Текст книги "Невеста для серого волка (СИ)"
Автор книги: Соня Марей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
Но скоро наступит пора прощаться, и никто не узнает, как мне на самом деле грустно.
– Я должен скорей отправить весть о своём возвращении, пока Рупперта не успели короновать, – при упоминании этого имени лицо Эрика сделалось жестоким, даже показалось – сейчас оскалится по-волчьи. – По закону должно пройти не меньше двух лет, чтобы пропавшего без вести монарха признали погибшим.
– И когда истекает этот срок? – с замиранием седца спросила я.
– Сегодня, – мрачно ответил Эрик, но, взглянув на меня, взгляд его прояснился. – Тебе, наверное, интересно, как я стал волком?
– Если тебе неприятно об этом вспоминать, то можешь не рассказывать.
– Ты имеешь право знать. И именно с тобой мне бы хотелось поделиться этой невесёлой историей, – он упёрся локтями в колени и опустил голову. Воспоминания гнули его шею пободно ярму.
Эрику никогда не нравился ближайший советник и друг отца – Рупперт. Некоторые помнили его статным широкоплечим великаном, силачом и победителем турниров. Он происходил из рода мелкопоместных дворян, но как-то быстро заслужил доверие короля. А ещё он был женат на женщине по имени Левзея – никто не знал, откуда она взялась, и кто её родители. Сплетники говорили, что у окна её спальни постоянно кружит вороньё, а сама она – тёмная колдунья.
Но в один день всё изменилось – Рупперта поразила неизвестная болезнь. Он стал усыхать, будто что-то тянуло из него силы, особенно досталось правой руке.
– Я понимаю, почему, – сказала тихо, боясь прервать рассказчика. – Потому что меч обычно держат в правой руке, ей он и нанёс удар Сердцу.
– Теперь, спустя много лет, всё наконец-то встаёт на свои места, – холодно произнёс Эрик. Брови его были сведены на переносице, принц то сжимал, то разжимал кулаки. – Он не только предатель и узурпатор, но и вор. Его ведьма-жена околдовала моего отца, он безоглядно доверял Рупперту.
Я слушала и вспоминала сновидение, в котором был рыжебородый мужчина с надвинутым на лицо капюшоном. Тогда его вид показался мне слишком подозрительным.
– Тётушка Лаванда говорила, что этот человек хотел присвоить магию леса, но его тело не смогло её вместить. Магия просто изуродовала этого Рупперта.
Я кратко объяснила Эрику, кто такая тётушка Лаванда, и при каких обстоятельствах мы с ней познакомились. При упоминании званого вечера в поместье Глоуда Эрика аж передёрнуло, но он промолчал. Зато, когда я закончила, произнёс кровожадно:
– Жаль, что Рупперт выжил тогда.
С тех событий прошли годы: у стареющих короля и королевы родился сын – Эрик, меч так и не нашли, Рупперт продолжал быть ближайшим советником и всё сильней подминал под себя двор. Его боялись, а Левзею – избегали.
Когда принцу минул двадцать один год, старый король стал совсем ослабел и через некоторое время скончался. Эрик готовился принять корону – церемония должна была состояться после празднования нового года, а Рупперт, почувствовав, что молодой наследник не поддаётся его влиянию и всё больше оспаривает его авторитет, замыслил измену.
Они были на охоте, когда всё случилось. Эрик отделился от свиты, конь унёс его далеко в лес, где не было слышно ни лая собак, ни гудения охотничьих рожков.
– Тогда я увидел Рупперта. Они с женой появились будто из воздуха, – он повёл рукой, очерчивая круг. – Что было дальше, я помню смутно… Казалось, я ослеп на несколько мгновений, упал в снег, а потом… – Эрик замолчал и посмотрел на меня. На лице его отпечатался след болезненных воспоминаний.
– Ты очнулся волком? – закончила я за него.
Он отрывисто кивнул.
– Да. На прощанье ведьма сказала, как снять проклятье, но это было не советом, а насмешкой. Они думали, что не найдётся человек, готовый на всё ради опасного зверя. И мне пришлось бежать и скрываться от своих же людей. Я будто пребывал в полусне-полубреду, никак не мог смириться со своей новой сущностью. Я бежал далеко от столицы, скрывался в лесах и рощах, а люди, едва прознав о появлении в их краях огромного волка, начинали на меня охоту.
Я представила, каково ему пришлось, и озноб пробрал до кончиков ногтей. Бедный, бедный Эрик!
– Так я добрался до вашего городка и проклятого леса, в который, на моё счастье, не осмеливались соваться местные. Что было после, ты знаешь сама, Рози.
Он закончил рассказ – мы оба молчали. Я, глядя на кончики своих ботинок, а Эрик – куда-то вдаль, где смыкались верхушки прямых, как мачты, сосен. Мягкий утренний свет проникал сквозь заснеженные кроны, оседал искрами на сугробах. Я чувствовала приятное волнение и старалась запечатать в памяти эти тихие мгновения, и украдкой поглядывала на чёткий, будто вылепленный талантливым мастером, профиль.
И понимала – когда-нибудь я расскажу сказку об одной девице и сером волке своим детям. А потом – внукам.
Да, это определённо будет сказка со счастливым концом. И то, что в носу начинает пощипывать, а глазам становится горячо, совсем ничего не значит.
– Спасибо тебе, Рози, – наконец, заговорил Эрик. – За твою веру, за доброту, за смелость. Что не побоялась ужасного зверя и пожалела его. И теперь я свободен. Свободен, понимаешь? – его пальцы скользнули по моей руке, легонько сжали запястье. – Благодаря тебе.
Кажется, он не заметил, что я вот-вот расплачусь. Пришлось растянуть губы в широкой искусственной улыбке, чтобы мой друг ничего не заподозрил.
– Сейчас я кое-что сделаю… – он опустил глаза вниз, смутившись. – Ты только не удивляйся, ладно?
* * *
Воздух был упоительно сладок. Целых два года я не мог вдохнуть полной грудью, а сейчас мир снова открылся мне в своей первозданной красоте и величии.
Глаза Рози блестели и напоминали два тёмных влажных озера, и сама она, окутанная мягким светом утреннего солнца, казалось, сияла. Её близость волновала меня не меньше, чем в то время, когда я носил волчью шкуру.
Даже больше, пожалуй.
– Сейчас я кое-что сделаю… Ты только не удивляйся, ладно? – я решительно соскочил с валуна, чтобы сделать то, чего долгое время был лишён.
Человеческий голос. Человеческие чувства.
Эмоции, не замутнённые жестокой звериной сущностью.
Вдохнув полной грудью, я раскинул руки в стороны и закричал. Казалось, мой крик заставил содрогнуться вершины суровых елей. Это было сносящее голову чувство, когда дорогой тебе человек жив, когда ты свободен от проклятья и, кажется, счастлив.
– Я свободе-ен!!!
Она смотрела на меня, распахнув глаза от удивления. И тогда я схватил Рози в охапку и закружил – даже в моём тяжёлом плаще она казалась лёгкой, как пушинка.
Обнимая меня за шею, девушка заливисто смеялась. Век бы слушать этот радостный смех и видеть счастье в глазах! А ещё до боли хотелось припасть к этим алым и наверняка сладким губам, но я сдержался. Я же больше не зверь, я приличный принц. Хотя… она ведь уже целовала меня. Сама.
Когда мы выдохлись и замерли – взъерошенные, вспотевшие и пьяные морозным лесным воздухом, Рози протянула руку и вытащила из моих волос запутавшийся прутик со словами:
– Давно хотела это сделать.
Не знаю, что послужило знаком – её нежный взгляд или разомкнутые губы, но я больше не смог противиться искушению. Наклонился и вовлёк в невинный, полный нежности поцелуй, который грозил превратиться в настоящую бурю.
Сначала Рози удивлённо вздохнула и напряглась, а потом обхватила меня за шею руками и проявила недюжинный исследовательский пыл. Время и пространство вокруг нас словно бы перестало существовать, растворилось, оставив только вдвоём посреди тёмной бесконечности. Она искушала, манила, притягивала магнитом – хотелось отбросить все условности и упасть в её зовущие объятия.
В груди горело – мне недоставало воздуха, но оторваться от тёплых влажных губ я не мог. Пил её дыхание, как шальной.
С небес на землю меня вернул звук, раздавшийся за спиной – как будто затрещали в камине влажные поленья.
Звук знакомый. Зловещий.
В груди разлился сначала холод, а потом меня окутал огонь старой ненависти – даже руки затряслись. Рози уставилась испуганно, должно быть, приняв мою реакцию на свой счёт, а потом тишину вспорол резкий оклик:
– Почему ты всё ещё жив?!
Глава 49. Давние враги.
В тот момент, когда я уже начала таять, как сосулька на солнце, Эрик вдруг окаменел и отстранился. Вместо головокружительной эйфории меня охватил беспощадный холодный страх и мысль – что я сделала не так? Его лицо переменилось в мгновение ока – губы сжались в полоску, на щеках заиграли желваки.
И только, уловив краем уха странный звук и заглянув ему за спину, я всё поняла. Пространство исказилось, за нами вдруг разверзлась гигантская воронка – посыпали голубые магические искры, ткань мироздания расползлась, будто её вспороли ножом.
– Почему ты всё ещё жив?! – крик, полный злости, ударил по ушам, и, когда магия рассеялась, мы увидели двоих – мужчину с перекошенным уродливым лицом, в богатой одежде и драгоценном венце, и высокую черноволосую женщину с глазами пустыми и тёмными, как обсидиановое стекло.
Эрик стиснул моё запястье до боли, а потом шагнул вперёд, закрывая собой.
– И девчонка тоже жива, хотя должна была поджариться, – прошипела женщина, по всей видимости, колдунья, сквозь зубы.
Я боялась даже дышать. Стояла, обмерев от страха и неожиданности.
Поджариться? О чём это она?.. Неужели…
Но задать вопрос или хотя бы обдумать мысль не успела – меня опередил Эрик.
– Какая удача, вы-то мне и нужны, – послышался его негромкий, полный скрытого бешенства, голос. Эрик, в отличие от меня, совсем не испытывал страха. – Парочка заговорщиков – Левзея и Рупперт… Или мне следует величать тебя ваше величество?
Так это те, кто повинен в несчастьях моего друга! Догадка, мелькнувшая на краю сознания, подтвердилась. И как они, интересно, нас выследили?
Если только…
Ворона!
Я сжала пальцы в кулаки. Эта пернатая гадина наверняка всё докладывала хозяйке, ох, не зря их называли ведьминскими птицами.
А Лорд Регент полыхнул глазами и заговорил. Речь его была невнятной из-за увечий, поэтому пришлось напрягать слух:
– Ты опоздал, Эрик. Сегодня моя коронация. Сейчас я расправлюсь с тобой и твоей подружкой… – он скользнул по мне презрительным взглядом, будто я была пылью под ногами, не больше. -… а потом вернусь и…
– Ты расправишься? – перебила женщина, и рот её дернулся в кривой усмешке.
А она была красивой, эта ведьма.
И вдруг Рупперт напустился на неё, замахнувшись здоровой рукой:
– Ты всего лишь глупая баба! Даром, что колдунья. Надо было убийцу к нему подослать, было бы надёжней! А ты всё «Ма-агия! Ма-агия!». И что теперь? Ты даже с девкой разделаться не сумела, бездарность!
Казалось, тёмные глаза женщины стали ещё темнее. На лицо наползла туча. Она смотрела на мужа, скрестив руки под грудью.
– Так это были вы… – выпалила я, сделав шаг вперёд. – Это вы сожгли мой дом?
Кровь ударила в голову, внутри забурлил гнев. Как легко, оказывается, ломать судьбы людей просто из-за прихоти! Просто потому, что так захотелось. С полной уверенностью в своей безнаказанности.
Ведьма улыбнулась, но от этой улыбки меня прошибло холодом.
– Да, детка. Только не своими руками.
– Робби?.. – осенило меня.
– Его разумом, уже начавшим разлагаться, оказалось легко овладеть, – спокойно, будто обсуждая свежие булочки в пекарне, поведала колдунья. – Мальчишка оказался слишком слаб и внушаем. Я не собиралась его убивать, он и так был безумен и погиб в огне по собственной глупости. Туда ему и дорога.
Я отказывалась верить в услышанное. До этого создания Запретного Мира казались мне воплощением зла, но, оказывается, я ошибалась. Гораздо более ужасные и жестокие люди ходят среди нас, они могут носить богатые одежды и улыбаться, но внутри у них нет ни сострадания, ни жалости, ни совести.
– И как вас только земля носит! – не обращая внимания на шиканье Эрика, гневно выкрикнула я, переводя взгляд с ведьмы на Лорда Регента. – Вы не только затуманили разум старого короля и сломали множество жизней, но и на Сердце Леса посмели замахнуться! Но вы просчитались, – на этих словах Рупперта аж перекосило, но я продолжила: – Вам никогда не получить его силу! Оно исцелилось и будет жить! Так что убирайтесь из этого леса подобру-поздорову… и не только из леса, но и из этого королевства!
Когда я закончила свою гневную тираду, все смотрели на меня, широко раскрыв глаза. Не ожидали от обычной девчонки, тихони, такой пламенной речи. А у меня от крика даже во рту пересохло.
Наконец, Эрик довольно усмехнулся и посмотрел на меня жарко, так, что к щекам прилила кровь.
– На вашем месте я бы последовал совету Розалин, если не хотите оказаться на плахе.
– Меня такой расклад не устраивает, – нагло заявил узурпатор, но сделал малюсенький шаг назад. – А Сердце Леса… Ничего нам не сделает эта безмозглая деревяшка. Жена, давай, покажи уже свои ярмарочные фокусы! Надоел этот цирк, мне сегодня ещё короноваться.
Бледное лицо колдуньи покрылось розовыми пятнами от обиды и злости – он ни во что её не ставил.
– Давай, Левзея, покажи, на что ты способна, – подначивал её Эрик. – Наколдуй что-нибудь весёлое, а мы все вместе посмеёмся. Я ведь вижу, как ты постарела и ослабла… Моё проклятье было слишком сильным, оно истощило тебя. А заклинание перехода добило.
– Что?! – воскликнул Рупперт. – Он врёт, да?! Убей их, быстро! Иначе я брошу тебя в темницу, глупая баба!
Эти слова оказались последней каплей. С лица ведьмы слетела маска холодной самоуверенности. Мраморно-белая кожа стремительно пошла морщинами, а волосы цвета воронова крыла начали белеть. Красота и молодость, поддеживаемые магией, развеялись как дым, являя истинный лик.
Рыча, как волчица, она сунула руку в мешок, перекинутый через плечо, с явным намерением достать оттуда какую-то опасную штуку. Я невольно отшатнулась, Рупперт упал на обтянутый синим бархатом зад и пополз назад – изменения во внешности супруги ошеломили его до заикания. Или просто он побоялся попасть разъярённой колдунье под руку.
А дальше произошло сразу несколько событий: Эрик метнулся к камню за мечом, Левзея вытащила светящийся голубой сгусток, а я вдруг покачнулась и еле устояла на ногах…
Потому что земля под нами задрожала.
– Что это? Что происходит?! – истерично завизжал Рупперт.
В недрах земли зашевелилось нечто, долго пребывавшее взаперти. Оно, как зверь, почуяло запах добычи и взметнула вверх свои бессчисленные руки.
Сердце Леса не было безмозглой деревяшкой – узнало давних врагов и пожелало мести.
В глазах ведьмы отразился ужас, когда с оглушающим грохотом землю перед ней пробил гигантский росток. Левзея с искаженным от визга ртом швырнула магический сгусток в зелёное щупальце, ещё на что-то надеясь, но то с чавканьем поглотило угощение. Впитало, как губка, а под землёй довольно заурчало.
Перед тем, как Эрик повалил меня на землю и закрыл своим телом, я успела увидеть взвившиеся из разлома ввысь живые плети и услышать вопли Лорда Регента и его жены.
А потом всё стихло.
Некоторое время я ещё боялась пошевелиться – как бы Сердце Леса не вздумало отобедать ещё и нами. Но тут Эрик как будто нехотя сполз с меня и пошёл туда, где были вздыблены и разворочены целые пласты земли.
И где в последний раз стояла парочка злодеев.
От мыслей о том, что в этот момент они чувствуют, если ещё живы, по спине скользнул холодок. Меня замутило.
Зачерпнув горсть снега, я умыла им лицо, чтобы хоть как-то прийти в себя. Да уж, встреча с регентом и его женой вышла… запоминающейся.
– Интересно, мы сегодня вообще до города доберёмся? – послышался задумчивый голос принца. – Мне ещё с твоей бабушкой знакомиться. И с другими… кхм… родственниками.
Последняя фраза прозвучала многообещающе. С губ едва не слетел нервный смешок, когда я представила дядю Джеймса, лебезящего и взрывающегося розовыми мыльными пузырями при виде наследника престола. Да он просто с ума сойдёт! А вот бабушка будет искренне рада.
Но рассудок точил маленький такой червячок – вертлявая скользкая мысль, которую я никак не могла ухватить за хвост. А когда это случилось, я едва не застонала.
Торн Глоуд!
Надеюсь, он всё-таки выжил.
Глава 50. Лавка посреди леса.
От мыслей о том, что я всё-таки могу оказаться убийцей, и тогда плакали и свобода, и планы на будущее, и здравствуй – тюрьма, меня отвлекли странные звуки. Будто в глубине земли что-то забулькало, закашляло – из разлома, в котором скрылись регент и ведьма, фонтаном брызнули комья мёрзлой земли.
– Рози, не подходи! – Эрик оттеснил меня назад. В правой руке принц сжимал рукоять меча, вся его фигура была напряжена.
Ну точно зверь перед прыжком.
– Кажется, бедное Сердце подавилось, – заметила я и невесомо тронула мужскую кисть с выступающими венами. Просто чтобы успокоиться.
Бах!
Что-то серое взмыло высоко вверх, выше заснеженных крон. На мгновение зависло, окружённое тучей пыли, и я опознала в летящем предмете сумку Левзеи. А потом та стремительно понеслась вниз, открываясь на лету.
Эрик сощурился, пытаясь разглядеть посыпавшиеся безделушки, среди которых особенно выделялся сиреневый шар. Он пульсировал и сиял яркой звёздочкой, а ещё, кажется, собирался рухнуть прямо мне на голову.
– Назад! – и снова Эрик толкнул меня так, что дух вышибло. Хоть и упала я в сугроб. – Прости, – буркнул в ухо и сразу вскочил на ноги, готовый к обороне.
Любопытство оказалось сильнее чувства опасности, я приподнялась на локтях – прямо в лицо ударил луч яркого света пополам со снежным крошевом, вынуждая заслониться локтем. А потом – скрежет, грохот, хлопок.
Да что же такое творится?! Сердце металось, как одурелое, мысли о самом худшем рвали сознание в клочья. Неужели мы выбрались из Запретного Мира, чтобы вот так глупо и бесславно умереть от прощального подарка Левзеи?
Я не сразу заметила, что воцарилась тишина. Странная тишина. Поразительная. А потом изумлённый голос Эрика позвал:
– Рози… Посмотри.
Я боязливо приоткрыла сначала один глаз, потом второй… И раскрыла рот от удивления.
Прямо перед нами, сияя вывеской и двумя окошками, стоял уютный маленький домик, похожий на гриб с красной шляпкой среди заснеженного леса.
– «Лавка тётушки Лаванды», – медленно, пытаясь справиться с охватившими его эмоциями, прочитал Эрик и повернулся ко мне. – Ты хоть что-нибудь понимаешь? Я – нет.
Ответить мне не дал скрип – из двери, охая и озираясь, показалась всклокоченная сиреневая голова.
– Ну и денёк! Чтоб меня… – раздался знакомый голос и, потягиваясь всем телом, модистка вышла на крыльцо.
Я подскочила, как ужаленная:
– Тётушка Лаванда! – и бросилась к ней, игнорируя попытки Эрика остановить меня. Сердце наполнила такая радость, лёгкость – с души свалился тяжкий груз вины. Фея жива и с ней всё в порядке!
Увидев нас, женщина расцвела в благодушной улыбке и с радостью заключила меня в объятья.
– Деточка! Какими судьбами? Неужели вам удалось справиться с ведьмой Левзеей? – она стрельнула глазами в сторону Эрика, который, наконец, расслабился и опустил клинок.
– Ох, это очень долгая история, тётушка Лаванда, – я устало качнула головой.
– Ну, если у вас найдётся немного времени, то давайте обсудим ваши приключения за чашкой ароматного чая, – она сделала приглашающий жест, и тут же из двери с ликующими визгами вылетела стайка миниатюрных фей со стрекозиными крылышками. Они окружили недоумённо хлопающего ресницами Эрика, что-то прочирикали на своём, и бросились врассыпную.
Тётушка Лаванда смотрела на своих малышек с любовью и нежностью, так, как смотрит на детей любящая бабушка.
– Пожалуй, чай не помешает, – Эрик кивнул. – Неплохо бы согреться, а то Рози совсем закоченела.
– Ну и славненько! – она потёрла пухлые ладошки. – А я расскажу, что же случилось со мной.
Внутри лавка осталось такой, какой я её запомнила – рулоны разноцветных тканей, волшебные светильники с моховыми коряжками и очаровательными жучками, ряды коробок с пуговицами, кружевами, лентами и прочими швейными радостями, потрогать которые так и чесались руки. Но – не сегодня.
Пришлось с сожалением признаться, что я не уберегла бесценные подарки – три платья сгорели, а плащик разорвали твари из Запретного Мира. Но фея, кажется, ничуть не обиделась.
– Они сыграли свою роль – это самое важное, Розочка, – наставительно произнесла та и потрепала меня по плечу. – А насчёт подвенечного платья не волнуйся, что-нибудь придумаем, – и подмигнула.
Я залилась краской до самых ушей и потупила взгляд. Смотреть в этот момент на Эрика отчего-то стало неловко, но он сам быстро сменил тему, продолжив красочный рассказ о нашем путешествии. Я время от времени вставляла слово-другое, но больше слушала – Эрик был прекрасным рассказчиком, его голос лился подобно музыке. Хотелось слушать, слушать, слушать…
– Ты прав, мальчик мой, – тётушка Лаванда подула на чай и пригубила. – Использование заклятий такой силы истощает магический резерв чародея. К тому же, Левзея применила опасное заклятье уменьшения – подкараулила, когда я спала. Ей показалось забавным то, что моя лавка вместе со мной и всеми обитателями стоит на её туалетном столике внутри волшебного шара.
– За что она с вами так? – спросила я. – Неужели за что-то мстила?
– Когда-то Левзея была подающей надежды светлой колдуньей, но она не знала меры... – тётушка Лаванда погрустнела. – Потом связалась с Руппертом, надев личину молодой красавицы, которая, кстати, тоже сил ого-го забирает. Но любовь зла... А на меня она обозлилась за то, что я отказалась помочь ей его исцелить, – Лаванда негодующе фыркнула. – После всего, что эти двое сотворили! Но сегодня она умерла, и я стала свободна.
Я мало что понимала в колдовстве, но слушала внимательно, хотя ужасно хотелось спать. А мелкие проказницы-феи начинали теребить мои волосы и щипать за нос, стоило только смежить веки.
– Значит, отныне лес перестанет внушать людям страх? – спросил Эрик, пытаясь сесть поудобней, но длинные ноги мешали ему как следует расположиться за миниатюрным столиком. – Вам ведь больше незачем окружать его волшебным барьером, Сердце здорово и никому не сможет навредить.
– Барьер пал в тот момент, когда Сердце исцелилось. Заклятье страха основательно иссушило меня – чтобы восстановилась утраченная сила, должно пройти ещё много времени, – в голосе Лаванды прозвучала лёгкая тоска. Она поправила кудряшки и разгладила платье на коленях. – Люди больше не будут трястись от ужаса только на подходе к лесу, и со временем его проклятье забудется.
Я почувствовала, как губы непроизвольно растянулись в улыбке, и перехватила взгляд Эрика. Что-то в нём было такое – тёплое, уютное, доброе, отчего захотелось свернуться клубочком у него на коленях и замурчать.
– Но наша Рози и так ничего не боялась. Жажда непознанного оказалась сильнее банального страха, – с гордостью произнёс он и накрыл рукой мою ладонь.
Чаёвничать слишком долго мы себе позволить не могли, поэтому уже скоро пришлось прощаться.
– Знаете, это неплохое место для лавки! Доберутся только самые стойкие модницы, – тётушка Лаванда очаровательно рассмеялась. – Вы забегайте, не стесняйтесь. И спасибо вам за всё, ребятки. С меня свадебное платье!
И снова щёки начали гореть от неловкости – ну какая свадьба! Эх, тётушка, знали бы вы, что у меня на душе…
Но Эрик по-хозяйки обнял меня за плечо и потащил прочь:
– Спасибо за чай, ваше величество! В следующий раз поболтаем, мне сегодня ещё кое с кем разобраться надо, а время поджимает, – закончил кровожадно и сузил глаза.
Кажется, я догадываюсь, о чём он.
