![](/files/books/160/oblozhka-knigi-egipetskaya-legenda-korovhatep-378025.jpg)
Текст книги "Египетская легенда: Коровхатеп"
Автор книги: Святослав Емец
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Святослав Емец
Египетская легенда: Коровхатеп
![](_0.jpg)
Карта Египта в годы правления третьего императора Египта, «Величайшего Императора» Амона Ра.
ПРЕДИСТОРИЯ
В Древние времена, о которых вспоминать ни у кого нет желания, когда хищные существа – руфдиеры, и те, что принимали в пищу листья, фрукты да коренья – армиры – потеснили свою дикость прочь и стали разумными, началась война. И причиной, как часто бывает, стал страх.
Поводом для беспокойства была продолжительность жизни разных существ. Нормой было для хомяка прожить тысячу условных лет, а вот буйволы могли прожить и все пять тысяч. Некоторые крупные существа могли жить неисчисляемо долго. Многие великаны, будь то слоны, громадные орлы или драконы, которые родились ещё до войны, и ещё какое-то время были дикими, даже не помнят, чтобы их предки покидали мир из-за старости. Сколько может прожить дракон размером со слона, то есть средний, так сказать – не знает никто. Ведомо лишь, что потомства привидёт он очень мало. Природа удосужилась позаботится обо всех существах: хомяки, ради выживания, за свою жизнь могли наплодить детей на отдельный город, а у драконов за всю многотысячную жизнь могло и одного ребёнка не появится. С незапамятных времён был сформирован некий баланс: долгожители не уничтожат коротышей из-за их количества, а коротыши в свою очередь из-за силы долгожителей не смогут уничтожить их.
Сверхдолгую Войну начали армиры, коих беспокоило, что руфдиеры могут сойти с ума, и вновь начнут питаться не только неразумной рыбой, которая ничуть не менялась, а ещё и ими. Именно из-за армиров войска назвали армиями – ведь армиров было вшестеро больше, чем руфдиеров, от чего пошло слово «армия» – «много солдат».
Однако нашёлся тот, кто остановил кровопролитные, тысячелетние войны, что замедляли в разы их развитие. Этим cпасителем, был один из представителей самой малочисленной, но могучей и сильной расы – драконов, по имени Даркстар. Его вид имел крайне сложное драконье название, потому их нарекли «обсидиановые титаны». Обсидиановыми – за характерную чёрную с фиолетовым отливом чрезвычайно прочную чешую, покрывающую всё их тело без исключения. А титанами – за их размеры.
Даркстар был в высоту гораздо выше самого рослого жирафа, которого знала вся Африка – Джена'Негеро. Знаменитый жираф был рослым малым, возвышался над двухэтажными домами простых гнутонов, и спал только стоя – ни одна кровать была ему не по рамеру. Даркстара же титаном называл даже Джен. Высокий и могучий, выше Джена в несколько раз, да ещё и с длиннющим хвостом, которым мог сам себе затылок чесать.
А от размаха крыльев Даркстара многих бросало в дрожь. Когда он впервые приземлился перед армирским лидером Лок'Баром, то закрыл его и половину царского храма от лучей стоящего в зените солнца.
Даркстаром дракона прозвали за удивительно ровный шрам в виде четырёхконечной звезды на лбу.
Именно этот руфдиер остановил сражения, в которых никакой выгоды или пользы не было. Как он это сделал – сказать сложно. Тёмная магия? Дипломатия? Из всех крупиц информации известно, что он несколько раз бывал в огромном строении лидера армиров, масивного и могучего овна Лок'Бара, титулованного как «Самовольный». Многие армиры да руфдиеры перешёптывались, что дракон угрожал Самовольному и его семье. Некоторые же склонялись к тому, что Даркстар просто хороший дипломат. Как всегда, в подобных ситуациях, каждый толковал по-своему, не зная и капли истины.
Как бы то ни было, что бы ни говорили армиры и руфдиеры, спустя четыре года после вмешательства Обсидианового Титана в ход войны, на вершине навеки потухшего громадного вулкана была отлита огромная плита из золота. А в ней первые кузнецы и ювелиры, что только зарождались в Африке, высекли громадными, в рост буйвола, буквами: «Здесь создалась гармония меж тысячелетиями враждующими расами». Доверие народа к Даркстару взлетало всё выше, и каждый новый его поступок подтверждал, что не зря.
