![](/files/books/160/oblozhka-knigi-k-chertu-mechty33-si-318445.jpg)
Текст книги "К чёрту мечты! (СИ)"
Автор книги: Сусанна Ткаченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
Прямо перед дверями изолятора, мне стало совсем страшно, и я застыла в нерешительности. Что же я делаю? Доиграюсь ведь! Нахлынуло чувство, что я сейчас добровольно лечу в ловушку и как только шагну внутрь, она навсегда захлопнется. Хотелось бежать домой и плевать на метку нарушителя, но за моей спиной внезапно появился Тимьян. Он, наверное, наблюдал из темноты за моими метаниями и, заметив, что я трусливо топчусь у порога, решил подтолкнуть и отрезать путь к отступлению. Сильные руки обняли и прижали мою спину к твёрдой мужской груди и, склонившись, он хрипло зашептал мне на ухо, задевая его губами и заставляя кружиться голову. Принуждая позабыть обо всех сомнениях.
– Смелее, девочка моя, – эти чувственные звуки предсказуемо превратили меня в кисель, лишая воли, здравого смысла и ослабляя колени, – я помогу, идём.
И мы сделали шаг за порог. Он так меня и не отпустил, ведя до самой лестницы, оставаясь позади. Но и у неё не разжал объятий.
– Пусти, я поднимусь сама, – я тоже шептала, потому что голосом не владела.
– Нет. Вместе. Поднимайся. Делай шаг. – Приказал он, и я подчинилась.
Тимьян поднимался на пару ступенек ниже меня, продолжая прижиматься к спине. Благодаря разнице в росте, сейчас мы оказались на одном уровне, и я шеей ощущала его жаркое дыхание, которое шевелило выбившиеся из причёски волосинки. Боги, разве я выдержу эту пытку наслаждением? Меня слегка потряхивало, и ноги с руками слушались плохо, можно сказать, что Тимьян поднимал меня на сеновал сам.
Когда мы добрались до верха, я краешком сознания отметила, что он подготовился к моему приходу: на златоцвете был расстелен огромный толстый плед и валялись подушки. Серьезный подход, он явно не хотел, чтоб кому-то из нас сено впилось в голое место. Но зря старался. Как бы у меня не сносило крышу, но сегодня ничего не будет. Я устою против него. Надеюсь. Потому что лёгкой добычей становиться не желаю, и про советы Лолис ещё помню.
Пока я настраивала себя на благоразумный лад, Тим пробрался вперёд и лёг на плед спиной, протянув мне руку.
– Иди сюда, не бойся.
– Я не боюсь, – подползла к нему на четвереньках и вложила свою руку в его.
Тим дёрнул меня на себя, и в тоже мгновение я оказалась лежащей прямо на нем, обвитая его руками, как прочными канатами. Лицом к лицу. Глаза в глаза: его карие затянуло поволокой возбуждения, наверное, как и мои зелёные.
Одновременно с этим, животом я ощущала, как сильно он меня хочет: всё это подействовало на меня как самый мощный афродизиак. Я часто-часто задышала, а из горла вырвался всхлип, послуживший сигналом к решительным действиям для Тима.
Он обхватил мою голову рукой, зарывшись всей пятерней в волосы и, притянув к себе, накрыл губы поцелуем, одновременно переворачивая нас. Меняя местами и накрывая собой.
Это был полный улёт! Я парила над землёй, и сейчас для меня существовали только его жадные губы, дерзкий язык, запах: терпкий, горьковатый, который присущ только ему одному и к которому я успела привыкнуть за время вечерних прогулок на Громе. В ушах стояли наши тихие стоны и сбившееся дыхание. Сколько это длилось – я не знаю, как и не знаю, каким чудом мне удалось вынырнуть из этого глубокого омута возбуждения. Но, когда Тим оторвался от меня всего на миг, чтоб дать нам двоим глоток воздуха, я себя ущипнула. И вдруг осознала и то, что футболка моя задрана, и то, что он лежит у меня между ног, потираясь своим каменным стояком о моё самое сокровенное. И то, что я обнимаю его ногами, да и руки мои зарылись в его вихрах, ну а ширинка на моих шортах уже расстёгнута, но, слава Богам, и они, и трусики – на месте. Это меня отрезвило и, скинув ноги с Тима, я легонько его толкнула в грудь. Кстати, рубашка на нем тоже была расстёгнута. Это я, что ли? Вот это способности!
– Один.
– Мне мало одного, Яни.
Мы не сводили друг с друга глаз, и я чётко поняла, что сегодняшнее приключение пора заканчивать, иначе точно дойдем до конца.
– Хорошенького понемногу, Тим. Слезь с меня.
– Продолжим завтра. Завтрашний поцелуй будет ещё дольше, сладкая моя.
Он не стал меня удерживать и откатился на плед, развалившись на подушке и закинув руки за голову, ничуть не стесняясь своего вздыбленного достоинства. Хотя, чего ему стесняться? Ему впору гордиться.
– До завтра, Тим.
Я отползала к лестнице: надо бежать домой и заняться кое-чем самостоятельно, чтобы снять возбуждение. Очень хочется, так сильно, что не смогу уснуть без разрядки. Думаю, Тим займётся тем же, думая обо мне.
– Буду мечтать о тебе всю ночь.
Ну, точно! Как и я, но вслух я этого не скажу.
Быстро спустилась с сеновала и помчалась домой. Интересно, я выдержу эти четыре вечера? А если не выдержу, на каком поцелуе сдамся? Ну а уж если Метелица понесёт от Грома, тот тут и к гадалке не ходи. Четыре подряд я точно не выдержу. Интересно, мне теперь надо хотеть, чтоб Метелица оказалась жеребой или нет?
Дома, сделав все, что возможно сделать самостоятельно для снятия возбуждения, я все равно промучилась с бессонницей до утра. Уж слишком сложная передо мной встала дилемма: как быть с Тимьяном и его поцелуями? Противоречивые желания раздирали меня на части, и к утру усталый мозг озарила воистину гениальная идея! Я придумала, как именно мне выдержать напор Тима три дня, и уж если дело у нас дойдёт до главного, это будет моя инициатива, а не навязанное гормонами решение.
В общем, придя на свидание во второй вечер, я уже не тряслась и с порога заявила о новых правилах.
– Тим, сегодня целуемся по-моему! Лезь на сеновал первым, – скомандовала я, и Тим ухмыльнулся. Ему нравилось, когда я включала приказной тон.
– Ты что задумала, аферистка? Помни, метка не даст тебе смухлевать и обойтись чмоком в лоб.
– Нет-нет, всё по взрослому, но на моих условиях!
– Ну ладно, даже любопытно, что ты задумала.
На этот раз он поднимался по лестнице первым, избавив меня от своего томительного давления, но опять лёг на плед, протянув мне руку, вот только у меня был для него сюрприз. Достав из кармана магические путы, я, потрясая ими в воздухе, объявила.
– Без рук.
И, пока он не очнулся, сковала запястья опасного искусителя над головой, оседлав свою жертву.
– Ах ты, маленькая стерва! Изнасиловать меня хочешь?
Глаза его смеялись, он совсем не разозлился, и его возбуждению это никак не помешало: я очень хорошо ощущала, на чём именно сижу.
А потом я взяла его лицо в ладони и поцеловала сама.
В этот раз всё было не менее волшебно, чем в прошлый, и только ощущение власти над своим пленённым мужчиной не позволило мне полностью потерять контроль: потиралась я об него грудью и своим сокровенным с полной ответственностью. И до оргазма довела нас осознанно. Только после него я освободила Тима от пут, почувствовав себя в безопасности.
– Мне понравилось, а тебе? – спросил он, когда мы приводили дыхание в порядок, раскинувшись рядом на пледе.
Он гладил большим пальцем мою ладонь, задумчиво разглядывая потолок.
– И мне. Завтра повторим.
– Ну, если тебе так спокойнее, то я не против, только учти: если Метелица беременна, я буду диктовать свои условия и лазеек тебе не оставлю.
В общем, ещё два вечера я пережила без потерь, но уже к четвёртому поцелую мы с Тимом знали, что Метелица понесла, и он довольно потирал руки перед тем как дать мне себя сковать.
– Завтра я отыграюсь, Яни! Сегодня можешь делать со мной, что хочешь!
И я делала, доводя его до безумия и хриплой мольбы о ласке. Потому что знала – это мой последний день триумфа.
Где-то в глубине души я всегда чувствовала, что моя девочка – уникальная кобыла и точно станет матерью дитя любви, поэтому не сильно удивилась факту её беременности и только ради будущего жеребёнка приняла условия новой клятвы. Ну, если совсем честно, так я себя оправдывала.
– Четыре поцелуя в один вечер и никаких пут, – заявил Тимьян на следующий день, и я безропотно приложила артефакт к своей руке подтверждая согласие.
– Будет так.
Тимьян радостным не выглядел. Почему-то он был взволнован.
– Янгелис, ты ведь не боишься, что я воспользуюсь тобой против воли?
– Нет, конечно.
Знал бы ты, Тим, что моё согласие у тебя почти в кармане. А ещё ты не знаешь, что если сегодня между нами всё произойдёт, тебе придётся уехать. Над этим решением я думала все последние дни и считаю его единственно верным. Слишком сильно я в тебе увязаю.
– Это хорошо. Помни, я никогда тебя не обижу.
Тем вечером я шла на сеновал, надев красивое бельё и вообще, внутренне готовясь переступить последний рубеж…
Всё началось, как обычно: с нашего страстного поцелуя, и Тим даже позволил мне быть опять сверху, но вот только он его прервал на самом приятном месте и сказал: «Один», а потом поднял мою рубашку вместе с кружевным бюстгальтером и припал к каменному от возбуждения соску, втягивая его в рот и нежа языком. Я вскрикнула и забилась в его руках. Это было новое ощущение, прострелившее меня от макушки до кончиков пальцев на ногах!
– Тим, что ты делаешь?
– Два! – объявил он, взглянув на меня мутными от страсти глазами и с хмельной улыбкой на губах, а потом припал ко второму соску.
Они превратились в два камешка – твёрдых, упругих и чувствительных.
Мне хотелось выгнуться дугой, но его руки тесно прижимали меня к пледу, а губы делали своё дело. Оставалось только всхлипывать и молить его о милости.
– Три, – не поддавался он мольбам.
Он сдёрнул с меня шорты вместе с трусиками, развёл ноги, и я поняла, куда будет четвёртый поцелуй.
Несмотря на всё возбуждение, на меня нахлынула волна смущения. Это ведь очень интимная ласка…
– Нет. Нет, Тим, прошу.
– Да, Яни, да, хочу тебя поцеловать именно в эти губки. Они такие пухлые и нежные, не пытайся сдвинуть ножки. Я всё равно вылижу тебя.
Можно сказать, что именно на этих словах меня покинул рассудок. А дальше. Дальше было безумие: его и моё. Он накинулся на меня, как умирающий от жажды путник на воду, как голодный зверь на пищу, как одержимый на жертву. И, конечно же, я не устояла. Позволила ему делать с собой всё, что он хотел, и даже сама молила его о большем.
– Тим, пожалуйста, хочу тебя! Хочу сейчас! Возьми меня, прошу.
– Яни, ты уверена?
– Да. Да, пожалуйста!
– Четыре.
– Плевать!
Дальше мы не считали.
Меня накрыло мощное тело, которое туманило мозг любимым запахом, а его тяжесть показалась сейчас самой необходимой, желанной и правильной вещью на свете. Я обвила Тима ногами, чтоб не вздумал уйти, и прижала к себе.
Он никуда деваться от меня и не собирался, но и не спешил исполнять просьбы: ловя стоны губами, исследовал пальцами мои жаркие глубины, подготавливая к своему вторжению. Я была близка к пику наслаждения, когда, почувствовав это, Тимьян больше не мешкал.
Он направил своё оружие прямо в готовые для него ножны. Не побоюсь этого слова. Ну а как ещё добропорядочная мейси должна описать то действо? Не «приставил член к входу в девственную дырочку» же? Правда?
Когда он сделал рывок и, преодолев преграду, оказался во мне, заполнив собой всю пустоту, я поняла – рай есть! И даже короткая вспышка боли, которую я уняла целительским даром, не омрачила это долгожданное единение.
Внутреннее чувство наполненности желанным мужчиной я не могу сравнить ни с чем. Его движения, исполненные мукой и стремлением к разрядке, его поцелуи! Я ни о чём не жалела и не пожалею никогда!
Действо длилось недолго. Экстаз нас накрыл одновременно, я это точно знаю: когда яркие вспышки заставили меня выгнуться и закричать, я слышала над ухом победный рык и почувствовала, как пульсирует его член, наполняя меня горячим семенем. Боги! Это непередаваемо!
Тим скатился с меня только спустя минут пять и, прижав к себе, запустил руку в мои волосы.
– Яни, сладкая девочка. Ты теперь моя.
Именно это меня отрезвило и заставило вспомнить всё то, что я обдумала и решила заранее.
– Тим… Я ни о чём не жалею и мне было очень хорошо с тобой, возможно, мне никогда больше ни с кем в жизни так не будет, но, пойми. Это. то, что сейчас было, ничего не значит. Мы из разных миров, и вынуждены расстаться. Прости меня, но тебе лучше уехать. Контракт выполнен, и нет смысла больше оставаться на ферме.
Глава 10 Удар
Бестемьян
Вот так, оказывается, рушатся мечты. Ночь, которая должна была стать самым ярким, важным и главным событием превратилась в то, что я никогда в жизни не захочу вспоминать. Сегодня я хотел рассказать Янгелис о том, кем являюсь на самом деле и, нет, не предложить стать любовницей, как собирался раньше. Она достойна большего и оскорблять её своим предложением я бы уже не решился.
Я хотел предложить ей начать встречаться официально и, возможно, когда-нибудь. Я, как последний влюблённый идиот, уже даже допускал мысль о совместном будущем… Но она меня опередила.
Сначала я не поверил своим ушам. Что она сказала? Я просто смотрел на неё и медленно осознавал, что только что, после самого улетного секса, который у меня был, девушка, которая отдала мне свою девственность, с виноватым видом сообщает, что это ничего не значит и просит уехать. Она сейчас сказала то, что обычно говорил я своим временным партнёршам. То, что я бы сказал Малене перед отъездом. Может быть, другими словами, но суть была бы та же.
Уму непостижимо! Булка оказалась права: Янгелис – стерва, которая готова наплевать на всех, кто не вписывается в её планы. Перед глазами появилась красная пелена, а в груди заныло сердце или, может, это была душа, которая осознала, что девушка, в которую я влюбился, меня прогоняет навсегда. Без сожаления и лишних сантиментов.
– Я понял тебя, – только и смог сказать я тихо. Голос срывался.
– Тим, прошу, прости меня. Но ты должен понять, – начала оправдываться она. – Передо мной великая цель: я должна вывести "Пегасы и Рассвет" на высший уровень, иногда мы обязаны забыть о своих чувствах…
– Не надо больше ничего говорить. Я все понял с первого раза. Уходи. Мне нужно собираться.
– Тим, ну не прямо же сейчас, утром полетите. Не нужно улетать в ночь.
В её глазах блестели слёзы, но жалости они не вызывали. Моя душа тоже рыдала навзрыд, но её никто не щадил и жалеть не собирался.
– Уходи.
– Тим, прошу. Не надо так…
– Уходи, Янгелис, – не выдержав, рыкнул я. Слишком больно её видеть, – убирайся. Хватит уже издеваться надо мной.
Она отшатнулась и, приведя одежду в порядок, покинула сначала сеновал, а потом и изолятор. Кажется, она всхлипывала, но я не уверен. В ушах стоял гул от боли, которая мне никогда раньше не была ведома.
Спустился в свои апартаменты и начал швырять вещи в сумку, вымещая на них свою ярость, словно это они виноваты в моих бедах. Потом стоял под душем минут тридцать, смывая с себя её запах и пытаясь хоть немного успокоиться. Почти не помогло, но дальнейшие сборы много времени не заняли, и примерно через час мы с пегасами уже были высоко в небе. Мы спешно покидали место, где короткое время я был так счастлив, где впервые влюбился, где мне разбили сердце, место, которое я никогда в жизни не забуду, как и ту, что использовав меня, выбросила будто старую тряпку. Если бы я умел, я бы, наверное, рыдал всю дорогу, но я не умел, и поэтому занимался самобичеванием.
Где-то в глубине души тоненький голосок совести говорил мне о том, что сам – то я ничего серьезного Янгелис пока не предлагал, и правду о себе рассказывать не спешил, а ещё, что всё произошедшее – моё наказание за прошлую разгульную жизнь. Возможно, я просто хотел найти оправдания её поступку, но легче мне от всего этого не становилось.
Однозначно, это лето преподнесло мне много важных уроков: сначала учителем выступила Розамунда, а потом и Янгелис. Спасибо им. Я прилежный ученик и теперь за пятый курс можно не переживать. С гулянками покончено.
К дому подлетели на рассвете: особняк и его обитатели спали.
Растолкал в конюшне дежурного конюха и, передав ему пегасов, поднялся в свою комнату. Завалился спать, даже не раздеваясь, и уснул мгновенно, видимо, все силы меня покинули от переживаний. Продрых без сновидений до самого обеда, но обычное облегчение (ну вот то, которое всегда бывает, когда проснёшься поутру, а вчерашняя большая проблема кажется пустяком) так и не наступило. Мне было так же больно, как и до сна, и злость моя никуда не делась, а ещё к ним прибавилась глухая тоска… По коварной стерве Янгелис.
– Что с тобой, Бест? – брат задал закономерный вопрос, когда я спустился в столовую. Вид у меня был потрёпанный. – Что ты опять натворил?
Он знал, что я вернулся под утро, неожиданно раньше, чем планировал и поэтому смотрел на меня озабочено: что тут поделать, моя репутация делала меня без вины виноватым. Только вот вся проблема была в том, что я ничего не натворил. Поморщился, это было неприятно.
– Влюбился, – буркнул я.
Нет смысла скрывать от брата сей прискорбный факт. С кем же ещё я могу поделиться наболевшим и попросить совета, кроме него?
В брате я уверен. Можно считать, что Себастиан сам меня вырастил несмотря на маленькую разницу в возрасте, и я точно знаю, что он всегда на моей стороне.
– Что? – Тиан от изумления выронил из рук вилку, – не может быть! В кого? Бест, только не говори, что ты совратил одну из дочерей Сарвет! Прошу.
– Даже не собирался, – брат выдохнул, – это она меня совратила и бросила.
Брат молча встал, подошёл к буфету, налил в фужер для вина коньяку по самые края и выпил залпом.
– Это звездец! – вынес он вердикт, когда закусил.
– Не то слово. А ещё её кобыла понесла от Грома, и вскоре на свет появится дитя любви. Тиан снова подошёл к буфету и повторил дозу коньяка в винный фужер.
– Это звездец!
– Ты повторяешься.
– Мне похрен, потому что это действительно звездец. Что думаешь с этим всем делать?
– Ничего.
– В смысле?
– В прямом. Пусть подавится, стерва меркантильная.
– Бест, расскажи мне всё подробно. Что произошло между вами?
После того как я поведал брату историю наших отношений, он попытался настроить меня на позитивный лад.
– Ты серьёзно был готов на ней жениться, наплевав на скандал?
– Если бы она полюбила Тима-конюха и ради него пошла на мезальянс – безусловно бы женился! Но вышло так, как вышло.
– Мда… Бест, может вам поговорить? Ведь она не знает, кто ты.
– Вот и пусть не знает и выходит замуж за какого-то старого аристократического пердуна.
Почему-то я тогда был уверен, что в жертвы она наметила старика с печатью. Зачем бы молодому и успешному мужчине жениться на продуманной хищнице?
– Неужели так просто всё это и оставишь? Я бы поговорил.
– Поговорили уже. Всё. Хватит. Себастиан, я тебе рассказал эту историю, потому что мне надо было выговориться, но прошу: не напоминай мне больше о Сарветах. А ещё у меня для тебя потрясающая новость. Я собираюсь стать лучшим студентом на пятом курсе и планирую обогнать соперников, возглавив рейтинг. Ты рад?
– Да не очень. У тебя шоковое состояние, братишка.
Себастиан подошёл ко мне и похлопал по плечу.
– Нет!
– Ну, нет, так нет, – не стал он спорить – А поедем-ка лучше в клуб?
– Не хочу! – мне абсолютно точно было не до клубов.
– А надо! – не проникся моими страданиями брат, и, в конце концов, мне пришлось поддаться на уговоры.
Бастиан действительно потащил меня в наш загородный клуб, где собрал всех моих друзей и закатил вечеринку, вот только мне веселее от этого не становилось. Все мои мысли были только о Янгелис и её коварстве. В конце концов, брат отчаялся.
– Бест, я не могу на тебя такого смотреть! Ну скажи, что мне сделать, чтобы тебе стало легче?
– Помоги найти компромат на Аскетиана Вача.
– А он-то тут при чём?
– Ты же знаешь. Он мой соперник в лидерстве. Хочу его уничтожить и возглавить рейтинг. Брат, не смотри на меня так! Всё хорошо! Я просто теперь сосредоточусь на учёбе.
– Ушам не верю! Но я готов тебе помочь, если тебе от этого станет легче. Что от меня требуется?
– Надо узнать его слабые места. Можешь? Мне не удалось.
– Сделаю, Бест. Но, пообещай мне, что забудешь её и станешь прежним!
– Я в порядке, брат, не переживай. Я обязательно справлюсь и выброшу из головы и сердца эту заразу.
В тот вечер я уехал домой раньше всех, но мне немного полегчало, ведь я нашёл себе цель и постарался переключиться на неё.
Сказать, что со временем я пришёл в полный порядок, не могу, хоть и делал всё, чтобы выполнить данное брату обещание. Но забывалась Янгелис с трудом. Вернее, вообще не забывалась.
Каждый вечер я ложился спать с мыслью, что её забыл, выкинул из головы и… Каждую ночь она приходила ко мне во снах прежняя: смешливая, нежная, страстная, такая моя, что утром я вставал и начинал забывать её с самого начала. Это было ужасно.
****
Хорошо, что начало учебного года было близко. Вся надежда на него! Нагрузка точно поможет мне избавиться от ненужных мыслей окончательно.
Тем более, что я подходил к пятому курсу во всеоружии, готовый рвать всех соперников на лоскуты. Интуиция меня не подвела: Аск действительно был не по девочкам. Своего любовника он прятал на окраине столицы и только благодаря нанятому Себастианом детективу мы заполучили компромат. Конечно же, я не собирался с порога начинать шантажировать противника, но, имея на руках рычаг давления, воевать было гораздо веселее.
За короткое время я произвёл отсев среди своих приятелей: рядом остались самые надёжные. Не те, с которыми было весело тусить, а те, кто пойдёт за мной в огонь и воду. Основа моей будущей команды.
В первый учебный день я впервые за пять лет собирался в академию, как на праздник: костюм – самый модный и стильный, причёска – волосок к волоску, мобиль последней модели – намыт и отполирован, а в тонкой папке планшет со всеми наработками и другими полезными вещами.
На парковку академии подъехал к девяти, заранее, как и договорились с друзьями. Парни меня уже ждали.
– Ну что, бойцы мои, готовы?
– Само собой! Есть сообщение, что Аск выехал из дома.
– Прекрасно! Перехвачу его до входа в ворота, просто поздороваюсь и намекну, что настроен решительно. Пусть даже не рассчитывает конкурировать со мной!
– Куда ему, Бест! – друзья были воодушевлены не меньше моего.
– Всё, идите в академию, я сам его встречу.
Они ушли, а я встал у магмобиля так, чтобы меня не сразу заметили, и вскоре синий мобиль Аска подрулил на стоянку и припарковался.
Я ухмыльнулся, готовясь обменяться с соперником язвительными приветствиями, и только сделал шаг навстречу, как пришлось сначала застыть в растерянности, а потом спешно ретироваться. Показываться я резко передумал, потому что наблюдал как Аск бодро выпрыгнул из своего авто и подал руку сидящей на переднем сиденье пассажирке. Первой из мобиля появилась её ручка, которую она вложила в руку Аска, и на меня нахлынули плохие предчувствия. Затем показалась восхитительно стройная ножка в изящной туфельке на высоком каблуке. И этот момент заставил меня подавился воздухом. Наверное, я тогда уже понял, кого вскоре увижу. Ну и не ошибся. Когда из мобиля показалась вся хозяйка, я даже не удивился. Просто спрятался в своём авто, ведь это была моя Янгелис, а я не готов сейчас с ней сталкиваться. Такого поворота в моём плане не было. Они под руку двинулись в здание академии, о чём – то мило беседуя, а меня накрывало бешенством.
Так вот на кого стерва нацелилась! А я-то думал, она выбрала престарелого маразматика, наивный. А ведь у неё это дело с Аском может выгореть, мерзавцу не помешает прикрытие в виде жены.
Только хрен вы оба угадали. Вам не быть вместе, голубки! Или я буду не Бестемьян Фрат!