зубы какую-то мелодию.

– Кто вы такой, черт возьми? – спросил человек с длинной челюстью и приплюснутыми висками.

– Меня зовут Римо. Я убираюсь в подвале.

– Как вы сюда попали?

Римо указал на боковую дверь.

– Как обычно. Через вход для уборщика.

– Вы что, не видели, что там написано?

– Не-а. Не умею читать. Иначе я разве стал бы убирать подвал?

Агент ФНУ внимательно посмотрел на парня.

– Небось не платишь налогов, Римо? Ты, похоже, из тех, кто не платит налогов. А ну-ка скажи нам номер своей карточки социального страхования!

В боковую дверь неожиданно забарабанили.

– Откройте! ФНУ!

– Открой им, – приказал агент Римо.

– Почему бы и нет? – хмыкнул Римо, приставив швабру ко входу в каморку, где находились компьютеры.

Дверь не то чтобы открылась, а даже чуть не слетела с петель. Римо едва успел отскочить перед самым носом вооруженных агентов.

– Ребята, я думал, вы из ФНУ, – протянул Римо, когда в него прицелились из пистолетов.

– Мы и есть из ФНУ. – Агент с приплюснутыми висками подошел к уборщику и помахал перед носом удостоверением. – Джек Колдстад. Из отдела криминальных расследований ФНУ.

– Вы действуете как Пэдди О'Тул с командой ИРА.

– Заткнись! Я кое о чем тебя спрошу. Куда делся агент, который сюда спустился?

– Не видел его. А я здесь целый день.

Колдстад кивнул своим людям.

– Живо все здесь почистить!

– Я думал, у меня это лучше получается, – заметил Римо.

– Я имел в виду – от контрабанды.

– В мои обязанности входит только пыль, – согласился уборщик Римо.

С мрачной решимостью на лицах агенты рассыпались по подвалу. Один из них нашел коробку с предохранителем, заметил, что тот отключен, и щелкнул тумблером. Тут же загорелись огни.

– Ты что, не заметил, что нет света? – спросил Колдстад у Римо.

– Сейчас заметил, – ответил тот.

Кто-то из агентов приблизился к запертой на три замка двери и громко крикнул:

– Мистер Колдстад, кажется, я кое-что нашел!

– Что там?

– Дверь со множеством замков.

Колдстад сразу же поспешил на голос, мимоходом бросив:

– Тащите сюда этого умника.

– Я сам пойду, – возразил Римо, когда на него нацелились пистолеты.

Колдстад внимательно разглядывал запертую дверь.

– Куда она ведет? – спросил он Римо.

Тот пожал плечами.

– На другую сторону.

– Не хитри.

– Если бы я знал, сказал бы, – солгал парень.

– А ключи у кого?

– У доктора Смита.

Колдстад тотчас схватил за руку одного из агентов.

– Иди наверх и принеси мне все ключи из кабинета Смита.

Когда агент ушел, Джек вновь повернулся к уборщику.

– Так как, говоришь, тебя зовут?

– Римо.

– Отлично, Римо. А мы из ФНУ. Ты знаешь, что это такое?

– Я получу вознаграждение?

– Нет!

– Тогда идите к черту.

– Ты здесь давно работаешь? – заговорщицким тоном прошептал Колдстад.

– Очень давно.

– Отлично. Тогда ты, вероятно, многое можешь рассказать.

– Я знаю только, с какой стороны держать метлу. – Римо окинул окружающих застывшим взглядом своих глубоко сидящих глаз. – А еще я знаю, что не надо наставлять оружие на человека, если стрелять не собираешься.

– ФНУ не стреляет в законопослушных граждан.

– Постараюсь запомнить.

– На имущество Фолкрофта нами наложен арест.

– А, так вот к чему все эти пистолеты!

– Мы подозреваем, что здесь осуществляется незаконная деятельность.

– Какая?

– Это ты мне должен сказать.

– Понятия не имею. Больница как больница. Единственное, что здесь ненормально, – это плата за лечение.

– Ты когда-нибудь замечал здесь необычную активность? Ночные перевозки? Людей, которые приходят и уходят не в свою смену?

– Я работаю только в дневное время.

– Тебя когда-нибудь проверяла налоговая служба, Римо?

– Нет.

– Продолжай валять дурака, и мы это исправим.

– Продолжайте мне угрожать, и я рассержусь.

– Не огрызайся! Помни, что разговариваешь с ФНУ.

– А как насчет моих конституционных прав?

– Четвертая поправка, защищающая от обысков и ареста без решения суда, на действия ФНУ не распространяется.

– С каких это пор?

– Со времен Гражданской войны.

В этот момент с большой связкой ключей вернулся посыльный.

– Вот все, что мне удалось раздобыть, – отрапортовал он.

Колдстад уставился на Римо своими чересчур маленькими глазками.

– У тебя еще есть шанс сказать нам то, что мы должны знать.

– Я не знаю, что вы хотите знать, – ответил Римо.

– Ладно, открывайте дверь.

Каждый ключ испробовали дважды. Не подошел ни один.

– Черт побери! – в сердцах ругнулся Колдстад. – Ладно, несите таран. Будем вышибать.

Римо старался не выказывать своей озабоченности. Они, конечно же, доберутся до золота, это лишь вопрос времени. Причем Чиун может появиться с минуты на минуту, а может и не появиться еще несколько часов.

Поморщившись, Римо решил пустить все на самотек. Агентов здесь всего восемь – справиться с таким количеством не составит особого труда.

Таран, видимо, весил килограммов двадцать. С каждой стороны было приварено по паре ручек, а нос выглядел так, будто по нему основательно прошлись тяжелым молотом.

– Ладно, теперь полный ход!

Двое самых крепких агентов подняли таран и принялись его раскачивать. Когда орудие стало двигаться по инерции, они направили его на дверь.

Дверь из закаленной стали когда-то выкрасили серой краской – под цвет бетонной стены. Первый удар ее даже не оцарапал. Второй и третий чуть-чуть повредили верхний слой краски, но сама дверь так и не поддалась.

– Что вы за хлюпики! Ударьте посильнее!

На этот раз агенты отошли метров на десять, неуклюже разбежались и ударили по центру. Дверь содрогнулась, увлекая за собой агентов, таран отскочил и со звоном рухнул на бетонный пол. Рядом повалились люди из ФНУ.

– За этой дверью явно что-то кроется, – заключил Колдстад, бегая, как тигр в клетке. – Нисколько не сомневаюсь!

– Можно отстрелить замки, – предложил кто-то из агентов.

– Прямо как в кино, – тотчас заметил Римо.

– Стоит попробовать, – утвердительно кивнул Колдстад.

– Если там что-то спрятано, вы можете повредить его пулями, – вмешался Римо.

Колдстад резко обернулся.

– Ага, значит, ты все-таки кое-что знаешь! – торжествующе воскликнул он.

– Ничего не знаю, – неохотно отозвался Римо.

– Стреляйте! – скомандовал Колдстад, краем глаза поглядывая на уборщика.

Один из агентов поднял "МАК-11" на уровень висячего замка, пару раз проверил прицел и выстрелил. Дужку замка словно и не задело.

– Я попробую еще раз, сэр.

На этот раз он дал короткую очередь. Дужка замка разломилась, и тот упал на пол, подняв облачко пыли.

– Прекрасно! А теперь остальные.

Подошел другой агент с "магнумом-357" и сделал пять выстрелов, каждый из которых оставлял после себя небольшую вмятину.

Потом бойцы ФНУ подняли таран и с его помощью завершили работу.

Римо затаил дыхание.

Колдстад повернулся к нему.

– Между прочим, – самодовольным тоном произнес он, – ты уволен.

– Вы не можете меня уволить. Я работаю у доктора Смита.

– А ФНУ теперь владеет всем его имуществом! Так что выметайся-ка и побыстрее!

Не дожидаясь ответа, Джек Колдстад подошел к стальной двери и обеими руками распахнул ее.

При виде сверкающих слитков золота, уложенных рядами до самого потолка, у него отвисла челюсть. Они были уложены так плотно, что между рядами оставался лишь узкий проход. Даже при слабом освещении золото словно излучало волшебное сияние, оставлявшее на лицах людей желтый отсвет.

Теперь уже все затаили дыхание. В этот критический момент никто не обращал внимания на Римо Уильямса. Спецагенты стояли разинув рот и смотрели на доходящие до потолка ряды сверкающих желтых слитков.

– Мы напали на главную жилу, – прошептал кто-то.

– Теперь карьера нам обеспечена, – пробормотал другой.

Но тут дверь в подвал отчаянно заскрипела, и вместе с солнечным светом туда ворвался грохочущий голос:

– Отойдите от золота Синанджу, или вы столкнетесь с гневом его внушающего страх защитника!

Глава 14

Голос мастера Синанджу все еще отдавался эхом от бетонных стен, когда Римо пришел в движение и ударил локтями двух агентов ФНУ, стоявших прямо у него за спиной. Он настолько быстро приподнял локти назад – вверх, что жертвы даже не успели заметить мелькание его рук.

Агенты метками осели на пол.

Резко повернувшись, Римо тут же вывел из строя бойца с "МАКом-11", разворачивавшегося в сторону подвальной двери. Автоматический пистолет лишился ствола, а его хозяин – своего оружия: парня словно молотом что-то сильно ударило в бок.

Римо заскользил между остальными, твердым, как железо, пальцем ударяя их по головам. Никто не успел выстрелить, каждый грузно осел на пол.

– Их надо аккуратно отключить! – крикнул Римо.

– Они осквернили мое золото! – запричитал Чиун.

– Они его только что нашли. Давай, делай, как я сказал!

Нырнув в подвал, мастер Синанджу вдруг воспарил над полом подобно бабочке-"монарху", но тут же приземлился и с яростью нападающего тигра набросился на Джека Колдстада.

Тот попытался прикрыться руками, но кореец резко развел их в стороны, ногтем прочертив на его изумленном лице вертикальные борозды. Рот Колдстада зашелся в беззвучном крике, когда по обе стороны его узкого лба большие пальцы рук Чиуна нашли две характерные впадины.

Джек Колдстад так и не почувствовал, как твердые ногти азиата вонзаются в его мозг. Он просто вытаращил глаза и дополнил собой лежащую на полу груду тел.

Римо видел все это краем глаза, пока разбирался с остальными людьми ФНУ. Встав на колени, он легкими ударами ладони приводил агентов в бесчувственное состояние.

Шмяк-шмяк-шмяк.

Расправившись с ними, Римо повернулся к мастеру Синанджу: тот подобно взволнованно черно-желтой летучей мыши отряхивал пыль с широких рукавов кимоно.