Текст книги "Читай по губам (СИ)"
Автор книги: Светлана Строгая
Соавторы: Леся Лимерик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)
Глава 10
Душ в кабинете начальника оказался вещью необычной, но очень уместной. А после обмена опытом на столе, на ковре, в кресле и даже у стены, под портретом Гутенберга, возможность помыться и вовсе оценивалась как великий дар цивилизации. Следующий после изобретения книгопечатания.
– Предлагаю сменить локацию. – Антон, последние два часа успешно отстаивавший реноме трудоголика, по-джентльменски придержал для Катерины дверь в санузел и совершенно не по-джентльменски присоединился к девушке, поставив на полочку пару свечей. – Вы же не против шаблонов в душе?
– Все зависит от исполнения, – наставительно заявила Катерина, включая воду.
С исполнением у Антона проблем не возникло. Погремев баночками, обновление которых наряду со сменой носков намечалось на конец февраля, он взбил пену в ладонях и принялся тщательно намыливать Катерину. Зажатая в угол, та повозмущалась положенное оставшимися приличиями время, и с чувством выполненного долга расслабилась под ласковыми поглаживаниями. Широкие ладони медленно скользили по влажной обнаженной коже, а наглые пальцы проникали в самые заманчивые местечки. Антон никуда не торопился, наслаждаясь процессом. Описал полукруг под левой грудью, поднялся выше и намылил заострившуюся вершинку. Повторил то же со второй. Прижал Катерину к себе и скользнул рукой между ягодицами. Опустился на колени, легонько прошелся вдоль ног. А потом долго поливал теплой водой, повторяя действия в обратном порядке.
Девушка разомлела окончательно и удивленно распахнула глаза, когда Антон вдруг выключил воду.
– А? Все? Но как же?..
– Что? – Антон завернул зазевавшуюся Катерину в снятое с крючка пушистое полотенце, а вторым прикрыл собственное великолепие.
– Ну-у, это… Секс в душе.
– Мне казалось, вы недолюбливаете банальности.
– Хороший автор любое клише превратит в шедевр!
– Вы забываете, что я всего лишь редактор, – напомнил Антон, подталкивая возмущенную девушку к выходу. – К тому же секс в душе – это ужасно неудобно и вдобавок травмоопасно. И нет, печальный опыт здесь ни при чем.
Дурацкий Антон!
– Нехорошо нарушать устоявшиеся традиции, – проворчала Катерина и отправилась на поиски одежды за отсутствием более приятной альтернативы. – В любой романтической истории должна быть сцена в ванной.
– Но у меня нет ванной.
– Или в душе. Можно даже в реке или в бочке! – Девушка нагнулась, чтобы вытащить из-за дивана бюстгальтер, и заслужила заинтересованный взгляд Антона, нацеленный на едва прикрытые полотенцем бедра. – Главное – он, она, и у него…
Катерина запнулась, раздумывая, где искать остальные элементы своего облачения.
– У него? – Антон последовал за креативным редактором в общую комнату.
– И у него достаточно сил, чтобы ее поднять, – закончила Катерина и потянулась к ветвистым оленьим рогам, на которых живописно повис ее свитер.
Антон подхватил девушку на руки, помогая добраться до застрявшей в проволоке вещицы. Поскольку светодиодная конструкция сильно уступала в росте своему прототипу, с практической точки зрения жест был излишним. Но со стратегической – крайне эффективным.
– Впрочем, в любовные романы других не берут, – добавила Катерина, пока руки Антона прижимали ее к обнаженной груди, где вопреки всеобщему мнению билось пламенное сердце крамольного мечтателя. – В ромфанте обязательно должна быть парочка мускулистых рабов, готовых омыть прекрасную госпожу.
Нога Антона подвернулась, но мужская честь обязала сохранить равновесие и лицо.
– Насчет эпитетов у меня нет вопросов, – пропыхтел он, возвращая Катерину на пол. – А вот по поводу «парочки» и «рабов» комментарий не помешает.
– Ой, не обращайте внимания! – Катерина отмахнулась, прежде чем изъять из-под стола вывернутые наизнанку леггинсы. – Просто мужское рабство и многомужество никак не выйдет из моды.
– Мужское рабство? – хрипло переспросил Антон.
– Ну да. Обнаженные торсы, толстые цепи и матриархат со всеми вытекающими. – Катерина огляделась в поисках трусиков и, не обнаружив их в поле зрения, досадливо цыкнула. – Но вы не переживайте. Главная героиня всегда жалеет своих гаремников и обязательно в них влюбляется.
– Гаремников? – совсем уж сдавленно повторил мужчина.
– Угу, и желательно разных рас. Хорошо бы иметь в коллекции эльфа, оборотня, демона, нага, дракона… – Увлеченная перечислением, девушка принялась загибать пальцы на глазах у побледневшего начальника. – Хотя драконов отметаем, у них характер мерзкий. Они обычно сами себе рабынь заводят. Можете поискать мое белье?
– По… кхе-кхе!.. Погодите. Зачем?
– Как-то без него некомфортно.
– Да нет же! Зачем столько мужчин? – уточнил Антон, заглядывая под оленя, где всегда что-нибудь да находилось.
– Как зачем? – удивилась Катерина, продолжая поиски на другой стороне комнаты. – Ублажать. А еще готовить, убирать, защищать, лечить, развлекать, обеспечивать. И вообще в хозяйстве даже орк пригодится. О, шоколадка!
Антон приоткрыл ближайший пакет, мысленно воспевая свою холостяцкую жизнь. Под оленем нашлись теплые носочки с орнаментом из треугольных елочек. Рядом с ними прятался телефон самого Антона, который мужчина задумчиво покрутил в руках. Пока Катерина была занята извлечением шоколадной змейки из семнадцатого окошка, он надавил на боковую кнопочку, дождался, когда экран погаснет, и аккуратно положил мобильный обратно.
– Допустим, эльфов я еще могу принять, – согласился он, даже не заметив, как Катерина надела свитер и теперь раздумывала, стоит ли заморачиваться с натягиванием леггинсов. – Оборотней, драконов и, чем черт не шутит, демонов тоже, с оговоркой на человеческую ипостать. Но наги?
– Между прочим, скоро наступит год Змеи, – напомнила девушка и в доказательство помахала перед носом Антона надкушенным удавом. – Ждите всплеска серпентофилии.
– Ужас какой, – прошептал главный редактор. – Но они хотя бы перевоплощаются перед…
– Вы готовы к правде, Антон?
Мужчина сглотнул. Предчувствие разъедало его душу, но гордость издателя не позволяла отступить – и он кивнул.
– В змеиной части тела нагов есть специальная пластина. В самый ответственный момент она отодвигается и…
– Я переоценил свою толерантность. – Усилием воли Антон попытался отогнать картинку вражеского танка, из люка которого высовывается пулеметное дуло. – Давайте оставим художественные подробности за границами повествования. Хотя меня настораживают ваши глубокие познания в данном вопросе.
– Чего только не приходится читать по работе.
Антон кивнул, сделав вид, что поверил. Катерина смущенно улыбнулась, сделав вид, что поверила, будто Антон ей поверил.
– Кхм… Вот, наденьте носки, а то простудитесь.
– А трусики?
– Пропали без вести, но они вам в ближайшее время все равно не пригодятся. Пойдемте пить чай.
– Пойдемте. Я как раз расскажу вам о целой плеяде произведений, в чьих названиях фигурирует слово «альфа».
Антон сделал глубокий вдох и выдох, после чего озвучил свою догадку:
– Катерина, признайтесь. Вы мстите мне за душ?
– Не упрощайте мою мотивацию. – Девушка надела шерстяные носочки и, натянув свитер до середины бедра, прошествовала в кабинет на ночное чаепитие за светской беседой. – Так вот, альфы. Не думайте, что это просто огромные брутальные самцы. Все дело в особых генах, это важно! Обычно речь идет о братьях, которые перекидываются в волков, медведей или тигров. И для размножения им нужна одна-единственная женщина. Поставите чайник?
– Как это одна? Э-э, да, конечно.
– Причем, одновременно! И только она способна от них зачать. Иначе случится ужасное и Вселенная рухнет!
– Погодите, я не успеваю, – взмолился Антон, доставая чистые чашки. – Только что были братья-оборотни, и вдруг погибающая Вселенная. То есть мир будет уничтожен, если героиня не переспит с двумя мужчинами?
– Кто сказал, что их двое? Вам с сахаром?
Антон потряс головой в надежде, что новая информация вывалится из нее обратно.
– Ну как хотите. – Катерина пожала плечами и достала из холодильника парочку примеченных ранее рулетиков с семгой. – И еще нужно от них забеременеть. Желательно одновременно.
– Но это же технически невозможно, – пробормотал обескураженный мужчина, помогая накрыть на стол.
– Ох, Антон, вы недооцениваете фантазию писателей. По-моему, вода уже закипела.
– Садитесь, я сам налью.
– Заодно послушаете об истинных парах. С чего бы начать? – Катерина закинула ногу на ногу и покачала ногой в новогоднем носочке. – Обретая предназначенную, мужчина хранит ей вечную верность, потому что ни на какую другую женщину у него не…
– Знаете, книги, которые вы предложили для проекта, не так уж и плохи, – сдался Антон, потерпев сокрушительное и местами даже унизительное поражение. – В целом, они весьма невинны.
– Рада, что вы это наконец осознали. Хотите печеньку?
– Не откажусь. А откуда у нас печеньки?
– Из-под оленя.
Антон взял угощение и, решив, что после всего прочитанного и услышанного ему будет трудно как-то себя дискредитировать, макнул его в чай. Если подумать, люди читают фэнтези и фантастику, чтобы испытать то, что в реальной жизни испытать нельзя. Хотя при должном стремлении полюбить пятерых представителей мужского пола за раз не то чтобы невозможно… По большому счету, любовь на пять не делится, а умножается… Антон содрогнулся, уловив ход собственных мыслей. Нет уж, проект он, может, и одобрил, но от моногамных идеалов не отказался. Баста.
– Я понял! – воскликнул главный редактор, осененный страшной догадкой. – После межрасового гарема с…
– С девственницей, – весомо добавила Катерина и тоже макнула печенье в чашку Антона.
– Там еще и девственница? Не путайте меня! – Мужчина потер лоб указательным пальцем. – В общем, после всего этого ужаса ваши книги должны показаться мне удобоваримыми? Таков был ваш план?
– План? – Катерина встрепенулась и случайно утопила кусочек недоеденного печенья. – Какой еще план? Не было никакого плана. Ой, постойте!
Девушка ощупала свои бедра и, когда Антон хотел предложить ей свою помощь, заглянула внутрь валявшихся рядом леггинсов.
– Антон, я их потеряла, – упавшим голосом произнесла Катерина.
– Трусики? Нестрашно, мы уже выяснили, что без них…
– Нет же! – Катерина подняла глаза на Антона и жалобно хныкнула. – Я потеряла ключи!
Глава 11
– Антон, у меня две новости.
– М-м? – Мужчина откусил голову снятого с елки пряничного человечка, не отрываясь от чтения. Печенье успело подсохнуть, но все еще сохраняло аромат рождественских специй. – Хорошая и плохая?
– Можно и так сказать. Я нашла трусики.
– Это плохая.
– Но не нашла ключ.
– А вот это хорошая.
– Вообще-то наоборот. – Катерина неодобрительно покосилась на редактора, развалившегося на диване в окружении книг и сладостей. – Вы мыслите недальновидно.
– Трансцендентально, – поправил ее Антон, откусил у человечка следующую конечность и перелистнул страницу.
– Ситуация критическая. Интернета нет. Мой телефон сел. Ваш, видимо, тоже. – Девушка продемонстрировала два темных экрана, на что Антон сочувственно покачал головой и захрустел печеньем с еще большим энтузиазмом. – И у нас нет зарядки.
Катерина посмотрела на мужчину. Без галстука, в очках, на фоне пледа с белыми мишками он выглядел чрезвычайно невинно и оттого в высшей степени подозрительно.
– А под оленем вы смотрели? – Проглотив угощение, Антон постарался изобразить участие. – Вдруг там завалялось что-то полезное? Запасной аккумулятор, сигнальная ракета… Может, горошина тротила?
– К несчастью, в магазине была акция только на кукурузные палочки. Зато я нашла хлопушку.
– Правильно, надо создать праздничное настроение.
– Я уже создала, – мрачно сообщила Катерина. – Прохожему под окном. Он не откликался на мои крики о помощи, и мне пришлось пойти на крайние меры.
– О-о, – глубокомысленно протянул Антон и даже поднял глаза от книги. – Он жив?
– За кого вы меня принимаете? Для убийства нужна как минимум петарда, – ответила девушка. – Я просто обсыпала его конфетти, чтобы привлечь внимание.
– А он?
– Отсалютовал мне бутылкой «Медвединки» и поздравил с Рождеством.
– Как-то это не аутентично. – Антон поморщился и попытался вернуться к чтению. – Глинтвейн или грог были бы уместнее.
– Когда же людям пить водку?
– В Старый Новый год, конечно. Само осознание этого праздника невозможно без пол-литры и русской души.
Катерина задумалась. В словах начальника был смысл, но для ее креативного ума слишком прямой и неглубокий.
– Знаете что, Антон? Русская душа свободна от условностей. Когда она просит, тогда и праздник.
– Поэтому вы решили вдруг украсить окно? – поинтересовался мужчина и закинул в рот кусочек леденцовой трости, снятой с елки вместе с печеньем. – По зову сердца?
– В отличие от вас я занята делом. Разве не видно, что гирляндой выложен сигнал о помощи?
Антон перекатил леденец из-за левой щеки в правую сторону и, отложив книгу, критично осмотрел созданную Катериной конструкцию. Надпись «SOS», старательно прикрепленная к двухкамерному стеклопакету, подмигивала и переливалась разноцветными огоньками.
– Мне видно, – кивнул Антон. – А вот людям с улицы вряд ли. Кажется, вы забыли о зеркальной симметрии.
– Ой.
– К тому же хочу напомнить, что розетка у нас одна. И если мы намерены пожертвовать ей ради этого не очень надежного, но, безусловно, оригинального плана спасения, то должны быть готовы к сухому пайку.
– А?
– Продукты испортятся, – подытожил Антон и, поправив очки, погрузился в изучение очередной истории о любви и страсти.
После недолгих раздумий и моральных терзаний Катерина выдернула штепсель гирлянды из розетки и со вздохом подключила к ней холодильник. План был хорош, но – увы! – не так хорош, как ванильное мороженое и какао с молоком.
– Лучше вот, послушайте, – предложил главный редактор. – «Он схватил меня, рыча как животное, коим он на самом деле и являлся...»
– Недурно, – прокомментировала Катерина, которая в этот момент заприметила на потолке белую коробочку датчика дыма и начала строить новый план. Если подсчеты верны, то быть ему планом Е.
– И дальше тоже… «Его зверь почуял добычу. Разорвав на мне платье сверху донизу, он грубо смял мою грудь и впился зубами в беззащитный сосок».
– Одобряю, – кивнула девушка, прикидывая, возгорания какого масштаба будет достаточно для срабатывания пожарной сигнализации. – Продолжайте.
– «Его огромная лапа придавила меня к затрещавшей кровати, заставив вскрикнуть. Резко вздернув мои бедра вверх, он начал вколачиваться со всей силы...» – зачитал Антон и философски вопросил: – Почему обязательно быть таким грубым?
– Да, почему? – подхватила Катерина и оценивающе осмотрела книжный шкаф как главный источник топлива.
– Почему, чтобы понравиться читательницам, герой должен либо грязно ругаться, либо портить одежду, либо ломать мебель? Что за очернение светлого образа защитника и кормильца?
– Не знаю, – призналась Катерина и отложила в сторону наиболее ценные типографские экземпляры.
– А кто знает? Я думал, вы, будучи представительницей слабого пола, сможете меня просветить.
– Хм-м… – протянула девушка, примеряясь к шкафу, который неплохо было бы сдвинуть на пару метров к двери, поближе к датчику.
– Катерина! – возмутился Антон. – Вы меня вообще слушаете?
– Я с вами полностью согласна!
Почему-то самая надежная фраза из ее арсенала Антона не удовлетворила.
– Тогда напомните, пожалуйста, – вкрадчиво произнес он, – с чем это вы только что согласились.
Катерина, увлеченная обдумыванием плана Ё на случай, если пожар разгорится, а сигнализация не сработает, рассеянно посмотрела на босса. Хмурое лицо со сведенными к переносице бровями подсказывало, что план Ж тоже не помешает.
– Антон, – мурлыкнула Катерина и коварно оседлала мужчину поверх пледа, – с тех пор как мы пришли к консенсусу, я согласилась со всем и на все!
Антон удовлетворенно улыбнулся и подтянул ее повыше. Судя по тому, что Катерина ощутила голыми бедрами, у него тоже возражений не находилось. Медленный поцелуй с привкусом имбиря и карамели закрепил достигнутое соглашение и получил высокую оценку начальства. Под Катериной стало очень горячо и твердо. Она ахнула, когда мужские ладони забрались под свитер и обхватили грудь. Большие пальцы погладили сжавшиеся в твердые комочки соски, заставив девушку выгнуться от острого возбуждения, прокатившегося по телу.
Ободренный успехом, Антон ловко выскользнул из-под Катерины и, толкнув ее к спинке дивана, прижался сзади. Не успела она даже пискнуть, как свитер оказался задран до талии, колени будто сами собой разъехались в стороны и мужчина беспрепятственно заполнил ее собой.
– Анто-о-он…. Вы знаете, что-о… о-о-о!.. Что не все женщины любят, когда над ними доминируют?
– Исходя из книг, которые я сегодня прочел, вывод можно сделать прямо противоположный. – Оказавшись внутри девушки, Антон начал ритмично двигаться, лишая ее не только складной речи, но и связных мыслей. – Никаких интеллигентных конформистов в ваших книгах не водится.
– Вы же са-ами… возмуща-ались… что мужчины в книга-ах… ведут себя-а-а… – напомнила Катерина, выдавая фразы в такт резких и мощных толчков. – Как животные!
– Как животные? Это вот так, что ли?
Он навалился на Катерину сильнее, отчего ее грудь пошло расплющилась на гладкой коже дивана.
– Или вот так?
Рыкнув, Антон оттянул русую копну волос, вынуждая девушку опустить голову, и прихватил ее зубами за загривок. Катерина дернулась и попыталась свести колени, но лишь беспомощно распласталась под весом мужчины.
– Или может… – проговорил он, увеличивая темп, – как-то... так?
– Анто-о-о-он…
– Ну вот... теперь вы мне и имя испортили. Как… я… теперь буду… на него… реагировать! – Под конец дыхание мужчины окончательно сбилось, отчего вопрос преобразился в безапелляционное заявление.
За мгновение до того, как Катерина вслед за Антоном содрогнулась в оглушительном оргазме, она поймала себя на мысли, что, вероятно, авторы любовных романов были в чем-то да и правы.
И хотя план Ж пошел немного не по сценарию, сработал он блестяще.
Глава 12
– Антон, вам бутерброд с колбасой или сыром? – Катерина зевнула и с сомнением посмотрела на опустевшие полки холодильника. – Еще, кажется, печенье на елке осталось.
– А шоколадки в календарике? – спросил Антон, разливая утренний кофе.
– Мы их вчера доели. Зато есть хлебцы, пара мандаринов и йогурт. – Катерина покрутила в руках пафосную стеклянную баночку с кисломолочной продукцией в попытке определить срок ее годности. – Ваша запасливость впечатляет. Вы сюда приходите работать или удовлетворять физиологические потребности?
– Одно другого не исключает.
Антон приобнял девушку за талию и поцеловал в нос. Заспанная, растрепанная, одетая в его собственную рубашку и шерстяные носочки, она очаровывала и наводила на шальную мысль о домашнем уюте. Только красно-синий галстук, украшавший изящную шейку в качестве военного трофея, напоминал о коварстве этого ангела.
– В самом деле, Антон, зачем вам столько еды?
– Планировал поработать на выходных.
– Из офиса, в котором нет интернета?
– О, смотрите-ка! Интернет появился! – Главный редактор заглянул в телефон и принялся сосредоточенно листать новостную ленту. – Вы не видели мои очки?
– Да вот же, на подоконнике.
Катерина прошла к окну, где в зимних сумерках утра сверкали украшенные подсветкой дома. По пути она сдернула с протянутой через весь кабинет гирлянды свои трусики. Те как раз высохли, и девушка смогла надеть постиранное перед сном белье.
– Держите. – Катерина подала очки Антону и тоже села за стол завтракать. – Погодите, почему у вас телефон работает? Он же давно разрядился!
– Разве? – рассеянно произнес мужчина и отхлебнул кофе. – Ничего себе! «Читнет» объявил о слиянии с «Читгородом», представляете?
– Не к добру это... – Девушка недоверчиво уставилась на экран.
– Как бы то ни было, «Рубикон» в любом случае в выигрыше, – пришел к выводу Антон, полный утреннего оптимизма. – Должен же кто-то нести культуру в современное общество.
– В таком случае надо начинать с младшего поколения, – заметила Катерина. – Я вот с детства много читала.
– Мне тоже родители привили любовь к книгам.
– Потому что книги – залог правильного воспитания.
– Направленного на духовное развитие и формирующего жизненные ценности.
– И нравственные ориентиры, – добавила Катерина.
– И нравственные ориентиры, – согласился Антон.
Катерина кивнула, не став придавать огласке сокровенные воспоминания о том, как изучала «Эммануэль» с фонариком под одеялом. Антон, скорее всего, вздыхал в это время над Шарлоттой Бронте, прикрывшись учебником физики.
– Все-таки с читающим человеком всегда найдется, о чем...
Не успела девушка закончить свою мысль, как в кабинете вспыхнул свет, заставив ее зажмуриться. Проморгавшись, она встретилась взглядом с Антоном, застывшим с бутербродом в руках.
– А какой сегодня день? – спросил он, уставившись на Катерину.
– Двадцать седьмое, кажется, – прикинула Катерина, уставившись на него в ответ.
– То есть понедельник, – задумчиво заключил Антон.
– Вроде бы, – раздался не менее задумчивый ответ.
– И на часах десять.
– Да уж, время бежит.
Из редакторской послышались голоса, шаги, скрежет стульев по полу. Хлопнула железная дверь, символически обозначая начало рабочей недели.
– Понедельник! – в унисон воскликнули Катерина и Антон, вскакивая с дивана.
Девушка бросилась к стулу, на котором была свалена ее одежда. Мужчина понесся к шкафу доставать запасную рубашку. Несмотря на то что вещи, в сумме надетые на них, составляли один почти полный комплект, этого явно было недостаточно, чтобы показаться на глаза коллегам.
Стоило Катерине обмотать вокруг шеи обрывок мишуры, прикрывая следы недавней страсти, как в кабинет просочилось сухое «тук-тук-тук», формальное «можно?» и робкое «здравствуйте». Эта комбинация была узаконена во всех офисах, но ее последовательность и скорость варьировались вежливостью сотрудника и настроением начальства. Сегодня начальство, судя по спешно надетому темно-зеленому галстуку в серебристую искорку, оказалось настроено благодушно. Мишура на Катерине радовала глаз, аромат только что потушенных свечей успокаивал нервы, спрятанный под столом бюстгальтер грел сердце.
– Ой, Катенька, и вы здесь, – протараторила заглянувшая в кабинет ахошница Ольга Николаевна. – А я тут по поводу полочек, Антон. Помните, я вам в пятницу говорила? Для чуланчика.
– Забирайте, Ольга Николаевна. – Главред запоздало убрал очки в карман пиджака и прикрыл две кофейные чашки баррикадой из книг. – Сюда новые закажем.
– Вот спасибо! А то без полочек тяжело, столько лет мучаюсь, – посетовала завхоз и прижала к груди очередную книжную продукцию спорного содержания, изъятую у наборщиков, которой наконец-то найдется место. – А может, вы мне и креслице поменяете? Старое совсем на ладан дышит, того и гляди развалится.
– В общей комнате стоит запасное. Берите.
– Ох, правда? Удача-то какая! А как вы смотрите на то… – Ольга Николаевна запнулась, когда Антон наглядно продемонстрировал, как он смотрит на еще не озвученное предложение очень хозяйственной хозяйственницы. – А впрочем, пустое. Катенька, не подскажете, где вы ключик оставили? Что-то мы с Михалычем только запасной нашли.
– Эм… ну… понимаете…
– Держите, Ольга Николаевна, – сказал Антон, передавая женщине знакомый ключ с пластиковой головкой. – Идите работать и попросите меня не беспокоить.
И что-то такое было во взгляде главного редактора, что завхоз предпочла молча выскользнуть из кабинета, даже несмотря на темно-зеленый галстук в серебристую искорку.
– Анто-о-он! – протянула Катерина, как только они снова остались наедине. – Нам надо поговорить!
Суровым тоном она надеялась припугнуть мужчину. Но на этот раз план с треском провалился. Глаза Антона потемнели, напомнив о тех моментах, когда Катерина стонала его имя под отрывистые фразы и влажные шлепки тел.
– Я вас внимательно слушаю.
– Где вы нашли ключ, Антон?
– Если я скажу, что под оленем, вы мне поверите?
Катерина шагнула к столу и, обогнув его, нависла над сидящим в кресле боссом.
– Вы ведь понимаете, – начала девушка издалека, – что совместная работа в издательстве – это удачные публикации и нераспроданные тиражи, пережитые радости и возможные огорчения. Вы готовы разделить их со мной?
– Готов… – выдохнул Антон, жадно следя за губами креативного редактора.
– Создание проекта – это одно из самых важных, трепетных и уникальных решений в нашей жизни. Осознаете ли вы, что, идя на этот шаг, вы берете на себя великий долг перед читателями?
– Осознаю… – повторил Антон и потянулся навстречу Катерине.
– Помните, как трудно в нашем сложном и огромном мире встретить книги, которые западут в душу, откроют глаза на мир и позволят заглянуть внутрь себя. Согласны ли вы хранить и оберегать эти сокровища, несмотря ни на что?
– Да.
– Прошу скрепить подписью серьезность ваших намерений, – попросила Катерина и протянула начальнику многострадальный список.
Когда размашистый автограф перечеркнул прежние распри, а поцелуй приоткрыл заманчивые перспективы, Антон с трудом отстранился от Катерины и смущенно признался:
– Я… кхм… добавил там кое-что. Двадцать пятым пунктом.
– Надеюсь, не книгу про изменоразводы, – произнесла девушка и, скосив глаза на утвержденный список, удивленно воскликнула: – Кроликова? Антон, вы не устаете меня поражать!
– Я с утра ознакомился и понял, что был не прав, сходу отметая такие многообещающие предложения. – Главред посадил Катерину себе на колени и провел языком по женскому ушку, заставив ее рвано выдохнуть. – И к слову о предложениях. Не стоит ли нам обсудить новый проект? Как насчет романов о летнем отпуске?
– Думаю, для этого нужно будет встретиться на другой территории. Чтобы ничего не отвлекало от обсуждения.
– Согласен. Тридцать первое декабря у меня дома вас устроит?
– Вполне, – согласилась Катерина и потерлась носом о трехдневную щетину, которая, как ни странно, Антона ничуть не портила.
Возможно, потому, что Катерина знала, чем был занят мужчина все три дня вместо бритья.
Или потому, что Антон оказался не таким уж и дурацким, как ей казалось вначале.
