![](/files/books/160/oblozhka-knigi-egipetskaya-legenda-korovhatep-378025.jpg)
Текст книги "Египетская легенда: Коровхатеп"
Автор книги: Святослав Емец
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
– Вся магия, что у меня осталась.
Ветривиус с интересом глянул на Свина.
– Если ты тоже потерял амулет, то как выжил?
– Помогли. Архимаги уничтожили орган, что отвечал за создание и перенос в крови магии. Риски умереть от магии или чего-то в отношении маны у меня нулевые. Но и пользоваться ей я в принципе не могу. Только что показанное – предел моих сил. Один раз в сутки всего могу так сделать. Более не выходит – теряю сознание от ослабления.
Лейла глянула на Коровхатепа удивительно чистым взглядом. Фараона как будто ошпарило. Этот взгляд был знаком ему с давних пор.
– Нет! Ни в коем случае! Ты должна оставаться такой, какая есть. Без магии ты ведь не будешь такой… сильной.
– Ты хотел сказать полезной, верно?
Коровхатеп вперил глаза в землю.
– Нет, я имел в виду, что тебе просто будет сложно…
– Погоди, – она подняла руку.
Максбул сидел тихо, не ел, и прислушивался. С настороженным видом он тихо прошептал.
– Вы слышите?
Путники замерли. Вдруг раздались медленные, громкие шаги. Они приближались. Свин принял боевую стойку, Коровхатеп взял щит, достал меч и закрыл спиной Лейлу, Максбул, в свою очередь поднял молот, а Ветривиус выхватил из-за спины посох. Шаги приближались, как вдруг начали отдаляться и спустя минуту стихли. Все пятеро, считая Лейлу, успокоено вздохнули. Но сразу приняли решение оставить одного на посту. На задание сразу вызвался Свин. Как его не отговаривали, а всё-таки согласились и спокойно легли спать.
Утро началось спокойно. Блестели от утренней росы цветы, и нежные лучи утреннего солнца согревали джунгли. Но Коровхатеп, проснувшись, заметил, что Свина нет на посту. Максбул и Ветривиус, вскочив, как укушенные, начали носиться по ближним кустам и кричать:
– Свиииин! Ты где?
Но никто не отзывался. Коровхатеп побежал, начал кричать тоже. Несясь, он нечаянно, с разгона, стукнулся обо что-то твёрдое и отлетел назад. Оценив внимательно то, во что ударился, он понял – это никакой не камень. Подняв голову чуть выше, он чуть не умер от испуга. Ему в глаза смотрело гигантское, вдвое больше слона, существо с длинным хвостом, такой же длинной шеей и довольно маленькой, как для размера, головой. По видимым признакам это была рептилия. Два глаза на овальной голове смотрели прямо на Коровхатепа. Так оба смотрели минуты три. Разговор первым начало это существо.
– Испугался, видно. Не видел никогда таких как я, фараон?
Коровхатеп, хоть и частично осознав, что рептилия дружелюбна, всё равно еле смог выдавить из себя ответ.
– Да… Простите, как вас зовут?
– Полностью – Брахим Рей Громоход. А тебя как величать?
– Фараон Коровхатеп Сын Бахиса Первый, – уже поспокойнее сказал Коровхатеп и протянул ему руку.
Гигант весело глянул на него, легко махнув хвостом.
– Развитие обошло виды, подобные моим. Мы на двух ходить не можем, так что за место руки у меня это. – Рей протянул фараону длинный хвост.
«Ого. Такие виды ещё существуют…Рептилия ещё и…Странно. Хотя, вроде бы доброжелательный» – мыслил Коровхатеп.
– Смелый Коровхатеп, я жив! Всё хорошо!
Коровхатеп замахал головой. На спине Рея спокойно восседал Пигмеевич.
– Молодец, что выжил!
Коровхатеп всё-таки пожал хвост Рея. И подбежали Максбул и Ветривиус. Сперва на Рея они среагировали испуганно. Но Коровхатеп и Свин всё им объяснили, и тогда оба успокоились. После они пошли в сторону палатки Лейлы.
– Я только не пойму, что вы… ты, Рей, и Свин, делаете по одиночке в лесу? О Свине – я знаю, а ты? – задался вопросом Максбул.
– Я одинок. Ушёл из семьи в поисках свободы и счастья, но ничего найти не смог, как видите.
– Та с чего не вернулся обратно? Далеко?
– Далеко – это мелочи. Главное – нет желания. Просто не хочу возвращаться в семью.
Всего за пять минут Свин смог рассказать Рею всё, что знал о походе Коровхатепа, проблеме Луны и всем остальном. Рей слушал внимательно. Видно было, что ему интересно было узнать о них всех. Когда они дошли до палатки, то Свин, не умолкая, познакомил Лейлу с Реем. Рей сделал тот же жест, привычно потянув к ней хвост. Потом вся группа поела то, что осталось, и пошли дальше. По дороге Коровхатеп отслеживал все признаки продвижения врагов: сломанные ветки, следы лап, следы от когтей на деревьях, и всё прочее. Через пять километров они остановились, чтобы сходить в кусты за плодами и не только: набрать питьевой, чистой воды, а заодно помыться и набрать фруктов. Благодаря длинной шее и длинному хвосту Рея, они легко собирали с деревьев апельсины, ананасы, бананы, финики. В общем всё, что росло и что желали. Поднабрав очень много провизии, поначалу они не могли определить, как это всё перенести?! Но тут опять помог Рей. Он предложил погрузить на его гигантскую спину все припасы.
– Это… Как-то унизительно, Рей, – молвила Лейла.
– Нет. Польза – это не унижение.
Они, обдумав, согласились, и отправились дальше в путь. Лейла говорила, что они могут встретиться с Саной. Но Сана была занята и встречу с ней они перенесли на более позднее время.
ГЛАВА. 4 Пополнение команды
Наконец-то, спустя несколько часов перехода они выбрались из джунглей. Рей без устали тащил Лейлу, Коровхатепа, Максбула, Свина Пигмеевича и Ветривиуса все эти пять часов, а вместе с ними ещё тонны три провианта, и теперь ему нужен был отдых. Выйдя из джунглей, очутились на берегу прекрасной реки Изидии, названной в честь великой богини Исиды, прекрасной павы, что стала женой Амона Ра. Там же они сделали привал, дав Рею возможность отдохнуть, попить чистой, кристальной воды и полежать в тени. Сами же путники занялись разными делами: Коровхатеп помогал Лейле есть и пить воду, Максбул размахивал молотом, стараясь отработать с его помощью то, чем владел меньше всего – защитой. Свин бегал, прыгал, отрабатывая боевые приёмы, которые знал. Ветривиус практиковал свою магию. После часового привала они направились вверх по течению, где находился Великий Алмазный мост, что соединял обе стороны кристально чистой, узенькой, но очень глубокой реки. Добравшись до прекрасного, переливающегося моста, путнкии увидели двух хранителей. Фараона всего народа жирафов, грационую Елину–тонкую телом и спокойную духом – и фараона, гориллу Абу-Ухаха, грозного и громадного, ростом выше Максбула. К стражам моста вышел Коровхатеп.
– Хранители моста, коим доверено править видами своими, да охранять проход на иную сторону сей глубокой реки! Прекрасная Елина, правнучка Джена, высочайшего из жирафов, и Могучий Абу-Ухах, с силой сотни горилл в своём теле, я, Коровхатеп Сын Бахиса Первый, правитель Залифема, прошу вас пропустите этих граждан и меня. – сказал Коровхатеп с улыбкой. Реакция хранителей отличалась.
– Конечно, пропустим! – сказала Елина, по-доброму посмотрев на Коровхатепа. – Вижу миссию вашу. Важная, поди, дорога предстоит вам, коль уж решили вы пересечь Алмазный Мост.
– Однозначно нет! – ударил кулаком по стенке моста Ухах, посмотрев в глаза Ветривиусу.
Мост даже звук от удара не отдал. Тишина, что прерывалась лишь рёвом Абу:
– С ним, – пренебрежительно указал пальцем великан – Не пущу!
– Вы что, Абу, все ещё злитесь за тот неудачный фокус,
– чуть испуганно пролепетал старик.
– Как видишь, да! – прорычал Ухах.
– Тише, тише, успокойся, хранитель Абу – произнесла Елина, но Абу-Ухах и Ветривиус не обратили внимания на её слова. Тут решил вмешаться Коровхатеп:
– Успокойтесь! Из-за какого-то неудачного Ветривиусового фокуса вы будете вечно враждовать?!
– Не какого-то фокуса. Из-за этого «фокуса» мой замок чуть дотла не сгорел! – прокричал гневно Ухах. Мост под его яростными прыжками стоял без малейшего движения.
– Но не сгорел же, – промямлил Ветривиус.
– Хватит! – сурово крикнул Коровхатеп. Когда оба успокоились, он продолжил негромко, – Нам нужно перебраться на ту сторону, Абу-Ухах, ведь у нас серьёзные неприятности… – и быстро рассказал, как всё было.
– Чего же вы сразу не сказали! – удивлённо и возмущённо пролепетал Абу-Ухах и дал им проход. Но пройти по мосту они не смогли.
– Стой! – послышалось с неба. Прямо к Коровхатепу летела пегаска зеленоватого оттенка. Неожиданно от её крыльев полетели мощнейшие потоки ветра, откинув фараона назад. Поднявшись, он стал протирать глаза. Мост, как и хранители, исчезли. Рядом с фараоном приземлилась спасительница: зелёнокудрая, с голубыми глазами молодой красавицы, по имени Лея. Коровхатеп, заметив её, улыбнулся. Но в глазах читалось пугающее удивление. Мало кто остался бы в норме после моментально исчезнувшего моста.
– Вовремя смогла добраться. Ты вряд ли бы выжил, в такой воде.
– Спасибо большое. А откуда ты знала, где мы?
– Сигизмунд передал мне пергамент.
– Адмирал? Тебе лично?
– Верно. Мы давно знакомы с ним.
– Это для меня свежая новость. Я несколько лет тебя не видел.
– Я была в Греции в это время. Разбирала причины того, почему они с нами не собираются вести экономическое сотрудничество.
– Ладно, послушаю потом. Ты, как я понял, с нами?
– Верно. Помогу тебе и Лейле.
Лейла при всём этом не переставала смотреть на новоприбывшую с некой долей злобы.
– Надеюсь, ты меня простила? – повернулась пегаска к Лейле. Та лишь сухо промолчала.
Максбул и Свин в полнейшем шоке стояли как вкопанные.
– Зелёнокудрая госпожа, скажите на милость, что только что мы видели? Куда пропал мост и хранители?
Лейла глянула в сторону Свина и молча стоящего, даже более удивлённого, Максбула.
– Не было там моста. Глазами и ушами вы чувствовали присутствие, но не полагались на запах. Это иллюия. Невероятно, правда?
– Иллюзия? – с трудом выдавил Максбул.
– Ага. Чтоже, нам пора идти далее, так ведь?
Не особо напрягаясь, Лея концентрированным потоком сбила одно из деревьев прямо на воду, краем перекинув его на другой берег. Таким образом, у путников на время получился мост. Быстро перейдя на другую сторону, они дождались Рея, который спешить и не думал.
– Я хорошо плаваю, поверьте. Но если уж идти, так точно наверняка.
Погрузив всё на Рея, и убедившись, что всвё в порядке, путники направились дальше. Вместо джунглей здесь шли лишь небольшие заросли, похожие на влажную саванну.
Через долгие часы хода, путники добрались до первого на их пути города – Кукарекуса. Не замысловато, но достаточно объективно понятно, кто там жил. Основу населения составляли птицы разных размеров и видов, большинство из коих были цесарки, петухи-куры, да подобные средние птички. Правил городом сын Кукарекуно Седьмого, он же Кукарекуно Восьмой. Достаточно просто и ясно, чтобы любой иноземный путник понял, куда он попал.
Город не был так величествен, как город богов Зафесоу Арайде, столица Залифем или богатейший город Египта
Анукрама. Однако в нём была своя идея. Домов из дерева не было совершенно. Всё строилось исключительно из песочной смеси, крепкой и легко восстановляемой в случае трещин или чего-то вроде этого. Да и яркость факелов, что обязательно горели и днём, и ночью, и постоянные празднования дали городу другое, не официальное название – «столица Веселья».
Коровхатеп без доли сомнения или стеснения вошёл во дворец правителя. Стража узнала его. Молодой фараон был известен многим даже за пределами земель, что хранил его отец Бахис.
На небольшом, под стать королю, троне восседал Кукарекуно Радужный Хвост, как его величали. Коровхатеп смело вошёл внутрь и радостно выдал.
– Уважаемый Кукарекуно Радужный Хвост! Мне и моим друзьям нужен ночлег. Есть ли у вас доверие и место, чтобы нам дать здесь выспаться? Мы поймём, ежель вы откажитесь, так как мы прибыли без весточки или ведома Вашего.
Петух лишь погладил подборок своими длинными, точь-в-точь похожими на перья, пальцами.
– Думаю, да. Ты заслужил свою репутацию, Коровхатеп Величественный.
Фараон малость удивился.
– Величественный?
– Тебя никто так не звал до этого? Во всех городах, где тебя знают, так тебя и называют.
– Приятно, – усмехнулся фараон. «Чем же я мог заслужить это звание? Уж не из-за того, что мой отец – бог Пантеона?» – промелькнуло в его голове.
Кукарекуно кинул слугам довольно простой, но понятный жест – «организовать комнаты».
– Можете идти за мной, – пролепетала заученную привычную фразу цесарка, и двинулась направо от царских покоев. Рей остался на улице, вызывая удивление окружающих.
– Не видели таких, как ты!
– Чего кушать предпочитаешь?
– Откуда родом?
Рей кратко ответил каждому желающему, и прилёг рядом с дворцом. Горожанам он понравился.
К полуночи храбрецы, все до единого, спали крепким, будто непробудным сном. Рей же отдыхал на улице, накрытый теплейшими покрывалами да одеялами, что были во дворце.
ГЛАВА. 5. Битва со Скормом
Лейла проснулась первой. Насколько ей позволяли силы, она встала с постели, пошла к слугам Кукарекуно и попросила приготовить ей ванную в тихом, укромном месте. Они быстро выполнили просьбу, и спустя минут пять-десять Лейла уже лежала в расслабляющей, тёплой ванной из глины, украшенную инутри белым и чистым, как горная речка, мрамором. Хоть по Лейле и не было видно всё это время, с момента явления Леи, она скрывала ревность. Она ревновала Коровхатепа к Лее. Cо стороны пегаски цвета ночного неба это было понятно: она молода, ревность – это привычная вещь для столь юного возраста. Обо всех подробностях знакомства Леи с Коровхатепом она и раздумывала, лёжа в ванной. Но более всего, ей въелась фраза «Ты ведь простила меня?». В голове сразу вспомнился тот случай. Около пяти лет назад, когда Лейле было около шестнадцати лет, она находилась во дворце сестры Саны. Вместе с Лейлой была зелёнокудрая Лея, которая на тот момент была её ближайшим другом. Но случай того дня изменил привычное. Лейла случайно услышала, что её старшая сестра в полной мере согласилась на условия одного из вестников Величайшего Императора Амона Ра, Мады Гаскара. Он был личностью великой, раз в честь него назвали такой большой остров, простиравшийся недалеко от восточной Африки. Во времена войн, воспоминания о которых стёрлись у всех смертных, и даже малость у полубога Мады, он был одним из главных тактиков боя против руфдиеров. Но его предложение нисколько не звучало хорошо.
– Сана, пойми, Лейла будет править Лунией, но только под полным руководством моих рук и головы.
– Мне известно. Вы это сказали полчаса назад.
– Я часто повторяюсь, дабы никто не забыл, что я говорю. Ну, так что, Сана «Луч Солнца», ты согласна на это условие?
– Вполне. Хоть я и люблю, и верю в свою сестру…
В груди Лейлы кольнуло. То ли от радости этих слов, то ли от плохих следующих.
– Но она не готова. Править ей рано. Вы знаете, о ситуации с нашими родителями, господин Мада, …
Лейла услышала то, что не должна знать, и слушать дальше не стала. Она станет марионеткой. Естественно, выдержать этого она не смогла, и высказала всё, что думает, Лее. Но Лея, специально или же нет, проговорилась Сане, что её сестра знает о разговоре. За такие вести, точнее, как это обыграл Мада, чтобы она не портила его планы, за «ужасное поведение и хамство в отношении высокопоставленной персоны» ей запретили находиться рядом с сестрой в её Небесном Городе. С тех пор, Лейла простить таких слов своей бывшей подруге не смогла.
![](_3.jpg)
Царица Лунии Лейла в парадной броне
Когда она вышла, надев свой шёлковый халат, все остальные уже успели проснуться. Коровхатеп, увидев её, ускоренно зашагал в её сторону.
– Лейла! Зачем ты вышла? У тебя же силы тратятся! – вскрикнул он, неожиданно подхватил ослабевшую Лейлу на руки и понёс в комнату. Там он положил её на диван, накрыл одеялом и приказал. – Лейла! Больше так не делай никогда! Ты что, не понимаешь? У тебя же нет медальона! Твои силы теряются с каждым днём, – закончил он. Лейла лишь устало махнула головой – «Да, мол, поняла» – и положила голову на подушку.
После всего этого Коровхатеп с остальными позавтракали. Рею и Лейле принесли завтрак на подносе прямо к месту сна, дабы не причинить неудобства ни одному и гостей. После сытной трапезы путники начали собираться в дорогу, предварительно вызвав лекаря осмотреть состояние Лейлы. Доктор сообщил отличную новость, что Лейле стало лучше.
Коровхатепа это неслыханно обрадовало.
И вот путешественники, уже ставшие семьёй, собрав питьевой воды да фруктов, отправились в далёкий путь. Но перед отъездом Кукарекуно подарил им паланкин: «Чтобы Лейле, мол, было комфортабельнее». Коровхатеп принял этот подарок, но была одна загвоздка: кто будет нести паланкин? Рей предложил нести его на спине вместе с остальным, но остальные категорически отвергли предложение – на Рее вся провизия, да ещё и пассажиры в придачу. Дело было решено Леей – она создала под паланкином некую «невидимую воздушную подушку», которая двигала его легко и комфортно. Лейла очень сожалела о своём состоянии, ведь участие тут взяла Лея – её соперница, как думала она – но всё-таки не подала виду и согласилась ехать в паланкине. Путники попрощались с Кукарекуно и тронулись в путь.
В паланкине между Лейлой и Коровхатепом начался не особо приятный разговор.
– Зачем тебе эта Лея? Ты что, из-за моей болезни забыл про меня?! – воскликнула Лейла, чуть не плача.
– Что имеешь в виду? – спросил Коровхатеп.
– Твои с Леей отношения!
– Какие отношения??! Между мной и Леей?!! Да мы ведь просто друзья детства!
– Да – «друзья детства»! – перекривляла недоверчиво Лейла – Вижу я, какие вы «друзья» – как ты на неё смотришь, как с ней вместе смеёшься. И за всем этим забываешь меня! Ты ведь ей ещё и доверяешь, наивный!
– Лейла, с чего ты взяла, что я тебя забываю? Я просто с ней давно не виделся – хочется поговорить, поинтересоваться…Почему бы мне ей не доверять?
– Поинтересоваться? Было бы чем. Да, она красивая. На вид. А в душе какая? Она меня бросила! Вот я ничуть не сомневаюсь, что в один момент, когда нам будет угрожать опасность…
Коровхатеп выбрался из паланкина и всё-таки пошёл пешком.
– Что такое, брат? – отозвался сзади Максбул.
– Лейла ни с того, ни с сего стала нервной.
– В её состоянии это обыденность, – вставил
Ветривиус.– Нам, магам, тяжело без магии, извольте за повторение.
Остальные этого всего не слышали, ведь были заняты чем-то – Свин смотрел в карту, Рей шёл и над чем-то думал.
Ближе к полудню температура сильно поднялась. Рей более-менее терпел, а вот Лейла и Лея еле дышали, ведь их мягкая кожа не была приспособлена к таким климатическим условиям. Вдруг пред ящером «слоно-жирафом» песок начал двигаться.
– Ой, друзья! Это только мне кажется, что песок двигается сам по себе? – спросил Коровхатеп, держась за свой лоб.
– Не только тебе – подтвердили остальные. Максбул, Ветривиус и Свин спрыгнули с Рея.
Шум и движения песка становились всё сильнее.
– Мне это не нравится… – сказал Рей, медленно двигаясь спиной назад.
– Уходим отсюда! – воскликнула Лейла. Но они не успели. Неожиданно пред ними вылетел из песка гигантский, размером с Рея, скорпион древнего вида. Его огромный, длиннющий хвост с похожим на лезвие меча жалом, жёлтые глаза, гигантские клешни, восемь лап, окрас, как будто он весь состоял из песка – всё это делало его пугающим.
– Вам не стоило идти, неся с собой столь ценные трофеи! – прошипел он, клацая клешнями. – Я великий Скорм, «Песчаный Король», «Жало Смерти», и всё это относится ко мне. Проход по этой пустыне закрыт для таких, как вы, армиров!
– Только этого нам не хватало! – воскликнул Максбул, схватил молот и кинулся на скорпиона.
Но Скорм ещё в воздухе поймал Максбула клешней и сдавил до такой степени, что Максбул от боли выпустил молот. Тут уже вмешались Ветривиус, Рей и Свин Пигмеевич.
Рей со всей силы ударил хвостом по клешне Скорма, чтобы освободить Максбула. Но клешня оказалась песчаной. В смысле, что состояла она, как и сам скорпион, из песка. Отпав, как будто её и не было, она сразу приросла обратно на том же месте.
И тут же, увидев это, Лея улетела ввысь.
– Я же говорила, что твоя подружка нас бросит. – сказала Лейла Коровхатепу, стараясь удержаться в сознании. – Веры тебе нет! – воскликнула Лейла вдогонку зелёнокудрой пегаске. Но вдруг Лея вернулась, неся за собой большую дождевую тучу. Она остановилась над скорпионом, и из тучи полился дождь. Скорпион, эпично величайший себя «Король Песков», начал злобно шипеть, потихоньку намокать, в конце концов, весь песок смылся и под этим слоем оказался еле заметный без очков иль лупы скорпиончик. Он решил не рисковать, и вместо атаки зарылся в песок. Максбул встал и сразу же начал благодарить Лею.
– Спасибо! Ты мне жизнь спасла. Как я могу тебя отблагодарить?
– Не нужно меня благодарить, Максбул. Это мой долг. Друзей спасать – праведное дело, Амон Ра освяти твоё желание поблагодарить. И пускай мне это боги зачтут.
– Ой, не скромничай! – весело сказал Максбул.
– Ты честно достойна награды!
– Да где уж там! – весело ответила Лея. Но долго они не спорили, ведь впереди ещё долгий-долгий путь. Все так же, как и было, разместились по своим местам и отправились в путь.
– Древний облик у скорпиона. Дивное дело. Странно…– тихо размышлял Рей.
Солнце уже так не пекло, поэтому дорога была проще. К часам этак пяти вечера они прибыли в ещё один город – город Мангу. Красивый, милый городок, населённый мангустами и сурикатами разных видов и размеров. Городом правит фараон, Мунго Густ Первый, по своей природе весельчак, которому с самого раннего детства не хотелось сидеть на месте. Хоть сейчас он был вполне взрослым, в свои сорок три года характер остался прежний, чуть ли не детский.
– Здравствуйте, дорогие друзья! – громко сказал Мунго. – Вижу, вы, как и я, не сидите на месте. Что такое – на вашем кресле иголки? – весело спросил Мунго.
– Нет, не иголки, фараон Мунго Густ Первый – ответил Коровхатеп и, в раз третий или четвёртый, рассказал историю о проблеме Лейлы. Мунго слушал внимательно, не перебивая, время от времени спрашивая что-то.
– Мне всё ясно: из-за каких-то неизвестных вам двоих воров Лейла потеряла амулет и теперь не может колдовать, а её жизнь под угрозой. Я смогу вам в этом помочь! Но перед этим, чтобы, как говорил мой дедушка, «преисполнится некого счастья, Тотес пойми от чего», мы пойдём в театр. С пропускными листовками проблем не будет.
– Спасибо, конечно, но мы можем и сами заплатить за свои листовки. – сказал Коровхатеп.
– Я правитель этого города, и время от времени могу себе разрешить заплатить за гостей, – весело воскликнул Мунго и побежал к театру. Там он начал что-то шептать сурикату на ухо. Сурикат, как потом объяснил Мунго, является руководителем театра «Корде-Хор». Мунго сказал директору про пропускные, и тот согласился дать согласился пропустить восьмерых путников в первый ряд. Рею сделали специальную дырку в стене, через которую Рей бы смог просунуть голову и смотреть на выступления. Сделать дырку в стене не являлось проблемой или чем-то убыточным, ибо жилища и здания в городе легко разбирались и собирались. Сегодня в театре песни, завтра – представления, в среду – ещё что-то и так всегда, «чтобы не было однообразия», как сказал Мунго. И вот, путники вошли в «золотой зал» театра. Пред их взором открылась приятная глазу картина: большой, просторный зал, прекрасная сцена, очень удобные кресла, обшитые бархатом. Мунго провёл их к первому ряду, и мусафирины, кроме смотрящего из дыры Рея, удобно расположились в креслах.
Началось выступление. Как потом оказалось, это было «шоу голосовых талантов». Выступали разнообразные жители, считающие, что имеют хоть малейшие отношения к искусству. Позже выступил попугай Ра Ле’Жак, который пел мелодично, но часто фальшивил и тихо, картавя, ругая себя, шептал: «Ну ты, Га, и певец! Говорил отец – учись, тебя в честь Амона Ра назвали! А ты, чёрт возьми, ел финики и бездумно кивал». После пели ещё много кто. Но Коровхатепу, Максбулу и Ветривиусу уже наскучило. Они сидели, почти не слушая, иногда Лея даже дремала. Коровхатеп не выдержал:
– Я, конечно, понимаю, что театр – это культура, но всё-таки, зачем мы здесь? Мне на заседании нашей правящей верхушки было менее скучно, чем в этом месте.
Но тут раздался шепчущий им всем голос Мунго.
– Что-то происходит.
Вдруг на сцене появился дым, и из этого дыма выползла кобра! Кобра! Кобра, одна, видно, из тех, которых мангусты считали своими вечными врагами. Зал, состоявший из более сотни жителей, замер. У Коровхатепа отвисла челюсть. Он видел многое за свою, полную событий жизнь, но, чтобы змея появилась среди мангустов. Ни у какого руфдиера не хватит наглости такое провернуть. Тем более, среди вида-конкурента, меж коими битвы происходили с давних времён до нынешних.
Внезапно со стула вскочил сурикат. Из-под костюма он выхватил небольшой ятаган, после чего бросился к сцене. Ещё несколько охранников с разных концов зала тоже выхватили мечи и последовали за ним.
Воин подскочил к кобре, не обращая внимания на то, что он сам был гораздо мельче её. Вложив всю свою силу, солдат замахнулся оружием. Зал затаил дыхание… и стражник застыл на месте. Его будто приковало к полу. Змея резким движением хвоста выбила клинок из его руки, обезоружив его. Другие охранники, почти успев добежать до сцены, тоже замерли на месте, как скованные цепями пленные.