290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Доктор рекомендует...(СИ) » Текст книги (страница 1)
Доктор рекомендует...(СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 22:30

Текст книги "Доктор рекомендует...(СИ)"


Автор книги: Светлана Тулина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

====== Хороший диагност ======

– Веня, ты ведь хороший диагност, правда? – вкрадчиво начал Станислав, издалека и вроде как совершенно не обращая внимания на то, чем именно занимается в данный момент его старый друг. Но доктор ощутимо вздрогнул и постарался побыстрее задвинуть в дальний угол холодильника прозрачный контейнер с ядовито-розовой жидкостью, одновременно локтем придерживая так и норовящую захлопнуться тугую дверцу, а подбородком прижимая к груди стерилизатор. Впрочем, может быть, вздрогнул он вовсе не от вопроса капитана, а от резкого щелчка, с которым за спиной того захлопнулась дверь медотсека – Маша, как всегда, отреагировала больше не на прямой приказ, а на невысказанное мысленное пожелание, выдавая всему экипажу секретные капитанские планы поговорить с доктором серьезно и с глазу на глаз.

– Вроде как неплохой, Стасик. И на Новом Бобруйске начальство в пример ставило, и ты вроде не жаловался. – Вениамин справился с контейнером, аккуратно прикрыл дверцу, убрал стерилизатор в шкафчик и наконец обернулся, улыбаясь немного смущенно. Оглядел мрачного капитана профессионально-цепким взглядом от фуражки и до тапочек, уточнил осторожно: – А тебя… хм… беспокоит что-то… э-э-э… конкретное?

– Да куда уж конкретнее… – вздохнул Станислав, понимая, что попытки зайти невзначай и вроде бы издалека иногда выглядят намного подозрительнее прямой лобовой атаки. К тому же конкретика – вон она, на столе валяется. Большой почтовый конверт, надорванный и слегка помятый, но форму контейнера пока еще сохранивший. И в графе отправителя – логотип, который сегодня узнает любой ребенок… – А беспокоят меня, Венечка, когда за моей спиной и на моем корабле мои подчиненные вдруг начинают разводить какие-то секреты! От меня. И получают посылки, которые почему-то прячут! – Станислав обвиняюще ткнул пальцем в смятый конверт. – Венька, давай начистоту! Что у тебя за дела с ОЗК? В какое очередное паскудство вы на пару с Кирой меня опять втянуть задумали?

– Да какие дела, Стасик? Какие секреты?! – всплеснул пухлыми ручками Вениамин, одновременно бочком и словно бы ненароком отодвигаясь подальше от холодильника. – Сам же знаешь, не все препараты можно купить в аптечном киоске при станциях, ну вот ребята и помогают чем могут, по старой дружбе…

Выглядел Вениамин олицетворением оскорбленной невинности и добродетели, моргал убедительно. Любой другой капитан на месте Станислава наверняка поверил бы и устыдился – ну как можно не поверить таким честным глазкам и такой искренней улыбке? Но Станислав слишком хорошо знал этого белобрысого провокатора, и потому лишь сощурился, буравя доктора тяжелым взглядом.

– Темнишь, Венька. Что за дрянь они тебе прислали? Что-то опасное?

– Да какое опасное, Стасик?! Простой энергетический коктейль с витаминками!

– Да? – нехорошо удивился Станислав. – И это именно из-за простого энергетика ты от меня в коридоре шарахнулся, как “чайка” от копа? И это именно простой энергетик ты за спину с таким виноватым видом прятал?

– Тебе показалось! – Доктор чопорно поджал губы и попытался гордо выпятить вперед подбородок. Выпятился при этом круглый животик, что, впрочем, выглядело ничуть не менее внушительно. – В коридоре просто было темно, и я несколько испугался. Не ожидал, что ты уже не спишь.

– Вообще-то, я еще не сплю…

– А зря, батенька, зря. Спать полезно, – немедленно перешел в атаку Вениамин. – Совсем ты себя не бережешь, Стасик! Хочешь, успокоительного накапаю? Полстопочки, чисто в терапевтических целях!

– Венька! Не слезай с темы. Что это за розовая дрянь, которую ты от меня только что так заметно-незаметно спрятал?

– Стасик! – очень ненатурально возмутился Вениамин, стараясь не ухмыляться (ну или хотя бы делать это не слишком заметно). – Когда я тебя обманывал?!

– Да хотя бы вчера. В карты. Скажешь – нет?!

– А что было делать, Стасик? Не надо было играть на дежурство! Ты же знаешь, что мыть полы я люблю еще меньше Дэна. Ты просто не оставил мне выбора!

– Венька! Я серьезно.

Вениамин хихикнул и преувеличенно тяжело вздохнул, сдаваясь. Но потянулся не к холодильнику, как Станислав предполагал, а к мятому конверту с печатью ОЗК. Вытащил из-под него несколько сколотых скрепкой листочков и протянул их капитану с видом блудной принцессы, вручающей жестокому королевскому семейству медицинскую справку о тяжких телесных повреждениях, нанесенных ее организму горошиной.

– Читай, Стасик! Читай, если старому другу на слово не веришь. И пусть тебе будет стыдно!

Станислав на автомате взял протянутые бумаги – в глаза бросились «…химический состав… осторожность при применении…» – но тут же досадливо бросил их обратно на стол.

– Веня, я не о том, и ты это отлично знаешь. И я тебе верю, не надо передергивать. Я тебе, заразе, как себе верю! И всегда верил. А ты что творишь, а? До меня ведь только сегодня дошло!

Станислав застонал, прошелся по медотсеку, стащил фуражку и вцепился свободной рукой в волосы. Подергал. Рухнул на единственный стул рядом с кушеткой. Спросил почти жалобно, глядя в пол:

– Венька… эта дрянь твоя розовая… энергетик этот с витаминками… Он для кого? Для киборгов, да?

– Ну… в большей степени… – ответил доктор, все это время с опасливым удовлетворением отслеживающий перемещения потенциально буйного и склонного к паранойе пациента по отсеку, полному хрупких и острых предметов. – Для экстремальных случаев. Ну, мало ли… Мне показалось, Стасик, что тебе надоело их чинить.

– Ну да, ну да… – покивал Стас, с обреченным видом рассматривая собственные тапочки так, словно они были чем-то необычайно интересным. – Экстремальные случаи, оно конечно…, а наш первый рейс помнишь?

– Такое, пожалуй, забудешь…

Доктор заметно занервничал. Станислав еще раз вздохнул, поднял на него тяжелый взгляд и спросил:

– Тогда, еще на Новом Бобруйске… Я отлично помню эту розовую дрянь в нашей аптечке. И вот скажи мне, мой старый друг, которому я как себе верил: зачем она была нужна тебе тогда, если в экипаже у нас не предполагалось ни одного киборга? А, Венька?..

Даже отведя взгляд, доктор не перестал улыбаться. И если его улыбка и выглядела виноватой, то только самую чуточку. Куда больше она довольной выглядела, эта его вечная улыбка. Станислав почувствовал, что снова начинает заводиться.

 – Ты хороший диагност, Венька. Так как же ты мог не заметить несоответствий? Это ведь все равно как не отличить мальчика от девочки! Для тебя, во всяком случае. Да в том-то и дело, что никак ты не мог не заметить!. Да, он выглядел как последний наркоман и бродяга, был болен, избит, изможден, но… внутреннее строение… кости, волосы, зубы, в конце концов! Такое не могло сформироваться в трущобах, а ты не мог не заметить. Да что я! Конечно, не мог. Ты и заметил. Иначе не запасся бы той розовой дрянью, я проверял, для людей ее не применяют, слишком опасно… Как ты мог, Венька?! Нет, ну я понимаю, потом, но тогда ты ведь не мог знать! Никто не мог. И вот только не надо мне тут твое вечное: «А что было делать, Стасик? Ты бы его пристрелил», вот только не надо! Пристрелил бы – и прав бы был! А может, и не пристрелил бы еще. А ты... И потом… когда ты меня провоцировал… эти твои вечные подначки, постоянная подозрительность, это ведь не случайно, это ведь чтобы я со стороны посмотрел и самому смешно стало, а я-то, дурак… Можешь гордиться: сработало. Представляю, как ты ржал, когда я кинулся его защищать от твоих же нападок… Да и раньше, в самом начале еще… ты ведь совсем не случайно со мной к таможенникам потащился. Правда? Да что я, конечно же, не случайно. Отвлекал внимание. Если бы я прочел про киборга еще там, мы бы никуда не полетели. И я был бы прав! Черт, Венька! Ну как ты не понимаешь?! Уставы пишутся кровью! Нам просто повезло, нам чудовищно, неслыханно повезло! А могло бы и не повезти. Как подумаю – мороз по коже. Мы все бы могли там так и остаться навсегда, на этой чертовой Степянке! Все, Венька! И даже без помощи пиратов, ты же видел, что творили сорванные… нам повезло, нам просто неслыханно повезло, что наш оказался таким… таким… А мог бы ведь и не оказаться! И не надо мне тут говорить о воспитании – риск все равно оставался огромным! Как ты мог, Венька? Все знать с самого начала – и… А ты ведь знал? Знал. Ну что ты молчишь?!

– Да что тут скажешь, Стасик, ты ведь сам уже все сказал. – Доктор улыбнулся с застенчивой гордостью, словно его только что не ругали, а нахваливали. Пожал пухлыми плечами, предложил: – Давай я тебе лучше коньячку накапаю?

– Не слезай с темы, Венька!

– Да я-то как раз и не слезаю. Просто… – Доктор моргнул и снова улыбнулся, на этот раз доверительно: – Видишь ли, Стасик… я был бы очень плохим диагностом, если бы не понял, зачем ты ко мне пришел. Не за объяснениями – ты и сам себе все хорошо объяснил. Не за подтверждениями – ты и так уверен. И даже не за оправданиями. А за чем еще все так прекрасно себе объяснивший капитан может прийти к своему старому доброму другу, как не за посидеть за стопочкой старого доброго коньяка? Так чего же ты хочешь, Стасик? Сначала еще немножко поговорить об этом – или мне таки можно уже нарезать лимончик?

====== Идеальный завтрак ======

– Этчт здрнь вмй трлк?

Вообще-то Михалыч опередил Станислава буквально на две секунды, и то только потому, что при виде и обонянии завтрака у капитана совершенно не иносказательно перехватило дыхание. Но уже в следующую секунду бывший космодесантник взял себя в руки и подозрительно уточнил, разглядывая лежащий на своей тарелке ноздреватый черный брусочек, липкий и клейкий даже на вид, да еще и пропитанный чем-то жирным. – Что это?

Поверху брусочек был присыпан редкими белыми крупинками, а по бокам окружен красиво уложенными прозрачными лепестками – зеленоватыми, белыми и розовыми поочередно. Все это перемежалось белесыми ленточками, неприятно напоминающими могильных червей, а завершающая композицию веточка генномодифицированной петрушки напоминала цветок, брошенный на крышку гроба капитанских надежд на приличный завтрак.

Последним штрихом был запах...

– Идеально сбалансированный завтрак космического дальнобойщика! – просиял Вениамин, ничуть не смущенный хмурой физиономией старого друга, и откусил от своего брусочка чуть ли не половину, предварительно положив на него солидную порцию бело-зелено-розовой гадости. – Ошень вкушно, Шташик, попробуй, не пошалеешь! И полещно, это я тебе как врач...

– А поконкретнее? – Поскольку оккупировавший тарелку враг хорошего вкуса не собирался выдавать капитану стратегическую тайну своего состава, Станислав перевел тяжелый взгляд на более разговорчивого языка.

– Черный зерновой хлеб, богатейший источник витаминов и клетчатки, а благодаря сознательно заниженной температуре выпечки еще и не утративший своих полезных качеств ни в малой степени! Ширянские глубоководные водоросли – незаменимый источник кальция. ну минские огурчики и редисочку я чисто для вкуса добавил, а главное, Стасик… – тут доктор сделал небольшую паузу,обвел замершую за столом команду довольным взглядом и торжественно возгласил: – Главное, что вместо жутко вредного майонеза или не менее вредного кетчупа я использовал со всех сторон чрезвычайно полезный для человеческого организма натуральный рыбий жир! Вы понюхайте, как пахнет! Это же просто восторг!

Не обращая внимания на повисшее за столом молчание, Вениамин положил себе на тарелку еще кусочек плохо пропеченого хлеба, накапал на него из бутылочки желтовато-прозрачной дряни (очевидно, этого самого рыбьего жира), сверху присыпал солью и набросал овощной нарезки. после чего отправил в рот и начал тщательно пережевывать, излучая крайнюю степень довольства и сияя благостной улыбкой. Его примеру последовал лишь Дэн – с непроницаемой физиономией правильного киборга – и Ланс, быстро заглотивший рекомендованные в качестве нормы суточного потребления семнадцать миллилитров предложенного корма и удравший, пока ему не дали заесть это какой-нибудь конфеткой.

– Это месть за вчерашние шахматы? – спросил Станислав тоскливо. – Но остальные-то в чем виноваты?

– Что ты, Стасик! Это исключительно забота о здоровье команды. Рыбий жир действительно очень полезен, я ничуть не шучу, а жаренная в меду рыба в прошлый раз вам не очень понравилась, вот я и решил разнообразить… Ты только понюхай, как пахнет!

Станислав понюхал. Содрогнулся. И решительно отодвинул – сначала тарелку, а потом и стул. У Теодора, кажется, был запас чипсов, да и стандартный паек из кладовки, если что, тоже вполне можно съесть и в собственной каюте, не обижая старого друга.

Вениамин, ничуть не смущенный дезертирством капитана и продолжая жевать, благожелательно обратился к пилоту:

– Тед, ты ведь любишь рыбку, правда? Попробуй, тебе понравится!

– Только с пивом! – позорно капитулировал Тед, и количество дезертиров увеличилось. Вениамин проводил его поспешное бегство печальной улыбкой, подцепил на вилку черный липкий комочек, собрал им с тарелки последние капли масла и повернулся в сторону Полины (поскольку Дэн продолжал жевать с каменным лицом, а в какой момент и куда испарился Михалыч, заметить не успел никто из присутствовавших):

– Попробуй, ты, как поклонник диет, должна оценить по достоинству этот источник полиненасыщенных жирных кислот и богатейшего разнообразия витаминов, столь необходимых…

– Спасибо, Вениамин Игнатьевич! – заторопилась девушка. сползая со стула и пятясь из пультогостиной. – Я бы с удовольствием, только не могу: как раз со вчерашнего дня на диете! Очень-очень строгой! Мне ее нарушать никак-никак нельзя!

– Жаль! – искренне огорчился доктор, но тут же просиял снова: – Остается только надеяться, что к моему следующему дежурству твоя диета как раз закончится и ты все-таки попробуешь и сама убедишься.

Станислав вошел в пультогостиную, когда Вениамин как раз загружал тарелки в посудомоечную машину. Помялся на пороге, похмыкал смущенно и наконец выдавил:

– Венька, мы тут с ребятами немного… ну, посовещались и решили освободить тебя от дежурств по кухне. Ты все-таки корабельный врач, считай, почти что мой заместитель… Несолидно как-то получается.

====== Почему именно корабль? ======

– Ну вообще-то поначалу мы собирались уболтать тебя на киборга… – ответствовал Вениамин на проникновенное капитанское: «Венька, а почему все-таки корабль?»

После чего сделал приличествующую случаю паузу, выждав, пока его друг откашляется и отплюется попавшим не в то горло чаем, и даже по спине его постучал участливо, а потом еще и понимающе покивал, с интересом выслушивая прочувствованную тираду, в которой единственными печатными словами были «какого» и «киборга», да еще, пожалуй, несколько предлогов. И ответил на эти самые два единственных внятных слова, воспользовавшись тем, что капитан замолчал – то ли выдохшись, то ли просто воздуху набирая для нового возмущенного вопля:

– Обыкновенного, Стасик. Рыжего. Коля говорил, что может достать по своим каналам, ну ты же знаешь Колю, он что угодно достать может, у него каналы такие, что эсминец поперек проскользнет и берегов не заденет. Ты сядь, Стасик, сядь. Не надо так вскакивать, в нашем возрасте вредно для организма так бурно реагировать на каждую ерунду.

– Ничего себе ерунда… – Стас все же сел (а вернее – рухнул) на кушетку. Отставил пустую чашку, повертел головой, пытаясь прийти в себя и хоть как-то совместить в мозгу себя двухгодичной давности и киборга. Совмещалось плохо. – Ну вы даете! Ладно корабль, корабль еще хоть как-то понять можно… хотя это вы тоже… отожгли! Но корабль, он хоть как-то… А киборг?! Зачем мне киборг?! Тем более… – капитан покосился на закрытую дверь медотсека и все-таки понизил голос (хотя и помнил отлично, что Дэн вместе с остальной командой отпущены гулять на станцию до самого вечера). – Тем более рыжий!

– Ну как зачем, Стасик? – Вениамин поставил капитанскую кружку рядом со своей полулитровой и наполнил их обе кипятком, после чего бросил в каждую по шарику заварки: Стас любил крепкий до ломоты в зубах, а сам доктор предпочитал послабее. – Чтобы ты его пристрелил, конечно же, из своего подарочного бластера. И успокоился наконец.

Капитана спасло то, что он в этот момент уже сидел. И еще ничего не пил – предусмотрительный Вениамин отдавать капитану кружку не спешил, возился с накладыванием себе сахара и как раз размышлял, достаточно ли будет десяти кусочков или добавить еще четыре?

– А… зачем? – спросил капитан сдавленно и сипло. Глаза у него при этом были большие и круглые, как у сюжетной совы, фаршированной глобусом обоснуя.

– Ну как зачем, Стасик?! – Вениамин таки протянул ему кружку с чаем, и Станислав машинально за нее схватился: должно же быть в этом мире хоть что-то вечное и неизменно стабильное. – В качестве терапии, конечно. Борьба с фобиями, сразу с обеими, пристрелил бы – и успокоился. А то на тебя же смотреть больно было, как ты извелся! Коля с тобой пить боялся, хотя он вовсе и не рыжий и не киборг, но после второй бутылки ты на него каждый раз так подозрительно коситься начинал, что тут любой бы испугался.

Доктор обстоятельно размешал сахар, уютно устроился на второй кушетке и разулыбался, вспоминая:

– Да только Валя сказал, что это будет напрасной тратой времени, ты жалостливый и не сможешь убить живую тварь. – Доктор хихикнул и тоже покосился на дверь. – Даже рыжую. Даже по пьяни. А уж когда проспишься, так тем более. А куда тебе еще и киборг в твоей квартире, если ты, к тому же, собирался голубей по парку… Все равно пришлось бы и на корабль уговаривать, только время зря потеряли бы, это Валя правильно рассудила. Это не тот Валя, который банкир, вернее, не та, это которая из второго отряда, она по ранению демобилизовалась, ты ей еще с восстановлением руки помог, помнишь?

– Не помню… – Теперь Станислав держался за кружку обеими руками, с ужасом представляя, как после попойки с Колей обнаруживает у себя на кухне рыжего киборга, которого почему-то обязательно должен пристрелить. Киборг виделся очень отчетливо, стоял между стенкой и холодильником, смотрел укоризненно и почему-то представлялся исключительно в виде нынешнего мозгоедского навигатора. Такого, каким он пришел на корабль – заморенного, полудохлого и в каком-то рванье. Пристрелить его хотелось исключительно из жалости.

– Главное, что Валя тебя помнит! – Вениамина ничуть не огорчила слабая память друга. – Оба Вали. И очень-очень тебе благодарны. Хотя тот, который банкир, настаивал на собаке. А лучше двух. Чтобы тапочки приносили и гулять.

– Понятно. – Капитан глотнул чая, но не почувствовал ни вкуса, ни температуры. – Их я тоже должен был пристрелить?

– Ну ты скажешь, Стасик! – Доктор снова хихикнул. – Мы что, живодеры какие-то? Их ты должен был выгуливать. Для здоровья. Вернее, они тебя. Но Коля отговорил. Сказал, что того, кто будет тебе каждый день в шесть утра приносить тапочки и поводок, ты пристрелишь куда вернее, чем любого киборга, каким бы рыжим он ни был. А Валя, которая не банкир, он как раз наоборот, она предлагала устроить тебя в детский сад.

– Веня… – Станислав заглянул в чашку и подозрительно принюхался, но коричневая жидкость пахла исключительно чаем. – Ты заварку, случаем, не у Теда брал? Я же вроде как староват для такого…

– Почему староват? – искренне удивился Вениамин. – Для воспитателя самое то как раз, с твоим-то жизненным опытом. Валя, который банкир, он же юрист, он говорил, что сумеет сделать такой контракт, что откосить ты никак не сумеешь. Тридцать-сорок трудных детишек, только представь, Стасик! У тебя точно не осталось бы времени для скуки.

Станислав представил. Содрогнулся и торопливо допил чай. После чего отставил пустую чашку и задумчиво протянул:

– Знаешь, Венька, а с кораблем, пожалуй, это была не такая уж плохая идея.

Комментарий к Почему именно корабль? https://vk.com/textask_grom?w=wall-150930721_719

====== Любопытство и котики ======

Комментарий к Любопытство и котики Кроссовер с циклом “Плоский мир” Тэрри Пратчетта

иллюстрация от Натальи Зыковой

https://vk.com/photo1575670_456240297

– Да? – заинтересованно моргнул Вениамин, во все глаза уставившись на неожиданного визитера и не замечая, что размешивает сахар в полулитровой чашке медицинским термометром. – Мне вот, к примеру, кажется, что любопытство и лень – две основные движущие силы прогресса. Как и залог выживания любого вида. Любопытство наверняка сгубило бы кошек, не будь они так ленивы. Впрочем, кому я это говорю… Кстати, берите печенье, или вы не любите с маком? У меня еще есть имбирные.… – И тут же не удержался от нового вопроса: – И о чем же обычно вас спрашивают, если не о цвете?

– ОБЫЧНО МЕНЯ СПРАШИВАЮТ: «ЧТО ДАЛЬШЕ?», «ПОЧЕМУ Я?», «КАК, НЕУЖЕЛИ ЭТО ВСЕ, Я ЖЕ ЕЩЕ ТАК МОЛОД?!» И – ДА, СПАСИБО. Я ЛЮБЛЮ С МАКОМ. ТОЛЬКО РАЗВЕ ОН НЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЧЕРНЫМ?

– А, не обращайте внимания, это с Оз, они помешаны на зеленом! – отмахнулся Вениамин, не давая собеседнику сменить тему. – И так что же вы им обычно отвечаете? Ну, тем людям, которые спрашивают?

Показалось – или гость действительно вздохнул и как-то словно бы смущенно поерзал на кушетке? Наверное, показалось, ведь вздыхать там явно нечем.

– НИЧЕГО. ОБЫЧНО ЛЮДЯМ НЕ ИНТЕРЕСНЫ МОИ ОТВЕТЫ, ИМ ВАЖНО ЗАДАТЬ СВОЙ ВОПРОС… КСТАТИ, ВЫ В КУРСЕ, ЧТО РАЗМЕШИВАЕТЕ ЧАЙ ПРИБОРОМ ДЛЯ ИЗМЕРЕНИЯ ТЕМПЕРАТУРЫ?

– Да? – Доктор вынул термометр из чашки, некоторое время озадаченно рассматривал его, словно в первый раз увидев, потом снова заулыбался и облегченно сунул в нагрудный карман халата. Пояснил успокаивающе: – Не имеет значения, он фрисский! Им можно размешивать плавящуюся сталь. Но все-таки вы так и не ответили – почему именно черный?

– НЕ ЗНАЮ… НИКОГДА НЕ ЗАДУМЫВАЛСЯ. – Две ярко синие точки в глубине черного провала под капюшоном мигнули как-то словно бы неуверенно. – И НИ У КОГО РАНЬШЕ НЕ ВОЗНИКАЛО ВОПРОСОВ. ВЫ ПЕРВЫЙ. ВПРОЧЕМ, ЧАЯ МНЕ РАНЬШЕ ТОЖЕ НЕ ПРЕДЛАГАЛИ. ДАЖЕ В ТОТ РАЗ, КОГДА МНЕ ПРИШЛОСЬ ИГРАТЬ РОЛЬ САНТА-ХРЯКУСА. МНЕ ТОГДА ОСТАВЛЯЛИ ПЕЧЕНЬЕ, ДА. НО ЧАЯ НЕ ПРЕДЛАГАЛИ.

Гость слегка шевельнулся, и Котька, давно уже оккупировавшая затянутые черным плащом колени, недовольно мявкнула и запустила сквозь ткань все двадцать своих остро заточенных и безотказных аргументов. Раздался противный скрип кости о кость. Гость осторожно почесал Котьку за ухом дистальными фалангами свободной руки. Противный звук прекратился, сменившись довольным урчанием: Котька сочла извинения достаточными. Но тут поднял голову Сеня, до этого обвисавший на костлявом плече живой горжеткой, но теперь возмутившийся подобным ущемлением собственных прав на ласку – и гостю таки пришлось отставить чашку. Скоро к негромкому Котькиному мурлыканью присоединились утробные кобайкерские взревывания Сени. Гость поднял капюшон.

– ХОРОШИЕ У ВАС КОТИКИ.

– О да, еще какие! – Доктор фыркнул, с удовольствием макая печенье в чай и быстро отправляя в рот размякшую часть. – Что эти, что двуногие. А у вас котики есть?

 – ЕСТЬ. КАК ЖЕ БЕЗ КОТИКОВ?

– Вы правы! Абсолютно никак! – Вениамин с удовольствием сьел еще одно печенье и запил его хорошим глотком чая. Он уже подумывал, не стоит ли предложить гостю чего покрепче, когда тот снова спросил, при этом чуть склонив капюшон и словно бы исподлобья:

– ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ИСПУГАЛИСЬ? ОБЫЧНО ЛЮДИ МЕНЯ БОЯТСЯ.

– Не знаю. – Вениамин пожал плечами. Покосился на иллюминатор, за которым медленно и величаво проплывала мимо «Космического Мозгоеда» задняя гребная ласта огромной черепахи. Четырех слонов, стоящих на ее изрытом метеоритами панцире, с этого ракурса видно не было, да и плоский диск с краепадом в иллюминатор попросту не влезли, несмотря на довольно приличное расстояние. – Я как-то сразу понял, что вы не по работе зашли, а просто так. Я, как вашего А-Туинна в иллюминаторе увидал – так сразу и чайник поставил. Вдруг, думаю, кто зайдет? Просто так полюбопытствовать или там чайку попить. Ведь так и получилось, да?

 – ДА.

– Подлить заварочки?

– СПАСИБО. НО МНЕ УЖЕ ПОРА.

Гость не без сожаления поднялся, аккуратно складывая обоих котов на кушетку.

– Заходите еще! И это… косу не забудьте! – Не без сожаления вздохнул Вениамин, мужественно не покосившись в сторону так и не открытого шкафчика с коньяком.

– ОБЯЗАТЕЛЬНО. СПАСИБО.

Доктор ошибался. Доктора часто ошибаются – иначе рядом с больницами не было бы столько кладбищ…

– ЛЮДИ ТАКИЕ СТРАННЫЕ, БИНКИ.

Глядя, как превращается в уже почти невидимую пылинку удаляющийся кораблик, Смерть достал из внутреннего кармана связку песочных часов-измерителей. Девять штук. Семь стандартных и два совсем крохотных, но зато с ушками. Доктор ошибался – кораблик должен был вынырнуть из червоточины чуть правее и не успеть увернуться от правой передней ласты А-Туинна. Собственно, он там и вынырнул. Случайность. Впрочем, и остальное – тоже случайность. Не более. Случайность и любопытство одной антропоморфной персонализации, позволившее ненадолго отсрочить неизбежное, выкроив из времени небольшой карман. В конце концов, стоит ли быть Смертью, если не можешь позволить себе небольшие жульничества с профессиональными атрибутами?..

Но теперь любопытство удовлетворено, чай выпит, печенье съедено, котики поглажены. Добавочное время давно кончилось, как и песок во всех девяти часах. Все должно вернуться на круги своя. Он сам – в первую очередь, его уже заждались на Диске. А тут… Даже самому не обязательно. Просто маленький взрыв. Никто ничего не успеет почувствовать. А у котов так и вообще девять жизней…

Смерть медлит. Смотрит. Человек бы давно потерял кораблик из вида, но он не человек, он видит. И знает, что взрыв увидит тоже. Вот сейчас… Лошадиный скелет под ним переступает с копыта на копыто, поводит белым черепом, скалится осуждающе.

Смерть быстро переворачивает часы – все девять – и воровато прячет их во внутренний карман плаща. Направляет Бинки к Краепаду. Больше не оборачивается.

В конце концов, стоит ли быть Смертью, если можешь позволить себе лишь небольшие жульничества?

====== Национальные традиции ======

Комментарий к Национальные традиции ответ на «А опишите нам вкус своего любимого печенья :)»

https://vk.com/textask_grom?w=wall-150930721_895

– Н-да? И что же это такое? – Станислав подозрительно разглядывал вазочку с мелкими черно-коричневыми катышками и воспользоваться любезно прошамканным приглашением «Угоффяйфя, это фкуфно!» не спешил.

– Сало. – Вениамин торопливо дожевал бутерброд с чем-то буровато-желтым и мерзостным даже на вид, запив его большим глотком чая и блаженно улыбнулся.

– Тоже сало? – Можно было и не спрашивать, последняя остановка была на Новой Жмеринке и теперь основным продуктом местного экспорта на «Космическом Мозгоеде» была забита не только кладовка. Правда, там было все ж таки куда более привычное, белое, консервированное и соленое, с приятными глазу розовыми прожилками. – Но почему оно похоже на… так странно выглядит? Его уже кто-то… ел?

Вертевшееся на языке «козьи какушки!» капитан все ж таки сумел удержать. Но Венька все равно посмотрел с осуждением и пояснил, сооружая себе второй бутерброд:

– Потому что оно в шоколаде, Стасик! В черном, с кардамоном и имбирем. Древний рецепт, еще со Старой Земли.

Станислав с сомнением повертел в пальцах темный некрупный орешек, старательно изгоняя из воображения навязчивые мысли о козах. Но мысли были упрямы – как те самые, изгоняемые.

– И ты хочешь сказать, что это можно есть не только с большой голодухи?

Вениамину хватило совести слегка покраснеть.

– Ну… Вкус, во всяком случае, довольно… оригинальный. – Доктор слегка пожевал губами, но тут же снова воодушевился: – Однако сама идея, согласись, достойна всяческого уважения! Не случайно именно она стала фишкой планеты, а вовсе не сотни разновидностей шпига самых разных сортов и вкусов. Мне вот карамельный особенно нравится, не хочешь попробовать?

– Нет уж. Уволь.

– Не уважаешь ты, Стасик, местные традиции!

– Уважаю. Издали.

– Какой же ты все-таки. Стасик, зашоренный! Неуважительный даже, можно сказать, к национальным этническим особенностям! А я вот еще и коржиков там прикупил, вкусные коржики… Что, тоже не будешь? Огорчаешь ты меня, Стасик, ну вот совсем порадовать не хочешь.

Огорченным доктор, однако, вовсе не выглядел, скорее, наоборот. Весь его вид говорил о надежде на «вот и отличненько, тогда мне больше достанется». И, наверное, исключительно наперекор этой надежде Станислав протянул руку за коржиком. Впрочем, те, в отличие от черных драже и крайне неаппетитной серо-бурой дряни на Венькином бутерброде, выглядели вполне обычными и никаких подвохов вроде бы не таили.

– Тоже с салом? – спросил он перед тем, как откусить – так спросил, для проформы и с иронией.

– Нет, конечно! – искренне оскорбился Вениамин. – Ну что ты прям совсем, Стасик … Не с салом, а «З салом». Это если их много, коржей в смысле, то тогда «коржи з салом». А если один – то «корж із салом» национальные традиции надо уважать.

Станислав замер. Выплевывать уже откушенное было неудобно, но и жевать тоже резко расхотелось.

– Вообще-то я понимаю, – сочувственно вздохнул Вениамин, – остывшие они уже не такие вкусные. Их надо есть, пока горячие, тогда контрастом можно насладиться в полной мере. Восхитительнейшее сочетание сладкого сдобного теста, песочного или вот как в этом случае, творожного – и крохотных вкраплений соленых острых шкварок. И вокруг каждого – самое вкусное, сладкое тесто, пропитанное солоноватым чуть подтаявшим мясным соком… Просто пищеварительный восторг!

Станислав схватился за чашку с подостывшим чаем и с помощью солидного глотка сумел пропихнуть в пищевод комом вставший поперек горла кусок этого самого, восхитительно сладко-соленого, творожно-мясного. Станислав сделал еще один глоток, контрольный, и решительно отставил чашку.

– Знаешь, я, наверное, попозже зайду…

– Да какие проблемы, Стасик? Конечно же, заходи в любое время, я тебе всегда рад!

Вениамин проводил старого друга доброжелательной улыбкой. Еще более искренней оттого, что лекция о здоровом образе жизни и необходимости зарядки для мужчин их возраста, которую Стасик собирался ему прочитать, была, похоже, забыта капитаном всерьез и надолго.

====== Что в имени тебе... ======

Комментарий к Что в имени тебе... #ответ@textask_grom #Вениамин@textask_grom

ответ на вопрос “Вениамин Игнатьевич, а почему вы зовете Дэна Дэном, а не полным именем, не Денисом, как Станислав Федотович?”

– Вениамин Игнатьевич, можно задать вам один вопрос? – поинтересовался Дэн самым невинным тоном, на какой только был способен, предварительно убедившись, что доктор в медотсеке один и в коридоре тоже никого нет, а также плотно прикрыв за собой дверь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю