Текст книги "Змеиное жало (СИ)"

Автор книги: Таис Буше

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

– Вряд ли тебя хватит на второй раз. Я слышала, чем ядовитее речь альфы, тем он слабее в постели. – И отпустила ворот, откидываясь на локти. По телу прошла очередная волна жара и холода, выкручивая на максимум все ее рецепторы.

Киар вдруг засмеялся и молниеносно выкинул руку вперед, закрывая ей Дион.

– Не смей, – приказал он Каз-эву и тот от злости низко заклекотал. – Ты первый начал. Казу, не ревнуй. Это же наша ниэ, зачем ты так злишься? Мы должны холить и лелеять ее. Она же может подарить нам наших детей.

– Она ядовита, как змея, и опасна, как ментал. Выжжет нам мозги – вот и все.

– Зачем мне это? – разозлилась Дион.

– Потому что такую красивую канисианку никто бы в жизни не отдал врагам, – прорычал Каз-эв. – А ты должна не просто рядом с нами сидеть. Ты должна раздвигать свои стройные ножки по нашему щелчку. Ты думаешь я поверю, что родители отдали тебя в такое рабство?

– В брак, – четко произнесла Дион. – Родители отдали меня в брак к нашим союзникам. И для меня не проблема исполнять свой супружеский долг.

– Не проблема, значит, – не унимался Каз-эв. – Ну давай тогда проверим.

И дернул за цепь, натягивая ее сильнее и пристегивая к изголовью кровати.

02

Наиль

Бен-себ открыл для Наиль жилой модуль браслетом и кивком головы разрешил войти внутрь. Наиль втянула очищенный воздух и вошла внутрь. Свет во всем помещении был приглушен, и обстановка плыла темными тенями. Наиль могла бы сказать, что она черная, но подойдя ближе к стене с нанокамерами, поняла, что она темно-серая, графитовый оттенок стандартной обшивки для такого класса кораблей для дальних полетов. Она сделала пометку в голове, что аписы используют схожие с ними материалы, а значит, у них есть контакты со всеми галактическими корпорациями.

«Не такие они и закрытые, раз используют привычные ей материалы».

– Очисти свое тело перед церемонией. Твоя новая одежда в душевой, – апис говорил, даже не глядя на нее. Он снимал часть своего обмундирования и складывал в выдвижные отсеки, оголяя сильные руки. На них странной черной вязью тянулись геометрические рисунки. Наиль уже заметила, что на аписах были ритуальные рисунки, но похоже все их тело было разрисовано знаками принадлежности.

«Но вот к чему?»

У них на Канисиане любое изображение наносили лишь служители культа или воины-смертники в старые времена. Ни первое, ни второе Наиль не нравилось. Для нормального союза нужен был базис, крепкая основа, на которую в прекрасную конструкцию собирались привычки, цели, желания, страхи и надежды двух партнеров. И эта конструкция могла быть любой: тяжеловесным каменным домом в горах с камином и снежными холмами или легкой полупрозрачной башней из сверкающего полимера на берегу бирюзового моря.

А еще, Наиль хорошо знала и другие конструкции – они могли быть глубокими донжонами, если сожалений, страхов, боли было больше, чем чувств.

«Чувства... И как я должна помогать их взращивать, если мой супруг даже не заботится о моем психологическом состоянии? И что у остальных девочек?»

Надо было действовать.

Она подошла к Бен-себу и дотронулась пальцами до сильных плеч, провела по напряженным мышцам вниз к локтям.

– Я бы хотела поговорить. Больше узнать о вашей культуре. О ваших правилах. Я изучала переданные вами правила, но мне бы хотелось узнать это из первых уст.

Спина аписа напряглась. Он замер и вытянулся, подняв голову. Поза точно не располагала к диалогу.

– Той информации достаточно, – процедил Бен-себ.

– Почему ты не хочешь поговорить со мной? – Наиль сознательно перешла на очень личное обращение. Ей нужно было прощупать границы. Раскачать их, но апис был хуже камня. Совершенно непроницаемый.

Бен-себ наконец-то повернулся к Наиль, сверкнул своими яркими голубыми глазами. Свои длинные каштановые волосы он распустил. И на секунду Наиль показалось, что у нее получилось, она что-то затронула в супруге, ведь в его взгляде промелькнули какие-то неясные тени.

– Не надо, Наиль. Я всегда буду вторым.

– Вторым? – переспросила Наиль, пытаясь понять, что он имел в виду.

– Займись омовением перед церемонией, – сухо ответил Бен-себ, проигнорировав вопрос.

– Хорошо, – Наиль покорно согласилась. Первая попытка была не слишком удачной.

В большой душевой места было на троих. Огромная зона с водоотталкивающим полимером тянулась от одной стены до другой, а по верху зоны для ионизированной струи. Да, о воде на несколько месяцев придется забыть, но это не самое важное.

Наиль разделась и уставилась в большое зеркало, что отражало всю комнату. Вместе с ее стройной фигурой. Чешуйки мерцали в более интенсивном цвете, делая ее тело жемчужным. Наиль иногда ненавидела эти полосы, потому что не считала, что достойна их. Родители были разбиты после такого вероломного предательства их первого ребенка. Они, как и Наиль, готовились к смерти, и по законам Нагской Империи она бы точно последовала, но Финарэль предложила сделку, а она, как трусливая тварь, согласилась. Так хотелось жить!

Она провела рукой от шеи до живота. Скоро она будет отвечать за еще одну жизнь, и надо приложить все умения и силы, чтобы Бен-себ раскрылся и позволил построить с ним полноценную семью.

Вернувшись в комнату, она замерла по центру. Все такой же тусклый свет. Полумрак, который больше пугал, чем расслаблял. Она готовилась к тому, что будет дальше, но не к такому!

Когда она повисла между двумя аписами, паника накрыла с головой. Бен-себ смотрел на своего старшего с такой злобой, что Наиль подумала, что не доживет – они ее прямо тут в драке и прикончат. Теперь стала понятна фраза про «второго».

«Я всегда буду вторым».

Этот «первый» задавливал Бен-себа, и явно получал от бессилия его апиона удовольствие. Надо было как-то уравнять шансы. Наиль досчитала до трех и качнулась к Бен-себу, оплетая его ногу своей, чтобы притянуться ближе. Апис удивленно посмотрел на нее, но очень аккуратно дотронулся до спины, прижимая к себе сильнее.

– Я с незнакомцами сексом не занимаюсь, – сказала она, чуть повернув голову в сторону «первого».

Позади послышалось низкое недовольное клацанье зубами (и жвалами).

– Мое имя Беар. И я...

Наиль не дала ему договорить. Роли – вот, что важно расставлять сразу и приучать к ним. Глядя на эту пару самцов она сразу же поняла, что проблем они огребут по полной. Наверняка и у остальных девочек союзы были далеки от гармонии.

– Мой будущий супруг, – с почтением договорила Наиль и сразу перешла в наступление: – В моей культуре альфа всегда защищает свою пару. Бережет ее как будущий сосуд жизни, а избранная пара ублажает своего альфу, – голос у Наиль был мягкий, соблазняющий. Она поводила ногой по напряженной икре Бен-себа и прижалась еще ближе, впившись взглядом в тонкие губы. Дотянуться не было никакой возможности, но вот спровоцировать...

– Или двух альф, которые преклонили колено перед своей парой. И для меня оба супруга всегда будут равны.

Беар вдруг низко зарычал и оттянул за волосы голову Наиль назад, будто разъединяя ее с Бен-себом, но тот быстро нагнулся вперед и жадно поцеловал. Впился в рот Наиль слишком сильно, но отталкивать его сейчас было нельзя – она обязана была снизить завышенную важность Беара. Когда Бен-Себ спустился поцелуями к ее шею, то Наиль сладко выдохнула и прошептала:

– Мне больно, Беар. Не тяни так за волосы. Я же никуда не денусь от тебя.

Хватка моментально ослабла и мощное тело сзади вдавило ее в Бен-себа. Наиль сглотнула, ощутив размеры что одного, что второго и мысленно позвала маму на спасение. Но как бы ей сейчас ни было страшно, довести их первое соитие без потерь до финала предстоит именно ей, если она хочет увидеть хоть какое-то подобие мирного сосуществования на утро.

Яд в крови горел огнем, а тело, распаленное интимными ласками, требовало разрядки. Она чувствовала, что фертильная волна накрывает ее. Что вязкая смазка сочится из нее из-за этого дурмана, что впрыснул Бен-себ, но ей сейчас была нужна трезвая голова. О своем удовольствии пока стоит забыть.

Беар водил носом по ее шее и слегка покусывал кожу. И Наиль наклонила голову, открывая для него шею, в которую он сразу же впился, оставляя красный засос. Его руки обвили ее за талию и еще плотнее вжали в себя и в его стояк. Спереди же прижимался разгоряченный Бен-себ и елозил по животу горячим членом.

«Это просто кошмар!» – думала Наиль. – «И как я должна придерживать двух разгоряченных самцов, которые еще и ревнуют меня друг к другу?»

– Прошу, развяжите меня, – прошептала Наиль. – Я хочу заняться с вами любовью, а не «процедурой».

Оба аписа напряглись, и Бен-себ резко заклекотал на Беара, а тот в свою очередь на него. Но почти сразу четыре сильные руки принялись освобождать Наиль из перевязи, а потом аккуратно поставили на пол. Она сразу почувствовала покалывание в руках от притока крови, но молча дошла до кровати и призывно на нее забралась. Она облокотилась на изголовье, почти улеглась на множество подушек и жарко посмотрела на обоих аписов. Что Бен, что Беар были высокими и сильными, одного роста и с одинаковым цветом волос. Только глаза у них отличались: у Бена они горели лазурью, а у Беара блестели, как осколки льда.

И у обоих аписов все тело было покрыто черной росписью.

Раньше Наиль даже не задумывалась о том, что ей нравится в альфах Канисиана, и что ей вообще может понравится в своем избраннике. Но глядя сейчас на эти линии, формы, руны, она вдруг поняла, что это ее безумно возбуждает.

Все ее тело жаждало впитать эту мощь и красоту.

И она осознала – сегодня не будет зачатия. Сегодня она примет в себя их обоих, как равных. Не даст ни одному из них быть выше другого.

– Я хочу вас двоих, – сказала она томно. – Одновременно.

Беар провел по своему члену кулаком и рыкнул:

– Так не произойдет оплодотворения.

– А его и не будет, пока вы не прекратите меня рвать пополам, – вдруг строго произнесла Наиль. – Я вам не вещь. И не хочу, чтобы мне причиняли боль только потому, что вы не можете прекратить соперничать между собой.

– Я бы не посмел, – виновато сказал Бен и замолчал. Посмел ведь, захотел присвоить ниэ первым.

– Я замерзла, – капризно сказала Наиль и удовлетворенно улыбнулась, когда такая простая манипуляция сработала – оба аписа сразу же оказались рядом с ней, прижимаясь горячими телами. А она резко завалила и оседлала Бена, прогнулась назад, лаская пальчиками его горячий член.

– Согреваться лучше всего в движении, – и посмотрела на Беара, облизав губы. – Мой иос поцелует меня?

Беар встал на колени, потянувшись к лицу Наиль и властно ее поцеловал, проталкивая язык в сладкий рот. И в эту же секунду пальцы Бена принялись ласкать ее влажные складки, тереть чувствительный клитор и заставлять стонать прямо в рот Беара. И от этой сумасшедшей ласки Наиль кончила. Ее отзывчивое тело сходило с ума от того, что ее ласкали несколько рук. И каждый ее супруг хотел доставить удовольствие.

Она оторвалась от губ иоса и закрыла глаза, взмолившись:

– Я больше не могу. Войдите в меня.

Беар переместился за ее спину и сжал оба их члена, чтобы Наиль было удобнее насаживаться. И она попыталась, но поняла, что приуменьшила в голове размеры их детородных органов. Но деваться было некуда, надо было срочно решать проблему.

– Не влезают, – выдохнула она. – Нужна растяжка. Помогите мне пальцами, пожалуйста.

И поцеловав Бена в губы, слезла с него, чтобы встать на четвереньки и высоко задрать бедра. Она не стала ждать, а сама запустила пальцы в себя и принялась растягивать. Но когда в нее вошли еще четыре, то застонала и прогнулась от дикого удовольствия. Неужели этот чертов яд сделал ее такой чувствительной?!

Плевать! Сейчас было важно только одно – вобрать в себя их обоих одновременно.

Ее аписы ласкали вход нежно, не напирали, а делали это как-то синхронно, отчего у Наиль уже кружилась голова. Они ее так распалили и растянули, что она застонала громко и выгнулась, насаживаясь на их пальцы сильнее.

– Я ужасно вас хочу. Просто запредельно, – шептала она, продолжая толкаться назад. Уже отошли на второй план все ее манипуляции и стратегии. Она действительно хотела почувствовать их в себе одновременно.

Выпрямившись, она обернулась назад и посмотрела на Бена. Взгляд у того давно стал черным от расширившихся зрачков. Он моментально лег на спину и усадил на себя Наиль. Она привстала и повернула голову к Беару. Иос прижался к ней со спины и проложил цепочку поцелуев по выступающим позвонкам.

– Ты такая сладкая. Я не могу оторваться от твоей кожи, – сказал он Наиль на ухо и приставил взятые в кулак два члена – его и Бена. Влажные головки уперлись в растянутый вход и плавно проскользнули внутрь, распирая стенки до предела. Наиль забыла как дышать. Воздух застрял в легких и от смеси боли, и невероятного ощущения наполненности она окончательно потерялась в пространстве.

– Дыши, – приказал ей Беар и перехватил за талию, мягко опуская на их горячие стволы. Наиль откинула голову на сильное плечо и прикрыла глаза, стараясь дышать маленькими вдохами. Нужно было перетерпеть дискомфорт, потому что потом она сменится удовольствием. И чем глубже она насаживалась, тем громче стонала – это был экстаз, а не просто удовольствие.

Ее аписы шумно дышали, все вены на их шеях вздулись от сексуального напряжения. Мышцы на руках напряглись, но они не позволяли себе двигаться слишком быстро. Но и от это плавного скольжения, трения о стенки и друг о друга сводили всех их троих с ума.

И когда Наиль вдруг собрала все свои силы и резко опустилась, то ее мужья не выдержали и кончили с громким клекотом. Да и она сама на секунды потеряла сознание от взорвавшегося внутри нее оргазма. Лишь руки Беара удержали ее от падения на Бена. Но как только все смогли отдышаться, то на грудь Бена ее все-таки уложили, разомлевшую и уставшую.

– Я принесу воду и санитарный фен, – сказал Беар, убрав волосы с лица Наиль. Наиль же попыталась улыбнуться ему, но глаза снова закрылись, и она неожиданно заснула.

03

Катэль

В каюте ее аписа было мало предметов мебели. Кровать, ящики для хранения, полимерная дверь в санитарный блок с ионной душевой, да несколько уровней подсветки. На космическом корабле сложно построить уютный дом, хотя она помнила рассказы Ларисс, какие потрясающие убранства созданы на кораблях вархов. У аписов же их пространство походило на аскетичные кельи в темных серых тонах.

– Это твое одеяние, ниэ, – Гор-сид указал рукой на кровать, где лежала длинная поистине роскошная туника, расшитая золотыми цветами по подолу и глубокому вырезу.

Катэль подошла к большой кровати и провела рукой по ткани – тончайшая мягкая материя, но не шелк. Не такая холодная. Шелк она ненавидела. Бывший муж всегда покупал ей шелковые вульгарные тряпки, и Катэль их все сожгла после развода.

Уж лучше голой.

– Я должна надеть этот наряд?

Гор-сид замялся. Он по военной выправке сложил руки позади спины и замер.

– Этот наряд выбрал наш иос. Он хочет видеть тебя в этом.

– Иос? – спросила Катэль. Не помнила она информации ни про каких иосов.

– Старший, – сухо пояснил Гор-сид и замолчал.

– Ты позволишь мне предстать перед другим аписом в этом? – Катэль не скрыла в голосе злости. Как сексолог она понимала желания, в том числе и открытого брака, но судя по тому, что она видела, аписы точно не были полигамны. Аскеты в своей наивысшей форме – вот кто они, но точно не блудливые самцы.

– Он наш старший, ниэ. Он не чужак.

– Что? – подавилась воздухом Катэль. «Наш старший», «не чужак». – Вас двое, – не спрашивала, а отвечала себе сама. – У вас тандем партнеров.

– Да, – опять сухо и без эмоций. – Я оплодотворяю данное иосом семя.

Великое древо, да они же их всех обманули! Финарэль бы никогда не пошла на такое соглашение. Но теперь им четверым расхлебывать эту проблему и попытаться как-то не привести все к войне. Если они провалятся, то аписы будут брать силой их девушек в свои тандемы, превращая в инкубаторы.

– Почему вы не сказали об этом? – строго спросила Катэль, и тут отъехала часть стены около кровати, открывая помещение больше похожее на кабинет. Из него вышел апис – выше Гор-сида, мощный, весь в черном, даже чернильный рисунок у него переходил на нижнюю часть лица, превращая рисунок в подобие маски. Его агатовые глаза с синими искрами были холоднее космоса.

– Потому что это мой приказ. Нет никакой необходимости пояснять весь наш процесс оплодотворения. Ниэ видит нас двоих лишь для зачатия. Потом она вольна не общаться с нами до самого рождения детей.

«Потрясающе! Всю жизнь так и мечтала!» – разозлилась в своих мыслях Катэль.

– Вы приказываете всем аписам? Я думала, главный у вас шаман.

Апис усмехнулся криво и слегка склонил голову набок, выражая недовольство. Он сложил руки на мощной груди и холодно ответил:

– Я здесь власть. Мое имя – генерал Гэйс, но тебе позволено называть меня иосом. Будешь вести себя хорошо, все на вашей планете останутся целыми.

Катэль даже не поняла, как оказалась около него. Она зеркально отразила позу аписа и произнесла с ненавистью:

– Кто вам дал право запугивать нас?

Гэйс приблизился и навис над Катэль, но она не отступила, хотя коленки дрожали.

– По праву сильного.

Ох, как же это все напоминало Катэль бывшего супруга. И поди ж ты, тоже генерал. Как дурацкий замкнутый круг!

– Сила, значит, – прошептала Катэль. Она разомкнула руки и положила их на предплечья аписа, провела вверх, к шее и нежно ее огладила. Все мышцы этого хищника напряглись, он раздул ноздри, втягивая больше воздуха, потому что от ласки побежал по крови адреналин. Катэль все это знала, как и то, что:

– Я могу сломать твой член в четырех разных позах. Мои внутренние мышцы идеально натренированы, мой иос. Если не хочешь лишиться возможности иметь потомство, то не надо начинать наши отношения с понятия «сила». Она бывает разной.

Гэйс низко заклекотал и стрельнул убийственным взглядом на Гор-сида, который хотел слиться со стеной.

– Это что за наглый инкубатор! Кого ты мне привел, апион?! Как посмел шаман подсунуть мне «это». Да она же старая!

– Опять началось! – громко сказала Катэль и отвернулась от Гэйса. – Если я старая, так зачем же так мучить себя, а, генерал? Давайте я подам прошение графине Леутт, она пришлет вам искусственную матку, которую разработали для Нагской Империи, и кончайте туда хоть целыми днями. Вам же без разницы куда! В живое создание или свой кулак!

Она стояла спиной и не видела, как озверел иос, как он разорвал свой дермас, открывая широкую челюсть, как он собрался вонзить свои острые клыки в Катэль. И наказать непокорную ниэ.

Катэль ничего не видела, но сразу почувствовала, как по ее руке потекло что-то теплое, а рядом с ней оказался Гор-сид, шипя от боли. Она обернулась и даже вскрикнуть не смогла – звуки превратились в хриплый выдох.

Гэйс сомкнул свою челюсть на руке Гор-сида, который кинулся на защиту ниэ.

Катэль смотрел на то, как течет темно-красная кровь Гор-сидаи закипала. Внутри, одна за одной, вылетали заклепки на ее смирении. Она больше не могла выдержать ни секунды такого унизительного отношения.

Ее терпение лопнуло!

– Гор? – позвала она апиона и сглотнула ком в горле. Тот весь побелел от потери крови, но Гэйсу хватило ума разжать челюсти и сделать шаг назад. Он ничего не говорил, смотрел только зло и обиженно.

– Я в порядке. Сейчас залечу рану. Не переживай... Катэль.

Гэйс сразу недовольно зашипел, и это заставило Катэль оторвать взгляд от Гора. Вот как было бы замечательно – будь в паре только они вдвоем. У нее никогда не было любовника моложе ее самой, по правде говоря, но апис был такой горячий и одновременно невинный, что Катэль хотелось раскрывать его сексуальность постепенно, нежно и ласково. Уже сейчас она понимала, что апион что-то почувствовал к ней, потеплел.

И Катэль собиралась вырастить эти прекрасные эмоции, если уж не в любовь, то в глубокую симпатию.

– Я буду ждать тебя, – улыбнулась она нежно, и Гор-сид немного покраснел от смущения.

Но как только он удалился в ванную, чтобы восстановить покров тканей биогелем, Катэль посмотрела на Гэйса и улыбка с ее лица пропала.

Она принялась снимать свою одежду, не спуская глаз с генерала. Тот стоял, как черная глыба, и будто вообще не дышал. Только следил своими черными глазами за движениями своей ниэ.

– Ложись на кровать, – командным тоном произнесла Катэль. И Гэйс послушался! Он стянул обтягивающий верх, открыв взору весь сложный рисунок татуировок и улегся на матрас. Взгляд у него был хоть и злющий, но виноватый.

Катэль не собиралась с ним разговаривать, но кое-что прояснить она захотела:

– Если я для тебя инкубатор, то ты для меня – член со спермой, – на этой фразе она провела рукой по его животу и опустилась на бугор – апис уже был возбужден. Быстрые движения, и вот уже показалась крупная красная головка.

«У моего бывшего „супер“ альфы агрегат был явно поменьше. Но отступать поздно», – с волнением подумала Катэль.

Она наклонилась и облизала его под сдерживаемые стоны. Технично и без эмоций. Все эмоции и ласку она подарит Гору.

Чтобы запихнуть в себя эту толщину, пришлось растягивать себя пальцами, но долгое воздержание тут очень удачно помогло – Катэль возбудилась уже от вида этого шикарного и мощного тела, исписанного чернильными узорами. Да, в бездну космоса, эта сволочь-генерал был красив!

«Ну хоть не противно будет», – подумала Катэль и насадилась на член.

– Дернешься и я его тебе сломаю. Я как раз в самой удобной позиции для этого, – зашипела она на Гэйса и тот замер, даже глаза немного прикрыл.

Катэль, вернее генералу аписов, хватило буквально минуты, чтобы кончить. И Катэль сразу же встала с него, ехидно улыбнувшись.

– Скорострелы – самые худшие любовники.

И чтобы Гэйс не успел ее схватить, сразу слезла с кровати. И очень удачно услышала вошедшего Гора. Ее коварная улыбка стала шире. Она так и говорила генералу аписов, что сейчас он испытает настоящее поражение за свой проступок.

Катэль не была ксенопсихологом, как Наиль, но как сексоколог, как врач, работающий в такой деликатной сфере, выучила одно золотое правило – без взаимного уважения и заботы хорошего секса не выйдет. Да, бывают вспышки страсти. Да, кому-то полезно проявить эгоизм в постели. Да, у всех разные фантазии. Но в семье, если партнеры хотят гармонию в сексе, без уважения не обойтись.

Она подошла к Гору и проверила его руку. Биогель действовал прекрасно, быстро заживляя и затягивая разорванные ткани. Она нежно помассировала его руку и тихо спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

Гор сглотнул и посмотрел за спину на застывшего Гэйса. Тот не вставал, так и лежал в кровати, видимо, думая, что сексом можно заниматься только там. Катэль не любила ни публичность столь интимного процесса, ни подглядывание чужих глаз, но именно сейчас ей была необходима демонстрация того, каким секс бывает, когда оба его хотят и готовы проявить уважение друг к другу.

– Не смотри на него. Смотри только на меня, – прошептала Катэль и словила удивленный взгляд Гора. Тот будто видел в ней что-то чудесное, что-то, что апис, не задумываясь, захотел защитить. А ведь их знакомство явно не задалось, но прямолинейность и сексуальная раскрепощенность Катэль что-то изменили в ощущениях Гора.

– Все хорошо.

– Значит, мы можем приступать? – прошептала она жарко и обняла Гора, притягивая к себе. Тот потянулся к ее губам и так мило прикрыл глаза. Сколько ему лет? Он же совсем молодой.

Катэль прижалась к сильному торсу и сразу почувствовала, как бешено бьется его сердце. Гор стянул верх своего военного обмундирования, чтобы залечить руку, и Катэль чувствовала своей обнаженной кожей, как сокращаются от сильного напряжения мышцы аписа.

И она поняла, что его надо немного расслабить. Она облизала тонкие губы и протолкнула язычок в приоткрытый рот. Гор выдохнул в ее рот и запустил свой длинный язык. Он исследовал рот Катэль хаотично, но зато страстно, что даже удивило ее. Гор вдруг крепко прижал ее к себе. Руки его поползли вниз, сжали ягодицы и прижали к своему стояку. Катэль улыбнулась от такого напора. Как же она скучала по такой жажде. Да, что там! Она вообще ощущала такой напор в первый раз в жизни. С альфами Канисиана ей не везло. И она уже несколько лет получала удовольствие только при помощи сексуальной жизни своих клиентов.

А Гор ее заводил с полуоборота!

Она ойкнула от укола во рту, и Гор оторвался от ее губ, облизывая свои.

– Я впрыснул свой яд. Он поможет зачатию и принятию нашего ДНК. Тебе больно?

Гор взял лицо Катэль в свои ладони и погладил кожу большими пальцами. Очень заботливо.

– Это то самое жало?

– Да, небный отросток только у апионов. Мы облегчаем для наших ниэ проникновение и принятие нас.

– Одурманив? – усмехнулась Катэль и почти сразу почувствовала, как скакнули ее гормоны. Как внизу разлился жар желания.

– Я испугался, что я не буду приятен.

Катэль протянула руку к лицу Гора и погладила его скулу и губы. Гор сразу же уткнулся в ее ладонь и втянул усилившийся аромат.

– Ты так сладко пахнешь.

– Гор, сядь в кресло, и я покажу тебе, насколько хочу тебя.

Гор хотел посмотреть на генерала, но Катэль успела схватить его подбородок и снова не позволила смотреть на Гэйса.

– Пусть смотрит на твое удовольствие.

Апион послушно упал в кресло, не спуская глаз с лица Катэль. А Катэль возбудилась до предела от такой покорности. Гор был силен и красив – огромный хищник, который мог убить ее одной рукой, но он слушался и повиновался каждому ее слову. И от этого контраста внутри все сводило судорогой. Внизу живота все горело и требовало утолить голод, который даже немного пугал.

Катэль опустилась на колени перед Гором, глаза которого расширились еще больше. И когда она аккуратно высвободила из военных брюк большой и горячий член, Гор втянул воздух со свистом. Он, наверное, и за руки бы схватил ее, если бы понимал, что та хочет сделать. Но он был девственником, а Катэль не стала тянуть, провела языком по стволу и втянула головку в рот. Она чувствовала, как жжет между лопаток от взгляда Гэйса. Пусть посмотрит, что такое глубокий минет от души.

Она ласкала член Гора нежно. Проводила язычком игриво, изучая его внимательней. Никаких отличий не было, если не считать их темную кровь, которая окрашивала основание плоти в темно-фиолетовый, расходясь к головке тонкими капиллярами, словно их рисунки-татуировки на теле. Это было необычно и волнующе.

Гор смотрел за каждым ее движением, следил так жадно, словно боялся поверить в происходящее. Крылья его носа раздувались, зубы плотно сжаты – он боялся издать лишний звук.

Катэль улыбнулась и сжала губами головку, а потом слегка прикусила ее зубами. И вырвала стон. Заласкала языком и сразу же заглотила глубже, проводя по стволу сжатыми губами. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Она специально не ускорялась, чтобы не дать кончить апиону. Катэль хотела его распалить, и она смогла, но Гор так себя сдерживал, что ни о какой инициативе речи даже не шло.

Тогда она выпустила член изо рта и плавно поднялась. Залезла на колени молчаливого и взбудораженного новыми эмоциями Гора, аккуратно ввела в себя крупную головку и медленно опустилась, счастливо выдыхая. Она чувствовала сейчас такую свободу, несмотря на все свое непростое положение, которую никогда не чувствовала в прошлом браке. Муж ее постоянно унижал, стыдил за сексуальность, наказывал за темперамент и дерзость. Ломал морально и физически, чтобы вылепить послушную и забитую супругу, которой можно было бы делиться с дружками. И как Катэль улыбалась, глядя как их новая королева уничтожает безжалостно все гнилые «деревья» своего отца-короля. Как выкашивает всю эту мерзость, в которой они тонули столько лет.

И сейчас в каюте с двумя аписами она вдруг поняла, что может абсолютно все! Она может быть раскрепощенной и открытой в своих фантазиях. Она может быть желанной и дерзкой. Она может постараться и влюбить в себя даже этого высокомерного генерала. Потому что свободная душой!

Катэль плавно задвигалась, но с каждым движением она ускоряла свой темп, выбивая хрипы из молодого аписа. Они звучали, как полнейшая капитуляция, и она не собиралась оставлять пленных в живых. Поцелуй, который она подарила Гору был скорее властным, чем нежным, но она так хотела.

И насадившись до упора, услышала стон Гора, прямо в ее губы, и продолжила его целовать, пока все его мощное тело содрогалось от оргазма.

Когда апион отдышался, Катэль плавно поднялась с него и вернулась на кровать, забравшись на нее и совершенно не обращая внимания на Гэйса. Она улеглась в подушки, сладко потянулась, дернула на себя легкую ткань одеяла и закрыла глаза.

Но через секунду раскрыла их:

– А где вы будете спать?

– В своих боксах, – удивленно ответил Гэйс. Взгляд у него по-прежнему был злой, но еще и сильно обиженный. Не такой он и бесчувственный, да?

Катэль ехидно улыбнулась и сказала:

– Чтобы оплодотворение прошло хорошо, я должна обнимать своего альфу, чувствовать его тепло. Поэтому Гор должен остаться.

Гэйс скрипнул зубами и кровожадно зыркнул на апиона.

– Но если вы извинитесь за вашу грубость, генерал, я с удовольствием буду обнимать и вас во сне.

– Нет, – гаркнул он и слетел с кровати. – Посплю у себя.

И на космической скорости вылетел из каюты. Гор же замешкался у кровати, и Катэль улыбнулась ему, похлопав рядом с собой.

– Я не шутила, мы действительно должны чувствовать связь с будущим отцом.

Гор сразу же забрался в постель, укрыл их вторым покрывалом и прижал к себе Катэль, как самую бесценную вещь в своей жизни – очень бережно и заботливо.

У Катэль даже голос сел от такой неподдельной нежности.

– Гор, а что за боксы? Вы разве спите не в таких каютах?

– Ни в коем случае. Эти каюты только для ниэ, чтобы они чувствовали полный комфорт. Мы спим в капсулах. Обычно в каютах, их около десяти. Но у высшего командного состава всего пять.

– И как долго... Как долго у вас такой распорядок?

– Всю жизнь. С самого детства.

– И вы не жалуетесь?

– На что? Мы же – счастливцы, которых не смогли поработить химены.

– Химены? – голос Катэль становился все тише.

– Химены – наши... самки. Они очень жестоки. И смогли отловить большую часть моих собратьев. Мы – одни из выживших.

– Улей – это группа выживших аписов?

– Да.

– И много у вас Улеев?

– Остальные уже нашли для себя новый мир и своих ниэ. Остались только мы.

– Гор, – голос Катэль стал совсем тихим. – А ваши химены тоже способны атаковать в космосе?

– Они и атакуют. Поэтому нам важно успеть завершить цикл с потомством, чтобы Улей выжил. Они могут напасть в любой момент.

Катэль подскочила на кровати и ошарашенно уставилась на аписа. Тот похоже после оргазма растерял весь мозг и выболтал все секреты.