Текст книги "Когда сядет солнце (СИ)"
Автор книги: Татьяна Морец
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
ГЛАВА 21. ПРЕДАТЕЛЬ
Четырьмя годами ранее
Дерганно поглядываю на часы. Сегодня меня ждут в Правлении на «очень серьезный и важный разговор». Управляющий просто так не встречается с подчиненными, даже если они выдающиеся специалисты. И уж тем более не рассылает официальные приглашения на мелованной бумаге, тисненой золотом.
В который раз верчу в руках кусок дорогой бумаги.
«Морайя Горслей, буду ждать вас в своем офисе в восьмой день месяца, ровно в полдень. Знаю, у вас досуговый день.
С уважением, Мистер Зольцберг».
Мистер Выпендрежник.
Видимо, Мистер Зольцберг не предполагает, что досуговый день подразумевает другое времяпровождение. А не посещение начальства планеты.
Душ я уже приняла. Светлые непослушные волосы просто собираю в гладкий хвост. Выбор одежды падает на скучный строгий темно-зеленый костюм. Нормальный болотный. Мне незачем выглядеть привлекательно на этой встрече. Облик занудной трудяги оптимален.
Сажусь в скоростной лифт, который мчит наверх многоэтажного комплекса апартаментов. Жилье здесь на время контракта получили многие сотрудники «Звездного».
Сердце неспокойно сжимается. Нельзя отрицать волнение, охватившее меня. Как и чувство неизбежности перемен. Вряд ли все останется как прежде.
Сквозь прозрачную стенку лифта смотрю на город. Голубые иглы небоскребов, снующие автолеты. Красиво и, очевидно, так же бездушно, как и все на Джи-3457. Все чаще передо мной встает вопрос: а на самом деле ли я хочу… Мечта стать Шефом Госпиталя, и не просто госпиталя, а крупнейшего центра на много парсек вокруг, родилась давно.
Черт, Морайя, неужели ты откатишь назад? Нет, это совсем не про тебя.
Откинув колебания, сажусь в автолет, который доставит меня на до сих пор непонятную мне встречу. Что же такого произошло, что сам Зольцберг решил переговорить лично?
Транспорт высаживает меня на гладкой, как зеркало, площадке у широкого входа в офис мистера Управляющего. Подозреваю, он уже на месте, всегда предельно пунктуальный.
Высокие двери разъезжаются в стороны, приглашая войти. Не заставляю себя ждать.
– Морайя Горслей! Гордость нашего медицинского центра! – внешне приятный мужчина шагает мне навстречу, протягивая руку для рукопожатия.
Меня не обманешь, приятная внешность и паскудные, водянистого цвета глаза.
– Вы мне льстите, мистер Управляющий! ― копируя его искусственную улыбку, ровно произношу я, крепко пожимая протянутую руку.
– Прошу к столу, нам есть что обсудить, ― противный образец начальника направляется к длинному столу.
Еле сдержав улыбку, сажусь на предложенный, заранее выдвинутый стул. На большом отдалении от рабочего места Управляющего. Действительно. Кто я, чтобы сидеть вблизи.
– Сомневаюсь, что вы пригласили меня просто познакомиться поближе, ― скорее утвердительно произношу и замолкаю. Не стану выдерживать продуманную не мной паузу.
– А меня предупредили, что вы не из робкого десятка, ― зло усмехается Мистер Сноб, ― тогда перейдем сразу к делу. Вы нужны мне в другом месте больше, чем здесь.
– Не можете уволить меня и придумали, как избавиться по-другому? ― тут уже я не могу сдержать ехидство в голосе.
– Я могу вышвырнуть вас на улицу в любой момент. Вышвырнуть не просто из Госпиталя, а от всех благ, что вы здесь имеете. Хотите поехать на свою орбитальную станцию мести пол? С моей характеристикой другого вам не останется, доктор Горслей! ― с чувством полного превосходства цедит Зольцберг.
Да, я не ошиблась в этом типе. Мудак.
– Так что же вам мешает, мистер Зольцберг? ― моим голосом можно заморозить всю Джи-3457, ― выслали бы бумаги курьером, и дело сделано.
– Вы же понимаете, что доставляете много проблем? Вы нарушаете инструкции, не подчиняетесь правилам. Берете случаи, когда разумнее было бы отказаться. Уволить вас мы не можем. Несмотря на скверный характер, люди видят в вас надежду, доктор Горслей. Кто я такой, чтобы отбирать у них ее, ― высокопарно объясняет Управляющий, почему не может поступить таким желанным для себя образом.
Нет никакого сомнения, этот урод наслаждается самолично поставленным концертом. Тщательно взвешиваю, встать и уйти или дослушать до конца. Угрюмо наблюдаю.
– Меня попросили за вас, ― продолжает он. ― Я бы выбрал вам место подальше и попроще, но не могу отказать давнему знакомому.
И протягивает мне внушительную папку. За которой мне приходится идти, вдоль этого длинного стола.
Я бы фыркнула, но при всех обстоятельствах глупо не попытаться выяснить о том месте, куда меня хотят отправить.
Ругаться и скандалить совершенно бесполезно. И ниже моего достоинства.
Поэтому молча, почти не читая, быстро подписываю расторжение контракта. И новое назначение на научно-исследовательский фрегат. Сегодня мне почти все равно, куда ехать. Встреча нужна была лишь для того, чтобы ткнуть меня носом и демонстративно выгнать из «Звездного». Известный научный корабль – хороший вариант, а мне нужно время, чтобы понять, куда двигаться дальше.
Оставив папку на краю стола, не попрощавшись, ухожу. Мне нужно собрать вещи в дальний путь.
* * *
Чашка с остатками кофе ударяется о стену и, оставив красивую коричневую кляксу на белом, со звоном осыпается на пол.
Шеф, не вздрогнув, переводит взгляд с меня на стену и обратно.
– Простите, Шеф. Погорячилась. Убеждена, Олегу понравится мое творчество, ― злобно улыбаюсь я.
– Мне теперь тоже не особо важно, как выглядит этот кабинет, ― равнодушно пожимает плечами Шеф. ― И, Морайя, зови меня Орфен. Теперь я не твой шеф.
Замечаю, как он постарел за эти дни. Не дали человеку спокойно доработать до пенсии со своими закулисными играми.
– Не знаю, что больше меня задевает в данный момент. Что я не стану Шефом. Или что Олег на операции и после нее наделал множество записей. Можно и целое кино снять о хирурге-преступнике, ― досадливо вслух размышляю я. ― Чем он купил Зольцберга? Тот и раньше был в курсе моих как будто бы несанкционированных операциях. И всех это устраивало, несмотря на громкие причитания внутри Госпиталя. Он не забывал пиариться по всей Коалиции, переманивая у «Каптейн Медикал Групп» тяжелых пациентов не только в Нейро. Рейтинг и уникальность больницы росли, как и поток денег от вылеченных пациентов. Что же изменилось? Не понимаю. Но очень жажду разобраться, Орфен.
– Морайя, я ухожу на пенсию, а не в другой мир. Сам хочу понять, что произошло. А пока ты будешь осваивать новую работу, я закончу здесь все дела и передам их Янковскому. Вот сучий выродок! ― не выдерживает Шеф. ― Еще никогда я так не ошибался в людях.
Оба, задумавшись, молчим. Я думаю о родителях. А Орфен ― о чем-то своем. Может, слетать к ним на пару дней? Так и поступлю. Неизвестно, когда у меня следующий отпуск. И если буду сильно нужна на фрегате, тоже не смогу уехать. Или мы можем находиться сильно далеко от Земли.
– Я сам расскажу твоему отцу. Поговорите потом спокойно, когда он остынет и передумает разносить наш Госпиталь, ― уверенно решает Орфен, словно прочитав мои мысли.
Подхожу к огромному окну с видом на город и молча смотрю вдаль. Я тоже ошиблась. Снова. А это значит, что мне надо быть еще более настороженной.
ГЛАВА 22. В ПОИСКАХ ЗВЕРЯ
Несколько минут движемся в тягостном молчании. Но так лучше: мне надо переварить.
– Рай, пока ты не надумала себе лишнего, все то, что озвучивал по отношению к тебе ― правда. Я никогда не лгал тебе и не приписывал лишнего. Выслушай меня, и, возможно, ты больше поймешь мотивы наагшайрасов.
А у меня разве есть варианты? Выслушаю. И, возможно, попытаюсь все это понять.
– Чем прогрессивнее и технологичнее мы становились, тем больше сталкивались с проблемами рождаемости. Кризиса нет, но и нет роста, необходимого для развития нашей Империи. А если нет развития, то после стабилизации всегда ожидается спад. Четверо детей, как в моей семье ― редкость. Там, где больше трех детей, как правило, мама не является шайрасой, ― терпеливо излагает Шан.
– И насколько выгодна вам такая сделка? ― саркастично хриплю севшим голосом.
– В общем объеме весьма незначительно. Изначально мы рассчитывали на другое. В индивидуальном плане. Хм… Убежден, мой отец навряд ли бы захотел изменить текущее положение дел. И меня устраивает иметь двух братьев и сестру.
– А твоя мама? ― несдержанно восклицаю я, пораженная догадкой.
– Моя мама ― человек, Рай.
– О-о-о, ― все, что я могу произнести, изумленно распахнув рот.
Может, у них это семейное? Западать на человеческих женщин. Расспрошу о маме и семье позже.
– Нам не хватает населения для освоения новых территорий. Там, где мы уже живем, давно не так свободно, как раньше. Бросать маленькими кучками выживать ― не в наших правилах. Обычно мы заходим большими группами не менее пятидесяти тысяч шайрасов разной специализации, обустраивая качественные дома, очистные и охранные сооружения, медицинские и учебные центры. И к этому тоже пришли горьким опытом. Когда по разным обстоятельствам потеряли колонии. Вот смотри, те же Топи. Идеальный климат, атмосфера и рельеф для нас. Но очень много надо живых ресурсов, чтобы очистить хотя бы часть болот под себя. Гигантские змеи ― реальная опасность. И проблема с заражением назрела. Большие Болота многие любят, и они не так далеко от нас находятся. Но, учитывая вопросы обременительного снабжения и защиты, не потянем сейчас. Казалось бы, зачем переселяться, если места, как и ресурсов, в целом достаточно? Не все так просто. В больших высотных городах по последним данным, проблема с рождением встала острее. Вода и воздух тоже стремительно загрязняются. Несмотря на все трудности, нам придется все-таки сделать рывок и освоить хотя бы Топи. Но это будет очень болезненно.
– Земная Коалиция в принципе многим не заморочена. Уже давно бы высадила здесь пару тысяч неугодных и инициативных в придачу, обеспечила минимум для заселения и крутись как хочешь. Многие погибнут. Но ведь будут и те, кто выживет. По всем новостям разнесут главное: мы заселили такую-то планету. Мы снова герои. Коалиция стала еще больше. Бла-бла, ― зло выдавливаю я.
– Да, Рай. Не наш это путь. Мы приехали, ― оповещает Шан.
* * *
Следующие несколько часов проходит в напряженной работе. Мы отыскиваем логова шиццы, берем все необходимые пробы. Но самих зверьков нет. Радар движения показывает их вдали, но они быстро прячутся и близко не подпускают. Как-будто чем-то были напуганы до нас. С другой стороны: птицы поют и, местные лягушки активно резвятся в воде.
Решаем организовать привал и передохнуть. Разворачиваем купол на сухом и прочном участке, быстро производим обработку внутри. Наконец-то можно будет снять перчатки и шлем. Вопрос с уборной пришлось решать по очереди: в кустиках поблизости. Меня охранял Шан. Жуть, как неловко, но другого выбора нет. Спасибо, что в этом комбинезоне все предусмотрено и нет необходимости снимать его целиком.
Едва успев стянуть шлем и распустить волосы, чтобы голова чуть отдохнула, тону в объятиях Шанриасса. Не успеваю ничего возразить, как мой рот закрывают очень действенным способом. Целуя не с таким напором, как ночью, а чутко и нежно. Не могу устоять и размыкаю губы, пуская его глубже.
– Всю дорогу хотел это сделать, ― поясняет он, оторвавшись от моих губ, ― но теперь нужно тебя покормить. Рай. – Чувствуя мой настрой, не отпускает меня, ведет большим пальцем по моим губам и снова коротко целует, затем прозорливо смотрит в глаза. – Пожалуйста, не торопись с выводами.
Киваю, соглашаясь, и отстраняюсь. Нельзя раскисать, Шан заботливый, да. Но то, что я узнала, меня откровенно напрягло. И не только напрягло. Понимаю, тяга, влечение на химическом уровне, но я не настроена становиться производителем шайрасов. Ну, как-то по-другому это должно быть. Принуждать, надеюсь, никто не станет, если я добровольно не соглашусь?
Естественно, никаких удобств внутри купола нет, командор сворачивает хвост кольцом и любезно предлагает устроиться на нем. Ну нет. Я лучше в сторонке постою.
Вначале припадаю к фляге с водой. Как же я, оказывается, хотела пить. Списала сухость во рту на нервное напряжение.
И лезу в рюкзак за травяным чаем в термосе и едой в саморазогревающихся пакетах. Пока раздумываю, садиться ли мне на землю, чтобы поесть или обойтись так, меня внаглую усаживает на свой хвост очень настырный тип.
– Вижу, я был не до конца убедителен, ― предвкушающе мурчит он. ― Я могу продолжить убеждать и успокаивать. ― Многообещающе щурит хищные шоколадно-зеленые глаза, захватывая кончиком хвоста в плен мою лодыжку.
Ну и с кем я связалась и на что рассчитываю? Вспоминаю свои мысли сегодня утром. Самой смешно теперь. Скорее бы вернуться на корабль. Там у меня больше свободы и пространства для маневров.
– Значит, мои желания не в счет? ― с вызовом бросаю я, гордо задирая подбородок и выпрямляя плечи.
– Такая гордая землянка, ― с довольным видом внимательно рассматривает меня. ― Ты сейчас расстроена, Рай, и не знаешь, что думать. Но должна запомнить, я ничего не сделаю против твоей воли. А теперь давай есть. Попробуем все же найти шиццы, и нам нужно возвращаться. И еще, если бы я хотел втихушку воспользоваться тобой, то о многом бы умолчал.
Возможно, так оно и есть. Поэтому, усмиряя эмоции, начинаю есть. Нельзя забывать о главной цели, ради которой мы здесь.
– И как вы хотели организовать приток свежей крови в свою Империю? И как женщины попадают к вам в нынешнее время? ― задаю мучавшие меня вопросы.
– Несомненно, не в виде груза или невольничьих рынков. Мы хотели, чтобы все происходило самостоятельным образом. Организация активной торговли, совместная работа по интересующим обе стороны направлениям. Мы появлялись бы в своем облике, не прячась, налаживая контакты естественным путем. Сейчас это скорее единичные случаи, вроде твоего. Иногда мы отбиваем женщин у торговцев людьми, заранее узнавая пути их следования, ― едва пожимает плечами и подозрительно смотрит так, что мне становится неловко. ― А ты как себе это представила?
– Хм… Наше Правление, у которых люди за товар, и твои слова о ваших потребностях, я нарисовала не самую красивую картину, ― невольно свожу брови и тихо признаю. – Возможно, я поторопилась с выводами.
Отворачиваюсь. И неожиданно для себя выдаю:
– Я ведь ничем не лучше их. Я вроде бы избавляла людей от недугов, а сама непозволительно рисковала. Нет, не ради денег. А из-за своего тщеславия. Ради поста Шефа Госпиталя. А еще доказать всем, что я не просто дочь успешных медиков, а сама чего-то стою. Хотела стать лучшей. Так что, тебе самому стоит хорошо подумать, стоит ли связываться с такой, как я, ― заканчиваю мужественно, убирая вещи в рюкзак.
Снова надеваю шлем и перчатки.
– Ты права, ― легко соглашается командор, тоже натягивая шлем.
На этих словах чувствую некоторую уязвленность.
– Решать буду я, ― хмыкает он, ― и да, я узнавал кое-какую информацию, когда ты попала к нам на корабль. Ты и стала одной из лучших.
И собрав контур, развернувшись, направляется к аэробайку с вещами.
ГЛАВА 23. СТОЛКНОВЕНИЕ
Тревожит меня обстановка. Шиццы снова попрятались. И даже птицы замолчали.
Тишина давит.
Скоро вечер. Небо некрасиво посерело, и болота выглядят угрюмо, от той утренней умиротворенности и следа не осталось. Я бы уже забралась на байк и свалила в пещеру. Там хоть какая-то защита. Шанриасс тоже озадаченно хмурится. Просит проверить оружие и перевешивает ножны со спины на пояс, под правую руку.
Радар неожиданно засекает движение крупного объекта в опасной близости к нам. Вариантов нет, что это может быть.
– Рай, контур вокруг, ― дает команду Шан, а сам, подобравшись, берет пистолет и снимает предохранитель. Он готов действовать в любую секунду. ― Не понимаю, почему так поздно среагировал прибор. Бежать вдвоем рискованно даже на байке. Поймает. Будем надеяться, что потыкается в щит и уйдет. Просто так они не нападают. Ничего не бойся, ― подбадривает он меня.
Не бойся, угу. Шиццы, например, умнее оказались. Сбежали. А может, сожрали их уже?
– Купол, ― новая команда, и я, не задумываясь, запускаю энергетический щит. Насколько же нам хватит заряда батареи?
И очень своевременно включаю.
Если бы не щит, меня бы легко съели в следующий миг. Да, я изучала живность перед высадкой и видела, что представляют из себя местные водяные змеи. Но увидеть вживую…
Я столбенею, непроизвольно задерживая дыхание.
Сначала из воды показались уродливые наросты. Потом глаза. Большие змеиные. Грязно-желтого цвета. И далее сама пасть. Желто-коричневые зубы с длинными ядовитыми клыками, раздвоенный язык. Из пасти стекает бурая слюна. Меня передергивает от омерзения.
– Это мы еще не чувствуем вонь от нее, ― брезгливо выплевывает слова Шанриасс, – отвратительные существа.
Пожалуй, соглашусь. Черви на Преисподней просто милашки в сравнении с этой мерзостью.
– Стой, не двигайся! ― предупреждает Шан.
Змея, изогнувшись, приближается к куполу. Коричневая, с желтым брюхом. Грязная чешуя покрыта бурой слизью. «Водяная змея» чересчур приличное название для этого исчадия ада. Теперь понятно, почему местные хорьки обладают отвратным характером. С такими-то соседями! Невесело ухмыляюсь.
Огромная тварь. Голова почти с Шанриасса. Если не уйдет, и купол дрогнет ― нам конец.
– Кажется, мы не того зверя с тобой нашли, ― нервно хохотнув, медленно кладу руку на пистолет и тоже деактивирую предохранитель, нащупывая другой рукой индивидуальный щит и пушку со снотворным.
– А если воткнуть все ампулы сразу? И это немного ее замедлит? ― сообщаю я о своих предположениях Шану.
– Это самоубийство, Рай, у них чешуя как броня.
Вот дрянь. Это гадина и бронированная к тому же.
В справочнике деликатно значилось: очень прочная чешуя.
– Может, выстрелим в пасть? Не смотри на меня так. Я ищу варианты, На случай, если она не уберется, и купол рухнет.
– Если купол упадет, то тогда я отвлекаю змею. А ты садишься на байк, быстро уезжаешь и отправляешь сигнал о помощи. Твоя задача ― добраться до пещеры, закрыться и ждать, когда я вернусь, или за тобой прилетят. Это приказ, Рай, ― чеканит Шанриасс.
– Ты приказываешь мне бросить тебя?! ― восклицаю, кипя от негодования. ― Я не смогу!
– Если я буду знать, что ты в безопасности, я буду меньше отвлекаться, ― приводит разумный довод Шан, не переставая следить за противником.
ー Мы должны придумать и другой план, ― не собираюсь отступать в этом вопросе.
– Рай, у вас с Зейрашшем важная цель. Ты нужна ему! ― Знает на что надавить, хитрец змеехвостый!
Стискиваю зубы и нехотя, молча киваю. Посмотрим!
Ожидание заканчивается, когда змея переходит в наступление. Беззвучно делает резкий бросок в нашу сторону. От неожиданности я вскрикиваю. Тварь, с размаху налетев мордой в купол, получает ощутимый разряд, отшатывается, издавая свистящий вопль и шипя, мотает головой из стороны в стороны.
Ой, неужели не понравилось?!
Шлем немного оберегает мои уши от громких криков змеи.
“Уходи, уходи, уходи!” ― повторяю, как заклинание, про себя.
– У нее и нос чувствительный, без защиты, ― замечаю я, ― а бронебойные из пистолета должны же ее взять? Выстрелим в голову.
– Рай, я сам разберусь со змеей, ― стоит на своем Шан.
В это время змея делает новую попытку таранить купол, но уже не носом, а лбом с наростами. Бодает как рогами.
– Она учится. Очень плохо, ― продолжаю наблюдать. Это куда занятнее, чем думать о смерти. ― Значит, у нас будет по разу для маневров, и змея их запомнит.
– Мать наша, Кадру, ― закатывает глаза к небу Шанриасс, ― ты даровала мне самую упрямую женщину в Космосе. Именно по этой причине тебе нужно уезжать. Я справлюсь.
– Я не умею ездить на байке, – признаюсь я, совсем чуть не договаривая.
Ведь не считается пару раз проехать по ровной местности? Да и еще на транспорте другого типа управления. Не было у меня такой потребности. Зато я виртуозно обращаюсь с медицинскими манипуляторами.
Теперь змея делает бросок боком, стараясь снести купол и нас с ним заодно.
Но купол держит, прошибая змею новым разрядом, равным силе воздействия на него, весьма ощутимо теряя энергию, запасы которой у нас небезграничны.
Но пока держится купол, стоим и мы.
* * *
Уже основательно стемнело. Как жаль, что я не вижу так же хорошо в темноте, как шайрасы. И шлемы у них без ночной оптики. За ненадобностью.
Время ожидания, вероятно, вышло, купол покрывается рябью. Заряда в аккумуляторах все меньше, скоро он совсем погаснет. Змея, как будто зная это, ждет. Больше не нападает.
Ей что, проглотить больше некого?
– Рай, раз ты не можешь уехать, давай сделаем так. Ты выключаешь купол и сразу бежишь за этот камень, ― Шанриасс показывает на внушительный кусок гранита в паре метрах от нас, ― а я буду действовать по ситуации. Держи пистолет наготове, думать и медлить с этими гадами нельзя, используй его, как только появится шанс. Если выживем, от уроков езды не отвертишься, ― многообещающе заявляет он, – и про дисциплину я с тобой еще побеседую.
Молча несколько раз киваю. Как же мне страшно сейчас. Выживем и можешь делать, что хочешь.
– И еще раз, Морайя, ― Шан крепко берет меня за плечи, ― не исключено, что наступит минута, когда ты должна будешь бежать и тем самым спастись. Пообещай мне сейчас, что если придется, ты сделаешь все, чтобы выжить.
– Хорошо, ― против воли соглашаюсь я. При этом крепко убеждена: конечно, я сделаю все, чтобы выжить, но не любой ценой.
* * *
― Готова? ― уточняет командор. – Начали!
Как в замедленной съемке вырубаю купол и бегу за камень. Он выглядит вполне надежно, но я до конца не знаю силы этого монстра. Оказавшись за куском скалы, навожу оружие на змею. Я готова стрелять при первой реальной возможности. Сейчас между змеей и мной – Шанриасс, у меня и мысли нет делать попытку выстрела при таком раскладе.
Змея, выйдя из заторможенности, делает резкий рывок в направлении Шана, но тот быстрее, и проворно утекает в сторону, стреляя твари в голову, почти в упор.
У любого череп бы разлетелся вместе с мозгами, а монстр лишь истошно вопит. Не останавливая движения, она снова бросается по дуге и пытается врезаться в корпус командора. Учитывая размеры и мощь змеи, ей и ее ядовитые зубы не понадобятся. По счастью, Шан и тут оказывается ловчее, снова уходя стремительным скольжением вбок. Он повторно производит выстрел в голову, на этот раз выбивая змее правый глаз.
Тварь, снова оглушающе заорав и резко клацнув зубами, вырвает пистолет из его рук. Теперь у Шанриасса только его меч. Которым он незамедлительно пользуется, молниеносно рассекает горло змеи и отступает назад. Из образовавшейся раны брызжет желтая змеиная кровь, пачкая все вокруг.
Да когда же ты сдохнешь!
– Шан, пистолет! ― кричу ему, забыв, что в шлеме у нас и так есть связь.
– Давай, ― двигается в мою сторону, и я бегу из-за камня навстречу те несколько шагов до него, быстро сую пистолет в руки и снова прячусь, чтобы не мешать.
Знаю я, знаю. Нет от меня толку в этой битве. Но могла бы оставить его и сбежать на единственном транспорте, даже если бы умела водить этот чертов байк? Да ни за что!
В следующий миг мозг выхватывает момент быстрого скольжения Шана в мою сторону, конец его хвоста бьет меня в грудь. Я лечу несколько метров и больно приземляюсь на живот. По острым камням проезжаю на брюхе еще пару метров, пытаясь руками затормозить свой ход. Удар о землю выбивает из меня весь воздух. Когда снова могу вздохнуть, поневоле хрипло стону. В момент моего полета камень, за который я пряталась, превращается в труху под бронированным хвостом змеи, поднимая пыль и выстреливая каменной крошкой во все стороны.
– Рай, ты как? ― сквозь туман в голове слышу обеспокоенный возглас командора.
– В порядке! ― хриплю и, качаясь, встаю на ноги.
Боль в грудине чуть стихает, но по-прежнему мешает дышать.
Шанриасс находится на том же месте, выпускает пулю за пулей в голову змеи. Та, наконец, перестает орать, бьется в агонии. Но напоследок, подняв искалеченную голову с оставшимся помутневшим глазом, делает рывок хвостом, метнув наш байк, так некстати находившийся рядом, в командора. Шан пригибается к земле, но я вижу, как тяжелая нижняя часть платформы байка задевает голову и его мощное тело обмякает рядом с поверженной змеей.
Теперь уже ору я. Не обращая внимания на боль в грудине, несусь к нему. И как только оказываюсь рядом, двигаю контур на нужное расстояние и активирую купол над нами. Кусок змеи, срезанный стеной щита, оказывается, с нами внутри.
Как и куски байка. Но сначала я не обращаю на это внимания. Трясущимися руками растаскиваю запчасти с Шана, боясь увидеть самое ужасное.
