Текст книги "Точка зеро (Мертвый ноль)"

Автор книги: Стивен Хантер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Ты начитался журналов «Солдат удачи», – проворчал Мик.

– Мик, хоть я и не служил в «Морских котиках» или «Дельте», но прошел через спецназ, как и ты. И на службе сделал достаточно дерьма, о котором не могу говорить.

– Американский бойскаут, – усмехнулся Тони Зи. – Он получит почетный значок чемпиона по пейнтболу.

Раздался смех.

– Эй, пейнтбол – слишком крутая игра. Круче, чем духовые ружья!

Снова смех. Все трое сидели в уже обжитом «Эксплорере». Впереди маячило единственное высокое здание в этом районе коттеджей и мастерских, то самое, на трех этажах которого разместилось балтиморское отделение ФБР. Хоть и ничем не примечательное с архитектурной точки зрения, оно было какого-то кремового цвета и бросалось в глаза, а свет во всех окнах делал его еще более заметным.

– Мне тоже не по душе это дерьмо, – сказал Мик. – Мне не нравится просиживать задницу, словно какой-то фараон-новичок перед салоном корейского массажа, дожидающийся появления большого политика. Дайте мне допрос с пристрастием или выстрел по лазерному целеуказателю в склад шиитских боевиков – вот это мое. Также мне очень нравится это большое ружье и нравится смотреть, как цели подлетают в воздух, когда их подстреливаешь на расстоянии мили.

– Это клево, – согласился Тони Зи. – Мне такое тоже нравится.

– Однако мы прилипли к этому старому козлу и ждем, пока он чем-нибудь разродится, – пробурчал Крекер.

– По-моему, у него душевный кризис, – сказал Тони Зи. – Я бы посоветовал ему обратиться к священнику.

– Мой боевой дух поднимают шлюхи. Какие будут предложения?

– Мы убиваем этого типа и отправляемся туда, где шлюх завались.

– Если есть мышцы, можно без труда взять любую кралю, – заметил Крекер.

– К тому же ты психопат, а это большое преимущество, когда дело доходит до того, чтобы драть шлюх. Что касается меня, то я человек обаятельный и всегда сочувствую девочкам. Они меня любят. Им не хочется сосать мой член, а хочется рассказывать мне про свою маму. Мне придется отправиться в какое-нибудь особое место.

– Под «особым местом» он понимает бордель.

– А что я могу сделать, если сексуально непривлекателен? – пожаловался Крекер. – Надеялся, что после спецназа девчонок у меня будет хоть отбавляй, но пока не получается.

– Я думал, именно поэтому ты и женился.

– Смешно, но тут с сексом тоже не вышло.

Все рассмеялись.

– Так, – встрепенулся Тони Зи, прильнув к экрану портативного компьютера. – Есть движение.

Крекер изобразил губами что-то напоминающее знаменитый сигнал горна «В атаку!» 7-го кавалерийского полка. Все трое постарались стряхнуть усталость, последние несколько часов превращавшую их в тесто.

Сидевший за рулем Мик завел двигатель, и джип медленно выехал на дорогу. Фары он не включал.

Впереди со стоянки ФБР выехал седан, повернувший направо, затем налево, направляясь к расположенному неподалеку выезду на Кольцевую.

– Свэггер в машине, – сказал Тони. – Я его отчетливо вижу.

– Может, его просто послали за горячими пончиками? – предположил Крекер.

– Едва ли, – заметил Мик.

Технику слежения они отработали до совершенства, научившись держать Свэггера в любой машине на расстоянии полутора миль, не приближаясь меньше чем на милю.

Только убедившись в том, что машина, в которой находился объект, выехала на Кольцевую, Мик сам включил фары и на умеренной скорости приблизился к гигантской транспортной развязке. Поднявшись по пандусу, он влился в очень редкий транспортный поток и поехал со скоростью меньше пятидесяти миль в час, пропуская более быстрые машины.

– Всего один съезд в город, – доложил Тони Зи, сверяясь с картой на экране портативного компьютера. – На Рейстерстаун-роуд.

Мик последовал указаниям, практически не замечая убогий квартал, куда его привела улица, полностью сосредоточенный на охоте.

– Он поворачивает направо, третья улица за зданием старого суда.

Мик тоже отсчитал нужное количество перекрестков. Выключив фары до поворота, чтобы этот колдун-психопат-снайпер-ублюдок Свэггер не обратил внимания на внезапное исчезновение света позади, он нашел Креншоу-авеню и свернул на нее. Проехав мимо больших притихших домов, свернул к обочине в двух кварталах позади машины, в которой сидели Свэггер и кто-то еще.

– Это еще что такое, твою мать? – спросил Крекер.

– Быть может, это и есть твой бордель. Быть может, у великого Боба Ли Свэггера вскочил член и он приехал в этот чайнатаун, чтобы утолить зуд. Проясняет голову.

– Да я удовлетворюсь и вторым сортом, никаких проблем, – сказал Крекер. Он и не думал шутить.

– Хорошо, – сказал Мик. – Крекер, хватай ночные очки. Ты незаметно движешься вперед и находишь какое-нибудь надежное укрытие. Наверное, лучше всего будет между машинами. Ты устраиваешься и ведешь наблюдение.

– Хо! – обрадовался тот. – Наконец-то какое-то действие!

Он выбрался из машины.

Мик проводил взглядом, как этот тощий, жилистый тип с поразительной силой в худых руках скользнул по улице, низко пригнувшись, укрываясь за стоящими машинами. Прошло несколько минут.

– Итак, – наконец послышался голос в рации, – я вижу Свэггера в машине, они просто пялятся на большой угловой дом.

– Можешь назвать адрес?

– Так, дай-ка посмотреть, дай-ка посмотреть… ага, 1216, 1216 по Креншоу-авеню.

– Что это такое?

– Большой темный дом, только и всего.

– Замечательно. Ну а дальше?..

– Они просто таращатся на дом и разговаривают, больше ничего.

– Ладно, оставайся на месте.

Достав спутниковый телефон, Мик сделал вызов.

– Боджер, надеюсь, у тебя хорошие новости, – послышался заспанный раздраженный голос Макгайвера.

– Не знаю почему, но Свэггер и какой-то тип из ФБР сейчас сидят в машине перед домом в городе, который называется… так, Пайксвилл. Адрес – Креншоу-авеню, 1216. Но они здесь лишь вдвоем, это не рейд и даже не настоящая разведка. Понимаете, они просто изучают дом.

– Креншоу, 1216… Хорошо, жди.

– Это случилось внезапно, я не знаю, сколько еще они здесь пробудут.

– Я перезвоню сразу же, как только позволит система, – недовольно проворчал Макгайвер.

Откинувшись назад, Боджер задумался.

Неужели Свэггер разыскал Круса? И тот находится в этом доме? Почему они приехали сюда? Но если Рей здесь, почему нет группы захвата? Почему никто не заходит в дом?

– Ого, они тронулись. Обогнули дом и уезжают.

– Что будем делать? – спросил Тони Зи.

– Отымей меня по полной, если знаю, – пробормотал Мик.

У него раскалывалась голова. Зи и Крекер выводили его из себя. Ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Он не нанимался на это полицейское дерьмо. Он спецназовец, обучен стрелять и взрывать, к тому же кое-что смыслит в радио. Ему довелось поработать по всему миру, и вот он сидит…

– Мииииккккк, – медленно протянул Тони.

– Да?

– Не дергайся, никаких резких движений, но я вижу на противоположной стороне какого-то типа, он направляется к этому дому. А может быть, к другому. Но это азиат, по-моему, худой, сильный, на мой взгляд, снайпер.

– Боже милосердный, – пробормотал Мик, мгновенно осознав, почему федералы не ворвались в дом.

Они также не знают, там ли Крус. И если его там сейчас нет, но он может появиться, а они нагрянут с рейдом, все будет безнадежно испорчено. Поэтому они придут на рассвете, надеясь на то, что в течение ночи все бродяги вернутся домой.

У Мика перед глазами промелькнули образы пьяных учеников тех шести школ, откуда его выгоняли. Дальше уже была прямая связь с Алабамой, с той школой, где он задержался надолго.

Его взяли с распростертыми объятиями, лучшего футбольного защитника всех времен среди учеников старших классов. Шесть великих матчей, затем легендарная встреча в Обернском университете, десять сольных блокировок. Напился в стельку. Потом – Мэри Кристиан Делау, единственная девчонка, какую он когда-либо любил. Желтый «Корвет» от мистера Бевингтона, дилера «Шевроле». «Шеви от Беви», крупнейшая автомобильная фирма в городе. «Как насчет «Корвета», Иветта?» Жуткая катастрофа.

Боджер попытался прогнать воспоминания. Он надеялся, что они больше никогда не будут его терзать. Но он ошибся. Из какого-то архива, похороненного в глубинах мозжечка, всплыло слово «общежитие».

Мик повернул голову всего чуть-чуть, и в поле зрения появился мужчина, футах в тридцати пяти, прямо на противоположной стороне улицы, быстро шагающий вперед. Явно азиатский профиль, густая копна жестких волос, накачанная мускулатура, довольно высокий, в джинсах и трикотажной рубашке. Полностью сосредоточенный на продвижении вперед, он, похоже, не заметил двух человек в джипе, стоящем напротив.

Но, черт побери, Мик не успел хорошенько рассмотреть его лицо.

Он схватил рацию.

– Идет какой-то тип по тротуару, от тебя на пять часов; мне нужно, чтобы ты хорошо разглядел его лицо в ночные очки, но не раскрывай себя. Двигайся очень медленно.

– Понял, – откликнулся Крекер.

Они ждали. Пешеход прошел мимо вереницы стоящих вдоль тротуара машин, свернул напрямую через лужайку, открыл незапертую дверь дома номер 1216 и скрылся внутри. Ни в одном окне не зажегся свет, припозднившийся жилец не заглянул на кухню за банкой пива, не отправился поболтать со своими братьями по общежитию в гостиную с телевизором. Не было никакой гостиной с телевизором, никаких братьев – только темнота.

У окна «Эксплорера» появился Крекер.

– Ну что, увидел?

– Ага. Азиат, лет тридцати, мускулистый, высокий, густые волосы.

– А ему может быть за сорок? Крусу сорок два.

– Слушай, я в этих делах не эксперт. Желтолицые старятся не так, как мы. Ему может быть тридцать, а может быть и шестьдесят.

Развернувшись, Мик достал чемоданчик, открыл его и вытащил ксерокопию фотографии сержанта морской пехоты в парадном мундире – официальный снимок по случаю присвоения следующего звания. Однако копирование стерло все нюансы, дав что-то усредненное.

– Это он?

– Черт возьми, – сказал Крекер, – может быть, и он. Точно я не могу утверждать.

– Господи, ну почему нет ответа от этого долбаного ублюдка Макгайвера! Когда он нужен, его нет… Посмотри еще, блин, и скажи, что это Крус.

Крекер изучил нечеткий снимок сначала в темноте, затем в ярком пятне света фонарика.

– Возможно, это он. Я так думаю. Знаешь, у некоторых из них лица характерные – круглые, квадратные, суровые, тупые, толстые, тощие и так далее. Этот тип похож на всех, с примесью белой крови.

– Мик, давай наведаемся в дом, – предложил Тони Зи. – Сделаем все быстро. Если Крус там, мы его прихлопнем и уйдем. Никто не успеет ничего сообразить. Долбаная входная дверь даже не заперта.

– Так не пойдет, – возразил Крекер. – Мы не знаем, сколько их там. Как нам их всех усмирить? У нас нет ни наручников, ни мешков на голову, мы оставим свои пальчики, и все будет на хрен испорчено. К тому же даже если мы увидим эту рожу вблизи в свете фонарика, как мы поймем, что это он? Мы просто ничего не будем знать.

– Ладно, малыш, – раздраженно произнес Тони, – какую светлую мысль можешь предложить ты?

– Сидеть и ждать, а там увидим.

– Ответ отрицательный, – сказал Боджер. – В любую секунду могут нагрянуть федералы, и если это произойдет, если Рей там, то мы провалили дело, все испортили, и дальше начнется черт знает что.

Оба его подельника молчали.

– Мне тоже это не по душе, – продолжал Мик. – Но я здесь не потому, что мне это нравится, и вы тоже. Так что мы это сделаем. Ради правого дела. Будет непросто. Будет хреново, но тут уж ничего не попишешь. Следующие пять секунд я готов выслушивать ваши предложения.

Молчание.

– Посмотрим на все это вот с какой стороны, – снова заговорил он. – Мы вызываем артиллерию, даем неверные координаты, и снаряд попадает в деревню. Очень плохо. Война наша, деревня чужая. У нас разрывается сердце, однако это та цена, которую приходится платить, чтобы сделать дело. Жертвы среди мирного населения неизбежны. Всем нам пришлось через это пройти.

– Мик, даже не знаю, смогу ли я, – пробормотал Тони.

– Конечно же, сможешь, – решительно заявил Мик. – Ты ковбой. Ты спецназовец. Ты на все сто процентов убийца, готовый перерезать глотку, свирепейший из свирепых. Ты Безжалостный Минг, [27]27
  Безжалостный Минг – свирепый злодей, персонаж комиксов «Флэш Гордон».


[Закрыть]понятно? Ну а ты, хохотун? Я знаю, что ты в деле.

– Мне это тоже не нравится.

– Нравится, не нравится… Надо просто сделать это. Дай мне долбаные ночные очки. Я пойду первым.

Отряд контрактников,

1216, Креншоу-авеню,

Пайксвилл, штат Мэриленд,

04.15

Это не понравилось никому. О подобных вещах никогда не будет бахвалиться ни один солдат. Ничего героического, только пистолеты с глушителем. Убивал Мик. Они незаметно проскользнули в дом. Крекер шел первым с прибором ночного видения. Мик следовал за ним вплотную, с «Береттой М9» и глушителем «Джемтек». Ни стука в дверь, ни криков – ничего.

Они бесшумно прошли на первый этаж и, двинувшись по коридору, наткнулись на спальню. Крекер толкнул дверь. Тони, также с «М9» с глушителем, остался прикрывать тыл. Мик вошел, обнаружил цель и выстрелил.

Двое-трое дернулись, получив попадания пуль. Посланцы смерти поднимали крошечные гейзеры обрывков материи, может быть, мельчайших капелек крови, превратившихся в туман даже от такой сравнительно невысокой дозвуковой скорости.

Боджер стрелял в среднюю часть тела. Никто не кричал. Никто не устраивал никаких сцен. Комната за комнатой, комната за комнатой. Крекер держал сложенную пригоршней ладонь справа от патронника пистолета, так что выброшенная стреляная гильза ударяла ему в руку и отражалась вниз. После того как стрельба в комнате завершалась, он подбирал с пола их все до одной, считал израсходованные патроны и протягивал Мику новую обойму. Комната за комнатой, этаж за этажом. Запах мужчин, живущих вместе, дешевого мыла, табачного дыма. Звуки тяжелого дыхания спящих.

Один поднял голову, и Боджер выстрелил ему в лицо. Он увидел подробности, хотя и не в сочных красках цветной кинопленки, а в приглушенных оттенках отраженного света, в которых кровь, обильно хлынувшая из отверстия в скуле, показалась мертво-черной.

Много времени это не заняло.

– Ты все собрал?

– Ты сделал двадцать два выстрела, – сказал Крекер. – У меня двадцать две гильзы.

– Отлично, уходим.

Покинув дом, они вернулись к машине. По небу начинало расплываться пятно рассвета. Воздух на улице чистый и свежий.

– Машину поведешь ты, – сказал Мик Крекеру.

– Я все понял, босс.

– Как же дерьмово я себя чувствую, – пробормотал Тони.

– Знаешь, никому нет дела до того, как ты себя чувствуешь, – успокоил его Мик. – Ты сделал свое дело. И это главное.

Осмотр места преступления,

1216, Креншоу-авеню,

Пайксвилл, штат Мэриленд,

11.15

Драма в основном уже закончилась, хотя в доме еще продолжали работать криминалисты из Бюро и полиции штата Мэриленд. Трупы, опознанные и сфотографированные, были отправлены в морг. Ник отпустил почти всех, чтобы те переоделись, остыли, после чего отправились в Маунт-Вернон, где с двух до пяти часов дня будет продолжаться мучительное испытание.

Конвой из Вашингтона в Балтимор должен был вот-вот тронуться в путь. Однако переезд из одного города в другой находился в юрисдикции Секретной службы, так что Ник думал о главной проблеме сегодняшнего дня.

Он стоял, прислонившись к своему седану, напротив дома 1216, отрешенно наблюдая за происходящим. Просторная лужайка перед домом заставлена машинами правоохранительных органов, рядом с которыми толпились группки сотрудников полиции округа Балтимор, курящих, разговаривающих, смеющихся.

Все вокруг, казалось, опутано желтой полицейской лентой, словно здесь готовились к встрече Рождества. Журналистов держали за оцеплением в конце квартала; там работали в прямом эфире телекамеры, суетились корреспонденты с микрофонами, и в целом там было гораздо оживленнее, чем здесь.

Рядом с Ником стоял Свэггер с угрюмым лицом. Подошел агент.

– Опознан последний убитый, – доложил он.

– И?

– Дионисус Агбуйя, тридцать девять лет, уроженец Самара на Филиппинах. Работал мойщиком посуды в ресторане «Китайское наслаждение» в округе Колумбия, не пропустил ни одного дня. Это все.

– Рея Круса среди них нет?

– По предварительным данным, нет. Возможно, у кого-то из убитых фальшивые документы, но я так не думаю. Один парень немного похож… был похож на него. Быть может, ублюдки увидели его и решили, что им нужно рискнуть.

– А может быть, кто-то из этих бедолаг не расплатился с манильским синдикатом, доставившим его в Штаты? И это предостережение, обращенное к остальным клиентам? Сначала платишь нам и лишь после этого – своим родным…

– Может быть, и так, Ник.

– Спасибо, Чарли. Я не хотел тебя обидеть.

– Ничего страшного. Просто всем нам выдалась долгая ночь.

Отпив глоток кофе, Мемфис обнаружил, что напиток уже безнадежно остыл, и выплеснул его на мостовую.

– Тут что-то не так, – пробормотал Свэггер.

– Убийство – это всегда плохо.

– Нет, я имел в виду то, как все это происходит. Где-то есть течь – в твоей команде, в команде Сьюзен, в Бюро… Эти козлы постоянно нас находят.

– Точно мы это сказать не можем. Внешне все выглядит так, но точно мы ничего не знаем.

– Куда бы я ни пошел, они уже тут как тут, или опережая меня, или отстав самую малость. Это профессионалы. Пятидесятый «барретт», «М9» с глушителем, кто-то даже предусмотрительно собрал все гильзы.

– Может быть, убийцы стреляли из револьверов.

– Револьвер бесшумным не сделаешь. Столько выстрелов, и никаких жалоб на шум – стало быть, использовали глушитель. К тому же в таком деле очень некстати перезаряжать револьвер в темноте. Нет, это команда опытных убийц. Им уже приходилось это делать, и они пытались завалить Рея Круса. Это те самые ребята, которые расстреляли контору «Арсенала стальной бригады» в Даниэльстауне, штат Южная Каролина. И сейчас, как и тогда, у них была наводка, твою мать! За нами никто не следил, мы бы это заметили, как десять дней назад я заметил бы это на ночных сельских дорогах.

– Да, потрясающее воображение, именно то, что следовало ожидать от тебя. Ты мыслишь на целую голову выше того, чем я располагаю. Это твоя работа. Но я должен действовать ответственно и взвешенно. Это моя работа. Прежде чем прийти к каким-нибудь выводам, мы должны собрать, изучить, проанализировать улики. Нашим криминалистам удалось кое-что обнаружить. Когда стрелявший проходил в одну из дверей, он задел головой за косяк и оставил следы пота. Мы прогоним образец через базу данных, и тогда, быть может…

– Вывод только один. Точнее, два. У вас где-то есть течь. А я, старый козел, предложил какой-то бред, и девять человек были убиты абсолютно зазря.

– Ты старый козел, потому что это в твоей натуре. И тут уж ничего не поделаешь. Все вы, крутые ребята, вышибающие ногой дверь и отнимающие чужую жизнь, – самые настоящие козлы. Твои рассуждения четкие, на пять с плюсом, убедительные, аргументированные, самое настоящее мышление первоклассного профессионального следователя. Я говорил – у тебя есть дар. Тут всё в порядке. Так что ни в чем себя не вини. А что касается утечки, против этого выступает фактор времени. Впервые мы услышали об этом доме только вчера, в восемь часов вечера. Запросы ордеров на обыск, доклады начальству – все это последовало гораздо позже. Если что-то действительно утекло, как убийцам удалось провернуть все так быстро? Согласись, они действовали очень оперативно.

– Убийцы уже здесь, готовые действовать по первому приказу, у них есть все необходимое. И им был нужен только адрес.

– Повторяю, крайне маловероятно. Таких мастеров не бывает. Они должны были проследить за нами, узнать, что мы выехали…

– Они не могли за нами следить. Мы бы их заметили.

– Ты сам ночью что-то «почувствовал». У тебя ненормально чуткая нервная система, настроенная на опасность. Убийцы проследили за нами, иного объяснения не может быть.

– Ну, хорошо, тогда спутник. Это единственный вариант. Тогда тут замешано ЦРУ. Оно хочет убрать Рея Круса, пока он ничего никому не рассказал, и этим занимается большая команда. Им хочется, чтобы Ибрагим Зарси стал следующим президентом Афганистана, и никаких вопросов. Забудьте про все связанное со словом «Палач». Он наш человек в Кабуле! И ЦРУ желает защитить его любой ценой. Даже если для этого придется взять на мушку своего.

Ник перестал быть Мемфисом. Вместо этого он превратился в заместителя директора ФБР, строгого, полного достоинства; его плечи распрямились, лицо наполнилось серьезностью высшего руководства Бюро.

– Я не собираюсь обвинять ЦРУ, – официальным тоном заявил он, – до тех пор, пока у нас не появится что-либо еще помимо твоих домыслов. Пойти против Управления – это значит открыть банку с долбаными червями, и когда они выберутся на свободу, собрать их обратно, возможно, больше уже не удастся. Мы должны идти тем путем, которым нас ведут улики. И срезать углы тут нельзя.

Ник посмотрел на часы и снова стал прежним.

– Пошли, ковбой. Нам пора возвращаться в город. За всеми этими ужасами мы забыли, что Рей Крус по-прежнему разгуливает где-то там.

Отряд контрактников,

у самой границы зоны стрельбы,

Мэриленд-авеню, квартал 900,

район Маунт-Вернон,

Балтимор, штат Мэриленд,

16.50

Ребята приуныли. Они сидели молча, угрюмые. Куда подевались насмешки, остроумие, похвальба, знаменитый боевой дух спецназа? Сегодня этим и не пахло.

Мик сидел спереди справа, откинувшись назад и положив здоровенную ногу на приборную панель. Господи, ему самому жутко хотелось спать. Кажется, шел уже сорок восьмой час без сна?..

Сзади послышался голос Крекера:

– Я сейчас вырублюсь.

– Если ты вырубишься, я погоню тебя пинками до самого Вашингтона. Мне нужно, чтобы ты находился в игре, полностью сосредоточенный. Мы не знаем, что разразится дальше.

– Супермену легко так говорить. Супермен знает ответы на все вопросы. У Супермена нет изъянов, недостатков, человеческих слабостей, невротических состояний. Но я не Супермен. Я простой смертный. А простому смертному нужно ложиться спать, вставать поздно, читать воскресную газету…

– Выпей еще кофе, – предложил Тони, сидящий за рулем.

Машина стояла около церкви с красной дверью и шпилем, в одном квартале к западу от Чарльз-стрит – точнее, в одном квартале от сумасшедшей суеты вокруг визита Ибрагима Зарси в гости к брату в принадлежащий ему ресторан «Забуль». Отсюда – пустынная стоянка открывала отличный вид на зону стрельбы – был виден конвой больших черных внедорожников Секретной службы, с включенными мигалками, выплевывающими по сторонам быстрые, как мгновения ока, лучи красного и синего света, с тонированными стеклами, скрывающими сидящих внутри вооруженных агентов.

Улица была перегорожена полицией Балтимора; вертолеты Секретной службы, ФБР и телестудий шумно кружили в воздухе на высоте несколько тысяч футов. По тротуарам стояли полицейские и ребята из Бюро в куртках с большими буквами «ФБР», с тонкими проводками, ведущими к вставленным в ухо наушникам.

– Кофе потерял свое очарование еще вчера, – проворчал Крекер. – Так или иначе, Крус сюда ни за что не попадет, потому что ему ни за что не удалось бы выбраться отсюда. Из чего следует, что он даже не станет соваться. Так что я предлагаю отправиться в мотель и завалиться спать этак часов на тысячу.

– Свэггер по-прежнему в деле, так что мы тоже, – возразил Мик.

Он держал в руках портативный компьютер, и на экране на фоне подробного плана Маунт-Вернона пульсировала яркая светящаяся точка, обозначая местонахождение микропередатчика в бумажнике Свэггера, отвечающего на запросы спутника. Старик снайпер находился меньше чем в четверти мили.

– Вот еще один Супермен, – пробормотал Крекер.

Настроение у всех было отвратительное, поскольку только что обнародовали список жертв вчерашнего побоища. Девять фамилий, Рея Круса среди них не оказалось. Девять человек убиты, но мяч в кольцо так и не залетел. Столько трудов и человеческих жизней потрачено впустую. В стране наемных убийц день совсем не праздничный.

Включив подсветку массивных командирских часов, Тони прочитал время.

– Уже почти пять часов, – сказал он. – Сейчас все начнут расходиться по домам. Что будем делать?

– Мы останемся со Свэггером. Вот когда он плюхнется в кровать, мы тоже последуем его примеру. Он остается нашей лучшей…

Зажужжал спутниковый телефон.

– Проклятие, – выругался Мик. – Сейчас этот тип будет дрючить меня добрых десять минут. Господи, когда все это закончится, я с превеликим удовольствием…

Не договорив, устало поднес к уху тяжелый аппарат.

– Скажите мне что-нибудь хорошее, – произнес он.

– Гений Боджер. Я так понимаю, ты уже все слышал. Вы снова промахнулись.

– Ага.

– Вы убили девять человек, не имевших к делу никакого отношения.

– Однако среди них ни детей, ни женщин, – заметил Мик. – И никто не страдал. Мы никого не пытали.

– Как это отрадно слышать. Какие же вы гуманные. А теперь поделись со мной своим мыслительным процессом.

Боджер подробно все рассказал.

– Иногда получается, иногда нет, – понуро закончил он. – Вчера ночью не получилось.

– Вы устроили самую настоящую бойню. Никто не разрешал вам проливать невинную кровь. Когда все это закончится, я немедленно выдворю вас из страны и прослежу за тем, чтобы вы не возвращались ближайшие двадцать пять лет.

– Эй, мы не оставили никаких следов. Свидетелей тоже нет. Пистолет на дне реки. Ни ДНК, ни образцов волос, ни отпечатков ног. Мы были в резиновых перчатках. Все сделано чисто, мы профессионалы. С нашей стороны к нам нет ни одной ниточки. Что касается вашей стороны, я не знаю.

– Кое-какие образцы ДНК есть, и мне хочется надеяться, что вы не значитесь ни в каких архивах.

– Можете в этом не сомневаться.

– Важное замечание: ДНК остается всегда. Понятно? Мой конец абсолютно надежен, можешь не беспокоиться. Какая у вас сейчас ситуация?

– Мы находимся за пределами зоны стрельбы, но продолжаем следить за Свэггером, который устроился футах в ста к северу от ресторана. Сейчас он просто еще одна пара глаз на улице. Но я не думаю, что Крус сюда сунется, потому что здесь все кишмя кишит полицией. Он не мог сюда проникнуть, не сможет отсюда уйти. Мы просто ждем. Как только Свэггер покинет пост, завалимся спать. Мы без сна уже третьи сутки подряд, что совсем не идет на пользу делу.

– Хорошая мысль. И вот кое-что, что поднимет вам боевой дух. Ваше решение прикончить всех этих людей было правильным. Вы пошли на оправданный риск. Не думаю, что нам придется за это расплачиваться. Я тоже сожалею о невинных жертвах, но в таком уж жестоком мире мы живем. Как я уже сказал, после этого дела вы отправитесь так далеко, что никто даже не вспомнит о вашем существовании.

– Нам будут нужны песчаный пляж, тренажерный зал, много девочек и наркоты, насквозь коррумпированные правоохранительные органы и сортир в доме.

– Вы хотите получить остров Гиллиган [28]28
  Речь идет о популярном комедийном телесериале «Остров Гиллиган», действие которого разворачивается на восхитительном необитаемом острове, куда попадают спасшиеся во время кораблекрушения.


[Закрыть]с порнозвездами в придачу. Воистину оригинальное желание. Сортир в доме не обещаю. Оставайтесь со Свэггером, все мы надеемся на то, что он приведет вас к…

– Твою мать! – перебил его Мик. – Я слышу выстрелы!

Зона стрельбы,

Норт-Чарльз-стрит, квартал 800,

район Маунт-Вернон,

Балтимор, штат Мэриленд,

16.54

Доставить Зарси сюда было делом скотским. Вывезти будет вдвойне скотским делом, поскольку к этому времени все уже проведут на улице три часа, собирая кровь в затекших ногах.

Свэггер чувствовал себя солдатом траурного почетного караула на пышных похоронах какого-нибудь выдающегося старого генерала. Он стоял, правда, не по стойке «смирно», облаченный в подобающий этому случаю мундир – куртку с буквами «ФБР» поверх рубашки и галстука и черные мешковатые брюки, заправленные в высокие черные ботинки на шнуровке, с рацией в руке, от которой тянулся проводок к уху. Он стоял на улице, наблюдая и зевая и не делая больше ничего. Единственным отличием между ним и множеством других мальчиков и девочек вокруг было отсутствие «глока» 40-го калибра в зловещей кобуре на бедре.

Его снайперский взор метался по сторонам, высматривая… А действительно, что? Солнечный блик, отразившийся от объектива? Крус слишком опытен, чтобы совершать подобные ошибки. Силуэт на фоне неба? Вертолет заметит стрелка на крыше задолго до того, как его увидят с земли. Стремительно мчащийся черный «Кадиллак» модели 1937 года и компенсатор «Каттс» на дуле пистолет-пулемета «кольт», торчащего из заднего окна? Это не менее абсурдно, чем все остальное.

Свэггер просто наблюдал, ждал, смотрел по сторонам, ни на чем не задерживая взгляд, более или менее настроенный исключительно на движение. Если Рей начнет перемещаться, он станет делать это быстро, и, возможно, это даст единственную возможность его засечь. И то лишь в том случае, если по чистой случайности смотреть именно на этот крошечный участок вселенной.

Но сколько ни старался Боб, он не мог найти ни одной неприкрытой зоны, то есть которая не находилась бы уже в чьей-то регулярной полосе наблюдения.

– Скукотища, да? – заметил стоящий рядом Ник.

– Веселого мало.

– Я тоже не отказался бы немного вздремнуть. Надеюсь, можно будет всех отпустить, когда этот тип…

– Внимание, внимание! Всем, всем, всем! Выходит, выходит!

Агент Секретной службы, дежуривший в ресторане, предупредил, что приближается момент максимального риска, ибо главное действующее лицо собирается направиться к лимузину и в течение нескольких секунд будет находиться на улице, совершенно уязвимое. Если Рей здесь, именно сейчас он должен вступить в игру. Разумеется, у него нет реактивного гранатомета, способного разнести вдребезги бронированное стекло.

По всей улице расхаживающие наблюдатели напряглись, пробуждая дремавшую до того нервную систему, хватаясь за рукоятки пистолетов, усиленно моргая, чтобы очистить глаза от слизи, перекатываясь на переднюю подушечку ступни, готовые к нескольким минутам предельной сосредоточенности. Кружащие вверху вертолеты спустились до нескольких сотен футов, поднимая несущими винтами пыль над крышами. Все снайперы Секретной службы, дежурившие в отведенных окнах, крепко стиснули цевье, прижались щекой к прикладу, прильнули глазом к окуляру оптического прицела, внимательно изучая зону ответственности.

Боб не столько увидел, сколько почувствовал суетливое движение: это Зарси, его брат, двое детей и с десяток агентов Секретной службы и телохранителей выплеснулись из дверей ресторана плотной массой. Братья оживленно беседовали между собой, словно разворачивающееся вокруг представление сил безопасности не имело к ним никакого отношения.

Разумеется, Ибрагим должен показать себя. Он красовался у всех на виду, держа за руки малышей, и со смехом обменивался с братом Асой детскими воспоминаниями. Повинуясь какому-то неписаному кодексу самовлюбленных мужчин, он упрямо не двигался с места, предлагая вселенной уничтожить его, если ей на то хватит духу. Вокруг него бедолаги из Секретной службы стирали зубы в порошок, лихорадочно озираясь по сторонам в поисках каких-либо признаков опасности. Однако видели они только обыденное и банальное, ожидаемое, нормальное, нудное: бездомный в конце квартала, стайка голубей на лужайке в парке, хиппующая молодая парочка на противоположной стороне улицы, мусоровоз, выезжающий из переулка в следующем квартале, такси на перекрестке, ничего такого…