Текст книги "Ложь, которую ты плетешь (ЛП)"

Автор книги: Трейси Лоррейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Кейн смотрит на меня. Его голубые глаза чуть темнеют при взгляде на мои губы, когда я слизываю с них сироп.

– Хм… эм. – Связь между нами, трещит так громко, что я почти слышу ее. – Р-расскажи мне о… о нашем… – Он замолкает.

– Ребенке? – заканчиваю я за него.

– Да. Черт. – Он бросает пустую тарелку на край кровати и проводит рукой по лицу. – Не могу смириться с тем фактом, что ты была беременна моим ребенком. Это звучит так неправдоподобно.

– Поверь мне, все это было очень реально.

– О нет, я не имел в виду…

– Все в порядке.

– Нет, это не так. – Парень поворачивается так, что все его внимание сосредоточено на мне. Моя кожа покалывает, когда он осматривает каждый дюйм моего тела.

– Ладно. Я узнала о беременности примерно через четыре недели после вечеринки. У меня была задержка, но я просто подумала… надеялась, что это из-за стресса или что-то в этом роде. Месячные никогда не были регулярными, так что в этом не было ничего особенного. Но время шло, и я просто знала, что откладываю неизбежное.

Я вздыхаю.

– До того момента смотреть на маленькое окошко, в котором хранилась моя судьба, было самым страшным, что я когда-либо испытывала. Если бы я только знала, что ждет меня в будущем, то, возможно, не была бы так напугана.

– Ненавижу, что ты не смогла мне рассказать. – Боль в его голосе грозит разрезать меня на части, но я знаю, что он понимает, почему этого не произошло.

– Я тоже. Шло время, и мне было так одиноко. Я не могла сказать тебе. Бесчисленное количество раз я сидела там с телефоном в руке, глядя на твой контакт. Но просто знала, что ты не примешь этого.

– Ненавижу, что ты, вероятно, права.

– Так и есть, Кейн. Но сейчас нет смысла корить себя за это. Это не изменило бы исхода.

– Но я мог быть там, рядом с тобой.

Я пожимаю плечами. Мы оба знаем, что, скорее всего, его бы там не было. Он бы этого не принял.

– Так что же случилось? Почему…

– Я не знаю. Они так и не нашли причины. Он просто…

– Он?

– Да. Врачи сказали мне после того, как я его родила.

– Тебе пришлось..? Черт, Скарлетт.

ГЛАВА 13

КЕЙН

Слышать о том, что ей пришлось родить нашего мертвого ребенка – самая душераздирающая вещь, что я когда-либо испытывал. Я видел и делал много вещей, которые должны были повлиять на меня за эти годы. Но все это меркнет по сравнению с тем, как Летти стойко рассказывает о том, через что ей пришлось пройти.

Еще более ужасно то, что ей прошлось пройти через это в одиночку.

Блядь.

Сжимаю кулаки от отчаяния. Я хочу помочь, хочу унять боль, повернуть время вспять и быть рядом с ней, держать ее за руку и вытирать ее слезы.

Но я не могу. Ущерб был нанесен, и знаю, что боль останется с ней навсегда.

– Жаль, что ты никому не сказала, – шепчу я после нескольких минут молчания, после того как она храбро вспомнила события, последовавшие после процедуры УЗИ.

– Теперь это не имеет значения. Мама узнала, когда я, наконец, сломалась и уехала из Нью-Йорка. Я была в плохом состоянии и просто не смогла больше это выносить.

Летти вздыхает.

– Я думала, она возненавидит меня за то, что я бросила учебу и испортила лучшую возможность в моей жизни, но она просто выслушала меня, когда я рассказал ей все, обняла и сказала, что все будет хорошо, и, самое главное, она помогла мне. Без нее я не уверена, что была бы сейчас здесь.

– Ты имеешь в виду в колледже? – спрашиваю я, об альтернативе даже думать не хочется.

– Не знаю, – шепчет она. – Мне было очень плохо, Кейн. Действительно чертовски плохо.

Я опускаю голову на руки, не в состоянии переварить все это прямо сейчас.

Это уже слишком. Вся эта ситуация с Летти ужасна, но это…

Я никогда не ожидал этого.

Мне хотелось злиться на нее за то, что она избавилась от моего ребенка. Я цеплялся за этот гнев и не позволял себе рассматривать какие-то другие варианты того, что нашего ребенка больше нет. Но оказывается причина, заключалась не в том, что она решила не оставлять его в живых.

