Текст книги "Месть обманутой жены. День дурака (СИ)"
Автор книги: Стелла Юсупова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Глава 4
Он подошел ко мне поздно вечером. Словно ничего не случилось. Словно все было по-прежнему. Его рука скользнула по моему плечу, пальцы легко коснулись кожи, но от этого прикосновения меня передернуло. Раньше это было привычно, даже желанно. Его ладонь, его дыхание, его тепло – всё это было моим. Частью меня. Но теперь... Теперь он был чужим. Предателем.
Я почувствовала, как внутри поднимается волна отвращения. Его руки, его губы, его дыхание – все стало невыносимо. Не просто чуждо, а отвратительно. Как будто он оставляет на мне следы чего-то грязного, липкого, от которого не отмыться. Он наклонился, попытался поцеловать, но я отстранилась, резко, будто от удара.
– Что с тобой? – удивленно спросил муж.
Я смотрела на Славу, и не могла найти в нем ничего знакомого. Передо мной стоял не мой мужчина, а кто-то другой. Чужой. Он изменил не только мне, он изменил нашей жизни, нашим воспоминаниям, нашей дочери. Он всё разрушил, и теперь я не могла смотреть на него иначе.
– Не трогай меня, – сказала я тихо, но твердо.
– Что значит – не трогай? – голос его стал жестче. Словно бы я его оскорбила. Во взгляде проскочило удивленное раздражение. С недавних пор он редко ко мне прикасался, ссылаясь на усталость на работе. А тут соизволил… Надо же, а я нос ворочу…– Ты что, совсем с ума сошла? Неделю ходишь, как зомби. Ни слова, ни взгляда. Это вообще нормально? Что с тобой происходит, Галь?
Я молчала, потому что знала: если открою рот, разнесу все. Просто разнесу в клочья. Он смотрел на меня, ожидая ответа, но я молчала.
– Чего тебе не хватает? С жиру бесишься! Начни мне еще жаловаться, что ты устаешь с ребенком! – наконец не выдержал он. – Прям как в дешевой комедии, Галь! Как все эти отчаянные домохозяйки от безделья! Придумываешь себе драмы, накручиваешь…
Резко подрывается с кровати, раздраженно дергает штаны со стула и натягивает на себя под аккомпанемент собственного монолога.
– Слушай, мне даже дышать тяжело рядом. Ты это такая из-за того сраного 8 марта? Да я что, виноват, что Венька приехал на один только день из Красноярска! Мы с ним полгода не виделись! Ну, и сходили мы в тот вечер в бар– и что?! А ты уже решила, что у нас конец света! Может, хватит себя накручивать? Не маленькая же! Мы же с тобой не в конфетно-букетном периоде, чтобы ты мне мозг выносила за то, что я вечером какого-то 8 марта не дома… Ну, Галь! Ей Богу! Я ж тебя поздравил и дочь тоже! На следующий день мы пошли в детскую комнату… Но ты продолжаешь мозги делать! Возьми себя в руки. Начни снова быть нормальной женой.
Встал, резко, громко. Пошел к двери. Его движения были резкими, злыми. Он открыл дверь и обернулся.
– Пойду по городу проедусь. Выдохнуть надо. И тебе тоже. Просто хочу, чтобы ты выкинула из головы всякую дурь и вернулась из своих глупых мыслей. Вернулась ко мне. К нормальной жизни. Стала снова нормальной женой!
И хлопнул дверью. Громко, как выстрел. Как финальный аккорд.
О том, что Марго скоро заканчивает работу в спорт-зале у нас и предлагала ему встретиться сегодня, я знала точно– увидела всплывшее сообщение на телефоне, когда он принимал душ. Муженек бережно прятал от меня свой новый айфон, вот только запамятовал, а может и не учел, что функция такой модели в том, что если не очистить старый телефон и не выйти из учетной записи, то на нем зеркально отображается все, что ты делаешь и с кем разговариваешь. Я зарядила брошенное в шкаф старье, которое он все хотел продать, но руки не доходили– и уже как несколько дней в курсе почти всего, что происходит в его жизни.
Преувлекательно. Отдых с ней планирует на майские. А меня хочет к матери сплавить с ребенком. Даже затравочку проработал– в местный санаторий нас хочет пристроить– кашки есть и очистительные клизмы делать, наверное… Даже с Маргошкой не забыл проконсультироваться, она ж у нас коуч по правильному образу жизни. Разумеется, фактор «моральности» в это определение не входил…
«Правильно! Замечательная идея, Слав! Если она и правда себя запустила после родов, то такой детокс– лучшее решение!»– мило лепетала в сообщение любовница. Надо же, добрая какая…
Грешным делом я даже начала снова задумываться о том, что она в курсе, кто я, но нет… Исключено…
Все эти дни, пока я тщательно продумывала свой уход, время не теряла и с ней… Мы очень сблизились с Марго. Все время пили вместе кофе и даже переписывались. Она так много жаловалась на мужа в типичной саркастичной манере. Зато с озорным хохотом рассказывала, что крутит шашни под носом у мужа– что это один из клиентов фитнеса и жилец нашего ЖК. Я даже с иронией начала ее подначивать– типа, кто же это может быть. Она фото их показала: селфи на фоне смотровой площадки.
А еще, сверкая совершенно ошалевшим взглядом, вдруг выболтала, что ее муж и любовник знакомы, но только не знают о своих статусах. В моем сердце в очередной раз все похолодело, а ее только подначивало рассказывать… Оказывается, муж обращался к Славе по какому-то бизнес вопросу и когда Слава узнал, кто владелец фитнес-центра, то премило с ним общался время от времени…
– И что? Ты так и не спалилась?– съедая шок, спросила я.
– Не а, знаешь, это так кровь будоражит! Знать, что они сидят– кофе вместе пьют, а ты спишь с ними с обоими! И я бы не сказала, что от Славы шибко планировала это скрывать. Ну, я ж ему под венец пойти не обещала. То, что я замужем, факт известный… Потому особо-то и не было планов скрывать. Просто в дни, когда тренировки у любовника, мой муженек как правило в других фитнесах или в офисе головном. Но вообще… надо бы их стравить… Капец как интересно посмотреть на реакцию Славки… Мне кажется, потом наш секс будет еще более ярким!
Меня больно ритмично било в солнечное сплетение от ее слов, но я глотала эту боль как горькую пилюлю. Терпи, Галя. Терпи. Не время открывать карты…
Компенсировала стресс активной подготовкой плацдарма…
За прошедшую неделю я встретилась со своей работадательницей и сказала, что хотела бы выйти на работу. На самом деле, рассказала правду– что развожусь, остаюсь одна с ребенком и надеюсь на понимание… Удивительно, но часто эмпатичными оказываются те люди, от которых совсем не ждешь… Сушка– начальница, всегда закрытая и молчаливая, предложила снять у нее комнату за совершенно подъемную, я бы даже сказала, чисто символическую цену. А еще обещала, что договорится с их садом во дворе– чтобы дочь сразу приняли. Оказывается, им заведует ее сестра… Все складывалось хорошо. Я даже мысленно посчитала деньги, которые смогу поднакопить для того, чтобы нанять адвоката и проконсультироваться по тому, что получу от этого брака… Пока все складывалось совсем не в мою пользу– муж покрывал все расходы, включая ипотеку на квартиру… И оформлена она была на его маму.
А вот теперь к главному…
Прошла в спальню, села на кровать. Все внутри было холодным, как ледяной камень. Механически взяла телефон. Открыла страницу Марго в соцсетях. Через тег под одним из фото перешла на профиль симпатичного седовласого мужчины с серьезным взглядом…
Как профили всех серьезных мужчин, там было минимум информации. Ни одного личного фото– только те, на которых он кем-то отмечен. Но даже по ним видно, что такие мужики на улицах не валяются. Зачем она гуляла от него? Зачем?! Еще и со Славой…
Скролю страницу. Только пара друзей. Немногочисленные контакты. Но мне не нужны были фото. Мне было достаточно имени. Я нажала кнопку «написать». Сидела, смотрела на экран, не отрываясь.
Окончательный план в моей голове складывался, как пазл. Каждая деталь находила свое место. Я знала, что делаю. И знала, когда. День дурака. Первое апреля. Он запомнит его навсегда.
Я набрала первое слово. И замерла…
Глава 5
– Посмотри,– с азартным огоньком в глазах говорит Марго. Сегодня мы решили «по-взрослому», как она сказала. Сбыли детей и пошли в ресторан. Удивительно, как легко и просто она реагировала на мои инициативы по сближению… «Приятельница» была убеждена, что это сущая удача, что она ненароком услышала, как муж говорил по телефону и планировал на 1 апреля встречу с «ее Славой» в ресторане вечером по какому-то рабочему вопросу… Она тут же набрала мне– «ты хотела увидеть и мужа, и любовника, Галюш– у нас будет такая возможность! – видишь двух шикарных мужиков за тем столиком? Это и есть мой муж и мой любовник.
Выдыхаю. Наслаждаюсь мгновением затишья, словно бы сжатом под компрессом. Смотрю на мужчин. Смотрю на Марго. А она все-таки старо выглядит, если убрать этот наносной шарм и дикую самоуверенность… Видно, как сильно лицо изменено уколами красоты, как нервно подрагивает мускул на шее, какие волосики редкие, хоть она их и начесывает безбожно… А какой апломб, какое самомнение. Все в голове– ведь правы же мудрые… Потому она и кажется ему «королевой красоты», а свою надо на очистительные клизмы в санаторий посылать…
– Странно, – откидываюсь я на стуле, переведя взгляд со своего мужа за тем самым пресловутым столом на Марго, – потому что это как раз мой муж и мой любовник...
Она цепенеет. Ее глаза сужаются, а на лбу проступает морщинка, даже несмотря на ботоксную атрофию всех мышц. Поняла…
Думает, шучу. Даже улыбку на лице изображает– и глаза округляются. Но когда видит, что я совершенно серьезна, начинает, как рыба, открывать и закрывать рот, хватая воздух…
Я подкидываю дровишек к этому пожарищу. Беру со стола свой телефон и открываю галерею… Достаточно показать только два фото. Одно– с нашей дочерью и Славиком в обнимку. Другую– с той самой смотровой площадки, но уже с ее мужем. Мы обнимаемся и улыбаемся в объектив.
Она бледнеет… Потом красными пятнами покрывается на глазах…
– То есть ты и мой муж... – её голос дрожит от уязвленности и неожиданности,– предательница...
– То есть ты и мой муж... – отвечаю ей хладнокровно.
Секунды повисли в воздухе, как будто время застыло. Первым оторопел Слава. Стоило ему только посмотреть в нашу сторону, взгляд остекленел. Еще бы… Какое зрелище… Жена и любовница за одним столом… Если бы только он хоть раз посетил праздник у дочери в школе, увидел бы Маргриту… Может быть, вообще бы всего этого не было. Тогда, с другой стороны, и я бы продолжала жить под одной крышей с предателем… Кто бы что ни говорил, а предательство– это не слабость и оплошность. Это генетика…
Марго, кажется, совсем теряет почву под ногами. Взвизгивает и тут же подрывается к столу мужчин.
– Михаил, это правда?!– визжит она,– я только что видела ваше фото с Галиной! Ты с ней мне изменяешь?! С этой?!
Слава, еще секунду назад переживающий гиперстресс от шока того, что его жена и любовница знакомы, сейчас ошарашенно слушает Маргошку, словно пытается вдуматься в ее слова, но они не складываются в понятные для него конструкции…
– Нет… Нет… как так-то?! Почему так… несправедливо?!– кричала она, не думая о том, что мы теперь стали объектом внимания всего ресторана – почему она?!
Мы лишь смотрели друг на друга с Михаилом. Заговорщицки переглядывались.
Тишину нарушил Слава. Он резко отодвинул стул, его лицо налилось злостью, будто его ударили по самому больному месту.
– Как это понимать, Мих?!– не сказал, процарапал.
Михаил лишь улыбнулся. Повернулся ко мне и отсалютовал бокалом.
– В сложившейся ситуации остается только сказать, как в знаменитом анекдоте. У тебя восхитительная жена, Вячеслав. И достоинства моей, видимо, ты с удовольствием распробовал… Могут же, когда хотят,– усмехнулся он.
Глаза Славы были вот-вот готовы выскочить из орбиты.
Он втянул носом воздух и резко сглотнул.
Подбежал ко мне. Навис сверху, как коршун.
– Это что еще за хрень?! – его голос сорвался на крик. – Ты что, решила мне рога наставить? А? Думаешь, я этого так оставлю?!
Я почувствовала, как внутри холодеет. Он был зол, зверел от ревности. И это было и смешно, и горько. Потому что нет большего фарса, чем изменник, ревнующий к измене.
Маргоха пыталась сохранять достоинство, но её глаза метались. Она, кажется, не могла поверить, что ее "милый и любящий" муж участвует в этом спектакле и что она, шикарная роковуха, в роли такой же хвостатой, как и я– обычная клуша, которую все время нужно поучать...
– Слав, – я медленно поднялась, глядя на него холодно, – а ты разве думал, что все можно делать только тебе? Что мне нельзя? Или у нас, прости, договор был, что ты гуляешь, а я – нет?
Он перегорел за одну секунду. Его кулаки сжались, но он подавил желание кричать дальше.
– Ты... Да ты врешь мне… Ты бы не смогла…– начал он, но Михаил перебил, с легкой усмешкой.
Перебил так, что у меня у самой дыхание сперло. О таком, честно говоря, мы не договаривались, хотя элементы импровизации не исключали…
Два шага в нашу сторону, растерянная Марго с расставленными в нелепой позе замешательства конечностями.
Резкий рывок Михаила на себя за талию. Горячие губы, впивающиеся в мои…
Господи… Впервые в жизни после свадьбы я целуюсь с другим мужчиной…
– Мы ведь все взрослые люди, Слава. Каждый сам решает, как распоряжаться своим временем. Ты же тоже этим пользуешься,– насмешливо бросил через плечо Михаил муженьку.
Секунда тишины, и тут Слава бросается на Михаила. Неловко, неуклюже, как школьник на перемене.
– Домой езжай!– цедит мне сквозь зубы, а я отшатываюсь.
Они сцепились, стол заскрипел, посуда зазвенела. Маргарита вскрикнула, пытаясь разнять их, но выглядело это жалко. Как два глупых мальчишки, которые не поделили мяч во дворе.
– Ты вообще кто такой?! – орал Слава, размахивая руками. – Думаешь, раз я молчал, то ты можешь вот так?!
Михаил только ухмыльнулся:
– А ты думал, только тебе можно играть в эти игры?!
Я стояла, смотрела на это гнусное зрелище, и меня накрывала волна тошноты. Они выглядели жалко. Смешно. Как глупые, жалкие дураки, опозорившиеся на глазах у всех.
Я почувствовала, как мой план рушится. Вместо триумфа – пустота. Вместо удовлетворения – омерзение.
Мне стало тесно, душно. Казалось, воздух застывает в горле.
Я отступила назад, обхватила себя руками. Потом развернулась и пошла прочь. Быстро. Почти бегом.
Вышла из ресторана, глубоко вдохнула, но легче не стало. Месть не принесла облегчения. Только боль. Я ушла, оставив их там, в их глупой и жалкой драке. И себя – в этой мерзкой, липкой реальности.
Домой мне больше не надо. Это место больше не мой дом и Слава меня сегодня там не найдет, как и дочь. Еще утром я перевезла все вещи к начальнице, стоило ему закрыть за собой дверь. Теперь только вперед. К своей новой жизни…
Глава 6
Сколько бы я это ни планировала, а переезд все равно был спонтанным, почти как побег. И это просто даже психологически… Я собирала вещи в молчании, бросая их в чемоданы и пакеты без особого порядка. Мне хотелось оставить там, в прошлом, всё: воспоминания, обиды, страхи. Но они упорно цеплялись за меня, как клочья одежды за гвоздь. Словно я увозила не только вещи, но и остатки своей старой жизни, которой больше не было.
В сотый раз мысленно благодарила себя, что на моем жизненном пути попалась такая, как Элина Николаевна. Она была одной из немногих, кто умел слушать и не лез со своими советами. После моего ухода в декрет мы почти не пересекались, но я помнила ее как человека надежного, немногословного– и она не подвела. Когда написала ей, отчаянно надеясь на чудо, ответ пришел почти сразу: «Приезжай. Решим».
То, что у нее еще и комната свободная в квартире нашлась, просто чудо! И даже ребенок не смутил…
Мы переехали с Тасей ближе к вечеру. Комната оказалась маленькой, но светлой. Узкая кровать, шкаф, столик. В углу – старое кресло с подлокотниками, потертое, но удобное. Лена, как она просила называть себя «в миру», встретила нас сдержанно, без лишних вопросов. Она показала, где кухня, ванная, где можно поставить игрушки. Была в ее молчаливой помощи какая-то особенная забота, за которую я была до бесконечности благодарна. Меня не спрашивали «почему», «зачем» и «насколько долго». Мне просто дали место, где можно спрятаться. Мне просто дали шанс на то, чтобы построить свою жизнь, а не убиваться от безнадежности и безвыходности, как тысячи других женщин, оказавшихся в моей ситуации, в жизни которых не нашлось такой вот начальницы…
Когда Тася уснула, я долго сидела на краю кровати, разбирая вещи. Я раскладывала их аккуратно, будто старалась собрать свою жизнь заново, как конструктор. То и дело накатывало… Вот так начинать– больно. Больно, но неизбежно. Это как операция…
Платье, которое надевала на первое свидание со Славой. Старый плед, под которым мы смотрели фильмы и который появился у нас тогда, когда даже не было постельного белья в новой квартире. Мелкие безделушки, которые казались важными, пока не стали напоминанием о боли. Всё это я складывала в шкаф, словно пыталась запереть прошлое за деревянными дверцами.
Лена заглянула в комнату. Ее лицо было спокойным, почти нейтральным, но в глазах читалось понимание.
– Все хорошо? – тихо спросила она.
– Да, спасибо, – ответила я, стараясь улыбнуться. – Спасибо, что выручаешь.
Она кивнула, долго смотрела, потом закрыла дверь. Я осталась одна. Лежала в темноте, прислушиваясь к дыханию Таси. Слышала, как в ванной гудят трубы, как скрипит лифт на лестничной площадке. И ждала. Чего – не знала.
Утром я заставила себя встать и начать обустраиваться. Хоть как-то. Купила новую скатерть для стола. Привела в порядок уголок для Таси – сложила ее игрушки, поставила на полочку книги. Повесила на стену свой старый рисунок – дом у реки, выполненный в акварели. Этот рисунок казался мне символом уюта, которого сейчас так не хватало.
Так началась моя новая рутина. День ото дня. Как во сне. На автомате… Новый сад дочери, новые условия, выход на работу, хоть Лена и разрешала пару раз в неделю работать из дома…
И все равно я незримо ощущала тревогу. Как будто тень, следившая за мной, спряталась за каждым углом.
Слава. Он не оставлял меня в покое. Сначала был один звонок – я не ответила. Потом второй, третий, их бесконечное количество. В мессенджерах – сотни сообщений:
«Где ты?»
«Вернись домой.»
«Ты все не так поняла.»
«Давай поговорим.»
«Я люблю тебя.»
Я не отвечала. Каждое сообщение было как укол, как гвоздь в сердце. Я боялась. Его слов, его прикосновений, его лжи, которая звучала почти правдой. Боялась, что поддамся, что снова поверю. Боялась за Тасю. За себя. За свое будущее…
«Галина, она не нужна мне. Это была глупость. Помешательство. Черт попутал. Возвращайся. Ради дочери… И я даже готов тебя простить… Заметь, я готов! И ты сделай первый шаг!»
Прочитала эти строки– и поняла, что внутри меня такая дыра разрастается, что мне так тошно, так плохо, так нестерпимо от него, что аж мурашки перед глазами. Урод… Наглый, беспринципный урод. Прощает он меня.
А вот я себя не прощаю! Не прощаю, что столько лет не открывала глаза на то, каков мой муженек! На его постоянные попреки за лишний съеденный кусок хлеба, за его прижимистость, за его критичность… Это ведь он внушил мне, что я не красавица и не умница, а я и поверила…
На работу ко мне он тоже звонил– Элина попросила, чтобы ему врали, что я не вышла. Но все равно, начальница прямо дала понять– избегать его вечно не получится. Мне нужно брать себя в руки и начинать с ним диалог. Тем более, что нужно подавать на развод.
Грешным делом где-то там, на дне ее взгляда, я видела скептицизм. Она думала, я вернусь к нему? Думала, что мое бездействие– это попытка проучить?
Нет. Я просто была настолько разобрана на части, что даже не понимала, как… Как идти дальше, выйти из чистилища, за пределы комнаты начальницы…
Спустя месяц моих пряток, которые вылились от уговоров и просьб в его угрозы, у меня развилась настоящая паранойя. Парадоксально– но Слава не требовал встреч с дочерью. Она фигурировала в его речи только как козырь к тому, что нам нужно снова сойтись, а потом– что если я не вернусь, он ее заберет. Вот тут-то Элина и настояла, чтобы я больше не тянула. Она права. Нужно делать следующий шаг…
Написала ему тогда, что в понедельник подаю на развод. Официально. Вот по повестке и встретимся.
А вечером кто-то стоял под окнами. Почему-то вглядываясь со второго этажа квартиры, я понимала, что это «за мной». И ведь не видно было точно, кто там прячется… Что это за мужская тень…
Слава? Нашел меня? Но как?
Этот кто-то стоял молча, не двигаясь, просто наблюдая. Смотрел ли он на меня в ответ сейчас или просто в пустоту – не знала. Но сердце сжалось, будто его сдавили чьи-то чужие руки. Я поспешно задернула шторы, почувствовав, как дыхание сбилось, как внутри все сжалось до боли.
В комнату ворвалась Таська, которая пекла с Леной блины на кухне. Переключилась на нее, отогнала от себя дикую тревожность. Уложила дочь, начала рассказывать ей сказки, чтобы отвлечь и её, и себя. Придумывала истории о принцессах, которые находят свои замки, где нет боли и страха. Где можно быть в безопасности. В каждой истории была надежда. Спасение. Как будто, рассказывая их, я внушала эту надежду и себе. Дочь почти перестала спрашивать о папе. И я понимала, почему… Его ведь толком и не было в ее жизни– вечно на работе, вечно уставший после нее… Вот, очередная сказка закончилась счастливым концом, которого в реальности не бывает…
«И жили они долго и счастливо»… – так и хотелось добавить: пока другая тетя их не разлучила…
Телефон на тумбочке завибрировал. Вздрогнула…
