Текст книги "Не доверяй эльфам! (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гуркало
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Смотреть нужно в правильную сторону!
– У нас две королевы! – выдохнул лучший из королевских пророков и уставился на Аталаро большими, круглыми глазами, словно сам не мог поверить в то, что увидел в своем пророческом сне, на который так долго настраивался.
– Две? – переспросил красноперчаточник.
– Две, – подтвердил пророк и стал светло улыбаться.
– Ладно, – выдохнул несчастный владелец алой перчатки, отбросив мысли о том, как будет радовать этим видением владыку Леса. Он ведь отлично понимал, откуда могла взяться вторая королева. Знал тайну ее рода, знал о ее способностях и о глубоко спрятанном в этой женщине авантюризме. Настолько глубоко, что вылезал от из своего укрытия крайне редко, но уж если вылезет… – Ладно, две, так две, а с белолицыми что?
– Что? – явно удивился не отошедший от своей подготовки пророк. – Что… Один под землей, но его обманули и он на самом деле ничего не знает. Поэтому и солгать не может.
Аталаро нахмурился и попытался мысленно перевести сказанное на человеческий язык. Получалось так себе. Но то, что переговорщик мог не лгать только из-за того, что понятия не имел что на самом деле задумал его правитель или кто у них там главный – вполне логично.
– Еще! – потребовал он, а то пророк стал как-то подозрительно моргать, словно вот-вот уснет.
– Еще? – задумчиво переспросил он, зевнул и сказал так, словно сам в свои слова не мог поверить. – Еще они строят коридор, чтобы легко прошли только там.
– Куда коридор?!
– Не знаю, – удивленно сказал пророк. – Я видел карту, а у них странные карты, стороны непонятны. И они пойдут по коридору!
– Кто?!
– Враги, пока не наши, – ответил пророк, а потом осел в своем кресле и захрапел.
Аталаро честно попытался его разбудить, но проще было разрушить крепостную стену, бодая ее собственной головой. Поэтому красноперчаточник плюнул, огляделся, а потом пошел к человеку, умеющему нестандартно мыслить. Хотя да, в глубине души он ни капельки не сомневался, что коридор строят нехорошие белолицые и вести он будет прямо на земли несговорчивых эльфов.
А пророка можно будет еще потом распросить, когда он выспится. А то бедолага почти двое суток не спал, все готовился, и только для того, чтобы с полминуты на что-то посмотреть, что-то, чего не касались эльфы. А это похоже, очень сложно. Вот когда будущее касается исключительно эльфов, для пророков все просто, видений даже чересчур много.
Беседка была старая, торчала фактически посреди двора, потому что большую часть древнего сада давно застроили разросшимися крыльями дворца, зато из нее открывался отличный вид во все стороны. Да и сидящих было неплохо видно. В общем, хорошее место, если хочешь, чтобы тебя быстро нашли и при этом не ломились в двери твоих комнат.
В беседке сейчас сидели трое: Яфин, Риви и грустный красноперчаточник, тихо рассказывавший о возникшей проблеме.
Яфин, выслушав жалобы Аталаро на то, что пророки, когда нужно увидеть будущее, к которому готовятся белолицые, видят совсем мало, негромко хмыкнул. Потом посмотрел на свою загадочно улыбающуюся аспирантку. Потом на дерево.
Красноперчаточник даже неловко себя почувствовал, словно был идиотом, не заметившим чего-то очевидного.
– Проблема именно в том, что они не видят будущего белолицых? – спросил Яфин задумчиво и перевел взгляд на странную парочку, тихо спорящую под ближайшим деревом. – Кстати, хочешь свежий анекдот? Вон те типы под дубом пришли спасать остатки чести Риви, путем битья моей распутной морды. Теперь не могут определиться, кто будет спасать ее первым. А то вдруг спасет, и окажется, что второй зря приходил, потому что жена достанется первому спасшему.
Красноперчаточник невольно хихикнул и одарил парочку под деревом многообещающим взглядом – очень уж ему хотелось найти тех несчастных, которые будут сидеть в башне Игла и считать перелетных птиц. Добровольно туда никто не пойдет, а то ведь от скуки спиться можно. А посылать ни в чем не повинных стражей ни у кого рука не поднималась.
Потом вздохнул и признался:
– Да, наши пророки видят будущее белолицых гораздо хуже, чем людей с твоего материка. Так что дело точно не в расстоянии.
Яфин хмыкнул.
– Боги, Риви, вот посмотри на умного человека, зациклившегося на врагах, и никогда так не делай! – велел довольно громко, аж спорщики под деревом оглянулись.
Риви добросовестно посмотрела, изображая идеальную ученицу.
– Что я делаю не так? – мрачно спросил Аталаро, чувствуя, что реально ведь чего-то очевидного не видит, а это особенно обидно для профессионала.
– Тебя действительно интересует их будущее? – спросил Яфин. – Я бы на их будущее плюнул, пускай себе хоть в белых крыс превращаются, особо умных, но явно не разумных. Кстати, мир на них влияет. Вы просто не замечаете. Потому что живете близко. Но отец Риви показал мне один кристалл. Старый. Там кто-то из его семьи, он стражем Леса был, на границе, сумел записать как трое белолицых о чем-то говорят и указывают руками в сторону земли эльфов.
– И что? – спросил Аталаро.
– И все. Если обратить внимание на эти высокие сорняки с кисточками, которые у вас везде растут, и посмотреть на наших переговорщиков на их же фоне, я на двоих уже посмотрел, то можно заметить, что они стали ниже. Значительно. Если предположить, что просто к вам заслали каких-то карликов, то стоит обратить внимание на то, как укоротились у них пальцы, что форма головы явно поменялась, черты лица в кучку сбежались… а ведь сменилось совсем немного поколений…
– Ладно, – устало выдохнул Аталаро, понимая, что все-таки не любит разных гениев. – Еще через семь поколений они станут тупыми карликами, неспособными держать в руках даже ложку. Демоны с ними. А сейчас нам что делать?!
– Да на свое будущее смотреть, болван! – звонко сказала Риви. А потом нервно хихикнула. Не привыкла бедная высоких сановников болванами обзывать.
– Что-то я заработался, – признался Аталаро. – Действительно, почему бы не посмотреть, чем нам грозит их будущее?
Все еще спорящую парочку под деревом тем временем аккуратно, по дуге обошел еще один молодой и, наверное, холостой мужчина и застыл под другим деревом, видимо не решившись бросаться вызовами в присутствии целого красноперчаточника.
– Ладно, пойду я, а то тут вас развлечь хотят, а я мешаю.
И главное, сразу встал и ушел.
– Ну, что, ученица, будем развлекаться? – спросил Яфин, наблюдая за тем, как третий из претендентов на уже окольцованную девушку ускоряет шаг, пока спорящая парочка не заметила его.
– Естественно. Обожаю развлекаться за чужой счет.
– Главное, не кричи, а то претенденты быстро закончатся.
– Не буду, – торжественно пообещала Риви, хотя понятия не имела, зачем Яфину выставить дураками как можно больше эльфов. Рыбалка в любом случае дело интересное. А именно рыбаком она сейчас себя ощущала, и первая рыбина уже почти подошла к берегу.
– Вот неразумная, – сказала девушка и ласково улыбнулась претенденту в мужья, он от неожиданности аж споткнулся. А потом заулыбался в ответ. Видимо вообразил, что девушка жаждет спасения и будет благодарна ему по гроб жизни.
Бросить вызов – тоже искусство
Эльф то ли был очень хорошим актером, то ли его возмущение было искренним, но он горел и пылал. Он стоял в гордой позе, хоть памятник легендарному герою с него ваяй. Он протягивал вперед руку, поднимая ладонь вверх, словно пытался всучить Яфину огонь праведности, горящий в сердце (ну, по его же словам), но что-то не срабатывало и огонь в ладонь из сердца не перетекал. Он хватался за оголовье меча, неудачное, надо сказать, хоть и красивое. Кто вообще венчает рукоять головой орла с раскрытым клювом, даже по виду острым? Нет, если планировалось бить этим клювом врагов в лицо, то смысл еще был. Но меч с виду был длинноват для подобных выпадов, и пока что именно хозяин на этот клюв ладонью натыкался, одергивал ее и явно смущался, ловя себя на этом.
– Чудик какой-то, несчастье ходячее, – прошептала дева, честь которой пришел спасать Ильхарье То Висариеин вооружившись этим самым мечом.
– Молчи, женщина, не сбивай человеку настрой, – строго потребовал Яфин, причем, гораздо громче, чем говорила Риви.
Эльф возмущенно поджал губы, а потом тряхнул головой с красивой, струящейся, светловолосой прической до лопаток, напомнив этим жестом лошадь, и продолжил обличительную речь. Говорить он вообще любил. На речь он уже угробил минут пятнадцать и останавливаться не собирался. На него уже неодобрительно смотрела все-таки выяснившая свои отношения парочка под дубом. А наглый Яфин даже что-то записал в свой блокнотик. Наверное, собирался стыдить при помощи эльфийских речей нерадивых студентусов.
Ну, или заговаривать зубы какому-то проверяющему.
Или очередной мамочке, притащившей суперталантливое дитя в школу, в уверенности, что его прямо с порога можно определить в природные маги, попутно обеспечив магистерским званием и очень прибыльной работой. Мамочки подобные высокопарные речи вообще любили.
– Может мне пойти погулять пока он говорит? – спросила Риви, когда обличительная речь эльфа перевалила за двадцать минут и стала приближаться к половине часа.
За это время Яфин узнал о себе столько всего интересного, что впору было пойти и спрыгнуть с ближайшей скалы, чтобы избавить мир от подобного зла. Жалко, что ближайшая подходящая находилась на территории белолицых. А то он бы сходил, полюбовался, примерился и когда вернулся, может претендент на Риви как раз бы выговорился. По словам эльфа получалось, что Яфин позорит достойных девушек направо и налево, причем так, что они этого даже не замечают. На что природник обиделся немного и спросил у аспирантки, замечает ли она, но в ответ получил загадочное хихиканье. Еще оказалось, что само присутствие Яфина в этом мире бросает тень на все великие эльфийские рода. Впору было гордиться своей тенью, великих родов у эльфов куча, каждый второй. Для величия рода даже не обязательно было иметь острые кончики ушей, главное, чтобы предки догадались завести специальную книгу и не забывали туда записывать свои подвиги, а потом время от времени зачитывать кому-то эти мемуары. Кроме этого, Яфин оказался трусом, который прячется и не дает в себя плюнуть. Но тут уже природник не выдержал и предложил проделать это прямо сейчас. Эльф, правда, отказался, мол, до праздника плевания в портрет еще далеко, а плеваться просто так некрасиво.
– Зануда, – обозвала эльфа Риви.
А Яфин демонстративно зевнул и попросил несчастного оратора закругляться и говорить зачем пришел. А то там за ним уже очередь образовалась. Да и у самого Яфина были дела.
Ильхарье То Висариеин посмотрел на него с таким возмущением, словно Яфин вдруг взял и без всяких праздников плюнул ему в лицо. Потом оглянулся и несколько секунд удивленно смотрел на парочку под дубом, пока они ему не помахали, мол, продолжай, мы еще немного подождем.
– Я вызываю! – сказал эльф, видимо действительно решив закруглиться. А то пользы говорить, если бесчестный природник не проявляет ни капельки уважения ко всем этим речам?
– Вызываешь? – приподнял бровь Яфин. Риви даже залюбовалась, а любой студентус Школы Стихий, увидев это, сразу бы понял, что говорит что-то не то, быстро собрался с мыслями, вспомнил даже то, что не знал, и с первой попытки сдал природу взаимодействия живого.
Эльф, к сожалению, студентусом не был и даже не подозревал, что приподнятая бровь, это подсказка от добрейшего на самом-то деле препода.
– Вызываю! – грозно повторился он.
Яфин печально вздохнул.
– Кого и куда?
Эльф, как раз пытавшийся что-то сказать, застыл с приоткрытым ртом и, видимо, обдумал вопрос.
– Тебя, – сказало подозрительно неуверенно и посмотрел аккурат между Риви я Яфином, девушке даже показалось, что к ней его взгляд был ближе.
Они переглянулись. Яфин пожал плечами. А Риви на всякий случай улыбнулась, а потом проказливо спросила:
– Меня?
– Нет! – мотнул головой эльф. – Его!
Но смотрел при этом опять же на Риви.
– У меня жук на голове, и вы желаете его героически зарубить? – тоном наивной овечки спросила Риви. А то что? Этот тип издевается над ними уже полчаса, хотя стандартную речь вызова любой нормальный человек уложит в две минуты максимум, и прямо-таки напрашивается чтобы поиздевались над ним в ответ. Ну, разве можно тут смолчать?
Эльф растерянно посмотрел на голову девушки, потом посмотрел ей в лицо. И взгляд у него был такой, что Риви сразу поняла – он вдруг осознал, что не желает жениться, особенно на ней.
– Риви, не распугивай претендентов, – едва слышно потребовал Яфин и доброжелательно улыбнулся посмотревшему на него эльфу. Опять же, точно, как студентусу, безнадежно запутавшемуся в своих выкладках, но пока не потерявшему желания бороться и все-таки сдать несговорчивый предмет. Яфин считал, что упорство нужно поддерживать.
И улыбка, похоже, помогла несчастному собраться с мыслями. Он глубоко вдохнул и выпалил:
– Я, Ильхарье То Висариеин, вызываю недостойного магистра Яфина Ласс, дабы защитить честь и достоинство девицы тэль Вильона, дочери военного советника…
– Которой? – ехидно спросила Риви, сразу вспомнив о сестре. – А то может вам не я нужна.
Судя по выражению лица несчастного эльфа на этот момент Риви ему была нужна меньше всего, он в ее характере разобрался на удивление быстро, но не отступать же после получасовой речи.
– Риви, он просто твое полное имя забыл. Не мешай человеку бросать вызов, не может же он назвать сокращенное, – попросил добрый Яфин.
И чем ему ответил эльф? А он ответил полным ненависти взглядом.
– Вот так и живем, – пожал плечами природник.
Но бедный эльф не понял значения этой фразы. И не знал, что ей всегда сопутствует какая-то грандиозная пакость. В общем, он даже отступить с позором не успел. Повторил свой вызов, заменив полное имя спасаемой девы пошлым «сию девицу» и потребовал прямо сейчас идти в королевский парк. Потому что сражаться в менее людном месте эльф не желал. Он хотел кучу свидетелей, чтобы подлый человечек потом не сказал, что что-то было не так и не честно.
– Удивительная личность, – сказал Яфин и покачал головой. – Риви, у тебя меча при себе нет? А то как-то нехорошо идти в парк без оружия. Не палкой мне же этого дурня бить.
Эльф заскрипел зубами, милостиво разрешил сходить за оружием и пообещал ждать не более часа. А потом, если Яфин не придет, опозорить его так, что ему и под землей будет ходить стыдно.
Ну, Яфин сделал вид, что боится.
А самое интересное – парочка под дубом успела незаметно куда-то деться. Видимо эти типы передумали защищать честь девы, а потом на этом сокровище еще и жениться. На деве, не на ее чести, если что.
Зато по дороге за оружием нашлись другие претенденты. За одного вызов даже бросил папа, а то сыну было то ли некогда, то ли не получалось, то ли он и вовсе стеснялся. В общем, случилась какая-то туманная история. Но Яфин все вызовы милостиво принял и пригласил противников все в тот же парк, сегодня, чтобы не ходить туда-обратно.
Осчастливленный папаша стеснительного сына умчался радовать этого несчастного, что он уже не отвертится, а Яфин продолжил путь за мечом. Шел он к нему не напрямую, давая шансы бросить вызов всем, кто пожелает. А попутно успел собрать вокруг себя компанию болельщиков. Даже дракон пообещал прилететь, вот только водички попьет.
А уж ежики и чайка отправились в парк заранее. Так, на всякий случай.
А ты забросил эльфа на дерево?
Унылый эльф опять же уныло точил меч. Тот самый эльф и тот самый меч. За прошедшее время, при желании, можно бы было наточить десяток мечей. Но, как мы все помним, эльф никуда не спешил, он все еще надеялся, что на особо ценной дочери еще более ценного советника женится кто-то другой, причем, раньше, чем меч будет-таки наточен.
– Сын! – заорал перевозбужденный папаша унылого эльфа, открыв дверь оружейной с такой силой, что только чудом не вырвал ручку. – Сын, у нас все получилось! Теперь тебе всего лишь нужно победить!
Сын отложил в сторону точильный камень и с тоской посмотрел на висящий на древнем щите еще более древний топор. Если верить легендам, один из предков этим топором вырубил огромную дыру в воротах города, игнорируя стрелы и обещания страшного, а потом повел за собой армию. В легендах, правда, не уточнялось что за армию и куда повел. Поэтому умный сын не шибко умного папаши подозревал, что у обладателя топора просто закончился заряд в щитовом амулете, поэтому армию пришлось вести за собой к ближайшему лесу. И армия была городская. Причем, вел этот достойный предок армию быстро, потому что умел хорошо бегать. А потом еще и сумел от этой армии спрятаться. Иначе топор бы здесь не висел.
– Сын!
Несчастному сыну пришлось с усилием отводить от топора взгляд, а то очень уж захотелось легонько стукнуть папашу обухом по голове. Вдруг после этого поймет, что загонять девушек в ловушку не лучшая идея, если надеешься подружиться с их отцами? Особенно если девушки и отцы из второго благородного круга. Ну, вдруг? Жалко, что скорее окончательно спятит или и вовсе умрет.
– Сын, тебе нужно поспешить в парк! А то его могут и без тебя победить!
– Да? – заинтересовался владелец не доточенного меча. – Парк победят?
– Там столько желающих набежало. Крысы! – злобно обозвал конкурентов на милости советника добрый отец, не обратив внимания на ерничание сына и велел: – Оденься поярче, чтобы эта глупая девица тебя сразу заметила. Физиономия у тебя смазливая, стать в деда, может еще и порадуется, что ты ее честь спас. А то видел я этого гения. Щупловат!
– Да, да, – отозвался сын, в надежде, что после этого окончательно спятивший отец отстанет, и решил одолжить костюм у садовника. Этот тип умел так одеваться, что его вообще не было видно на фоне деревьев, кустов и травы. А в парке все это точно есть. – Что за парк, кстати?
– Королевский! Поспеши!
– Да, да.
Папаша радостно кивнул и умчался по своим наверняка важным делам. А сын неспеша отправился одалживать костюм.
Потом от так же неспешно пойдет в парк. И будет надеяться, что честь дочки советника уже спасли без него.
Ну, или любовник резко всем понадобившейся девицы убил достаточно народа, чтобы вмешался король и своим высочайшим словом запретил дальнейшее веселье. Король ведь там недалеко.
Риви, как дева благородных кровей и предмет спора в одном лице, чинно сидела в притащенном в парк кресле. Кресло было плетенное из лозы и старое. Может его вообще выбросили из какой-то беседки, а кто-то нашел и припер, решив, что усадить в него девушку будет очень весело. Хорошо хоть на подушки не поскупились, видимо сразу поняли, что сидеть придется долго.
Стояло это кресло под большой липой. По правую руку от сидевшей в нем Риви стояли благородные претенденты на спасение ее чести. Причем, добрая девушка даже поставила руку на подлокотник так, чтобы желающие могли на нее полюбоваться, обнаружить кольцо, подозрительно похожее на то, что было на пальце у Яфина и заинтересоваться этим феноменом. Но руки Риви спасателям чести интересны были только на словах. А так они на них даже не смотрели.
Претендентов, кстати собралось немало. Точно больше двадцати. Но сколько, Риви не знала, они прятались друг за друга и время от времени начинали бродить, так что посчитать их было проблематично.
По левую руку от девушки собрались болельщики Яфина. Даже ежики с той стороны пофыркивали и чем-то шуршали. Среди этих болельщиков не хватало только дракона, он, видимо, все еще пил воду.
На коленях Риви лежал меч и его приходилось придерживать свободной от обещального кольца рукой, а то сползал. Меч принадлежал Яфину. Был он странной формы, не шибко длинный, изогнутый и наточенный большей частью только с одной стороны. Ближе к острию было не менее странное расширение, и Риви подозревала, что именно оно способствовало сползанию оружия с ее коленей. И вот эта более широкая часть была почему-то наточена с обеих сторон. Рукоять у этого меча тоже изгибалась, в противоположную изгибу лезвия сторону.
– И где он его взял? – тихонько спросила саму себя Риви, которая, к своему стыду, до сих пор не интересовалась с каким мечом время от времени тренируется Яфин.
– Саблю? – спросил стоявший рядом Ваня.
Риви удивленно на него посмотрела.
– Ну, это вот сабля, – указал на меч Ваня. – Называется наверняка по-другому, но по сути и форме, сабля и есть. Легкий меч, способствующий мобильности, мало подходит для того, чтобы колоть, но, чтобы рубить – самое то. Яфин его у степняков выпросил.
– О, – только и сказала Риви, понятия не имевшая зачем Яфину столь экзотическое оружие.
Зрители тем временем подтягивались в парк.
Прилетел дракон, слегка перепугав эльфов, и умостился под деревом, обвив его ствол хвостом. Словно боялся, что поднимется ветер и его унесет. Дракона. А может и дерево.
Дотошный спаситель девичьей чести что-то втолковывал Яфину, и Риви даже стала подозревать, что он пытается его победить при помощи своей бесконечной болтовни. Но оказалось, он всего лишь правила поединка объяснял. Сначала основные. Потом второстепенные. Потом вспомнил про какие-то дополнения и исключения. Потом еще и в исторические дебри углубился.
В общем, заболтать этот тип мог насмерть. Угомонился он только когда Риви окончательно надоело сидеть, и она тоном полной дуры поинтересовалась, нельзя ли ей временно отлучиться, сходить попить кофе с булочкой, а то тут очень скучно, она скоро уснет, некрасиво получится. Уйти спаситель чести, к сожалению, не разрешил. Зато сообщил, что поединок начнется немедленно.
Унылый эльф с не доточенным мечом пришел на площадку для поединков очень вовремя. Ему не пришлось ждать, пока выговорится первый вызывающий. Его самого, правда, это не порадовало. Он-то рассчитывал, что все уже закончилось. Совратитель благородных девиц все-таки признанный гений и магистр. А пользоваться магией во время поединка никто не запрещал. Наоборот, это считалось особым шиком. А сплести что-то сложное, не прекращая размахивать мечом и вовсе считалось уровнем настоящего мастера, доступным только избранным.
А у эльфа было подозрение, что у магистра это умение есть. Так что все должно было закончиться быстро, сразу после того, как кто-то из вызывающих рискнет воспользоваться магией, тем самым разрешая следовать его примеру мерзкому совратителю девиц.
Но, увы, с поединком что-то никто не торопился. Да и желающих победить заезжего магистра пришло действительно много, наверное, все идиоты Великого Леса сбежались. Ну, или были сюда отправлены предприимчивыми отцами, а то и взыскателями долгов. На лицах некоторых никакого энтузиазма не наблюдалось.
С другой стороны, чем их больше, тем лучше. Даже величайшие воины и маги, уставая, начинают делать ошибки, и магистр может все-таки проиграть в очередном поединке. Жалко, что не в первом.
Неэстетично почесав затылок и заняв очередь эльф огляделся, увидел дракона и, чтобы хоть что-то хорошее получить от всего этого цирка, отправился смотреть на него вблизи. И он как раз успел до него дойти, когда поединок наконец начался.
Смотреть на дракона было интересно. Бороться с детским желанием подойти, погладить чешуйки, непременно заглянуть в пасть, а потом попросить покатать, было еще интереснее. Поэтому эльф не сразу заметил, что несколько человек из очереди вдруг взяли и передумали защищать девичью честь. Заинтересовался он этим феноменом, когда пришла очередь четвертого поединщика, причем быстро, магистр, как оказалось, очень уж любил вырубать противников, тюкая их навершием своего меча по головам. Да и трое первых были так себе бойцами. А вот про Маркхве, который пришел сражаться с на удивление постной рожей, этого не скажешь. Нет, гением меча он тоже не был, но его умения были выше средних. И, судя по всему, изначально он смотрел на странный меч мага скептически, ну, как еще может смотреть владелец полуторника на того, у кого в руках какая-то тросточка, да еще и гнутая? А потом вдруг стал приближаться к похитителю чести медленно, осторожно и явно нехотя.
Вот это отвлекшийся от дракона эльф и заметил.
– Видимо тоже папа отправил добывать жену и без нее велел не возвращаться, пообещав в противном случае добиться ссылки в крепость Игла, – задумчиво сказал дракону владелец не доточенного меча.
Маркхве тем временем дошел, коротко сказал ритуальную фразу, добавил от себя, что дева, несомненно, прекрасна, на что сама дева ответила полным сомнений взглядом. А потом стал в защитную позицию.
– Да? – удивился стоявший рядом с драконом эльф и заподозрил, что пропустил что-то очень интересное.
Магистр улыбнулся. Буквально перетек поближе к противнику, причем с той грацией, которую приписывали себе благородные первого круга, без особых на то причин. И вот после этого стало действительно интересно. Потому что гнутый меч Яфина Ласс вдруг оказался полным скрытых преимуществ. Этот меч буквально порхал вокруг своего хозяина, обтекая его фигуру, идеально обтекая, благодаря своей форме. И да, Маркхве пытался сначала нанести любимый колющий удар, но его тяжелый меч с подозрительной простотой отбивали то вверх, то вниз, а гнутый меч вдруг оказывался идеальным щитом, который запросто можно даже за спину закинуть при нужде. Потом пытался не подпустить к себе, медленно отступая и надеясь на длину полуторника. А потом магистру, наверное, надоело, он скользнул вдоль меча противника и тюкнул этого противника куда-то в район уха. После чего он лег отдохнуть и был оттащен к ближайшим кустам, где уже лежало несколько тел.
– Занятно, – сказал эльф, стоявший возле дракона, и пошел к благородной деве, из-за которой весь этот цирк и начался. Возле нее был обзор лучше. – А ведь если вспомнить его возраст… он ведь только выглядит несерьезным юнцом, да и то, только по словам моего папаши, а на самом деле у него была уйма времени чтобы отточить мастерство.
Зрители шумели, поздравляя и обсуждая поединок.
Благородная дева явно скучала.
А очередной претендент на нее решил все-так бить мага его же оружием, наткнулся на какой-то щит и был отброшен на ближайшее дерево, на котором и повис. Может даже по собственной воле. Может и ему получить в тести целого военного советника не сильно хотелось.
– А ведь я уже действительно есть хочу, – проворчала дочь советника, когда ее любовник повесил на очередное дерево очередного поединщика. Похоже, специально, издеваясь, и потакая своему характеру. Очень уж живописно этот противник смотрелся в своем красном костюме на зеленом фоне. – Может пускай они десятками нападают?
– По правилам не положено, – сказал деве добрый эльф, понявший, что женитьба ему не грозит и притворяться, чтобы проиграть, не понадобится, достаточно будет изобразить магическую атаку и «забыть» про защиту.
Дева печально кивнула, а потом поправила прическу.
И вот тут он заметил кое-что интересное. Моргнул, потому что показалось, что показалось. Хмыкнул. Посмотрел на претендентов, прикинул, когда магистру надоест развешивать их по деревьям, он красиво проиграет, а дева в ответ на пафосную речь о спасении и долге сообщит, что увы, обещана другому. Если магистр не просто развлекается, а пытается поймать в ловушку кого-то конкретного, то, скорее всего еще не скоро, потому что первыми, как всегда, набежали не особо ценные болваны.
Покачав головой и немного подумав, эльф решил представиться деве.
– Эйтжен тэль Фарха.
Девушка удивленно на него посмотрела, похоже она вообще была мало знакома с молодыми отпрысками второго благородного круга и портреты ей под нос точно никто не совал.
– Риви тэль Вильона, – сказала насторожено.
– В благородной девы на пальчике такое интересное кольцо. Ценное, наверное, – улыбнувшись, сказал эльф.
– О, – задумчиво ему ответила благородная дева.
Ее, как оказалось, жених, тем временем украсил очередным противником куст реберики и тряхнул мечом, демоны его знают зачем.
Словно в ответ легонько качнулась земля. Но Эйтжен, к сожалению, не обратил на это внимания. Да и никто не обратил. Даже одна птица, сидевшая на дереве и пытавшаяся вспомнить, о чем же таком важном умудрилась забыть.
