Текст книги "Феникс. Полет (СИ)"

Автор книги: Светлана Залата

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Похоже на то.

– Глянь вверх, – пробормотал сидевший рядом фронде, когда Мерде и Витор начали спорить о Семерке и приводить какие-то цитаты из трудов ученых мужей.

Я поднялась на ноги и похромала туда, где крыша обвалилась и было видно небо над Оставленной Столицей. Совсем низко над нами летал туда-сюда одинокий ястреб.

Ночь была неспокойной, хотя и птица больше не показывалась, и никто разумный и не очень не приближался к нашему убежищу. Дежурили по двое. Говорить не хотелось, к тому же фронде, с которым нас свел жребий, вообще предложил мне отдыхать, уверив, что справится сам. Несмотря на такую щедрость поспать нормально все равно не удалось, потому я по большей части пялилась в никуда, прислушиваясь к окружающему миру. Благо хотя бы поднялся ветер, и кое-где в отдалении шуршали камни и поскрипывали чудом не уничтоженные петли, да и дыхание спящих разгоняло неприятную гулкую тишину, давящую на разум.

Страха не было. Огонь выжег страх очень, очень много лет назад. Но все равно от человеческой природы не уйдешь, и полное отсутствие привычных звуков не было чем-то приятным.

Боль была почти терпимой. Почти. Думаю, завтра я могу двигаться достаточно резво.

Только щит жаль. Почему? Этот же даже не десятый, сломанный в моих руках. Увы, дерево не слишком долговечно. Особенно если использовать его в том числе и в сражениях с колдунами и затронутыми Черным Огнем.

Но все равно – жаль.

Возможно, я все же уснула еще до смены караула. По крайней мере не помню, когда менялась и с кем. Но на утро никто ничего не сказал по этому поводу, так что может и просто забыла, как передала стражу.

Хмурые и не выспавшиеся, – кроме фронде и савра, они оба явно умели отдыхать в любых условиях, – мы выдвинулись к Вратам. Теперь нас вел Мерде, шедший вперед с большим энтузиазмом. Летописец явно воспрял духом после того как его мучители отправились в Огонь, да и, кажется, он и вправду решил изменить свои планы и теперь собирался тащиться за Лоаком до тех пор пока это будет возможно.

– Вы не думаете, я вас не стесню, – болтал он, пока мы шли по одной из самых широких улиц Протипола, по которой явно когда-то могли разъехаться в ряд три-четыре колесницы.

Слева и справа зияли пустыми провалами окон крупные квадратные поместья в один, два, а кое-где даже в три-четыре этажа. Многие из них обрушились, хотя другие и стояли ровно, лишившись лишь крыши и межэтажных перекрытий. Мерде уверял, что некогда тут был один из центральных городских проспектов, содержавшийся в идеальном порядке, и из-за большого расстояния между домами и того, что эти дома по большей части принадлежали знатным и порядочным горожанам, не хранившим внутри ничего опасного, все сохранилось в относительном порядке.

Хотя, надо признать, чем ближе к Вратам, тем больше было покосившихся, а то и рухнувших зданий. Но хоть рухнули они не на дорогу, так что шли мы спокойно, ведя лошадей за собой.

Не то чтобы кто-то собирался отправлять Мерде восвояси – по крайней мере пока, – но летописец все равно решил обозначить свою полезность. Ну или хотя бы доказать, что проблем от него не будет:

– У меня есть счета в нескольких банках. Благо, с помощью магии можно ставить подпись, которую не подделать. Я просто не могу упустить такой кладезь информации! Маг из прошлого мира, заставший расцвет Ковена! Я многим вам обязан, и если вы позволите мне общаться с древним духом, то я постараюсь быть максимально полезным. Я, конечно, больше исследователь, зато обладаю примечательной памятью и в спокойной обстановке могу использовать магию с большой эффективностью. В неспокойно тоже… По большей части. И у меня есть фамильяр…

– Не конь, – усмехнулась я.

– Что? – Мерде явно был сбит с толку.

– Ты – не конь. И мы тебя не покупаем. И посмотрим как что сложится и куда мы путь держать будем. Договоримся.

Мерде кивнул.

– Буду весьма благодарен. Я не намерен вам мешать, но знания – моя страсть, а Исида – моя владыка.

– Ты – клерик? – удивлению в голосе Витора не было предела. – Но выпускники Башни не…

– Я – Посвященный. Потому что Выпускники башни не становятся клериками, да. Но я все же уверен, что знание, таинство магии слишком совершенно, чтобы быть творением мертв… молчаливой природы.

Вот оно что… Посвященный. Тот, кто истово верует и готов совершать многое во имя своего Владыки, но не стал клериком, не получил силы жреца и не живет в храме. Впрочем, магики и правда иногда принимали Посвящение Исиде, Владыки Знаний и Тайн. Любопытные потому что сверх меры.

Да Лоак для него – почти аспект Владыки. Почти великое существо…

Умолкни. Самому тошно.

Тошно… Мне вот тошно в самом прямом смысле. Резкий запах усиливался и усиливался. Впрочем, оно и понятно – мы приближались к Вратам. К тому, что от них осталось.

В самом центре Протипола, на огромной по размеру круглой площади валялась груда черных камней. Если присмотреться, можно было понять, что камни эти, кое-где и вовсе превратившиеся в щебень, были покрыты тонкими знаками. И все. Просто груда черных камней в центре пустой площади, все здания которой или развалились, или по меньшей мере накренились.

Все из того, что можно было видеть глазами.

Я чувствовала, что в центре, прямо над грудой щебня, в реальности зевала прореха. Просто дыра в никуда.

Это облегчает дело, – пробормотал дух. И спросил вслух:

– Который – дом Ордена? Сареху несложно появиться здесь. Но круг призыва рисовать магам. Или я покажу – но придется взять меня в руки и довериться.

– Круг призыва – простой? Сложный? Третичный? – Мерде воодушевился.

– На среднего земляного элементаля.

– Это…

– Ваяй простой самый, – не без оттенка неудовольствия проскрипел Лоак, – потом разберемся в корректировках. Итак, я призову Сара. У вас будет полчаса. Потом возвращайтесь. Здесь, у прохода через межмирье я и призвать, удержать элементаля могу, но мои силы не бесконечны.

Надо сказать, что во второй раз призыв каменного человека-червя выглядел уже не столь эффектно, ну или усталость давала о себе знать. Существо так же создало проход прямо в начертанном на камне узоре, который, казалось, вблизи от разлома странно мерцал.

Витор, Дианель и Арджан ушли за элементалем. Фронде, медленно рассматривающий ближайшие здания, почему-то то и дело поворачивал голову в направлении той широкой улицы, с которой мы пришли. Летописец помогал Лоаку, которого с огромным трепетом взял в руки, и вычерчивал под его руководством новый ритуальный узор.

Ну а я… А я следила за лошадьми, успокаивая нервничающую Ингрид. Фронде уверял, что если кони и убегут, то вернутся по его зову, но все равно проверять почему-то не хотелось. Стояла и следила за лошадьми здесь, в центре мира.

А что еще делать, в самом деле? Да и Врата, принесшие столько бед и вместе с нем подарившие нам эти земли, не впечатляли. Просто груда камней и прореха в никуда над ней. Мысли сами собой унеслись куда-то в прошлое. Легко было представить это место полным жизни и суеты. Увидеть приходящие обозы, подумать, как могли бы одеваться наши далекие предки… Задуматься о том, что случилось бы, будь Врата изначально без изъяна. Каким был бы мир, если бы мы могли с легкостью перемещаться отсюда в нашу далекую прародину и обратно?

Ингрид вырвала меня из размышлений громким фырканьем.

– Что-то не так… – пробормотала я, смотря на размахивающую хвостом лошадь.

Сколько времени прошло с тех пор, как ушел элементаль и остальные? Бормотания Мерде, творившего заклинания по просьбе Лоака, давно смолкли.

Ингрид, которая и так была не очень рада этому месту, нервничала все больше и больше, и это тревожило. Ее чутье еще ни разу не подводило. Казалось, что-то двигалось – там, за домами, в самом начале проспекта. Что-то большое и гранитное.

Что-то, от разглядывания чего меня отвлек скрипучий голос духа совсем рядом:

– Я все узнал, – кинжал в руках у Мерде, который протягивал мне его, как величайшую ценность, словно бы почернел.

Ощущался он правда в ладони так же, как и раньше, да и в ножны влез с легкостью.

Готовься. Обманутый будет против.

– Нам нужно уходить. Сейчас, – продолжил Лоак вслух, – я отзову Сареха и он вернет остальных. Нужно сматываться из города.

– Почему? – нахмурился фронде.

– Твои силы тут работают плохо. У твоей сестры получается только то, что разрушает, как и у магов. У всех магов. И за нами как раз идет один маг с явно недобрыми намереньями, и он, боюсь, сумеет использовать энергию этого места себе на пользу. И, что самое плохое, – он приближается.

У рисунка с громким хлопком появился элементаль, держащий теперь своими почему-то непомерно длинными руками разом и савра, и чародейку, и мага. Элементаль рассерженно шипел. Витор и Дианель негодовали.

А я зачарованно смотрела на десяток оживших статуй, приближавшихся к нам с проспекта. Кажется, когда-то они подпирали портик какого-то из домов.

В разум полились образы.

Дракон, забывший себя, где-то на востоке. Ящер, бывший друидом, в далеких лесах моей родины. Кто-то еще, смазанный и смутный, где-то в горах. И – сгусток смерти, запертый на севере, где-то в странном круге бесконечного ритуала. Прибывший совсем недавно, почти слившийся со своей силой и неспособный сейчас ее до конца контролировать, этот сгусток был человеком.

Зачем мне это?

Может статься, что придется прикрывать вас сейчас. И кинжал после этого скорее всего станет лишь вместилищем моей души, бессловесным и тихим. Мой брат, тот, что может вернуть мне и Тоа тела, там, на севере. Не знаю как, но он упал, физически упал. Видимо, пытался пройти через Мир Теней, и не сумел… Он в плену. Его разум подавлен. Но чтобы ни случилось со мной – если мое вместилище окажется рядом, то я сумею пробиться к его сознанию, даже будучи неспособным общаться с вами. А он вернет к жизни Тоа, и вы поговорите. Да пробудив его разум мы избавим мир от сырой силы магии смерти, изливающейся в мир. Брат в ней неповинен, есть вещи, которые сильнее нас.

Откуда мне знать, что это правда?

Ниоткуда. Я по-прежнему лишь прошу поверить мне и дать шанс.

– Как ты все это объяснишь? – Витор наскочил на меня, толкнул в сторону…

И тут мимо моего лица пролетел кинжал. Еще один впился в плечо магу. Еще один отбил савр. Еще, еще, еще…

Кинжалы летели из ниоткуда, и за ними на площадь выбегали каменные истуканы. Пронять их клинком – нечего и думать.

Огонь был слишком слаб. Сабля не поможет. Лошади, порвав привязи, с ржанием ускакали прочь…

Пятерка истуканов наступала. Смяла савра, просто сломав его клинки. Игнорировала магию и шла вперед. Кинжалы атаковали сами собой, словно желая попасть в сердце каждому из нас. Я отмахнулась саблей раз, другой… Заметила движение.

Кто-то вышел на площадь. Повелитель истуканов и кинжалов. Маг в походных одеждах, в широком плаще и с длинными волосами. Эльф.

Дианель бросила сгусток огня – но щит пришлого мага отразил пламя, как отразил и чары остальных магиков, и мой брошенный нож.

Одна из статуй придавила савра к полу. По кинжалу зависло у шей Дианели и Витора. Мерде отступая упал и теперь пытался отползти прочь. Меня каменный истукан поймал за руку, резко заведя ее назад и, кажется, заново ломая кость. Фронде теснили еще две статуи.

Пришлый маг подал голос:

– Так, так… Блейдвинг поймал интересную добычу. Ушедших от правосудия в Госларе Служительницу, магиков, и савра. Правда, мне непонятно, зачем вы решили убить детей досточтимого герцога, но…

– Мы спасали от Черного Огня город, – выплюнула я. – Отпусти нас, наемник, а то…

Статуя сжала руку сильнее и в глазах потемнело от боли.

– Тащить ваши головы будет хлопотно, – заметил пришлый маг, – но у меня есть помощники, и…

Кинжал на моем поясе ярко вспыхнул. Совсем рядом затрещала ткань реальности – и появился Сарех. Точнее, его огромная копия с недобрым выражением лица.

Найди Маруэля. Прошу, – раздался совсем слабый голос на краю разума, – бегите. Я сделал все что мог.

Гигантский элементаль рванулся вперед, налетел на эльфа-мага, успевшего заключить себя в странную сферу, и отбросил сферу с ним прочь, словно огромный кожаный мяч.

Статуи застыли. Кинжалы упали на каменную мостовую. Элементаль с ревом погнался за шаром.

– Бежим, – коротко бросила я. – Милатиэль, лошади…

– Я позову. Уходим.

– Может быть мы могли бы… – начал было Мерде, но Витор прервал его:

– Элементаль дикий, и не вернется в свой мир. Кто бы не выиграл в этой битве, нам с ним не тягаться.

И правда… Какие-то чары эльфа-мага впечатали каменного человека-червя в и так накренившийся дом Ордена, и строение начало заваливаться назад. А за ним – и остальные дома в том же районе.

Элементаль заревел.

Ближайшая ко мне статуя пошевелилась.

– Уходим. Быстро, – рявкнула я и припустилась прочь с площади.

Такого врага нам не одолеть. Я потянулась разумом к Лоаку, бросила ему:

Вот с кем тебе нужно общаться о магии.

Тишина в ответ.

Кинжал теперь – просто кусок камня. Никакого запаха магии. Ничего больше.

Глава 9
Леса у Протипола. Выбор

Мы убирались из древней столицы со всей возможной скоростью. Мерде вел нас то проулками, то проспектами, которые много где были совсем непроходимыми из-за разрушенных зданий или каких-то провалов прямо в земле. За спиной слышался грохот и то и дело раздавался треск ломаемых стен. Слышались раскаты грома и какие-то гортанные выкрики.

Желающих вернуться и выяснить, чем кончится сражение эльфийского мага и элементаля не было.

Как только мы выбрались за каменное кольцо стен и перешли по полуразвалившемуся мосту через канал, с этой стороны города заполненный мутной водой и обломками камней, как фронде превратился в лошадь, и не без явного неудовольствия, но взял себе на спину смущенного Мерде. Мы в молчании поскакали прочь, стремясь убраться как можно дальше от Протипола пока отдаленные звуки битвы доносились из-за спины.

Дороги на север от Старой Столицы были не лучше тех, что лежали близ Толара, но зато можно было быстро выйти к Нотинке, реке, впадавшей в Северное Море, и идти по дороге вдоль нее. Дальше на север. В Лакор, город-порт, одно из немногих мест близь Первой Земли, где так и не довелось побывать в своей жизни.

Реки скрадывают магию. Смывают чары. И потому мы споро пробирались по пустынному тракту, наверняка по весне и по осени превращавшемуся в грязное месиво вместо дороги, периодически останавливаясь у воды чтобы смыть с себя возможный след чар.

Местная дорога явно была проторена теми, кто ходил в руины Протипола, но сейчас желающих путешествовать не нашлось, что нам было только на руку. Мы удалялись от Старой Столицы до глубокой ночи, едва не загнав лошадей. Без запасов почти полностью уже выпитой воды они шли резвее, чем раньше, но все равно не были способны скакать часы напролет с седоками и поклажей, пусть фронде и на коротких привалах применял какую-то непонятную магию.

Мы торопились. Бежали прочь, как свора псов, в которую вдруг начали кидать камни.

Кем бы ни был тот эльфийский маг – его сила впечатляла, и встречаться с ним еще раз не хотелось совершенно.

Почти сутки бегства – и из воздуха почти исчез запах чужеродной магии, а мир вокруг перестал напоминать бесплодную пустыню. Вернулись звуки птиц, вернулись насекомые и звери, вернулись деревья, чьи плоды можно было есть без опаски.

К северу от Протипола не было заброшенных ферм и полей. Здесь, в отростке Измененного Леса, нашли пристанища дикие теперь уже сады, в которых яблони, груши и заросли совсем невиданных кустарников и деревьев перемежались сорными травами и вполне обыденными осинами и березами. Около одного такого старого сада, рядом с которым бил чистый ключ, мы и остановились на привал.

Хотелось напиться наконец воды, которую мы до того экономили, поесть хоть что-нибудь и перевести дух. Ну и решить, что делать дальше.

Фронде не выглядел утомленным скачкой, и мы с ним занялись сбором яблок и груш в саду. Эти были зелеными по цвету, но все же не такими дикими, мелкими и кислыми, чем те, которыми отравился Витор в дни турнира в Госларе.

– Странно, что они не слишком изменились за века, – заметила я, срывая с ветки зрелое зеленое яблоко и откусывая от него здоровенный кусок.

Яблоко как яблоко. Сладкое. Такие или запекали в печи, или в тесто оборачивали, или и вовсе добавляли к мясу и еще куда.

– Странно? – неопределенно произнес фонде, залезший на дерево неподалеку и осматривающийся с его верхушки.

– Без ухода сады гибнут.

На юге их вытесняют джунгли. Здесь плоды становятся меньше, а сорных трав – больше. Даже за полвека такой вот сад может сдаться под давлением леса, а тут – несколько веков прошло.

– А, ты об этом. Это сорта, выведенные с использованием магии и наших сил. Они способны, как видишь, жить без ухода, – эльф проворно слез с дерева, – фамильяр не следует за нами. Или его хозяин мертв, или, что скорее, пока потерял нас из виду. Впрочем, думаю, он вряд ли захочет идти вот так, по лесу, за нашей компанией. К тому же, насколько я могу судить, ему магия Оставленного Города придала сил. Лес же – моя вотчина. И если он решит последовать за нами – я об этом узнаю, и тут у меня найдется управа на сородича. Ладно, не будем об том. У тебя есть план, что делать дальше? Дух далеко, насколько я могу судить.

– Далеко, да. Но все же план есть.

– Тогда идем. Уверен, остальным есть что рассказать.

И правда – было. Поле еды фронде принялся заваривать какой-то, по его словам способный помочь справится с усталостью от длительной скачки, напиток. Остальные же, рассевшись вокруг костра, теперь смотрели в основном на меня – и на кинжал на моем поясе.

– Это было совершенно беспардонно! – прорычал Витор, – мы только начали искать оставшиеся фолианты, как появился элементаль, схватил в охапку и выбросил из здания! Этот поганый колдун не хотел, чтобы правда всплыла!

– А нужно было вас там оставить?

Вход-то в здание Ордена был завален камнями, осыпавшимися с соседнего, стоявшего близко, строения, и, на вид по крайней мере, покинуть его без помощи Сареха было бы невыполнимой затеей – окна-то узкие…

– Мы бы выбрались! А теперь…

– А теперь хотя бы этот ублюдок с носом остался, – клацнул зубами Арджан. – Кто это был?

– Он не колдун, – заметила очевидное я. – Но большего не скажу просто потому что не знаю.

– Это Блейдвинг, – заметил Мерде таким голосом, словно это что-то да значило. Заметив, что никто из нас так ничего и не понял, маг-летописец торопливо разъяснил: – он из эльфов, из Ковена Полумесяца.

Фроде свел кончики пальцев вместе.

– Уверен? Они редко покидают остров Луны.

– Блейдвинг заменит как минимум этим, – Мерде, которого явно утомила скачка, полулежал на выделенной им чародейкой запасной циновке. Говорил он, тем не менее, четко, размеренно и с большой уверенностью: – никто не знает его настоящего имени. Хотя он приезжал в Башню еще когда я был совсем юным адептом, и уже тогда был знаменит. Кажется, он поссорился с кем-то у себя на родине, ну или просто ему наскучило общество долгоживущих, и он подался в земли других народов. Его видели на старых территориях близь Протипола, но и на побережье он бывает. Вообще-то никогда не слышал, чтобы он нанимался просто убить кого-то. Даже за большие деньги. Блейдвинг ищет дела, которые ему интересны – всегда. Часто ловит ущедших от правосудия, но никогда обычных убийц или разбойников.

– Деньги всем нужны, – я пожала плечами.

– Участник Ковена Полумесяца может получить их в достатке от любого правителя, которому предложит свои услуги.

– И тем не менее. К тому же его нанял герцог для мести за своих детей.

– И, кажется, представил все так, что мы оказалась преступниками, – с явным неудовольствием протянула Дианель. – Словно мы не спасли Гослар.

– А мы и есть преступники. Убийцы, если точнее, – усмехнулась я. – Хотя и да – мы спасли Гослар. Одно другому не мешает. А герцог может и не знать правды.

– Савва с Бертом должны были ему рассказать.

– Надеюсь что нет, – такая перспектива меня не радовала, – иначе как соучастники сами на плаху пойдут.

– Отлично. Значит за спасения жизней горожан нам положена вот такая вот плата, – фыркнула чародейка.

– Ага. Привыкай, – криво усмехнулась я, – и это еще нас почти не тронули.

– Потому что на Блейдвинга набросился элементаль, – почти с восторгом заметил Мерде, – в полноценной форме! Да их только архимаги древности могли призывать, ну и несколько участников Ковена Полумесяца, и все!

– Хватит восторгаться проклятым колдуном, – оборвал коллегу Витор. – Хуже всего не то, что за нами теперь гоняется один из сильнейших магов мира, а то, что демонов заклинатель отправился на Путь, и где теперь искать его собратьев – неясно.

Я покачала головой, смотря в огонь.

Нужно ли говорить это? Впрочем, так Витор хотя бы будет на виду… И почему-то мне казалось, что что-то после посещения дома Ордена в маге изменилось.

– Ты зовешь Лоака колдуном. Что-то нашел у себя? – я склонила голову, любуясь пламенем.

Мерно трещащий огонь согревал. И каждый костер горел по-разному, сколько не разводи одним и тем же способом, сколько не раздувай из углей.

– Если бы не вмешательство элементаля, то…

– То там все равно ничего не было, – басисто заметил савр.

– Арджан! – чародейка явно была не восторге от вмешательства ящера.

Но савр молчать не собирался:

– Арджан. Я до арены был в богатых домах. И видел все то же самое. Богатство. Роскошь. Вино и еда, ставшие пылью. Хозяева за пиром. А библиотека там давно сгорела и стала золой.

– Там могли быть подвалы, и…

– Я отправляюсь на север, – негромко заметила я, не желая слушать свару. – Лоак считал, что там есть кто-то в шлейфе силы, поднимающей нежить.

– Марус? – с удивлением спросил Витор, – Марус Мариантиантаниэль Корат? Великий Некромант?

– Наверное. Лоак уверен, что его сила истекает в мир, и что нужно прекратить это. И это происходит где-то на севере.

– Черная звезда… – пробормотал Мерде, – но это…

– Громче, – потребовала я.

– Черная Звезда. Пять лет назад на западной оконечности полуострова Теплого Ветра, что на Северной Земле, упал метеорит. Ну или что-то взорвалось – местные толком не знают. И с тех пор там постоянно поднимается нежить, даже ближайший город к месту падения, Кор-Корат, был расселен принудительно. Теперь полуостров охраняется силами Черной Стражи, подконтрольной владельцу соседнего к Кор-Корату города, и туда никого не пускают. Даже из бывших жителей.

– А ты неплохо осведомлен, – я всмотрелась в лицо летописца.

Мерде, судя по виду, был уже не рад, что рассказал все это.

– Эти люди, что были с пророком… Среди них были те, кто готов был говорить со мной. Думали, что смогут обратить в свою веру, или, может, просто хотели рассказать, как дошли до такой жизни. И многие из них как раз из Кор-Кората. Их всех правитель, барон Торин, привел в портовый Хусат – и оставил там, под стенами города. Сначала все верили, что Торин договориться с местным градоправителем, но дни шли – и ничего не менялось. Потом пошли слухи что Торин и не собирался ничего делать, лишь отгородил с помощью магов на деньги Лиги Севера оставленный город, чтобы нежить оттуда не шла, и запретил всем кроме Черной Стражи там появляться. Люди остались без крова, без еды, без всего вообще. Кто-то сумел устроиться, но далеко не все. Кто-то скопил на билет в Лакор, кто-то попытался податься на шахты к гномам… Но север есть север, там несладко в любое время года, и лишним ртам нигде не рады. Так что многие и правда польстились на шанс начать новую жизнь, да ни где-нибудь, а в самой Древней Столице.

Я подкинула дров в костер.

– Это никак не оправдывает суртополонничества.

Мерде тяжело вздохнул.

– Да. Разумеется. Но все же их историю можно понять. И началась она с Черной Звезды.

– От Семерки одни беды, – прищурился Витор, смотря на меня в упор, – и ты, Служительница, все еще веришь духу?

– Вера – тонкая грань надежды над пропастью отчаянья, – процитировала я один старый трактат.

Чей автор, кстати, погиб от руки другого Служителя, хотя поклонялся когда-то Фитаю… Мда.

– Но так или иначе, колдовство это или нет – я намерена выяснить, что случилось на севере.

Плохо работающего амулета отклонения стрел должно хватить для оплаты места на корабле. Я слишком далеко зашла чтобы останавливаться на полпути. Лоак был уверен, что его некромантический друг сможет и вернуть ему тело, и, что важнее, воскресить Тоа, чья душа вроде как по-прежнему находилось в Знаке, хранящемся у меня. Правда это или нет… Да демоны знают. И Владыки. Но, как бы то ни было, если удаться разобраться с восстающими мертвецами – мир станет только лучше. А остальное, глядишь, приложиться.

Витор скрестил руки на груди.

– Как нам знать – не ведешь ли ты нас в ловушку? Быть может твой Владыка давно оставил тебя, или и вовсе это не Фитай, а…

Договорить он не успел. С моей руки сорвался сгусток белого пламени, пролетел и сжег яблоко, которое маг успел выронить в последний момент.

Незажившая рука вспыхнула болью от такого использования Огня. Но ярость была сильнее.

– Молчи. Иначе я решу, что зря не дала тебе свалиться с той башни, – процедила я, стараясь унять желание спалить мага дотла, – быть может ты и твой Орден – наследники Суртовой воли, желающие уничтожить последних магов, способных хоть что-то привнести в этот мир, а? Быть может в вашей резиденции, в ее подвалах, есть списки Эмиссаров, перед которыми вы преклонили колени? Или ты – отродье тьмы, пробовавшее чужую плоть? – я перевела взгляд на Мерде. – Или ты возжелала власти над миром? – теперь досталось Дианель. – Или ты спишь и видишь, как отрубить нам головы просто из своей природы? – Арджан неодобрительно клацнул зубами. – А может быть фронде жаждет отомстить нам за съеденную дичь и примятую траву?

На миг воцарилась тишина. Я продолжила:

– Я отправляюсь на север. Чтобы там ни было – я хочу защитить от этого людей. Если удаться договориться с тем, кто вольно или невольно поднимает нежить – отлично. Нет – значит он отправится на Путь или в Пламя. Как и любой колдун из тех, кто встанет у меня на пути, да и не только колдун. Я не призываю вас продолжать путь со мной – каждый из нас свободен в своих решениях. Я на западе нанялась к тебе, Витор, уничтожить Семерку. Просто потому что они, по твоим словам, угрожали миру. Уничтожать угрозы я буду и дальше – когда найду их. А пока я хочу узнать, что правда, а что ложь в этой истории, и только потом рубить головы. Дух сегодня спас нас от наемника, и это то, что я видела своими глазами. А остальному – свое время. Но еще раз ты усомнишься во мне и обвинишь в сговоре с тьмой – огонь опалит не плод, а тебя самого.

Арджан еще раз клацнул зубами. Неодобрительно.

– Да я…

– Достаточно, – фронде заставил пламя костра изменить цвет на неожиданно глубокий синий.

Языки пламени взвились выше, танцуя сложный танец. Потянулись ко мне и Витору, словно в назидание грозя подпалить одежду, и вернулись обратно, так, будто ничего и не было.

А ведь может не только в зверей превращаться, мда…

– Ни к чему пустые ссоры, – как ни в чем не бывало заметил эльф. – У нас нет обязательств идти вместе. Но если Мерде прав, и у герцога Гослара нашлись деньги или иное вознаграждение для одного из Ковена Полнолуния, желающего отправить нас на Путь, то разумнее держаться вместе.

– Поодиночке проще затеряться, – возразила Дианель.

– Может быть. И ты готова уйти дальше одна? Не втроем и не вдвоем, а в одиночестве? Зная, что маг, веками постигавший ремесло, идет за тобой по пятам из собственного удовольствия или за плату? Любой контакт с кем-то еще из нас – и шансы быть пойманными для всех увеличиваются.

– Я… – Дианель кинула взгляд на Витора, – готова.

Последние было сказано так, что даже орденец покачал головой.

– Путь через море собьет со следа кого угодно, будь тот хоть эльфом, хоть архимагом, – признал Витор, – правда, в Лакоре нас могут заметить…

– Как и в любом другом месте, – отметила очевидное я. – Я никого не зову с собой. Но коль мы начали этот путь по следам Семерки, то я сделаю следующий шаг. К тому же, быть может, эльф не захочет тратить деньги, силы и время на то чтобы пересечь Северное Море. Не думаю, что герцог Гослара мог предложить ему слишком уж большую награду.

Фронде чуть задумался.

– Боюсь, мой сородич преследует нас из простого интереса. Впрочем, есть шансы, что этот интерес исчезнет так же быстро, как и появился, после того, как мы оказали ему сопротивление.

– В Лакоре может быть кто-то еще из наймитов или госрацев, –возразил Витор, – если нас хотят отправить на тот свет и выставили преступниками, то герцог мог послать своих рыцарей во все более-менее крупные поселения в округе. Это было бы логичным шагом для воина, ловящего добычу.

Я подкинула еще дров в костер.

– Тогда нам будет проще прорываться плечом к плечу в одном месте, чем убегать от воинов Гослара поодиночке. К тому же вот они уж точно не захотят плыть на север за нами.

Я бросила взгляд на Мерде, который, на удивление, несмотря на рассуждения о наемниках и былых преступлениях, выглядел заинтересованным, а не испуганным или разочарованным, и спросила у него:

– Не передумал идти с нами? Теперь, когда Лоак молчит, а мы оказались преступниками?

– Нет. Ты – Служительница. И даже если бы ты меня не спасла, я все равно пошел за тобой чтобы узнать, как носитель Истинного Пламени и его друзья спасли город – и стали в глазах его главы врагами, достойными смерти. Вот это – настоящая история, достойная быть записанной.

– Не боишься, что придется сражаться с рыцарями?

Боюсь, Витор прав, и в порту нас и правда будет ждать «теплый прием». Очень теплый.

Мерде покачал головой.

– Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Я простился с жизнью в Протиполе, и теперь готов идти дальше без страха.

А мне нравится этот летописец. Определенно нравится.

Кажется, в вышине пролетел ястреб. Или сокол… Или просто ночной пернатый охотник, никак не связанный с могущественным эльфом, идущим за нами по пятам.