Текст книги "Корона Всевластия"

Автор книги: Татьяна Форш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Девочка, о чем ты?

– Ты – демон. И именно поэтому ты не сгорел в огне!

– Демон? Огонь?! – Чувствуя, как пухнет голова, я сорвался на рык: – О чем ты?!

Она отшатнулась от меня и изучающе прищурилась:

– Ты ничего не помнишь?

– Что я должен помнить?

Лайла встала и, задумчиво хмурясь, прошлась по комнате.

– После огненного перехода ты должен был оказаться в Красном мире, и к тебе должны были вернуться память и способности… – Она остановилась возле меня. – Ты же помнишь то, что тебе снилось сегодня ночью?

Я пожал плечами:

– Если честно, не особо.

– А Лазурь? Помнишь, как мы летели на шестикрыле?

– Нет! – Я поднялся и прошел к окну.

Толкнув лишь прикрытые створки, с наслаждением подставил лицо под освежающий порыв ветра. Серое утро едва пробивалось сквозь пелену густых туч. Дождь! Я любил тугие струи летних дождей. Они словно смывали с души все то, что я хотел бы забыть.

– Тар… – Тонкие пальчики Лайлы непривычно нежно коснулись моего плеча. – Позволь мне один эксперимент.

Я обернулся и тут же попал во власть ее глаз. Таких глубоких, таких синих, словно горные озера в июльский день.

Надо же! На поэзию потянуло… Ох, не к добру все это!

– Какой эксперимент?

– Ну… – Она замялась. – Ты же хочешь все вспомнить?

Я вдохнул легкий, будоражащий кровь аромат ее тела. Она стояла так близко, что…

Так. Надо уходить!

Но вместо этого я выдохнул:

– Было бы неплохо.

Улыбка чуть изогнула ее красивые губы, и тут она влепила мне такую пощечину, что на миг показалось, будто глаза лопнули.

Ну все! Мне это надоело!

Стиснув ее тоненькую фигурку так, что Лайла застонала, я толкнул ее к стене и зло впился поцелуем в ее раскрытые губы. Плевать, что ангел. Плевать. Моя!

Вот только девчонка оказалась с этим не согласна. Извиваясь как змея, она промычала ругательства и принялась пинаться, но меня этим уже было не напугать. Наконец, видимо осознав бесплодность своих усилий, она перестала вырываться и, обняв меня за шею, вдруг ответила на поцелуй, окончательно отправив мою крышу в полет. Я, если честно, даже не сразу понял, что хочет от нас внезапно появившаяся в комнате девушка.

– Как мило. Лайла, разве ты не знаешь, что целовать подопечных можно только после завершения их смертного пути? В лоб. И уж не думаю, чтобы в Своде законов упоминалось о такомпоцелуе.

Лайла

Я почувствовала, как руки Тара нехотя разжались, давая мне свободу. Открыв глаза, я встретилась с его настороженным, словно ждущим чего-то взглядом и обернулась.

– Тейя? – Ощущая, как горят щеки, я все же улыбнулась ангелессе. Она, как всегда, парила в воздухе, устроившись так, словно сидела в невидимом, висящем в метре от пола кресле. – Зачем…

– …я вторглась в вашу реальность? Ну я же твоя подруга. К тому же после всего произошедшего решила увидеться с тобой. У меня есть кое-какие сведения по поводу интересующего тебя предмета.

– Сейчас?

– Прости, если помешала чему-то важному! Просто подумалось, что и твой подопечный был бы не против узнать, что за игрушка у него на пальце. – Дожидаясь ответа, она перевела взгляд на Тара.

Он шевельнулся. Его руки по-хозяйски опустились мне на плечи.

– Всегда любопытно узнавать что-то новое.

– Буду рада, если моя информация окажется полезной в восстановлении твоей памяти, Шайтаар.

Пальцы смертного больно сжали мои плечи.

– К сожалению, не знаю, как обращаться к вам.

– Зови меня Тейя. Это имя ни к чему меня не обязывает, но я уже к нему привыкла.

– Тар, я никому не говорила твоего имени! – Я обернулась к парню. Легкая дрожь, даже не дрожь – озноб, вдруг завладевший мною, заставил запаниковать.

Он, видимо, почувствовал это и притянул меня к себе, не отводя взгляда от Тейи. Она уже плавно опустилась на пол и теперь неторопливо приближалась к нам.

– Конечно, не говорила. Ты же не настолько глупая. Просто я решила кое-что проверить.

– Девушка… Тейя, верно? – успокаивающе зазвучал над ухом голос Тара. – Вам не кажется, что вступление несколько затянулось? Проверяйте, сообщайте, но, если можно, побыстрей, а то, как вы успели заметить, мы еще не закончили заниматься возвращением моей памяти.

Я готова была поклясться, что увидела во взгляде подруги, которым она окинула Тара, неприкрытое восхищение.

– Да, конечно. – Она выразительно взглянула на украшающий его руку перстень и начала: – Как мне удалось узнать, это – перстень власти. Принадлежал еще Лучезарному, а после его исчезновения достался Бриллиантам. Но после того как наследник Бриллиантового рода, отрекшись от власти, обрек себя на изгнание, правящая королева зачем-то передала этот перстень роду Сапфир. С тех самых пор этот артефакт числится в Большой энциклопедии Лазури как Защита княжеского рода Сапфир и передается только по наследству.

– Ну в принципе о том, что перстень как-то принадлежит Сапфирам, я и сама догадалась. – Я выбралась из западни рук подопечного и шагнула к Тейе. Странное дело, то ли опасность миновала, то ли жар, идущий от его тела, так на меня подействовал, но озноб исчез. – Вопрос в другом. Ты настаиваешь, что Тар – наследник княжеской крови? Тогда почему сегодня его предполагаемый отец мало того что не узнал сына, так еще и пришел с конкретной целью – забрать Защиту?

– Да. Меня это тоже несколько смутило, – кивнула подруга. – Но мы должны проверить все предположения.

– А как ты узнала его имя?

– Никак. Просто, когда я читала историю этого перстня, на глаза попалось имя сына первой Бриллиантовой королевы – Шайтаар, а затем вспомнилось имя твоего подопечного, которым все его называют. Тар. Вот и подумалось: а вдруг Тар – это всего лишь сокращение на земной манер от Шайтаара? – Тейя взглянула на моего подопечного. – Скажи, кто дал тебе это имя?

– Отец. – Скрестив руки на груди, он продолжал стоять у окна.

– А кольцо, как я понимаю, тоже досталось от отца?

Тар не ответил, лишь продолжал смотреть на нее.

– А это значит, что…

Договорить ей не дали. Увлеченные беседой, мы с Тейей слишком поздно услышали голоса за дверью и едва успели исчезнуть, как в комнату вошли трое сонных мужчин.

– Пойдем, тут больше делать нечего! – Подруга открыла портал.

– А как же мы их оставим? – Я бросила взгляд на смертных.

– Легко! Во-первых, до конца дежурства уже ничего не произойдет, а во-вторых, с такой игрушкой, как этот перстень, твоему… мм… подопечному точно ничто не угрожает!

Пещера глубинного дьявола

Привычный путь по каменному тоннелю, идущему от городской тюрьмы к древним пещерам, сегодня был долог, слишком долог, но и он закончился, выведя Берфеллага в громадную, подсвечивающуюся лишь светом огненных озер пещеру – пристанище глубинного дьявола.

Много раз он отправлял к Мудрейшему, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы, но никогда не приходил сюда сам. Даже когда исчезла Эллеайз, даже когда единственный сын был наказан жизнью в смертном теле, и даже когда затерялись следы Шайтаара. Но это откровение он не мог доверить никому.

Призрачная фигура незаметно выросла из крошечных черных хлопьев пепла, коим был усыпан каменный пол пещеры, и обернулась, разглядывая невидимыми глазами гостя.

– Неужели? Князь Сапфир! А я уж было думал, что ты умнее… На что ты хочешь променять свой покой?

– И я рад приветствовать тебя, Мудрейший. Покой дело наживное. Главное – понять, что может его нарушить.

– Философ? Попытки разобраться в мироустройстве ни к чему хорошему не ведут.

– Согласен. Но когда нельзя, а очень нужно, можно попытаться рискнуть.

– Ладно. – Глубинный дьявол приблизился к замершему неподалеку Берфеллагу и рассыпался золотистыми пылинками, что тут же собрались в маленькую крылатую ящерку. – Что ты хочешь узнать?

– Какие перемены ожидают мой мир в самое ближайшее время?

– Хм, а на чем основан твой интерес?

– Предсказанная короной Всевластия королева оказалась отвержена ею во время обряда коронации. Сегодня утром впервые после окончания войны Рубины напали на город Фазьярь. Мои воины допросили пленных, и они все как один твердили, что ты предсказал возвращение князя Рубин, который вернет своему мятежному роду абсолютную власть. – В прорезях шлема ярко полыхнуло пламя, выдавая гнев. – По-моему, оснований для моего визита более чем достаточно.

– Что ж, если ты хочешь узнать истину, это твое право. Вопрос, сможешь ли ты ее оплатить, выполнив мою просьбу?

– И в чем будет заключаться твоя просьба?

– Я скажу тебе об этом позже. Не бойся, я не требую у просящих ничего из того, что было бы им не под силу.

Берфеллаг помолчал и наконец выдохнул:

– Согласен. Только поклянись, что не причинишь вреда моей крови.

– Поклясться? – Ящерка обнажила в улыбке иголочки острых зубов. – Хм… клянусь.

– Хорошо. Теперь я готов выслушать твой ответ.

– Ну что ж… Скоро в Красный мир вернется его истинный правитель и объединит все три рода, навсегда избавив этот мир от войн.

– Князь Рубин?

– Я не называл имен.

– И это все?

– Это даже больше, чем я хотел сказать. – Ящерка развернулась, всем своим видом показывая, что разговор закончен, и взмыла под своды пещеры, раскрашенные красными сполохами.

– Что ж, я готов выполнить свою часть сделки. – Князь Сапфир не шелохнулся.

– Еще не время. А теперь уходи, – послышалось в ответ.

Тар

– Ты чего, так и просидел здесь всю ночь?

Парни, естественно, испортили мне все утро, спугнув Лайлу и ту другую, явно из крылатой братии.

– Не спится. – Я заварил себе пресный кофе из пакетика и одним глотком выпил исходящую паром жидкость.

Холодный! Эх, сейчас бы кружечку смолы…

Стоп.

Какой смолы?

И тут во рту, словно в ответ на вопрос, поселился горько-сладкий привкус с таким пьянящим, необъяснимым ароматом, что я невольно заглянул в пустую кружку, разочарованно поставил ее на стол и сел на диван.

Не нравятся мне такие воспоминания. Как будто ты когда-то уже это делал, пил, говорил, побеждал, любил, умирал… От них все становится только еще запутаннее, и все же… После оплеухи Лайлы я до мельчайших деталей вспомнил прогулку по Лазури, вот только терзал меня один вопрос – было ли это все на самом деле или я вспомнил сон?

Сердце защемило при мысли о шестикрылой зверюге. Как бы я хотел, чтобы он был со мной. Конечно, на Земле это нереально, но все же…

Злой выдох вырвался сам собой.

Непохоже все это на сон! Ни зверь, ни полеты в облаках, ни уж тем более тот странный человек, так много рассказавший мне. И падение в лаву тоже не было похоже на сновидение. Особенно ощущения после, когда тело, словно перестраиваясь, корежилось так, что я потерял сознание, а вот потом…

Я вновь вздохнул.

Потом я проснулся с пустотой в душе и ощущением, будто в груди пробили огромную дыру. Что же произошло, после того как я упал в огонь? Крылья, я уже не понимаю, где сон, а где реальность!

И при чем здесь крылья?

– Тар, да не грей ты голову! Серега сам виноват!

– Ага, вечно ему все надо.

– Быстро оклемается! Опять будет тут права качать.

Я с недоумением оглядел подсевших ко мне парней.

Ха, видимо, мои сосредоточенные вздохи они приняли за муки совести!

– Все нормально. – Я поднялся. – Дежурство закончилось. Пойду.

– Тар, а ты на свой день рождения придешь?

– Тар, гуляем без разговоров! Закатимся в «Три семерки»… черт! Забыл, что клуб сгорел. Мужики, новорожденного и обмыть-то негде!

– Значит, будем гулять здесь! Как раз после дежурства!

Нет, говорить о «подарке», который сделал мне Саня, не стану. Пусть будет как будет.

Прощально махнув рукой, я скрылся за дверью.

Домой!

Спать!

Лайла

– Можно? – Тейя стукнула в дверь и втянула меня за собой.

В этом кабинете я уже умудрилась побывать не раз, хотя даже архангелы Правления старались не появляться здесь без веских причин.

Хранитель Справедливости, правая рука Вседержителя и Высшего архангела Лазури, радостно улыбаясь, поднялся нам навстречу:

– Тейя! Лайла! Какой сюрприз! Надолго?

Тейя, по всей вероятности, тоже знала архангела не понаслышке.

– Нет, Васиэль, к твоему счастью, ненадолго. – Она вернула ему улыбку. – В мире смертных утро. Просто хотели кое-что уточнить.

– Да-а, вы правы, покой нам только снится… – Архангел сочувствующе покивал, но в его глазах уже сияло неприкрытое любопытство. – Так что ты хотела узнать?

– Я нашла нужную мне информацию в Большой энциклопедии Лазури. Но несколько имен, упоминавшихся в истории тех дней, заставили меня прийти к тебе за помощью, архангел. Мне очень стыдно, но я невежественна в этом вопросе.

– Так в чем вопрос-то? – Васиэль даже вышел из-за стола.

– Нас интересует коронация первой королевы Тариймаар и отречение от короны Всевластия ее сына. Ты что-нибудь знаешь о том времени?

– Эгм… – Хранитель Справедливости явно не ожидал этого вопроса. – А зачем тебе?

– Да вот подопечный Лайлы носит на пальце странный перстень, который указывает на его принадлежность к княжескому роду Сапфир.

– Чью принадлежность? – Глаза архангела вытаращились так, что я не удержалась от смешка, но мою выходку даже не заметили. – Подопечного?!

А вот Тейя была предельно серьезна:

– Нет, перстня. Мы думаем, что это кольцо – защита княжеского рода. То, что преподнесла князю Сапфир первая королева Бриллиантов. Кстати, передается оно по наследству от отца к сыну.

– Тьма и бесы! – Васиэль вцепился в свою роскошную шевелюру и принялся ходить по комнате. Сделав кругов пять, он внезапно остановился возле нас и уставился мне в глаза. – Как его зовут?

– Перстень? – на всякий случай уточнила я.

– Подопытного, тьфу, подопечного твоего!

– Тар.

– Тар? – Мне показалось, что в голосе Васиэля промелькнуло сомнение. – Уверена? Знакомое имя…

– Вообще-то это сокращение. – Я помедлила, не зная, можно ли говорить настоящее имя архангелу, но потом решилась: – От Шайтаара.

– И на мой вопрос не далее как несколько мгновений назад он ответил, что именем этим обязан отцу, – продолжала гнуть свою линию Тейя, не замечая предынсультного состояния архангела. – Так же как и перстнем! Вот, собственно, мне и пришла в голову мысль – а не перерожденный ли это наследник Бриллиантового рода? Кажется, его тоже звали… Что с тобой, Васиэль? Тебе плохо?

Никогда я не видела такого изумленного взгляда у моей более чем сдержанной подруги. Впрочем, я и сама ошалело разглядывала Васиэля, выкидывающего коленца под потолком.

– Девчонки, вы молодцы! Вы даже не представляете, какие вы молодцы! – Спикировав к нам, он вдруг на мгновение нас обнял и, выудив из кармана шарик перехода, начал его пробуждать. – Лайла, возвращайся к Шайтаару и глаз с него не спускай!

– Васиэль, так, значит, это он?

Архангел только отмахнулся и исчез в переходе.

– Чего это с ним? – Я озадаченно покосилась на подругу.

– Хрен его знает! – ругнулась Тейя и предупредила: – Только о том, что ты тут видела, никому не говори. Мало того что не поверят, так еще отправят в мир смертных подлечиться. От галлюцинаций.

Тар

Машину Макса я не взял, оставив ее на парковке. Сегодня он заступает на сутки, думаю, она ему пригодится.

Подставив лицо дождю, я постоял, прислушиваясь к ощущениям. Люблю. Грозу, дождь, ветер в морду. Жить люблю!

Что мне говорил тот странный дядя в капюшоне? Этот мир – чистилище? Ну кому как! В любом мире можно найти свой рай и ад. Своих ангелов и демонов.

В душе что-то приятно заворочалось, когда перед глазами появилось лицо Лайлы.

Вот интересно, простит она мне сегодняшнюю выходку? А ведь я ее предупреждал. И не раз. «Оплеуха памяти». Надо же… А ведь действует!

– Лайла?

Я с надеждой огляделся. Интересно, где ее носит, особенно когда она так нужна?!

Подождав ответа, я развернулся и направился по тротуару к дороге, живущей своей жизнью даже в такую погоду. Нужная маршрутка подошла, едва я встал под козырек остановки. Через несколько минут крутых виражей я уже выходил у дома.

Наконец-то!

По пути зайдя в магазин, я купил пачку пельменей, пару бутылок пива и направился к родной пятиэтажке. Все-таки голод мучил сильнее усталости. Правда, по дороге я несколько раз оглянулся: уж слишком чесалась спина от чьего-то внимательно взгляда, но, решив списать все на ангелочка (ведь явно же затаилась где-то), успокоенно вошел в подъезд.

– Привет, Тар.

На втором этаже поджидала Ленка.

– Привет.

– Слушай, мать куда-то ушла, а дверь захлопнулась. Можно ее у тебя подождать?

Я едва не застонал. Прощай сон.

– Лен, я вообще-то с дежурства. Спать хочу – зверски!

– Не вопрос – я буду тихо сидеть на кухне. А хочешь, приготовлю пельмени или приберусь, пока ты будешь отдыхать? – обрадованно зачастила девчонка, уже понимая, что победа на ее стороне, как вдруг дверь подъезда хлопнула и по лестнице застучали каблучки.

Я чуть не брякнулся в обморок, с трудом узнавая в поднимающейся девушке Лайлу. Белоснежная копна волос связана сзади в роскошный хвост. Идеальное лицо изуродовано яркой косметикой. Белая майка с Микки-Маусом на переднем плане обтягивает грудь так, что казалось – еще чуть-чуть, и ткань порвется. Коротенькая юбка из белой джинсы не скрывает длинных ног в блестящих босоножках на тако-о-ом каблуке, что мне оставалось лишь удивляться, как женщины их носят!

– Привет, дорогой. Заждался меня? – Она улыбнулась мне и, не замечая опешившую девчонку, вдруг прильнула к моим губам.

Из головы разом выдуло все предварительно заготовленные речи. Радом раздалось гневное сопение, бряцание, и наконец возмущенный хлопок дверью подсказал мне, что у Ленки вдруг нашлись ключи.

Чувствуя, как сплюснутые нашими горячими объятиями пельмени постепенно превращаются в кашу, я, призвав на помощь всю свою волю, отстранился от сводящих меня с ума губ.

– Ты что, сдурела?

– Я выполняю просьбу несчастного ангела этой сумасшедшей, – холодно прошипела Лайла. – Поэтому, пока она подглядывает за нами в глазок, подыграй мне! Изобрази страстно и безнадежно влюбленного в меня мужчину.

Ни хрена не понял!

Кроме последнего.

Изобразить… А чего тут изображать?

– Любимая, как ты вовремя! Жрать хочу до дрожи. Держи! – Я сгрузил растерявшейся Лайле пельмени, перехватил одной рукой бутылки с пивом, а второй, подтолкнув ее к лестнице, увесисто шлепнул ангелочка чуть пониже спины. Для скорости.

Она ответила мне улыбкой, но в глазах я прочитал такое…

Эх, один раз живем.

Вскоре я остановился у своей квартиры и, побренчав ключами, распахнул дверь:

– Прошу.

Не удостоив меня ответом, Лайла вошла, огляделась и, чуть сморщив носик, сунула мне в руки приобретшую непонятную форму пачку пельменей.

– Что-то я раньше не замечала, что у тебя так воняет рогатым отродьем!

– Дезодоранты в ванной. – Я дождался, когда девчонка одарит меня презрительным взглядом, и спросил: – Лайла, зачем этот маскарад? Что случилось?

– Спасаю еще одну заблудшую душу.

– Ты о чем?

– Не о чем, а о ком! О той девочке! Как ты мог допустить, чтобы она влюбилась?! Да в кого! В неудачника, в бабника и вообще в мерзкого типа!

– Ты обо мне?

– Догадливый!

– Из чего я делаю вывод, что ты ревнуешь!

– Я?! Кого?! Тебя?!

Я подмигнул пунцовой от возмущения девчонке и, не слушая ее гневных воплей, направился в сторону кухни. Любовь любовью, а еда по расписанию.

Открыв дверь, я замер, глядя на стоявшего у окна… отца. В руках у него была рамка со старой фотографией. Посмотрев на меня в упор, он опустил взгляд на мою руку, прижимающую к груди смятую пачку пельменей, и тут его лицо озарилось такой привычной и родной улыбкой, что я не выдержал:

– Какого хрена?! Лайла, это уже не смешно! Или галлюцинации входят в твою программу по спасению моей души?

– О чем ты говоришь? – Возле меня из воздуха появилась нахмуренная девчонка. – Кстати, если, задавая глупые вопросы, ты хочешь выпросить у меня прощение, то ничего не выйдет!

Моя галлюцинация даже после моего воззвания совершенно не собиралась исчезать и, поставив рамку на стол, направилась ко мне.

– Шайтаар? Это же я!

– Моя шизофрения? – Я попятился.

Но тут впервые в жизни в глазах потемнело, и встретивший мой затылок пол я уже не почувствовал.

Лайла

– Стой на месте, или, клянусь, я отправлю тебя обратно в преисподнюю! – Создав иллюзорный меч, я перешагнула через Тара и угрожающе наставила клинок на подходившего незнакомца. То, что он из Красного мира, мне подсказала окутывавшая его багровая аура.

– Девочка, я же советовал тебе не использовать эту иллюзию.

– Пусть иллюзия, но вернуть тебя в Красный мир у меня получится!

– У меня есть разрешение на пребывание в мире смертных.

– А у меня есть приказ Высшего архангела всеми способами защищать его – Якивнула на Тара и угрожающе шагнула демону навстречу.

Надеюсь, он не поймет мой блеф. Иллюзорный меч мог стать оружием только в руках архангелов. Мой же через некоторое время попросту превратится в облачко, оставив меня безоружной.

К моему удивлению, незнакомец остановился.

– Вот как? И что же такого ценного в жизни этого смертного?

Я скользнула по нему изучающим взглядом. Хм, в принципе настроен адекватно. На привычную картинку – демон-убийца-психопат – не тянет. Если бы не его сила, решила бы, что он обычный человек. Кстати, кого-то он мне даже напоминает… а может, я его уже где-то видела?

Перед глазами встал Храм Правления Лазури.

Ну точно! Это ведь он был тем демоном, попавшимся мне навстречу!

– А у нас теперь всех смертных так оберегают!

– Забавно… но меня не нужно бояться. Как я уже говорит, я не причиню вреда твоему подопечному.

– Тогда зачем ты здесь?

– Вообще-то я пришел за кольцом. Это перстень моего рода.

– Так ты и есть князь Сапфир?

– Ну… теоретически да.

– А он? – Я кинула быстрый взгляд на Тара. Смертный шевельнулся. По-прежнему без сознания. Чуть позже я позволю ему очнуться, вот только выспрошу все у демона. – Тоже из твоего рода?

– Если честно – не знаю. Смешанная кровь иногда дает невероятные результаты. – Заметив мой удивленный взгляд, он усмехнулся и терпеливо пояснил: – Просто до сих пор неясно, к какому роду он будет принадлежать. Это выяснится только после его возвращения в Красный мир. И после обряда Возвращения Сущности.

– Стоп. Обряд Возвращения Сущности – это прохождение через Огненную Чашу? После него, кажется, появляется броня и возвращается скрытая перерождениями память? – Какой кошмар! Теперь все ясно! Но говорить о том, что Тар уже умудрился пройти через этот обряд, не стану. Пока еще неизвестно, можно ли ему доверять.

– А ты явно была отличницей, – знакомо подмигнул мне мой неожиданный собеседник.

Тар застонал, явно приходя в себя. Я бросилась к нему снимать воздействие. Надеюсь, он простит мне этот вынужденный обморок… Если узнает.

Наконец парень сосредоточенно поморщился, внимательно ощупал затылок и, распахнув глаза, уставился на меня.

– Лайла, чего это со мной такое было?

– Что?

– Ну… то, что я так внезапно решил поспать. Слушай, а до этого мне такое привиделось – мама не горюй! Как будто я на кухне увидел отца! Ну помнишь, я рассказывал тебе об аварии? Лайла? Ты чего?

Я медленно поднялась. Неужели этот демон – Элекзил, наследник рода Сапфир, – все-таки его отец?

Увидев стоявшего у окна незнакомца, Тар сел и пару минут сосредоточенно щипал себя за руку, не забывая в перерывах усиленно тереть глаза. Наивный! Видимо, решил, что такими примитивными способами можно избавиться от жителей Красного мира.

Демон с полуулыбкой внимательно наблюдал за его стараниями и наконец не выдержал:

– Шайтаар, даже не старайся. Я – не видение и исчезать не собираюсь!

Пружинисто вскочив, Тар огляделся, заботливо поднял раскатившиеся по полу бутылки, пачку окончательно потерявших форму пельменей и, не отрывая взгляда от улыбающегося ему гостя, направился к нему.

– Отец?

– Так, стоп! – Воспользовавшись бесплотным телом, я вынырнула из воздуха между ними и принялась наступать на демона. – Что значит – отец? Чтобы стать ему отцом, ты должен был какое-то время жить в смертном теле!

– Ты тоже против непорочного зачатия? – Демон осклабился в тридцать два белоснежных зуба и так мне подмигнул, что у меня тут же запылали щеки.

Призвав на помощь всю свою выдержку, я смерила его презрительным взглядом и уже более спокойно продолжила:

– Дело в том, что ни в одной хронике Лазури нигде не упоминалось о том, что наследный князь крови хотя бы на год покидал Красный мир! Как тогда у тебя могло получиться такое? – Я выразительно указала на хмуро разглядывающего нас Тара. – Или ты воспользовался чарами и соблазнил невинную женщину? Тогда это дело для Наказующих архангелов!

– Хм… – Элекзил вдруг искренне задумался. – Во-первых, само собой разумеется, что князь Сапфир не предал огласке этот случай. Ведь в смертном теле я был бы гораздо уязвимее для врагов нашего рода! Ну а во-вторых, я бы поспорил насчет «соблазнил». Все было законно, и наш с Брилл сын – единственный наследник двух правящих родов.

– Подожди… – Я подержалась за виски, пытаясь сосредоточиться. – Ты хочешь сказать, что его матерью была не обычная женщина?

– Обычная. Но перерожденная. Когда-то она звалась королевой Тариймаар. Поэтому я и назвал сына его истинным именем.

– Но почему ты решил, что в теле твоего сына – душа Шайтаара, первого и единственного Бриллиантового короля?

– Я это знаю, но подтвердить мое предположение может только обряд Возвращения Сущности. – Он прищурился. – Скажи, а в Лазури, в Книге судеб, он числится под другим именем?

Я помолчала, признавая поражение.

– Нет. Теперь нет. Возможно, с самого рождения у него было другое имя, но, после того как он достался мне, Шайтаар стало его единственным именем.

– Вот как? – Элекзил задумчиво прищурился. – И когда же ты стала его хранителем? До нашего с Брилл ухода или после?

– После. Иначе не пребывала бы сейчас в состоянии аффекта от знакомства с семейством своего подопечного!

Демон хотел сказать что-то еще, но тут в спор решил вступить все больше мрачнеющий Тар.

– Отец, скажи, а почему ты ни разу не подал мне знак с того дня, как я остался один? Я поверил бы во что угодно. И даже в то, что мои родители демоны, лишь бы знать, что тогда, на той заснеженной трассе, вы не ушли навсегда!

– Прости, Шайтаар, я много раз пытался это сделать, но не мог пробиться через огненную метель, которая всегда тебя окружала. Даже сейчас… – Элекзил подошел к сыну и, как слепой, провел руками по воздуху в миллиметре от его лица. – Даже сейчас я не чувствую тебя. Магия крови упорно твердит, что ты чужой, но я смотрю на тебя и вижу себя.

Я внимательно наблюдала за ними обоими. Сходство, конечно, потрясающее! Но если верить словам Сапфира, Тара окружает какое-то скрывающее информацию о нем поле. Ведь я тоже не могу проникнуть в его мысли, увидеть вместе с ним его сны.

– Огненная метель… А если кто-то хотел, чтобы Тар был неузнанным тобой?

Вместо ответа Элекзил пожал плечами, нерешительно обнял словно окаменевшего Тара, и тут…

– А-а-а, поберегись!

Нечто белое-на-ангела-похожее со скоростью взбесившегося пылесоса пронеслось от раскрытого окна к двери и затормозило, лишь запнувшись обутыми в белые тапочки длинными ногами за кого-то из шарахнувшихся в разные стороны мужчин.

– Хра… хра… хранитель Васиэль?! – наконец-то выговорила я, узнав в растрепанном, в подпалинах существе хранителя Справедливости Лазури.

– Базивлевс? А ты откуда такой красивый? – Элекзил удивленно вытаращился на Васиэля.

Тот с кряхтением поднялся и смущенно одернул некогда белоснежный наряд. Судя по интонации Сапфира, этих двоих связывали не только официальные приемы по укреплению межмировых отношений.

– Откуда, откуда… – передразнил архангел, тоскливо вздохнул и вдруг, выразительно проведя по горлу ребром ладони, начал жаловаться: – Вот где она у меня уже сидит! С тех пор как ваш сынок потерялся, с ней и общаться-то стало вредно для здоровья! Вот скажи, что я ей сделал? Что? Наоборот! Пришел с радостной вестью, что напал на след моего крестника, а она в меня – огнем! Говорит, врешь, кошак драный, уже двадцать лет меня обещаниями кормишь!

– Погоди, так ты у Тамары был? – наконец дошло до демона. – А чего тебя туда понесло?

– Ну вообще-то, Алекс, я шел к тебе. А нарвался… Эх, вконец Томочку ваш мир испортил!

– А ко мне зачем? Шел? Мог бы так, на расстоянии мысли переслать.

– Забыл! Что-то я обо всем забыл с той минуты, как меня вон она, – архангел обличающе ткнул в меня пальцем, – обрадовала, что твой сын нашелся. Я даже переходом не воспользовался – так из вашего Шеррахха сбежать спешил! Фух, замылился крыльями махать.

– А это еще что за пернатое из вида ангелов? – Тар, видимо, устал стоять без дела.

С интересом оглядев тут же нахмурившегося Васиэля, он как ни в чем не бывало отлепился от стенки, взял кастрюлю, налил в нее воды и, всыпав горсть соли, поставил на плиту. Затем грохнул на стол доску, вскрыл ножом пачку пельменей и, вытянув слипшийся ком, начал неспешно нарезать его на тонкие дольки. Затем эти дольки стали превращаться в квадратики.

– Это пернатое – твой крестный, – усмехнулся Элекзил, или Алекс, как его называл Васиэль. – Именно он настоял, чтобы над тобой провели обряд крещения и назвали смертным именем, выбранным твоей мамой.

– Неужели это твой сынок? – Васиэль уже и думать забыл обижаться и теперь восторженно разглядывал мрачного Тара. – Силы небесные! Вот это конь вымахал! А я, как тебя увидел, сразу подумал, что ты мой крестник. Вы ж с Алексом одно лицо! Дай-ка я тебя обниму!

– Чего-то не хочется. – Мой подопечный одарил архангела таким взглядом, что тот поспешно спрятал руки за спину и примирительно пожал плечами. Мол, не хочешь – как хочешь, но я предлагал!

Не глядя ни на кого, Тар, взяв бутылку с пивом, одним движением открыл и жадно припал к горлышку.

– Тэ-экс, это что же, он у нас еще и пьяница? – Васиэль тут же оказался рядом, злопамятно поглядывая на невозмутимого булькающего пивом парня. – Ничего, Алекс, ты только не переживай! Воспитаем – обещаю!

Нож вдруг крутанулся в руке Тара и, пригвоздив доску к столу, нервно закачался.

– А ничего, что вмешиваюсь в вашу беседу? – Бутылка грохнулась под стол. Тар мрачно оглядел всех нас. – По-моему, вы все несколько опоздали с моим воспитанием. А сейчас, если нетрудно, я бы хотел остаться один. – Он посмотрел мне в глаза. – Лайла, сделай так, чтобы все они исчезли!

– Гм… – Как трудно выдержать его взгляд! – Ты что, до сих пор считаешь, что все это – созданный мною морок?

– Так! Я не понял. – Васиэль нахмурился, его белоснежные одежды вдруг вспыхнули сиянием, стирая нелепые пятна и подпалины, а за спиной величественно расправились крылья. – Ты, смертный, только что назвал самого хранителя Справедливости – мороком?!

– И что ты мне за это сделаешь? – Тар вновь взялся за нож. – Исчезнешь?

– Так. Кажется, у нас появилась проблема. – Элекзил, все это время молча наблюдавший за Таром, примирительно махнул Васиэлю и решительно подошел к сыну. – Пробуждение памяти и страх.