Текст книги "Семь (СИ)"

Автор книги: Татьяна Федоткина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 27

Мариса с огромной скоростью неслась по склону, в спину поддавало жаром и копотью. Голль и Анолль с Батькой немного отставали, но девушка знала, что они недалеко. Страх в который раз взбодрил ее. На этот раз ей угрожала сама природа. В селе Проходное, где Мариса с друзьями остановилась, извергался вулкан. Она вспомнила все ругательные слова, которые когда-либо слышала от Муськи, пока бежала.

Вулкан Римосус (что на местном наречии очень неприличное слово) спал долгие века. Среди жителей Проходного ходила легенда, что Римосус оживет, когда зло ступит на эту проклятую землю. Мариса узнала эту историю от нищего, что просил милостыню у харчевни, где остановились друзья. И только девушка занесла первую ложку заветного супца ко рту, как в помещение ворвался местный и прокричал, не успев договорить:

– Римосус – гареловский курощуп, выпер…

Земля сотряснулась, похлебка и пиво из кружек расплескались. Постояльцы опасливо оглянулись и бросились к окнам. Из вулкана извергались черные клубы дыма. Марисе даже показалось, что некоторые огромные комья как будто бы на иглах двигались отдельно.

– Бегите! – крикнул кто-то.

Все и побежали. Куда? Не имело значения, животный страх за свою жизнь бездумно шевелил ногами подальше от этого места. Но не успели жители и путешественники далеко отбежать, как их остановила стража:

– Назад! Отстоять деревню! Назад!

Кто-то продолжал бежать, напарываясь на копья, но Мариса с друзьями остановилась.

– Хватайте камни, оградите деревню! Заприте ворота!

Стражники выглядели устрашающе, но стихии поддаваться, видимо не стремились.

– Что будем делать, Мурыса? – Голль, запыхавшись схватил ее за руку. – Нам здесь находиться ни к чему. Уйдем другим путем.

– Нет! – решилась девушка. – Я должна спасти их.

– Да что же ты можешь? – слезы Анолль оставили чистые дорожки на закопченном лице.

– Например, это.

Мариса принялась колдовать. Магии в сосуде накопилось достаточно для того, чтобы левитировать неживые предметы. Она решилась с помощью колдовства помочь жителям, позабыв о своей осторожности. Ее, хоть и неумелое, колдовство выглядело завораживающе. Голль и Анолль открыли рты, глядя на плавно плывущие по воздуху валуны. Жители благоговейно приковали к ней взгляды.

– Шрея (богиня земли в пятом измерении), Шрея, – скандировали жители и кланялись.

Мариса тем временем не только выстроила каменную баррикаду, но и пробороздила глубокую колею, по которой лава сможет стечь в болотистую местность за полями.

– Призови Гарелия! Он поможет усмирить Римосуса! – слышались голоса. Но Мариса не слышала, пока воплощала один из заветов богини – спасти жизнь. Мысль об этом ее вдохновляла и придавала сил, расширяя сосуд.

Разбередились мысли, взбудоражилось сознание и Мариса обрела смелость и громогласно заявила:

– Меня зовут Асирам! Я – богиня справедливости! Расскажите всему миру о моей милости и любви к вам, люди! Я знаю, что есть самозванка, присвоившая себе мое имя! Она истребляет всех неповинных. Я – не она! Отныне вы под моей защитой и покровительством! Вы спасены от проклятья Римосуса.

– Лгунья! – одинокий выкрик из толпы.

– Ты нас не обманешь, паршивка!

– Римосус проснулся из-за тебя!

– Ты – зло, ступившее на нашу землю и пробудившее Римосуса!

Мариса глядела на них пристально, пытаясь учуять истинное настроение толпы. И поняла – они ненавидят Асирам, не смотря ни на что. Что же она за дура! Как же так получилось вдруг поверить в себя и так жестко оступиться. Знала же, чувствовала же, что нельзя открываться.

– Мариса, пойдем, – потянула ее Анолль за рукав. – Они убьют тебя.

– Почему вы не верите мне? Я же помогла вам!

– Пошла отсюда!

– Но я же помогла…

Не оценили помощь Асирам. Тот самый житель, что оповестил об извержении, расстегнул ширинку и опорожнился в сторону Марисы. Туда же полетел подхватываемый с земли щебень. Ее ненавидели. Проклятое имя сыграло роль и Мариса позволила себя уволочь.

– Отомсти им, – шипел Голль, – отмени свою магию.

– Нет, – плакала Мариса, а вслед ей летели камни.

Несмотря ни на что девушка чувствовала начало ее божественной сущности: когда-то у нее был храм; она проявила милосердие к Голлю и Анноль; она спасла жизнь этим людям и у нее уже целых два последователя. Ей совсем чуть-чуть оставалось до того, чтобы стать богиней. Пусть самое сложное, но уже не так уж и страшно.

Глава 28

– Меня зовут Чхирь.

– А мое имя Амэс. Я – советник королевы и смогу хорошо оплатить тебе твой труд.

Внезапно лицо мужчины мерзко скривилось.

– Я знаю, кто ты, дракон. И не надо мне твоих подачек.

Амэс нахмурился, недобрый тон собеседника ему жутко не понравился.

– Кто ты такой?

– Я уже говорил – никто.

– Ладно. Не хочешь беседы – не нужно. Я просто возьму ее и мы уйдем.

Чхирь рассмеялся.

– Не возьмешь! – хохотал он.

Амэс глядел на мужчину, явно сошедшего с ума. Тот, то принимался рыдать от смеха, то плакать, то пялился в стену без единой эмоции. Сумасшедший Чхирь стоял между Амэсом и бесчувственной Белдрой, дракон боялся даже придвинуться к нему.

– Она во истину богиня, знает каждый ваш жалкий шаг наперед. Ха-ха. Почему ты, дракон, не со своей королевой? Ведь ты – один из Семи. А она знала, знала, что ты струсишь. Угадала и то, что эта чокнутая ведьма тебя пережмет, что ты не справишься с ее характером. Трусишка.

– Заткнись! – рыкнул Амэс.

– О чем и говорю, ха-ха. Ты жалок, не можешь справиться с правдой.

– Что тебе нужно⁈

– Мне ты совершенно ничем ты не сможешь помочь. А вот моей богине ты пригодишься. Вы все Семеро слабы и не сможете противостоять ей. Вы раздроблены, разобщены.

Чхирь говорил правду, Амэс, наконец, понял, что прятал в груди. Как он мог? Ведь именно сейчас, когда он так нужен своим друзьям, что он сделал? Сбежал. И бежал он не для того, чтобы на самом деле сразиться с Белдрой, а для того, чтобы уйти от правды, что втолковывала ему Енина. Он оставил их там. Может, в этом и было его предназначение в этой семерке?

– И какова же моя помощь по-твоему? Убивать моих друзей? Не будет этого! Никогда!

– Нет, останься здесь, ха-ха, буквально на три дня. Когда Царица покончит с твоими, кхм-кхм, приятелями, то волшебная завеса спадет с этого измерения, тогда сможешь исполнить свою мечту, сбежать отсюда. Но только ты один.

– Как она узнала, где и с кем я окажусь?

– Не твоего ума дело, – ухмыльнулся Чхирь.

– Фри-да, – простонала Белдра.

– Точно-точно, – что-то вспомнил Чхирь и куда-то ушел, совершенно не заботясь о том, что Амэс может и уйти.

Дракон долго размышлять не стал, подскочил к женщине и взял ее на руки.

– Нужно уйти, – шепчет ей.

– Нет, нет, Паврус, Фрида, они у него.

– Кто это?

– Мои дети.

Действительно, вскоре явился Чхирь с двумя белокурыми подростками на цепи.

– Мама! – заплакала Фрида.

– Я просто раскушу тебя сейчас напополам и дело с концом!

Амэс задумал превратиться.

– Стой, – притворно сжался Чхирь, – мне так страшно, не убивай меня, ха-ха.

Мужчина приставил к горлу Фриды хрустальный кинжал.

– Умрут детки Белдры, оба. Знаешь, точно также как ты однажды погубил ее сына, я отрежу им их прелестные головы.

– Что ты сказал? – Паврус вдруг расправил плечи и злобно глянул на Амэса. – Ты убил нашего брата? У нас был брат?

– Тише, – не поднимая головы, прошипела Белдра. – Я его простила.

– Я не прощу! – вспылил юный дракон. – А ну, отпусти меня! Я убью его! Ты же этого хочешь, поганый усач?

– Не нужно, – бормотала Белдра.

– Мы по его душу явились в это измерение, мама, – вмешалась Фрида. – Почему это чокнутое недоразумение, – она кивнула на Чхиря, тот лишь блаженно улыбался, – говорит о брате, которого убил этот негодяй. Я думала, он виновен только в твоем изгнании, но теперь он должен умереть.

Чхирь нажал на маленький рычажок в руках и ошейники спали с близнецов.

– Пощади, – одними губами сказала Белдра и вновь потеряла сознание. А Фрида и Паврус к тому времени приняли обличье двух изумрудных драконов.

Глава 29

– Не хочешь ничего нам рассказать, госпожа богиня Асирам? – надула губки белокурая Анолль.

Мариса отвернулась от девушки и палкой колупала потухающие головешки. Она знала, что ее друзья пострадали от рук самозванки.

– Оставь ее, Ан.

Голль присел рядом и положил руку на плечи Марисе.

– Она сама все расскажет, если захочет.

– Ну уж нет. Я бы хотела послушать ее оправдания по поводу сожженного дома, в котором я жила. Ее приспешники спалили нашу деревню, кричали ее имя, ради нее выполняли те зверства, а я должна просто находится рядом и жалеть ее?

– Очевидно же, что это не моих рук дело! – вспылила Мариса.

– Неужели? Ничего очевидного я не наблюдаю. Ты слышал ее! «Я – Асирам!»

– Я действительно Асирам. Если ты назовешь ее имя наоборот, то получишь Мариса.

– Так и знала, точно ведь, – Анолль наигранно шлепнула себя по лбу. – Могла бы догадаться! Это прямое доказательство твоей невиновности!

– Это сложно объяснить, просто поверь. Есть я и есть самозванка, которая украла мое имя, пользуется им и порочит его! Вообще говоря, мне уже все равно. Через три недели меня здесь не будет. А это измерение пусть процветает или прогнивает под властью этой мерзавки. Если выполню задания – смогу обладать полной силой богини, не выполню – и наплевать! Я просто хочу домой.

– Какие еще задания?

– Построить храм, найти семь последователей, проявить милосердие, покарать, принести жертву, спасти жизнь, забрать жизнь, – отчеканила Мариса.

– Ну, у тебя уже есть два последователя, осталось пять, – ободряюще приобнял Голль.

– Кто второй? – ощетинилась Анолль.

– Не капризничай, – отмахнулся парень. – Ты знаешь, Мариса нам еще ни разу не причинила зла, я даже не представляю, как она руководит бугаями, отдавая приказы: «Сожгите тут все», – попробовал сыграть Асирам Голль.

– Фитиль по-твоему не признал меня?

– Я не знаю, что было, когда мы ускакали. Может, ты все сочиняешь.

– Хорошо, – сдалась Мариса. – Если я поганка-Асирам, то здесь нам самое время разойтись.

Ни брат, ни сестра не сдвинулись с места.

После привала три человека и один пес вновь отправились в путь.

Путники шли к городу под названием Ецелей. На его окраине Акторит построил когда-то храм Асирам, в котором девочка потом и росла. По словам Муськи храм разрушили и Мариса спешила туда, чтобы найти рукописи своего наставника и сотворить портал, что перенесет ее обратно в свое измерение.

Ецелей – крупный торговый город расправил щупальца дорог во все стороны света. Мариса практически не гуляла по его улицам – Акторит не разрешал. Можно было разве что сходить в соседнюю лавку за молоком или хлебом. Бродить можно было только по лесам или полям.

Поэтому увидев Ецелей издалека, Мариса завороженно вздохнула. Город пестрил разными красками и манил.

Голль потянул девушку за ладонь на обходную дорогу.

– Не стоит задерживаться. Нам лучше бы поспешить к храму. Чем быстрее мы провернем дело, тем быстрее окажемся в твоем измерении.

Мариса позволила утянуть себя. Слезы навернулись на глаза, когда она увидела руины ее дома, ее храма. Груда камней – вот что осталось от него. Ветер волочил по земле тяжелые листы пергамента. Битое стекло от пузырьков зелий устилало подходы к зданию.

– Чего стоишь? – немного рассердилась Анолль. – Входи, ищи свою дурацкую книгу или портал. Я немного запуталась в твоих желаниях.

– Давайте для начала осмотрим руины. Прямо сегодня портал не появится. На моем измерении установлен щит, только когда он спадет, мы сможем переместиться.

Мариса аккуратно шагнула в чудом уцелевший дверной проем. Стекло хрустело под ее сапожками. Батька принюхивался.

– Библиотека находилась на втором этаже.

– Но его, как видишь, нет, – продолжала язвить Анолль.

– Поищем под ней, значит, – раздражалась в ответ Мариса.

Она рыскала среди каменных обломков, пытаясь разыскать хоть что-то похожее на рукописи, но ничего не разглядела. Когда отчаяние готово было выплеснуться слезами из глаз, она услышала мягкий шорох, как будто ткань волочили по полу. В тот же момент из глаз посыпались искры, а затылок накрыла тупая боль. Чудом Мариса не потеряла сознание, но потерялась в пространстве. Глупой оказалась идея повернуться лицом к обидчику, но она хотела видеть глаза того, кто ударил ее. Второй удар пришелся по носу, что-то хрустнуло, кровь хлынула из ноздрей. Последнее, что запомнила Мариса – ехидная улыбка лохматой черноволосой девушки.

Глава 30

Платье Енины уже давно утеряло свой лоск. Несколько дней путешествия ее вымотали. Ее окружало войско Котта, но в безопасности чародейка себя не ощущала. Дреяггх Царицы размолол армию первородных, как гнилую картошку. Те даже не успели сообразить, как сражаться с порожденными тьмой монстрами. Еще бы, Ринмория все сделала грамотно и внезапно, первородные даже не успели сообразить.

– Мы позволили им всем умереть, – тихо сказал рядом идущий Котт.

Его поход не измотал. Молодой король, казалось, даже не утомился от долгого передвижения.

– Я знаю, – в голову Енины тоже закрадывались сомнения по поводу правильности их поступка. Пётка велел подружиться с первородными. Они могли помочь в войне. – Перестань кручиниться. К тому же, кто знает, чем это могло кончиться.

– Твой Пётка знал…

Енина перебила Котта:

– Подумай про Альду, мне не хотелось рисковать вами обоими. Через сколько мы уже придем?

– За тем холмом Урфриг.

Котт указал на не самый близкий бугорок. Но чародейку это порадовало. Хотя бы в пределах видимости.

– Ваше Величество, – к королю подошел один из солдат. – Сумерки сгущаются слишком быстро, не к добру это.

– Ты прав, Ерган, – подтвердил Котт. – Будьте готовы. Отправь в разведку пару воинов, мы пока остановимся на привал.

– Нет, – зажглась Енина, – осталось всего ничего до замка. – Давай, поднимай своих воинов, идем домой!

– Нет, – отрезал король. – Нужна разведка и отдых. Остановись, – поднял руку король, когда Енина попыталась возразить. – Не спорь, это необходимо, поверь. Если они не отдохнут…

– Я поняла, – буркнула чародейка. – Тоже огляжусь пока.

Ведьма покинула молодого короля, сделав вид, что заинтересовалась местной фауной, хотя уже давным-давно уже все тут облазила и изучила. Добравшись до чащи, Енина уселась под березу и разревелась. Никто тут не услышит ее вой. Она всю душу вложила в свои слезы. Все-то не так и все-то у нее не получается. Талантливая чародейка, красивая девушка, много всего умеет и знает, и что? Сидит под трухлявой березой и воет. К чему все годы обучения? Муське под хвост! А красота и обаятельность ей для чего? Одна-одинешенька: ни поддержки тебе, ни крепкого плеча. Амэс, будь он проклят, и то не оказался рядом сейчас.

Что же за напасть такая? Отдается Енина своему делу полностью, колдует очень даже ничего! Неудача – да к дреяггху ее, стерву недружелюбную! Смеется Енина в лицо опасности, жизнью рискует, решения волевые принимает, но все равно в стороне всегда. Не в центре своей жизни. Вот бы оскалиться да всем неудачам глотку перегрызть, но знает Енина себя, знает, что силы кончаются. Знает Енина и то, что не с кем ей идти по жизни под руку. Подножки ставит каждый, кому не лень, пытается ее такую, на вид сильную, столкнуть с пути. Не выходит. Но только видят ее: очаровательную, сильную, бойкую – так сразу будто спесь сбить пытаются. Обижаются, ругаются, козни строят. И Енина знает, что сдается, понимает, что тяжело ей дальше так.

Именно поэтому к ней пришла Ринмория: неприятно красивая, стройная и каменно-холодная. Речи ее лились как благодать, как холодный ручей в плавящейся пустыне, как теплый снег после заморозка, как бокал вина после тяжелой битвы, как песнь во время войны, как доброе слово среди стены брани.

Енина и сама не поняла, почему ее ноги волочат вдаль от Урфрига, почему она идет по пятам Царицы. Она хотела расцвета своих сил, хотела оказаться нужной, а не виноватой во всем. Она шла за Ринморией и думала о том, как изменится мир, когда очистится от зла людей.

Ее заслуги оценила лишь она. Кто еще мог восхвалить ее два наивысших Потенциала? Кто-то разве восхищался ее виртуозным обращением с Магией?

Злодейка. Воровка. Коза. Уходи. Сжечь. Хамка. Прочь. Мерзавка. Негодяйка. Казню. Ненавижу. Хорошо без тебя. Стерва. Ты делаешь не так. Дрянь. Разлучница. Из-за тебя.

Слова мешались в голове. Но слезы иссушили другие.

Ты лучшая чародейка, что я встречала. Ты сможешь достичь небывалых высот. Я помогу. Женственная и красивая. Восхищаюсь тобой. Безупречное владение Магией. Неоценимая Сила. Крепкий дух. Невероятные способности. Свободная душа.

Только первые слова Енина слышала от союзников, вторые от Царицы. Поэтому ноги несли ее за Ринморией, поэтому разум затуманился. Енина слышала манящий шепот. «Со мной у тебя все будет хорошо». Поэтому шла и больше не сомневалась в правильности своих действий. Где-то там, с Царицей Ночи, ей точно будет хорошо. Она будет нужна.

Глава 31

Неизвестный мор охватил деревню Фисгули. Жители один за другим валились с ног. Причем буквально. Ты беседуешь с симпатичной девчонкой – раз – и она упала, бьется в конвульсиях и замирает, засыпает на три дня и больше не просыпается.

Голль одним из первых увидел как это происходит с людьми. В тот день он болтал о том о сём с миловидной Налей. Девушка нравилась ему, а потом ее внезапно не стало. Местные лекари не поняли, что произошло, но и не придали этому значения. Потом также ушел и отец Голля, тогда тоже не обратили на это внимание, только сказали, что у алкоголиков так бывает. Не связали между собой две смерти. Лишь через месяц после смерти Нали, в день, когда болезнь скосила два десятка жителей Фисгулей, отправили гонца к городскому лекарю. Поговаривали, что он чародей.

Потом слегла мать, за ней и Анолль. Голль чуть не умер с горя, сидя у постелей полумертвых любимых. И приехала она: молодая черноволосая лохматая девчонка с безумными глазами, обильно раскрашенными углем. Пухлые черешневые губы похабно скривились в усмешку.

– Это ты лекарь? – выдавил из себя Голль. А у самого сердце готово было выскочить из груди. Он зацепился взглядом за серебряные кольца, что блестели в ушах незнакомки. Они так шли к ее остро очерченному лицу. Ее мрачная могильная одежда немного пугала парня, но тот взял себя в руки и осмелился заглянуть в ее тяжелые глаза.

– Вроде того, – не смотря на него ответила девушка, с интересом оглядывая хату.

– Ты сможешь им помочь? – Голль постарался заглушить в себе неизвестно откуда взявшееся влечение к девушке. Как он может вообще допустить мысль о владении ею, когда его мать и сестра лежат при смерти.

– Могу, – вот и она на него посмотрела, оценила с ног до головы, не сбрасывая нахальной полуулыбки. – Но только одну из них.

– Почему? – воскликнул парень. – Я думал, ты лекарь или чародей и можешь все!

– А я и могу.

– Сделай так, чтобы они обе жили!

– Хорошо, тогда за одну умрешь ты, а за другую придется найти еще человека.

Она не отрывает взгляда. Он не может осмелиться, только мямлит:

– Это бесчеловечно.

Девчонка ухмыляется и идет к выходу.

– Постой! Ты ничего не сделаешь?

– Я предложила свои услуги, ты отказываешься. Мне больше нечего здесь делать. Бывай!

До чего хладнокровная, и нет ведь в ней ни капли жалости к больным. Не хотелось Голлю, чтобы она уходила. Душа разрывалась на части от неизбежности, желание остановить незнакомку смешалось с безысходностью. Вот отпустит он ее и больше никогда не увидит и спасти не сможет ни сестру, ни мать.

– Стой.

Девушка сделала одолжение и замерла.

– Матушка долгую жизнь прожила, – сказал он тихо. – Сестре жить да жить. Ее спаси.

– Хорошо, – ответила она. – Но нужно заплатить за услугу.

– Забирай все, что есть, – взмолился Голль. – Все отдам, дом, сбережения…

– Естественно, но нужно кое-что еще.

– У меня больше ничего нет, – опечалился парень.

– Конечно есть, – девушка приблизилась к постелям умирающих. – Давай присядем.

Голль опустился на старый табурет, девушка села на лавку.

– Мое имя Асирам. Я богиня, – Голль напрягся, а девушка продолжила. – Ты слышал обо мне?

Парень завороженно произнес:

– Да.

– Расскажи.

– Богиня Асирам – великое божество справедливости, возмездия и правды. Она почитаема во всей стране, ее храм находится в дне пути от Фисгулей. Мы с сестрой ставили свечи во благо твое.

– Брехня, – сплюнула на пол Асирам. – Вы все поклонцы Гарелия, так вот он только не приходит вам на помощь. А я пришла. Теперь послушай. Мне плевать, как ты сделаешь то, о чем я прошу. Выпрыгни из кожи, сдохни, роди козу, ха-ха, плевать мне, но сделай. Твоя сестра придет в себя через сутки после моего обряда.

Болезнь, что овладевает деревнями, называется ляс. Она не изучена здесь, но я кое-что о ней знаю. Лекарства нет, благодаря мне оно появится. Позже. Но пока мне придется истреблять те поселения, где свирепствует эта погань. Твоя деревня будет сожжена. Ой, нет, не гляди так на меня, ведь мне плевать. Думай о сестре. Если ты не исполнишь мои требования, то она сдохнет.

– Почему ты выбрала мой дом? – перебил Голль, от чего черты лица Асирам еще больше обострились.

– Тебе не стоит так со мной разговаривать, покуда жизнь твоей сестры находится в моей власти. Ха-ха. Я отвечу на твой вопрос, но подумай, чего тебе будет стоить следующий. Я подчищу ляс в этом захолустье, ни к чему мне распространение болезни. Я хочу, чтобы в моем подчинении были, в большинстве своем, здоровые люди. Этому миру не хватает железной руки, но сейчас не об этом…

Я слышала, что живет где-то недалеко молоденькая бездарность, которая владеет чарами и хочет присвоить себе мое имя. Мне сейчас совсем не до нее. Ляс, проклятая штуковина, не дает мне покоя. Девку надо устранить. И я сделаю это сама. Твоя задача – найти ее и доставить мне в целости и сохранности. Хочу поглядеть паршивке в глаза. Что она вообще возомнила о себе. Знаю, что она скоро отправится в поход – порочить мое имя. Она придет с юга, найди ее и приведи. Справишься – станешь моим приближенным, а если нет, тебя и твою сестру ждет смерть. Ты меня понял?

– Понял, госпожа Асирам, все отдам, чтобы стать к тебе ближе.

– Ха-ха, – рассмеялась Асирам. – За предательство ты расплатишься жизнью. О нашем договоре никто не должен знать. А сейчас неси свечу, воду, найди плесневелые грибы и шалфей. Попрощайся с матерью и домом. Завтра ничего этого уже не будет.