355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Стивен Браст » Дракон » Текст книги (страница 3)
Дракон
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 01:00

Текст книги "Дракон "


Автор книги: Стивен Браст



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Что ты имел в виду, когда сказал "не из тех мест"?

– Ту часть Востока, откуда вышла твоя семья.

– А откуда тебе это известно?

– Влад...

– Да?

– Неужели ты думаешь, что я стал бы на тебя работать, не наведя предварительно справки?

– Хм-м... а что еще тебе удалось узнать?

– Ты ведь не хочешь услышать ответ, правда?

– Хм-м-м. Ладно. Продолжай.

– Очень странно, босс.

– Что Крейгар так много обо мне знает? Или история с восточными наемниками?

– Ну и то, и другое, но я имел в виду восточных наемников.

– Да, очень странно.

– Тебе удалось узнать, для чего он похитил оружие?

– Нет, но я полагаю, что его мотивы вряд ли отличаются от мотивов других людей – оружие Морганти есть могущество. И если ты стремишься к власти, то должен собирать подобные вещи.

Я обдумал слова Крейгара, но не сумел найти достойного возражения.

– Ты говорил, что он продолжает расширять свои владения. А как к его планам относится Империя?

– Он нападает на других драконлордов. Империя смотрит на такие вещи сквозь пальцы, как и на войны джарегов: пусть дерутся между собой, пока их стычки не нарушают ее спокойствия.

– Любопытная параллель; интересно, что сказал бы о ней Маролан?

Крейгар улыбнулся. Мне кажется, ему особенно нравятся подобные замечания – ведь когда-то он был драконлордом. Естественно, Крейгар всегда являлся превосходным источником информации, когда речь заходила о военных вопросах.

– Хорошо, – сказал я. – Попробую подвести итоги. Мы столкнулись с драконами, которые ведут себя как драконы. Этот Форния хочет заполучить побольше земли и власти, поэтому он выкрал оружие Морганти, а у Маролана такие же цели, поэтому он не хочет усиления графа Форнии, и мы можем рассказать Маролану, кем похищено оружие и когда. А больше нас ничего не касается, верно? Ха. Ну а чего ты мне не рассказал?

– Самое главное: драконлорды не воруют.

– Понятно. И что дальше?

– Можно предположить, что Форния очень сильно нуждался в клинке. Или что он хочет получить жестокое оскорбление.

– Прошу прощения?

Крейгар уставился в потолок, словно старался получше сформулировать ответ.

– Он украл клинок Морганти, и если Маролан обвинит его в этом, то Форния будет жестоко оскорблен.

– Ага. Так он дракон или йенди?

– Они не так уж сильно отличаются друг от друга, Влад. – Я хотел возразить, но Крейгар продолжал: – Я сформулирую свою мысль немного точнее. Йенди ведут себя так постоянно, но и воинственный дракон, если возникнет необходимость, способен на изощренное коварство.

– Ладно, я понял.

– Похоже, мы многого просто не знаем, – добавил Крейгар.

– Предположим. Но какое это имеет отношение к нам?

– Понятия не имею. Может быть, если повезет, никакого.

Я вздохнул:

– Хорошо. Теперь я доложу о том, что мне удалось выяснить...

– Кому удалось?

– ... Маролану, и посмотрим, что он скажет. Но я не намерен возвращать клинок. – Затем я с надеждой спросил: – У нас есть чем заняться, прежде чем я отправлюсь в пасть дракона?

– Боюсь, что нет.

– Хорошо. Спасибо. Прекрасная работа.

Ты не должен, объяснила мне Сетра после того, как все закончилось, искать дополнительные ресурсы после начала кампании. Иными словами, нужно максимально эффективно использовать то, что у тебя есть, противопоставляя свои сильные стороны слабостям противника. Она привела довольно сложный пример, в котором кавалерия выставлялась против волшебства и мощные быстрые удары наносились по растянутым шеренгам врага. Смысл ее слов состоял в том, что прежде всего ты должен в свете поставленных целей оценить свои силы и слабости, а также достоинства и недостатки неприятеля.

Как я уже говорил, мне не удалось до конца понять ее аналогию, но, оглядываясь назад из сегодняшнего дня, когда уже можно посмотреть на события с точки зрения военных терминов, мне кажется, что именно в тот момент я начал оценивать собственные силы, словно мне предстояла кампания, в которой я решил использовать свою армию. На самом же деле непосредственное участие я принял в ней только через два дня. Но, когда я сидел в своем офисе, размышляя над докладом Крейгара и готовясь к визиту в Черный Замок, я уже, сам того не осознавая, производил анализ имеющихся в моем распоряжении сил.

Я чувствовал, что одним докладом Маролану мое участие в деле не ограничится, хотя и не мог объяснить, откуда у меня появилось такое ощущение.

Но моя кампания не имела цели, во всяком случае, в тот момент, что осложняло подготовку. И я все еще полагал, что покончу с неприятным делом, если Форния не станет... но нет, сейчас еще рано говорить об этом.

На сей раз при телепортации мне помог один из моих волшебников парень по имени Темек, который находился в моей команде с самого начала. Он хорошо разбирался в волшебстве, однако главные его умения состояли совсем в другом. Впрочем, с поставленной задачей он справился легко.

Когда я в прошлый раз пребывал в Черном Замке, то постарался запомнить ориентиры – большинство из них находились далеко внизу, – на случай, если потребуется срочно телепортироваться туда самостоятельно. Мне удалось добиться лишь некоторого успеха, но я никогда не стремлюсь выполнять телепортацию, не прибегая к посторонней помощи, – у меня получается не лучшим образом. Подо мной текла узкая речка, детали различить было довольно трудно, но я заметил пешеходный мостик, частично скрытый деревьями. Сами деревья имели необычную искривленную форму; кто знает, быть может, тысячелетия назад их выращивали иначе? Но, с другой стороны, на таком большом расстоянии глаза могли меня и обмануть.

Почувствовав себя немного лучше, я направился к дверям Черного Замка; мне даже удалось отдать лихой салют паре стражников, взиравших на меня со стены. Они сделали вид, что ничего не заметили. И вновь двери распахнулись, и меня приветствовала леди Телдра. Высокая и гибкая, она умудрялась выглядеть красивой без малейшего налета сексуальности – иными словами, я любовался ее красотой, но не испытывал желания. Со мной так бывает редко возможно, леди Телдра сознательно добивалась такого результата.

– Лорд Маролан, – сказала она, – немедленно присоединится к вам в библиотеке. Вы бы не хотели чего-нибудь выпить?

– С удовольствием.

Она проводила меня по длинной лестнице в библиотеку, вышла и через несколько мгновений вернулась с бокалом красного вина – на мой вкус, в нем содержалось слишком много танина, к тому же его не помешало бы немного охладить. Впрочем, вино оказалось довольно хорошим. Я уже несколько раз бывал в здешней библиотеке; но теперь даже Успел рассмотреть книги. Большинство из них, как и следовало ожидать, являлись историческими или магическими трактатами. Нашлось и несколько книг о Востоке, которые вызвали у меня интерес – в особенности те, что назывались "Обычаи и суеверия в Восточных горах" и "Войны за независимость в Горных государствах", напечатанные на Востоке и принадлежащие перу одного и того же автора по имени Фекете Жужи. Подобные имена обычно носят фенариане. Уж не знаю, что я подумал тогда о Маролане, в чьей библиотеке оказались такие книги.

Лойош сообщил мне о его появлении за несколько мгновений до того, как я услышал голос:

– Можете взять их почитать, если хотите.

Благодаря Лойошу мне удалось сохранить полнейшее спокойствие.

– С большим удовольствием.

– Однако я должен вас предупредить, что у меня есть несколько томов, содержащих подробное описание проклятий, которыми следует наказывать тех, кто не возвращает книги.

– С ними я тоже хотел бы познакомиться.

– Что вас сюда привело?

– У меня есть имя, которое вас интересует.

– Ага. Так скоро?

– Если вы намерены и дальше брать на работу людей с Востока, вам следует привыкнуть к тому, что с ними все происходит довольно быстро.

– Босс, как ты думаешь, у него и вправду есть книги с проклятиями, о которых...

– Меня бы это не удивило, Лойош.

– Ну, что ж, – сказал Маролан. – И кто же похититель?

Я назвал имя, не спуская глаз с лица Маролана. С тем же успехом я мог наблюдать за рядами книг на полках его библиотеки.

– Очень хорошо, – заявил Маролан.

– И все?

– Нет.

– Послушай, босс, как ты думаешь...

– Заткнись.

– Что еще?

– Оружие необходимо вернуть.

– Хорошо. Я знаком с несколькими ворами. Я могу назвать пару имен.

– Они не станут на меня работать. Кроме того...

– Я знаю. Драконлорды не воруют. И вам нужно совсем другое.

Маролан кивнул, но я видел, что мысли его сейчас далеко.

– Гораздо важнее, однако, преподать урок графу Форнии.

– Урок? Надеюсь, вы не станете просить меня убить его, поскольку...

Ноздри Маролана расширились, взгляд вспыхнул и тут же погас, наткнувшись на бокал с вином.

– Полагаю, вы хотели пошутить. Пожалуйста, больше так не шутите.

Я пожал плечами. Маролан ошибся, но я вовсе не горел желанием сообщать ему об этом. К тому же я был рад, что мне не поручили убийство драконлорда.

– Нет, думаю, мне придется объявить ему войну.

Я посмотрел на Маролана и заморгал.

– Ну, конечно. Безусловно. Совершенно очевидно. Что тут еще можно поделать? Но какое отношение ваша война может иметь ко мне?

– Непосредственно – никакого.

– Это радует.

– Очень плохо, босс. Я рассчитывал на комиссионные.

– Заткнись, Лойош.

– Лейтенант Лойош... звучит неплохо. Как ты считаешь?

– Я сказал – заткнись.

– Внимание, Копейщики Джарегов, разворачивайтесь маршем...

– Проклятие, Лойош, заткнись.

– Слушаюсь, сэр, полковник. Есть. Затыкаюсь, сэр.

– Полагаю, у вас нет опыта военной разведки?

– Уверяю вас, в рыбацкой деревушке, откуда я родом, говорили только о ней.

– Я так не думаю. И все же вы можете оказаться полезным. Между тем я ценю то, что вам уже удалось сделать. Мой человек доставит вам вознаграждение.

– Вознаграждение всегда приветствуется. Но меня беспокоит одна ваша фраза – о том, что я "могу оказаться полезным". Наверное, вы не можете сообщить мне, что именно имели в виду?

– Если бы речь шла о проблемах джарегов, вы бы мне сказали?

– Конечно. Открытость и честность – вот мой девиз.

Он одарил меня улыбкой.

– Просто из любопытства, как все произойдет? Вы намерены объявить ему войну?

– Для подобных операций формальное объявление войны вовсе не требуется. Я просто пошлю письмо, в котором потребую возвращения меча или обвиню его в краже – результат будет одним и тем же. Но сначала необходимо подготовиться.

– Собрать армию?

– Да, и спланировать кампанию. Но главное, следует нанять генерала.

– Нанять генерала? – На сей раз я по-настоящему удивился. – Разве не вы сами собираетесь возглавить армию?

– А вы бы стали лично кого-нибудь убивать, если бы у вас была возможность нанять Марио?

Честно говоря, я бы так и сделал, но...

– Я понимаю, что вы хотите сказать. И кто тот военный гений, который является эквивалентом Марио? Нет, подождите, кажется, я знаю. Сетра Лавоуд?

– Блестящая догадка.

– Я был всегда очень умен для своего возраста. – И после короткой паузы не удержался и спросил: – А откуда вы знаете про Марио?

У Маролана на лице снова появилось самодовольное выражение. Нет, мне определенно нужно перестать давать ему поводы гордиться собой.

– Вы думаете, Сетра согласится? – спросил я, когда понял, что не дождусь ответа на предыдущий вопрос.

– Я знаю.

– Потому что она ваш друг?

– Да, но не только поэтому.

– Хм-м-м.

– Босс, здесь происходят вещи, о которых мы не имеем ни малейшего представления.

– Ты так считаешь? В самом деле? В следующий раз ты мне скажешь, что следует опасаться тсера в открытом поле.

– А как насчет того, чтобы тебе убивать, а мне делать иронические замечания?

На этом мой разговор с Мароланом закончился. Я взял книги, которые мне понравились, и спустился по лестнице к дверям, где волшебник уже приготовился к измывательствам над моим желудком. Я остановился на площадке и взглянул на ближайшую ко мне картину. На нее, наверное, стоило смотреть сверху или снизу, от дверей, но с более близкого расстояния я видел текстуру и детали, а чуть выше удавалось разглядеть голову раненого дракона. Было нечто таинственное и могучее в том, как колыхаются щупальца вокруг его шеи. Казалось, случайным образом, однако в происходящем чувствовалась какая-то цель. И выражение морды дракона говорило о неизбежности и странной радости. Рана у него на боку была изображена так, что вызывала сочувствие, а не отвращение, и хотя юный дракон явно нуждался в защите, он все же оставался драконом, с которым следовало считаться.

Однако мой взгляд продолжал возвращаться к щупальцам, словно в них заключалась некая загадка, которую требовалось разрешить, чтобы узнать... что?

– Драконы гораздо сложнее, чем кажутся на первый взгляд, не так ли, босс?

– Мне пришла в голову та же мысль.

– В особенности Маролан.

– Да.

– Ты заметил, о чем он не спросил?

– Да. Он даже не поинтересовался, какое оружие украдено.

– Ты не так глуп, как говорят, босс.

– Кончай, Лойош. Лучше скажи, что это может означать.

– Что он уже знает о краже. Из чего следует: когда мы ставили ловушку, мы делали совсем не то, что нам казалось. Хотя я и сейчас не могу объяснить, что же мы все-таки делали на самом деле.

– Угу. Вполне возможно. Или тут нечто иное.

– Например?

Я еще раз посмотрел на щупальца – никакой системы, и все же в них имелась некая тайная закономерность.

– Что он знал, какой именно клинок будет украден, из чего можно заключить: кража не просто проверка или испытание, но при помощи нее реализована некая задача, а в самом оружии заключен дополнительный, неизвестный нам смысл. Вполне разумное объяснение. Или верна идея Крейгара: не имеет значения, что украдено; цель состояла в том, чтобы разозлить Маролана и дать ему повод развязать войну, раз уж он того хочет. На самом деле я не удивлюсь, если все наши предположения окажутся неверны. Нам следует принять это за основу и действовать соответственно.

Некоторое время Лойош молчал. Потом заметил:

– Мне нравится художник.

– Мне тоже, – ответил я. – Ладно, пойдем домой.

Я повернулся спиной к раненому дракону и покинул Черный Замок.

ГЛАВА 4

К БОЮ!

Сетра Лавоуд однажды поведала мне краткую историю боевой магии, но я не помню никаких подробностей; в тот момент они для меня не имели особого значения, я совсем недавно с ней познакомился, чтобы обращать внимание на то, что говорит Сетра, – гораздо большее значение имел сам факт ее общения со мной. Однако отдельные детали мне удалось запомнить. Из этих обрывков и того, что мне рассказали Маролан и Алира, я могу составить для вас короткий обзор. Вот он:

Самые первые заклинания использовались для разведки и создания иллюзий; это довольно мощное оружие. Но ему достаточно просто противостоять. Позднее появились способы массового уничтожения, и специалисты потратили немало сил на организацию защиты своей армии. В конце концов, она стала превосходить атаку, и теперь любой солдат может считать себя в сравнительной безопасности, если только он не несет на себе слишком много металла.

Именно тогда солдаты отказались от доспехов, хотя некоторые пользовались (да и сейчас такие случаи нередки) деревянными доспехами, а деревянные щиты популярны и в наше время. Воины Дома Лиорна до сих пор надевают медные или бронзовые наручи, чтобы доказать свое бесстрашие или глупость – мне никогда не удавалось провести границу между этими двумя качествами.

За многие годы были изобретены различные способы, позволяющие пехотинцам брать с собой в сражение заранее приготовленные заклинания; они становились все сильнее и сложнее, пока в одной крупной битве, название и дату которой я даже не пытался запомнить, какой-то волшебник нашел способ заставить сработать все камни-вспышки, находящиеся в руках врага, – что привело к созданию нового вида заклинаний и контрзаклинаний, с тех пор рядовые пехотинцы крайне неохотно стали пользоваться волшебством.

Постепенно атакующие заклинания вновь стали более сложными и мощными, часто волшебникам приходилось объединяться, чтобы направлять на врага огромные, могущественные чары, способные вызвать в рядах противника панику. Естественно, появились защитные меры, после чего сражения превратились в проверку умений боевых волшебников, а не солдат и генералов. Ситуация достигла своего пика к началу Междуцарствия, когда магией занялся драконлорд по имени Адрон, о котором лучше вообще не вспоминать.

Междуцарствие положило всему этому конец, война вновь превратилась в обычную сечу, когда солдаты убивали друг друга, как джентльмены, однако после окончания Междуцарствия средства массового поражения начали медленно возрождаться, с той лишь разницей, что волшебство стало заметно сильнее теперь трудно найти солдата, неспособного на волшебную атаку, и невозможно отыскать такого, кто не может себя от такой атаки защитить. Однако для произнесения заклинания требуется концентрация внимания, а значит, вы не в состоянии защищаться от острых предметов, которые направлены против вас. Из чего следует, что во время сражения трудно пользоваться волшебством. Во всяком случае, сейчас. Пройдет еще двадцать, или двести, или две тысячи лет – и все может измениться.

Иными словами: в прежние времена, когда волшебство было простым и слабым, оно оказывало незначительное влияние на ход боевых действий; сейчас, став сложным и могущественным, оно по-прежнему мало влияет на ход сражений.

За исключением, естественно, выходцев с Востока, которые беспомощны перед волшебством.

Именно так объяснила мне ситуацию Сетра, когда я начал свою короткую военную карьеру. Во время битвы я получил возможность убедиться в том, что она говорила разумные вещи – враг посылал против нас все новые заклинания, иногда они кого-нибудь убивали, и несколько раз чуть не прикончили меня.

Меня такое положение вещей совсем не радовало.

Я не нуждался ни в каких лекциях, чтобы понять, что это значит для простого пехотинца: время от времени кто-то из твоих товарищей без всяких на то видимых причин упадет замертво или начнет корчиться от боли. Несколько чаще солдаты падают на землю, сраженные слабым красноватым светом; а ты должен постоянно помнить – вступая в рукопашную схватку, следует опасаться магических атак.

Впрочем, у нас имелось одно преимущество: поскольку враг атаковал, он не мог метать дротики, а когда войска сошлись, заклинаний стало заметно меньше. Первые несколько секунд это самый напряженный момент битвы. В самом начале ни о чем не думаешь; позднее ожесточение схватки слабеет – или так только кажется, – и у тебя появляется время для страха. Как я уже говорил, я мало что помню о первых мгновениях боя, но в моей памяти навсегда останется грохот десяти тысяч стальных клинков, наткнувшихся на десять тысяч деревянных щитов, скрежет шпаг, ударивших в наконечники копий. Нет, конечно, их было гораздо меньше, но мне так показалось. Лойош, наверное, отпустил не одно остроумное замечание. Иногда умение забывать – это настоящее благословение.

Я помню, как Элбурру каким-то образом удалось снова подняться на ноги, и видел, как он усилием воли заставлял себя наносить удары; потом я заметил Нэппера, который был счастлив впервые в жизни. Я уже успел настолько ко всему привыкнуть, что даже забыл об иронии. Просто поразительно, к чему может привыкнуть человек при определенных условиях, но тогда ирония, мой старый друг, ускользнула от меня в неизведанные дали.

В тот момент я ни о чем таком не думал, хотя теперь понимаю, какая забавная сложилась ситуация... несмотря на мою тревогу, комментарии Крейгара и намеки Маролана, я почти наверняка покончил бы с этим делом, когда на следующий день после доклада Маролану явился посланец с моим вознаграждением.

Я бы отказался, если...

Они явились ко мне домой вскоре после того, как я вернулся из офиса после разговора с Мароланом. Я открыл дверь в ответ на громкий стук. Их было трое, все мужчины, все драконлорды, причем двое из них оказались вооружены. Третий сказал:

– Вас зовут Талтос. – Он произнес мое имя так, словно никогда не слышал, как оно произносится, а видел лишь написанным на бумаге, из чего я сделал вывод, который, вне всякого сомнения, пригодится мне в будущем.

– Более или менее, – ответил я.

Подлетел Лойош и опустился ко мне на плечо. Я был встревожен и даже слегка напуган. Дверь я открыл без особых сомнений, поскольку джареги считают дом священным местом; но кто знает, что думают по этому поводу драконы?

– Меня зовут Ори. Мой лорд граф Форния просит и требует, чтобы вы не вмешивались в его дела. Других предупреждений вы не получите. Вам все понятно?

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы обдумать его слова. Форния знает, что я вовлечен в происходящее. Хорошо. И предупреждает, чтобы я не путался у него под ногами. Интересно, на что он рассчитывает? И зачем так себя ведет?

Это смущало и раздражало, но раздражение доминировало – три драконлорда – три, клянусь любовью Вирры, причем один из них явно волшебник – явились ко мне в дом чтобы сообщить мне, как я должен себя вести. Даже джареги так не поступают. Даже Гвардейцы Феникса, когда обрабатывают джарега, этого не делают. Если бы джареги или представитель Империи захотели напугать или шантажировать меня, они оказали бы мне честь, посетив одно из моих рабочих мест – офис или ресторан. А то, что драконлорды пришли ко мне домой, вывело меня из себя, но я решил вести себя дипломатично.

– А как вы отнесетесь к тому, если я попрошу и даже потребую, чтобы граф Форния поцеловал мою румяную задницу?

Оба драконлорда обнажили клинки – насколько это возможно в тесном пространстве моей прихожей – и одновременно сделали по шагу вперед. Через мгновение им пришлось отступить; одному в лицо вцепился джарег, а в плечо другому я метнул нож.

Ори поднял руку, но я слишком хорошо знаю, что означает, когда драконлорд не носит шпаги. Одновременно с броском ножа (того, что оставался в сапоге, одного из четырех, которые я продолжаю носить после того, как снимаю все оружие после возвращения домой) я высвободил Разрушитель Чар, примерно восемнадцать дюймов золотой цепи, которая удобно легла в мою левую ладонь. Я раскрутил цепь, чтобы она отразила заклинание, которое волшебник собрался направить на меня.

Ори оказался довольно шустрым; часть его заклинания успела пройти, и я почувствовал слабость, а правая половина тела перестала мне подчиняться. Я упал на пол и покатился в сторону от двери.

Однако заклинание действовало недолго; я сумел подняться и достать еще один нож – стилет, не слишком подходящий для броска, – и снова начал раскручивать Разрушитель Чар. Если Ори направит против меня новое заклинание, цепь отразит его полностью. Лойош продолжал отвлекать внимание одного из драконов. Однако тот, в правом плече которого торчал мой нож, наклонился, поднял свою шпагу левой рукой и устремился в мою сторону.

Положение усложнялось. У меня не было никаких шансов парировать выпад его шпаги стилетом, поэтому я сделал единственное, что мне оставалось, бросился вперед, рассчитывая проскочить мимо его клинка.

Я почувствовал, как лезвие моего стилета вошло в тело драконлорда, одновременно что-то ударило меня в бок, и в следующее мгновение пол оказался рядом с моим лицом. Лежа на полу, я прикинул свои шансы: Лойош справится с одним драконлордом, если мне повезло, "мой" противник уже не опасен, но оставался еще волшебник. Я попытался перекатиться и заметил, что выронил Разрушитель Чар; и тогда встревожился по-настоящему. Я снова попытался переменить положение и понял, что мне сопутствовал успех, поскольку теперь я смотрел в потолок; что ж, для начала неплохо. Только вот с потолком что-то было не так. Я попытался встать, в любой момент ожидая боли.

– Лежи спокойно, Влад, – сказал кто-то.

Женский голос. Чей? Я его знал, но никак не мог вспомнить. Мне совсем не хотелось лежать спокойно. Я снова попытался сесть.

– Лежи спокойно. Все хорошо.

Хорошо? Что?..

Я увидел Алиру э'Кайран.

– Ты в Черном Замке, босс.

– Черный Замок? Как я сюда попал?

– Пришел Маролан и забрал тебя.

– А как он?..

– Я ему сказал.

– Но как ты?...

– Я не был уверен, что у меня получится.

– Ты мне дашь закончить хотя бы одно...

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Алира.

– Я сердит, – ответил я, – очень, очень сердит. Я бы с удовольствием кого-нибудь прикончил. Я...

– Я имею в виду, не болит ли у тебя что-нибудь?

Сложный вопрос, который я решил обдумать.

– Я чувствую себя неплохо, – наконец ответил я. – Вот только бок слегка окоченел. Что произошло?

– Кто-то тебя ранил.

– Сильно?

– Рана довольно глубокая, – рассудительно сказала Алира. – Однако ни один из органов не задет. Сломаны два ребра.

– Понятно. В таком случае я чувствую себя просто замечательно. Благодарю.

– Боль есть?

– Немного.

– Будет хуже.

– Ладно.

– Хочешь болеутоляющее?

– Боль меня не беспокоит, – сказал я Алире. Казалось, мои слова не произвели на нее никакого впечатления.

В первый раз я увидел Алиру в лаборатории волшебника, заточенной в дерево, что помешало нам как следует узнать друг друга. Позднее, когда она смогла дышать и говорить, нам было не до разговоров. Я понял, что она состоит в родственных отношениях с Мароланом – в чем нет ничего удивительного, поскольку большинство драконов, как мне кажется, являются родственниками многих других драконов, тем или иным образом. В тот момент я считал (позднее я узнал много больше, но сейчас мой рассказ не об этом), что Алира довольно типичная драконледи, разве что небольшого роста. Очевидно, она умела исцелять.

– Кто это был? – спросила она.

– Дракон, – ответил я. Алира кивнула:

– Так мне сказал Маролан. Я бы хотела узнать подробности.

– Они состоят на службе у Форнии. Среди них был волшебник по имени Ори; имена двух других воинов мне неизвестны.

– Чего они хотели?

– Чтобы я держался от них подальше.

Алира кивнула, словно такое требование предполагало попытку разрезать меня на четвертинки. Пожалуй, меня это также не удивило. Все было бы в порядке, если бы они не вошли в мой дом. Может быть, вам мои рассуждения покажутся странными, но я джарег уже несколько лет, а у нас не принято так поступать.

– И ты станешь? – поинтересовалась она.

– Держаться от них подальше? Теперь нет, – заявил я. Алира рассмеялась. У нее были светло-карие глаза.

– Ты рассуждаешь как дракон.

– Я бы вызвал вас на дуэль, но это только подтвердит ваше предположение, поэтому я лучше промолчу.

– Хорошая мысль, – заметила Алира.

Я постарался контролировать свой гнев, поскольку только так могу использовать его себе на пользу. Это очень холодный гнев, и я знал, что он останется во мне надолго – во всяком случае, его хватит, чтобы выследить Форнию и разделаться с ним.

Но не сейчас. Прежде всего нужно сохранять спокойствие и поправиться. Я сделал глубокий вздох и расслабился. Потолок у меня над головой был из дорогих пород твердого дерева; у меня дома он оштукатурен и находится заметно ниже – тренированный глаз замечает такие вещи почти мгновенно. Имелись и другие детали, которые должны были навести меня на мысль, что я нахожусь не у себя в квартире – например, тот факт, что она с легкостью поместилась бы в этой комнате, а также то, что предметы мебели – три стула, письменный стол, большой стол и диван – стоили больше, чем мне платили за убийство одного человека.

– Что вам известно об оружии, которое украл Форния? – спросил я.

– А почему тебя это интересует?

– Складывается впечатление, что именно оно является причиной всех неприятностей; либо само оружие, либо то, что он его украл, либо...

Она ждала.

– Да? Либо?

– Либо причины совсем другие – и мне о них ничего не известно. Я всегда рассматриваю такой вариант.

Она посмотрела на меня.

– Ну, я вижу, твоей жизни больше ничего не угрожает, а у меня есть более интересные занятия, чем подвергаться допросу джарега, так что тебе придется меня извинить.

– Я вас обнимаю и целую, – заявил я.

Она бросила на меня свирепый взгляд и выплыла из комнаты. Я осторожно сел, поморщился от боли и принялся искать свою одежду.

– Она на маленьком столике в ногах твоей кровати, босс. Тебе понадобится новая рубашка, а на штанах остались пятна крови.

– Ладно. Хочешь сходить в магазин?

– Ты намерен мне что-нибудь купить?

– Что, например?

– Кошачьей мяты.

– Кошачьей мяты? Неужели она на тебя действует? Когда ты успел...

– Скорее всего нет. Но я не собираюсь ее есть сам.

– Тогда зачем?..

– Приманка, – сказал Лойош.

– Очень остроумно, Лойош. Нет, но я мог бы купить тебе пару больших пальцев.

– Ха.

За последние несколько дней я потерял счет телепортациям в Черный Замок и из него. Однако я попросил, чтобы мне помогли это сделать еще раз, и оказался в восточном квартале Южной Адриланки, где решил проблему одежды и поел. Потом я отправился навестить деда, но его не было дома. Вернулся в свой район, зашел в лавку, торгующую волшебными снадобьями, и собрался купить себе слабое болеутоляющее, но потом передумал и приобрел сильное. Кроме того, я выбрал зачарованный кинжал, поскольку заклинания на моем ослабели – никогда не знаешь, когда тебе срочно понадобится помощь. Хозяин лавки изо всех сил расхваливал заклинания на клинке и заявил, что три человека, о которых я ничего не слышал, пришли от них в восторг, но я не стал его слушать и получил кинжал за половину цены, которую он с меня запросил.

Потом я вернулся домой, принял болеутоляющее и стал приводить в порядок квартиру. Как я и предполагал, тел нигде не оказалось, но кровавые пятна в коридоре остались. Я не люблю кровь в своем доме, в особенности если она частично моя. Меня вновь охватил гнев. В конце концов я накрыл пятна ковром, а потом расставил на места мебель, но тут начало действовать болеутоляющее, и я едва успел добраться до постели.

Так прошел еще один день моей жизни.

Когда я проснулся, все тело болело, а настроение было паршивым. Срочно требовалась чашка клявы. Если я когда-нибудь разбогатею, то обязательно найму слугу только для того, чтобы он подавал мне утром кляву. Я с трудом встал, сделал кофе и сварил большую порцию клявы, добавил в нее коровьего молока и остаток меда. Сказал себе, что нужно заказать льда, сколько бы он ни стоил. Нужно научиться делать его самому; наверняка заклинания нагревания и охлаждения очень просты.

Я успел одеться и собирался с силами, чтобы выйти на улицу, когда кто-то постучал в дверь. Дважды в течение двух дней это слишком, поэтому я спокойно взял кинжал и открыл дверь.

Я не узнал посетительницу, но она была одета в цвета Дома Дракона. Если бы не эмблема Маролана у нее на плече, я бы сразу нанес удар, впрочем, я еще не мог двигаться с прежней быстротой. Женщина спросила:

– Вы?..

– Баронет Влад Талтош, Дом Джарега.

– Тогда это для вас, – сказала она, протягивая мне маленький мешочек, внутри которого что-то звякнуло. – Будьте настолько любезны, прикоснитесь к кольцу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю