355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Татьяна Луганцева » Королевство треснувших зеркал » Текст книги (страница 2)
Королевство треснувших зеркал
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 00:11

Текст книги "Королевство треснувших зеркал"


Автор книги: Татьяна Луганцева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Я, наверное, нарушил ваше уединение? Извините, в этот час трудно найти свободное место за столиком.

– Вы ни в чем не виноваты, это я – растяпа. Незачем вам было покупать мне кофе, это лишнее.

– Вы свой почти весь расплескали.

Алиса достала кошелек и положила перед мужчиной шестьдесят рублей, именно столько стоил кофе, выдавив из себя:

– Спасибо.

Он внимательно посмотрел на нее.

– Вы хотите меня обидеть?

Она подняла на него честные голубые глаза и честно ответила:

– Нет.

– Уберите деньги. Почему я не могу угостить симпатичную девушку чашкой кофе?

Его темные глаза излучали веселье.

«У него порочное лицо, – решила для себя Алиса, – именно такой тип внешности имеют итальянские жигало или латиноамериканские мачо, по телевидению была о них передача».

– Вы мне льстите. Кроме того, я не принимаю угощения от незнакомых мужчин, я в состоянии сама купить себе кофе, – ответила Алиса, сделав глоток из принесенной мужчиной чашки.

– Так давайте познакомимся. Валентин.

– И все? – удивилась Алиса.

– В смысле?

– В вашем возрасте пора иметь отчество.

Мужчина рассмеялся.

– Вы всегда такая злючка? Или вы хотите намеренно меня разозлить? Мы же с вами не на официальном приеме. Ну, хорошо, если вы так хотите…

– Я-то ничего не хочу, по-моему, это вы хотите… – парировала Алиса.

Почему эти насмешливые глаза расположившегося напротив нее мужчины так выводят ее из себя? Он злил ее больше, чем даже бывший муж, хотя она видела его в первый раз в жизни и совсем не знала.

– Валентин Михайлович, – сдался мужчина, все еще смеясь.

– Алиса Александровна, – представилась она.

– Интересное кино… вы здесь сидите под зеркальным потолком, словно Алиса в Зазеркалье из детской сказки.

Алиса подняла голову, снова увидела свое бледное лицо с синяками под глазами и содрогнулась.

– Какое-то Зазеркалье кривых зеркал.

– Кто знает, может быть, вы встретите интересного парня, как в той сказке? – продолжал Валентин, тряся ногой и шлепая голой пяткой по кожаным сабо, чем тоже выводил Алису из себя.

– В той сказке Алиса встретила глупого зайца и… да, вы правы, если вы намекаете на себя, то вы похожи на Чеширского кота.

– У вас, Алиса, боевой настрой.

– Алиса Александровна.

– Просто Алиса нельзя?

– Мы с вами на брудершафт не пили.

– Так выпьем? Я закажу!

– Я не сомневаюсь, но не надо, я за рулем, – солгала она, понимая, что ее просто несет дерзить этому типу.

– Я могу подвезти вас.

– Я с пьяным водителем в машину не сяду, вы же собираетесь пить со мной на брудершафт?

– Мы возьмем шофера.

– Мы ничего и никого не возьмем, понятия «мы» не существует. Как вы, наверно, догадались, я не та женщина, которая может нанять личного водителя, и, как вы уже поняли, я не тот человек, кто будет кататься за чужой счет!

– Вы очень строги к себе, у вас что-то случилось? – спросил Валентин.

– У меня много что случилось, но вас это не касается никоим образом. Не хочу показаться злобной стервой, но если вы решили просто попить кофе, то делайте это, но если вы сели с намерением познакомиться с кем-либо, то вы, Валентин Михайлович, выбрали явно не тот столик.

– Я сел правда просто выпить чашечку кофе, но вы меня чем-то поразили и…

– Фингалами под моими красивыми глазами? – деловито поинтересовалась Алиса.

– Вы явно чем-то расстроены.

– Нечеловеческим отношением к своей персоне в этом чертовом торговом центре! – наконец-то она выплеснула наболевшее наружу.

Брови собеседника поползли вверх.

– Вам не понравилось здесь? По-моему, чудесное место, каждый может купить что-то приглянувшееся себе.

– Если его не обыщут потом при выходе у всех на глазах, – горько сказала она и, прочитав немой вопрос в красивых глазах Валентина, поведала про свои пять минут позора, добавив: – Я понимаю, что я неважно выгляжу, но кто дал ему право унижать меня? Где при входе в магазин написано, что этот магазин только для богатых людей? Почему я не могла посмотреть эти чертовы серьги без того, чтобы после у меня не вывернули карманы? Может быть, потом я получила бы зарплату и пошла бы купила их. Почему этот охранник принял меня за воровку? Он просто издевался надо мной, отводил душу, получая разрядку, так сказать! Он не пристал бы к богатым дамочкам в солнечных очках от Версаче и бриллиантах от Картье, с телохранителем за спиной! Конечно, я – самый подходящий вариант для издевательства! – излила душу Алиса незнакомцу на повышенных тонах, привлекая к себе внимание людей за соседними столиками, но ей было уже все равно.

– Я согласен с вами, так не должно быть… Какой это был отдел? – помрачнел Валентин.

– Да какая разница? – махнула она рукой, но отдел назвала. – Самое обидное то, что я и копейки за всю свою жизнь не украла и не сделаю этого никогда… нет у меня такой склонности!

– Идемте! – встал Валентин.

– Куда? – оторопела Алиса.

– Идемте, я говорю! – Он взял ее за руку и потащил к эскалатору.

Настроен Валентин Михайлович был очень решительно, он даже не допил свой кофе.

– Куда?! Куда вы меня тащите?! – еле успевала за ним Алиса. – О боже! Нет, я даже думать об этом не хочу! Вы выглядите не лучше меня, этот дегенерат-охранник засмеет нас обоих! Стойте! Я не хочу позориться во второй раз, это бесполезно! Валентин Михайлович, не тащите меня!

Но крепкая рука случайного собеседника не отпускала ее. Алиса поняла, что ей не попасть сегодня в суд, вместе с этим сумасшедшим Валентином Михайловичем попадет в каталажку. Она уже мысленно представила картину, когда охранник вызовет службу безопасности, эти громилы скрутят их, добавят ей синяков и, разукрасив слащавое лицо ее спутника, отвезут в ближайшее отделение милиции. Приблизившись к стеклянной двери печально знакомого отдела, Алиса зажмурила глаза и вдохнула побольше воздуха. Ноги ее не слушались совсем, но железная хватка Валентина не ослабевала. Они вошли в бутик дорогой галантереи и косметики, и Валентин громко спросил, обращаясь к своей спутнице:

– Где тот охранник?

Алиса почувствовала, как волосы зашевелились у нее на голове в ожидании великой битвы. Как ни странно, продавщицы вытянулись в струнку, испуганно заморгали глазами.

– Валентин Михайлович, добрый день! Охранник? У нас он один – Дмитрий. Дима, иди сюда! – наперебой услужливо защебетали они, не обращая никакого внимания на Алису.

Из-за ширмы выдвинулась знакомая Алисе бритоголовая физиономия и уставилась на Валентина.

– Здрасте…

– Вы не так давно прилюдно унизили эту девушку? – мрачно спросил Валентин.

– Эту… – охранник тупо перевел взгляд на Алису и вспыхнул: – Ну, да… а что?

– Кто вам дал право унижать человека?

– Она… это… она…

– Что с вами, Дмитрий? Растеряли свое красноречие? – поинтересовался Валентин, скрещивая руки на груди.

Алиса, ничего не понимая, смотрела на все происходящее, ее интересовал один вопрос, а именно: почему все так испугались этого человека в шлепанцах на босу ногу?

– Да я… да она… она долго перебирала товар… – замялся насмерть перепуганный парень.

– И что? Вы установили временной счетчик, сколько человек может стоять у витрины? – спросил Валентин.

– Нет… но просто у нее был такой вид…

– Какой такой вид! А вот у вас очень глупый вид, хочу заметить! – продолжал отчитывать Валентин Михайлович.

– Мне платят за то, чтобы я охранял отдел и берег товар от воровства, а эта девушка показалась мне подозрительной, – оправдывался Дмитрий, сконфуженно переминаясь с ноги на ногу.

Алиса в душе ликовала, хоть еще и не понимала происходящего.

«Я не знаю, что они так все переполошились, но пусть Дима почувствует себя так же неудобно, как я себя ощущала совсем недавно».

– У вас на товарах стоит магнитная защита? – продолжал Валентин, посматривая на наручные часы.

– Да, конечно, – ответила одна из продавщиц.

– У вас зазвенело, когда эта девушка проходила через магнитные ворота? – поинтересовался Валентин.

– Ну… – почесал затылок Дмитрий, – она еще не совсем подошла к ним…

– Нет, у нас сегодня с начала рабочего дня ничего не звенело, – честно ответила одна продавщица.

– Тогда, наверное, камеры наблюдения четко зафиксировали, как эта девушка складывает товар себе в карман или сумочку? – прищурил глаза Валентин. – Ведь должна же быть причина, из-за которой вы заставили ее прилюдно вывернуть карманы?

– Ну… нет… – после минутного молчания ответил Дима.

– В таком случае вы действовали непрофессионально и должны извиниться перед посетительницей нашего комплекса, – твердо сказал Валентин.

– Извините… – промямлил Дмитрий и смерил Алису взглядом, полным ненависти. Он словно говорил: «Ах ты, стерва, побежала жаловаться?! И сейчас торжествуешь?»

– Ты уволен, – лаконично сказал Валентин.

– Что? – выдохнул Дмитрий.

– Освобожден от занимаемой должности, – охотно пояснил тот.

– Нет, вот этого не надо! – неожиданно вступила в разговор Алиса. – Я не хочу, чтобы из-за меня кого-то увольняли.

– Его увольняю я!

– Ага! С моей подачи! Валентин Михайлович, я поделилась с вами своими неприятностями, как с посторонним человеком, я не знала, что вы – начальник службы безопасности, насколько я понимаю.

– Валентин Михайлович – директор торгового комплекса, – поправила ее одна из продавщиц.

– Всего? – почему-то глупо поинтересовалась Алиса.

– Всего.

– А то вы не знаете, если пришли к нему жаловаться, – сказал убитый горем Дмитрий.

– Я никуда не ходила! Я сидела внизу и пила кофе, этот человек подсел ко мне за столик, как обычный посетитель, выведал все мои женские тайны, и вот вам результат! – возмутилась Алиса.

– Вас, женщин, не понять, только что вы жаловались на этого человека, говорили, что вас так никто еще не унижал, а теперь жалеете его? – удивился Валентин.

– Кажется, недавно вы меня назвали злючкой, а я хочу сказать, что вы очень жесткий человек. Мало ли я что говорила сгоряча!

– В большом бизнесе по-другому нельзя.

– Я не знаю, как можно в большом бизнесе, я даже не знаю, как можно в малом бизнесе, я знаю одно: вы его не уволите, потому что Дмитрий сможет подать на вас в суд за несправедливость увольнения, так как я не собираюсь подтверждать то, что я вам рассказала. Мне вполне хватает извинения, – сказала Алиса твердо. – А сейчас, простите, мне пора идти. – И с этими словами она направилась к выходу.

– Я провожу, тем более что и мне пора идти, – Валентин Михайлович не отставал от Алисы ни на шаг. – Мне кажется, что я тоже должен извиниться перед вами за то, что я сразу не представился.

– Отчего же? Вы представились, вас зовут Валентин Михайлович.

– Я имею в виду род моей деятельности.

– А мне, честное слово, все равно, кто вы – уборщик, электрик, стриптизер или директор торгового центра… Конечно, странное у вас хобби, прикидываться простачком и, подсаживаясь к посетителям центра, узнавать их мнение о магазинах. Хотите стать ближе к народу, Валентин Михайлович? – тряхнула хвостом на затылке Алиса и толкнула дверь на выход.

– Вы же меня совсем не знаете. Во-первых, если вы имеете в виду мою одежду, говоря, что я прикидываюсь простачком, то я всегда так хожу. Во-вторых, я не выведывал у вас ничего, я только поинтересовался, почему вы такая грустная. В-третьих, я не спускался «выведывать секреты» специально. Просто сегодня я отпустил свою секретаршу, которая готовит для меня кофе, а отъехать домой на обед я не мог, потому что у меня здесь недалеко есть одно дело… Поэтому я и спустился в общий зал выпить кофе, а ваш столик оказался единственным со свободным местом.

– Да, мне, как всегда, не повезло, – согласилась Алиса. – Ладно, Валентин, прощайте, наши пути расходятся. Пообещайте, что не уволите этого парня. Не хочу, чтобы из-за меня кому-то было плохо, даже если он это заслуживает.

– Обещаю, – ответил Валентин Михайлович.

Алиса кивнула ему и, гордо подняв голову, прошествовала мимо клумб с цветами, разбитых вокруг комплекса.

«Первая женщина, которая после того, как узнала, где я работаю, дала мне от ворот поворот. Да ладно! Мне уже пора собираться, нужно помочь приятелю!» Валентин посмотрел на часы и побежал к себе в кабинет накинуть на себя пиджак.

Глава 3

– Слушается дело о разводе гражданина Андронова Евгения Петровича и гражданки Андроновой Алисы Александровны… – объявил судья, обводя присутствующих строгим, профессиональным взглядом.

Алиса пожалела, что пришла на заседание в затрапезном виде и походила на нерадивую жену. Евгений же, наоборот, выглядел очень представительно и излучал энергию добропорядочного мужа, которого покинула ветреная жена. На его породистом лице лежала печать печали и тоски. Алиса хотела плюнуть в его сторону прямо в зале суда, но она вовремя сдержалась.

«Думаю, что на строгого судью Женя произведет благостное впечатление обманутого, покинутого мужа», – мелькнула у нее мысль.

– На развод подала гражданка Андронова Алиса Александровна, – продолжал судья, – в причине развода она указала непримиримые противоречия. Вы согласны с такой формулировкой, Евгений Петрович?

– Я? Да мы столько лет жили… – Евгений столкнулся с пронзительным взглядом Алисы и закашлялся. – Да, вполне согласен!

«Все-таки не хочет, чтобы я приобщила к просьбе о разводе справки о нанесенных мне побоях», – усмехнулась она.

– Нет пути к примирению? – продолжал судья.

– Нет, – громко ответила Алиса, несколько торопясь, словно боясь услышать другой ответ.

Судья снисходительно посмотрел на нее. Алиса нервно подумала о том, что судья должен сохранять нейтральное отношение к людям, чей спор разрешает.

– По заключенному между вами три года назад соглашению при разводе по обоюдному согласию имущество между супругами делится поровну, но в случае измены одного из супругов все имущество достается обманутой, то есть пострадавшей, стороне.

Алиса слушала этот набор ничего не говорящих ей фраз и не понимала вообще ничего. Во-первых, на Евгения было совсем не похоже, чтобы он отдал кому-нибудь половину своего имущества. Во-вторых, ее мозг категорически отказывался вспоминать о каком-либо договоре или соглашении, заключенном между ними.

– У сторон есть доказательства измены друг другу? – спросил судья, испытующе посмотрев на супругов поверх очков.

