355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Татьяна Веденская » Искра для соломенной вдовы » Текст книги (страница 12)
Искра для соломенной вдовы
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 02:19

Текст книги "Искра для соломенной вдовы"


Автор книги: Татьяна Веденская



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Часть 3
Основной инстинкт

Глава 1
О том, легко ли учиться игре в шахматы на бегу и с высунутым языком

На Новый Год, дабы не тосковать в обществе мамули, культивирующей во мне комплекс соломенной вдовы и рогоносицы, я пригласила Динку с Юлькой. Не то чтобы мы были таким уж бравыми подругами, но все-таки они легко пережили появление у меня (у меня, а не у них) битой капризной машины. И по-прежнему периодически вытаскивали меня в бани-сауны, чтобы устроить консилиум на какую-нибудь общую тему. Про похудеть, про выйти замуж, про заработать денег. Про то, как эти недоросли отличаются от нас – просветленных и мудрых, от природы получивших в дар право называться женщинами. Одно то, что мы способны из своих недр дать земле новых людей, стоит всех этих жалких мужских игр. В общем, нам было хорошо, они не настаивали на присутствии Мотьки, которую я по-прежнему на дух не переваривала, и поэтому я решила справить Новый Год в их чудной компании. Мы сели за стол, подняли бокалы, сожрали бумажки с желаниями и начали трендеть. Кстати о желаниях, это Шуркина идейка, записать на клочке бумаги три желания, непременно и точно после успокоительно-обнадеживающего сеанса гипноза от президента подпалить эти клочки, пепел разместить в бокале шампанского и выпить, пока не оттрубили куранты. Эта сложная и трудоемкая процедура далась нам большой ценой. Юлька обожгла пальцы и уронила обугленный клочок. Ей, чтобы не потерять желания, пришлось ползать по полу и собирать остатки сажи вперемешку с песком и естественной пылью. Естественной для квартиры, в которой убираются раз в месяц и то, протирая для вида только те поверхности, которые очевидно поросли мхом. Но, видимо, Юлькины желания были ей дороги, поэтому она не моргнув, заглотила шампанское с песком и желаниями. Динка, очевидно, загадала что-нибудь вроде: хочу выйти замуж за Билла Гейтса, так как своим желанием она подавилась. В прямом смысле этого слова. Влила в себя писчебумажный коктейль и принялась закатывать глаза, хвататься за горло и судорожно кашлять. Маман в желаниях была скромна, и потом, она же не первый день на свете. Умная пенсионерка накорябала желание на кусочке, еле различимом невооруженным глазом, так что употребилось оно так быстро, что у нее даже хватило времени с воодушевлением стучать по спине задыхающейся от амбиций Динки. У меня же все прошло без сучка без задоринки. Я написала:

1. Хочу Руслана

2. Хочу денег

3. Хочу домой

И сожгла. И выпила. И выбросила из головы. Мне нужно было вытянуть из умных голов подруг побольше идей. Нужна свежая идея, без нее никак было не обойтись. В моих руках сосредоточилось богатство в двенадцать скопленных и уворованных тысяч долларов и все шансы мира были моими. Но из всех надо было выбрать один наилучший. Я никогда в жизни не генерировала идей. Впрочем, нет. В САИНе генерировала. Но все равно, посоветоваться с подругами было очень кстати.

– Скажите, девки, это очень глупо – попытаться раскрутить собственное дело? – умасливая их шампанским, начала подкрадываться я.

– Почему? Все что-то открывают постоянно. Почему бы не ты?

– А тогда что открыть? Чтобы не прогореть?

– Открой точку и торгуй шмотками. В Турции заодно набываешься до полного насыщения.

– Я хочу открыть агентство недвижимости. Как вы считаете?

– А что? – пьяно махнула рукой Динка. – Неплохо. Только много бабар нужно.

– Ну, много-немного, а у меня есть чуть-чуть.

– Ну и тогда дерзай!

– У меня нет идеи.

– Чего?

– Какой-нибудь оригинальной идеи, чтобы чем-то выделиться из общей массы агентств.

– Зачем? Хочешь быть белой вороной? Сиди себе и молоти.

– Хорошо бы, только без огромной рекламной подпитки и серьезного пиара я не привлеку к себе клиентов.

– Почему? – удивилась Юлька, налегая на селедку.

– По кочану. В Москве больших агентств хоть попой кушай, а уж маленьких и, тем более, крошечных – как сена в стоге сена! И что я в такой куче смогу словить без оригинальной идеи? – каюсь, ничего оригинального в тот вечер мы не придумали. И в пару следующих дней тоже. Мы погрязли в беспробудном женском алкоголизме и лени. Разъехались по домам только к четвертому января, подгоняемые пинками вымоченной в белом, красном и прочем вине мамы. А я решила не заморачиваться на умном, а начать с самого простого и с самого неприятного. Самым простым было зарегистрировать фирму. Оказалось, что ничего кроме пятисот долларов, для этого не надо.

– А как быть с тем, что у меня нет офиса? – поинтересовалась я у девушки, торгующей регистрациями юридических лиц.

– А и фиг бы с ним, – спокойно и не напрягаясь уверила меня она.

– А адрес какой будет указан?

– У нас есть адреса. Выберете район и получите ящик. – В общем, и с адресом все оказалось просто. А вообще это забавно. Ты можешь вести дела, имея в качестве адреса пребывания только мифический юридический адрес. А на практике тебя не найдет никто. И это вполне законно. А вот с самым неприятным все обстояло сложнее. Чтобы затевать авантюру с кодовым названием «Оля Петрова – владелец фирмы», надо было договориться с банком Национальный стандарт об отсрочке выплаты остальной части долга. Я тут, может быть, разорюсь на фиг и что? Терять родную папину квартиру? На это я была однозначно не готова, поэтому решилась просить заморозить счета. Но просить у клерков за банковским станком было бессмысленно, и все мои надежды я возлагала на Руслана, тем более, он был первым номером в списке приоритетов. Я извлекла из коробочки с самыми дорогими и важными вещами нашей семьи – драгоценностями, фотографиями папы и девочек – визитку Руслана, тот самый переливающийся сложными полиграфическими эффектами кусок картона, который он мне сунул еще год назад.

– Алло, добрый день, можно пригласить к телефону Руслана Пригорина?

– А это он и есть. – Деловито отрапортовал голос с той стороны и моя кровь забурлила с интенсивностью ныряльщика, превысившего допустимую скорость погружения во много раз.

– Это вас беспокоит Ольга Петрова. Вы меня наверное не помните…

– Ну что вы, Оля. Разве можно забыть столь колоритную ситуацию. У вас, если я правильно все помню, тогда тосол закипел.

– Совершенно верно, – подтвердила я. Неужели же в тот чудесный день не было больше ничего достойного запоминания, кроме жалкого тосола?

– Отлично. Что-то случилось?

– Да, в целом. Если бы вы оказали мне любезность и согласились выслушать?

– Как все сложно. Я уже вас слушаю, как мне кажется.

– Нет, не по телефону. По телефону я не смогу передать всю степень трагизма, – зачем-то ляпнула я.

– Ого, я уже заинтригован. Тогда предлагаю пообедать. Вы обедаете днем?

– В смысле? – не поняла вопроса я.

– Сегодня днем вы планировали прием пищи?

– Да, – на всякий случай подтвердила я, но на самом деле после наших новогодних безумств мне бы хорошо было не принимать никакой пищи, кроме духовной, до февраля, как минимум.

– Тогда я предлагаю нам встретиться в три-четыре часа дня на Бауманской. Я встречу вас у метро.

– Не надо, вы дайте адрес, куда подъехать. Я сама доеду.

– На личном транспорте? – изумился он.

– Вы знаете, Руслан, уже прошло довольно много времени. Я уже несколько увереннее чувствую себя за рулем, – обиделась я.

– Да бросьте. Если уж на то пошло, я и не против повторить то наше приключение. Но закипать в январе не так приятно, как летом.

– Ага, и несколько сложнее, не правда ли? – огрызнулась я и сама себя одернула. Что ж ты, дурища, делаешь? И ты хочешь после этих препирательств просить у него денег? Ну, не денег ну отсрочки, какая разница?

– Подъезжайте на Спартаковский переулок. Там маленькое кафе в бюргерском стиле. Моя машина будет около него.

– Окей, – сказала я, с трудом удержавшись от того, чтобы добавить «Целую». До Бауманской я добралась за полтора часа, пробуравившись через проспект и Сущевский вал. Можно было и быстрее, но меня запутали кирпичи, натыканные на Бауманской и окрестностях, словно поганки в дождливом болотистом лесу. Я пока еще абсолютно законопослушна, двигаюсь исключительно с разрешенной скоростью. Когда я пыталась увеличить порог личного ограничения скорости, у меня появилось ощущение, что я пилотирую свихнувшийся реактивный самолет, который летит из чистого одолжение, но при этом вес трясется и глючится. Вот-вот рассыпется на части, оставив меня лежать на асфальте и покорно ждать судмедэкспертов. Мертвой, что очевидно. После этого я решила, что восемьдесят километров в час для меня – скорость, применяемая только при доставке какой-нибудь роженицы в роддом. А шестьдесят километров – рабочая скорость, с которой я добираюсь до роддома без роженицы. Помимо скорости, я соблюдаю распоряжения извращенцев, расставлявших дорожные знаки. Я поворачиваю, куда мне не надо, если езда вперед запрещена. Я часами паркуюсь, проезжая мимо указателей «Парковка запрещена» и с тоской смотрю, как более нормальные водители забивают на эти знаки и решают свои проблемы в пять минут. Белый же брикет пломбира на красном фоне я уважаю больше всех, зная по опыту, что за ним прячется волшебник со своей волшебной полосатой палочкой. И всех, кто мелькнет на его пути, от заколдовывает. Они послушно открывают кошельки и отдают злому колдуну деньги, иногда все, что есть. Только бы отпустил. Так что задачу подъезда у переулку, который с трех прилегающих дорог из четырех обложен кирпичами, я решала около тридцати минут. Я опоздала.

– Вы опоздали, – возмутился упакованный в чудную темно-синюю дубленку Руслан.

– Я нечаянно. Я не могла продраться через кирпичи.

– Ничего. – Смягчился Руслан. И, кажется, он вообще не злился.

– Я искуплю.

– Вы уже искупили. Вы так лихо въехали во двор и так вальяжно бросили вашего игривого коня, что я просто залюбовался вами, – надо же, как интересно. Не думала, что произвожу впечатление лихой наездницы.

– Мы прямо здесь поговорим? – я оглядела серый от грязи двор, – все-таки не май месяц.

– Пойдемте обедать. Мы же договорились

– Сюда? – Оглядела я отлично декорированное кафе, которое скорее являлось роскошным рестораном. Нет, на него мне денег точно жаль.

– Да не волнуйтесь вы, я приглашаю, – все-таки наши отношения трудно назвать официально-формальными. Он улыбается, шутит, собирается кормить. Я бы могла допустить, что нравлюсь ему, но почему он тогда не позвонил летом? Мы прошли в ресторанчик, приятно отличавшийся от всех размножавшихся на глазах заведений быстрого кормления типа Макдональдса или Ростикаса, где поток поставлен таким же образом, как у свиней на фермах. Побольше, попроще, пожирнее и чтобы доходы росли и множились. А здесь людей именно кормили. Как кормит любящая жена мужа, пришедшего с тяжелой работы, как заботливая мать, принимающая в гостях своего выросшего сына. Я в таких местах бывала только когда еще Серый был на коне и позволял себе красоваться и петушиться передо мной. Еще до того, как он стал это проделывать перед своей любовницей.

– Оля, о чем вы задумались? Вы так пристально на меня смотрите и молчите. И ничего не едите, почему?

– Не хочется. – Воспоминания о Сергее меня расстроили. Почему я теперь должна просить милости у Руслана, почему я все время должна выглядеть жалко в его глазах? Я чуть не расплакалась.

– О Господи, да что с вами такое? Только не надо плакать? Вы не можете платить? – он подсел ко мне на диванчик, обнял и начал как-то так хорошо успокаивать, что я и в самом деле разрыдалась и принялась комкая и путаясь, излагать ему все мои злоключения.

– И в Инкорсе меня обидели и увалили. В САИНе украли идею и не хотели заплатить. Все только и норовят укусить побольнее. И с Мотькой я разругалась, а ведь мы дружили с третьего класса!

– Ш-ш-ш, – укачивал и баюкал меня Руслан.

– И Вы мне не позвонили. А я ждала, как дура, – брякнула я. Никогда я ничего не могу хорошего сказать о моем языке. Одни от него сплошные подставы.

– Я вам звонил. Не застал. А потом, с весны у меня шел тяжелый развод с женой. И летом, после того, как она отсудила себе мою квартиру, которую я заработал тяжким трудом, мое стремление звонить кому бы то ни было пропало.

– А почему отсудила? Она поймала вас на измене?

– Откуда вы взяли, – засмеялся он. – Это в Америке имеет значение причина развода. У нас достаточно нахождение в зоне законных отношений и все – дели имущество пополам. Мало того, что я десять лет пер ее, оплачивая ее фитнесс-клубы, солярии и массажи. А она за это не удосужилась мне даже ребенка родить. Я ей предложил нормальный вариант, но она затеяла суд, наняла адвокатов и откусила себе все, что только было возможно.

– Да, после такого я бы ограничилась резиновой куклой.

– Вы потрясающая, – расхохотался он. – И вы правда ждали моего звонка?

– Нет, конечно, – улыбнулась я. – Разве может приличная девушка думать о таких глупостях? Тем более, приличная девушка с такими долгами!

– А кстати, что вы от меня хотели. Ведь не только выслушать оду моей хваткой женушке?

– Я хотела просить вас приостановить платежи. На год, хотя бы, а лучше на три.

– Зачем?

– Я открываю фирму. И все имеющиеся у меня деньги, включая те, что идут от аренды, нужны для раскрутки.

– Забавно… А я так понял, что у вас все плохо. Вы же только что рыдали на эту тему.

– Я рыдала на тему «Как неправильно устроен мир». А у меня все неплохо. Я скопила двенадцать тысяч. Вот и решила, что раз уж так получилось, что у меня есть мозги на плечах, то не стоит больше позволять пользоваться этими мозгами кому попало.

– Двенадцать тысяч! Вот это да, – восхищенно присвистнул Руслан. Я покраснела от удовольствия.

– И как вам это удалось?

– Очень просто, – хихикнула я и рассказала, как именно просто. Все-все, и как украла, и как задумала. И почему тоже. С особым удовольствием передала сцену с Молотовой у меня дома.

– Ну вы даете. А говорить, что мир устроен не правильно. На самом деле просто в мире есть совсем немного людей, способных самостоятельно решать, что им принадлежит, а что нет. И похоже, что вы из них.

– Спасибо, конечно, но меня интересует только одно. Вы дадите мне отсрочку? – действительно, мне с его комплиментов не воду пить.

– Даже не сомневайтесь. Прямо сейчас поедем в банк и подпишем соглашение. Давно меня так никто не восхищал. Однако мы это сделаем, если вы примете мое приглашение.

– Какое? – заинтересовалась я.

– У меня дома живет очаровательный котик. Я хочу непременно вас с ним познакомить. Он тоже должен посмотреть на женщину, так спокойно кинувшую крупнейшую корпорацию по недвижимости.

– Какой котик? – растерялась я. – У вас есть друг?

– Ну да.

– Котик? – Боже, а вдруг он голубой? Это многое бы объяснило. А может, он предлагает групповуху?

– Именно. Такой пушистый персидский котик. Серый и очень добрый.

– А как зовут, – дезориентировалась окончательно я.

– Марсик.

– Вы что, меня зазываете к себе домой таким способом? – доперло до меня.

– Только чтобы познакомить вас с котом! – честно и серьезно сказал он, но глаза его смеялись. Просто хохотали эти его синющие глаза. Да, я так понимаю, он согласился дать мне рассрочку при условии вступления в интимные отношения. Вот глупенький, да в интимные отношения я с ним вступила бы и даром. А при определенных обстоятельствах еще и доплатила бы.

– Ну конечно, давайте познакомимся. Я обожаю котов, – отрапортовала я и мы поехали в банк.

На следующий день я отдала деньги за фирму. Мне досталось чудо с названием «Ковчег». Почему? Не спрашивайте, не отвечу. Это необъяснимо. Чтобы выбрать название самой, пришлось бы ждать регистрации месяц, а у готовых фирм, где недоставало только записи о хозяине, все названия были такими, что Ковчег показался мне оптимальным. Названия ООО «Консервант», ООО «Стройкомп», ООО «Игруша» меня не могли устроить однозначно. И кто только там их выдумывает. Впрочем, фирма – однодневка вполне может просуществовать под именем «Игруша». А вообще, после той посиделки в кабаке мои дела сдвинулись с мертвой точки. Как будто Руслан был точкой отсчета моих удач. Примерно в конце января мне позвонили неизвестные мне люди, сказали, что они от Ирины, той, которую я переселила в Мытищи. Они получили самые лестные рекомендации и хотят через меня продать свою квартиру. Я приехала к ним с документами моего новенького Ковчега и подписала обалденный договор. Квартира была большая, трехкомнатная, на Тишинке. Красивый дом желтого кирпича, раньше там на первом этаже располагалась престижная березка. При самых скромных процентах за продажу я получала там пять тысяч.

– Вас устроит такая комиссия? В больших агентствах будут брать больше.

– Мы в курсе, как работают большие агентства. И эти пять возьмут и пятнадцать сверху укроют.

– Именно так. Я вам гарантирую полную прозрачность расчетов. Любые контакты с покупателем, все, что захотите. Мне достаточно только оговоренных денег, тем более, они тоже весьма большие.

– В принципе, да, – не заспорили клиенты.

– И за них вы имеете право на самый лучший сервис. – На этом мы и сошлись. Я им лучший сервис, они мне пять штук. Я воспряла духом и дала объявление о наборе маклеров на работу. В принципе, мне нужен был всего один маклер, а точнее, человек, который решится стать мне правой рукой, ногой и прочими внутренними органами. Тот, кто возьмет на себя работы по созданию того самого сервиса в то время как я буду всеми правдами и неправдами искать нам клиентов. А пока этот человек-загадка еще не нашелся, я принялась искать офис. Мне нужен был не просто офис, а сочетание качеств, лучше всего описанное в Мэри Поппинс. Самый лучший офис самого небольшого размера в самом проходном месте в самом центре города за самые небольшие деньги. В конечном счете, мне нужно вызывать доверие у клиентов, не все будут такими заранее влюбленными как Иринины друзья. А что будет чувствовать клиент, если ему придется ехать на встречу со мной куда-то в Медведково или еще в какое-нибудь Южное Бутово. Рекламы офисов в газетах было море. Поначалу я обрадовалась и вздохнула с облегчением. Однако через пару дней я поняла, что разговоры:

– Здравствуйте, мне нужен офис. У вас есть?

– А как же. Большой или…

– Или.. Лучше всего из двух очень маленьких комнат на первом этаже в центре.

– Есть. Подъезжайте. – Я наподъезжалась за день просто до отвала. Оказалось, что им от меня надо только сто-двести баксов и все. Никаких офисов у них не было, они совали мне в руки длинный путаный список каких – то организаций, половины из которых не было вообще, а вторая половина либо все уже сдала триста лет назад, либо ласково предлагала мне офисы метров так трехсот общей площади всего за …Дальше шло невообразимое. Я разочарованно бросилась обратно к коллегам-риэлтерам из офисной недвижимости, выдавшим мне за мои деньги эту липу. Они и бровью не повели, забрали у меня этот список и дали другой, такой же, но с другими адресами. Я попыталась было возбухнуть.

– Мне не нужны ваши списки. Верните мои деньги, вы мне ничего не можете подобрать.

– А мы вам и не обещали ничего подобрать!

– Это как? – возмутилась я и принялась трясти договором.

– А вы внимательно читали договор? – злорадствовала коллега.

– Я его подписывала с ваших слов.

– Вы должны читать. Там написано, что мы обязаны предоставить вам данные из общегородской базы данных об офисной недвижимости. Мы вам их предоставили?

– Кого?

– Данные!

– Да разве это данные? Там же ничего нет!

– А мы не несем ответственности за то, что содержится в базе. Не мы ее создаем, – тут я взбесилась. Что ж такое? Куда не ткнешься, пытаются нагреть!

– Верните деньги.

– Нет.

– Тогда подберите офис, подходящий параметрам. Вы же говорили, что я посмотрю варианты. Я готова снять любой офис, хоть минимально отвечающий моим запросам.

– Подбор офиса стоит от трех тысяч долларов.

– Так, ну-ка, детка, веди сюда старшего менеджера. Можете накалывать продавцов сгущенки и обувных мастеров. Но я немного знакома с законом о защите прав потребителей и то, что я тут употребила, никак ему не соответствует. А не захотите отдать мои деньги миром, будет вам в ближайшее время что-то типа контрольной закупки. Я с нее еще больше заработаю, – всю эту тираду я выдала спокойно и тихо, переписывая со стенок данные о фирме, ее счете, фамилиях директора.

– Да, кстати, а Ваша фамилия как? – спросила я у девушки. Она растерялась. Я решила добавить.

– А почему мои денежки взяли долларами и без кассового аппарата? – после этого мне молча отдали мои двести баксов, отобрали договор и велели кланяться. Тут я поняла, что когда Сергей говорил мне:

– Олечка, зачем же ты пойдешь работать? Там все нервные, норовят друг друга подсидеть. Будут на тебя давить, ты разнервничаешься, ты же такая мягкая, не можешь никогда настоять на своем. Лучше сиди дома и отдавай себя детям. – Он был неправ. Дети – дело хорошее, но давить и добиваться своего у меня получается даже лучше, чем у него. И освоить законы бизнеса не труднее, чем шахматы. Не верь, не бойся, не проси. Просто и гениально. Чем дальше я лезла, тем больше мне нравилось.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю