Текст книги "Песнь Шаннары"

Автор книги: Терри Брукс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

– Сститхисс ззнает, что привело васс, людишшки, – очень медленно прошипело чудовище. – Хо-рошшо ззнает.

Все долго молчали.

– Грань Мрака, – наконец сказал Форкер.

– Морды, – прошептал мвеллрет. – Сститхисс ззнает. Ссгранники, что нессут ссмерть. Они вы-тттптли из черных провалов, из ямы Мельморда. Из ссамой ссмерти! Поднялиссь к Колодцу Небесс и броссили в воду яд, в воду Ссеребряной реки. Отравили реку, отравили зземлю. Уничтожжили весе! Пришшли в Грань Мрака и ссотворили ззло. Много ззла. Пришшли прогнать насс из дому. Ссделать из насс рабов.

– И ты все это видел своими глазами? – спросил Форкер.

– Я видел, весе видел! Морды пришшли изз мрака, и выгнали насс, и ззабрали весе нашше. Ззабрали. У них ссила, у сстранников. Пришшлоссь бежжать! И многие нашши погиблли там!

Слантер внезапно плюнул во тьму, отступил на пару шагов и с силой топнул по каменному полу.

– Сстой на мессте! – прошипел мвеллрет. Он не просто шипел, он приказывал. Слантер резко вскинул голову. – Гномам не надо боятьсся насс. Мы не Морды. Морды весе раззрушшают. Весе, что ессть жиззнь. Потому что они творения ссмерти. Они сса-ми – ссмерть! И они владеют магией. Ссильной магией. Сскоро весе зземли им покорятсся.

– Но ведь ты говорил, что знаешь, как их уничтожить! – теряя терпение, воскликнул Форкер.

– Шшш! Грань Мрака принадлежжала нам! А теперь Морды хоззяйничают в нашшем доме! Думают, разз мы ушшли, то они в беззопассности там. Но они ошшибаютсся, да. Мы-то ззнаем пути, как проникнуть в крепоссть! А вот Морды не ззнают!

– Потайные ходы! – вдруг воскликнул Джайр, совсем позабыв о том, что решил молчать. И о том странном внутреннем предупреждении.

Змеиная морда подалась вперед, будто бы мвеллрет принюхивался. Джайр похолодел. Ему показалось, что к нему подбирается что-то злобное, обволакивающее… и тянет, тянет куда-то…

Между зубами мвеллрета мелькнул раздвоенный язычок.

– Магия, да, дружжочек? Владеешшь магией?

Никто не произнес ни слова. Джайр покрылся испариной. Форкер внимательно поглядел на долинца. Дворф, похоже, еще не понял, что сейчас произошло.

– В твоем голоссе магачесская ссила, – шептал мвеллрет. – Я ее чувсствую в твоем голоссе. Чувсствую в тебе. Ссила, как моя ссобсственная. Ты ведь ссделаешшь для меня эту малоссть, да? Я жжду, говори!

И тут что-то словно свернулось кольцом вокруг Джайра и выдавило из него дыхание. А потом он запел. И ничего нельзя было сделать. Песнь желаний рвалась сквозь стиснутые зубы, и звук растекался волной, и волна обретала форму и бесформенным сгустком дрожала во мраке, и тени плясали в круге света лампы.

А через мгновение сжимающее кольцо распалось, и долинец освободился. Песнь желаний замерла в тишине. Джайр задохнулся и в потрясении опустился на колени. Слантер был уже рядом: он подхватил долинца и оттолкнул его к двери, подальше от мвеллрета. При этом гном еще умудрился выхватить длинный кинжал из ножен на поясе Эдайна Элессдила. Форкер понял намерение Слантера и поспешно встал между ним и мвеллретом, лицом к Ститхису, с мечом наготове. Мвеллрет как-то сжался, уменьшился в размерах и отступил назад, во мрак.

– Что ты с ним сделал? – угрожающе прогрохотал дворф. Ститхис еще отступил и словно бы растворился в тени под плащом. Только змеиные глазки мерцали из темноты. Форкер резко повернулся. – Все, уже хватит. Мы уходим.

– Сстойте! – внезапно запричитал мвеллрет. – Вы пришшли говорить ссо Сститхиссом! Я могу рассказзать вам о Мордах. Много могу рассказзать!

– Все, нам уже неинтересно. – Форкер что есть силы ударил рукоятью меча по железной двери.

– Шшш! Вы должжны говорить ссо Сститхиссом, ессли вы вправду хотите рассправитьсся ее Мордами! Только я ззнаю как! Ззнаю ссекреты! – Теперь его голос был резок и холоден. – Людишшки вернутсся – должжны вернутьсся! Они пожжа-леют ещще, что ушшли!

– Уже жалеем. Только о том, что пришли! – бросил Эдайн Элессдил. – Мы в твоей помощи не нуждаемся!

Дверь открылась. Эдайн и Слантер подхватили долинца под руки и помогли ему выйти из этого мрачного места. Джайр слегка потряс головой, чтобы в ней прояснилось, и уже на пороге оглянулся во тьму. Там, во мраке, безликой, бесформенной тенью скорчился мвеллрет.

– Нет, вы нужждаетессь в помощщи Сститхи-сса! – прошипел он. – Ещще придете, людишшки! Вернетессь ко мне!

Дворфы-стражники заперли дверь и проверили, надежно ли встала задвижка. Джайр глубоко вздохнул и выпрямился, освободившись от поддерживающих его рук. Форкер внимательно посмотрел на долинца, проворчал что-то себе под нос и, повернувшись, направился прочь.

– Надеюсь, что все себя чувствуют хорошо. И ты, Омсворд, тоже, – проговорил дворф уже на ходу. – Пойдемте скорее на свежий воздух.

– Что там случилось, Джайр? – Эдайн Элес-сдил хотел знать прямо сейчас. – Как у него получилось заставить тебя это сделать?

Джайр покачал головой:

– Сам не знаю. – Он направился вслед за Форке-ром. На всякий случай эльф и гном держались поближе к долинцу. – Нет, действительно, сам не знаю.

– Черный дьявол! – с чувством выдохнул Слантер свое любимое ругательство. – Он же вертит тобою как хочет!

Джайр только кивнул. Да и что было сказать? Вот если б он знал, как у мвеллрета это вышло… Если бы только знал!

ГЛАВА 21

Черная и безмолвная ночь опустилась на Капааль. Луна и звезды, наверное, заблудились в тумане, и только мерцание масляных ламп в бойницах крепостных стен да дрожащее пламя костров чуть рассеивали сгустившийся сумрак. На камнях и кустах в эту ночь появилась изморозь – влага застыла белесой коркой. Было тихо, но как-то тревожно тихо. Джайр и Эльб Форкер стояли на крепостной стене и глядели вниз, на плотину, что, словно мост, соединяла два горных хребта, перекрывая путь вольным водам Серебряной реки.

– Уже больше пяти сотен лет, – объяснял дворф долинцу, – как построили эту плотину. При короле Рабуре, да. Тогда у нас еще были короли. Плотину и крепость. После Второй Битвы Народов.

Джайр молча смотрел в темноту – на гигантское сооружение, будто размытое в мутном мареве красноватого света костров. Три запруды, одна над другой, – каменные барьеры против мощи воды. Система шлюзов удерживала натиск течения Серебряной реки, разбивая поток перед тем, как река водопадом срывалась в пропасть. Капааль, крепость дворфов, стоял на самой верхней плотине, растянувшись по всей длине колоссальной преграды. Фасад мрачной крепости выходил на запруды. Крутые горы подступали вплотную к нижним плотинам. И никаких троп и подходов, только узкие выступы на отвесных утесах да подземные тоннели, известные лишь дворфам. А с другой стороны верхней плотины широко разлился Циллиделлан – такой тусклый и темный сейчас, этой туманной безлунной ночью, – черное озеро в обрамлении красных огней. Огней костров вражеской армии.

– Да, гномы, они спят и видят, как бы заполучить все это. – Форкер провел рукой в воздухе над плотиной. – Капааль контролирует водоснабжение всех земель западнее Радужного озера. Раньше, когда еще здесь ничего этого не было – ни плотины, ни крепости, ничего, – в сезоны дождей река так разливалась… И теперь, если гномы… – Он покачал головой, обрывая себя. – Бывало, если, к примеру, плохая весна, то и в Кальхавене наводнение, да.

После этого дворф замолчал надолго. Джайр тоже молчал, потрясенный размерами сооружений. “Это какого же труда стоило все это построить!” – с благоговением думал долинец. Форкер уже показал ему внутреннее устройство шлюзов, объяснил, как все это работает. Надо сказать, что долинцу было действительно интересно, и он не жалел, что пошел с Форкером.

Слантер засел разбирать карты дворфов, карты Северного Анара и Вороньего Среза “И между прочим, весьма неаккуратные!” – не преминул пробурчать гном при первом же взгляде на них. Но из двух зол выбирают меньшее: все-таки лучше дурацкие карты, чем еще один разговор с мвеллретом. Он, Слантер, и сам разберется, без всяких вонючих ящеров. В общем, гном согласился сверить маршрут отряда с картами дворфов и даже кое-что там исправил. А Эдайн Элессдил извинился и тоже куда-то ушел. Так вот и получилось, что долинец остался вроде как не у дел и с благодарностью принял приглашение Форкера. И еще Джайр надеялся, что прогулка с дворфом отвлечет его от постоянных раздумий о Гарете Джаксе, – тот еще не вернулся, а уж пора бы… давно пора. Но все, ладно! Лучше не думать об этом.

– Гномы не смогут пройти по горам к нижним запрудам, – говорил Форкер, глядя на далекие сторожевые костры. – С той стороны все проходы защищены. Наши предки, когда строили Капааль, предусмотрели и эту возможность. И пока стоит крепость, плотинам ничто не грозит. А значит, ничто не грозит Серебряной реке.

– Не считая того, что ее уже отравили, – грустно заметил Джайр.

Дворф кивнул:

– Это да. Но если вода Циллиделлана хлынет в ущелье, станет много хуже. Тогда яд растечется быстрее. По всем землям на западе.

– А люди там знают, что им угрожает?

– Они знают, да.

– Тогда они должны были прийти сюда и помочь вам, мне так кажется. Форкер грустно улыбнулся:

– Это тебе так кажется. А вот кому-то другому гораздо удобнее не верить, что все происходит так, как оно происходит. Мол, такого не может быть…

– И что, неужели ни один из народов вам не поможет?

Дворф пожал плечами:

– Ну нет, почему же? Андер Элессдил лично ведет сюда армию эльфов. Правда, они пока еще в двух неделях пути отсюда. И Каллахорн обещал помочь; Хельт и еще кое-кто уже здесь и сражаются вместе с нами. От троллей пока ничего – их племена рассеяны по просторам Северной Земли. Быть может, в конце концов тролли поддержат нас на северных границах.

Он замолчал. Джайр мгновение подождал, а потом спросил:

– А Южная Земля?

– Южная Земля? – Форкер покачал головой. – У них там Федерация и Коалиционный Совет. Сборище идиотов. Мелкие внутренние потасовки и борьба за власть отнимают всю их энергию. Новой Южной Земле нет дела до других народов. Похоже, южане возвратились теперь к тому, что было во времена Первой Битвы. И будь Чародей-Владыка сейчас жив, боюсь, Федерация охотно присоединилась бы к нему.

– Но зато Каллахорн с вами, – быстро проговорил Джайр. – Люди с границы – это особое племя.

– Да, но одних каллахорнцев недостаточно – вздохнул Форкер. – Даже всего Легиона. Ты и сам видел вражеское войско объединенных племен. Теперь гномы сильнее нас. И с ними те черные твари… – Дворф печально покачал головой.

Джайр нахмурился:

– Зато у нас есть очень сильный союзник. Даже Морды его боятся… У нас есть Алланон.

– Да, Алланон, – пробормотал Форкер и снова пожал плечами.

– И еще Брин, – добавил Джайр. – Как только они доберутся до Идальч…

Внезапно он замолчал, вспомнив предсказание Короля Серебряной реки. Словно бы печальный шепот пронесся в сознании: “… У них не получится, ибо они как листья, гонимые ветром… Твоя сестра и друид. И оба сгинут…"

Джайр прогнал мрачные мысли. Он поклялся себе еще тогда, что этого не будет. И вновь повторил: “Я доберусь до них. Я их найду. Я поднимусь к Колодцу Небес, брошу в воду Серебристую Пыль, и вода станет чистой, и в чистую воду я опущу кристалл, и тогда…” Джайр запнулся. Тогда что? Он не знал. Знал только, что-то будет. И он сделает что-то такое, чтобы пророчество старика не сбылось.

Но сначала нужно еще дойти, угрюмо напомнил себе долинец. Впереди – долгий путь. А Гарета Джакса все нет и нет…

Форкер засунул руки в карманы плаща и, низко опустив голову, направился дальше по крепостной стене. Джайр догнал дворфа уже на лестнице, которая широкой лентой спускалась к нижней плотине.

– Расскажи мне о Гарете Джаксе, – внезапно попросил долинец.

Дворф продолжал глядеть себе под ноги.

– А что ты хочешь, чтоб я рассказал? Джайр помотал головой:

– Ну, не знаю. Что-нибудь расскажи.

– Что-нибудь? – пробурчал Форкер. – По-моему, немного неопределенно, нет? О чем именно? Джайр мгновение подумал:

– О том, чего больше никто не знает. Что-нибудь о нем.

Форкер облокотился о каменный парапет и молча уставился в ночь, на черное зеркало Циллидел-лана. Джайр встал рядом с дворфом и тоже молчал. Он ждал.

– Тебе бы хотелось понять его, да? – наконец заговорил Форкер.

Долинец медленно кивнул:

– Хотя бы чуть-чуть.

– Мне кажется, это вообще невозможно, Омсворд. Все равно что пытаться понять… ястреба, парящего в небе. Ты его видишь. Видишь, какой он и что он делает. Ты восхищаешься им. Ты, вероятно, немного завидуешь его вольной жизни. Но понять его ты не можешь. По-настоящему – никогда. Чтобы понять его, нужно быть им.

– А ты вот вроде бы его понимаешь, – задумчиво проговорил Джайр.

Форкер резко повернулся и взглянул прямо в глаза долинцу:

– Ты так думаешь, Омсворд? Что я понимаю его? – Дворф покачал головой. – Не больше, чем я понимаю ястреба. Если не меньше. Я его знаю немного, потому что мы вместе сражались и вместе учили солдат. Я знаю, какой он боец. И какой человек. Но когда дело касается понимания, все, что я знаю, оно словно пыль… словно я ничего и не знаю. Вот так. – Он поколебался. – Гарет Джакс, он совсем другой. Не такой, как ты, или я, или кто бы то ни было. Он – единственный и неповторимый. Потому что другого такого нет. – Дворф поднял бровь. – Он – особая форма жизни. Своего рода магия, да. То, что он делает, – это невероятно. Из любой переделки – там, где другой бы погиб непременно, – Гарет выходит целым и невредимым. Он водит смерть за нос. Это образ жизни, как у ястреба: он парит высоко и никому до него не добраться. Он словно бы в стороне, вне всего. Понять его? Нет. Мне его не понять. Это мне не по силам.

– Но ведь это ради тебя он пришел в Восточную Землю, – в конце концов произнес Джайр. – Он сам так сказал. Значит, какое-то дружеское чувство у него к тебе есть. А дружба, она просто так не рождается, верно? У друзей всегда должно быть что-то общее…

– Что ж, возможно. – Дворф пожал плечами. – Но это не значит, что я понимаю его. И потом, когда он что-то делает, у него всегда есть на это свои соображения, и вовсе не обязательно те, о которых он говорит. Вот это я знаю точно. Он здесь не только из-за меня, Омсворд. Есть, наверное, еще причины. – Форкер потрепал юношу по плечу. – Я думаю, что он здесь не только из-за меня, но и из-за тебя тоже, да. Но почему, я не знаю. Может быть, ты знаешь?

Долинец задумался:

– Он сказал, что пойдет со мной как мой защитник, потому что так распорядился Король Серебряной реки.

– Ну что ж, – кивнул Форкер. – Ладно. Но вот, зная это, ты стал лучше его понимать? Я не стал. – Он замолчал и вновь уставился на черные воды озера. – Его причины – это его причины. И мне он о них ничего не рассказывал. И не расскажет.

Джайр уже не слушал его. Внезапно долинец кое-что вспомнил. И поспешил отвернуться, чтобы дворф не видел его лица. Джайр застыл в потрясении, и одна только мысль билась в сознании: Гарет Джакс не открыл Форкеру всех причин, но ему-то, Джайру, он кое-что рассказал… Тогда, в горах, под дождем. На вторую ночь после выхода из Кальха-вена. Да, Джайр теперь вспомнил. “Я хочу, чтобы ты понял… – так сказал тогда Мастер Боя. – Этот сон обещал мне великое испытание. Испытание мастерства. Это мой шанс узнать, действительно ли я лучший. Вот что я всю жизнь искал. И чего же мне еще?.."

Джайр поглубже вдохнул прохладу ночного воздуха. Быть может, он понимал Гарета Джакса лучше, чем ему самому казалось. Или хотя бы приблизился к пониманию…

– И еще одна вещь, о которой знают немногие. – Форкер опять повернулся к долинцу. Джайр очнулся от размышлений. – Ты говоришь, что вы встретились в Черных Дубах. А ты никогда не задумывался, как он там оказался? Ведь он шел на восток из Каллахорна.

– Я как-то не думал об этом. А ведь верно: если идти от пограничных земель в Анар… Дубы немного не по пути. – Долинец поколебался. – И что он там делал?

Форкер неуверенно улыбнулся:

– Пойми только, что это всего лишь мои догадки. Сам он мне ничего не рассказывал. Но там был его дом – в озерной стране, между Ли и Низинами Клета. Там он родился и вырос. И когда-то давно у него там была семья. Я не знаю, но, может быть, кто-то остался… Или просто воспоминания…

– Семья, – тихо повторил долинец и покачал головой. – Ты что-нибудь знаешь о них? Он тебе говорил?

Дворф оторвался от парапета.

– Нет. Упомянул как-то раз, вот и все. Ну, теперь ты кое-что знаешь о Гарете Джаксе, чего больше не знает никто. За исключением меня, конечно. И что, помогло тебе это лучше понять его?

Джайр улыбнулся:

– Пожалуй, нет.

Форкер повернулся, и вместе они зашагали обратно по крепостной стене.

– Я так и думал, – пробормотал дворф уже на ходу. Было ветрено, и Форкер поуютней запахнул свой плащ. – Пойдем, Омсворд, я угощу тебя горячим элем. Посидим подождем возвращения нашего ястреба. – Дворф похлопал долинца по плечу.

Ночь словно застыла, пустая, тягучая, полная темных предчувствий. Туман крадучись спустился с вершин и завис над водой. Липкая, влажная пелена обволокла Капааль, скрыв костры гномов. Дожидаясь Гарета Джакса, Джайр Омсворд не спал. Они все собрались в тесном караульном помещении одной из башен: Джайр, Форкер, Слантер и Эдайн Элессдил. На столе горела единственная свеча, едва разгоняя сумрак; в кружках дымился горячий эль. Сначала долинец чувствовал себя довольно бодро, а потом все куда-то поплыло – голоса друзей доносились сквозь плотную пелену. Джайр слушал будто бы издалека. А потом он прикрыл глаза, чтобы пляшущий свет свечи не раздражал их. Через мгновение он уже спал.

И только на рассвете эльфийский принц слегка потряс его за плечо:

– Джайр, он вернулся.

Долинец сонно моргнул и выпрямился на стуле. В мутном сумраке уходящей ночи мерцали лишь красные тлеющие угольки – огонь в камине почти догорел. А снаружи слышался шум дождя, стучащего о камень.

Джайр еще раз моргнул. Гарет Джакс. Он вернулся.

– Он пришел полчаса назад. – Эльф шептал ему в самое ухо, словно боясь разбудить кого-то еще в этой комнате. – Ну и Хельт с ним, понятно. Они осмотрели тоннели и отыскали дорогу на север. – Он помедлил. – Но случилось еще кое-что, Джайр. – Эльф опять замолчал, и долинец выжидающе поглядел на него. – Где-то после полуночи начался дождь и туман стал рассеиваться. А когда рассвело, гномы уже были здесь – все как один. Выстроились вдоль линии берега Циллиделлана, от одного конца верхней плотины до другого. В боевом порядке. Просто стоят и ждут.

– И чего ж они ждут?

Эдайн Элессдил покачал головой:

– Я не знаю. По-моему, никто не знает. Они стоят так уже не один час. Дворфы все поднялись по тревоге. Пойдем, сам посмотришь.

Они пробежали по сумрачным коридорам и оказались во внутреннем дворе в центре верхней плотины. Студеный ветер носился над Циллиделланом, дождь больно хлестал по лицам. Еще было довольно темно, лишь на востоке над черными пиками по небу разлилось мутно-серое свечение. Воины дворфы уже стояли на своих местах – сумрачные фигуры, закутанные в плащи, с оружием в руках. Тишина, словно саван, окутала Капааль.

Эдайн Элессдил отвел Джайра на северный край плотины к высоченной сторожевой башне. Казалось, и ветер здесь был сильнее, и пелена дождя плотней. У двери в башню друзья приостановились, пропуская отряд дворфов. Воины прошагали мимо, даже не взглянув на долинца и эльфа, и направились вниз по соседней лестнице. Впереди отряда решительным шагом выступал мрачный дворф со свирепым лицом, пламенно-рыжими волосами и такой же огненной бородой. Выглядел он, прямо сказать, очень грозно. Особенно в этой кольчуге из стальных колец и плотной кожи.

– Радхомм, командующий гарнизоном, – прошептал Эдайн Джайру.

Они вошли в башню. Здесь было тихо: вой ветра и шелест дождя остались за дверью, снаружи. Бледный свет масляных ламп едва пробивался сквозь сумрак, такой густой, что долинец и не заметил, как их обступили несколько темных фигур. Они возникли словно ниоткуда.

– Ха! Дай ему только волю, он бы всю жизнь продрых! – Первое, что услышал Джайр, было, конечно, ворчание Слантера.

– Рад тебя снова видеть, Джайр Омсворд. – Рука Хельта крепко сжала ладонь долинца.

Был здесь и Гарет Джакс, черный как ночь, непреклонный как скала. Он ничего не сказал, лишь внимательно поглядел на Джайра. А потом почти ласково положил руку ему на плечо, и в суровых глазах Мастера Боя промелькнула какая-то странная, непривычная теплота. Лишь на мгновение. И снова взгляд стал ледяным, Гарет Джакс убрал руку и отступил обратно во мрак.

За спиной у долинца с шумом распахнулась дверь – дворф, промокший насквозь, влетел внутрь и подскочил к маленькому столу в глубине комнаты, где, склонившись над грудой карт, сидел Эльб Форкер. Они быстро о чем-то переговорили, и гонец так же стремительно умчался прочь.

Форкер встал и подошел к Джайру.

– Омсворд, – сказал он вместо приветствия, – только что мне доложили, что мвеллрет сбежал. Никто не нашелся что ответить на это.

– Как же такое могло случиться? – сердито выдохнул Слантер, нарушая затянувшееся молчание.

– Он же может изменять свое тело. – Форкер не сводил глаз с долинца. – Ну, в общем, он выбрался через трубу вентиляции. Это случилось ночью. И где он теперь – никому не известно.

Джайр похолодел. Неудивительно, что Форкер так глядит на него. Даже там, в заключении, мвеллрет почуял магическую силу эльфов и смог заставить долинца раскрыть ее ему. Ну а теперь, когда мвеллрет на свободе…

– Получается, он всегда мог это сделать, – задумчиво проговорил Эдайн Элессдил. – То есть должна быть причина – почему именно сейчас?

“И этой причиной могу быть я, – отметил про себя долинец, – и скорее всего именно я. Вот и Форкер тоже сообразил. Он все понял. Не зря ведь дворф обратился прежде всего ко мне”.

И тут из мрака выступил Гарет Джакс, решительный и непреклонный.

– Мы уходим немедленно, – сказал он. – Мы и так уже тут задержались. У нас есть дело на севере, и нам нужно спешить. Что бы здесь ни случилось, нам сейчас не до этого. Все гномы собрались у Цил-лиделлана, надо воспользоваться моментом…

ОООООООООМММММММММММММММ!

Друзья испуганно переглянулись. Жуткий вой разорвал предрассветную тишину – глухой, зловещий. Он все нарастал, тысячи голосов слились в один, сверхъестественный, нечеловеческий голос – зов, пронзающий дождь и ветер. Даже горы вокруг Капааля, казалось, застыли в испуге, накрытые волной звука.

– Проклятие! – воскликнул Слантер, сморщившись от отвращения, он узнал этот вой.

Шестеро друзей бросились к двери и через несколько секунд уже стояли на крепостной стене, глядя сквозь ветер и дождь на север, за дрожащие воды Циллиделлана.

ОООООООООМММММММММММММММ!

Вой пронесся по горным вершинам, и теперь уже горы ответили гулким эхом. Это гномы, собравшиеся на берегу, пели мрачную песню над мутным озером. И вода Циллиделлана дрожала от силы звука, и пространство, казалось, уже не может вместить в себя этот траурный плач.

На нижней стене показался Радхомм. Он кричал во всю глотку, отдавая приказы гонцам, и те поспешно удалялись – передать его распоряжения по гарнизону. Что бы сейчас ни случилось, дворфы были готовы встретить это достойно. Как и положено воинам, то есть сражаться. Рука Джайра сама скользнула под рубашку. Он нашел кошелек с Серебристой Пылью и кристалл видения. И странно, это его слегка успокоило.

Гарет Джакс схватил Слантера за полу плаща и подтащил поближе к себе:

– Что здесь вообще происходит?

В глазах гнома застыл откровенный страх.

– Это призыв! Так вызывают силы темной магии! Я однажды уже это видел – в Грани Мрака! – Слантер поморщился, пытаясь вырвать у Гарета свой плащ. – Но для этого нужно присутствие странников, Мастер Боя! Чтобы магические силы отозвались!

– Гарет! – Форкер с силой повернул его и указал пальцем вниз, на берег Циллиделлана. Больше дворф не произнес ни слова, но Мастер Боя тут же отпустил Слантера, и все как один повернулись туда.

В сотне ярдов от края верхней плотины среди скопища гномов возникли три темных пятна. Три черные тени – высокие, мрачные, закутанные в плащи.

– Морды! – хрипло прошептал Слантер. – Они пришли, черные странники!