Текст книги "Мужчины на одну ночь"

Автор книги: Светлана Алешина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Вика открыла перед Ларисой дверь кабинета со знакомой надписью «Директор».

– Кажется, Игорь Владимирович еще спит.

– Я понимаю, что это не очень гуманно, но мне кажется, его надо разбудить.

– Я полностью с вами согласна, – одобрительно кивнула Вика. – К тому же у него на одиннадцать часов назначена встреча, поэтому будить его все равно придется.

Вика подошла к развалившемуся на полу Игорю и потрясла его за плечо. Тот даже не пошевелился.

– Это надо было так вчера надраться! Как же он сегодня будет вести переговоры? – раздраженно проговорила Вика. – Игорь, просыпайся, к тебе люди пришли!

Но директор и не думал этого делать. Он продолжал лежать в том же положении, в каком его нашли Лариса с Викой. Котову стало уже настораживать такое поведение Крылова.

– Вика, а он дышит? – со страхом спросила Лариса, будто боялась услышать ответ.

Толстая испуганно посмотрела на частного детектива.

– Вы думаете, он… – Вика не договорила.

Она нагнулась к Крылову и тут же в ужасе отскочила от него.

– Он… Мне кажется, он мертв, – прошептала девушка.

Лариса решила проверить сама. Она подошла к Крылову и нащупала пульс.

– Пульса нет, – обреченно сказала Котова.

– Он мертв?! Игорь мертв?! Скажите мне, что это не так! – со слезами на глазах попросила Вика.

Но Лариса уже молча набирала номер Карташова.

– Олег? Доброе утро, товарищ полковник. Это Лариса тебя беспокоит. Узнал? Очень хорошо. Олег, ты только не нервничай, но Крылов к тебе сегодня не придет… Когда? Уже никогда, Олег. Он мертв… Да, совершенно верно, ты не ослышался. Хорошо, я жду тебя здесь.

Лариса положила мобильник в сумку и посмотрела на Вику. Толстая сидела за своим столом и тихо скулила. Как скулят собаки, оставшиеся без хозяина – тихо и жалобно.

– Этого не может быть, не может этого быть, – повторяла девушка одни и те же слова. – Лариса Викторовна, может, мы ошиблись, может, Игорь все-таки спит?

Ларисе очень хотелось сказать Вике, что ничего страшного не случилось, что все наладится, но Котова была волшебницей у себя на кухне, но никак не в жизни.

– Вика, я не знаю, что вам сказать, мне кажется, что здесь все слова будут лишними.

– Но кто мог это сделать? Кому надо было их убивать? Одного за другим?

– Я обещаю вам, Вика, что мы это узнаем и обязательно найдем убийцу.

– Да что толку-то? – Вика посмотрела на Ларису невидящим взглядом. – Их обоих все равно не вернуть.

– Но зато мы накажем тех людей или того человека, кто это сделал.

– Око за око, зуб за зуб? – печально улыбнулась Вика.

– Что-то вроде того, только по закону.

– По какому такому закону?

– По человеческому, Вика, по человеческому.

– Значит, одного Игоря прирезали как барана на глазах у всех, а другого просто усыпили как старую сторожевую псину, которая больше не может служить своему хозяину. Вы про этот человеческий закон говорите, Лариса Викторовна? – с вызовом спросила Вика.

Котова не знала, что ответить на это. В чем-то Толстая была права, Викины слова задели Ларису и взволновали ее. Но не могла же Котова сказать Вике, что она полностью с ней согласна. Все-таки Лариса представляла интересы правоохранительных органов. Котова нашла в аптечке валерьянку и дала ее Вике со словами:

– Вот, возьмите, вам должно стать легче.

– Спасибо, но мне кажется, что этого будет мало, не поможет мне валерьянка. Я лучше последую примеру шефа и напьюсь до чертиков, а потом будь что будет, убьют, значит, судьба такая.

Вика беззвучно засмеялась.

– Представляете, Лариса Викторовна, вы завтра приходите сюда, чтобы поговорить со мной, и находите меня примерно в таком же положении, – она махнула рукой в сторону мертвого Крылова. – Представляете, Лариса Викторовна, сколько смеха-то будет?! Только я так поняла, что убийца повторяться не любит, он каждый раз придумывает что-то новенькое.

– Успокойтесь, Вика, – приказала Котова. – С чего вы взяли, что Крылова убили?

– Так ведь он же не дышит, значит, мертвый, – растерянно произнесла девушка.

– Понимаете, Вика, быть мертвым и быть убитым – это несколько разные понятия, – попыталась объяснить Котова.

– Не понимаю, – призналась Вика.

– Все очень просто. Крылов мог умереть самостоятельно в результате алкогольного отравления, понимаете?

– Немного. Только я все равно больше склоняюсь к тому, что Крылова тоже убили.

– Почему?

– Потому что Игорь никогда не пил всякий суррогат. А я не думаю, что шотландским виски, которое так любил шеф, можно отравиться, понимаете, Лариса Викторовна?

– Понимаю, – кивнула Котова в знак согласия. – Но только до результатов вскрытия мы все равно не должны делать каких-либо выводов.

– Вот будет здорово, – засмеялась истерически Вика. – Крылова будут вскрывать, чтобы понять, что его убили. Вот смешно, правда, Лариса Викторовна? А я и так, без помощи патологоанатома, знаю, что Крылова Игоря Владимировича убили в собственном кабинете.

Истерические смешки Вики постепенно переросли в хохот. Лариса не представляла, что ей делать с Толстой до тех пор, пока не приехали милиция и «Скорая».

– Вика, выпейте валерьянку! – снова приказала Лариса, протягивая девушке таблетки.

– А я не хочу, – замотала головой та, словно маленькая девочка, которой вместо мороженого дают банку ядреной горчицы.

Вика принялась хохотать еще громче. Котовой ничего не оставалось, как, изловчившись, засунуть обезумевшей девушке валерьянку в рот.

– Что это вы делаете, Лариса Викторовна? – отплевываясь, поинтересовалась Вика.

– Пытаюсь тебя утихомирить, а то ты совсем разбушевалась.

На какое-то мгновение Толстая утихомирилась. Она сложила руки на коленях и стала, что-то напевая, разглаживать складки на юбке. «Только сумасшедшей мне еще и не хватало», – подумала Лариса, подсаживаясь к девушке.

– Вика, ну что с тобой?

Лариса намеренно перешла на «ты», такое обращение больше располагало к доверительной беседе. Вика посмотрела на Ларису.

– Можно я буду называть вас просто Ларисой?

– Конечно, – согласилась Котова.

– Лариса, вы когда-нибудь видели вещие сны?

Этот вопрос для Котовой был более чем неожиданным. Она могла предположить все, что угодно, но только не это. Но все-таки оставлять вопросы без ответов было не очень вежливо, особенно если учитывать всю деликатность ситуации.

– Вроде нет. А почему ты об этом спрашиваешь?

– Потому что совсем недавно мне приснился гроб, в котором лежал мой Игорь. Мы с Крыловым стояли около него и плакали. А потом я на секунду отвлеклась от гроба, а когда вновь к нему повернулась, то там уже лежал не мой Игорь, а Крылов. Когда я проснулась, то подумала, что видеть во сне человека мертвым, означает, что он будет долго жить. А еще я подумала, что этот сон мне приснился к тому, что, когда Игорь узнает о моей измене, он не простит и как бы умрет для меня.

Вика снова заплакала, но уже без истерики. Она опустила голову на плечо Ларисы. Котова чувствовала, как содрогается от слез ее худенькое тело. «Бедная девочка, мало того, что любимый уличил ее в измене, так ей еще пришлось пережить две смерти подряд. Сначала любимого, а потом друга и шефа», – подумала она.

Лариса погладила Вику по спине.

– Поплачь, девочка, не стыдись своих слез. Поплачь!

В это время в офисе «Эврики» появился Карташов со своими ребятами.

Глава 10

– Здравствуй, Лариса Викторовна.

– Привет, Олег Валерьянович.

– Что-то в последнее время ты мне все чаще трупы подкидываешь, товарищ Котова.

– Ну, так кто-то же должен следить за тем, чтобы ты был в форме, а то полковника получил, теперь зазнаешься, отрастишь себе живот. Фу, гадость какая!..

– Ладно, давай оставим шутки, – серьезным тоном проговорил Карташов. – Рассказывай, что да как.

– Когда я вчера ехала домой, мне позвонил Степаныч и сказал, что некто Крылов меня разыскивает. Я поехала сюда, в офис. Крылов был в стельку пьян, не мог связать и двух слов. Поняв, что ловить мне нечего, я отправилась домой, а сегодня утром вернулась, чтобы закончить наш разговор. У входа мы встретились с Викой. Никто из нас и не предполагал, что Игоря Владимировича мы уже не застанем в живых.

– Как скоро вы это обнаружили?

– Минут через пятнадцать. Вика стала его будить, потому что на одиннадцать утра у Крылова была назначена встреча, а он так и не проснулся. Я пощупала пульс, он не бился.

– Все понятно, – вздохнул Карташов.

Олег дал распоряжения своим и отозвал Ларису в сторону.

– Ты мне ничего не хочешь больше сказать? Мне кажется, что ты еще что-то видела.

– С чего ты взял?

– Лариса, я же не просто так стал полковником. Взяток никому не давал, к начальнику не подлизывался, но полковником тем не менее стал. У меня нюх на такие дела.

Лариса некоторое время посомневалась, стоит ли Карташову говорить про Милу. Ей хотелось сначала поговорить с ней, а потом уже отдавать на растерзание Карташову или Гунину. Но Котовой не хотелось лгать Олегу, он мог обидеться. Зачем портить отношения с человеком, который тебе еще не раз поможет и выручит.

– Когда вечером я отъезжала от офиса, то видела, как сюда заходила Людмила Полякова, – вздохнула Лариса.

– А ты видела, как она выходила обратно?

– Нет, я уехала раньше. Но заходила в офис, однако они меня не видели.

– Все? – сурово спросил Карташов.

– Не совсем. Еще я слышала, как Полякова уговаривала Крылова выпить с ней шампанского. Он, правда, отказывался, но кто знает, что было дальше, – пожала плечами Лариса.

– Полякова знает. Она тебя видела?

– Не думаю, если и заметила, то только мою машину, но ведь она не знает, кто ее хозяин. Потом на улице было уже темно, а она не больно-то смотрела по сторонам. Полякова заходила в офис с таким видом, словно ее там ждали. Конечно, выражение ее лица трудно было увидеть, но могу только предположить.

– Ох, Лариса, поражаюсь я твоей способности всегда оказываться в нужный момент в нужном месте!

– Так ведь и мы не лыком шиты, – улыбнулась Котова.

Она посмотрела на Вику, та по-прежнему сидела неподвижно, автоматически разглаживая складки на юбке.

– Олег, можно тебя попросить?

– Смотря о чем.

– Не допрашивайте сегодня Вику! Лучше меня помучайте, если хотите, мы вошли с ней вместе, и о том, что Игорь мертв, мы тоже узнали одновременно.

– Все возможно, но почему ты об этом просишь?

– Мне кажется, она немного не в себе. Боюсь, что у нее произойдет сдвиг по фазе. Не знаю, что было бы со мной на ее месте, – вздохнула Лариса.

– Ладно, не бери в голову. – Карташов осторожно дотронулся до руки Котовой.

– Вы меня сейчас будете допрашивать, или мне подъехать позже?

– Как хочешь, – пожал плечами Карташов. – Если честно, нам сейчас некогда с тобой заниматься. Дел по горло! Пока все обыщешь, пальчики снимешь, часа три пройдет, не меньше. Ты лучше подъезжай где-нибудь к часу, тогда и поговорим, а твою Толстую мы оставим на завтра. Надеюсь, вся эта история не какой-нибудь безумный план маньяка. А то очень интересно как-то получается: по одному истребляются сотрудники «Эврики». Не нравится мне все это.

– А кому же, Олежка, это может понравиться? – развела руками Лариса.

– Ты сейчас в «Чайку»?

– Да, надо узнать, как там дела, а то Степаныч, не дай бог, подумает еще, что я все хозяйство на него свалила.

– Ну, давай, – кивнул Карташов.

– Я подумала, может, стоит Вику домой подвезти, а то она сидит ни жива, ни мертва. Опасно ее в таком состоянии отпускать одну.

– Тоже правильно! Довези ее. Может, она тебе по пути что-нибудь интересное расскажет.

– Ты прав, – улыбнулась Лариса.

Котова подошла к Вике, тихонько взяла ее за плечо и слегка потрясла:

– Вика, поедем, я отвезу тебя домой.

– Хорошо, – безропотно согласилась та.

Лариса помогла девушке подняться, довела до машины. Там она усадила ее в «Ауди» рядом с водительским местом, на всякий случай пристегнув Толстую ремнем безопасности.

– Вы со мной обращаетесь как с маленькой, – улыбнулась Вика, когда Лариса уже вырулила со стоянки для работников и клиентов «Эврики».

– Не как с маленькой, а как с человеком, которому сейчас нужна помощь, – уточнила Лариса.

– Я не хочу домой, – тихо проговорила Вика, уставившись на дорогу.

– Хорошо, тогда скажи, куда ты хочешь, я отвезу.

– Не знаю куда, но не домой. Может, на Волгу, то есть на набережную. Знаете, мы с Игорем там часто гуляли. Строили планы на будущее. Мы там впервые поссорились, и по такому глупому поводу, просто смешно, – Вика заулыбалась. – Мы никак не могли с ним определиться, как назовем своих детей. Игорь хотел, чтобы были Максим и Ирина, а я на Максима еще была согласна, но Ирина для меня уж слишком… Я всегда хотела, чтобы у меня дочку звали Мариной. Игорь был против. Вот мы и поругались тогда, потому что никак не могли договориться. Сейчас это кажется таким смешным и глупым.

– Вика, у тебя все еще впереди, все наладится, – попыталась успокоить ее Лариса.

– Может быть. Но я все думаю: вдруг наша «Эврика» кому-то насолила, поэтому нас и истребляют по одному? – Лариса испугалась: Толстая почти слово в слово повторила то, что сказал Ларисе Карташов буквально несколько минут назад.

– Вика, не надо думать о плохом, может, все обстоит совсем не так, как вы думаете.

– Может, вы и правы, – равнодушно согласилась Вика.

– Вика, расскажи подробнее, чем занимается «Эврика».

– Мы разрабатываем охранные системы и продаем их. Вообще-то база клиентов у нас уже наработана, поэтому покупателей мы не ищем, они сами к нам приходят. Некоторые из них даже советуют своим партнерам и знакомым обращаться к нам. «Эврика» на рынке уже пять лет, нас все знают и отзываются о нас как о компетентной организации.

– А конкуренты?

– Вы будете смеяться, но у нас их практически нет. Тарасов город маленький, ему не нужно большое количество подобных организаций. Наш основной конкурент – «Компьюноушен», но они в последнее время на рынке заняли немного другую нишу. Они тоже разрабатывают программы, но теперь они больше специализируются на компьютерных играх.

– То есть их вы тоже вытеснили, – заключила Лариса.

– Да, наверное, так.

– Вика, может, заедем куда-нибудь, перекусим немного?

– Давайте, только не в «Чайку». Вы меня, Лариса, извините, но я в ваш ресторан, наверное, больше никогда не приду.

– Это твое право, – с пониманием согласилась Лариса. – Я предлагаю посидеть где-нибудь на набережной, в летнем кафе. Если ты, конечно, не против.

– Нет, абсолютно не против. Я люблю смотреть на Волгу, мне становится спокойно и легко. Когда я в плохом настроении или меня одолевает депрессия, я всегда иду на набережную. Таким провинциальным городам, как Тарасов, очень повезло, что они стоят на берегу Волги.

– Согласна с тобой! Когда на улице стоит невозможная жара, от которой просто сходишь с ума, ты знаешь, что рядом есть Волга, которая поделится с тобой своей влагой и прохладой. Не факт, что ты всегда найдешь возможность воспользоваться этим, но от одного осознания, что река рядом, становится отраднее.

Лариса остановила машину недалеко от въезда на набережную.

– Вика, хочешь, мы немного прогуляемся пешком? Все-таки там пешеходная зона, много детишек бегает. Я, конечно, могу подъехать прямо к кафе, но это будет выглядеть как-то демонстративно. Не люблю, когда люди с деньгами пытаются показать, что они лучше простых смертных и им все дозволено, хотя на самом деле все обстоит совсем не так.

– Думаю, если мы немного прогуляемся, ничего страшного с нами не случится.

– Тогда пошли, – сказала Лариса, выходя из машины.

Котова поставила «Ауди» на сигнализацию, и они с Викой пошли искать кафе.

– Смотрите, Лариса Викторовна, какая красота! – Вика не отводила восхищенного взгляда от раскинувшейся перед ней Волги. – Какая мощь и спокойствие! Глядя на все это величие, понимаешь свое ничтожество и беспомощность перед этой стихией.

Лариса подошла к Вике и остановилась рядом с ней. Всю свою жизнь Котова прожила в Тарасове, ей не раз представлялась возможность перебраться куда-нибудь в другое место. Но Лариса никогда не хотела уезжать из Тарасова, ей нравилось жить здесь.

– Знаете, Лариса, – тихо проговорила Вика, – когда мне становится совсем плохо, как это было после нашего разрыва с Игорем, или когда усталость валит с ног, я бросаю все дела и выбираюсь к подруге, которая живет далеко за городом. Поездки к ней редки, но она – самое близкое мне существо. Я еду к ней электричкой, потом еще долго бреду пешком. И каждый раз, когда я выхожу из вагона, со мной происходит одно и то же: на мгновение я теряю слух, немею и замираю – так оглушает меня тишина, на плотную стену которой я натыкаюсь почти физически, так меня поражает безлюдье. Но в следующий миг в этой тишине оживают звуки – теньканье синиц, свист ветра, поскрипывание стволов сосен, а потом эти звуки обрушиваются на меня лавиной, волна за волной. Я становлюсь свободной и легкой. Мне кажется, что у меня вырастают крылья и я могу летать. Представляете, Лариса, однажды я даже расставила руки, и мне показалось, что я вот-вот полечу, как птица, оторвавшись от земли и поднявшись над житейскими проблемами… А еще знаете, там, в лесу воздух обретает прозрачность, я вдыхаю его полной грудью и боюсь задохнуться от переизбытка едва уловимых лесных ароматов… Вы считаете меня сумасшедшей? – Вика посмотрела на Ларису.

– Нет, почему же. Мне кажется, это прекрасно, когда человек способен чувствовать природу, когда он ощущает себя ее частицей. На этом построены все восточные философии. А йоги годами бьются над тем, чтобы воссоединиться с природой, снять с себя пелену и увидеть пустоту. Но не ту пустоту, о которой мы привыкли думать, а совсем иную, не разрушающую, а, наоборот, созидающую. Люди так все время куда-то торопятся, что им некогда остановиться на мгновение, чтобы насладиться им в полной мере, некогда заглянуть внутрь себя, чтобы подумать.

– А вы замечали, Лариса, что в лесу время замедляет и даже останавливает свой бег, словно в сказке? Там оно к тебе не враждебно, как в городе, оно течет не для того, чтобы состарить тебя, а чтобы ты смогла насладиться каждой минутой жизни, понять, как она прекрасна и бесценна. Ой, – спохватилась Вика, – что-то я заболталась, мы сюда вроде поесть пришли, а не философствовать.

– Ничего страшного, этот наш разговор позволил мне лучше тебя понять. А что касается философии, то она заставляет человека размышлять, а это неплохая зарядка для мозгов. Нельзя же все время думать только о своей физической оболочке. Однако поесть все же не помешает.

Лариса с Викой выбрали тихое кафе с живописным видом на Волгу, сели за самый дальний столик.

– Что будете заказывать? – к ним подошла молоденькая девочка-официантка, на бейдже которой было написано «Анна».

– А вы нам меню не предложите? – спросила Лариса.

– Минуточку, сейчас принесу, только я хочу вас сразу предупредить, что сейчас утро, поэтому у нас не все блюда готовы.

– Тогда скажите, что у вас есть, – попросила Котова.

– У нас есть три вида салатов: крабовый, оливье и весенний, – бойко начала Анна. – Из горячего только курица-гриль, шашлык из курицы, филе курицы под майонезом и отбивная.

– Тоже из курицы? – поинтересовалась Вика.

– Нет, отбивная у нас из свинины, – не поняла шутки Аня.

– А кофе есть? – спросила Лариса.

– Есть, а еще только что привезли свежие круассаны.

«Про круассаны они, конечно, загнули, – подумала про себя Лариса, – скорее всего это обычные булочки, но главное, чтобы они были свежими».

– Мне чашку кофе с булочкой и крабовый салат, – попросила Лариса.

– А я бы съела отбивную. У вас есть пиво?

Аня молча кивнула.

– Тогда мне отбивную и легкое пиво, – заказала Вика.

– Хорошо, будет выполнено, – улыбнулась Аня и упорхнула.

– Лариса, вы не будете против, если я закурю?

– Нет, курите.

Вика достала сигареты.

– Я думала над вашим вопросом по поводу того, что Крылов и Кудасов могли что-то не поделить с конкурентами, или что-то еще в том же духе, – начала разговор Вика. – Но, если честно, я ничего об этом не слышала. И потом, я думаю, что Игорь мне обязательно об этом сказал бы, у нас не было друг от друга секретов. Я понимаю, что это звучит, может быть, и наивно, но все так и было.

– Ты хочешь сказать, что Игорь не мог утаить от тебя такое?

– Да, – уверенно кивнула Вика. – Примерно полгода назад Игорь разработал новую программу. Это был настоящий прорыв. Я веду к тому, что Крылов ничего не знал о разработках Кудасова, но от меня Игорь утаить этого не мог.

– Он не доверял Крылову?

– Здесь дело не в доверии. Скорее Игорь просто не хотел разочаровывать друга и шефа в случае неудачи. Когда программа заработала, Игорь первым делом посвятил в это Крылова. Я пыталась уговорить его продать программу где-нибудь в Москве, потому что это сулило огромные деньги, но Игорь назвал такой поступок предательством, на которое он не способен. Вы только не подумайте, что я такая меркантильная. Здесь дело немного в другом. Понимаете, «Эврика» – достаточно известная фирма в России. Но нас знают как организацию, знают, что Крылов директор. Но никто не знает, что генератором идей был Игорь. Если бы он оформил патент и заявился самостоятельно, то его бы узнали. Он имел бы возможность выйти со своей программой на мировой уровень, а это, как вы понимаете, дает большие возможности.

– А ты не пыталась об этом поговорить с Игорем?

– В том-то и дело, что пыталась. Я не раз говорила ему, как это важно для нашего будущего. Это, конечно, очень здорово, что он так ценит дружбу, но надо как-то и самому продвигаться. Знаете, что Игорь мне ответил? Он поведал мне интересную историю об одном римском императоре. Так вот, этот самый император, забыла его имя, в разгар своего правления оставил свой высокий пост и ушел выращивать капусту. Когда за ним пришли, чтобы уговорить вернуться обратно, он сказал: «Если бы вы видели, какую капусту я вырастил, то перестали бы меня уговаривать». Мораль сей истории такова – не все хотят управлять государством и становиться знаменитыми, кому-то больше нравится выращивать капусту в тихом и спокойном месте или создавать программы, как это делал Игорь.

– Вика, расскажи мне о ваших сотрудниках. Может, кто-то из них…

– Рассказать мне не сложно, но я не думаю, что это кто-то из них. Ни к чему им. Зарплату получают приличную, а гениальностью до обоих Игорей не дотягивают. Состязаться им в этом трудно, особенно с Кудасовым. А ведь в основном за счет его разработок мы и жили.

– А сколько человек у вас работает в фирме, то есть теперь уже работало?

– Не считая Игорей и меня, еще три человека: два помощника Кудасова и охранник. Убираюсь я сама, поэтому уборщицу не держим.

– А есть какой-нибудь менеджер по персоналу или работе с клиентами?

– А зачем? – пожала плечами Вика. – Организация у нас небольшая, я сама легко справляюсь со всеми обязанностями. Клиентская база у нас наработанная, поэтому особых проблем нет.

– А как зовут этих помощников Игоря?

– Николай Решетников и Костя Печорин. Они еще учатся на мехмате, но мальчики толковые, схватывают все налету, однако пока самостоятельно ничего разрабатывать не пробовали. А теперь, после смерти обоих руководителей, даже и не знаю, как все повернется. Мне кажется, что теперь мы не выживем, потому что мальчики самостоятельно не потянут.

– Выходит, что никому из ваших эти смерти не выгодны? – задумчиво проговорила Лариса.

– Совершенно верно. Теперь нам всем придется подыскивать другую работу или что-то придумать в срочном порядке, потому что держаться на прежнем уровне мы уже не сможем… Ой, я забыла позвонить клиентам и отменить встречу, – спохватилась Вика.

– На, позвони, – Лариса протянула ей свой мобильник.

– Спасибо.

Пока Вика разговаривала с клиентами и извинялась, что встреча отменяется, Анна принесла заказ.

– Простите, что немного задержалась, долго разогревали отбивную.

– Ничего страшного, – улыбнулась Лариса.

«Какая наивная простота, – про себя улыбнулась Лариса. – Разве можно так открыто говорить клиентам, что отбивную только что разогрели? Хотя в принципе эта забегаловка на ресторан не тянет, поэтому можно и простить им эту оплошность».

– Все, спасибо, – Вика протянула Ларисе мобильник.

– Договорилась обо всем?

– Да, я сказала им, что Игорь Владимирович сегодня в силу непредвиденных обстоятельств с ними встретиться не может. А что я еще могла сказать? Что его убили?

– Вика, ты все сделала правильно, не стоит сейчас говорить о случившемся. Пресса об этом, конечно, обязательно узнает и предаст огласке, но я считаю, что лучше пусть они узнают из нее, чем от вас.

Лариса посмотрела на Толстую, у которой снова выступили на глазах слезы.

– Лариса, я кое-что хочу вам сказать еще. Не думаю, что обоих Игорей убил кто-то из наших – им это было крайне не выгодно. По-моему, я вам все уже объяснила.

– А конкуренты? – задала Лариса следующий вопрос, который напрашивался сам собой.

– У этих было выгоды больше, – согласилась Вика, отрезая кусок отбивной и делая большой глоток пива.

– Значит, начнем проверку с них, – уверенно заявила Котова. – Ты мне не подскажешь адрес фирмы?

– Конечно, подскажу. Рабочая, дом шестьдесят дробь семьдесят два, на углу Рахова.

– Спасибо. – Лариса достала из сумочки записную книжку и аккуратно занесла в нее продиктованный адрес.

– Лариса, вы не обидитесь, если я попрошу вас теперь оставить меня одну? Мне сейчас надо побыть в одиночестве, все взвесить, решить для себя кое-какие вопросы.

– Конечно, Вика, без проблем, – согласилась Лариса. – Только пообещайте, что не натворите никаких глупостей.

– Обещаю. Максимум, что я сегодня сделаю непристойного, так это напьюсь до чертиков. Но, по правде сказать, после этого случая с Игорем я теперь не скоро решусь выпить хоть глоток огненной воды.

Лариса посмотрела на Вику изучающим взглядом. На вид девушка казалась спокойной, от утренней истерики не осталось и следа. Говорила и мыслила она тоже разумно, поэтому у Ларисы не осталось никаких сомнений в том, что она в порядке.

– До свидания, Вика, – сказала Котова, поднимаясь из-за стола. – Мне очень жаль, что мы познакомились при таких печальных обстоятельствах. С вами очень приятно разговаривать. В последнее время это большая редкость – по душам поговорить с человеком.

– До свидания, Лариса, – Вика улыбнулась и помахала рукой.

Лариса ушла с не совсем легким сердцем. Ее насторожили слова Карташова, которые позже почти точно повторила Вика, – о том, что у кого-то есть дьявольский план уничтожить сотрудников «Эврики».

«Если дело обстоит именно так, как они говорят, тогда мы имеем дело с настоящим маньяком, такого человека надо лечить», – подумала Котова.

Лариса села в машину и направилась в «Чайку», где через час была назначена встреча с Карташовым.