444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Тимофей Кулабухов » Тактик 15 (СИ) » Текст книги (страница 2)
Тактик 15 (СИ)
  • Текст добавлен: 20 ноября 2026, 16:00

Текст книги "Тактик 15 (СИ)"


Автор книги: Тимофей Кулабухов


Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Мурранг покрутил головой:

– Босс, а я правильно понимаю, что пока мы с братом ковыряемся в брошенных залах Мистраса, Штатгаль решил бросить вызов богам?

– Нет, друг-гном, всё началось в тот момент, когда на старом кладбище восстали скелеты. Но ты прав, ситуация поменялась, буквально вчера, – я кивнул на Фомира. – Маг не даст соврать. Сначала противник нарушил правила, вернее изменил их, теперь то же самое делаем мы. И, среди прочего…

Я встал и обвёл присутствующих взглядом:

– Пожалуй, друзья мои, настало время объявить кое-что. Кхм. Так вот, боги сделали меня полубогом. За это я обещал воевать на их стороне. Строго говоря, я и так был на их стороне, но теперь мы это закрепили как союз условно-равных партнёров. И это на мой взгляд единственный способ выровнять ситуацию, потому что Мёртвые боги только разворачивают свои паруса. Чёрт его знает, что они придумают завтра.

В штабной зал бочком-бочком вошёл Тайфун. Я кивнул ему, чтобы проходил. Согласно штатному расписанию, он являлся обычным лейтенантом, командиром взвода троллей. И на совещаниях высшего командования впервые. Формально, он ниже всех в статусе. Однако я решил, что он нужен. Ситуация касалась его, согласно моему плану, он участвует в будущей войне, выдвигаясь на роль ведущей фигуры. И это, кстати, не понравится богам. Но я ж не золотой дублон, чтобы всем нравится.

Присутствующий в качестве писаря Деций занял позицию у массивной доски. Лицо предельно сосредоточено, ему предстояло составить список наших врагов.

– Итак, нам нужно понимание, с кем мы воюем.

– С богами? – повторил Мурранг.

– Да, с ними. Видишь, с простыми смертными нам буцкаться уже не интересно. Но если отбросить иронию, то… Формально боги выступают по принципу каждый за себя.

– Как это?

– А так. Теоретически не существует единого понятия «Живые боги» и «Мёртвые боги», никаких альянсов, во всяком случае, мы о них официально не уведомлены. Однако Мёртвые боги используют войска друг друга, значит, активно взаимодействуют. Но нам надо разобрать это по косточкам. Деций, пиши. Заголовок: Мёртвые боги. Первый в списке Тейл, бог морских глубин. Согласно манускриптам, как жреца из Пантеона Аэртуна, так и книге Проппа, эта сущность существовала ещё в эпоху Титанов. Скорее всего, в этой шобле он самый старший по масти. Можно сказать, главарь.


Глава 3. Кто они?

Деций, скрипя мелом размашисто вывел на чёрной поверхности первое имя.

Тейл, бог глубин и морских тварей, страх моряков.

– Итак, – я рассуждал вслух. – Этот шнырь морской житель, курирует моря и океаны, древний как навоз мамонта и не имеет человеческого облика даже в качестве альтернативны. Есть какая-то дополнительная информация?

Шпренгер встал, щёлкнул суставами и показал на некую точку на карте. Это были острова в океане.

– Да, я подготовился по всем богам. И про него мы тоже кое-что знаем, Правитель. Архипелаг Эсцерк, государство гномов, закрытое к общению, четыре острова. Единственный гномий народ, освоившая мореходство и активно использующий флот, как торговый, так и военный. Нам известно, что там есть алтарь Тейла, а неделю назад ни много ни мало была атакована столица, которая называется Сигинтум. Город штурмовали алые тролли.

– Какие? – не понял я. – Что-то не припомню таких.

Я с надеждой посмотрел на Тайфуна, но тот оставался непроницаем. Скорее всего, он тоже про таких не слышал. Ладно.

– Десант с моря?

– Нет, со стороны суши.

– О как, – удивился я.

– Мои агенты в порту отбыли в тот момент, когда Столица архипелага подвергалась захвату или даже, вероятнее всего, уже пала.

– Это хреново, – я расстроился, и не один я.

Мурранг и Хрегонн были мрачнее тучи.

– Деций, фиксируй. Тейл – взял под контроль Эсцерк. Использованы алые тролли.

Писарь застучал мелом по доске, формируя первый блок.

– Шпренгер, кого опишем следующим? – спросил я.

– Нейгас, – спокойно ответил глава КГБ. – Согласно книгам, данным Деция и Аэртуна, это был бог землепашцев, плодородия, покровитель крестьян.

Шпренгер сделал паузу, обдумывая дальнейшие слова.

– Нам известно, что его тактика кардинально отличается от прямого штурма Тейла или попыток вторжения Озриса. Нейгас взял под контроль Южные порты Бруосакса. Он тоже использовал скелетов, но только на первом этапа, а потом ухитрился наладить мирную жизнь.

Офицеры удивлённо переглянулись, а Фаэн так и вовсе нахмурился.

– Что-то известно про тактику?

– Да, произошло массовое восстание нежити, а потом стал склонять лордов на свою сторону. Неугодных убил, но лояльным сразу же обеспечил хорошие условия. Он арестовал и казнил кучу коррупционеров, чем снискал народную любовь, снизил налоги, чем расположил купечество и перевозчиков, убрал нежить, очистил поля и дороги. Крестьяне присягнули ему на верность ради защиты и урожая. Это произошло за считанные дни. И прямо сейчас весь юг Бруосакса включая южные порты сейчас живет обычной жизнью, выплачивая налоги ставленникам Нейгаса.

– Круто, – только и смог сказать я.

В своё время, не так давно, мне доводилось проделывать подобное, на в микроскопическом масштабе, в захваченных городах. Получалось не всегда, но в итоге я имел крепкие тылы, отсутствие диверсий, возможность закупать продукцию, пользоваться местными подрядчиками. Получалось у меня не всегда, масштаб был на два-три порядка скромнее.

Деций писал.

Нейгас. Покровитель людей, крестьян, плуга и серпа. Известная локация: Юг Бруосакса. Метод: экономический и политический захват. Скелеты.

Я скрестил руки на груди.

– Коллеги, у меня есть рабочая гипотеза. Давайте забежим вперёд и скажем, что в этом микропантеоне есть богиня нежити.

– Да, Нёргал, – подтвердил Шпренгер.

– Она дала всем войска для старта. А потом тот же Нейгас убрал с доски нежить. И убрал её не в никуда. Южные порты плюс нежить, это и есть те войска, которые мы получили под стенами форта Марка. Это предположение, но оно указывает на то, что боги плотно и успешно взаимодействуют.

– Это не исключено, – прокомментировал мои мысли Шпренгер. – В любом случае, нам неизвестны его нынешние войска, какие козыри он припас на случай бунтов вновь присягнувших лордов.

– Думаю, что он не последние войска отдал Озрису, – ответил я. – Кстати про него, есть информация по тому, где этот злодей проявился, кроме Газарии?

Глава КГБ скривил губы в невесёлой ухмылке:

– Да. Он ударил что есть сил по Умару. Государство нашего союзника, принца Ги. В отличие от Газарии, тут он достиг больших успехов. Озрис разыграл там весьма сложную и кровавую партию. Семья падишаха многочисленна, большая часть братьев погибли во время восстаний мертвецов.

– Ещё бы, Умар не подвергался вторжениям уже четыре сотни лет, там нет замков, одни дворцы, парки вместо рвов и стен, они просто не готовы к нападению. А сам принц Ги?

– Насколько нам известно со слов допрашиваемых капитанов, он не только жив, но и ведёт активную войну. Причём теперь он использует такой повод, как объявленная им «священная месть». Ранее он нанял и вооружил целых две дивизии, менее двадцати тысяч клинков.

– Используя трофеи и деньги, добытые в войне с Бруосаксом. А сейчас?

– У него два корпуса и одна учебная дивизия в тылу, в его провинции. До шестидесяти тысяч воинов. По большей части это ополчение, его дивизии переформированы в корпуса, но ядро – хорошо вооружённые ветераны войны, которых он бережёт.

