444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Тимофей Кулабухов » Тактик 15 (СИ) » Текст книги (страница 14)
Тактик 15 (СИ)
  • Текст добавлен: 20 ноября 2026, 16:00

Текст книги "Тактик 15 (СИ)"


Автор книги: Тимофей Кулабухов


Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Алые тролли шагнули навстречу атакующему клину. Оружие обрушилось на атакующих с жёсткой ритмичностью. Сталь крошила черепа, мяла ржавые доспехи, вбивала скелетов в камень. Передовая колонна превратилась в костяную труху раньше, чем задние ряды успевали вступить в бой.

При этом алые тролли не отступили назад ни на сантиметр, их строй не прогнулся и это при том, что дралась только первая линия. За их спинами стояли и ждали возможности начать крушить нас ещё как минимум три линии.

Противник работал как мясорубка – активный, умелый, быстрый. Откуда такие опытные воины взялись? Ну, ясно, из другого мира, но тут силы на целую армию! Мои тролли были крупнее, но их было всего тридцать, и они не были так чудовищно эффективны.

Дай мне сотню таких воинов на улицах Монта и я не стал бы понуждать стороны к мирному договору, а собственными силами захватил бы дворец Вейрана.

А за их спинами у баррикад мерцали багровые искры. Рунные контуры ждали наступления моих сил, чтобы взорвать их. Минное поле перекрывало прямые подходы к алтарю.

Танкред нёс потери и это вызывало в нём досаду и лёгкую злость. Он был разумен и эмоционален.

Наступление моей армии застряло.

Громкий крик разорвал гул боя. Голос шёл из центра градирни и был усилен магией алтаря.

– Это всё что ты можешь? Не прячься, Рос, слабак! Я почувствовал твою вонь! Ты воняешь страхом! Слабаки, сосунки, корм для моих топоров. Жалкие неумелые ублюдки. Ха-ха-ха! Вы ничего не можете против меня! Тебе неведома та сила, что у меня в руках! Сдавайся! Хозяин позволит разрешит мне превратить тебя в цепного пёсика, который будет слизывать гоблинское говно с моих сапог!

Я без труда узнал этот голос. Фрей. Земляк, то есть иномирец с Земли – в этот день и час жрец Мёртвого бога и полководец обороны алтаря. Вот оно как.

Внутреннее состояние – никаких эмоций. Ни удивления, ни гнева. Появление Фрея в рядах противника не было сюрпризом, он же и будучи королём, ходил под крышей этого моллюска, даже если не знал об этом. Он исчез с горизонта, теперь появился в новой роли.

В целом, не сюрприз.

Живые слуги Тейла и серые гоблины в глубине зала замерли. Голос их полководца был для них признаком власти, стабильности и знаком скорой победы над нахальными нападающими.

Я не дал никаким эмоциям повлиять на свои действия. Фрей пытался вывести меня из равновесия, перевести столкновение в дуэль. Только и всего.

Я мог бы и ответить, усилить голос, кинуть парочку оскорблений. Зачем? Мой ответ подарил бы ему время на перегруппировку сил.

Я проигнорировал этот словесный выпад. Во-первых, оставить крик Фрея без реакции – самое эффективное решение, это заставит его нервничать.

А во-вторых, отвечать надо не словами.

Я передал Танкреду новый приказ. Продавливание «массой» не работало, а вот тактика локального укола по единичному троллю вполне себе.

Время ответить на глупые крики.


Глава 22. Уязвимость брони

Противник потерял примерно треть первой линии обороны, но на второй продемонстрировал мощь и теперь с большим к тому основанием считал себя победителем.

Фрей сделал ставку на непробиваемый заслон перед минным полем. Но я же произвёл разведку. В чём её суть, если не в возможности понять сильные и слабые стороны своего врага?

Поток низкоуровневых скелетов продолжал беспрерывно биться о щиты троллей в прежнем самоубийственном темпе. Противник должен был верить, что я не способен изменить тактику. Фрей наслаждался иллюзией превосходства.

Я собирался кормить его уверенность до самого смертельного удара.

Среди безликой массы наступающих скелетов появились специализированные бойцы с пузатыми кувшинами в костлявых руках.

Это были те же воины-нежить, но без оружия и щитов, поскольку двумя руками они сжимали «подарочки». Из-за того, что враг лишился стрелков, а нежить-лучники были только на первой линии обороны, то тролли выбивали мою пехоту в ближнем бою. Это важный факт.

Носители огня не бросились вперёд. Они растворились в общем строю, укрываясь за спинами соратников. Я равномерно распределил поджигателей по широкому фронту.

В глубине алтарного зала Фрей продолжал отдавать команды. Он дистанционно заменял уставших от громадной нагрузки троллей между рядами, чтобы на первом всё время стояли свежие воины. Жрец видел только очередную настойчивую попытку прорыва. Мелкие изменения в структуре моих сил ускользнули от его внимания.

Однако в этот момент два десятка групп скелетов синхронно кинулись на троллей по всему участку драки. Алые тролли сработали с привычной жестокостью. Молоты обрушились на новую порцию нападающих. Но за счёт того, что они шли толпой, «огненосцы» проскочили вторым слоем и налетели на нагрудники, на шеи или животы троллей, разбив кувшины.

Нежить подобралась вплотную с единственной самоубийственной целью. Донести заряд. А заряды не подвели.

Глина разлетелась вдребезги от удара о пластины брони на туловищах троллей. Руны самовоспламенения на осколках активировались и без единой осечки. Ну, Высший маг наносил, не хрен собачий. Густая смесь Бреггониды вспыхнула дымным оранжевым пламенем прямо на броне.

Клейкая масса не стекла на пол. Это тоже важный факт. Пламя вцепилось в металл и огонь пополз по защитным пластинам. Горящая паста затекала в стыки наплечников, в сочленения пластин.

Строй дрогнул. Двадцать троллей в один момент.

Я тут же направил новую группу прикрытия камикадзе.

Камикадзе изначально означает «божественный ветер». Так японцы назвали тайфуны, которые дважды в тринадцатом веке уничтожили корабли монгольской армады хана Хубилая, пытавшегося завоевать Японию. То есть ветер, который уничтожил планы врага.

В моём случае камикадзе – это скорее те скелеты, которые обретали, повторяю, смерть, но убивали собой троллей.

Плоть под раскалённым железом начала гореть. Исполины заревели – протяжно, гортанно. Тролли бросали оружие, разбивая строй, пытались сбить пламя ладонями, но только размазывали клейкую заразу.

Паника разрушала оборону.

Горящие бойцы пятились назад, врезались в свои же шеренги, ломали строй. Несколько троллей с хрустом оторвали дымящиеся нагрудники вместе с кусками обожженной кожи. Броня перестала защищать. Доспех превратился в раскалённый капкан.

Танкред ударил в бреши без промедления. Вторая волна поджигателей устремилась к тем троллям, которые пытались закрыть разрывы. Новые кувшины разбивались о колеблющуюся стену. Радиус поражения расширялся.

Лучники прицельно били по тем, кто скинул броню.

Расчёт на алхимию оправдался. Враг просто не подготовил чего-то против банального не магического огня. Тяжёлый заслон сломался под воздействием нестандартного раздражителя. Свойства брони сработали против её носителей.

У танков была, есть и будет своя слабость.

Мёртвая пехота получила шанс на прорыв. Костяные солдаты протискивались в просветы между мечущимися троллями. Сплошная линия обороны перестала существовать.

Глухие удары марша, Фрей перебросил к нам резерв. Из боковых проходов выступила свежая резервная коробка алых троллей.

Следом за исполинами к периметру хлынули серые гоблины. Сутулые фигуры десятками вываливались из узких боковых щелей. Жрец использовал их как поддержку «танков» – сковывать мою прорвавшуюся нежить.

Танкред мгновенно перенаправил уцелевших поджигателей на свежую угрозу. Расходный материал с кувшинами бросился наперерез резервной волне. Командир не давал противнику сомкнуть ряды и восстановить стену.

Очередная порция зажигательной смеси разлетелась о броню второй волны. Схема сработала. Клейкий огонь проник в стыки пластин. Свежее подкрепление потеряло строй и превратилось в новый очаг паники ещё на подступах.

Тем временем одиночные поджигатели уже охотились за оставшимися на ногах троллях.

И вовсю начинал действовать вторичный поражающий фактор. Вонючий густой дым стал заполнять градирню. В воздухе повис запах горелой плоти и безмерно вонючей алхимии. Бурая пелена растеклась во все стороны, ухудшая видимость.

Фрей понял, что я нашёл против его козыря своего джокера, стал экстренно перекидывать на этот участок новых троллей и пехоту серых гоблинов.

Однако живые резервы Фрея захлебнулись в вонючем дыму. Вонь была такой, что они заходились в хриплом кашле, слепо толпились у выходов из туннелей. Плюс – не было нормальной видимости, пехота поддержки потеряла ориентацию и не смогла восстановить строй.

Зато токсичная среда не мешала армии Штатгаля. Газ и плохая видимость не имели значения для костяных солдат. Танкред хладнокровно направлял отряды в разрывы между горящими троллями, давил участки, где тролли не сдались и не запылали, перехватывал группы серых гоблинов.

Мёртвый рыцарь игнорировал судорожные попытки противника стабилизировать оборону.

Голос жреца снова прокатился по залу:

– Будь ты проклят, ублюдок!

Тон заметно изменился. Торжествующие нотки исчезли.

«Фомир, давани ментальной магией. Добавь страха».

«Их поддерживает алтарь, они сейчас как фанатики», – возразил он.

«И тем не менее. Постарайся выбить эту необоснованную радость их голов, остальное сделает огонь и дым».

Инстинкт самосохранения конфликтовал с навязанной жрецом волей к битве.

Ослепшие тролли хаотично размахивали оружием, задевали своих. Лишившиеся части брони исполины стали уязвимыми мишенями. Обычные скелеты кололи обнажённую плоть ржавыми клинками в ближнем бою. Перехваченные стрелки добивали израненных гигантов с высоты баррикад. Причём дым не мешал им целиться.

Резерв погибал в дыму вместе с остатками первой линии.

Танкред закреплял успех. У него были ещё незадействованные силы, и он подтянул их через проломы. По коридорам хлынули свежие резервы костяной пехоты. Скелеты тяжёлой волной растекались по алтарному залу, оттесняя дезорганизованные живые силы врага в глубину. Он заметил, насколько плохо врагу в дыму и старался спрятать своих скелетов внутри завесы, вместе с ней захватывая баррикады в ширину, не в глубину.

Как и в первый раз, он не спешил рваться в центр градирни.

План штурма, та его часть, которую знал Мёртвый рыцарь, остался неизменным.

У Фрея было полно войск, но узкие проходы между баррикадами работали против защитников, он не мог быстро задавить нас новыми троллями.

А из-за того, что атака проводилась на четырёх участках и на двух не прорвала первую линию, Фрей был вынужден следить и за теми участками, ожидая, что там придётся защищаться троллями. Он слишком затянул с принятием непростого решения: оставить всю первую линию и перебросить троллей и гоблинов со всех участков на проблемный.

Его ставка на броню троллей провалилась.

В глубине зала Фрей пытался удержать контроль. Его ментальные команды стали резче, отрывистее. Оставшиеся в строю живые тролли строили новую линию обороны ближе к алтарю, заполняя пространство между баррикадами и отбивались от наседающей нежити.

Как только первая линия была оставлена, этим воспользовался Танкред и на всех участках скелеты стали нападать, захватывать баррикады, охватывая зал со всех сторон.

По всему залу рвались мины, костяная пехота продолжала гибнуть, оплачивая каждый квадратный метр градирни.

И в то же время туши первых убитых огнём и стрелами троллей конвульсивно дрогнули. Тела, покрытые ранами и ожогами, с тяжёлым скрипом оторвались от пола.

Они восставали как нежить прямо в эпицентре рукопашной. Огонь и сталь сожрали их разум – осталась только послушная груда мышц и костей.

Давление вражеской магии немедленно возросло. Фрей попытался перехватить инициативу, попытался подчинить свежих мертвецов, заставить их встать на сторону алтаря.

Магическая волна ударила по восставшим гигантам, но разбилась.

Тут происходил конфликт двух систем. Нежить алтаря была передана Тейлу сторонним богом, а эта нежить только что встала в строй и не спешила подчиняться жалкому жрецу с артефактом. Ведь на поле боя был Танкред – Мёртвый рыцарь, к тому же подпёртый полубогом.

Танкред лично вышел на участок сражения и смотрел, как мёртвые тролли восстают. Под глухим забралом рыцаря не было видно выражение лица, но ручаюсь – оно было торжествующим.

Ещё бы, он проявлял терпение, нёс потери, а теперь у него прибавление, да ещё и какое. Каждый тролль, да ещё и в качественной броне (пусть и повреждённой) стоил сотни скелетов.

Танкред тут же проверил новых бойцов на лояльность. Тяжеловесные мертвецы развернулись навстречу своим недавним живым соратникам, ударив в новую линию обороны.

Живым исполинам пришлось экстренно перестраиваться. Их тактика не предполагала даже мысли о том, что придётся драться с равными, со своими сородичами. Удар существ своей весовой категории заставил их дрогнуть.

Скелеты немедленно воспользовались моментом. Костяные отряды устремились в разрывы между сцепившимися гигантами. Расходный материал обходил узлы сопротивления и как вода мимо камней, просачивался через нестройную линию обороны.

Теперь моему врагу открылась страшная истина. Смерть алого тролля больше была не просто потерей одной стороны. Она почти сразу же усиливала другую сторону.

И да, я потерял при штурме Градирни уже несколько тысяч скелетов, но получил новых троллей. Теперь, запустив этот механизм обращения, моя победа была лишь вопросом времени.

Теперь я был готов к тому, что Фрей запросит поддержку из другой части архипелага, бросит сюда ещё и ещё войск. Я уже уцепился за эти камни и баррикады.

Серые гоблины стали отступать. Не уверен, что им кто-то давал на это сигнал, но теперь моя нежить невозбранно шныряла под ногами у троллей, как крысы под ногами коней и никто их не останавливал.

Мне показалось забавным, что пятились они не к центру градирни, а чуть в сторону.

Попахивает дезертирством. Жаль, война развивается так быстро, что у меня пока что нет данных от пленников Шпренгера.

Единая структура обороны из троллей, серой пехоты, мёртвых лучников и минных полей рассыпалась на изолированные фрагменты.

Да, мины всё ещё причиняли ущерб. Жрец дистанционно активировал скрытые мины прямо на маршрутах моей пехоты. И более того, он теперь бил и по своей серой пехоте, наказывая за трусость.

Серия подрывов сотрясла своды градирни. Ударные волны разошлись по туннелям. Взрывы превращали в серую пыль целые группы низкоуровневых скелетов и гоблинов. Наступательные цепочки Штатгаля разорвались в нескольких местах.

Я воспринял уничтожение своих отрядов спокойно. Приемлемая цена за вскрытие минного поля.

Аварийное применение рун дало Фрею короткую передышку. Отчаянный шаг уничтожил часть наступающей массы, но не вернул обороне монолитную устойчивость. Инициатива оставалась в моих руках.

Остатки чёрных баррикад всё ещё возвышались над полом, но линия вражеского фронта была необратимо деформирована. Живые алые тролли увязли в силовой схватке со своими мёртвыми копиями. Серая пехота бесславно покинула поле боя. На моих глазах несколько отрядов чужих стрелков, переброшенных с первой линии, перешли на сторону Танкреда.

Кольцо вокруг алтаря сжималось и снова Танкред, который шагал в первых рядах, демонстрировал неспешность, основательность и уверенность в себе.

Между баррикад медленно выступила человеческая фигура, подсвеченная магическим огнём. Фрей показался на свету в полный рост прямо на линии столкновения. Жрец Тейла впервые покинул укрытие.

Ответный ход Фрея оказался нестандартным. Тяжёлый импульс чужой воли прошёл мимо моего восприятия. Жрец теперь игнорировал моё присутствие. Он вышел на расстояние прямой видимости с Танкредом и вступил с ним в ментальную драку. Или магический поединок. Или разговор. Тут уж как посмотреть.

Он закрылся от моей воли пузырём, я не мог слышать, какие слове он говорит Танкреду и что тот отвечает.

С запозданием я подумал, что знаком с этим Мёртвым рыцарем всего-то пару недель и даже толком не поговорил. И теперь от их ментального канала общения фонило вкрадчивостью, лестью, похвалой и добрыми словами.

Всё же Фрей – в недавнем прошлом король, который держал под контролем сотни враждующих кланов.

И теперь Фрей явно предлагал Мёртвому рыцарю поменять сторону, предать меня. Он не пытался его подавить, вероятно по той простой причине, что не мог, он предлагал ему власть и силу. От своего лица и от лица Тейла.

Наверняка в ход пошло рассуждение о том как будет устроен мир после победы Мёртвых богов и о том высоком месте, которое может занять Танкред, пока Фрей будет попивать винцо из кубка, изготовленного из моего черепа.

Физическое сражение за каменные заграждения отошло на второй план. Следующий виток подгорного конфликта обещал развернуться не за территорию градирни, а за верность моего ключевого командира.

Мог ли я на это повлиять? Вмешаться в разговор. По всей видимости, нет.

«Фомир, я могу ворваться в этот приватный чат между Фреем и Танкредом? Или ты?»

«Я пытаюсь, но там магическая защита нарастает слой за слоем, как только я снимаю хоть часть. Это всё равно как очищать капустный кочан, который растёт по несколько слоёв в минуту, он просто быстрее, чем я».

«А силой давануть?»

«Ну, попробуй. Много ты сможешь против верховного жреца Тейла, за спиной которого алтарь?»

«Понял».

Жрец переключил всё внимание на один ментальный канал. Он больше не отдавал приказы остаткам гарнизона. Вся его воля била в одну точку. Цель – разум Танкреда.

Мёртвая пехота тоже сбавила темп, потому что сознание их полководца было занято.

«Бисс Урай!»

«Я на третьем участке, мой лорд».

«Прими управление войсками, Танкред занят, он ведёт ментальную битву против вражеского жреца».

«Сделаю что смогу, Владыка».

Понятно, он всего лишь лич, но хоть как-то попробует присмотреть за скелетами.

Я мог бы перехватить управление и продолжить натиск. Или…

Повлиять на решение Танкреда я не в силах. Остаётся надеяться и использовать эту заминку на то, чтобы сделать свой «ход конём».

Всё это время я был в туннеле, отдельно от Фомира, в стороне от драки и даже бойцы Сводной роты не прикрывали меня, а только лишь доспех Ньёрда, который временами вспыхивал фиолетовым мерцанием.

Сейчас я с места перешёл на бег и активировал божественное ускорение.

Лавируя между нагромождениями разбитых скелетов, кусками взорванных от подрывов баррикад из камня и промышленного оборудования, наступая в пепельные кучи, я бежал.

Первая линия обороны, частично проваленная вторая. Брошенная и не организованная третья. Вперёд. Мне нужно в центр градирни.

Моя нежить продолжала давить на полуразрушенные баррикады, но без огонька. Скелеты с обоих сторон, кое-где всё ещё живые тролли, оставшиеся в строю гоблины.

Я без труда углядел в этом хаосе узкий, никем не прикрытый коридор. Он вёл прямо к тёмному провалу технического озера. Тут недавно бежали гоблины, а теперь никого.

Как одиночный спринтер, я бежал. Моя личная драка, действие, как и при защите Тёмной крепости в Кмабирийских болотах. Это было ещё в начале формирования Штатгаля, когда подручный Тарольда (интересно, как там старичок?) пытался убить нас всех.

Но мой удар его планы порушил. То же самое я намерен сделать и сейчас. Откровенно говоря, если у меня всё получится, не столь важно, предаст меня Танкред или нет. Хотя хотелось бы, чтобы не предал.


Глава 23. Сердце Макхарта

Я остановился у края скользкого парапета, того самого с которого в воду бросали рыбу, кормили «нечто».

Тёмная вода плескалась в нескольких метрах внизу. Я активировал пространственный карман. Две массивные бочки, под завязку набитые загутай-камнем, материализовались на камнях.

Вступать в прямой контакт с неизвестным хищником на его территории, то есть, лезть в воду – по меньшей мере глупо.

Я, использовав магию телекинеза, схватил бочки и одну за одной отправил в самую середину водоёма.

Не знаю, где ты там, голубчик, но гидродинамический удар найдёт тебя, где угодно.

Внутри я почувствовал движение. Монстр был скрыт от меня, защищён магией, а вот бочки… я ощущал, где они находятся и одна резко сменила своё движение ко дну.

Не мешкая ни секунды, я активировал рунические взрыватели на корпусах бочек, сразу обеих. Глухой утробный гул сотряс градирню. Мутно-грязные воды вздыбились огромным белым куполом. Гидроудар выплеснул на поверхность месиво нечистот, мерзостные даже на вид потоки вместе с мусором и камнями.

Спустя несколько секунд поверхность озера успокоилась, но на поверхность всплыла колоссальная туша панцирного кальмара – размером с корабельный корпус. Толстое белёсое брюхо покачивалось на волнах. Из бронированного корпуса торчали щупальца, которые безвольно и бессистемно дёргались. Часть внутренностей твари ударом выбило на поверхность. Гигантские потроха превратились в жуткие кровавые ошмётки.

Минус один монстр.

Моё божественное ускорение отключилось, уйдя в достаточно быструю, всего-то сто пятьдесят секунд – перезарядку.

Тем временем пространство около алтаря вздрогнуло и оттуда в мою сторону рванули три тени.

Некротические химеры почти синхронно спикировали, атаковали меня с трёх сторон. Сплетение костей, мёртвой плоти и магии смерти.

Они среагировали на угрозу в моём лице сами, без приказа (потому что Фрей был занят) определив во мне цель

Я пригнулся и совершив резкий кувырок, ушёл с траектории первой атаки.

Ну, я вам, звери краснокнижные…

Я активировал пространственный карман и вытащил ко мне костяного дракона, которого предусмотрительно посадил туда.

С живыми объектами такой фокус нельзя проделать, но дракон был нежитью. Так что, хотя он занял половину кармана, сейчас мне удалось вынуть его как краплёную карту во время ответственной игры.

Воздух с резким треском разорвался. Костяной дракон всей своей массой вывалился близ озера. Оживший кошмар с потусторонним гулким рёвом расправил дырявые крылья и принял удар химер.

Первая тварь на полном ходу врезалась в шипастую грудь дракона. Тот не стал ждать другого шанса, чтобы враги оказались поблизости. Огромные челюсти сомкнулись на шее самой торопливой химеры.

И, надо сказать, что нежить не особенно боится укусов и ран, чем и сильна в драке против живых. Вполне вероятно, химера легко бы пережила болезненные укусы, но её противником тоже была нежить. Дракон дёрнул головой и сумел разорвать как собственно позвоночник, так и магическую связь между костями, разрушив тварь, убив, растерзав.

Две другие химеры разошлись в стороны и бесстрашно попытались взять дракона в клещи.

Он не мог бы следить за двумя целями одновременно, но к нему через Рой присоединился я.

И он вслепую ударил туда, куда не смотрел, ориентируясь на мой приказ.

Он врезал хвостом в направлении по ближайшей каменной опоры, пытаясь перехватить летящую тварь, та нырнула и сумела уклониться, хвост упёрся в колонну.

Однако дракон использовал этот удар как толчок, как точку опоры, которая помогла ему рвануть ко второй химере. Две твари, представители высшей нежити, сцепились в воздухе. Когти химеры с противным скрежетом вырвали несколько ребер из бока дракона. Однако он этот факт проигнорировал, сцапал противника и навалившись, впечатал в каменный пол градирни. В ту же секунду ударил головой, прижал и стал лапами отрывать конечности. Несколько мгновений и вторая цель превратилась в неподвижную груду.

Третья химера не продемонстрировала никакого сожаления по поводу смерти товарища, заложив крутой вираж, спикировала на мою позицию. Я спрятался за ближайшую колонну. Монстр грохнулся рядом и высунувшись из-за колонны, оскалил костлявую пасть.

В ближайшем рассмотрении химера была размером с ГАЗель, к тому же у неё был длинный хвост, который заканчивался изогнутым шипом, наверняка ядовитым и метался из стороны в сторону, в поисках возможности ударить.

И в ту же секунду, когда химера показалась, я ударил её по башке Гивсаром. Молотом, тем же, который мне доводилось применять против алтаря Соббека.

Мой удар, без размаха и наполнения оружия магией, не смог убить химеру, зато уж её, что называется, огорошил. Она замерла в недоумении и остановила атаку. Вообще-то, на мне сейчас был весьма прочный доспех Ньёрда, но проверять, что прочнее, зубы химеры или древняя сталь, я не стал.

В ту же секунду дракон обрушился на спину последней химеры. Огромная челюсть с размаху прокусила череп твари насквозь и оторвала голову. Изувеченное тело рухнуло на плиты.

Фрей только что потерял последние резервы и лишился мобильной поддержки. Жрецу оставалось опираться только на последний, стационарный слой защиты. Иллюзия рухнула.

Костяной дракон с глухим стуком переступил тяжёлыми лапами и замер неподалёку от подходов к алтарю.

Алтарь всё ещё был защищён стенами, насыщенными магией. Однако её гарнизон, состоящий из гоблинов, куда-то делся, сам Фрей отсутствовал, а химеры погибли.

Тем временем под не особенно талантливым (уровень – лучше, чем ничего) руководством Бисс Урая пехота Танкреда использовала провал вражеской обороны. Восставшие тролли и рядовые скелеты безостановочно давили те баррикады, где всё ещё шло сопротивление, расширяя зону нашего контроля.

Алтарь вместе с защищающей его стеной накрыл светло-голубой энергетический купол.

Дракон раскрыл пасть и выдохнул. Мощный поток бледно-зелёного пламени ударил в центр купола. Энергия разрушения столкнулась с защитной магией Тейла. Оболочка барьера протестующе замерцала, потеряла часть плотности, но устояла.

– Это твой последний шанс! – паникуя, закричал Фрей и его голос резонировал о потолок градирни. – Встань на мою сторону! Ты станешь королём! Великим королём!

Крик сорвался на визг, он даже не мог удержать свои эмоции и предложения в рамках ментального канала.

– Мой Владыка… – голос Танкреда был силён, властен и пугал наполняющей его силой, – Великий воин. А твой хозяин Тейл – просто здоровенный моллюск. Много ли чести служить морской каракатице, жрец? И вновь говорю тебе – нет.

Жрец затравленно оглянулся.

Мне неизвестно, что до этого говорил Танкред. Быть может и не был он так уж ультимативно верен мне. В отличие от остальных моих полководцев, мы не прошли вместе сотни миль и десятки сражений.

Может быть, он сказал эти слова не столько Фрею, сколько публично. И кто там знает, что творится у него в башке.

Но факт остаётся фактом. Танкред заявил о своей верности мне.

Фрей резко развернулся, бросился к узкому просвету между баррикадами, намереваясь проскользнуть в единственный свободный коридор по направлению к алтарю.

Побег закончился через десяток шагов. Фрей налетел на стену из почерневшей чешуйчатой брони. Мёртвые алые тролли сомкнули щиты у него перед носом. Бывшие защитники алтаря стали глухим тупиком для своего бывшего командира.

Смерть – она такая. Смерть многое меняет.

Телепортация перенесла меня прямиком к Фрею.

Фрей выхватил широкий боевой меч. Всё же он не был настоящим жрецом. Он был рубакой, интриганом, воином, убийцей кланов и палачом для своих врагов. Фрей был пиратом и бойцом, который дрался в пехотном строю.

Как и я.

В прошлое наше сражение нам не довелось сразиться, да я, честно говоря и не особенно склонен, но тут ситуация сама шептала.

Его рука потянулась к амулетам на поясе. Внезапно он ускорился. Алтарь давал ему аналогию божественного ускорения.

Впервые магию индивидуального буста и ускорения я почувствовал на себе во время сражения в банях гномьего короля Дриугатта. Оно происходило в горах Оша и тогда это ускорение было даровано мне их богом Дикаисом.

С тех пор я особенно не увлекался этой магией, по той простой причине, что на сверхскоростях очень быстро разрушаются суставы и потому что велик риск случайно убиться, наткнувшись на какой-то прочный предмет. То есть, когда двигаешься со скоростью три километра в час и ударяешься о стену, это неприятно, но не особенно критично. Зато если божественное ускорение разогнало не только реакцию и восприятие, но и саму скорость действий до 500 км/ч, то простой толчок в стену может быть очень болезненным.

Сейчас, в условиях специфической драки с бывшим королем Кольдера, я всё же использовал божественное ускорение, чтобы стать с ним на равных.

И он этого, судя по изумлённому выражению лица, от меня не ожидал.

Мой клинок ударил снизу вверх. Фрей блокировал и совершил выпад с попыткой уколоть меня в район шеи.

Я уклонился. Несмотря на то, что доспех Ньёрда был на мне, проверять его прочность я не торопился.

Мы обменялись серией ударов, в ходе которых я увидел, что Фрей был категорическим сторонником колющих ударов с моментальной попыткой отскочить.

Я стал изводить его длинными ударами на дальней дистанции. Тяжёлыми, с размахом, опасными при попадании и всё время менял направление. Бил то снизу вверх, то сверху вниз, сбоку или внезапно правой рукой слева направо.

В какой-то момент он выкрикнул «ха!» и в моё лицо из его левой руки скользнула металлическая конструкция. Что-то вроде живого паука, только выполненного из стали. Однако вражеское оружие ударилось о лицевой щиток шлема Ньёрда, отскочило как от ожога и бессильно упало к ногам.

– Так мы тоже умеем, – я выставил вперёд левую руку и с секундной задержкой шипомёт, произведённый мастерами-гномами кузниц Алатора, выдал кованый острый шип.

И Фрей уклонился от него. Его лицо даже успело озарить нечто вроде кривой усмешки. Но только я выстрелил ещё четыре раза и все четыре – попал ему в грудь и живот.

– Это подло, – выдохнул он.

Я сделал ложный выпад справа и позволил ему выставить блок, но в последний момент развернул клинок. Благодаря чему в длинном выпаде проткнул нагрудную пластину его доспеха, ранив в грудь.

Он дёрнулся, попытавшись ударить меня, но его меч бессильно высек искры из моей брони. Не более того.

– Будь ты проклят, – прохрипел Фрей, рванулся назад, снимаясь с моего клинка и оседая на камни.

Даже не поворачивая головы, я видел, что сзади ко мне подошёл Танкред. Он хладнокровно наблюдал за дуэлью.

Неживые тролли, как немые свидетели, смотрели на меня. На секунду они напомнили мне Каменных стражей, изваяния где-то в недрах Леса Шершней.

– Ты подвёл всех людей, – выдохнул Фрей. – Предал земляка.

Его голова запрокинулась, и он бездыханно упал на спину. Надо сказать, что его рука до последнего держала меч.

– Как викинг, – пробормотал я, при помощи божественного виденья констатируя, что жрец умер. Не хитрил, не прикидывался, не потерял сознание. Всё. Черта.

Смерть Фрея оборвала последние управляющие нити обороны. Остатки вражеских скелетов там, где они мгновение назад всё ещё пытались оказывать сопротивление, теперь переходили на сторону Танкреда.

Уничтожение якоря Тейла открыло доступ к его солдатам. Танкред накинул ментальную сеть на осиротевшую нежить. Остатки вражеских скелетов без сопротивления перешли под знамена Штатгаля. Бой прекратился, теперь воины подчинялись только моему «флагу».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю