Текст книги "Нет места лучше (СИ)"

Автор книги: Светлана Авер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 31 страниц)

9-2

***

Первой мыслью было, вытолкать его из машины и просто оставить тут, как он и угрожал поступить со мной, между прочим, а самой просто доехать до нужного места. В конце концов, злобной стервой, которая обижает таких вот мальчиков-зайчиков, как он, меня уже обозвали.

Вторая о том, когда он очнется и до какого-нибудь пункта ДПС дойдет, у меня будут неприятности.

Да, он сейчас вообще-то угрожал или даже собирался меня изнасиловать, но на нет, и суда нет, как говориться. Если бы просто уехала и бросила его тут, то уже я стала бы угонщиком. И учитывая его извращенную логику, в том, что он тут же побежал бы жаловаться полицейским, я не сомневалась.

Нет уж, раз решила после этой мерзкой выходки на его машине свой путь сократить, его тоже придется взять с собой. Ехать оставалось не так уж и далеко, но я сейчас на воду дула. Не хотелось мне больше ни перестрелок, ни погонь. Хотелось просто добраться до места посадки и улететь.

Включив подсветку в салоне и найдя рычаг открытия багажника, пошла его изучать на предмет, можно ли туда запихнуть этого урода.

Но остыв и найдя там веревку, запихивать его туда передумала. Ну, не зверь я все-таки!

А еще мне в голову пришло, что у моего случайного пленника все же нашлась одна полезная функция, которую я тут же испробовала. Об него его же смартфон замечательно разблокировался! А на меня тут вообще-то информационный голод напал. И специфические рассуждения вынужденного попутчика его вовсе не удовлетворили.

Так что я перетащила его бесчувственное тело на соседнее сиденье, где до этого сидела сама, там уже связала, прикрепив руки к ногам, чтоб не бузил, когда очнется. А затем еще дополнительно сверху накинула ремень безопасности. Ведь у последнего присутствовало замечательно свойство твердеть при резких рывках.

Если не поможет, вырублю еще раз и тогда действительно перенесу уже в багажник. Еще один заряд в кольце оставался.

***

Справилась я быстро. С тяжелым телом, мне костюм поддержки в режиме два замечательно помог. А остальное на удивление не сложным оказалось.

Настроив водительское сиденье и зеркала под себя, я завела машину и развернулась. Вот только выехала не сразу. Не выдержала и залезла в интернет. Очень уж хотелось об этом непонятном коронавирусе почитать.

Впрочем, минут через двадцать, прочитав статью в Википедии и несколько официальных ресурсов, усилием воли заставила себя отлепиться. Я понимала, что застрять вот так сейчас могу надолго, а задерживаться тут, не стоило.

И все же главное я выцепила, началось все уже больше года назад, и против напасти, вроде, уже имелись и вакцина, и лечение, что меня немного успокоило.

Вспоминая свою анкету, подшитую к делу, где так же собрали и список родственников, получалось, что родители тоже живы. У тех, кто уже умер, там и дату смерти указывали, причем кое-где ее дописывали уже ручкой.

Вообще, наверняка, мое досье и в электронном виде существовало, но вот в бумажном тоже дублировали, и обновляли. Это меня обнадежило.

И все же после прочтения всего этого, снова захотелось позвонить родителям, узнать, как они. Номер отца я помнила наизусть, так что телефон буквально руки жег. Но я не сомневалась, что этот звонок тут же отследят, и тогда меня снова очень быстро найдут.

Не говоря о том, что отец вряд ли станет со мной разговаривать, не увидев воочию. Скорее всего, воспримет как жестокую шутку или мошенничество. Но хотя бы голос хотелось услышать!

Выдохнув, все же отмела эту мысль. Общение с ними все еще было роскошью, которую я пока не могла себе позволить. Оставалось только надеяться, что у них все хорошо.

Я буквально заставила себя включить навигатор и сосредоточиться на текущей цели. Занялась сопоставлением своих навигационных данных на браслете и местные карты. В этот раз это пришлось делать полностью самостоятельно, так что времени на это ушло значительно больше.

Оказалось, что попасть в нужную точку с шоссе не так-то просто. Ведь в прошлый раз, я поверх леса перемещалась, а тут пришлось доступные дороги искать. Извилистая тропинка, которую мне навигатор построил, мне не очень понравилась, но выбирать не пришлось.

Я решила подъехать максимально близко, а остаток все же пешком дойти.

С визором темнота проблемой не являлась, а никого крупнее кабанов и волков тут, вроде, никогда не водилось, так что с шокером не страшно. Если подумать, самым страшным зверем в наших краях являлся человек.

Я тяжело вздохнула, хозяин машины вот-вот должен был проснуться, и часа полтора мне его все же предстояло потерпеть.

***

Впрочем, очнулся он только минут через двадцать, так что я успела выбраться обратно на шоссе, и прилично отъехать от точки, где мы местами поменялись. Вопреки ожиданиям, сразу бузить и возмущаться он не стал, наоборот испугался и притих.

Я же лишь, мельком отметив его затравленный взгляд, сделала вид, что вообще не замечаю, что он проснулся. Не хотелось мне с ним общаться от слова совсем.

Но долго притворяться спящим он все-таки не смог.

– Куда мы едем? – внезапно подал он дрожащий голос.

Я не ответила. Если б он не повел себя по-свински, то мы как раз бы только что свернули бы к Дмитрову, и он бы через пять минут высадил бы меня у станции, и даже обещанную плату получил.

А так, с одной стороны, на общественном транспорте мне пришлось бы сложнее и дольше добираться, чем сейчас на машине, но просто так отбирать у него автомобиль я бы точно не стала.

Сейчас тоже не собиралась, если подумать. Доедем, выключу его последним зарядом кольца и уйду. Проспится и спокойно сам поедет домой, а я к тому времени буду уже далеко.

Но успокаивать, и рассказывать свой план действий я не стала. Не зависимо от того, собирался он что-то реально делать или просто поиздеваться-попугать, решила отплатить той же монетой. Вот пусть неизвестностью помучается, урод! Ему полезно!

– У тебя где-то подельник? Меня убьют из-за машины? – продолжал он свое жалобное блеянье.

– Если не заткнешься, то точно, – поморщившись, пообещала я, поняв, что снова злиться начинаю.

Угроза подействовала, но ненадолго. Так что в итоге пришлось включить радио.

Вкусы на музыку у нас явно не совпадали, а еще мне захотелось послушать новости, потому переключилась на бизнес волну. Перекрикивать радио он, к счастью, не стал. И то хорошо.

В итоге вполне смирно он сидел, пока мы ехали по шоссе, а вот когда съехали по навигатору в сторону, и уже там буквально через километр свернули на грунтовую дорогу, занервничал. А когда я нацепила визор, вообще в ступор впал.

Надела я его, правда, вовсе не для того, чтобы кого-то напугать, а потому что в свете фар без дополнительного освещения тут реально мало что разглядеть получалось, даже с дальним светом. А в моем приборе почти как днем. Так что в таком режиме дело куда веселее пошло.

Пока работала с базой, на голографическую проекцию, мой вынужденный спутник тоже смотрел с благоговейным ужасом. Ее пришлось включить, чтобы с визором вновь синхронизироваться, и активировать обозначение дороги.

На моей карте, которую я пару недель назад сняла из космоса, все же более точная топографическая картинка отображалась. А вот у местного навигатора явно какие-то косяки вылезали, и мне не всегда было понятно, есть там дорога или только на карте нарисована.

По извилистой лесной тропе мы ехали достаточно долго, и все это время он сопел и ерзал, причем, чем дальше, тем интенсивнее. В глазах у него уже реально плескалось отчаянье. Не знаю уж, чего он там себе напридумывал.

Так что, когда меня это уже окончательно достало, и я реально начала опасаться, что его сейчас действительно от страха Кондратий хватит, я истратила на него последний заряд кольца, решив, что пора ему уже отдохнуть.

Дорога и так оказалась не очень, требовала сосредоточения, а тут он все внимание на себя забирал.

Впрочем, судя по навигатору, до финальной точки оставалось чуть-чуть, и проснется он уже после того, как я уйду. Ну а если нет, то у меня еще шокер остался в заначке.

***

Перед уходом веревки я ему все-таки развязала, из жалости. Он же тут проснется в машине в лесу, один и темноте. Если выпутаться не смог бы, реально от страха помер бы.

Адекватности от него тоже не стоило ожидать. На то, что он догадается рассвета дождаться, прежде, чем обратно ехать, я не рассчитывала. Но вот тут сочувствия к нему уже не появилось!

Я вовсе не надеялась, что эта ситуация его в чем-то в лучшую сторону изменит, но хотелось бы верить, что по крайней мере, голосующих на дороге одиноких дам он теперь станет избегать, а может, и женщин вообще. Последнее вообще стало бы идеальным вариантом!

Кстати, обещанную тысячу я ему на торпеду положила. Не люблю неоплаченных долгов.

Сложнее всего, оказалось, оставить телефон. Интернет тут хоть и ловил не очень, но перед уходом я все-таки еще позалипала. А еще по-прежнему боролась с желанием позвонить отцу, чтобы услышать его голос.

Но все же взяла себя в руки и оставила телефон на сидение. Мне стоило двигаться дальше. От этого звонка не стало бы лучше ни ему, ни мне.

В лесу стоял туман, от которого тянуло прохладой и свежестью. Но за счет того, что визор превращал густую тьму в четкие сумерки, страшно не было, но шокер я все же держала наготове.

Костюм тоже оставила включенным на единице. Так что, я могла и треснуть угрозу более значительно, чем без усиления сама, и оружие в руках не раздавить. Да, и прогулку усиление облегчало.

В большинстве случаев я с единицей и работала, так что на ней у меня чувствительность хорошо была откалибрована. Ведь обычно мне сил не хватало чего-нибудь дозавернуть или наоборот открутить. Столами и лестницами мне бросаться раньше не приходилось!

Но на самом деле режимы четверки и тройки у костюма предназначались для помощи во время ремонта крупногабаритных узлов, а вовсе не для того, чтобы людям ущерб наносить.

Да, и сейчас костюм полезным оказался лишь потому, что такого его действия никто не ожидал. А так, без нормальной защиты против обычного автомата уже гораздо грустнее все оказалось.

У боевых версий подобных костюмов уже, кстати, имелась и нормальная броня, которую даже без силовой защиты пули уже не пробили бы. Да, и вообще там более удобный для деструктивных действий функционал присутствовал, насколько я знала. А этот технический вариант являлся всего лишь устройством двойного назначения.

И тем не менее, я уже решила, что после того, как покину Солнечную систему обязательно обзаведусь более серьезной экипировкой. Никаких больше полумер! Только хардкор, только нормальное военное оборудование и транспорт с серьезной защитой. С другим сюда возвращаться чревато!

После всех местных приключений, решила, что пока не решу вопрос с обмундированием, даже думать, чтобы сунуться сюда снова, не посмею! Ведь, кто бы мог подумать, что после всех ресурсов и сил, которые я вложила, чтобы сюда добраться, мне придется настолько стремительно отсюда сбегать.

Как-то несправедливо оно получилось! Я ведь даже ни с кем из родных пообщаться не смогла. Костю вот с сыном увидела со стороны, и то хорошо.

И да, я слишком хорошо понимала, что, если снова проявлю малодушие, получу по сусалям, как и в прошлый раз. Хуже будет, если огребу не только я, но и кто-нибудь из членов моей семьи. Этого я уже сама себе простить не смогла бы!

Сейчас точно стоило улететь, чтобы все интересующиеся мной, всё что надо, «зафиксировали».

А что делать потом? Может, через полгода или год, когда все успокоится, и про меня подзабудут, можно будет попробовать еще раз к родственникам подобраться, соблюдая максимальную осмотрительность, а не как в этот раз.

Нет уж! Конечно, не ошибается только тот, кто ничего не делает, но на ошибках все же следует учиться, чтобы не допускать их повторение в будущем. До сих пор у меня, к счастью, с этим проблем не возникало.

***

В лесу по пересеченной местности, шагать мне пришлось еще достаточно долго, часа два, не меньше.

Над головой сейчас виднелась удивительно шикарная россыпь звезд на кристально чистом небе. В этих местах еще не было такой засветки, как в ближних к Москве районах. Так что я даже залюбовалась и сняла визором несколько интересных изображений.

Порой в тишине мне казалось, что я слышу какие-то шорохи, но зверья мне тут увидеть ни разу не удалось. И все же лес в таком весенне-ночной дреме мне раньше ни разу наблюдать не приходилось. Так что этот опыт оказался даже познавательным.

Меня все-таки начала накрывать тоска, что вот-вот придется улетать, но она уже проявилась как-то блекло. Я, видимо, просто устала, ведь день выдался слишком насыщенный.

Наконец, я обошла очередной бурелом и вышла к поляне, на которой отобразилась проекция летательного аппарата в виде ромбовидного октаэдра. Вот я пришла!

Если сниму визор, то поляна покажется пустой, маскировка все еще работала. Но на самом деле, мой транспорт все еще стоял тут на месте, невредимый.

Обратившись к базе, я сняла и невидимость, и пассивную защиту, а еще сразу же дала команду запустить двигатели и провести предвзлетную подготовку.

Компактный летательный аппарат впереди тут же проявился, а затем радостно ожил и загудел, затем на нем зажглась синевато-белая подсветка. Если приписать технике человеческие качества, то можно было подумать, что ему тоже надоело тут без дела торчать и не терпелось стартовать. Я его понимала.

Я находилась уже где-то метрах в десяти от борта, когда сзади послышался странный глухой звук. Как будто что-то массивное упало на землю. Я обернулась, но ничего подозрительного не увидела. Лес казался пустым.

Тяжело вздохнув, и решив, что мне померещилось, я шагнула к шлюзу, который тут же приветливо раскрыл передо мной двери, а на землю опустился трап. Еще раз, оглянувшись назад, я торопливо направилась внутрь.

Несмотря на посторонний звук за спиной, тревоги в этот момент все же не появилось. Я уже мысленно настроилась на новую задачу. Мне ведь сейчас предстояли сложные расчеты маршрута, чтобы прорваться сквозь внешних охранителей и выбраться из системы.

Потому, прилетевший в следующий момент откуда-то со спины шоковый разряд, стал для меня полной неожиданностью. А падая назад, я запоздало пыталась осознать, что это все означает.

9-3

***

Пробуждение получилось очень неприятным. В голове стоял туман, а во рту странное послевкусие.

И все же самой отвратительной частью оказались вовсе не физические ощущения. Когда я открыла глаза, осознала, что снова нахожусь в мерзкой маленькой комнатке, которую я еще недавно считала навсегда оставленной позади.

Но все оказалось на месте: и голубоватые стены, и окошко с замутнённым стеклом, и удобный диван, на котором я лежала, и белый стол со стулом. На столе снова нашлась бутылка воды, кофейник, а под салфеткой завтрак.

Я в полнейшем недоумении приподнялась, все еще не веря тому, что вижу.

Нет-нет-нет! Этого просто не могло быть! Не могло вот так все закончиться! Я ведь выбралась отсюда!

А это все… это ведь несправедливо!

Собственная мысль о справедливости показалась глупой. Я давно зареклась в этой вселенной про нее рассуждать. Не было ее и точка!

С трудом поднявшись на ноги, я все равно отказывалась верить в происходящее. Эта комната сейчас просто как какой-то дурной сон выглядела.

Я ведь действительно выбралась! И должна была быть уже далеко отсюда! Далеко, а не вот здесь!

Взгляд упал на воду, и я поняла, что пить хочу ужасно, даже сильнее, чем после алкоголя. Чем-то меня реально сильным накачали в этот раз при перевозке. Так что я схватила полуторалитровую бутылку и наверно почти треть за раз вылакала.

Самочувствию жидкость облегчение принесла, а вот мироощущению нет. До сих пор какая-то нереальность происходящего не отпускала.

Все еще держа бутылку в руках, я уставилась на кофейник, на чашку и стакан, разложенные тарелки с едой, на приборы на столе. Сама не знаю почему, но именно они мне показались каким-то неправильным проявлением этого мира.

Мир казался отвратительным и мерзким, а они тут стояли и лежали в какой-то своей уникальной гармонии, словно их специально в особой композиции разместили.

Этой своей умиротворенностью они меня из себя и вывели. Но того, что произошло дальше, я все равно сама от себя не ожидала.

Вот я только что рассматривала содержимое стола, а потом просто взяла, и пнула его ногой!

Костюма поддержки на мне уже, понятное дело, не обнаружилось, но мебель тут стояла достаточно легкая. Так что мой снаряд вместе со всем содержимым со звоном и грохотом улетел в противоположную стену. Затем та же участь постигла и стул.

А я еще некоторое время с удивлением смотрела на дело рук своих, точнее ног, но внезапно осознала, что буквально чуть-чуть, но стало легче. Раньше я битьем посуды ни разу не занималась, но сейчас даже начала понимать тех, кто этим увлекается. Видимо, когда не за твой счет и осколки убирать не тебе, то реально помогает!

Взгляд упал на бутылку в руках, хотела запустить и ее туда же, но тут поняла, что жажда уже не так сильно, но все еще мучает, так что не стала. Наоборот сделала еще глоток, а затем завинтила крышкой остатки. Подумала, что вода еще пригодится.

Затем затравлено прошлась по комнате туда-сюда и обратила внимание, что одежда на мне новая.

Старый комплект из штанов и футболки я в весеннем лесу так неплохо изгваздала, особенно кеды и штаны, даже несмотря на то, что поверх еще костюм поддержки и куртка были надеты.

Там вообще, если вспомнить, на левой штанине в районе голени запачканная моей кровью дыра имелось. Здесь же меня переодели в чистое и нетронутое, хоть и очень похожее. Одежду вместе с бельем мне почти одинаковую каждый раз выдавали.

Диван почему-то так же бесил, как и накрытый стол, но пинать его я уже не стала. Правда и садиться тоже не захотелось.

Меня вообще какая-то брезгливость по отношению к окружающему пространству накрыла!

Потому ушла в противоположный от двери угол, который от кофе и прочих яств не пострадал, и, обняв бутылку с водой, уселась прямо на пол. Надо мной оказалось окошко.

Если подумать, с этой стороны я стены этой комнаты еще ни разу не разглядывала!

Сидела я так достаточно долго, рассматривая высокохудожественные кофейные кляксы на противоположной стене. Поняла, что это куда интереснее, чем с трещинками. Даже захотелось кисточку и краски взять и из них нормальные фигуры дорисовать. Так что я вовсе не скучала!

Был, правда, момент, когда я подумала, что наверно зря уничтожила завтрак, но потом поняла, что мне кусок в горло все равно бы не полез, так что черт с ним.

Забирать или убирать разбитую посуду сюда пока никто не заглядывал. Но тут их можно было понять. Я б тоже не решилась! Не то, чтобы я реально на кого-то бросаться собиралась, но они-то об этом не знали!

Так что обед мне тоже не принесли, хотя мой желудок уже к этому моменту так недвусмысленно мне лекцию читал, что гордость – это вообще здорово, но вот есть тоже иногда надо. Правда, не могу сказать, что его доводы меня сильно заставили раскаяться. Так что сожаления по поводу разбитой посуды так и не появились.

Из своей наблюдательной позиции я отлучалась только пару раз в туалет, бутылка воды в руках провоцировала. И именно тогда, когда вышла из соседнего помещения во второй раз, в камере обнаружился Олег. Видимо, по мне все же соскучились, и снова захотели на нервах поиграть.

Олег стоял и смотрел на меня какое-то время, прищурившись, как будто не решаясь подойти.

– Все еще бузишь? Или успокоилась? – наконец, задал он вслух явно мучавший его вопрос.

Я пожала плечами, и хотела пройти мимо, намереваясь вернуться на свой наблюдательный пост.

Но меня поймали за локоть, и в момент, когда я хотела руку из захвата выдернуть, уже куда более жёстко ее вывернули. А как только надзиратель оказался за моей спиной, достаточно легко скорректировал мое движение на выход.

– Знаешь, никому здесь не нравится тебе боль причинять, – почти доброжелательно просветили меня, – но ведь ты порой просто напрашиваешься!

– Надо же! Никогда раньше за собой подобного не замечала! – сквозь зубы пробубнила я в ответ.

А потом мне снова напялили на голову ненавистную темную тряпку. И в этот момент я внезапно осознала, что сейчас снова провоцировать на жестокость кого-нибудь начну. Ибо это просто невыносимо стало! Правда, Олег с помощью болевого захвата мои душевные порывы умело пресекал.

***

Привели меня не куда-нибудь, а в личный кабинет Крылова.

Хозяин помещения был доволен, бодр и светился, словно новая лампочка. Примерно так же он выглядел, когда в тот первый раз меня на допрос привели, ну, сразу после поимки.

Причина его нынешней радости тоже казалась вполне понятной. Не понятно было, чего еще ему надо от меня! Они ведь получили инопланетный космический транспорт? Получили! О чем еще нам разговаривать?

Про потерю думать тоже было невыносимо. Я все еще не могла поверить, что все кончено! При одной мысли об этом снова хотелось чего-нибудь разбить или кого-нибудь пнуть, но Олег за спиной бдел, и все еще контролируя мои душевные порывы весьма болезненным способом.

– Очнулась, наконец-то! – весело приветствовал меня хозяин этого балагана едва мы зашли, словно ничего особенного и не случилось.

Я вот его позитива не разделяла, так что я отвечать не стала.

Не дождавшись реакции, Крылов хмыкнул и кивнул на гостевое кресло, и Олег меня в него не просто усадил, а можно сказать запихнул. Правда, после этого сам назад не ушел, как это бывало раньше, а остался рядом бдеть дальше. Даже руку на плечо положил, как бы намекая, что рыпаться не стоит.

– Все еще буянишь? – поднял брови сидевший напротив мужчина, подперев рукой подбородок.

– С чего это мне вдруг буянить? – наконец, подала голос я, правда получилось не саркастично, как я планировала, а как-то жалко.

Мне в ответ лишь усмехнулись.

– Надо уметь проигрывать! – почти сочувственно просветили меня, – впрочем, если б ты сразу проявила благоразумие и пошла на сделку, можно было бы миновать неприятную часть.

А вот теперь я снова начала закипать. Он мог, сколько угодно строить из себя великого стратега, как будто все произошедшее было частью его великого плана, вот только я точно знала, что это не так.

Никто этот переполох не планировал! Я сама его не планировала! Все получилось почти чистой импровизацией!

– Как вы меня нашли? – все же взяв себя в руки, почти спокойным голосом спросила я.

– А мы тебя и не теряли! – усмехнулись мне в ответ.

Затем, видимо, чтобы скептичности в моих глазах поубавить, добавили:

– Немного попереживали, когда твой мотоцикл забарахлил, и ты в машину какого-то хмыря залезла. Но, к счастью, со своим чудо-костюмом ты с ним легко справилась. Так что дальше наблюдать стало спокойнее.

Я тяжело вздохнула и поникла. Неужели меня действительно все это время отслеживали?

– Если это все было частью вашего плана, на фига тогда мой аэроскутер дырявить? Вместе с моей ногой, между прочим! – фыркнула я.

– Никто не ожидал от тебя такой прыти, конечно, – нехотя, но все же признал собеседник, – у народа нервы сдали! Но потом, оценив обстановку, мы пришли к выводу, что происходящее не так уж и плохо. Байк у тебя, конечно, шустрый был, но догнать и утихомирить мы тебя могли почти сразу.

– На меня прицепили какой-то маячок? – спросила я уже очевидное в принципе, подумав, что он точно не на одежде был, иначе я бы его заметила. Тогда где?

Крылов лишь многозначительно усмехнулся, но не ответил. Видимо, решил сохранить интригу на случай, если я снова найду способ выйти из-под контроля.

Стало как-то совсем неприятно!

Получается, попав сюда, я изначально неправильно оценила ситуацию. Я-то думала, что выбраться будет сложно, но если напрягусь, то способ найду.

Но сейчас возникал вопрос, а вообще возможно ли это было с таким-то поводком изначально? А ведь теперь они забрали мой единственный доступный способ улететь отсюда!

Я закрыла глаза и снова сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть хоть какое-то подобие самообладания.

– И что дальше? Вы получили, что хотели, – как-то надрывно вырвалось у меня, но затем снова взяла себя в руки и добавила уже почти нормальным голосом, – ведь, я вам больше не нужна!

– Ну, не прибедняйся, – как-то даже возмутился Крылов, – когда реально хочешь, ты можешь быть очень полезной! С упрямством пока непонятно, что делать. А так, с кораблем ты могла бы нам очень сильно помочь!

Вот с этим реально вряд ли!

– Неужели, вы меня к моей технике подпустите? После всего, что случилось! – у меня даже нервный смешок вырвался от такого предположения.

Собеседник прищурился.

– Не подпустим! Доверие вещь хрупкая, заново его придется заслуживать очень долго, – он поморщился, затем добавил, глядя мне в глаза, – как и привилегии.

Теперь уже поморщилась я. Не собиралась я ничего заслуживать! Ничего хорошего меня теперь все равно не ждало! Смысл упираться?

Крылов, видимо, верно, истолковав мою реакцию, решил добавить.

– В любом случае, мы найдем тебе применение, но этот вариант тебе, может, и не понравится! – не то, чтобы мне угрожали, скорее информировали.

Я невольно вспомнила свои волшебные ощущения после пробуждения.

– Доступ к системе смогли получить? – кисло усмехнулась я.

– Вполне, – хмыкнул Крылов в ответ.

Да уж. Я использовала своего неприятного попутчика для разблокировки его телефона, чтобы воспользоваться интернетом и навигатором на его смартфоне. А эти люди уже использовали меня в бессознательном состоянии, чтобы получить доступ к системе управления моим летательным аппаратом. А может, и с базой-браслетом догадались таким же образом поработать.

Учитывая языковой барьер и ограничения, зашитые в системе, я не думала, что этот доступ им сильно помог в чем-то реально серьезном, но и ежу понятно, что с ним удобнее разбираться и исследовать, чем без него. На борт без меня они бы точно попасть не смогли бы!

А еще я была уверена, они очень даже впечатлились тем, как на меня реагировал мой транспорт. Это даже, пока я в отключке находилась, заметил бы и слепой. И обоснованное подозрение, что в сознательном состоянии это взаимодействие будет куда более тесным, и для них неконтролируемым, тоже наверняка появилось. Потому, даже если бы я постаралась изобразить искреннюю лояльность и покорность, едва ли кто-то рискнул бы провести такой эксперимент. А меня от одной мысли чего-то еще изображать уже передергивало!

– И сколько меня под седативами продержали? – зачем-то решила уточнить я.

– Пока пару дней, – все же ответил Крылов после паузы, при этом он даже взгляд отвел, но затем добавил, уже твердо глядя мне в глаза, – дальнейшее же только от тебя зависит!

Я не ответила, а просто отвернулась. Чего-то не верилось мне в дальнейшее!