Удар по семье выступил для достаточно грамотного и решительного принца катализатором к активным действиям.

– Тактика?

– Он не избегает крупных битв, всегда мобилизует большие силы, то есть дерётся, исходя из численного превосходства, осаждает и захватывает города. Однако маневрирует медленно, обдуманно. Наши источники говорят о том, что он якобы случайно не очищает регионы, где его братья могут быть живы.

– То есть, даёт им возможность погибнуть от ударов Озриса, потом подчищает хвосты. Умно. А столица?

– Принц Ги контролирует целых три порта, но к столице не рвётся. Постепенно наращивает войска, принимает клятвы верности от вельмож и мелких полководцев по провинциям, очень неспешно расширяя зону влияния. Мелкие и средние города Умара, лишённые защиты центра, охотно приносят ему вассальные клятвы в обмен на спасение.

Принц Ги явно метит себя в падишахи. И у него получится. Герой войны, тот, кто держит под рукой все или большую часть войск, опытный в борьбе с нежитью и слугами Озриса, к тому же законный наследник.

– А как же его монарх-отец? Он жив?

– По официально позиции ставки принца Ги, его отец, падишах Ота Великий, был убит враждебными магами в первый же день Войны Богов. А тот, кто сейчас сидит на троне, является подменышем. Лжепадишахом.

Фомир усмехнулся.

– А что, у нашего приятели принца есть какие-то доказательства? – спросил он.

– Фомир, – я ответил за Шпренгера. – Да кому в наше время нужны доказательства? Это же политика.

– Его слова звучат убедительно для жителей провинций Умара, – сказал Шпренгер. – В столице Умара открыто поселился дракон. Действующая власть не может внятно объяснить народу присутствие древнего ящера в черте города и почему с ним никто не борется, а вместо этого сытно кормят. Что это, как не предательство? Общественность складывает два и два. Подменыш на троне, дракон в столице... Скрытая паника, жертвы среди гражданских, мольбы к принцу Ги.

Деций расчертил ещё один блок под Озриса.

Озрис. Бог плодородия и жертвоприношений. По легенде у него зелёное лицо. Локация: Умар. Активные боевые действия, сотрудничество с драконом.

Написав про дракона, Деций задумался, вернулся к Озрису и написал про него то же самое.

– Записывай ещё одного, друг-человек, – обратился к писарю я. – Соббек. Бог охоты и растерзания. Жестокий, агрессивный. Специализируется на элементалях и прямом силовом давлении.

Шпренгер поднял руку.

– Дополнение. Ещё он покровитель хищников, волков, тигров, львов. По легенде имеет оборотный облик – чёрный волк или пёс с горящими огнём глазами. Зверобог. То есть, если Тейл – первоначально морской моллюск, то Соббек – изначально зверь, вспыльчивый и охочий до крови и убийств.

Писарь пыхтел, но записывал.

– Ещё одно дополнение, – добавил я, когда Деций дописал. – У Соббека алтарь на границе Бесплодных земель и по пути в Вальяду и окрестностям. Некий город Мооф или около него.

Писарь закончил, отдышался и повернулся к нам.

– Нёргал, – продолжил глава ГКБ и поморщился. – Про эту я слышал и до Войны Богов. Многие безумные ведьмы, которые приносили в жертву похищенных детей, под пытками клялись, что делали это ради Нёргал и по её просьбе. Изображается в виде безумной, красивой и совершенно нагой богини с двумя кривыми клинками. Информации у Айртуна мало, но то, что есть, говорят о полном отсутствии логики и тяге к массовой резне ради самой резни. Была склонна проносить в жертву целые деревни, создавая ритуальное озеро крови и стоя в нём по щиколотку. Охочая до мужской любви.

Никто не стал это комментировать. Писарь просто фиксировал её имя, а также то, что нам не были известны её алтари или захваты территорий.

– У меня в списке из книги есть ещё Элтагон. Бог интеллекта, не жестокий, но бессердечный. Написано так. Циничный манипулятор. Предпочитает действовать чужими руками и сеять внутренние конфликты.

Шпренгер посмотрел в свой блокнот.

– У меня нет информации, чтобы он проявился в известных нам регионах.

Я молча кивнул. В условиях войны мы знали не так и много. Не было ни заранее налаженной сети информаторов, ни обмена данными с союзниками. Когда появится кто-то из эльфов-контрабандистов, сведений станет больше, а пока…

Деций прошёлся вдоль доски. Там оставалось довольно много места.

– Командор? Якоб?

– Ещё есть Ноокинун, – произнёс Шпренгер, сверяясь со своими записями. – Бог воды и дождей. Пока не замечен в открытых конфликтах. Держится в тени. Но есть одна крайне важная деталь. В архивах из книг магической роты, трофеев времён Войны Магов указано, что до Эпохи Магов именно он отвечал за работоспособность порталов между мирами. И его гибель якобы провела к потери связи с иными мирами.

Я поёжился. Один факт прорыва из других миров мне всё же известен.

Фомир быстро пробежался глазами по исписанной доске. Тонкие губы мага беззвучно шевелились, подсчитывая результат.

– Тейл, Нейгас, Озрис, Соббек, Нёргал, Элтагон, Ноокинун, – маг поправил мантию. – Итого семеро. Семь Мёртвых богов пробудились и ведут игру? А ты вроде говорил, что больше?

– Тут странная петрушка, друзья мои, – осторожно подбирая слова, сказал я. – В книге Проппа упоминаются ещё два бога, некие Целум и Теллура.

– Но? – спросил маг, переводя взгляд на меня и Шпренгера.

– Но Бисс Урай про таких богов никогда не слышал. Мёртвым про них не известно. А мёртвые много знают, – безэмоционально пояснил глава КГБ.

– Да, то же самое у меня в ощущениях, как у полубога. Их как бы нет. Вообще нет. Они не появились в Гинн.

– Может, они умерли совсем? – предположил Фомир. – Либо, что более вероятно, не стали играть в игру под названием «я вернусь и вам всем глотки перегрызу». Может, они нашли способ улизнуть в иные миры и осели там, оставив старую войну в прошлом.

Я пожал плечами. Версия жизнеспособная.

– Работаем с тем, что есть в зоне видимости, – подвёл итог я. – На доске пусть остаётся место. Мало ли. Но пока что имеющихся данных более чем достаточно. Теперь к конкретике. Для чего мы их вообще всех записали? Я хочу, чтобы вы забыли религиозные сказки и деление на чёрное и белое. Отбрасывает термины «Живые» и «Мёртвые» боги. Это искусственная классификация, придумана для паствы.

Маглита нахмурилась. Я знал, что несмотря на то, что она являлась главой пиратского клана, ухитрялась быть религиозной.

Однако сейчас не стала встревать и защищать своего бога Перкидая.

Остальные слушали молча, привыкшие оценивать ситуацию с точки зрения прочности щитов и остроты клинков.

– Перед нами не монолитный фронт тьмы, – продолжил я, методично озвучивая необходимость оценки божественности с тактической точки зрения. – Перед нами группа изолированных игроков, преследующих личные интересы в условиях жёсткого дефицита ресурсов. Игровое поле – мир Гинн, наш с вами мир. Каждый играет сам за себя. Да, есть два союза, мы относимся к живым, это наша данность. Однако каждый в этой игре действует в своих интересах и своими методами. Закончили с философией. Прямо сейчас Газария находится в состоянии открытого, задокументированного конфликта только с одним из них, с Озрисом.

Я встал и ткнул пальцем на блок текста, посвящённый богу жертвоприношений и любителю крокодилов.

– Это даёт остальным участникам право считать, что мы якобы с ним не в конфликте. Мы тоже можем делать вид, что это так, хотя не стоит тешить себя иллюзиями. Больше вам скажу, если Озрис раздавит Штатгаль и сожрёт Газарию, никто из наших так называемых «союзников» среди Живых богов не придет мстить за наши смерти. Нас спишут как второстепенные потери, не более того. Поэтому… Нам известно, что Орден Сияющего орлана, да продлятся в вечности жизни его правления, принял для себя стратегию глухой обороны. Пусть так, это их дело. Мы на полуострове, нас в любой момент поприветствует Тейл, высадит десант любой высокопоставленный игрок, накажет Озрис, посетит новый дракон. И спасибо, если не десять драконов разом.

– Значит, мы не можем себе позволить сидеть и ждать, пока война сама собой закончится, верно? – высказался Новак.

– Да. Нет той беды, что пройдёт мимо Штатгаля стороной, немного искажая классику, скажу я.

– Дипломатия невозможна? – поднял руку Фаэн. – Спрашиваю, как официальный глава МИД.

– Дипломатия возможна только как составная часть военной тактики. Это не базовый инструмент. Тем более что боги не станут с нами договариваться, мы для них – пыль под ногами.

– Ты рассчитываешь на долгую войну? – спросил Фомир. – Я просто до войны виноградник прикупил. Вот, думаю, имеет смысл вино ставить или нас быстрее накроет ударной волной твоих этих перемен?

– Война будет быстрой, – невесело ответил я. – Здесь не будет изматывающего окопного сидения, длительных осад или ожидания подкреплений извне. Формула выживания проста, либо мы их, либо они нас. Кто-то кого-то быстро убьёт. И это обязывает нас атаковать быстрее, чем боги накопят силы.

– Убьём? – недовольно сощурился Фаэн. – Богов? Командор, при всём уважении к твоей новой силе... Что мы вообще можем против них? Мы выкашиваем их слуг, да. Жжём скелетов, убиваем гноллов, топим корабли. Но это просто пешки. Расходный материал. И мы пешки. А если... когда на поле боя нарисуется бог собственной персоной?

Несмотря на то, что вопрос озвучил эмоциональный эльф, он был в глазах у всех.

Даже хладнокровный Шпренгер перевёл напряжённый взгляд на массивную кладку стен, словно ища в ней защиту от невидимой угрозы.

– Вы тысячу лет считали богов сильнее вас, друг-эльф. Даже те из вас, кто сами жили тысячу лет. Вы видите перед собой непознаваемые, неуязвимые стихии, а не враждебные политические силы. Боги Гинн – это конкретные физические и энергетические сущности, функционирующие по определённым правилам. У них есть сила, но есть и слабость. Если угодно, то уязвимость.

Я подошёл к доске, взял кусок мела и криво написал два слова: «алтарь» и «паства».

– Друзья мои. Боги не способны напрямую черпать энергию из пустоты. Их могущество, их способность влиять на материальный план жёстко привязаны к инфраструктуре. К физическим объектам передачи веры и магии. К алтарям и храмам. Причём у Мёртвых богов нет времени на храмы, они сразу играют по-крупному, создав некое ограниченное по количеству число алтарей. В Газарии всего один алтарь.

– Точно? – спросил Фомир.

– Да. Как полубог говорю тебе. А мир – это сотни тысяч квадратных миль суши. Значит, их не тысячи, а пару десятков. И каждый фантастически важен. Каждый алтарь – это «зона контроля», захват которой выводит бога из игры. Слуг можно уничтожить. А алтарь – это не святыня. Это просто узел связи, пропитанный концентрированной энергией, и он статичный объект. Его можно захватить, переподчинить или просто взорвать к едрене фене. Мы не будем воевать с небом, офицеры. Мы летать не умеем. Сами не умеем, им не дадим.

– И всё же. Что нам делать, если они придут лично надрать нам задницу, командор? – не унимался Фаэн.

– Если появится дракон, его убьёт Хайцгруг. Буквально завтра его выпишут из больницы, и он станет тренироваться с новым отрядом, противодраконьим. А если нарисуется бог, то его придётся убить мне.

– Ты меня прости, Рос, – подняла руку Бреггонида. – мне не доводилось менять тебе обкаканные подгузники, врать не буду, но ты не переоцениваешь себя? Самую малость?

– Нет. Ты же не думаешь, что Живые боги наделили меня статусом полубога из благородства? Из желания спасти смертных от зомби-апокалипсиса? Хрен там плавал. Они бы не согласились на эту сделку и статус для меня, если бы мы не предполагали, что я буду выполнять для них грязную работу. Они дали мне возможность убивать богов.

– Тысячи лет назад в этом мире уже была Война Богов. И тогда среди множества событий так же активно действовал полубог-нежить. Его звали Ньёрд, – сказал Фомир. – Он не убивал богов, но полубогов доводилось.

– Да. Он тот самый сущностный источник энергии, чья броня слилась с моей энергетикой, – подтвердил я. – Однако его память мне недоступна. Поверю тебя на слово.

Глаза Фомира расширились.

– Ты меня прости, Рос, за, быть может, резкие слова, – сказал маг. – Но ты не боишься повторить его судьбу? Десятки захваченных королевств, а потом боги сами его и прибили, потому что он в своей жажде завоеваний не мог остановиться.

– Надеюсь, что нет, друг-человек. В крайнем случае ты меня остановишь.

– Я всего лишь маг.

– Всего лишь высокий магистерский уровень, Фомир. И это ведь ещё не потолок.

– Это как раз таки потолок, Рос. Выше магов не бывает.


Глава 4. Перепишем правила

Шпренгер некоторое время молчал, ожидая продолжения разговора и рассуждения о магах, потом решил, что его не будет и кашлянув, обратил внимание на себя:

– У нас остается открытым вопрос морских соседей, Правитель. А конкретно речь идёт о Собачьих островах. Мы, конечно, разгромили Фрея, но Тейл проявил себя именно там. И Фрея он поддерживал вместе с его огненными магами. Не думаю, что поражение Фрея в войне и гибель большей части магов его оттуда выгонит. Наоборот, резонно будет предположить, что он захочет использовать эту острова как базу для своей экспансии.

Я перевёл взгляд на Маглиту.

– На этот вопрос будет отвечать Александр Друзь! То есть, наш адмирал Маглита, я имел в виду. Зачем предполагать, если у нас есть эксперт.

– Красивый эксперт, – проворчала она.

– Безусловно. Королева красоты Порт-Арми. Так что ты скажешь?

Маглита обвела всех присутствующим пронзительным взглядом и легко скользнула со стула вперёд, став в центре штаба.

– Давайте для начала кое-что проясним. Жители континента, вы рассуждаете о Собачьих островах как о государстве. А это в корне неверно. Наш архипелаг устроен совершенно иначе. Это острова. Каждый остров – это отдельный клан. Бывает так, что и сразу несколько кланов. Это люди, орки, тёмные эльфы, светлые эльфы, гоблины, есть даже клан троллей. Почему так? Потому что каждый клан живёт своей историей и судьбой. Вместе они не смешиваются. Наоборот, Собачьи острова – это кипящий котел многовековой ненависти. Фрей – единственный, кому удалось на время собрать всех в единый кулак. Но это всё равно, что заставить в одной команде служить лошадь, блоху, креветку, баклана, ленивую черепаху и волка. На короткий момент можно удержать их в узде страхом и силой, но стоит отвернуться, как вся эта шайка мгновенно вцепится друг другу в глотки.

Маглита была сердита. Не на нас, а вообще. Воспоминания о недавних событиях явно не добавляли ей умиротворения.

– Однажды мой родной клан Бойк попытались вырезать, нанеся удар с суши, напав на наш лагерь. Просто, потому что мой старший брат послал Фрея сношаться с морскими быками. Причём напали на нас не наёмники, а наши собственные соседи, григоцианцы, памятуя о кровной мести двухсотлетней давности. И таких жаждущих крови на островах подавляющее большинство.

Фомир непонимающе понял брови:

– А разве бог, который станет уговорами, силой или обманом заставлять поклониться себе, не сможет всех объединить, ради служения высшей силе?

Маглита хрипло рассмеялась. Звук эхом отразился от каменных стен Столбовой башни.

– Служения? Маг, кланы Собачьих островов не любят никому служить. Подчиняться кому-то? Делать добро? Что вообще за слово такое? Может считаешь хоть кто-то из островитян будет рад целовать другим сапоги? Жалким и живущим без гордости в нашем мире не прожить. Века взаимной резни невозможно стереть одним посулом божественного покровительства. У нас говорят просто: «Два враждующих клана с одного пирса нужду справлять не станут». И если, допустим, какой-нибудь сильный клан встанет под знамя Тейла, его кровные враги автоматически откажутся присягать этому богу просто из принципа, из ненависти. Они пойдут к кому угодно, лишь бы не служить богу глубин.

– Даже богу страха? – уточнил я.

– Даже богу страха. Единственное общее у всех кланов Собачьих островов – это ненависть к Газарии, память о тех, кто пал под стенами Порта-Арми. Но даже этого недостаточно, чтобы заставить кланы действовать сообща. Тем более что Новак пощадил некоторые кланы, многим позволили откупиться, пару десятков клинков вступили в мои семьи, а многим оркам предложили землю на побережье. Сейчас даже из тех поредевших кланов некоторые ушли к врагу, к Газарии. Оставшиеся будут делить базы и нападать друг на друга. Мир на островах не установится никогда, но сравнительный баланс… На это потребуются годы. И никакой бог глубин на это не повлияет.

Я кивнул. Если она в это верит… Будем считать, что она знает о чём говорит. Тейл даже не гуманоид, он разумные расы смертных не понимает даже и близко. Теоретически он может попытаться, по аналогии с Озрисом, который достиг промежуточного успеха в Умаре или Нейгасом, который смог добиться поклонения и политического влияния. Но в отличие от сравнительно монолитного населения этих территорий тут сама «почва» будет крайне неблагоприятной. Если попытается, тем лучше. Попытка бога Тейла навести порядок в этом хаосе обойдётся ему в колоссальные затраты ресурса без гарантии быстрого результата.

Маглита тем временем повернулась ко мне:

– А какие в новом этапе войны приказы получит флот?

– Оборона, патрулирование. В случае опасности драпать в порт под прикрытие стационарной магии.

– А можно небольшую разведку на бывшую родину, раз уж мы про неё вспомнили? – она попыталась изобразить улыбку, но так как всё ещё кипела злостью, то получалось у неё не соблазнительный изгиб губ, а скорее кровожадная ухмылка.

– Попозже. Тебя, надо думать, интересует вопрос мести, – скорее утвердительно сказал я.

– Ну, что ты, командор, простое любопытство, сбор данных, всё такое. Ну, может, в пару мест в гости зайдём.

– Маглита, ты часть нашей большой и не вполне благополучной семьи. Твои проблемы нас тоже касаются. И если есть причины для мести… Я отношусь к ним с уважением. Твои враги – наши враги. И не скажу тебе очевидную глупость, мол, прости их и живи дальше. Сам так не умею, да и с островитянами это так не работает. Но в настоящий момент ситуация меняется буквально каждый день. Твой флот может обнаружить угрозу и спасти Газарию, как это было с тем кораблём мёртвых. Может понадобиться. Поэтому… Твоя месть способна жить долго и ждать столько же. Я прошу тебя подождать лучших времён.

Она недовольно кивнула и присела на место.

Беда мне с этими женщинами, беда. А вон в углу притаилась ещё одна беда, по имени Бреггонида.

– Уважаемый командир ведьминской роты.

– Ась? – отозвалась она.

– Что там с антидотом по нежити? Всё есть? Ингредиенты, место, условия?

– Да, – без особенной радости признала она. – Мы получили всё необходимое, командор. У нас теперь отдельное здание на территории Цитадели, периметр охраняют солдаты Зойда, хотя по мне так это излишне.

– Сырьё?

– Да. Котлы, компоненты, ёмкости для смешивания и нагрева. Всё на месте, всё готово…

Я было хотел спросить, вроде – и чего мы тогда ждём, но сдержался.

Вопрос крайне тонкий.

Ведьма и так несла свою ношу о том, что она ведьма, что её не любят люди, боятся, проклинают и так далее. И при этом она был одинока. Дочь от неё, если называть вещи своими именами, отказалась, куда-то усвистала и там, в этом где-то (а конкретно это был Порт-Арми) умерла. А перед смертью родила внучку. И эта внучка занимала особенное, чистое место в озлобленной душе главы ковена, которая даже была арестована и ожидала казни от местного правосудия. И её внучка, которую она на тот момент никогда не видела, была единственным, тонким, призрачным светом надежды и утешения, тем, что согревало её ледяную душу.

Понять её отношения к внучке было очень сложно. Бреггонида никогда не была труслива, она определённо не боялась за себя и в бою была готова погибнуть, хотя и не бегала с топором наперевес. Но её некоторая жестокость к себе и окружающим объяснялась именно этим.

Люди (а положа руку на сердце и другие расы тоже) малодушно боятся умереть. Потому что они боятся потерять самое ценное, что у них есть, себя. Но! Не все. Не все боятся умереть. И объясняется эта смелость в первую очередь тем, что они не боятся лишиться своей жизни, не считают её ценной, не являются эгоистами, себялюбцами.

Смелость в большинстве случаев даётся не суперсилой, а тем, что ты не считаешь собственную жизнь чем-то чрезвычайно важным. Чем-то, что ты боишься потерять.

И такова была Бреггонида. Плевать она хотела на всех и на себя тоже. Но не то, чтобы абсолютно на всех. Было одно исключение.

Но при этом её точкой абсолютной слабости, её иглой Кощея была внучка.

И теперь я требовал от неё, от старой ведьмы, относиться к Этне как к, внезапно, Высшей ведьме! А это почти что живой бог ведьм.

За неё она могла отравить город или всю Газарию. Если бы у неё стоял выбор между тем, чтобы убить меня, Роса Голицына, и сохранить жизнь внучки Этны, я не прожил бы и полчаса.

Но!

Сейчас и в перспективе, я не создавал никакого риска для внучки, всё что мог, всё что было возможно для её безопасности.

В целом мне повезло, Высшая ведьма в моём колхозе…

Надеюсь, что это в моём плане она сыграет за себя и за меня. За нашу команду. А ведь у нас есть команда, она же тут собралась, в штабе, в ней даже есть особенное существо, Тайфун, он просто не понимает…

– Этна готова, – с неохотой сказала Бреггонида, прервав мои мысли. – Ладно… Так и быть… Завтра утром ковен проведёт первый тестовый синтез противомертвяцкого зелья. Моя внучка... она чувствует магию ингредиентов так, как недоступно никому из нас. Если этот рецепт вообще возможно сварить в этом мире, Высшая ведьма его сварит. Она… она сделает… Но никаких гарантий я не даю.

– Не надо гарантий. Мы не в банке. Надо просто сделать, даже если будет осечка, хотя её не будет.

– Сделаем, – сухо подтвердила ведьма, слегка склонив голову.

Я окинул взглядом свой штаб. Чтобы перейти к режиму атаки, нужно было изменить систему управления – сделать её менее централизованной.

Проще говоря, я не могу быть единственным, кто управляет соединением. Конечно, командир в бою командует и так, без всякого колдовства, но я как носитель Роя знал, какие преимущества он даёт. К тому же я боялся «тумана войны», то есть ситуации, когда я буду отрезан от управления или наоборот, рейд-группа будет действовать самостоятельно.

Задачка, однако, не такая и простая. Мне мой навык «навинтил» Дикаис и сделал это не просто так, а как оплату за победу для его подопечных – народа гномов. То есть, просто попросить у него я не мог.

Мой взгляд невольно остановился на Фомире. Главный маг Газарии выглядел совсем измотанным: под глазами – тёмные круги, будто он не спал несколько ночей подряд. Это и не удивительно, он мотался со мной по всему Гинн, как проклятый и переживал все приключения и лишения.

– Фомир, – громко сказал я. – Я хочу, чтобы ты изготовил пять «Плащей новичка».

Он несколько раз быстро-быстро моргнул.

– Рос, ты чего? – переспросил он. – Ты понимаешь, что говоришь про уникальные и официально несуществующие артефакты инициации, которые ты вытряс из Тарольда и за которые нас потом чуть не прибили? Те, которые почти невозможно изготовить, я уж не говорю о том, что их не могу изготовить конкретно я?

– Да, именно они, – подтвердил я, – Мне нужно инициировать несколько командиров. Без магии у них ничего не выйдет.

Фомир отрицательно покачал головой:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю