Текст книги "(не)желанный подарок (СИ)"

Автор книги: Светлана Казакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 7

Гай Лэндон

Кукла сердито вышла из его спальни, оставив главу магистрата в растрёпанных чувствах. Всё её поведение совершенно не вязалось с тем, как следовало вести себя этим живым игрушкам. Абсолютно отличалось от общепринятых представлений о них!

Да, прежде Гай никогда не общался с ними столь близко, но у нескольких его друзей и знакомых были куклы, о которых они время от времени рассказывали. Чаще всего хвастались. Вовсю превозносили рабскую кукольную предупредительность, услужливость и покорность. Да те своим владельцам в буквальном смысле тапочки приносили! И уж точно не читали нотаций, не хлопали дверью спальни и не лезли в личную жизнь хозяев, а именно это только что проделала Элинайя, в очередной раз его удивив.

Она ведь и правда не должна была прерывать его ласки. Сама пришла, разделась, залезла к нему в постель, а потом сама же оттуда и сбежала. Ещё и громко заявила, что он до сих пор неравнодушен к своей бывшей невесте. Её что же, возмутило, что, не разобравшись в том, что происходит, Гай назвал её именем Присциллы? Она его приревновала или что?

Сон прошёл, будто и не бывало. Поднявшись с постели, ещё хранившей тепло кукольного тела и аромат её волос, Лэндон прошёлся по комнате. Подошёл к окну и, с силой дёрнув створку, сделал глубокий вдох, надеясь, что свежий воздух хотя бы немного его отрезвит. В мыслях творился полный раздрай. Он не понимал, в чём дело, но одно было очевидно – с Элинайей определённо что-то не так.

И ему во что бы ни стало нужно разобраться, что именно. Если поселившаяся в его доме кукла опасна, необходимо это доказать. Тогда у него появится первое основание для их запрета.

Ну а для начала следовало запереть её в клетке, чтобы не оставлять расхаживать по дому, пока сам Гай будет на работе. А ещё нанести визит создателю куклы Тэренсу Гримсу. Если и кто знает, в чём её отличие от других, то это он. Но разговаривать с ним придётся осторожно. Гримс не должен догадаться, что глава магистрата планирует добиться того, чтобы больше никто в империи не покупал кукол.

Гай снова заснул лишь под утро. А едва открыв глаза, сразу же поднялся с кровати, оделся, привёл себя в порядок и отправился в соседнюю комнату. Элинайя была там. Сидела на краешке смятой постели, сложив руки на коленях. Она казалась полностью погружённой в свои мысли и вздрогнула от неожиданности, когда перед ней появился хозяин дома.

Эта совершенно человеческая реакция опять вывела его из колеи. Может, он действительно слишком мало знает о куклах? Что если Тэренс Гримс сумел сделать так, чтобы сидящая в этом теле нечисть даже в мелочах ничем не отличалась от настоящей девушки?..

– Вставай, – сухо проговорил Лэндон. – Ты возвращаешься в клетку. Выпущу тебя из неё вечером, а ещё прикажу поставить в дверь замок и буду запирать тебя здесь на ночь… или не только на ночь

– Выходит, я в тюрьме, – задумчиво проговорила кукла, бросив взгляд на лишённую окна глухую стену. – И чем это отличается от подвала? Ну да, мышей нет.

– Хочешь в подвал? – сощурился Гай.

– Простите, милорд, ночью я неправильно себя повела. Мне не следовало высказывать вам всё… и говорить о леди дес Крисбет. Это не моё дело. Это ваша жизнь, и если у вас ещё остались к ней чувства, кто я такая, чтобы их осуждать? Наверное, я просто позавидовала, вы ведь человек – можете не только любить и ненавидеть, но также ходить по улицам, есть, пить, нюхать цветы, а я всего этого лишена, – произнесла вдруг Элинайя. Лэндон даже задумался, уж не игра ли это. Очередной хитрый трюк нечисти, чтобы его разжалобить? Но кукольное лицо выглядело искренне огорчённым. Отчего-то ему захотелось ей поверить и… даже пожалеть.

– А тебе бы этого хотелось? – спросил он. – Есть, пить, выходить на прогулки? Всего, что доступно людям?

– Разумеется, – кивнула она. – Ведь в этом и заключается жизнь. Быть по-настоящему живой значит получать наслаждение от вкусной еды, свежего ветра в жаркий день, танцев до упаду… – Элинайя вдруг улыбнулась, как будто что-то вспомнила. – Надеюсь, вы дорожите всем этим, милорд, а иначе – зачем вообще жить на белом свете?

Кукла встала на ноги и, оправив платье, развернулась к двери.

– Не буду дольше задерживать вас. Вам ведь нужно на работу. Ведите меня в клетку.

***

Этот разговор я обдумывала весь остаток ночи, благо кукольный организм, не нуждающийся во сне, тому очень поспособствовал. Я успела и погрустить, и поностальгировать по своей прежней жизни и всему, что её составляло, и повзывать к упорно отмалчивающейся Дюдюке, к которой это имя как-то незаметно прилипло, и поругать себя за резкую отповедь главе магистрата. Всё-таки он ведь тоже пострадавший в этой ситуации. Не его вина, что ему приволокли нежеланную куклу. И злиться я должна не на него.

Да и вообще – не следовало мне задевать мужское самолюбие. Сама же решила, что надо попробовать с ним подружиться, договориться как-то. И что в итоге? Нечисть заварила кашу, забравшись к нему в постель, а я, кажется, всё только усугубила. Маловато у меня однако опыта столь близкого общения с мужчинами, с иномирными особенно.

Наутро, когда Гай Лэндон соизволил ко мне заглянуть, я попыталась как-то сгладить напряжение между нами. Но, увы, не похоже было, чтобы он хоть сколько-нибудь смягчился. Хотя вид у него по-прежнему был озадаченный, мужчина явно не желал повторения того, что произошло ночью, поэтому вознамерился запирать меня в комнате.

Отлично, Элина, теперь ты превратилась в узницу. И как прикажете знакомиться с этим неизвестным миром и узнавать о нём побольше, если у меня скоро отберут возможность даже видеть его из окна? Надо срочно спасать ситуацию.

Вот только каким образом? Кто бы подсказал? Уж точно не Дюдюка – её методы решения проблем мне совсем не нравились.

«Кто бы говорил, – наконец-то проявила себя нечисть. – Тебя кто просил лекцию главе магистрата читать? Расслабилась бы и получала удовольствие».

«А тебе кто разрешал лезть к нему в койку?!» – возмутилась я.

«Не будь ханжой! – фыркнула эта лишённая и комплексов, и стыда, и совести особа. – Тебе ведь понравилось, не отрицай! Я чувствовала твои эмоции, когда он…»

«Замолкни!» – буркнула я. В ответ раздалось издевательское хихиканье. Нет, с этой сущностью нам определённо не светит когда-нибудь достичь согласия.

А вот Фрези Лийу – другое дело. Пусть она тоже оказалась довольно-таки языкастой, с ней у меня, пожалуй, был шанс договориться. К тому же, уходя на работу, Лэндон оставлял меня на её попечение.

Я покорно зашла в клетку и позволила себя в ней запереть. Ключ снова оказался на шее у небесной птицы, а хозяин дома, попрощавшись с любимым фамильяром и начисто проигнорировав мою персону, покинул личные покои. Проводив его взглядом, я посмотрела на Фрези и натянула на лицо улыбку.

– Скажи, а чем ты занимаешься, когда лорда нет дома? – полюбопытствовала у неё.

– Всякими вещами, – отозвалась птица. – Ты лучше другое расскажи. Что ты делала ночью в его спальне?

– Ты видела? – вспыхнула я.

– Ну да, – кивнула Фрези Лийу, склонив голову и пытливо меня рассматривая. – И в этот момент у тебя было что-то странное с аурой, как и вчера на какое-то время. Ума не приложу, что с ней не так, но я разберусь.

– А по ауре вообще видно, хороший перед тобой человек или плохой? – заинтересовалась я.

– Хороший вопрос… – задумалась небесная птица. – Такое иногда бывает, но нельзя сказать, чтобы всегда. Одно могу сказать – у необычного человека, умного, благородного и аура будет ярче, чем у какого-нибудь заурядного. Вот у нашего лорда к примеру очень яркая аура, порой даже глаза слепит. Да и у его предков тоже… Впрочем, оно и понятно. У плохих людей я бы жить не стала.

– У тебя хотя бы был выбор, в чьём доме поселиться, – заметила я. – Куклы этого выбора лишены. Я даже одежду сама себя купить не смогу, придётся надеяться на то, что он не забудет…

– Так зачем ты к нему кралась ночью, а? А потом убегала обратно с поджатым хвостом. Что, проснулся и прогнал?

– Не хочу об этом говорить, – потупив взор, ответила я. – Это была ошибка. И она больше не повторится, – добавила и поморщилась, услышав в голове громкий смешок Дюдюки.

– Как скажешь, – неожиданно миролюбиво согласилась Фрези и проницательно добавила: – Я бы и правда не советовала тебе его сердить. Если не хочешь свою долгую кукольную жизнь провести взаперти.

Такой незавидной участи я, конечно же, и вправду не желала. Было бы слишком обидно и несправедливо вот так получить второй шанс на жизнь, пусть и в чужом мире, и всю её просуществовать в качестве даже не столько бесправной игрушки, сколько всего лишь досадной обузы для главы магистрата. В чём-то мне, пожалуй, повезло, что он не любитель кукол, а то ещё неизвестно, к какому извращенцу могла бы попасть в итоге, но просидеть запертой либо в золочёной клетке, либо в комнатёнке без окон мне тоже совершенно не улыбалось.

– Не хочу, – кивнула я. – Но как быть? Что бы я ни делала, лорду это всё равно не нравится!

Стало немного смешно, что я жалуюсь говорящей птице, но затем я напомнила себе, что Фрези Лийу не просто домашний питомец Гая Лэндона, она – фамильяр! Да ещё и почтенного возраста, если вспомнить, что служила ещё его предкам. Так что с её опытом и знанием этого мира ей наверняка будет под силу дать мне какой-нибудь ценный совет.

– Он тоже замечает, что ты отличаешься от других, хоть и не способен видеть ауры, – откликнулась небесная птица. – Ты для него загадка. Используй это в своих интересах. Покажи, что тебе можно доверять. Что ты не навредишь кому-нибудь, если тебя выпустить из клетки. Говори с лордом и слушай его. И тогда, возможно, он и начнёт относиться к тебе иначе, а не как сейчас.

– Спасибо! – поблагодарила я. Фрези была права. Чтобы он перестал видеть во мне всего лишь глупую куклу, надо вести себя не как кукла!

Главное, чтобы это не вылилось в неблагоприятные последствия для меня самой. Если я буду слишком необычной, Лэндон может что-то заподозрить. А если вернёт кукольнику, то всё, пиши пропало…

Я совсем недолго пробыла в мастерской создателя, но даже то короткое время оставило после себя шлейф недоверия к этому человеку и чего-то тёмного, мрачного, что его окружало.

Интересно, что бы сказала Фрези Лийу о его ауре…

Погрузившись в свои мысли, я не замечала, как идёт время. Птица ходила туда-сюда по комнатам, время от времени появляясь в поле моего зрения. И когда она в очередной раз промелькнула мимо меня, я заметила что-то странное.

Её белоснежные перья больше не были такими! С одного бока они стали золотистыми, точно краешек рассветного неба, и с каждой секундой становились всё более насыщенного цвета. Огненными.

А затем послышался треск самого настоящего пламени!

Перья вспыхнули сами собой, точно кто-то чиркнул спичкой. Заполыхали всё ярче. А от них уже загорались одна за другой длинные занавески на окнах и языки огня подбирались к краешку наброшенного на кресло покрывала.

Не понимая, что происходит, я заметалась по клетке, зовя Фрези по имени. Меня охватила паника. Сейчас небесная птица попросту сгорит, а вместе с ней и весь дом!

Включая меня саму.

«Сделай что-нибудь!» – потребовала я у нечисти, но она, перепуганная не меньше меня самой, ответила, что не может выходить из кукольного тела по собственному желанию, да и тушить пожары на расстоянии тоже не умеет.

– Фрези, ключ, пожалуйста! – выкрикнула я. И меня наконец-то услышали. Прежде чем исчезнуть в столпе огня, птица как-то умудрилась сбросить ключ с шеи. Встав на колени, я кое-как дотянулась до раскалённого металла, подтянула его к себе. Так, а теперь нужно открыть клетку…

Не сразу, но у меня всё уже получилось освободиться. Оказавшись за пределами клетки, я немедленно схватила чудом не успевшее загореться покрывало и принялась сбивать им пламя с пылающих занавесок. Вот сейчас я даже была благодарна нечеловечески сильному кукольному организму! Будь я сейчас не в этом теле, наверняка уже ничего бы не видела от застилающего глаза дыма и задыхалась бы в нём, теряя драгоценные минуты. Вода, где бы достать воды?!

В надежде, что меня услышат, я громко закричала:

– Пожар! Помогите! Сюда!

Спустя некоторое время послышались быстрые шаги и в личные покои главы магистрата вбежали слуги. Они несли вёдра и даже котелки с водой. Обернув к ним наверняка чумазое от клочьев сажи лицо, я выдохнула:

– Наконец-то! Помогите потушить огонь! Вроде бы он не пошёл дальше к спальням, вот только Фрези Лийу… – добавила, чувствуя комок в горле. Как сказать лорду о гибели его любимого фамильяра? Не просто фамильяра, друга.

И тут, стоило дыму немного рассеяться, я увидела его. Нахохлившегося птенца в белоснежных перьях и со смешным хохолком на макушке. Птенец смотрел на меня знакомым внимательным взглядом.

– Фрези? – пробормотала я и сморгнула слезинки. – Ох ты ж напугала-то как… Ты почему раньше не сказала, что ты феникс?..

Глава 8

– Я и сама не знала, – забавным писклявым голоском отозвалась Фрези Лийу. – Вернее не знала, что это случится так скоро. Я ведь ещё так молода!

– Ну, теперь-то определённо, – согласилась я. С губ сорвался невольный смешок. Постепенно нервное напряжение проходило, оставалось только порадоваться, что дому главе магистрата, а также его фамильяру, кажется, больше ничего страшного не угрожает.

– И не говори! – пропищала небесная птица, а точнее небесный птенчик. – Сейчас я хуже младенца, честное слово. Даже ауры не вижу, – прищурившись и глядя на меня, добавила она.

– Ничего, ещё вырастешь и... станешь краше прежнего, – подбодрила её я.

– Зачем ты кинулась тушить огонь? – недоверчиво осведомилась у меня Фрези. – Могла бы просто спрятаться от него, чтобы не пострадать. Или воспользоваться переполохом и сбежать. Лорд ведь не лучший хозяин. Я слышала, как утром он угрожал запереть тебя, только уже не в клетке, а в комнате.

– Ну... – протянула я. По правде говоря, мысль о возможном побеге из особняка Гая Лэндона даже не приходила мне в голову. – Куда мне бежать? Сама посуди – я ведь официально принадлежу главе магистрата, и ему с его полномочиями явно без труда удалось бы меня найти и вернуть. А ещё у кукол нет прав, – произнесла слова, которые уже неоднократно слышала от нечисти. – Будь я человеком, другое дело. Но человека он и не стал бы держать взаперти.

На последней фразе мне не удалось сдержать горького вздоха, и это не ускользнуло от оставшейся по-прежнему наблюдательной птицы.

– Впервые вижу настолько свободолюбивую куклу, – заметила она.

В клетку я больше не вернулась. Окончательно потушив пламя, слуги принялись наводить порядок, устраняя последствия небольшого, но всё-таки самого настоящего пожара. И я, стараясь не обращать внимания на бросаемые в мою сторону косые взгляды, по мере сил принялась им в этом помогать. Вместе с горничными снимала с окон пострадавшие занавески, отмывала от липкой гари пол и стены. На ещё недавно бывшее красивым и нарядным платье под конец уборки было жалко смотреть, и одна из девушек даже принесла мне своё, а вместе с ним и нижнее бельё, которого у меня до сего момента не было – куклам оно, видимо, не полагалось.

Уединившись в комнате, я переоделась в скромную, но чистую и аккуратную одежду горничной, а затем отыскала ванную комнату, в которой умыла лицо. Хотелось искупаться полностью, как следует намылить и вымыть пропахшие дымом волосы. Полюбовавшись на белоснежную немаленькую ванну, в которой так и тянуло поплескаться, и стоящий в шкафчике ряд пузырьков с ароматным шампунем и другими средствами для ухода за собой, я позавидовала хозяину дома, но без его дозволения устраивать себе банный день всё же не решилась.

Личные покои Лэндона представляли собой анфиладу изысканно и вместе с тем довольно сдержанно обставленных комнат, в которых я чувствовала себя как в музее. Даже любопытно стало, с какой целью с большой хозяйской спальней соседствовала та лишённая окон скромная комнатёнка, которую выделили мне, и для кого она предназначалась изначально. Может быть, для личной прислуги, которая всегда должна находиться поблизости от господина? Тогда вполне логично, что об её уюте и тем более о роскоши никто не позаботился. А окно не сделали, видимо, ради экономии.

В ванной зеркала не было, но я обнаружила его в одной из других комнат. Оно висело на стене – очень красивое, в овальной узорчатой рамке – и больше подходило для женских покоев, нежели для мужских. На примыкавшей к зеркалу полочке стояло несколько погашенных свечей, от которых исходил сладкий дурманящий запах. Скользнув по ним взглядом, я уставилась на своё отражение, которое видела впервые. В мастерской кукольника зеркал тоже не было, поэтому я могла составить мнение о собственном внешнем виде лишь по некоторым деталям.

Зато сейчас получила возможность обозреть себя во всей красе. Нежное румяное личико с точёными чертами и безупречной кожей, яркие, точно в них вставили цветные линзы, аквамариновые глаза, опушённые шикарными ресницами, аккуратные слегка изогнутые брови, пухлые розовые губы идеальной формы. Картину дополняли густые и длинные волосы золотисто-медового оттенка.

Одно слово – куколка!

«Если бывшая Гая Лэндона и вправду выглядит примерно так же, то они с главой магистрата определённо были чертовски красивой парой», – подумала я. И невольно оживила в памяти минувшую ночь. Жаркие поцелуи, полные страсти прикосновения... и взгляд мужчины, когда он понял, что рядом с ним я, а не она.

Почему-то вспоминать об этой его реакции было горько и неприятно. Хотя я ведь сама остановила его этой ночью и не допустила большего, да и про его отношение к живым куклам знала ещё до первой встречи. Тогда о чём же мне жалеть сейчас?..

«Неужели влюбилась? Тогда зачем убегала от него? Остаться надо было!» – ехидно захихикала в голове Дюдюка, и я погрозила ей кулаком.

Нет уж, не позволю этой нахалке снова и снова захватывать бразды правления. Надо учиться закрывать от неё разум и удерживать контроль над телом. А иначе ещё чего-нибудь в том же духе вычудит, а мне потом за неё оправдываться и отдуваться.

Гай Лэндон

Привычная дорога от дома до магистрата сегодня показалась Гаю непривычно долгой. Вроде бы и черант бежал быстро, и проторенный путь был ему хорошо знаком, так что тот наверняка мог бы проделать его даже без кучера. Наверное, всё дело было в самом Лэндоне. Он никак не мог выкинуть из головы случившееся ночью и так сильно похожую на его бывшую невесту куклу, которой ещё вчера утром не было в его доме. В мыслях и чувствах властвовал полный раздрай.

Первым, кого глава магистрата встретил в коридоре, едва добравшись до места работы, оказался Тобиас Бингли, его правая рука и заместитель.

– У вас усталый вид, – проговорил тот, поклонившись начальнику. – Должно быть, вы не можете спать из-за этого дела с пропажами девушек в городе. Понимаю вас, мне и самому неспокойно, вчера навещал родителей и наказал никуда не выпускать младшую сестру в одиночку. Она, конечно же, против такого запрета, даже права качать вздумала, но я ей быстро дал понять, что сейчас не время для капризов! Не дай небеса, ещё пропадёт, как та дочь лавочника, мы же тогда себе не простим, что не были с ней построже.

– Послушай! – прервал речь словоохотливого собеседника Гай. – Ты лучше скажи – у тебя ведь есть кукла? Замечал ты за ней случаи странного поведения?

– Вы о чём? – озадаченно уставился на него Тобиас. – Странное поведение у куклы? Это какое же?

– Может, она позволяет себе тебе дерзить? Противится твоим приказам? – предположил Лэндон. – Или читает нотации?

– Да вы, верно, шутите! – Бингли ещё сильнее вытаращил глаза. – Да разве же кукла может дерзить и читать нотации своему хозяину и господину? Что вы, она слушается меня во всём и покоряется любому приказу, что я ей даю! А если у меня плохое настроение, могу и бранью осыпать, так она в ответ и бровью не поведёт! Вот в чём главное отличие куклы от жены! – посмеялся он. Все в магистрате знали о нежелании Тобиаса вступать в законный брак. Он, кстати говоря, был первым из здешних работников, кто приобрёл себе живую куклу в мастерской того же Тэренса Гримса.

– И ни у кого другого ты своевольных кукол тоже не видел? – уточнил у него Гай, хмурясь.

– Ну, разумеется, нет, никогда в жизни! Все они точно шёлковые! А в постели каковы! – мечтательно прижмурился Бингли. – Зря вы не пожелали тоже себе прикупить такую игрушку. После того разочарования, которое вам устроила леди дес Крисбет… ох, простите, лорд Лэндон, что-то меня, кажется, занесло! – поспешно добавил он, увидев выражение лица начальника.

– Вот именно, – сухо бросил ему Гай. – Принимайся за работу. И вот ещё что – я загляну к тебе вечером. Хочу взглянуть на твою куклу. Ты не против?

– Конечно, нет, с чего бы мне возражать? Но я весьма заинтригован. Вы никогда раньше не проявляли интереса к живым куклам.

Заместитель был прав. Куклы главу магистрата действительно прежде не интересовали. Да, он уже давно намеревался запретить их создание и продажу, но даже мысли не приходило заняться их изучением вплотную. Ведь, казалось бы, зачем? Всё, что нужно, ему о них известно.

Кукла – это всего лишь созданная с помощью магии красивая болванка, которую оживляет заключённый внутри нечистый дух, призванный создателем. Тот своей магией связывает волю нечисти, подчиняет себе её, а затем передаёт бразды правления тому, кто отваливает немалые деньги за живую игрушку. Вот и всё.

Но так ему лишь казалось до встречи с Элинайей. И сейчас Лэндон желал выяснить, действительно ли живые куклы способны быть своенравными, а то и опасными, или же в его доме оказалась особенная кукла. Не такая, как другие.

Но ведь в их городе почти всех кукол создал Гримс, так чем же отличается та, что досталась главе магистрата?..

Тэренс Гримс

Элинайя вышла на связь на следующий день. Услышав доносящийся словно откуда-то издалека голос нечисти, Гримс удовлетворённо улыбнулся. Связь работала. Никто не заметил, что он оставил за собой возможность контролировать эту куклу, а не передал все права её новому хозяину. Хорошо, что Гай Лэндон не явился за ней лично. Оформляя Элинайю в качестве подарка, отправленного им в особняк главы магистрата, Тэренс пошёл на небольшую хитрость. И пусть он раньше такого не делал, стараясь выполнять свою работу честно и по правилам, всё прошло замечательно.

Ему было известно, что именно Лэндон ответственен за поиски похищенных девушек, поэтому Тэренс Гримс желал знать, чем тот занят и как продвигаются розыски, а если удастся получить какие-либо порочащие главу магистрата сведения, будет ещё лучше.

«В доме лорда был небольшой пожар, – сообщила ему нечисть. – Всё из-за фамильяра, этой напыщенной небесной птицы! Она просто взяла и загорелась, пока сам Гай Лэндон находился на работе, вот ведь какая нелепость!»

«Кто-нибудь пострадал?» – осведомился Гримс.

«Никто. Пожар быстро потушили. Сейчас всё уже в порядке, правда, сам Лэндон ещё не знает о произошедшем в его доме».

«Вот как… Что насчёт ваших отношений? Тебе удалось с ним сблизиться?»

«Я пыталась… но пока нет. Кажется, он продолжает страдать по своей бывшей, как видит меня, так сразу же вспоминает о ней. Вот если бы он мог увидеть нас вместе и сравнить, то наверняка сразу бы убедился, что я лучше этой аристократки!»

«Увидеть вас вместе? Что ж… Пожалуй, это можно устроить, если она всё ещё неравнодушна к Гаю Лэндону», – задумчиво отозвался Тэренс. Сегодня утром он услышал кое-какие любопытные новости о Присцилле дес Крисбет. И даже знал, где её найти.

Какая удача!

«Но разве она не ушла к другому?»

«Всё не так просто. Как, впрочем, всегда у людей. Но ты уверена, что, даже если их чувства до сих пор не охладели, ты сможешь завоевать и удержать внимание этого мужчины?»

«Уверена, – немного поколебавшись, ответила невидимая собеседница. – Не сомневайтесь во мне, господин! Я всё для вас сделаю!»

«Вот и умница», – похвалил её создатель. А эта нечисть, однако, смышлёная. Пусть его эксперимент с человеческой душой в очередной раз не удался, хотя бы с нечистью он не прогадал. Хоть она и не суккуб, но польза от неё вполне может быть. Ведь не отправил же её глава магистрата обратно, как Гримс боялся, а, значит, чем-то кукла его заинтересовала.

Так, а теперь ему нужно побеседовать с леди дес Крисбет. Кстати говоря, сходство Элинайи с ней вовсе не было чем-то случайным. Гримс увидел изображение красавицы Присциллы в журнале и сделал почти что копию. И хотя в этот момент он вовсе не думал о Гае Лэндоне, всё сложилось самым выгодным для Тэренса образом. Очень уж вовремя друзья Лэндона заглянули в мастерскую полюбоваться на новеньких кукол, а идея обрадовать нежданным подарком главу магистрата пришлась как нельзя более кстати.

Взяв листок бумаги, Тэренс Гримс уже собрался написать письмо, чтобы попросить леди дес Крисбет о встрече, но решил не откладывать дело в долгий ящик. Отправка письма и ожидание ответа только займут лишнее время. Нет, он должен поехать к ней лично.

Приказав слугам заложить карету, Гримс привёл себя в порядок и вышел из дома. Его путь лежал в гостиницу на окраине города. Именно там в настоящее время находилась Присцилла, и на это у неё имелись свои причины. Прекрасно всё же, что у Тэренса имелось множество знакомых по всей империи. Светские сплетни он узнавал одним из первых и использовал полученные сведения в своих интересах, как собирался поступить и сейчас.