Сразу, как монумент был завершён, сплочённый народ пожелал видеть Даркстара императором Африки. В благодарность за содеянное, за мир и покой, что принёс дракон, нарекли его Даркстар Миротворец.
Как-то, лет через двести, один греческий путник, пожелавший попасть в Египет, пришёл к этому монументу. Вокруг него уже давно стоял дивный, великолепный город, именуемый Залифемом. И вот, попав в центр, среди чудных уютных домов, да красивейших памятников, путник увидел величественный монумент. Сперва на лице грека читалось изумление, потом же, скорее, удивление. Путник подошёл к семье горожан, что беззаботно общались рядом с монументом.
– Зачем вы, египтяне, отлили такую громадную плиту из золота? Это же бесполезная трата драгоценного металла! С его помощью вы бы могли отстроить…десятки подобных этому городов!
На что младший ребёнок ответил:
– Его отлили из золота, чтобы запомнить навсегда, насколько дорого нам стоили эти войны, и для того, чтобы не забывать, насколько этот мир и покой для нас ценен и дорог. Разные помогали отливать и учавствовали в создании. Мы не делимся на египтян или как ещё. Африканцы – сплочённый народ.
Грек от прозрения вытаращил глаза.
– Насколько… глубоко и мудро вы, оказывается, думаете. Наши греческие мудрецы говорили много хороших и умных мыслей и фраз. Большинство их цитат высечены на монументах, а учениями их живёт вся моя страна, но до подобного… никто ещё и близко не додумывался!
Поражённый путник вернулся на родину. Годы спустя он стал известен как Макристарх, один из самых мудрых жителей Греции, как его называли африканцы.
А Египет тем делом рос, как дерево под прохладным, чудным дождём. Города разрастались, и вскоре он стал даже богаче, чем соседние государства Африки. Даркстар во всю трудился во благо целого материка, уделяя внимание любым словам жителей. Ещё долго потом вспоминали, насколько же хорошо это у него получалось.
Благодаря дракону руфдиеры и армирцы стали полностью равны, бедность и невзгоды навсегда покинули материк, торговля росла. И момент очередного принятия решения сыграла с ним победную, счастливую игру в его жизни. На одну из аудиенций, коих у правителя были сотни за день, пришла довольно просто, даже неслыханно просто для богатого Египта, одетая представительница расы спинозавров. Раса древняя, чрезвычайно. Их было и есть очень мало, но величие и красота сильно выделяли их среди других громадных рептилий руфдиерского мира. Та, что вошла в зал, выглядела изумительно даже для армирцев, среди которых руфдиеры не считались привлекательными. Сияющая чешуя беловатого отлива, схожая со снегом под лучами яркого солнца. Изящные и гладкие конечности, чудесной внешности лицо – сочетание казалось чересчур идеальным даже для природы. Но особенно поражали глаза. Голубые, сияющие, глубокие глаза с приятно контрастирующим чёрным зрачком. Даркстар никак не ожидал увидеть столь величественную красавицу в такой одежде. Она подошла к месту аудиенции, и собиралась было преклониться, но король лишь быстро молвил:
– Не преклоняйся.
И звучало это не приказом, который обычно дают короли, а скорее просьбой. Руфдиерка выровнялась. Её руки были опущены вниз, пальцы сплетены, глаза же опущены в пол.
– Не стоит смотреть в пол, дорогая. Стой предо мной, как перед равным тебе.
Та с легко читаемым изумлением полностью выровняла изящную, гибкую спину, на которой красовался аккуратный, присущий её виду, гребень.
– Король Даркстар Миротворец, я…
– Говори без тени сомнения. Что на уме – то на языке.
– Я… Хотела вас попросить… Мне нужны деньги. Взаймы, конечно. Верну в полной мере. Правда, ваше величество, не могу обещать, что скоро…
– Для чего тебе деньги? Могу я узнать?
Она судорожно начала теребить воротник своими пальцами.
– Да, конечно! Безусловно… Хм, король… Мне нужно откупиться.
Острые, чешуйчатые брови Даркстара взлетели вверх.
– Откупиться? Мне не послышалось?
– Верно, ваше величество.
– От кого? У нас все равны.
– Понимаете… Я из крайне бедной семьи, и… Мне пришлось полностью, если так выразиться, сдаться…
Даркстар немного повернул голову на бок. В глазах читалось удивление.
– В рабство.
Тут король совсем ошалел. Белые, с красным отливом, глаза чуть не вылетели из орбит, а вся морда искривилась в непонятной смеси ярости, непонимания и боли. Крупные белые зубы дракона вместе с губами создавали яростный оскал, настолько поразительно страшный, что любой воин-берсерк мог позавидовать.
– В рабство?!! В Африке?!
Дракон вскочил со своего простенького трона, скорее напоминавшего кресло. В полный рост с раскрытыми крыльями-парусами Даркстар напоминал громадный устрашающий корабль. Какой уж там «Миротворец»! Сейчас его бы скорее назвали Разрушитель, иль как пострашнее. Руфдиерка испуганно попятилась. Сама она была статной и высокой, значительно выше слонов и многих травоядных ящеров. Однако в сравнении с Даркстаром, она чувствовала себя, словно пятилетний ребёнок рядом с матёрым солдатом. Но король только подошёл к ней на расстояние вытянутой руки.
– Как тебя зовут?
Глубокий голос в отношении к ней звучал мягко, будто это не он пару секунд назад готов был чуть ли не расколоть дворец на части.
– Имиладрис, – пролепетала она.
В ответ на это Даркстар, совершенно проигнорировав, что о нём будут говорить, прямо на глазах у подданных и сотен стражников взял её ладонь в свою.
– Имиладрис, кто тот, кому ты вынуждена была служить?
Она, явно поражённая, что владыка взял её за руку и столько внимания уделяет, молчала какое-то время. Но потом всё же выдавила.
– Шайн Бэй. Его имя Шайн Бэй. Он…
– Отвечает за казну Африки. Я знаю, – сказал Даркстар. После чего, он коснулся её лба ладонью. Она дёрнулась, но потом всё же успокоилась. Слуги замерли. Стража так же. От императора все ожидали хладнокровия и некого величия, чтобы каждое его действо и каждое слово показывало его превосходство и силу над другими. Однако, не свойственно такое Даркстару.
– С этого дня, ты и вся твоя семья будете жить здесь, – огласил он, после чего обернулся к слугам. – Обеспечьте им самые лучшие условия.
– Сколько вас в семье? – спросил король.
– Было двое, – прошептала она, а голос её дрожал. – Месяц назад скончался мой отец.
Из глаз Имиладрис ручьём потекли слёзы. Даркстар же вновь нарушил ожидания его окружения. Вместо спокойного ожидания, когда она успокоится, или позвать слуг, чтобы дали настойку, дабы ей стало легче, дракон, который был выше неё на три головы, обнял её. Она посмотрела на него своими голубыми глазами. За слезами читалось изумление.
– Всё будет хорошо. – сказал он.
• • •
– Шайн Бэй!
Массивный и роскошный дом хранителя каны трясся и ходил ходуном. Каждый шаг императора Даркстара, будто толчок от землетрясения, громким грохотом и гулом расходился по залу.
– Да, о великий спаситель!
Чрезвычайно низкий, ниже даже обычного быка, черепаха склонился аж до пола прямо перед титаническим Даркстаром. На фоне своего дома он казался крохотным. Зачем казначею такое громадное жилище, Даркстар не понимал. И не хотел понимать.
– Заканчивай с этим! От этого лизоблюдства моя пища сейчас вылетит обратно!!!
Шайн Бэй тотчас выпрямился.
– Да, конечно. Что вас привело сюда, император Миротворец?
– С казной всё хорошо?
– Конечно, ваше величество. Полный порядок.
– Бедности в Африке ведь нет, верно?
– Полностью подтверждаю, Спаситель. Как вы и прос…
– А ты платишь и хорошо обращаешься с теми, кто тебе служит? – перебил его император, уверенно шагая по дому.
– Естественно! А как же ина…
Казначей замолк. Даркстар улыбнулся. Но эта улыбка вызвала у Шайн Бэя лишь желание бежать. Бежать как можно быстрее.
– Вот значит, как?
Даркстар, резко дёрнув рукой, всего двумя пальцами схватил Шайн Бэя за шею. Черепаха, дёргаясь от страха, лишь ошалев смотрел на «Миротворца», испытывая страх умереть прямо здесь.
– Какие силы тебе позволяют так нагло врать??!!!
Рёв Даркстара заставил окна с громким хлопком лопнуть, расбрасывая миллионы осколков повсюду.
– Где-то золото, что ты оставил себе?
– Ваше величество…
– Где золото, наглец??!!!
– В моём хранилище.
Даркстар отпустил черепаху, и тот с большой силой ударился об пол. Король направился вперёд. Шайн Бэй быстро поплёлся за ним. Даркстар вошёл в хранилище, как говорят, без стука. Одного удара хватило, чтобы массивная, похожая на ворота двойная дверь, вылетела внутрь вместе с петлями. Увидев то золото, то количество, что распорядитель казны себе присвоил, Даркстар пришёл в ярость. Однако довольно быстро успокоился.
– Сегодня всё это заберут.
Шайн Бэй выдохнул.
– Вы не сердитесь, повелитель?
Даркстар молча вышел из хранилища.
– Ты отстранён от должности, а всё твоё имущество конфисковано. Теперь Африка для тебя – запретная земля.
Шайн Бэй чуть не упал на ровном месте.
– Как так можно?!
– Я сам не знаю. Я доверил тебе хранилище золота, а ты создал своё, отобрав деньги на строительство городов, развитие экономики и выплаты денег жителям всей Африки.
– У меня жена и пятеро детей! Смилуйтесь!
– Как ты над теми, кто не получил своих денег? С теми, которые остались голодать? Поразительный уровень лицемерия. Зато, ты очень хорошо мне помог. Далее буду тщательнее выбирать, кого назначать в помощники.
На следующий день Шайн Бэя вместе с его семьёй изгнали с континента, запретив ему малейшие попытки вернуться. А спустя год была сыграна свадьба с Имиладрис. Отныне она также стала править Африкой, полагаясь на справедливость и мудрость.
Через сто лет, что по меркам таких долгоживущих видов казалось мгновением из-за особенностей эволюции подобных существ, семья обзавелась тремя детьми – Эльна, Горн и Заврозевс, что были похожи на родителей как две капли воды. Заврозевс особенно выделялся. Он стал первым полукровкой, гибридом, объединив в себе особенности спинозавра и дракона.
![](_1.jpg)
Молодой Заврозевс в броне
Не легко стало Даркстару на престоле. Африка развивалась, население росло, росли и запросы, и количество вопросов. Соседние государства, что только формировались, оправляли своих послов в Африку, дабы познать мудрость и постичь знания такой невероятной страны.
Настал день, когда Даркстар и Имиладрис вдвоём написали укза и огласили всюду, куда доходила хоть крупица информации:
«С этого дня система правления совершенствуется. Нам, императору Даркстару и императрице Имиладрис, нужна помощь в правлении страной. Часть обязанностей наших будут разделены между желающими развивать Африку существами. Отныне, как было предложено врачевателем и другом нашим Озирисом, вступившие на правящую должность подчинённые императоров и императриц будут именованы Богами. Наша правящая верхушка, вся вместе, назовётся Пантеон. Желающие помогать в развитии, прощу явится к обители Богов, коей теперь будет наша столица. Просьба к горожанам не переживать, ваши дома никто не займёт. Здания для Богов будут отстроены отдельно»
Даркстар мог править ещё очень долго. Кто знает, моежт, и вечно. Однако, через девять тысяч лет правления, Даркстар решил отдать трон тому, кому мог доверять в полной мере. Этим кем-то стал второй правитель Африки – Озирис. Незадолго до его коронации в высших кругах Египта появился феникс, огненный, пылкий и самоуверенный Амон Ра. Величественный и сильный, он больше подходил на место правителя, чем Озирис – так считал он сам.
Озирис пробыл на троне всего семь сотен лет. По итогу, допустив немало ошибок, он уступил своё место «более достойному Ра». Обвинений второму императору выдвинули целый список, коий хранился в виде небольшой книги. С той поры, Озириса более не видели.
Через несколько лет Даркстар, его жена и дети исчезли. Без следа, без слов, без единого знака – просто исчезли. Но Египту было не до прощальной церемонии в их честь. Ра впервые за многие сотни лет нашёл много поводов. Сложно поверить, для чего. Для истребления руфдиеров.
– Их гораздо меньше, но они сильнее. Немало из них долгожители, много кто предрасположен к магии. В любой момент у них может произойти возвращение старых инстинктов. Вы все знаете, что это значит. Нашу смерть!
Произнося подобную речь, Ра и словом не обмолвился, что фениксы, к коим он принадлежал, по природе травоядными никогда не были.
– Они нападут исподтишка! Убьют женщин, детей, стариков, и без каких-либо проявлений неприсущей им совести, съедят! Они могут, что, к невероятному сожалению, я застал. Именно так произошло с моей семьёй. Я в ярости убил этих тварей на месте. Но нет, мы не будем убивать всех. Мы уничтожим четверть. Хотя, пожалуй, лучше треть. Остальные долго будут помнить это и бояться нас, в то время как у нас будет больше территорий.
– Ра. – обратился к нему Лок’Бар, но умолк. В глазах феникса с массивной фараонской короной на голове мелькнула ярость.
– Как ты посмел обращаться ко мне по имени, так ещё и без титула?! Это совершенно неподобающе! Были бы мы в Персии, иль чего хуже, в Кайтайской Империи, тебя бы сразу казнили!
– О Великий Амон Ра, «Величайший Император», повелитель небес и солнца, дающий нам надежду на процветание! Позвольте спросить, как мы обретём больше территорий?
– С лёгкостью, и, что самое главное, быстро. Мы прогоним руфдиеров на юго-запад. Там нет плодородных земель или чего-нибудь подобного. Там пусть и живут, а нам по праву достанутся лучшие земли! – активно жестикулируя, сказал Амон. – Хотя, погоди. Дайте мне карту!…Та-а-ак. Там тоже есть плодородные земли…Не устраивает…
– Что тогда делать? Гнать их за предел Египта?
– Нет. Нужно закрыть их в пределах нашей страны, порвать все комуникации с внешним миром. А отдавать им земли я не желаю. Что же, решено.
Ра взял обмоченное красным чернилом перо, и мягко обрисовал полукруг на карте, где была южная часть Египта. Окружающие его боги сидели в недоумении. Сказать слово решился Тотес.
– Простите, ежель прерываю Ваши размышления, что значит эта линия?
– Всю площадь, что я обозначил, мы отдадим руфдиерам. Ограничим им выход за пределы. Пускай живут там, и не мешают мирным армирам.
Феникс – император Амон Ра – создал новый Пантеон, в который входили восемь сотен божеств разных армирских видов. Однако туда вошли и несколько руфдиеров, вроде львицы Сехмет «Неукротимое Пламя» или кошки Бастет «Воплощение Скорости». К войне против руфдиеров присоединились и некоторые хищные расы. Основную массу отрёкшихся от своих, составили мангусты, кошки, львы и орлы, а остальные видовые единицы были редкостью.
Бог – навысший уровень-показатель во владении магией. Фактически, если ты бог, это значит, что ты можешь делать всё в и со стихией или элементом, с каким связан.
Ра выбрал себе огонь и свет, чтобы подчеркнуть насколько он силён, чтобы использовать сразу два мощных и разрушительных. Элементы обретались путём личного выбора и долгого учения, но Ра изменил правила специально для своих богов и себя любимого. Они делали выбор, да. Но стихию или элемент обретали быстро. Ра брал у архимагов, волшебников более высокого порядка, коих было немало, элементные амулеты и отдавал их своему Пантеону. Однако это так же не всё. Для каждого бога производили свой сет, то есть комплект доспехов вместе с оружием, в которые вставлялись осколки амулетов. В зависимости от положения, их было разное количество. У Ра в сумме с осколками было четыре амулета – два света и два огня, что делало его «бессмертным и непобедимым».
Но, в самый пик геноцида около пяти миллионов хищников, почти что обещанной трети, объявилась угроза. Сын Даркстара, Заврозевс, схожий и с отцом, и с матерью, фактически, гибрид двух сильных видов.
Он ворвался в зал, где праздновали победу над «жалкими, подлыми руфдиерами». От его когтей и ударов погибли пятьдесят богов и сотни магов, после чего он был ранен Ра и выброшен вниз с Зафесоу Арайде, города богов на острове в небе, который удерживали на постоянной основе маги воздуха, не давая тому упасть.
Крепкий и живучий, сын Даркстара выжил. Тысячи лет он сражался с Богами, взяв под контроль всех руфдиеров Египта, и набрав немало сильных союзников. Африка вновь погрузилась в войны. Начался Раскол, как его наименовали, и Африка перестала быть одним целым. Вместо этого государства, что и были ранее, отторглись друг от друга, или воевали за территории.
В последней массовой битве Ра получил серьёзную рану, но смог копьём попасть Заврозевсу прямо в тело. Опаляющее огненное копьё нанесло пагубную рану, и предводитель руфдиеров свалился в пропасть, внутри которой текла глубокая, ледяная река. Война прекратилась, руфдиеры скрылись, лишь изредка совершая мелкие набеги. О Заврозевсе было решено стереть все данные и забыть его, как страшный сон, дабы на фоне его действий не появились культы. Уцелевших руфдиеров, которые отличились своей силой, опасностью и жестокостью, правительство наименовало или использовало их титулы. Порою, даже их имён хватало, чтобы вселять ужас. Некоторых из опаснейшего сброда, коих замечали и после войны, было решено выставить лицом к народу, чтобы их запомнили, и при любой возможности сообщили о воздейтсвиях с их стороны. Часть имён и титулов оставалась в секрете, по неизвестной причине.
– – – Скорм «Элементаль Эрозии» – – -
– – – Тай Фьюн «Изумрудная Буря» – – -
– – – Гелиос «Всепоглощающий Пожар» – – -
– – – Инвизитис «Укротитель Волн» – – -
– – – Глушитель «Ревоглас» – – -
Любые сообщения о появлении этих руфдиеров должны были быть переданы напрямую следящим за порядком в стране богам и полубогам.
Опосле войны, помимо Африки, даже Египет раскололся. Внутри страны сформировались войска каждого города по отдельности, а отношения между городами были не более чем союзническими. Некоторые города решили, что внутри них будет жить лишь определённая прослойка населения. Пошло деление на богатые и бедные города, по расе и виду животного. Линк – город исключительно цесарок, куриц и небольших нелетающих птиц. Мангу – тут живут лишь сурикаты и мангусты. Проще говоря, такое деление стало нормой в некогда сплочённом и процветающем Египте.
Многие годы прошли, прежде чем у одного из самых почитаемых и сильных богов Пантеона, бога Силы «Справедливого Молота» Бахиса, родился сын. Его жена была в восторге, что у них, наконец, появился ребёнок. Но Бахис был не особо рад. Нурма, жена Бахиса, была смертной, коротышом, и магию творить не умела, да и Божественные Дарования уже были недоступны никому. Бахис же, давно став богом, перестал стареть и остался в избранном им облике. При такой смеси кровей сын должен был родиться полубогом. Но, к разочарованию отца, что славился силой, умом и мощью, правителя Залифема, у сына не было ни малейших способностей к магии, да и, видимо, божественность не передалась ему. Однако, как предположил фламинго Хапи «Щедрость Нила», бог воды, и, к тому же, предсказаний, Коровхатепу уготована великая судьба.
Через девятнадцать лет Нурма серьёзно заболела. Бог медицины, покровитель лекарей, Тотес «Хранитель Знаний» ответил на это: «Здесь её не излечить. Но, на островках вдали отсюда, за Мадагаскаром, ей найдут лечебные средства и свободу здоровья».
Обдумав, что жену пускать одну нельзя, Бахис отправился вместе с ней. За городом теперь присматривал сын Бахиса – Коровхатеп
![](_2.jpg)
Фараон Залифема, Коровхатеп Сын Бахиса