Текст книги "Песнь Сердца (СИ)"

Автор книги: Таинственный Один

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Один Таинственный
Песнь Сердца

– Свежий улов! Свежий улов! Дамочка, подходите. Взгляните на рыбу. Сегодня утром я и мои молодцы выловили чудесную тиляпию.

Речи торговца не звучали привлекательно, но девушка из вежливости подошла к лавочке. Ее взгляд устало разглядывал блестящую чешую. Вряд ли данную рыбу можно было бы назвать свежей, судя по резкому неприветливому запаху. Однако, мужчина, увлеченный хвалой улова, кажется, привык к вони. Ничего не оставалось сделать, как грустно улыбнуться и уйти. Девушка никуда не спешила. Сегодня родители позволили ей посетить библиотеку в честь ее дня рождения. Единственный день, который можно посвятить своим увлечениям и радостям. Домашняя рутина убивала в ней всякое вдохновение и созерцание. Книги оставались ее последней надеждой на светлую жизнь. И вот теперь, держа сандалии в руках, ступая по горячей земле голыми ступнями и наслаждаясь дуновением теплого ветра, ей показалось, что она навсегда освободилась от родительского плена.

– Работать для того, чтобы жить, – прошептали ее губы, скользнув по ругающимся торговцам. – Неужели никто не задумывается, что можно жить проще? Вещь под названием «монета» правит человеческой жизнью? Я не хочу, чтобы и я была рабыней этого злого хозяина, ибо от него только исходит зависимость, жадность и нелюбовь.

Тихий диалог с собой прервался громкими разговорами птиц. Животные сидели и в больших и в маленьких клетках.

– Я хозяйка своей жизни. Вот так будет с этого дня, – заключила она, подойдя к ярко-красному ара. Птицами торговала полная женщина. Деревянный табурет скрипел под ней, когда она резко вздыхала. Кажется, она спала.

– Какой ты красивый. Давно ли ты сидишь здесь? – некоторые птицы с любопытством обернулись, притаив дыхание. Видимо, они понимали не только интонацию голоса, но и слова. Грустный ара взглянул в добрые карие глаза, показывая свое удивление и печаль. – Мне так жаль, что ты сидишь в этой мерзкой клетке. Даже ты теперь раб, хотя когда-то был свободным и независимым.

Вдруг появилась мысль отпустить этого попугая. Ловкими пальцами она открыла ржавую решетку. Солнце нещадно палило светлый капюшон, и от этого стала болеть голова. Девушка опустила взгляд на колени, приходя в себя, но неожиданно послышалась возмущенная ругань.

– Ах ты, негодница! Лукавый сподобил тебя на это! – женщина своей яростью испугала всех птиц. – Сейчас ты у меня получишь урок.

Вспотевшая плотная ладонь сжалась в кулак и размахнулась. Прохожие остановились, ожидая, что будет дальше. Никто, из знающих эту женщину, не ожидал от нее такого.

– Хамка! – рявкнула торговка, целясь в лицо растерянной. Визг птиц усилился вдвое и испугал толпу. Люди стали разбегаться, не ожидая увидеть продолжение. Все попугаи и дикие птицы освобо-дились и полетели навстречу недоброжелательной хозяйки. Они стали клевать ее и царапать, испоганили одежду до позорного вида. А тем временем девушка стремительно неслась к дверям библиотеки. Дверь громко захлопнулась за ней, насторожив посетителей.

– Извините, – пролепетала она, отряхивая платье. Внутри бушевали эмоции, которые вот-вот могли обратиться в слезы.

– Что с вами произошло? На вас лица нет, – заметил старик, заве-дующий библиотекой. – Ох, да будет милосердным Создатель. Ты плачешь? – теперь шепот почти не было слышно.

– Мои глаза мокрые, – худые руки вытерли проступающие слезинки. – Но я не плачу.

– Дитя, пойдем. Я дам тебе напиться соком.

Неожиданная проницательность старика глубоко тронуло ее душу. Теперь ей хотелось не сколько успокоиться, сколько поговорить с этим человеком.

2

– Вы отошли от своего места. Вас не накажут? – торопливо спросила девушка, оглядываясь на деревянные стеллажи с пыльными книгами.

– Нет. Помимо меня есть внук. Он присмотрит за всем.

– Извольте, я спрошу. Почему вы так милосердны ко мне? По-хорошему, на такое состояние окружающие стараются не реагировать.

– Я по-твоему похож на зверя? У меня бы не отскочила сердечная боль, наблюдая за твоей тревогой и не спрашивая, что случилось. Я отец и мне насквозь видны молодые люди.

– Благодарю вас, господин, – виноградный нектар освежил пересохшую глотку.

– Так что случилось с тобой?

– По собственной глупости я решила выпустить ара из клетки, пока торговка спала. И потом она неожиданно проснулась, замахнулась на меня. Птицы стали биться в клетках и отвлекли ее. Я убежала.

Старик нахмурил брови и покачал головой.

– Ты нехорошо поступила. Ты не знаешь, каким трудом ей достались эти птицы.

– А вдруг она их украла? И что хорошего в том, что она поймала этих птиц и торгует ими как рабами?

-Рабы.. – глаза старика подозрительно заблестели. – Как бы мне хотелось дожить до того времени, когда не будет рабов.

– Извините, я не хотела задеть ваши чувства, – девушка отвела взгляд. Люди пользуются друг другом, как бесхозными вещами. Кто придумал рабство и зачем? Фанэ поняла, что случайно надавила на старые раны этого человека, и решила закончить неприятную тему:

– Пожалуй, я возьму философские трактаты и словарь. Верну через неделю.

– Хорошо. Идем за мной.

Видимо, настроение старика упало до состояния полной безнадежности. О чем он думал, знал только Всемогущий, а смертная догадывалась.

3

Вечернее время прибило жару. Ветер, будто довольный слабостью солнца, игрался платьями и волосами.

Девушка остановилась у того места, где были птицы. От них остались следы в виде перьев и помета.

Вздохнув в полные легкие, она обернулась через плечо. Толпа людей, будто никогда не рассеивалась. Дети, старики, женщины, мужчины – все куда-то торопились, делали незамедлительные покупки. Зачем смотреть на эту обыденную скуку? Почему бы не прогуляться в ближайшем саду, пока не стемнело? Она попыталась последний раз вглядеться в каждого и столкнулась с пристальным взглядом высокого мужчины. От такого неожиданного момента, она смутилась и решила, что своим нескрытным любопытством вызывает одни неприятности.

4

Пока она спешила в сад, ей казалось, что тот мужчина идет за ней след в след. Несколько раз оборачиваясь, за спиной оказывались то старики, то женщины, но не он. Кто этот человек? Наверное, один из тех, кто хочет поругать ее?

Присев на низкую каменную изгородь, руки нетерпеливо потянулись к сумке с книгами. Наконец-то можно забыть о дурацком начале этого дня и погрузиться в размышления. Пища для разума и души.

Древний переплет потрескался, как и страницы. Книги были вещью невечной, что печалило многих культурных граждан.

5

На следующий день, уговорив мать пойти с ней на рынок, девушка сияла от счастья. И сегодня особо не придется беспокоиться за готовку, ибо матушка поможет.

– Эх, я вижу тебя чаще всего только здесь, на рынке. А ты когда-нибудь ходила к самому озеру, мама?

– Зачем? – удивилась мать. – У меня так много дел по дому, что я об этом не задумываюсь.

– Разве тебе не плохо от того, что каждый день похож на предыду-щий. Вообще, я хочу, чтобы мы поехали в другой город. Между прочим, эта мысль давно гуляет в моей голове. Что ты думаешь об этом?

– Дорогая, только твой муж тебе поможет с этим. У нас нет денег. Сама знаешь, что отец будет в бешенстве от такой затеи.

Запомни, нам некогда и не до этого.

Отпустив мать в толпу, девушка с хмурым лицом постаралась отда-литься от нее еще дальше. Вглядываясь в лица, то в камни под ногами, то на небо, она подумала о прохладной воде.

Ее запястье ощутило мягкое прикосновение, и она даже улыбнулась этому, думая, что мать одумалась и решила извиниться за серость мыслей. Но ее запястье теперь полностью взяла теплая широкая ла-донь и оставила ее.

– Что вы делаете? – она округлила глаза, повернувшись к тому мужчине, который смотрел на нее вчера. Сердце забилось в ребра и щеки стали краснеть. До чего же было странно, что его взгляд был спокойным, а на устах присутствовала приятная улыбка. – Пожалуйста, отпустите. Если вы хотите выразить свое недовольство, вам лучше это сделать не здесь.

– Я остановил вас не для этого, – утешил он, продолжая улыбаться.

Девушка хмыкнула, бросив на него подозрительный взгляд. Ей хотелось, чтобы он ее отпустил, пока тот думает, что скажет дальше. Но как она не постаралась освободиться, все было бесполезным. Его рост наводил глубокий страх, ибо сколько в нем может находиться силы и ловкости? А эти длинные вьющиеся волосы и борода словно говорили об другой стороне личности – скромности и доброте.

– Предлагаю встретиться у колодца.

– Любезный, я не могу этого сделать. Понимаете, я очень занятой человек.

– Правда? Но сегодня вы точно не заняты.

Ноги стали ватными от испуга. Неужели она такая предсказуемая или этот мужчина реально наблюдал за ней?

– Не думаю, что вам понравится мое общество, – настаивала девушка, гуще краснея. – Отпустите меня.

Наконец-то широкая ладонь раскрылась, и девушка тут же выдернула руку.

– У вас крепкие руки. И требования, – она старалась выглядеть недовольной, но чувствовала, что готова рассмеяться. Бросив взгляд на привлекательный образ, девушка поняла, что этот человек симпатичен ей. – Если бы я знала вас лучше, я бы согласилась на встречу. К сожалению, у меня нет никакого доверия к мужчинам.

Похоже, это фраза его задела, но не сильно. Он продолжал быть на-стойчивым и мягким.

– Я буду ждать вас у колодца.

– Мне кажется, что произойдет наоборот, – девушка сдавленно улыбнулась, стараясь сдержать эмоции.

На этом и закончился разговор.

6

Естественно девушка пришла первой к колодцу, не по собственной воли, а по наставлению отца. Сегодняшний вечер будет одним, пожалуй, неприятным из всех предыдущих. Девушка не умела принимать гостей в дом, особенно тех, которых видела первый раз – друзья родителей. Они казались ей пришельцами с другого мира, но с похожим мировоззрением, как у ее родных.

Убедившись, что никого поблизости нет, она распустила светло-русые волосы. Волнами они свалились на спину и плечи. В этом месте ей было спокойно: тень от деревьев, рядом небольшой бассейн с водой, постоянное щебетание птиц.

Набрав воды, первым делом она утолила собственную жажду. Затем задумалась о прочитанном рассказе и предположила, что могла бы дополнить свое, будь у нее бумага и чернила.

Итак, следовала бы не спешить, чтобы не потерять мысли, но суровому отцу нельзя перечить. Девушка глубоко вздохнула, схватив широкий сосуд. Это было занятие не из легких.

– Остановись, барышня. Позволь напиться, – послышался голос издалека. Девушка оглянулась и увидела знакомую фигуру.

– Почему я должна дать вам напиться? Разве я знаю, кто вы? – она старалась выглядеть спокойно, не показывая своего недовольства.

– Я прошу совсем немного, – мужчина без всякого стеснения подошел ближе. – Пожалуйста.

Девушка ощутила жар в щеках. Что с ней происходит?

– Хорошо. Просишь – получишь, – взяв прикрепленную чашу к сосуду, заполнила ее водой. В руках присутствовала дрожь. Этот человек вызывал у нее исключительно дурные эмоции.

Тот, утолив жажду, заботливо вернул собственность.

– Благодарю, – его взгляд будто сверлил в ней дыру. – Почему вы боитесь меня? Я вам неприятен?

– Пожалуй, даже наоборот. Вы удивляете меня и одновременно пугаете. Что вам от меня нужно?

Она не стала собирать волосы в пучок, позволив чужестранцу смот-реть.

– Вы мне понравились. Вы подобны сокровищнице, и кто найдет ключ, тот станет счастливым.

– Надеюсь, это не лесть, господин, – она улыбнулась, набросив капюшон на голову. – Вы мне тоже понравились, – прошло секундное молчание. – Вы безумно красивый.

Мужчина ответил смущенной улыбкой. Видимо, не желая покидать обретенную собеседницу, решил помочь ей нести сосуд.

– Вам не нужно этого делать. Я могу сама.. – она ощутила приятную слабость в себе.

– Вы не эту тяжесть должны нести, – загадочно ответил собеседник.

– Ах, вы, наверное, имеете в виду работу по дому? Если бы вы знали, как мне надоела эта обыденность. Не встречались мне еще люди, готовые познавать душевный мир, культуру. Мне говорят, что я занимаюсь глупостью, которая не даст мне ни хлеба, ни молока. А я считаю, что это и не должно давать мне что-то такое. Это же духовная пища.

– Смею сказать, что я солидарен с вашим убеждением. Не хотели бы вы говорить со мной о таком? – предложил мужчина, смотря под ноги.

– О, да. Но, как я вижу, вы не местный. Это немного печалит, потому что вы уедете рано или поздно.

– Вы не можете знать, какое решение я приму, – он встал перед ней, заслоняя от обеденного солнца.

– А вдруг я все-таки могу знать? – пошутила девушка, прикрыв рот ладонью. – Простите меня. С вами я чувствую себя другой. В вас есть что-то мистическое и притягивающее. Пожалуй, вы сами догадываетесь об этом.

– Верно, – он широко улыбнулся.

Девушка удивилась и ничего не ответила.

– Я вас опять смущаю?

– Читать чужие мысли – плохо! – она засмеялась, скрестив руки на груди.

– Мне нравится ваша улыбка и смех. Часто ли вы испытываете сча-стье, как сейчас?

– Хороший вопрос. А вы?

– Нет. Но уверен, что рядом с вами буду чаще.

– Вы теперь снова спросите, смущаюсь ли я вас? – она засмеялась и решила ответить. – Большую часть времени я предоставлена самой себе. И вот вечер с назойливыми гостями портит все настроение, – она отвела взгляд.

– От чего вам неприятны эти люди?

– А вам было бы приятно, если бы в ваш дом входили незнакомцы, да к тому же сватали с кем попало?

– Помните, они не желают вам зла. Вы должны быть спокойны по отношению к ним.

– А что насчет женихов, которым меня обещают в жены? Не хочу идти в брак не по любви. И я не верю в эту самую настоящую любовь между мужчиной и женщиной. Мужья и жены неверны, и не любят друг друга за душу. В чем смысл брака? Чтобы просто продолжить род?

– Отчасти так и есть. Не вас и не меня не было, если бы люди не стремились к размножению. Однако, про любовь вы сказали честно, и я поддерживаю вашу точку зрения, потому что придержан тому же, – мужчина почувствовал, как солнце напекло ему спину и предложил иди дальше. – Не удивительно, что вас сватают.

– Почему же? – недовольным тоном спросила девушка.

– Вы редкая и, пожалуй, единственная особа, стоящая очень дорого. Я бы тоже за вас боролся.

– Они не борются за меня, – та покраснела до корней волос. – А про себя скажу так: кактусы не съедобны.

Мужчина расхохотался, утирая свободной рукой слезинки.

– Почему вы засмеялись?! – с вызовом спросила девушка. – Я именно такая, – предупредила она, потянув свой кувшин на себя. – Я никому никогда не достанусь, потому что это мой закон. А теперь отдайте кувшин.

– Нет, – мужчина улыбался, оттягивая сосуд на себя. – Не отдам.

– Отдадите, – прошипела она, дернув кувшин настолько резко на себя, что мужчина потерял равновесие, свалившись на нее. Глиняные стенки кувшина треснули, и вода, подобно слезам, стала вытекать на землю.

Их лица оказались слишком близко. Стоило преодолеть пару санти-метров, чтобы их губы коснулись друг друга.

Ее ладони уперлись в его широкую грудь, чтобы сдвинуть мужчину. Однако тот, не смел двигаться. Девушка забеспокоилась, ожидая самого худшего.

– Вы снова думаете обо мне плохо, – огорчился мужчина.

– А что мне о вас думать? – прошептала девушка, опираясь на локти, затем на ладони. Их взгляды снова столкнулись, как вчера, но беспредельно близко. У обоих возникло желание поцеловаться.

– Что происходит между нами?

– Чувства, – пролепетал он, стараясь дышать ровно.

Девушка разглядела его очаровательные губы, спрятанные за усами, чистую кожу и выразительные скулы.

Сейчас она могла заметить любые детали, начиная от родинок и заканчивая тонким телесным запахом напоминающий кедр. Однако, внутренние сложившиеся убеждения, приказывали ей встать немедленно.

– От вас пахнет, не то ли кедром, не то ли мускатными орехами. Какое же это ароматное масло?

– А вы неплохо различаете запахи, – похвалил тот, пока не поднимая взгляд. – Занимаетесь ароматерапия?

– У меня есть к этому стремление. Как вы узнали?

Девушка застенчиво улыбнулась, понимая, что в данной ситуации трудно вести разумный диалог.

– Давайте, вы подниметесь и пойдете со мной, и потом выпьем чая с мятой и щепоткой корицы. Думаю, мои родители будут рады вас ви-деть. Только боюсь, что их глубоко расстроит разбитый кувшин.

На этот раз, его глаза перестали прятаться за пушистыми ресницами. Он облегченно улыбнулся, мысленно поблагодарив за доброту.

– Они не будут огорчены, – успокоил он, поднимаясь вместе с ней.

– Спасибо, – облегченный выдох освободил голову от переживаний.

Их взгляды опять столкнулись. Даже взволнованный ветер не смог отвлечь двоих, разгоняя песок и засохшие листья.

– Кажется, нам нужно познакомиться, – предложила девушка, пожи-мая ладони незнакомца.

– Фанэ? – послышался женский крик за спиной. – Что ты делаешь? Этот мужчина пристает к тебе?

– Как не вовремя. Это моя мать. Мне нужно идти, – сжав губы, девушка поспешила освободиться от крепких рук.

– Простите, господин! – мать подошла уже с грозным лицом, заметив разбитый кувшин. – Фанэ, живо объясни, как это называется?

– Мама, я случайно уронила кувшин. Понимаешь, я и мой новый друг шли вместе, и.. – девушка запнулась, начиная краснеть.

– Новый друг? – руки матери уперлись в бока. Темные, бездонные глаза стрельнули на высокого гостя. – Кто вы? Неместный? – женщина сразу поняла, что мужчина не был земляком. Видимо, обыкновенный странник, сбившийся с пути.

– Вы правы. Я неместный и не хотел смутить вас своим присутствие. Видите ли, ваша дочь мне нравится, поэтому я сопровождаю ее к дому.

– Понятно. Поэтому кувшин разбился, – мать закатила глаза, но потом понимающе улыбнулась. Наконец-то Фанэ приглянулась еще кому-то. – Что же, мне остается поругать вас и впустить в дом.

Конечно, старая женщина не желала показывать недовольство или завалить нежданного ухажёра вопросами. Вдруг он богат, раз уж спокойно путешествует?

7

– Итак, значит, ваше имя Иешуа и вы домогались к моей дочери? – от строгого басистого голоса дрожали стены. – Где ваша совесть, молодой человек? Мы не знаем вас, следовательно, прежде чем знакомиться с нашим ребенком, вы обязаны спросить этого разрешения у меня

– Ох, Флавий, ты опять за свое. Прошу тебя успокоиться. Почему-то мне кажется, что очень хорошо, что он как раз не спросил твоего разрешения. Не обижайся, дорогой. Разве ты не видишь, что он гораздо старше, опытнее и смелее. Каким был когда-то ты.

– Не начинай перебивать меня..., – рявкнул старик, явно раздраженный осознаваемой неправотой. – Вы, Иешуа, больше не приближайтесь к этому дому и моей дочери. Я понятно объясняю?

Иешуа скромно кивнул, собравшись уходить.

– Постойте! – остановил Флавий, совсем озабоченный своей правильностью. – Возможно, я передумаю, если вы поможете с одним делом.

– Какая вам нужна помощь? – удивился Иешуа.

– В основном с деньгами. Но я вас попрошу о другом. Добудьте мне самую лучшую сеть для улова. Выполните просьбу, считайте, что вы наполовину добились моего разрешения. Если еще принесете мне пять молодых кур, можете свободно приходить сюда.

– Хорошо. Какова будет моя награда?

– Да все, что вам захочется. Только в пределах нормы, господин, – пригрозил морщинистым пальцем старик.

– Я свободно буду общаться с Фанэ в любое время. Даже ночью. Вы согласны?

– Зачем ночью-то? – мужчина озадаченно ухмыльнулся.

– В любое время, – повторил высокий гость, ожидая ответа.

– Эх, ладно. Согласен.

Отец Фанэ будто освободился от душевной боли, сверкая изнутри. Однако его дочь все слышала и глубоко оскорбилась.

8

Как только Иешуа исполнил просьбу старика, родители со спокойной душой позволили ему контактировать с дочерью.

Фанэ думала, что ее купили, как простую овцу, за маленькую сделку. Теперь она всячески пыталась скрываться то в библиотеке, то в саду, среди толпы. Ей удавалось пару раз ускользнуть от решительного Иешуа, но однажды она попалась в небольшой засохшей роще.

– Как вы нашли меня? Это невозможно, – задыхаясь, пролепетала девушка, отходя назад.

– Почему вы скрываетесь от меня? – мужчина стер пот со лба и громко выдохнул. – Разве я похож на преступника?

Девушка отрицательно покачала головой, продолжив бежать, куда глаза глядят. В конце концов, мужчина догнал цель, оставив ее около векового дерева.

– Фанэ, пойми меня. Я тебя не купил, – повторил он, переводя дыха-ние. Однако, девушка не ждала объяснений. Ей нужно было остаться одной здесь и сейчас, но сиюминутное желание было недоступным. На глазах проступили слезы, колени послушно опустились на землю. Мужчина сел за ней, прижав к своей широкой груди.

– Не плачь, – прошептал Иешуа, сдерживая собственные пережива-ния.

– Не могу, – ее ладони сжались в кулаки. – Не могу простить отца. Мне показалось, что и ты такой же, кто любит заключать сделки.

– Страхи и ложные мысли правят нашим сознанием. И ты позволила им управлять собой, – в ответ он услышал громкий всхлип и какую-то неразборчивую фразу. Вместо успокоительных слов, крупные ладони взяли мокрое, покрасневшее лицо Фанэ и прислонили к своим губам. Это был обжигающий поцелуй, растворивший всю боль и грусть. Теперь вокруг них крутился весь мир, и птицы словно пели о любви.

Фанэ не хотела отпускать его чувственные губы, наслаждаясь своим первым неожиданным поцелуем, как и Иешуа.

Сухая роща будто бы радовалась зародившейся нежности в ее просторах и запретила ветру даже шептать. Мужчина первым очнулся от пьянящего наслаждения, отводя губы в сторону розовой щеки. Борода щекотала нежную кожу, от чего Фанэ старалась не смеяться. Она положила руки на твердые плечи и наклонила шею вбок, позволяю возлюбленному разбрасывать поцелуи.

Они знали друг о друге не так много, как было положено у всех влюбленных. Видимо, здесь присутствовала кармическая связь, как бы могла ответить девушка.

Мужчина чувствовал, как быстро растет желание покорить объект любви. Сердце больно ударялось в ребра, в ушах шумело, и внутренний голос тихо просил остановиться.

Девушка поняла, к чему может привести мимолетные, трудно сдерживаемые желания. Ее губы коснулись его уха и дернулись:

– Не сейчас, – Фанэ запустила пальцы в его каштановые волосы, заботливо перебирая пряди. – Давай этим вечером пойдем к озеру? Я научу тебя пить звезды. И расскажу про некоторые созвездия.

– В таком случае, ты даешь мне обещания больше не убегать от меня? – вопросительный шепот смешивался с непрерывным дыханием.

– Я обещаю. Я все поняла.

– Что же ты поняла?

– Что ты ангел.

Этот ответ был таким же приятным и неожиданным, как поцелуй. Его уста растянулись в улыбке.

– Почему?

– Очень просто. В первый же день я почувствовала от тебя настолько сильную чистую энергию, что с трудом верила, что ты не идешь за мной. Потом, когда ты коснулся моей руки, моя душа словно запела. А когда ты меня поцеловал, мне показалось, что лучше в мире человека нет. Ты такой один. Ты похож на сказочного освободителя от всего плохого. Ты освободил меня от моего закона.

– Спасибо тебе, Фанэ, – Иешуа понял, что собственная краснота все еще держится. – Хочу заметить, что и ты тоже смогла меня освобо-дить.

– От чего? – девушка подняла брови.

– От одиночества, которого я придерживался долгое время.

– Но зачем?

– Потому что я искал тебя.

– Объясни подробнее. Это интересно для меня.

– Моя дорогая, эту маленькую историю ты услышишь вечером. А сейчас тебе пора домой. Твоим родителям нужна помощь.

– Они могут подождать.

– Так будет нечестно.

– Я не хочу уходить от тебя.

– И не уйдешь. Мы встретимся еще.

– Мне будет трудно ждать вечера.

– Голубка, мне тоже. Но так нужно.

– Знаешь, как нужно на самом деле? – разозлилась Фанэ. – Вот так.

Она чмокнула его губы и поспешила домой.

9

Солнце лениво уходило за горизонт, уступая место заждавшимся звездам и одинокой луне. За горячими стенами дома находилась Фанэ, укутавшиеся в плед. Ее родители сейчас веселились в доме богатого друга. Ему удалось подобрать удачную партию для разбалованного сынка и в тот же деть сыграть свадьбу. В стаканах плескалось вино, пьяные пели хором про юную жизнь и красну девицу. Румяных, хрустящих курочек подносили вместе с запеченной рыбой в масле и зеленью. Бездомные собаки слезно просились в гости к людям.

А тем временем Фанэ, видевшая в такой суматохе только ругань, об-жорство и бессмыслицу, перелистывала черствые листы словаря. Пойти ли к галилейскому озеру? Стоит ли того? Может быть Иешуа забыл сто раз о сердечном предложении? Что же, горевать не придется. У нее всегда есть книги, учащие уму-разуму и приятному языку.

Прошел час, однако Флавий с Мартой по-прежнему веселились, как юнцы. Фанэ любезно принялась изучать собранные сегодня травы, и делать пометки в толстой книжке с пустыми страницами. Пожалуй, ей не хватало знаний. Отличный повод завтра еще раз посетить библиотеку. Танец свечи освещал скромную комнату. Фанэ вдруг показалось, что так и будет идти ее будущая жизнь, от чего в сердце поселилась горестная тоска. Но затем опять в мыслях появился образ высокого Иешуа, который, видимо, был к ней неравнодушен. Почему? Сегодня он обещал дать ответ. Интересно, сдержит ли обещание этот романтик?

Девушка прикрыла рот, представив этого мужчину с цветочным венком, а так же длинные распущенные волосы надушенные ароматом магнолии. Потеряв голову, она посмела поцеловать его притягательные губы и перебирать светлые локоны, заодно предоставив влюбленному сердцу раскрыться.

Вроде бы это чувство влюбленности делало разум светлее, душу легче, а сердце нежным. Но стоило ли доверять так быстро? Разве так можно?

Входная дверь скрипнула. В комнату упал яркий свет от масляного фонаря.

– Ах, наконец-то, вы вернулись. Я начала пере.. – обернувшись к ожидаемым гостям, девушка резко запнулась, увидев Иешуа. Она только что думала о нем и теперь он здесь. – Всемилостивый Создатель. Я думала ты не придешь, – Фанэ торопливо собрала травы, освободив место на столе. – Будешь чай? У меня, кстати, есть кофе. Будешь?

Иешуа грустно натянул губы.

– Я буду все, что ты мне дашь. Однако будь честна. Ты мне не ве-ришь?

Мужчина зашел в дом, заперев дверь. Фонарь повесил на предназначенный крючок.

– Я хочу тебе верить, понимаешь? Но все так быстро происходит, что у меня голова кругом, – прошептала Фанэ, надеясь не обидеть гостя.

– Что тебя может заставить поверить? – он отодвинул табурет, усаживаясь напротив девушки. Длинное одеяние падало на пол.

– Время, – предположила она, делая кофе. – И сегодняшняя прогулка. Видишь ли, родителей нет. Я одна и свободна, как ветер, – ее глаза изучали каждое движение Иешуа. – Я поверю тебе. Я чувствую, что.. все происходит не случайно. Думаю, тебе не терпится. Мне тоже.. я в противоречии сама с собой.

– Будь проще, Фанэ. Ты слишком строго относишься к любви, – его руки были сложены.

– Пожалуй, да, – она неуверенно засмеялась. – Возьми, – горячий кофе с молоком пах очень привлекательно. – Теперь у тебя не получится заснуть эту ночь.

– Я бы и не заснул, – улыбнулся тот, пригубив напиток.

Фанэ разделяя его компанию, сделала чай с корицей, решив сесть с ним рядом.

– Ты не против? – она смущенно отвела взгляд.

– Нет, – успокоил Иешуа, повернувшись к ней. – Сколько тебе лет? Двадцать один, если не ошибаюсь?

– Как ты узнал? – Фанэ округлила глаза. – Ты великий психолог? Врач? Признавайся быстро.

– Да, – тот широко улыбнулся. – А как думаешь, сколько мне?

– Не знаю, – призналась девушка. – Около двадцати восьми?

– Мне тридцать лет. На девять лет старше тебя, – мягко поправил Иешуа.

Фанэ протяжно хмыкнула.

– У тебя была жена, дети?

– Нет, – сухая кружка из под кофе была отодвинута.

– А какого ты любил? Я говорю.. – Фанэ покраснела, думая, что со-всем неприличный вопрос задаст.

– Любил и люблю своих родителей. И у меня не было любовных по-хождений, если ты намекнула об этом.

– Я удивлена тобой еще больше. То есть ты первый раз поцеловался?

Мужчина закрыл глаза, надеясь, что Фанэ все поймет без слов.

– Ради чего ты воздерживался? У тебя такая религия? – Фанэ не могла оторвать от него взгляд. – Ты правильный иудей?

– Я не иудей, – с облегчением заметил мужчина. – У меня своя рели-гия. И воздерживался я по одной причине: потому что искал тебя.

– Но почему меня? Посмотри сколько женщин и девушек вокруг. Они такие же прекрасные, умные, заботливые, – Фанэ попыталась еще добавить синоним, но забыла. Как раз Иешуа продолжил разговор.

– Так и есть, но они уже предназначены для других мужей.

– А я предназначена тебе, получается? Как это понимать? Кто уста-навливает предназначение?

– Только Бог, – мужчина скромно улыбнулся, ожидая новых вопросов.

– Итак, ты мне расскажешь историю про твои поиски?

– У берега озера, расскажу.

10

– Однажды, я смотрел на глубокую синеву, усыпанную звездами. Мне было одиноко созерцать мир в тишине. Вдруг я вижу самую яркую звезду из всех остальных. И говорю: пусть эта звезда будет моей женой, которая так же ярко будет светить для меня в темные времена, и вести меня от красоты к мудрости. Через секунду эта звезда падает и разбивается где-то на севере.

– И как же ты понял, что я твоя звезда? – Фанэ немного дрожала видимо от прохлады.

– От каждого человека исходит свет. От тебя он такой, как от той звезды. Даже сейчас, – мужчина широко улыбнулся и поправил волосы.

– Мне нравится твоя история. Надеюсь, ты ее не придумал, – девушка потерла предплечья.

– Ты замерзла? – Иешуа дернулся. Он тут же снял с себя дополнительную накидку, укутав ей Фанэ.

– Ты милый. Спасибо, – призналась девушка, опустив голову.

– Пойдешь ко мне домой? – предложил Иешуа. – Отсюда совсем не-далеко идти.

– Если можно, то веди. Хочется опять чая. И чтобы такого горячего.

11

На следующее утро Фанэ уже завтракала с мужчиной кофе и хлебом с сыром. Они смеялись и обсуждали все, что придет в голову.

Затем к обеду он проводил ее к дому, ласково коснувшись губами ее лба. Родители всполохнулись негодованием и страхом. Неужели их дочь провела ночь с мужчиной?

– Мама не беспокойся. Ничего не было, – успокоила девушка, неторопливо перейдя порог.

– Не надо мне врать! Ты хоть знаешь последствия беременности? Интимная связь до брака запрещена!

– Мама, я же сказала, что он меня не тронул. Я дева.

– Ну, смотри у меня, негодница! – мать продолжала ругаться и нагрузила работой.

12

После месяца возлюбленная Иешуа неожиданно сообщила об отъезде. Она плакала, говоря, что судьба совсем несправедлива сейчас.

– Я хочу сбежать, и меня никто не остановит. Жди меня, хорошо?

Иешуа переполняли тревожные мысли. Он точно не желал расставаться со своей любовью, но и не был уверен, что поступок Фанэ был бы правильным.

Ветер перебирал их волосы и длинные одеяния. Надвигалась буря из-за холмов.

– Я не брошу тебя, слышишь? – родители вынесли последние уготовленные вещи к повозке. – Обещай, что ты никуда не уедешь.