– Мне пора возвращаться. Пусть все сами увидят, что со мной все в порядке.

– Тебе необязательно уходить, – говорю я. Слова странно слетают с моих губ после всех тех раз, когда я отталкивал ее.

– Я знаю, Кейн. Но это, – говорит она, указывая между нами. – Мы так не поступаем. Мне нужно уйти и позволить тебе собраться с мыслями и вспомнить, что ты ненавидишь меня.

На моих губах появляется грустная улыбка. Не в силах остановиться, я протягиваю руку и беру прядь ее теперь почти сухих и вьющихся волос между пальцами.

– Я не…

– Не надо, – огрызается она, вскакивая с кровати, как будто я только что обжег ее. – Могу я одолжить… – она смотрит на свои ноги, – что-нибудь. Я постираю и верну тебе утром.

– Конечно, вернешь, когда сможешь. – Я нахожу самую маленькую пару спортивных штанов, которые у меня есть, и передаю их ей, с сожалением наблюдая, как девушка натягивает их, прикрывая ноги.

– Спасибо. Я вызову такси и оставлю тебя в покое.

– Летти, заткнись на хрен. Я отвезу тебя.

– Это совсем не… – Она обрывает себя, когда, наконец, смотрит на меня и видит решимость на моем лице. – С-спасибо.

– Это даст тебе возможность рассказать мне все о том, что с ней случилось, а?

Летти нервно сглатывает, как будто вся драма, произошедшая за последние несколько часов, заставила ее забыть о ее маленьком трюке с моей машиной.

Я быстро натягиваю кое-какую одежду, пока она собирает свои вещи, и мы вместе выходим из комнаты.

Парни болтаются в гостиной, когда мы спускаемся на первый этаж, и в ту секунду, когда Летти поворачивается туда, откуда доносится шум, я прижимаю руку к ее пояснице и призываю ее продолжать идти, но вскоре понимаю, что уже слишком поздно.

– Ледженд, у тебя там какая-то горячая цыпочка? – Шаги приближаются быстрее, чем я успеваю вывести Летти из дома.

В секунду, когда Девин появляется в дверях, его лицо искажается от гнева.

– Какого хрена? – рявкает он. – Вернулась, чтобы снова попытаться подставить нас?

– Нет, я не…

– Оставь это, Дэв, ладно?

– Оставить? – спрашивает он, широко раскрыв глаза. – Она, блядь, пыталась настучать на нас Вику. Я, блядь, не собираюсь ничего оставлять.

– Ну, тебе придется, – рычу я.

– Или, блядь, что? – Он сокращает расстояние между нами, явно еще более разозленный, чем я думал, снова найдя Летти в своем доме.

– Ребята, пожалуйста, не надо. Я ухожу, хорошо? Я ничего не сделала и сожалею о том, что произошло. Твой отец не оставил мне выбора.

В глазах Девина что-то мелькает, я думаю, понимание. Он прекрасно знает, как трудно иногда избегать приказа отца.

– Я облажалась, ясно? Он не получил того, что хотел, и я была наказана за это, мой отец тоже. Так мы можем просто отпустить это?

Наконец Девин отрывает от меня свой сердитый взгляд и смотрит на Летти.

Он может быть моим лучшим другом, но то, как он смотрит на нее, заставляет меня хотеть прижать ее к себе, чтобы защитить. Легко забыть, что Летти не такая, как большинство девушек. Она выросла среди самых страшных мужчин штата.

Мальчики Харрис, может, и не их отец, но его кровь все еще течет в их жилах, и они могут включать ее, когда захотят.

– Убери ее на хрен отсюда, – рявкает он, не сводя с нее пристального взгляда.

– Братан, – говорю я, хлопая его по груди. – Она сказала свое слово. Отпусти это, черт возьми.

– Пошел ты, Ледженд. Она, блядь, тебе что-то наплела?

– Очень бы хотелось, – бормочу я, снова направляя Летти к входной двери. С чем угодно было бы справиться легче, чем с тем ударом, который она нанесла.

Девушка молчит, пока я веду ее к своей машине, припаркованной перед домом под странным углом, точно так же, как я оставил ее, после того как провел с ней время прошлой ночью. Я должен был чувствовать себя лучше, снова трахнув ее, преподав ей урок за то, что она думала, что может откупиться от меня ремонтом машины. Но в глубине души, я был благодарен, что моя малышка вернулась.

– Она выглядит как новенькая, да? – спрашиваю я, желая знать, что с Летти все в порядке после стычки с Девином.

– Выглядит великолепно.

Я выезжаю с подъездной дорожки и направляюсь в сторону кампуса, в то время как Летти возится с завязками на моих спортивных штанах, которые туго затянуты вокруг ее талии.

– Зачем ты это сделала?

Краем глаза замечаю, как она пожимает плечами.

– После всего, что я с тобой сделал, ты починила мою машину, не задумываясь, без всякой причины?

– Я знаю, как много она для тебя значит. И это была моя вина, что ты разбил ее.

– Я был за рулем, Принцесса. Это была моя вина.

Она качает головой.

– Я должна была рассказать тебе о камерах. Может быть, мы могли бы придумать что-нибудь, чтобы успокоить Виктора. Тогда бы за моей задницей сейчас не охотились все Харрисы.

– Они не охотятся на тебя. Рид принес тебя в дом. Он знает, что у тебя не было выбора.

– Но я позволила тебе убежать, думая обо мне самое худшее, – продолжает она, не останавливаясь, чтобы обдумать то, что я только что сказал о Риде.

Но, правда в том, что если с Ридом все в порядке, что я могу предположить, поскольку он был тем, кто забрал ее от Виктора и любой опасности, привезя ее ко мне, то и другие тоже будут в порядке.

Младшие братья Харрис, возможно, и не возражали бы против того, чтобы бросить вызов своему отцу, но Рид – это совсем другая история.

– Это не твоя вина, Летти. Я поспешил с выводами, позволил прошлому затуманить мой разум.

– Прошлое, которое ты видишь совершенно иначе, чем все остальные.

Я крепче сжимаю руль, когда представляю лицо Райли.

– Как бы там ни было, сейчас это не имеет значения. Мы все еще живы, и ты получил свою любимую машину обратно.

– Да, все просто чертовски здорово, – бормочу я, мой гнев начинает всплывать на поверхность.

Это самая легкая вещь, за которую можно уцепиться, когда, кажется, что я теряю контроль над всем, что меня окружает. Когда то, чему я позволял подпитывать себя все эти годы, начинает превращаться во что-то другое.

Включаю поворотник, чтобы свернуть на стоянку, ближайшую к зданию общежития Летти, и выдыхаю воздух, который задерживал, когда паркуюсь на свободном месте.

– С-спасибо, – заикаясь, бормочет она, отстегивая ремень и хватая сумочку, готовясь вылезти.

Девушка сжимает пальцами ручку, когда я зову ее по имени.

– Да?

– Хочешь, я провожу тебя? – Мои пальцы снова сжимают руль, когда я думаю о том, что с ней может что-то случится по дороге в комнату.

– Не думаю, что это хорошая идея. Там, наверху, ты всем не очень нравишься.

– Мне плевать, что они думают.

– Ну, да, но…

– Но ничего, Принцесса.

– Просто оставь это, ладно? Не создавай больше проблем, чем уже есть.

От ее слов у меня сжимается челюсть.

– Что ты собираешься им сказать? – выдавливаю я.

– Я еще не решила. Но не правду, это уж точно.

– Да, потому что плохо проводить со мной время. – Ненавижу уныние, которое охватывает меня с каждым произнесенным словом.

– Кейн, – вздыхает она, поворачиваясь ко мне. – Прости, что не сказала тебе. Я на самом деле сожалею. Но я знаю, что ты понимаешь почему, и надеюсь, ты не будешь держать на меня зла. Я сделала все, что могла, для нашего ребенка, но этому не суждено было случиться, и мне придется вечно жить с воспоминаниями о том, что произошло.

– Если… если бы все пошло по-другому… ты бы сказала мне об этом до того, как он родился?

– У меня нет ответа на этот вопрос, Кейн. Я не могу предсказать, что случится в будущем. Если бы могла, все, возможно, было бы немного легче принять.

– Принцесса, – рычу я, не получив ответа, которого хотел.

– Надеюсь, что так бы и было. Но…

Я впервые смотрю на нее, пока она пытается подобрать правильные слова.

– Но? – подсказываю я.

На ее губах появляется улыбка.

– Ты можешь быть чертовски пугающим, когда захочешь.

Я смеюсь, моя собственная улыбка растягивает губы, когда Летти немедленно разрушает напряжение, которое спустилось вокруг нас.

– Да, это отчасти связано с работой.

– Не могу поверить, что ты все еще работаешь на этого придурка.

– Я вынужден делать то, что должен, – бормочу я, не особо впечатленный тем фактом, что я все еще марионетка Виктора после всех этих лет и всех обещаний, которые я выполнил, чтобы сделать свою жизнь лучше.

Летти колеблется несколько секунд, заставляя меня бояться того, что она собирается спросить дальше. Обычно она за словом в карман не лезет, так что от того, что она сдерживается сейчас, у меня скручивает живот.

– Что ты для него делаешь?

Мои губы приоткрываются, чтобы ответить, но я быстро проглатываю слова.

– Ничего такого, о чем я хотел бы, чтобы кто-нибудь знал.

– Так плохо, да?

– Иногда, но большую часть я оставил позади. Скажем так, мое стремление попасть сюда привело к большему кровопролитию, чем это было необходимо.

– Черт. – Она проводит рукой по лицу. – Ты лучше, чем он, чем они. Ты ведь это знаешь, верно?

– Я ребенок Харроу-Крик, Летти. Лучше и быть не может, ты же знаешь.

– Нет, – выплевывает она. – Это чушь собачья, и ты это знаешь. У тебя в кармане билет в НФЛ, если захочешь. Если не упустишь эту возможность. Тебе нужно уйти от всего этого, сосредоточиться на том, что важно.

– А что, если я не смогу? – спрашиваю я, зная, что невозможно просто уйти от Виктора Харриса и «Ястребов», особенно после того, как я так глубоко увяз. Я участвовал в сделках, битвах, убийствах и вымогательствах, в которых большинство членов никогда бы не участвовали из-за моей связи с детьми Харриса. Нельзя просто так уйти, когда у вас есть такая информация.

Девушка пожимает плечами.

– Это твоя жизнь, а не моя, Кейн. Я просто говорю то, что думаю.

Когда я не отвечаю, девушка снова тянется к ручке, и на этот раз я не останавливаю ее.

– Думаю, еще увидимся, – бормочет она. – Спасибо, что позаботился обо мне.

Дверь захлопывается, и она уходит, прежде чем я успеваю ответить.

– Не за что, – бормочу я в тишину своей машины, наблюдая, как девушка уходит.

Мои пальцы сжимаются на руле от желания пойти и проверить ее, и в ту секунду, когда девушка исчезает внутри здания, я проигрываю борьбу и вылезаю из машины.

Я стою на том же месте, что и в ту ночь, когда наблюдал за ее окнами. Знаю, что должен вернуться к своей машине. Ей придется кое-что объяснить своим соседям, так что вряд ли она появится в своей комнате в ближайшее время.

Но ничто все равно не заставляет меня двигаться, и я просто стою и жду. Жду, чтобы убедиться, что Летти вернулась в свою комнату и что никто не поджидал ее на лестнице.

Вытащив из кармана телефон, я звоню Риду. Он отвечает не сразу, а когда отвечает, его тяжелое дыхание громко звучит у меня в ухе.

– Трахаешь какую-то задницу? – спрашиваю я.

– Эм… да, что-то в этом роде, – бормочет он. – Что тебе нужно?

– Виктор закончил со Скарлетт?

– Насколько я знаю, да.

– А что с ее отцом?

– Отправили обратно на работу с очень болезненным предупреждением.

– Ясно, хорошо. Если он еще раз прикоснется к ней, я…

– Он не будет, – уверяет меня Рид, и я мгновенно расслабляюсь. Если и есть на свете человек, которому я полностью доверяю, так это он.

– Хорошо.

Связь обрывается прежде, чем я успеваю сказать что-нибудь еще. Я опускаю руку и смотрю на ее окно.

У меня перехватывает дыхание при виде того, как девушка стоит там, как гребаный ангел, с ярким светом ее комнаты позади нее.

Наши взгляды пересекаются на несколько секунд, прежде чем Летти исчезает в комнате, позволяя мне уйти, зная, что она в безопасности. По крайней мере, сейчас.

Глава 14

ЛЕТТИ

В ту секунду, когда вхожу в дверь, все вскакивают и бегут ко мне.

– Я в порядке, – говорю я, когда Элла разглядывает меня. К счастью, мои растрепанные волосы закрывают пластырь, который Кейн наложил на мою рану.

Довольная тем, что видит, она обнимает меня за плечи.

– Мне нужно пойти и убить его во сне? – шепчет она мне на ухо, заставляя меня задаться вопросом, что она сказала остальным, если понижает голос.

– Нет, все в порядке. Правда.

– Хорошо. – Она слегка сжимает меня, прежде чем отпустить.

– Какого черта, Лет? – рявкает Брэкс, стоя рядом с Уэстом, выпятив грудь.

– Простите, я не хотела никого из вас беспокоить.

– Слушай, только не сбегай так снова, даже если увидишь гребаных Queen.

Я смотрю на Эллу, которая просто улыбается мне и подмигивает.

– Мне очень жаль. Телефон сдох, и… это было безответственно с моей стороны.

– Поскольку ты в безопасности, на этот раз мы тебя прощаем, – говорит Уэст. – Но Лука и Леон сходят с ума. Их будет труднее убедить.

Мой желудок сжимается, когда я думаю о них. Независимо от того, что собираюсь им сказать, будь то ложь или правда, они не будут счастливы. Я на самом деле удивлена, что они не сидят здесь и не ждут.

– Они были здесь все утро в надежде, что ты появишься, – говорит Мика, как будто может читать мои мысли. – Мы отправили их домой, когда узнали, что ты в безопасности. – Он одаривает меня понимающей улыбкой, которая заставляет меня думать, что он тоже точно знает, где я была.

– Я позвоню им немного позже, мне просто очень нужно переодеться.

Я смотрю на себя и морщусь, когда замечаю, что толстовка, которую Кейн мне дал с логотипом «Пантер». Что-то подсказывает мне, что если посмотреть на заднюю часть, на ней, вероятно, его игровой номер, который легко докажет, что я лгу своим друзьям.

– Ты голодна? – спрашивает Вайолет, возвращаясь на свое место на кухне, где, как я предполагаю, она готовит ужин.

– Не сейчас, но, может, попозже.

– Принято. Сегодня вечер Энчилады.

– Мой любимый вечер недели, – объявляет Уэст, потирая живот, как маленький ребенок.

– Не могу дождаться, – говорю я, направляясь в свою комнату, зная, что Элла идет за мной по пятам.

Я оставляю дверь открытой, позволяя ей войти за мной и, опустив сумочку на комод, иду к окну.

Не знаю, зачем я это делаю, но нисколько не удивляюсь, когда вижу, что Кейн смотрит на меня снизу вверх.

У меня перехватывает дыхание, и это не остается незамеченным Эллой.

– Что случилось?

– Н-ничего, – заикаюсь я, отступая и поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. – Ну, давай, спрашивай, – говорю я с ухмылкой.

– Никаких вопросов. Можешь рассказать мне все сама, если захочешь.

Вздохнув, я сворачиваюсь калачиком на кровати, и она повторяет мое движение на другом конце.

Было бы так легко перевернуть страницу, держать все это запертым внутри, но что-то внутри меня умоляет просто сорвать пластырь и выпустить все наружу.

Я призналась Кейну, и было важно, чтобы он первым услышал, что произошло после мамы. Теперь пришло время сказать кому-то еще и попытаться правильно двигаться вперед.

Я делаю глубокий вдох и просто позволяю словам течь.

– Чуть больше полутора лет назад я была на вечеринке у себя дома, в Харроу-Крик. Я была уверена, что его там не будет, но мне следовало бы знать лучше. В конечно итоге мы оказались на заднем дворе и…

– На заднем дворе? – спрашивает она с ухмылкой.

– Да, в луже, если быть точной, потому что, пока мы были там, начался дождь.

Элла кивает, и в ее глазах искрится веселье.

– В общем, я забеременела от него. – Она не ахает и не выказывает никакого шока, доказывая, что я была права насчет того, как много она слышала о нашем споре. – Но у меня случился выкидыш на двадцатой неделе.

Теперь наступает шок.

– Твою мать, двадцать недель? О, боже, Лет. – Она тянется к моей руке, и ее глаза наполняются слезами. Однако я чувствую себя на удивление стабильно.

– Я ничего ему не говорила. Была слишком напугана.

– Он ничего не знал? – Ее глаза так широко распахиваются, что, клянусь, вот-вот выскочат.

– Я никому не говорила. Не знала, как это сделать. Знала, что моя мама была бы разочарована мной. И знала, что Кейн возненавидит меня, если вообще признает, что я говорю правду. Я просто… испугалась. А потом все это внезапно закончилось, и я решила, что могу просто двигаться дальше, понимаешь?

Элла качает головой.

– Нет. Нельзя справиться с чем-то подобным в одиночку, Летти.

Невеселый смех срывается с моих губ.

– Мне ли не знать. В конце мая я наконец-то достигла дна и потащила свою жалкую задницу домой, чтобы признаться маме. Она очень сильно помогла, и вот я здесь.

– Черт, Летти. Итак, прошлой ночью?

– Кейн и я… – Я замолкаю, как мне вообще начать объяснять, что происходит между Кейном и мной. – Он обвиняет меня во многих вещах, которые с ним случились. Я почти уверена, что он никогда не имел этого в виду, и все эти эмоции просто гноились в нем и выплескивались на меня как ненависть.

Я снова вздыхаю.

– В детстве я встречалась с его лучшим другом, но он умер. Кейн винит меня, потому что в ту ночь, когда я рассталась с ним, он напился и въехал на своей машине в дерево.

– Господи.

– В ночь той вечеринки его младшего брата поймали с наркотиками и отправили в колонию для несовершеннолетних на год. Кейн был со мной, когда все это происходило. Опять же, это моя вина. И так цепляется одно за другое.

– Неудивительно, что ты не хотела говорить ему о ребенке.

– Да, но я ошибалась. Я должна была хотя бы попытаться. Тот спор, который ты слышала, произошел, когда я впервые рассказала ему об этом. Он предположил худшее и…

– Он думал, что ты сделала аборт?

– Да.

– Еще одна причина для ненависти.

– Потом он уехал и чуть не умер. Снова моя вина и…

– Ты ведь понимаешь, что из этого получится хорошая книга, верно?

– Книга? Это чертова катастрофа. – И я даже не упомянула о «Ястребах» или участии Виктора.

– Всегда есть время для счастливого конца. – Я смотрю на нее в полном недоумении. – Что? Я немного романтик, подай на меня в суд.

Я не могу удержаться от смеха, глядя на ее глупое выражение лица.

– И что? Прошлой ночью у вас был горячий, страстный секс на почве ненависти? – предполагает она.

– Э-э… да, что-то в этом роде.

– Девочка, парни Данн будут разбиты, когда узнают, что ты трахалась с плохим мальчиком.

Мое сердце падает.

– Мне нужно с ними поговорить. Они знают, что я была с ним… После того как в прошлый раз они видели доказательства.

– Я не завидую тебе, но если они нуждаются в утешении, ты знаешь, к кому их послать. – Она шевелит бровями, и я разражаюсь смехом.

– Значит, вчера вечером у тебя не было ничего с Кольтом?

Ее лицо грустнеет, заставляя меня пожалеть, что я спросила.

– Нет, в последний раз, когда я его видела, какая-то рыжая сосала ему лицо.

– Придурок.

– Да уж.

– Ты заслуживаешь лучшего, чем он.

– Может, и так, но сейчас я просто хочу его.

Я грустно улыбаюсь ей.

– Я должна оставить тебя и позволить переодеться в свою собственную одежду. – Она смотрит на мой слишком большой наряд. – Я имею в виду, ты потрясающе выглядишь, но…

– Да, мне нужно надеть свое собственное нижнее белье.

– Ты сбежала оттуда в спешке прошлой ночью, да?

Я нервно сглатываю, когда ко мне возвращаются воспоминания о моем уходе с вечеринки.

– Да, – шепчу я.

Элла встает с моей кровати и идет к двери.

– Если тебе что-нибудь понадобится, группа поддержки, например, когда ты будешь разговаривать с парнями, просто крикни мне.

– Спасибо, Элла. Я очень ценю это.

– Всегда пожалуйста. – Она мило улыбается мне и исчезает.

Я откидываюсь на спинку кровати и на несколько секунд закрываю глаза, пытаясь набраться храбрости, чтобы пошевелиться и пойти к Луке и Леону.

Я должна сделать это сегодня, не могу ждать до завтрашнего урока. Это несправедливо по отношению к ним.

Проходит почти два часа, когда я, наконец, выхожу из своей комнаты. Запах энчилад Вайолет наполняет общежитие, заставляя мой желудок урчать, но я знаю, что не могу остановиться, чтобы поесть, иначе я никогда не сделаю то, что мне нужно.

– А, вот и она. Мы думали, ты нас бросила, – говорит Брэкс, когда я выхожу.

– Да, эм… – Все взгляды устремляются на меня, и я нервно сглатываю. – Мне нужно выйти, так что не беспокойся обо мне.

– Я оставлю тебе немного, и ты сможешь поесть позже.

Мои губы приоткрываются, чтобы возразить, но твердый взгляд на лице Вайолет останавливает меня.

– Спасибо, – говорю я, направляясь к двери, прежде чем она убедит меня остаться.

К тому времени как подъезжаю к дому Даннов, я уже на грани нервного срыва. Перед домом полно машин, и боюсь, что в доме слишком много народу.

Тяжело вздохнув, я вылезаю из машины и направляюсь к входной двери.

Неловко стою там после стука, когда никто, кажется, не спешит открывать.

В конце концов, я тянусь к ручке и открываю ее.

– Эй? – кричу я, низкий ритм музыки из гостиной доносится до меня.

Знакомое лицо выглядывает из кухни, чтобы посмотреть, кто это, и глаза Кольта расширяются в ту же секунду, как он видит меня.

– О черт, девочка. А ты храбрая.

Его слова ударяют меня как грузовик, и вызывают волну нервов.

– Г-где они?

– Следуй за мной.

Я делаю, как мне говорят, и следую за ним в гостиную. Но когда парень входит прямо в комнату, я зависаю в дверях.

– Лу, Ли, к вам посетитель.

О, боже.

Они оба поворачиваются ко мне, и я сглатываю, пытаясь проглотить комок, который внезапно появился в моем горле.

Их лица застывают, когда они понимают, что это я, и их глаза прищуриваются. Их действия почти одновременны, и если бы я не так нервничала, то могла бы найти это забавным.

В комнате воцаряется тишина, очевидно, команда знает, что произошло прошлой ночью, и им так же любопытно услышать объяснение, как и близнецам. Я делаю шаг назад, когда они встают и делают шаг ко мне.

Парни приближаются ко мне, но едва смотрят на меня, когда выходят в коридор. Предполагая, что они хотят, чтобы я последовала за ними, иду к другой двери, через которую они проходят, и падают на два дивана.

Оглядываю кабинет с огромным плоским экраном на стене и несколькими игровыми консолями под ним.

Я не понимаю, сколько времени прошло, пока Лука не рявкает:

– Итак?

Стоя спиной к закрытой двери, я смотрю ему в глаза. Хотя это последнее, что я хочу сделать, когда замечаю, как они разъярены.

– Простите, мне не следовало так исчезать.

– Черт возьми, Лет. Мы сходили с ума. Потом звонит Элла с какой-то ерундой насчет встречи со старым другом. Это не ты, Летти, ты так не поступаешь.

– Я знаю, мне очень жаль. Я была пьяна и…

– Это был он, не так ли? – выплевывает Лука, прерывая меня.

У меня начинают дрожать руки. Я знала, придя сюда, что не смогу солгать им, хотя у меня нет ни малейшего намерения рассказывать им о Викторе, я знала, что должна признаться о Кейне.

Мои губы приоткрываются, чтобы ответить, но из них не выходит ни слова. По-видимому, это все, что нужно Луке, потому что он встает, хлопая ладонью по устройству рядом с ним, заставляя меня пискнуть и подпрыгнуть в испуге.

– Лу, успокойся, – умоляет Леон.

– Она ушла ради него, – кипит Лука. – Ради этого гребаного мудака. Иисус. – Он проводит рукой по лицу, гнев волнами исходит от него. – Какого хрена ты делаешь, Лет?

– Все сложно, – шепчу я.

– Нет, это чертова катастрофа, вот что это такое. Он гребаный засранец, но ты продолжаешь возвращаться к нему снова и снова. Разве не помнишь, как он обращался с тобой в прошлый раз?

– Да, но я…

– Это чертовски смешно. Я не могу продолжать смотреть, как ты делаешь это с собой.

– Ч-что?

– Ты собираешься продолжать встречаться с ним?

– Я… эм… Я не знаю, что будет дальше.

– Я, блядь, знаю. Или я, или он. Если хочешь, чтобы он продолжал обращаться с тобой как с дерьмом, то я не собираюсь сидеть и смотреть, как он, блядь, разорвет тебя на миллион кусочков.

– Ты не имеешь это в виду, – хнычу я, уже чувствуя, что вот-вот сломаюсь.

– Разве нет?

– Лу, пожалуйста. Это необязательно должно быть так.

– Нет, так, – рявкает он, прежде чем выскочить за дверь, захлопнув ее за собой так сильно, что, клянусь, весь дом вздрагивает.

Из меня вырывается рыдание, и я прикрываю рот рукой, пытаясь остановить его, но это бессмысленно.

Мои колени слабеют, и я начинаю сползать по стене.

Это не должно было быть так.

Но прежде чем я падаю на пол, руки обхватывают меня, и прижимают к твердому, но теплому телу.

Мои рыдания становятся сильнее, когда Леон относит меня к дивану и опускает к себе на колени.

– Ш-ш-ш, Кексик. Все в порядке.

Леон проводит рукой вверх и вниз по моей спине, пока я пытаюсь взять себя в руки.

– Нет, не в порядке. Он просто…

– Я знаю, – успокаивает он. – Он злится и сам не понимает, что говорит.

– Он говорил довольно уверенно, когда выдвигал ультиматум.

– Он не имел это в виду.

Слова Леона не заставляют меня почувствовать себя лучше.

– Он говорил довольно уверенно, – шепчу я.

– Просто дай ему немного времени. Он боялся, что с тобой что-то случилось, что Кейн мог причинить тебе боль.

– Я знаю, как это выглядит, Ли. Но… все гораздо сложнее.

– Я в этом не сомневаюсь.

Он позволяет мне сидеть там, пока я прихожу в себя.

– Мне нужно поговорить с ним, – говорю я, отталкиваясь от колен Леона, но его хватка становится только крепче.

– Пусть остынет. Пусть переспит с этим. Может быть, попробуем завтра. Сейчас, когда сезон начался, он в стрессе, наш отец сидит на шее. Все навалилось на него, и ты…

– Я делаю только хуже.

– Да.

– Черт, – говорю я, уронив голову на руки. – Мне так жаль. Я не хотела…

– Я знаю, Лет. – Он убирает мои руки от лица и обхватывает мою щеку, заставляя меня посмотреть в его темно-зеленые глаза.

Его беспокойство просачивается сквозь его собственный затянувшийся гнев, и я снова почти рыдаю при виде этого.

– Мне правда очень жаль. – Мой голос срывается.

– Я знаю. – Он снова обнимает меня и крепко прижимает к себе, позволяя своей поддержке согреть меня.

Я сижу так еще минут десять, прежде чем Леон позволяет мне слезть с его колен. Потом вытираю щеки тыльной стороной ладони и высоко поднимаю голову.

Леон не задает мне никаких вопросов, он просто позволяет мне говорить, если я захочу, но сейчас я не хочу. Рассказывать Элле сегодня днем было достаточно утомительно.

– Мне пора идти, наслаждайся вечером.

– Ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно.

Я качаю головой.

– У меня куча работы. Этот уик-энд прошел не совсем так, как планировалось.

Леон встает, когда я иду к двери, но его глубокий голос останавливает меня, прежде чем я успеваю открыть ее.

– Лет?

Я оглядываюсь через плечо, мои глаза встречаются с его.

– Я здесь. Если тебе нужно поговорить, о чем угодно, я весь внимание.

Я улыбаюсь ему.

– Я не забыла о нашей сделке. – Я подмигиваю, вспоминая, как всего несколько недель назад он сказал, что расскажет все, если я сделаю то же самое.

Что-то похожее на панику мелькает в его глазах при моих словах, говоря мне, что, что бы парень ни скрывал, он не готов говорить об этом.

– Спасибо, – тихо говорю я с улыбкой. – Ты можешь проверить Луку? Я беспокоюсь о нем.

– С ним все будет в порядке, Лет. Сейчас все просто напряженно.

Чувство вины грозит поглотить меня целиком. Я не хочу больше давить на плечи Луки, знаю, что он уже имеет достаточно веса в команде и безумных ожиданий от своего отца.

Я киваю, открывая дверь.