355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Татьяна Серганова » Когда землю укроет снег » Текст книги (страница 11)
Когда землю укроет снег
  • Текст добавлен: 7 ноября 2017, 15:00

Текст книги "Когда землю укроет снег"


Автор книги: Татьяна Серганова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

ГЛАВА 12
Границы

Заклинание призыва тумана на самом деле не очень сложное. Но требует сил и очень большой скрупулезности. Превратить одну капельку воды в сотни тысяч мелких – процесс нудный и скучный. Потому что капелька для тумана нужна не одна, а еще миллион. И нельзя ошибаться и отвлекаться. А это сложно. Стихийная магия коварная, чуть-чуть сдвинешься в сторону – и надо начинать сначала.

Помню, на уроках по водной магии, когда мы изучали туман, парочка однокурсников так расстаралась, что испарила воду, другие, наоборот, заморозили. Признаюсь честно, у меня тоже не с первого раза получилось создать собственное туманное облачко.

Но сейчас все было по-другому.

Повинуясь моей воле, серая дымка поднялась из недр небольшого ручейка, в котором усталые путники всегда набирали воду, и двинулась сразу к подножью гор. Было очень трудно сдерживать себя и не подгонять туман, ускоряя движение. Моя поспешность могла плохо кончиться, и тогда пришлось бы начинать все сначала. А это лишнее время. Но как это приятно – осознавать свои мощь и силу.

Где-то на середине пути, когда до врагов оставалось метров триста, я выпустила хейдов, отдав им четкий приказ: обезвредить врагов любыми способами и защитить барса. Ведь знала, что он обязательно сунется в самое пекло.

Жаль, что я не могла видеть глазами своих питомцев. Это, наверное, было впечатляюще. А отправлять туда магические щупальца небезопасно. Сложно контролировать туман и делать что-то еще.

Но я примерно представляла, как это выглядит. Жуткий, непонятный туман, возникший словно ниоткуда. Он, медленно клубясь, подползал все ближе и ближе к растерянным людям. Наверное, сначала они не придали этому значения. Подумаешь, туман средь бела дня. Но спустя пару минут он стал гуще и практически застил глаза. Только тогда звероловы бросились к магам. Те, конечно же, сразу поняли, что это искусственно созданное явление природы, и попытались убрать, восстановить защиту. Или они заметили туман раньше людей? Хм… Неважно. Самое главное, что защиту они поставили, но слабенькую, против сил природы бесполезную… Как жаль, что и хейды являются силами природы и магии.

Наверное, это жутко – тишина, серая мгла, а потом вдруг полные ужаса крики, когда что-то хватает и тянет вверх… Первый, второй, третий. Мгновение – и эти вопли затихали. Звероловы хватались за оружие, амулеты и вертелись на месте, пытаясь найти источник опасности. И не видели ничего. Сама Богиня Смерти пришла к ним из тумана. И ее вызвала именно я.

Я вздрогнула от этих мыслей и невольно обхватила себя руками, пытаясь успокоиться.

Холодно не было, стало страшно… от собственных мыслей, от какого-то непонятного удовлетворения.

Надо было вновь попытаться настроиться на туман, а я не могла.

Трясло все сильнее.

Боги, во что же я превратилась? И главное – когда? И как?

Сила, магия и собственное величие… Все это затмило собственное я.

А как же сострадание, милосердие? Как же прощение? Разве я могу быть такой?

Но, уже проснувшись, злость не уходила. А, наоборот, подпитанная моими ужасом и паникой, стала набирать обороты, становясь все больше и больше, закрывая собой все чувства и эмоции. Одна сплошная злость. Да, теперь я прекрасно понимала, что чувствовали те маги, которым удавалось разбудить хейдов и склонить их на свою сторону. Такая власть, такое самомнение. Естественно, хотелось доказать всем и вся, насколько я сильна. Чтобы они тоже поразились и… подчинились?

Да, от этой мысли та темная и спящая часть души, о которой я толком и не подозревала, всколыхнулась и завибрировала, вытесняя все то светлое, что было во мне.

Вот она, обратная сторона силы, когда не ты управляешь магией, а она движет тобой.

Склонить их всех, заставить признать сильнейшей и могущественнейшей. Стать одной из элиты, без этого подобострастного служения Верховному магу. Да что мне какой-то Верховный, у него нет хейдов. А у меня есть. От новой мысли я чуть не рассмеялась. Свергнуть его!!! Да, свергнуть и заставить чистить мои башмаки. На большее этот старый дурак не способен.

Как же это приятно – быть такой. Без лишних и ненужных эмоций, которые так мешали наслаждаться полученными возможностями.

Тряхнула волосами и счастливо улыбнулась, разводя руки в стороны и призывая своих птичек назад. У нас же столько работы впереди.

– Миа! – раздалось сзади.

– О, котик, – промурлыкала я и облизнулась. – Иди сюда, киса.

Барс поизучал меня секунд тридцать, потом обольстительно хмыкнул, отчего у меня мурашки по телу пробежали и участилось дыхание, и принял человеческий облик.

Я чуть слюной не захлебнулась, рассматривая его шикарную обнаженную фигуру. Вот это мужчина. Какие плечи, грудь, талия, и то, что пониже, очень даже ничего. Тогда, в пещере, я не могла особо рассмотреть его во всей красе, но теперь все было иначе.

– Не замерзнешь?

– А ты меня согрей.

Мм, это становится интереснее. И о чем я только раньше думала? Такой мужчина рядом ходит, а я строила из себя невинность и краснела, как идиотка. Надо брать, пока он тепленький. Великая ведьма и ее ручной барс. А что? Звучит.

– Котик соскучился?

– Очень, – хмыкнул он, подходя ближе и, властно схватив за талию, прижал к себе. – А ты скучала, ведьма?

– Может быть, – прошептала в ответ и потянулась к его губам.

Наивная дура. Только на секунду расслабилась, а он резко сжал мою шею, сдавил, нажав на какие-то точки, я отключилась, так и не успев должным образом среагировать.

Ирбис

Эта атака просто по определению должна была пройти легко. Сильная ведьма призвала туман, который дезориентировал врагов, хейды бы нагнали ужаса и ликвидировали бы парочку, а сам Снежный проследил бы за этим всем. Соваться в гущу событий барс не собирался. Не потому, что он трус и предпочитал отсиживаться, пока остальные рискуют. Просто не видел в этом смысла. Для начала маги поставили вокруг защиту. Миа об этом говорила. Но и сам Снежный это чувствовал. Стоило подойти к ней ближе чем на пару метров, как у него зудела кожа и слегка приподнималась шерсть на загривке. Защита, конечно, была слабенькой, но биться о нее ради собственной значимости не хотелось. Во-вторых, ну пробьется он через защиту, и что дальше? В каком барс будет состоянии, и будет ли он вообще способен хоть на что-то? Вряд ли.

Поэтому он и замер в ближайших кустах, ожидая начала событий.

Туман появился минут через пять. Густой, серый и весьма впечатляющий. Даже его, бывалого перевертыша, такая мгла немного вывела из равновесия. Что уж говорить о звероловах и магах. Они бегали по полянке, а колдуны пытались с помощью своих способностей остановить серую мглу. Но не получалось. Либо растерялись от неожиданности, либо Миа действительно очень сильна. Эта мысль отчего-то больно царапнула и заставила затаить дыхание. Словно Ирбис забыл что-то, упустил какой-то важный момент. Но как ни пытался сосредоточиться, так и не понял, где и что пропустил.

А тем временем туман накрыл стоянку плотным облаком, и наступила тишина, лишь изредка раздавались встревоженные голоса звероловов и ругань магов, которые все пытались обуздать стихию и не могли.

Ирбис затаил дыхание. Вот сейчас… Еще чуть-чуть.

Первый вопль в тишине, полный ужаса и боли, следом второй, третий. Люди кричали, бегали, натыкаясь друг на друга, хватались за оружие, пытаясь понять, откуда исходит угроза. Это было по-настоящему жутко. Не было сил не то что смотреть, а просто слушать предсмертные вопли звероловов. Да, они были врагами, но всему же есть предел.

Барс выполз из своего убежища и поднялся на лапы, в последний раз оглядывая место бойни. Даже со своим звериным зрением он не мог полностью увидеть, что там происходит, и был даже этому рад. Но именно в этот момент Снежный вдруг понял, что что-то пошло не так.

Жуткий туман внезапно стал бледнеть, сворачиваться в клубы и редеть. Либо маги нашли способ противостоять ему, либо…

Миа!

Он бежал назад изо всех сил, не чувствуя земли под ногами. Просто несся сломя голову, потому что страх за эту темноглазую ведьму змеиным клубком свернулся внутри и медленно травил сознание.

Миа, глупая девчонка, что же ты опять натворила?

«Магическая лихорадка».

Он с трудом сдержался, чтобы не зарычать от боли и гнева (еще неизвестно, чего было больше). Ведь должен был догадаться, что после столь длительного контакта с сырой магией она получила не только хейдов, но и расширенный резерв. И, судя по количеству черных искр, что кружили вокруг нее, пока девушка с жуткой улыбкой на губах кружилась на месте, отхватила она немало.

Ведь должен был знать, должен. Не потому, что перевертыш и такой весь умный. Нет. Там, в другой жизни, родители прочно вбили в него основные правила выживания. Ведь ему, пусть и второму сыну, тоже грозила магическая лихорадка. Слишком сильными они были и слишком многое должны были получить. Так что все симптомы Ирбис знал отлично. Очевидно, стресс, волнение и шок сыграли свою роль, и Миа не могла противиться силе. Страшно даже подумать, что одурманенная властью девушка может натворить в таком состоянии.

Сейчас главное – ее отвлечь и подобраться как можно ближе. Как вырубить мага под магической лихорадкой? Хороший вопрос. Решим на месте. Главное сейчас – подойти ближе.

– Миа!

Обернулась. Еще более бледная и жуткая в своей нечеловеческой красоте.

– О, котик, – прошептала девушка, провокационно облизывая алые губы. При виде ее розового язычка у него перехватило дыхание. Хороша ведьма. – Иди сюда, киса.

Пара секунд на то, чтобы отдышаться и вернуться в человеческий облик. Жадный взгляд скользнул по телу, остановившись на бедрах. Черные как ночь глаза предвкушающе загорелись.

Боги, он, конечно, хотел, чтобы Миа на него так смотрела и так плотоядно улыбалась, но желательно, чтобы она оставалась сама собой, а не свихнувшейся ведьмой. Хотя соблазн так велик…

– Не замерзнешь?

– А ты меня согрей.

– Котик соскучился?

«Ты себе даже не представляешь насколько. Смотрю на тебя и вижу ту страстную ведьму, что так пылко отвечала на каждое прикосновение, что стонала и кричала в моих руках».

– Очень, – не спеша подошел к ней и привлек к себе, обнимая за тонкую талию. Гибкая, статная и такая ароматная, что хотелось поддаться инстинктам и уложить ее на жухлую траву прямо здесь и сейчас. – А ты скучала, ведьма?

– Может быть, – прошептала та и стала приближаться с явным намерением поцеловать его.

А вот и шанс.

Осторожно провел по шее, наслаждаясь мягкостью кожи и… быстрое движение, и Миа обмякла в его руках.

Несколько секунд перевертыш просто стоял, наслаждаясь тяжестью и теплом податливого женского тела. Любуясь чертами лица, изящной линией скул, припухлыми губами.

Когда же он успел так привязаться к ней? Гордая, независимая девчонка, которая вечно попадает в неприятности. Ведьма, что не побоялась пойти против всех ради спасения ребенка. Была бы Миа просто такой, как все маги, все было бы намного проще и легче. Для всех…

– Но ты другая, – шепнул Снежный, обдавая ее губы горячим дыханием, зная, что она все равно не услышит. – И я не знаю, как с этим быть…

Секунды складывались в минуты. Перевертыш простоял бы и дольше, но неожиданный шум привлек его внимание. Прижав девушку к себе, Ирбис быстро обернулся и застыл.

Страшные и жуткие белесые глаза, что даже у него вызывали если не страх, то беспокойство, и полное отсутствие каких-либо эмоций. Ни ненависти, ни страха, ни злобы – ничего. Лишь пустота. И эта пустота нервировала больше всего. Снежный рефлекторно дернулся, но все-таки устоял на месте, внимательно всматриваясь в птиц, в поисках малейшего признака агрессии. Готовый в любой момент… Что?

Вот он стоит, совершенно голый и беззащитный, да еще и в человеческой ипостаси. А их пять, и это не просто магические птички. Это истинные хейды, чью хозяйку Снежный сейчас держал в своих руках.

Так и хотелось сказать:

– Эй, это не то, что вы подумали.

Угу, как же. Как раз самое то. Миа без сознания, и виноват в этом Снежный.

Ручеек липкого пота противно сполз по позвоночнику, вызывая неконтролируемый озноб. Прошло уже больше минуты, а хейды не делали никаких попыток напасть. Все так же молча смотрели и не двигались. Если сразу не напали, значит, есть шанс, что и вовсе не нападут.

«Скорее всего, Миа отдала приказ защищать не только меня, но и себя, – внезапно понял мужчина. – Эта юная ведьма, скорее всего, предусмотрела и это. А так как угрозы в данный момент для хозяйки в моем лице они не видят, то опасности нет. Прилетели бы они на пять минут раньше, все могло бы быть по-другому».

Снова взглянул на неподвижную девушку в своих объятьях, на ее спокойное и даже умиротворенное лицо. Сколько еще она пробудет без сознания? И что будет, когда очнется? Явно ничего хорошего, особенно для него. Значит, надо спешить.

Самое быстрое и эффективное средство против магической лихорадки – блокирующие артефакты. Конечно, излечить пациента они не смогут, но симптомы снимут. А это сейчас самое главное. Разговаривать с разумной Миа гораздо проще, чем с алчной ведьмой. Вопреки бытующему мнению, перевертыши крайне редко убивали магов. Только в самых крайних случаях, когда выхода уже не было. Они просто обезвреживали их с помощью тех же блокировок. Запас таких артефактов они всегда брали с собой в поход. Вот только проблема была в том, что они остались среди вещей.

Ирбис аккуратно уложил девушку на траву, очертил подушечками пальцев ореол девичьего лица и быстро обернулся в барса. Оставлять Миа просто так Снежный не мог – придет в себя, и тогда пиши пропало, больше она его к себе не подпустит. Брать с собой тоже нельзя. Он просто ее не довезет. Отдать приказ хейдам на транспортировку хозяйки Ирбис был не в состоянии. Все равно создания сырой магии его не послушают.

Значит, оставался только один выход – позвать Яроша. Перевертыш должен был идти впереди основной группы. Оставалось надеяться, что он недалеко и услышит зов командира их маленького отряда.

Барс еще раз глянул на неподвижную девушку и выбежал на тропу. Слегка повел ушами, прислушиваясь к осеннему лесу. Еще неизвестно, что стало с теми звероловами. Вдруг они уже опомнились и идут им навстречу.

Слава богам, перевертыши все-таки были магами и кое-что умели. Пусть их способности были крайне слабыми и, можно сказать, практически бесполезными, но сейчас они были нужны как никогда.

Ирбис мог посылать короткие приказы своим людям. Правда, радиус действия был небольшой – всего пара километров, а сил данное действие забирало немало.

«Ярош! Сюда! Блоки! Быстро!!!» – всего лишь четыре коротких слова, а Снежный едва мог дышать, припадая на лапы и фыркая от жуткой головной боли, что буквально разрывала его на части. Перед глазами все плыло. Оставалось надеяться, что тот его услышал. На вторую попытку Ирбис был не способен. Спотыкаясь и едва держась на ногах, он вернулся к Миа, лег рядом с ней, согревая своим теплом. Теперь оставалось только ждать и молить богов, чтобы девушка не очнулась прежде, чем прибудет помощь.

Миа

Первое, что я почувствовала, когда проснулась, – это страшная усталость и ломота во всем теле. Словно меня силком километр протащили по ухабам и камням. Было ощущение, что болели даже волосы. Не открывая глаза, привычно потянулась к резерву, чтобы хоть немного прийти в себя…

И пусто… Ни капли магии. Совсем, даже отголоска былого могущества. И тишина внутри такая, что аж звенело все.

Это как? Почему? Где моя сила?

Распахнув глаза, посмотрела на серое небо над головой и тяжелые тучи.

– Очнулась? – тихо проурчал рядом Ирбис и склонил надо мной свою мохнатую морду. – Как самочувствие?

– Что произошло? – прохрипела я в ответ и попыталась сесть.

Не получилось даже приподнять голову. В затылке заломило так сильно, что слезы на глазах выступили. Застонала, кусая губы и замирая от ожидания нового приступа.

– А что ты помнишь? – продрался сквозь всполохи боли заинтересованный голос перевертыша.

Что я помнила? Надо подумать.

Его помнила. Почему-то совершенно обнаженным, с литыми мышцами на груди, эффектными кубиками на животе и весьма впечатляющим мужским достоинством… М-да, последняя часть тела вызвала учащенное сердцебиение, даже голова перестала болеть. Надеюсь, Ирбис спишет вспыхнувший на щеках румянец на мое самочувствие. Так вот, я помнила голого Снежного, что, совершенно не таясь, шел ко мне из леса с порочной улыбкой на губах и яркими озорными бликами в серых глазах.

Я так сильно хотела его, что во рту все пересохло от желания коснуться. Вот Ирбис подошел совсем близко, обхватил своей лапищей и потянулся к губам. Сладкий и такой пьянящий аромат мужского тела, от которого кружилась голова. И предвкушение большего.

А дальше все оборвалось.

Хм… Это же не может быть воспоминанием. Скорее, данный отрывок больше похож на сон. Сладкий такой, порочный и запретный. Подсознательное желание заполучить этого барса в свою постель, и ничего больше. Но тогда отчего же память услужливо подсовывает этот отрывок как воспоминание? Или я так сильно стукнулась головой, что не могу отличить, где сон, а где реальность?

Открыв глаза, осторожно взглянула на него. Да разве на этой морде можно угадать какие-либо эмоции? Он и в человеческой-то ипостаси не особо читался, а сейчас тем более. Только серебристо-серые глаза так пристально смотрят, словно хотят заглянуть в саму душу. И что мне делать? Спросить у него, была ли эта картинка на самом деле? А если нет? Я же со стыда сгорю.

Снова закрыла глаза и глубоко вздохнула, прогоняя боль и усталость и пытаясь разобраться в собственном сознании, что сейчас словно черной дымкой заволокло.

Это не может быть правдой. Не только потому, что Ирбис был там такой невероятно сексуальный, яркий и симпатичный. Просто я сама не могла себя вести так развязно. Но именно эта последняя мысль заставила насторожиться и нахмуриться, пытаясь потянуть за ниточку ускользающего воспоминания.

Я с трудом двигалась, едва не теряла сознание от боли и усталости и не могла достучаться до собственного резерва по двум причинам – перегорела или его заблокировали. Конечно, второй вариант предпочтительнее и более похож на правду. Для того чтобы перегореть, мне надо было очень сильно выдохнуться, а в той последней картинке воспоминания я не выглядела уставшей и измученной. Наоборот, казалась очень сильной. Но тогда блокировка артефактом. Но для чего? Что я такого могла сделать, что Ирбис (а я не сомневалась, что это он) перекрыл мне доступ к магии?

Внезапно, не выдержав натиска, дымка забвения рассеялась, явив моему взору все то, что так тщательно прятало сознание.

Власть, сила, тщеславие. О да, я отчетливо вспомнила это ощущение своей значимости и могущества. А также ненависти к остальным.

– О боги, – прохрипела едва слышно. Еще бы чуть-чуть, и начала биться затылком о землю, на которой лежала.

– Вспомнила.

– Магическая лихорадка, – прошептала пораженно.

– Совершенно верно. Оказывается, ты не только хейдов прихватила с собой, ты еще значительно резерв увеличила.

– Артефакт блокировки? – Глаза все-таки пришлось открыть.

Не могла же я вечно притворяться трупом, отказываясь смотреть ему в глаза. Вот отчего я ничего не чувствовала, он просто закрыл мне любой доступ к магии.

– Совершенно верно, – кивнул Снежный.

– Откуда?

– Надо же нам как-то обезвреживать магов.

Кивнула и вновь взглянула на серое небо надо мной.

Великая Миа Солнечная, лучшая ученица Хмурой, умудрилась прозевать магическую лихорадку. И какая я после этого ведьма? Так, жалкая неудачница. Оправдания не считаются. Я должна была понять и принять меры.

Считается, что резерв мага полностью раскрывается во время инициации. Так, собственно, и есть. Но есть небольшие исключения, которые еще больше подтверждают правило. Иногда резерв раскрывается не полностью, у него есть небольшое дополнительное ответвление, как скрытый кармашек. Считается, что данное свойство врожденное и передается из поколения в поколение только у сильных магов. Поэтому и обладает таким свойством только знать. Иногда стресс, потрясение или состояние на краю гибели может способствовать формированию такой аномалии. Я впервые услышала об этом только в Академии. Нам, плебеям, что жили на задворках Империи, такое знать не надо было. А вот одаренным магам стоило.

За пять лет учебы сама лично знала трех студентов, которые открыли в себе новые способности – практика у каждого из счастливчиков была очень впечатляющей, и они едва не погибли. Выходит, в связи с обращением к сырой магии у меня тоже расширился резерв. Но тогда возникает другой вопрос. Откуда об этом узнал Ирбис? Он был еще слишком юн, чтобы учиться в Академии…

Высший лорд? Один из элиты? Тогда это многое бы объясняло. То, что за ним охотился целый отряд, и колоссальная сумма вознаграждения за поимку. Его знания, манера поведения. Я ведь бессознательно отмечала его жесты и мимику, списывая все на власть командира отряда. А выходит, на самом деле Снежный – из благородных. Каково это, быть частью сильнейших Империи, а через мгновение стать никем?

– Что стало со звероловами? – тихо спросила и вновь попыталась сесть.

Получилось, но не с первого раза. Голова уже не так сильно болела, но закружилась, стоило лишь слегка приподняться на локтях. Все замелькало перед глазами, и небо с землей сделали кульбит, на секунду поменявшись местами. Пришлось опереться о ствол дерева, что росло рядом. В вертикальном положении было значительно лучше, но как же я ненавидела чувствовать себя беспомощной. Сесть-то смогла, но вот встать вряд ли получится. Пара секунд понадобилась, чтобы слегка отдышаться. Опустив глаза, увидела у себя на шее небольшой амулет, что безобразным черным пятном четко выделялся на белой рубашке. А вот и блокировка. Такая крохотная вещица, а спасла от сумасшествия.

Барс внимательно следил за моими телодвижениями, видно было, что он готов в любой момент прийти на помощь. Но я пока справлялась сама.

– Трудно сказать, что стало с ними. Как только туман стал рассеиваться, я бросился сюда, следом прилетели хейды.

Захотелось выругаться или биться затылком о шершавую кору дерева. Вовремя же меня лихорадка свалила, ничего не скажешь.

– Они могут прийти сюда?

– Могут, – совершенно спокойно отозвался барс. – И, скорее всего, придут.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

– А мой крик и гнев что-то изменят? Это звероловы, а они не отсиживаются в кустах, ожидая нового нападения. Нет, они придут сюда, пытаясь узнать, кто же посмел напасть на них.

Вот и как с ним спорить? Даже злость на саму себя выплеснуть не получилось. И от этого противно еще больше. Не барс же виноват в том, что я не смогла определить симптомы магической лихорадки. Мне было бы легче, если бы он отругал меня или поиздевался. Но Снежный просто молчал, предоставляя мне право истязать себя самостоятельно.

Отведя глаза в сторону, посмотрела на хейдов, что терпеливо сидели в сторонке. Вот же бесчувственные создания.

– Как давно я без сознания?

– Минут пятнадцать – двадцать.

– И что теперь делать? – спросила, вновь повернувшись к нему.

– Теперь? А теперь надо, чтобы ты велела своим птичкам разведать обстановку и определить, что стало со звероловами и магами. Как далеко они от нас.

Как же хотелось рявкнуть на него: «Как? Я же совсем без сил». Но это было бы неправдой. Сила у меня осталась, и хейды чувствовали ее, вот только она была заперта.

Интересно, если я позову их, они подойдут?

Подошли, склонили головы, позволив коснуться себя. Магии я не почувствовала, лишь приятный холод, что покалывал чувствительные подушечки пальцев. Захотелось зарыться пальцами еще сильнее и попытаться ощутить хоть малейший отголосок скрытой от меня силы. Как же противно было ощущать себя беспомощной и обычной. Опять подумалось, как же тяжело было Ирбису в одно мгновение потерять все и стать перевертышем. Я лишилась магии на время, а он, Джек и остальные – навсегда.

– Что мне им приказать? – тихо спросила у Снежного, рассматривая невероятно красивое оперение магических созданий.

Голова еще плохо соображала, и мысли путались. Опять начало подташнивать, и противный ком подкатил к самому горлу.

– Прикажи одному охранять тебя, а остальным сражаться, – неожиданно сухо ответил тот.

Резко обернулась и увидела, что перевертыш вскочил и весь подобрался, вглядываясь в молчаливый осенний лес. Но это для меня он был молчаливый, а Снежный, похоже, что-то услышал.

Звероловы? Быстро же они оправились.

Вновь повернулась к хейдам и быстро произнесла:

– Защищать меня и перевертыша… Слушайтесь его во всем.

Вот и как узнать, поняли они меня или нет? Глаза оставались совершенно холодными, безэмоциональными и пустыми.

– Миа, – привлек мое внимание Ирбис. – Что бы ни случилось, как бы сильно тебе этого ни хотелось, но не снимай амулет. Ты поняла меня?

– Да. Я понимаю.

Что я, совсем глупая?

Но стало страшно. Не за себя, за него.

– Ирбис!

Обернулся.

– Будь осторожен, – тихо прошептала, зная, что он услышит.

Секундный обмен взглядами, от которого замерло сердце, и неприятный холодок пробежал по позвоночнику. А после перевертыш фыркнул и продолжил путь, вставая прямо посреди тропы. Беззвучно взмыли в небо три хейда, два остались рядом со мной.

Последние мгновения тишины. Но я тоже слышала шаги приближающихся звероловов и их резкие разговоры. Они даже не думали скрываться.

Боги, помогите и защитите нас.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю