Текст книги "Тракт Чёрной Вдовы (СИ)"
Автор книги: Сона Исаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)
– Так это же прекрасно! – Под общее недоумение я хлопнула в ладошки, – да поймите вы, схватим Рейнольда на поличном, ему не сбежать от наказания. Не будет Рейнольда, не станет Фитхи! Он уже половину города и людей потерял. У него остался единственный человек, который способен помочь выстоять против нас – его брат.
– Мы идём на бал?
– Как мы схватим Рейнольда при попытке покушения?
– Это же опасно для принца!
– Надо рассказать всё Макбулу!
– У меня есть идея, – медленно проговорил Атар.
Вот за что я люблю свою команду, так это за всеобщий сдвиг крыши, которым они заразились от меня. Макбулу решили ничего не говорить, чтобы, если что-то пойдёт не так, к нему не было претензий со стороны короля.
– Это просто невероятно, – прошептала я, глядя на молодого мужчину, с которым меня решил познакомить Атар.
Сессилия, одетая в мужское, так же как и я, выглядела потрясённой. Она единственная из нас всех видела принца несколько лет назад вживую.
– Вы долго будете ещё на меня глазеть? – Недовольно пробурчал мужчина.
– Вы правы, извините, просто…
– Просто я мелкий, – обиженно кинул он.
И да, он действительно был маленьким. Не карлик, в привычном понимании, по которому так или иначе легко определить возраст. Этот мужчина действительно выглядел как ребёнок. Даже голос детский.
– Зато как удобно работать трубочистом, а, Пикс? – Атар подмигнул своему товарищу и тут же получил пинок по ноге.
– Вы всерьёз хотите, чтобы я притворился принцем?
– Только на пару часов, – клятвенно заверила я его.
– Как я попаду во дворец? Почему канцлер не пришёл с такой просьбой?
Мы переглянулись.
– Во дворец тебя проведёт леди Моэр, – ответил Атар, игнорируя вопрос про Макбула.
– Мы не дадим вам умереть, обещаю.
Пикс молча смотрел на нашу процессию, а потом пристально – на меня.
– Я слышал о тебе, леди, – если бы не глаза взрослого человека, я бы подумала, что со мной говорит один из приютских детей, – думаю, ты знаешь, что делаешь.
– Атар, ты гений! – Воскликнула я уже на лице, натягивая кепку на лицо.
– Знал, что ты оценишь, дамочка, – он усмехнулся.
– Не верю, что мы действительно на это пойдём, – прошептала Сессилия, глядя в чистое небо.
– Ты сама видишь, сколько людей встало против Рейнальда с ублюдком, – я пожала плечами, – и, судя по донесениям, они действительно к чему-то готовятся.
– Люди короля готовы пойти на измену, пусть это и для защиты принца, – согласился со мной Трей. – Они готовы пустить во дворец Фроста с командой и остаться в спальне, с маленьких принцем, когда мы сделаем подмену.
– Как мы защитим Писка?
– Он взрослый, будет смотреть на всё более критично, плюс, у нас есть Тыковка. Надо только их познакомить лично перед тем, как всё начнётся. И пусть ничего не есть и не пьёт.
– Мы сумасшедшие, – проговорила Сессилия, улыбаясь, – все мы.
– Зато какие обаятельные!
Чем хорошо иметь верных людей везде, так это тем, насколько развязаны руки. Фросту королевская стража поверила безоговорочно. Они были верны королю и ради защиты маленького принца готовы нарушить закон. Нам никто не помешает пробраться во дворец. Никто не знал, сколько людей Рейнальда было в замке, поэтому решили пробираться по моим путям, то есть, по старым добрым канализациям.
Вот только без меня.
Сессилия настояла на том, чтобы и я объявилась на балу. Поскольку я была из знатного рода, то тоже получила приглашение. Но я закинула его в дальний угол под неодобрительным взглядом Густава, сейчас пришлось его достать.
Фрост и Атар должны были пробраться во дворец по моим путям, прихватив Тыковку, пока скандальная леди Моэр появляется на балу, во-первых, без сопровождения, во-вторых, в слегка провокационном наряде, в-третьих, подбешивая Фитху и его брата тем, что я не только сбежала, так ещё и жива-здорова.
Сегодня весь город гудел, так что бегающие туда-сюда приютские дети ни у кого не вызывали вопросов. Но они принесли мне много интересных новостей. Рейнальд готовил корабль к отплытию, но, кажется, сам плыть на нём не собирался. Фитха собрал людей в своём логове, они целый день не выходили оттуда. И зачем-то заказали целый ворох платьев.
На всякий случай сказала Фросту и Гроту остерегаться служанок.
В доме мадам Трутин меня уже ждали девушки:
– Хоть мы и торопились, платье ещё не готово, – Римма выглядела грустной, – зато в итоге будет, что надо!
– Чёрное, как вы и просили, – другая девушка подбежала ко мне с мерной лентой, – надо только воротник подогнать.
– Быстренько раздевайтесь, примерка много времени не займёт!
Пять минут спустя я стояла перед зеркалом во весь рост, обалдевши разглядывая себя.
– Откуда у меня грудь? Раньше её не было, – шокировано выдохнула я.
Девушки сшили платье в моём стиле: мрачное, но классическое. Только на этот раз они вшили под ткань плотный корсет, придающий моей талии такую точённость, что казалось, обхвати рукой – сломаешь. Все мои вдовьи наряды были наглухо закрытыми, но сейчас сквозь смелое декольте я любовалась красивыми очертаниями груди, хоть длинные рукава и закрытые плечи девушки решил оставить.
– Вот здесь, видите? Девчонки, у меня есть грудь!
– Я против вдовьей вуали, – пробормотала одна из них, рассматривая мои волосы.
– Думаю, надо строгий пучок и тиара баронессы, – согласилась другая, – у вас ведь есть тиара баронессы?
– У меня есть знакомый ювелир, который одолжит на вечер, – отмахнулась я, возвращаясь к самолюбованию.
– Через часа три платье будет готово, леди Моэр. И поверьте нам, вы будете неотразимой.
– Это точно, пусть оно и чёрное.
Чем ближе был бал, тем больше меня потряхивало. С Моими людьми я потеряю связь как только пересеку ворота дворца. Фрост и Грот проведут Пикса в замок, заручившись поддержкой личной королевской стражи. Тыковка проникнет в комнату настоящего принца, для него сделают полумрак. Одна из служанок должно невзначай погасить свечи и недалеко от трона в тронном зале.
Сессилия должна будет время от времени отвлекать Рейнальда, на всякий случай, а на мне – Фитха. То, что они совершат покушение на принца, никто не сомневался, мы просто не знали, как именно. Мы постарались учесть самые очевидные варианты, но вероятно мы многое не предусмотрели, поэтому надо ещё подстраховаться.
Карета за мной приехала, но, прежде, чем отправиться на Зимний бал, я решила зайти на болота.
Духи безучастно поприветствовали меня. Я смотрела на казнённых магов, и сердце сжималось от боли. Сколько они здесь скитаются? Сто лет? Двести, больше?
– Я знаю, как вам помочь, – хрипло проговорила я душам, – я знаю, сколько раз помогали мне вы. Мне жаль, что я пользовалась вашим даром в корыстных целях. Молю лишь о последней самой последней помощи. Это важно для мира и спокойствия.
Они выстроились полукругом. Один из призраков указал рукой на болота, и я поняла без слов. Вытряхнула всё барахло из ридикюля, и положила горсть болотной земли.
Магия, не магия, но преимущество эффекта внезапности ещё никто не отменял.
– Её благородие, вдовствующая баронесса леди Аделаида Арманд Найран-Моэр! – Оповестил голос моё прибытие.
Меня ослепило от тысяч зажжённых свеч и от блеска драгоценностей на шеях и головах местной знати. В огромном зале, казалось, собралось несколько сотен гостей. По негласному правилу все были облачены в холодные тона: от бело-голубых до тёмно-синих. И только я, такое тёмное пятно на местной короне, спускалась по широкой лестнице, держа каменную мину.
Нет, вначале даже попыталась улыбнуться незнакомым людям, но как-то не совсем приветливо на меня смотрели близстоящие благородные леди и лорды.
Ну и фиг с ними. Кушайте, не обляпайтесь.
Кому-то было на меня плевать с высокой колокольни, а кто-то не стесняясь начал шушукаться со своими парами и подругами.
– Она пришла одна! Какой стыд!
– Какой наряд! Вульгарно! – Знали бы, кто мне платье шил, в обморок грохнулись бы. И поверьте, милый дамы, для них это верх добродетели.
– Она водит дружбу с Фитхой! Он даже помог ей дело своё открыть.
– Да бросьте, ни одна благородная леди не посмеет связать себя слухом с таким человеком.
– Тогда как её дело процветает? Вы всерьёз думаете, юная девица могла додуматься до проекторов и печатных станков? – Возразил мужской голос.
Я застыла. Их мнение о моих умственных способностях не волновало ни сколько, а вот связь с Фитхой оскорбляла до глубины души. И тот тон, с которым эти слова были брошены, намекающий не на простую связь, а вплоть до любовной, разозлил. Я и так была на нервах.
– Добрый вечер, лорд и леди Эдмонд, – улыбнулась во весь рот достаточно вежливо.
– Леди Моэр, это правда, что вас не единожды видели в неких домах в обществе людей с сомнительной репутацией? – Леди Эдмонд было привлекательной женщиной чуть за сорок. Вот только чуть снисходительное выражение лица было явно напускным и ей не шёл абсолютно. У моей мачехи это получалось естественно, что придавало ей некий шарм.
Стоило подумать о мачехе, как спину начало жечь. Неужели она здесь? А отец?
– Если ваш муж – человек с сомнительной репутацией, то правда, – всё так же вежливо ответила ей. Лорд Эдмонд побледнел, – скажите, лорд Эдмонд, ваша привычка бить женщин, даже тех, кому вы вынуждены платить за их общество, это детская травма или единственный способ доказать вашу мужественность? – По бокам послышались возмутительные возгласы, – оу, прошу, не волнуйтесь. Вы же знаете, что некоторых сотрудников для моего издательства я наняла из закрывшихся увеселительных заведений. Одна девушка сказала, что он бьёт как девчонка. Никакого вреда, – Супружеская чета сейчас напоминала окаменевших статуй. Готова поспорить, она раз десять успели пожалеть, что задели меня своими погаными языками. Я доверительно положила руку на плечо Эдмонда, вызвав новую волну ахов и вздохов, – благодарю вас за то, что вы такой слабак. Девушки могут спать спокойно. А сейчас, прошу меня простить, меня ждёт более приятное общество. Дам возможность пообсуждать меня за моей спиной ещё немного.
Сзади послышался звонкий смех.
– Я хотела познакомить тебя со своими родителями, но не могла устоять услышать продолжения этой беседы, – Сессилия аккуратно чмокнула воздух за моим ушком, и шёпотом спросила, – что ты сделала с глазами? Выглядишь просто невероятно!
– Вазелин и сажа, тушь и подводка называется. И немного теней, потом тебя научу.
– Батюшка, познакомься с леди Моэр, моей близкой подругой, – проворковала Сессилия мужчине с грустными складками на лбу.
– Скандальная революционерка, – он по-доброму усмехнулся, и взял мою руку, затянутую в чёрную, кружевную перчатку, оставив на ней поцелуй, – для меня честь познакомиться с вами.
Я посмотрела в умные глаза, ища подвох. Естественно, для меня было волнительно заявиться в высшем обществе со своей вопиюще неприличной репутацией. Да, обманывала себя не единожды, что мне плевать, но будем откровенны: нелегко находиться там, где вокруг тебя образуется пустота из общественного отчуждения, а за спиной то и дело говорят всякие гадости. Именно поэтому слова лорда Лавариан были так важны. Особенно от того, кто столько лет был десницей короля, у кого целая свита из благородных и мудрых сторонников.
– Польщена вашими словами, лорд Лавариан, – я улыбнулась искренне.
Меня так быстро закидали вопросами о моём издательстве, книгопечатании, и, особенно о моих банковских новшествах, что не сразу заметила, как возле нас образовался круг из лордов, интересующихся моим мнением по поводу некоторых производственных вопросов. Моим мнением!
– Все на месте, – чуть слышно бросил один из моих людей, переодетый в слугу, – ваше шампанское, леди Моэр, – добавил он уже громче.
В зале находилось как минимум пятеро моих людей. Мы подобрали самых, как бы грубо это не звучало, симпатичных. Многие из отряда Фроста были потрёпаны войной или выглядели простовато. Я доверилась Сессилии и Трею в вопросах, кого мы поставим на пост подавальщиков.
Внутри созрел очевидный вопрос: вот здесь мои люди, наверняка подменыши и со стороны Рейнальда и Фитхи, а сколько в зале настоящих королевских слуг?
– Аделаида? – Давно забытый голос вырвал из пучины размышлений.
Жаль, я так и не узнала имени своей мачехи. Она выглядела гораздо хуже, чем раньше. В глазах погас огонь, на шее виднелись синяки, которые она пыталась скрыть за накрахмаленным воротничком.
– Рада вас видеть, – может, она и удивилась моим словам, но говорила я истинную правду, подалась порыву, и крепко обняла женщину.
Может, это было очередным вопиющим нарушением общественного протокола, но на моё объятие спустя мгновение подалась и мачеха. Я почувствовала несмелые ответные объятия, от чего внутри стало теплее.
– Как дела дома? Как мои братья? – Намеренно проигнорировала подошедшего папашу. Теперь мы в одной весовой категории, упырь. Только попробуй сунуться.
– Мы заключили выгодные условия для их брака, – сухо проговорила она, недовольно поджав губы.
– Вижу, ты тоже весьма не дурна, стала даже краше, – пробасил отец, намекая на мой четвёртый брак.
– Благодарю. У меня слишком много дел, чтобы связывать себя новыми узами брака. Тем более, не хочу делиться своим состоянием ни с кем.
О да, он был наслышан о моём прибыльном предприятии. А уж круг из уважаемых лордов, с которыми я беседовала по деловым вопросам, так вовсе явилось лишним доказательством, что его дочь вполне справилась сама, даже пришла к успеху.
Казалось, мачеха хотела мне что-то сказать, но нас прервал багровый папаша, который начал тихим тоном читать о моральном долге дочерей, о том, как унизительно я отказалась от его титула и фамилии, как должна была вернуться домой, помогая семейному бюджету и бла-бла-бла.
Но в зал вошли двое, отвлекая нас от такой «содержательной» беседы, в виде монолога моего папаши о своей нерадивой дочери.
Я впервые видела Рейнальда. Оказалось, он был противоположностью Фитхи. Вместо симпатичного брюнета брата, передо мной стоял расплывшийся в талии блондин. У него был настолько отвратительный, обрюзгший рот, что волей-неволей вызывал сравнение с жабой.
И почему я сейчас вспомнила о бароне Тюренн? Так похожи.
Я отсалютовала бокалом Фитхе, который умело скрыл минутное замешательство за ответной улыбкой.
– Козёл, – тихо бросила в бокал.
– Кто, леди Арманд? – Макбул подошёл незаметно.
В отличии от всех присутствующих, он выглядел очень и очень напряжённым. Складка между бровей стала ещё глубже. Уголки рта опустились на красивом лице, которому так не хватало улыбки.
– Да неважно, добрый вечер, ваша светлость.
– Вам нужно немедленно уйти, – проговорил он так тихо и прямо на ухо, вызвав новую волну перешёптывания.
Присутствующие непонимающе бросали взгляды то на нас с Кенаном, то на Сессилию, которая мило ворковала с Рейнальдом. Бедненькая.
– Прошу вас объясниться, – прошипела в ответ, – или вас тоже оскорбляет моё общество?
– Не сейчас, леди Арманд, очень прошу, просто уйдите.
– Нет уж, сейчас, – я повернулась к Кенану, – объяснитесь сейчас. То вы относитесь ко мне весьма благодушно, даже помогаете, то потом становитесь холодны, как север, явно в чём-то подозревая меня. А после вообще намекнули на связь с ублюдком. Так в чём вы меня подозреваете, лорд Макбул? Про мои выходки в нижнем городе вы знаете, не можете не знать, но так же прекрасно осведомлены, что закон я не нарушила. Не спорю, злоупотребила вашей печатью, но даже это в рамках закона. Может только вне морали. Но это вещь весьма субъективна. И если вы в очередной раз уйдёте от ответа, клянусь всем святым и собственной свободой, я вас ударю.
Впервые за долго время на лице Кенана появилась та самая усмешка, по которой я скучала. Только слегка грустная.
– Осторожнее, леди Арманд, уже много кто хочет поставить некую леди на место.
– Например, вы?
– Боюсь, в этом деле я уже не преуспел.
Договорить нам не дали. В зале раздался стук, а после оповестили о выходе супружеской паре и наследника.
– Его Величество Король Черасса Орнульд Тирр Треттий! Её величество, королева Черасса Лилиан Филиат Орнульд! Его высочество принц Тарнан Орнульд!
Королевская чета выглядела, ну… как королевская чета: запредельно благородно и возмутительно богато. А вот Пикс, простите, принц, вот-вот сорвёт нашу операцию. Ни у кого и сомнений не возникло, что перед ними принц, вот только смотрел он на всех настолько взросло и надменно, что вот-вот выдаст себя с потрохами.
Он быстро нашёл меня взглядом. Я выпучила глаза, намекая на то, что он делает что-то не так. Пикс сообразил сразу, состроил растерянное выражение лица, опустил глазки в пол, и больше ни на кого не бросал пренебрежительные взгляды.
Рейнальд не заметил подмены, но чуть предвкушающее улыбнулся, когда появился маленький принц. Если раньше была крошечная капля сомнений, то сейчас она испарилась, не оставив и следа. А вот Фитха куда-то исчез.
– Что здесь происходит, – проговорил Кенан больше про себя, чем спрашивал меня на самом деле.
Ну, то, что он заметит подмену, можно было догадаться, а вот как родители не узнали своего ребёнка – загадка.
– Леди Арманд, где принц?
– В своей комнате с вашими и моими людьми, – я и не знала, что его глаза способны стать ещё чернее, – с ним всё в порядке. Пикс в случае нападения примет удар на себя. Но уверяю вас, он тоже под надёжной защитой.
– Я готов запереть тебя прямо сейчас, – прошипел он.
– Ой ли, – тем же тоном бросила я, переходя на «ты» в ответ, – твоя цель – защитить корону от Рейнальда. Моя – избавиться от Фитхи. Не будет Рейнальда, не будет и Фитхи.
– У Фитхи повсюду руки протянуты слишком глубоко. После устранения его брата, уйдут месяцы, пока я всё не вычищу.
– У меня два предположения: либо ты так и не добрался до своих отчётов обо мне, либо твои люди не очень хорошо работают, Кенан.
Кенан слегка запрокинул голову вверх, чуть прикрыв глаза.
– Считаете до десяти, ваша светлость? – Вкрадчиво поинтересовалась я.
– Вас совсем не интересует собственная безопасность и общественное мнение?
– Исходя из того, что вы слишком долго стоите возле скандальной вдовы, а не со своей невестой – вас тоже.
Перед троном выстроилась очередь из жаждущих высказать своё приветствие и преподнести подарок.
Я удовлетворённо заметила, что мои люди ведут себя «под прикрытием» гораздо профессиональнее, чем люди Рейнальда. Как я это поняла? Да хотя бы из-за того, что они появились после выхода принца, и мне удалось безошибочно вычислить их среди остальных.
Как именно будет проходить покушение? Стрела? Меч? Яд? То, что это будет при всех – это очевидно. Чем больше внимания, тем сильнее урон. Это столица поняла ещё после выхода моих первых газет.
Я встала в очередь перед Рейнальдом, пытаясь понять, что он приготовил в качестве подарка принцу.
– Не ожидал, что ты способна на побег в одиночку, – услышала голос Фитхи в спину.
– А я не ожидала, что ты способен хоть на что-то без своего братца, – бесстрастно обернулась к нему, – тяжело быть неудачником, верно?
– Ты был прав, – Рейнальд смотрел своими жабьими глазами прямо на меня, но обращался к Фитхе, – с ней пора заканчивать.
От этой простой фразы, брошенной спокойным тоном, стало не по себе. С Фитхой было проще: слишком самонадеян, слишком эмоционален и слишком зависим от влияния своего брата-королевского бастарда. Но вот Рейнальд имел реальную власть и доверие самого короля. И не выглядел тем, кто способен действовать необдуманно. Готова спорить, похищение Сессилии и покушение на Кенана было идеей Фитхи, этот человек так глупо не поступил бы.
Я ничего не ответила. Пришла моя очередь выказать своё почтение королю и королеве.
– Леди Моэр, – король чуть наклонился вперёд, – мне доложили, вы приготовили особый подарок для меня. Говорят, это просто прогресс – эти ваши проекторы.
Я постаралась, чтобы моя улыбка не была чересчур широкой и самодовольной.
– Слова, воплощённые в картинки, позволяют погрузиться в сказочную историю ещё глубже. Очень надеюсь, вашему величеству нравятся сказки.
– Так это вы автор тех сказок? – Королева, которая выглядела скучающей и безучастной, очень вежливо улыбнулась мне. – Я так была впечатлена и смущена, ведь эти истории для детей, а пленили уже взрослую женщину.
– Я польщена, ваше величество.
Я и так продержалась неприлично долго у королевской четы. Но тут масла в огонь подлил Пикс, который подорвался и бросился меня обнимать. Со стороны это выглядело, как выражение признания любимому автору, но мы-то знаем, что это совершенно не так:
– Камины не горят, но дымоходы открыты, – быстро бросил он мне и вернулся на свой трон.
– Спасибо, ваше высочество, – присела я в реверансе и удалилась.
Значит, Пикс считал, что нападающие ворвутся через камины. Они здесь были огромные, как и дымоходы. Задвижки в них открыли наверняка заранее.
Возможно, это произойдёт во время моего показа. Для проектора надо погасить свет, очень удобно для нападения.
Вот уже выразил своё почтение последний знатный гость. Сейчас королевская пара по идее должна открыть бал первым танцем, но было оговорено, что перед этим надо будет показать на проекторе сказку о зимних бабочках. Скучнейшая история, но она была классикой и символом зимнего бала: о бабочках однодневках, которые приносят за собой зиму, а после умирают. А зима царствует до весенних бабочек, которые должны прилететь со шлейфом тепла и цветения.
Вот погас свет, и распорядитель объявил о моём подарке. Все устремили свой взор на громадное белое полотно, а я посмотрела на Рейнальда. Теперь он не выглядел таким расслабленным, напряглась и я. Тыковка прикроет Пикса, но всё равно, всегда может пойти что-то не так. А вдруг Рейнальд решит вырезать половину гостей? Тогда будет совсем грустно.
Рейнальд поймал мой взгляд и улыбнулся злой, предвкушающей улыбкой. Ох, как она мне не понравилась. Он решил разобраться со мной прямо здесь и сейчас?
Где Кенан? И где… Где все мои люди?...
В зале ахнули, когда показался первый слайд. Зайедан, а именно ему я доверила рисовать слайды для короля и королевы, постарался на славу. Картинки были настолько живыми и детализированными, что казалось, бабочки сейчас выпорхнут в зал. От самой картинки повеяло сказочным холодом. Распорядитель хорошо поставленным голосом рассказывал историю, которую знал здесь каждый, а с потолка посыпался настоящий снег.
Я на миг так увлеклась волшебством, что пропустила возню у входа, а после, на середине истории зажегся свет.
– Леди Моэр! – Незнакомый мне мужчина в сопровождении гвардейцев, чеканя шаг разрезал толпу, приближаясь ко мне, – вы обвиняетесь в совершении запретного таинства, в использовании магии и заговоре против короля!
В стороне от него стоял Макбул с нечитаемым выражением лица. Он приложил к этому руку? Конечно, это он. Он же Верховный Канцлер.
В зале все ахнули. Несколько молодых дам по очереди грохнулись в обморок, а Рейнальд с гаденькой улыбкой чуть склонил голову.
Если Макбул меня арестовывает, значит, у него есть какие-то веские доказательства, иначе никак. А если нашлись «доказательства» и Рейнальд такой довольный, значит он и подсуетился, чтобы они вообще появились.
Была бы моя воля, я тоже шмякнулась бы в обморок, но я покорно дала надеть на меня кандалы под взглядом сотен пар глаз и вывести меня из бального зала.
Ладно, это ничего. Ничего. Я и отсюда выкручусь, главное, чтобы покушение сорвалось, и мои друзья вывели Рейнальда на чистую воду без меня. Они справятся, я это точно знаю.
Во второй раз в моей жизни я попала в тюрьму. И всё как в первый раз: сырость, плесень, пустая камера с мышами.
А ещё Кенан, который стоял по ту сторону решётки.
– Свободны, – бросил он людям.
Я была растеряна по-настоящему, впервые в жизни лишилась дара речи.
– Вы поэтому так настойчиво просили меня уйти? Знали, что меня арестуют?!
Кенан молчал. Я нервно расхаживала по камере, теряя над собой контроль.
– Магия, да? Меня обвиняют в использовании магии? И что ещё за запрещённое таинство?
Макбул молча достал тот самый лист, который я унесла из особняка моего отца.
– Это таинство позволяет не одарённому человеку после принесения кровавой жертвы забрать магию другого человека. Вот только есть разница между тем, кто родился с даром, и тем, кто его украл: для последних магическая сила – это чужое присутствие внутри, которое живёт само по себе. Такие маги бесконтрольны, они меняются до неузнаваемости, а порой даже забывают своё прошлое.
– И ты так уверен, что я принесла эту кровавую жертву, потому что не вспомнила нашу первую встречу?
– Не совсем…
– Или потому что я изменилась? – Перебила его, всё больше распаляясь, – за это меня сюда упекли, а потом казнят, да, Кенан?
Я ожидала чего угодно от герцога, но только не то, что он рассмеется.
– Леди Арманд, я восхищен тем, как вы всё провернули этим вечером: ваши люди крутятся вокруг короля и принца, королевская стража пошла на преступления, поверив вашим словам, подмена наследника, кстати, а почему ваши люди в женских платья?
– Тактическое решение, – пробормотала я, теряя нить разговора.
– Моя ошибка – я не сразу обнаружил ваших людей, но вот Рейнальд – моментально. Теперь, когда такая фигура как вы убрана с доски, у него развязаны руки, – просто ответил Кенан. Открывая дверь темницы.
– Так это вы всё подстроили?! – Ахнула я.
– Взял пример с одной взбалмошной леди, которой плевать, по её словам, на мнение общества.
Теперь во второй раз я абсолютно не знала, что ответить.
– Подождите, но ведь обвинение в магии и в этом ритуале взялось не просто так. Вы в этом меня всё это время подозревали? В использовании магии?
Кенан ничего не ответил.
– Тогда почему не арестовали раньше? – Вкрадчиво поинтересовалась я.
Он промолчал и на этот раз.
Поверить не могу! Я всё гадала, что именно изменилось, а этот человек всё это время подозревал меня в смертном грехе и ни слова не сказал!
Да еще и воспользовался своими подозрениями, чтобы поймать Рейнальда, а меня обвинить в страшнейшем преступлении.
– Да ты, – я со всей толкнула его в грудь, – можно и говорить с людьми, спрашивать их! – Ударила ладонями ещё раз, но с таким же успехом, могла пойти пнуть Тыковку, – можно было предупредить, что арест – фикция! Я чуть жизни от страха не лишилась! И я не пользуюсь магией!
– А что мне ещё оставалось думать, Аделаида? – Он перехватил мои руки, – всё, к чему ты прикасаешься, всё меняется. Не бывает такого успеха. Да ещё до третьего твоего замужества ты смотрела на всех трясясь от страха, и слова лишнего не могла сказать! А потом я встречаю женщину, которая бросает мне вызов, мне! а в соседней комнате труп её мужа, который она даже не скрывает! Кому в здравом уме придёт противостоять преступному королю? Все нормальные люди избегают проклятых болот, как чумы, но нашлась та, которая мало того, что ходила по ним сама, так ещё и своих наёмников проводила для контрабанды.
– Ты и про контрабанду знаешь?
– В городе всё переворачивается с ног на голову, естественно я в курсе всего. И скажи мне на милость, как так получилось, что тобой восхищается главный преступник королевства, хоть вы с ним и не в дружбе, по твоим словам?
– Лучше спроси себя, почему мной восхищается главный поборник закона, хоть она меня и отправил в темницу для своих корыстных целей.
Кенан горько усмехнулся.
– Я допустил ошибку, оставив тебя в покое. У меня есть все основания подозревать тебя в магии, но нет ни одного доказательства, кроме этого листа из запретной книги. Я постоянно наблюдал за тобой, но ты, хоть и ходила по краю, черту ни разу не перешла. Так разубеди меня во всём! Я не ощущаю в тебе магию, но не могу тебя прочесть – а это дар всех магов. Каждый раз, защищая тебя перед всеми, даже перед самим собой, оставался один вопрос, на который я не находил ответа!
Облегчение. Чувство вселенского облегчения – вот что сейчас я испытывала. Кенан не казнит меня, а просто решил воспользоваться моей тактикой коварства и лжи, чтобы Рейнальд почувствовал себя более свободным. Он-то только препятствие во мне видит, а сам Кенан пошёл разбираться в вероломной магичкой, оставив наследника без присмотра. Но я больше, чем уверена, что мои люди посвятили в наш план людей Кенана, что они сейчас заодно, хоть не отсвечивают.
– Я знаю, почему ты не мог прочесть мои мысли, – заговорила, наконец, – и знаю, почему для всех я так изменилась.
– Для всех?
– Для себя ведь я всё та же Аделаида. Только не Арманд…
Он усмехнулся:
– Моэр?
– Закревская, – я набрала воздух в грудь, но так шумно и выдохнула. Подумать над тем, чтобы сказать правду гораздо легче, чем выговориться на самом деле. Но будем откровенны: сейчас или никогда. – Меня зовут Аделаида Закревская. И замужем я никогда не была. В моём мире нет магии, и да, я без понятия, как я сюда попала, но, думаю, после смерти настоящей леди Арманд. И веду себя я так, потому что привыкла. У нас женщины и мужчины равны, но всё равно есть условно мужские сферы, где я и работала. Криминалистом…
– Так, стоп, по порядку, – Кенан выглядел очень и очень расстерянным, явно не такое ожидал услышать, будто он хотел верить, но не мог.
– Я Аделаида Марковна Закревская, в ту ночь, когда мы познакомились, я и попала в этот мир впервые. А позже я узнала, что я и леди Арманд – одно лицо…
Сложно уложить такую историю в сжатый срок. Как бы мне не хотелось рассказать гораздо больше, но просто так сидеть здесь, когда наверху готовится государственный переворот, не было возможности.
– Ты мне хотя бы веришь? – С опаской спросила я.
Он сидел молча, даже, казалось, не дышал. Он ни разу меня не перебил, не задал ни одного вопроса, вообще ничего…
– Скажи хоть что-нибудь! И учти, если заберёшь у меня детей и поместье, я точно разозлюсь!
В темнице было очень тихо. Я слышала рванное дыхание и своё гулко бьющееся сердце. Может, зря я это? За такое ведь тоже казнить могут. А я ещё, вроде как, присвоила чужое вместе с чужим именем. Но герцог молчал.
Он всматривался в моё лицо так долго, ища подвох, что я уже успела раз сто пожалеть о том, что открыла ему всю правду.
Только мне стало казаться, что он сейчас просто молча выйдет из темницы, как Кенан бросился ко мне и… поцеловал. Настолько рвано и отчаянно, что я не смогла сдержать стон. И кто говорит про женские перепады настроения? Как вам такое?
Всё прекратилось также внезапно, как и началось. Кенан прислонился лбом ко мне, тяжело дыша, а я пыталась успокоить взбесившегся в животе бабочек.
– Прошу прощения, леди Арманд, – хрипло произнёс он.
– Эти ваши этикеты, – фыркнула я и сделала то, о чём так долго мечтала.
Горячая кожа под моими пальцами вызывала сладкое томление, его губы на самом деле оказались гораздо мягче, чем выглядели. Кенан не сводил с меня чёрных глаз, пока я пальцами ласкала его лицо, а потом поцеловала сама. Медленно, глубоко, вызывая ответные стоны вперемешку с рваным дыханием.