Алиса усмехнулась, подумав:

«Надо было мне записать на диктофон признания мужа о его гулянках в сауне с проститутками и нанять частного детектива для слежки за ним. Кто же знал, что существует такое соглашение… Да, честно говоря, мне ничего не надо от него, только свобода… хотя, вполне возможно, я когда-нибудь пожалею о своем альтруизме».

Словно прочитав мысли Алисы, раздался глухой голос мужа, выводящий ее из задумчивости:

– Когда я стал замечать по отношению к себе холодность жены, ее грубость и отчуждение, я нанял частного детектива для выяснения причин таких изменений в ее поведении. Вот его отчет, – вздохнув, сказал Евгений, выкладывая перед собой папку с бумагами.

Судья попросил судебного пристава принести эту папку ему. Алиса ничего не могла понять и зачарованно смотрела, как судья внимательно, водрузив на нос очки, читает отчет.

– Гражданка Андронова, надеюсь, вы знаете, что в этой папке? – спросил он у нее строгим голосом, посмотрев поверх темной роговой оправы.

– Никак нет, гражданин начальник, меня не посвятили в захватывающие подробности, правда, не знаю чего.

– Глеб Михайлович, судья, обращайтесь ко мне так, – поправил он ее. – Вы разрешаете зачитать мне некоторые выдержки из отчета? Учтите, у вас есть право не разглашать подробности своей личной жизни прилюдно.

Алису заинтриговали слова Глеба Михайловича и эта папка, она понятия не имела, что за ней ведет слежку частный детектив и что он мог такого про нее раскопать.

«Что там может быть, – подумала она, – мои уроки в школе? Походы с дочкой в театр, кафе, зоопарк? Еще пару раз я посещала художественный салон, обедала с подругой, да… лежала в больнице после побоев!»

– Вся моя личная жизнь сейчас у вас на глазах терпит крушение, поэтому, пожалуйста, можете зачитать, что там написано, – разрешила она.

– Алиса Александровна, далее называемая «объект», не раз находилась в обществе мужчин, разъезжая с ними по разным адресам и задерживаясь в квартире не менее двух часов. Список квартир, имена мужчин объекта прилагаются. Также объект вела аморальный образ жизни, позируя в художественном училище обнаженной. Фотографии прилагаются», – зачитал судья поставленным, бесстрастным голосом. – Здесь еще много информации, но она вся такого рода. Как же это, Алиса Александровна? Что вы так смотрите на меня? Похоже, для вас известие, что супруг осведомлен о ваших изменах, явилось полной неожиданностью?

У Алисы мгновенно пересохло горло и вспотела спина, она знала, что Евгений – подлец, но она, оказывается, не догадывалась о размерах его подлости.

– Можно посмотреть фотографии? – спросила она дрожащим голосом, так и не найдясь, что сказать.

– Если хотите, – пожал плечами судья.

Она приблизилась к его столу и взглянула на разложенные фотографии. Везде она целовалась, смеялась и обнималась с разными мужчинами. Алиса знала эти фотографии. Это она в ресторане, это на концерте, это в художественной галерее, это на отдыхе. Все эти снимки хранились в семейном альбоме. Но… На всех фотографиях в реальной жизни Алиса была с Евгением, а кто эти посторонние мужчины, она понятия не имела. На одной из представленных карточек она красовалась обнаженной. Только на ней Алиса не позировала перед студентами художественного училища, а согласилась на авантюру мужа в пору их счастливого прошлого и сфотографировалась в таком виде исключительно по его просьбе.

– Какая грязь… – прошептала она.

– Да уж… – вздохнул Глеб Михайлович.

– Я хочу сказать, – громко произнес Женя, не глядя на Алису, – если моя жена захочет опротестовать эту достоверную информацию, то я потребую опеки над дочкой, я не оставлю Вику в этом борделе…

Судья постучал по столу, прерывая пафосную речь Евгения.

– Угрозы и шантаж недопустимы в суде! Пока у меня нет оснований лишать родительских прав гражданку Андронову. Если вы, Евгений Петрович, хотите подать иск…

– Нет… пока нет. – Евгений сделал ударение на предпоследнем слове и промокнул лоб носовым платком.

«Мерзавец… как же он подготовился, а я все прошляпила. Он связал меня по рукам и ногам. Я даже не могу опротестовать эту наглую ложь. Он недвусмысленно намекнул: если я открою рот, он заберет Вику в отместку мне, хотя она ему совсем не нужна. А ведь чего доброго и отберет, у него связи, деньги, положение, а это все вместе многое решает. А я без Вики не выживу, и этот паразит прекрасно об этом знает. Хорошо, хочет выставить меня гулящей бабой, пусть потешится!» – приняла для себя трудное решение Алиса.

– Вы, гражданка Андронова, как я понимаю, не будете опротестовывать этот факт, ведь все доказано? – спросил судья.

– Нет, – глухо ответила Алиса, понимая, что сегодня явно не ее день.

– Тогда мне необходимо засвидетельствовать подлинность этих документов. У вас, Евгений Петрович, есть свидетель, который это сделает?

– Да, это нанятый мною детектив Валентин Михайлович Белов.

– Пригласите его.

В зал судебного заседания вошел мужчина с лохматыми каштановыми волосами, в мятом льняном пиджаке на широких плечах. У Алисы голова пошла кругом, так как это был тот самый мужчина, с которым она пила кофе в торговом комплексе. Она себя на самом деле почувствовала героиней какой-то злой сказки.

– Подойдите сюда поближе, – попросил судья.

Валентин небрежной походкой приблизился к нему.

– Вы, Валентин Михайлович Белов, свидетельствующий в пользу Евгения Петровича Андронова?

– Да, это я.

– За этой гражданкой вы вели слежку и собрали компрометирующий материал? – продолжал Глеб Михайлович.

Валентин вальяжно развернулся в сторону Алисы, встретился с ней глазами, и, как ни странно, в его наглой внешности произошли кардинальные изменения. Он побледнел, потерял разом всю свою уверенность и вальяжность. Его красивые глаза расширились, и взгляд словно поглупел.

– Валентин Михайлович, вы подтверждаете, что все собранные вами материалы являются подлинными?

«Частный детектив» пребывал в шоковом состоянии.

– Валентин Михайлович?!

– А? Да… все правда…

– Алиса Александровна, вы хотите что-то опротестовать, проверить лицензию у Валентина Михайловича? – спросил судья у Алисы, которой стало казаться, что она действительно попала в королевство кривых зеркал, которые все как одно уродуют ее и смеются над ней.

– Нет, я не буду ничего опротестовывать и проверять. Я признаюсь во всех смертных грехах, я хочу, чтобы поскорее закончился этот фарс, – ответила она, громко и четко добавив: – Все эти мужчины с фотографий – мои любовники, я виновата, что изменяла мужу, и не считаю возможным продолжать нашу совместную жизнь.

– Вы понимаете, что лишаетесь половины нажитого имущества? Вы изменяли мужу и по вашему соглашению остаетесь ни с чем.

– Да, я понимаю. – Алиса глазами могла бы просверлить дырку в бледной щеке Валентина, но он стоял, отвернувшись и ни на что не реагируя, словно каменное изваяние.

Судья еще что-то говорил, ссылался на какие-то статьи в российском законодательстве. В конечном итоге их развели, дочка осталась с Алисой, а все материальные ценности – с бывшим мужем. Она вышла из здания суда будто оплеванная, словно эпизод с обыскивающим ее охранником продолжался. Радовало ее только одно, что все закончилось. Алиса до конца еще не могла осознать, что же произошло, но то, что была совершена очередная мерзость, она понимала совершенно отчетливо.

– Алиса! – позвал ее голос сзади.

Она обернулась и столкнулась взглядом с Валентином Михайловичем. Неожиданно для себя Алиса подошла к нему и, улыбаясь, сказала:

– Какая неприятная встреча! Что вам сейчас от меня надо, частный сыщик? Продолжаете собирать компромат? Не стоит, право слово! По-моему, у вас хорошо получилось, браво! Сколько вам заплатили?

– Мне никто не платил, я сделал это по доброй воле.

– А вы, значит, санитар леса, женоненавистник? – рассмеялась Алиса, обнажая ровные белые зубы.

Валентин почему-то не разделял ее веселья, он выглядел несколько растерянно и озабоченно.

– Почему ты не сказала, что я не частный детектив? Ты же знала, кто я.

– Я знаю теперь, что вы большой негодяй, а другие подробности меня не касаются, – ответила Алиса и пошла.

– Постой! – закричал Валентин и схватил ее за локоть. – Я не пущу тебя, пока ты не прояснишь мне некоторые вопросы. Я почему-то чувствую себя не очень уверенно, мне кажется, что я сделал что-то не так…

– Вы по уши в дерьме, Валентин Михайлович, если вас интересует ваше нынешнее положение. А теперь отпустите мою руку. Я жалею, что расплескала кофе на стол, а не выплеснула вам его в лицо! – Алиса вывернулась из его крепкой хватки, уничтожающе посмотрела на него и удалилась. Со стороны эта сцена выглядела весьма комично. Ее маленькая, хрупкая фигура против его высокой, широкоплечей.

Валентин остался стоять на тротуаре, пока к нему не подошел Евгений и не хлопнул его по спине.

– Спасибо, друг! Мы раздавили эту стерву!

– На корыстную женщину, которую лишили большого денежного куша, она не похожа. Алиса ушла, вполне довольная собой. А что она получила? – спросил Валентин, внимательно глядя на Женю, и сам же ответил: – Она только что избавилась от тебя и очень рада этому.

– О чем ты говоришь, друг?! Ты ее совсем не знаешь!

– Я успел познакомиться с ней чисто случайно до суда.

Евгений сделал удивленное лицо.

– Ну и как она тебе?

– Она не показалась мне той особой, про которую рассказывал ты.

– О-ля-ля! Она – хорошая актриса, может произвести впечатление порядочной женщины. Меня она водила за нос больше десяти лет!

– Я не уверен, что поступил правильно.

Евгений рассмеялся в ответ, он был счастлив, что все деньги остались при нем, что его гениальный план сработал.

– А где будет жить твоя жена? – спросил Валентин.

– Не знаю, – пожал плечами Евгений, платком вытирая вспотевший лоб.

– Тебя ее судьба совсем не трогает? – удивился Валентин. – С ней же осталась девочка, которую ты принял как дочь?

– Не будь сентиментальным, Валя, – еще раз хлопнул его по спине Евгений, – а если тебе так уж понравилась моя бывшая жена, я могу подарить тебе ее фотографии! Правда, хорошенькая?

Он достал из кармана фотографию обнаженной Алисы, ту самую, что он приложил к делу о ее аморальном образе жизни, и нагло рассмеялся.

Валентин рывком схватил его за лацканы пиджака и прошипел, глядя ему в лицо потемневшими глазами:

– Если ты считаешь, что это смешно, то ты – больной человек! Хочу тебе сказать, я пошел на эту авантюру с желанием помочь приятелю против лживой и корыстной особы. Но, на твою беду, я имел неосторожность познакомиться с твоей женой. Теперь я хочу проверить всю информацию, которую ты сообщил мне! И горе тебе, если ты обманул меня, если ты выставил меня подлецом!

Валентин резко отпустил Евгения и, развернувшись, быстро пошел прочь.

– Валя! Валя, постой! – крикнул ему вслед обеспокоенный Евгений, так как знал, что Валентин шутить не будет, но его приятель не остановился.

– Вот черт! – выругался Евгений.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю