Текст книги "Тракт Чёрной Вдовы (СИ)"
Автор книги: Сона Исаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)
Мы с красными как раки Косом и Донкином вошли в бордель мадам Трутин. Сегодня я собиралась его закрыть. «Женихи» повскакивали с мест, увидев меня, моментально поняли мой жест, и стали настойчиво выпроваживать клиентов на улицу.
– Леди Моэр! – Трутин не выглядело особо довольной, – что всё это значит? Я думала, мы договорились!
– Присядьте, – хоть я и улыбалась, но всё же вложила в свой голос стальные нотки, – и выслушайте моё предложение.
Женщина с неестественно прямой спиной уселась в кресло рядом с моим. Одна из девушек принесла мне чай, а вот мадам от неё отмахнулась.
– Я слушаю, – поторопила та меня.
– На каких условиях у вас сделка с Фитхой?
– Если вы решили пойти против него за счёт меня, то можете сразу отсюда убираться. Ваша охрана из трёх человек не стоит тех проблем, что вы мне сулите.
– Это не тот вопрос, который я вам задала.
Она посмотрела на меня, как на предателя, мол, я вам и место для ваших газет, и секрет храню, и, вроде как, мы договорились, а сейчас вот вы пришли и выгоняете клиентов, обнуляя доход. Но я кое-что узнала про эту милую женщину, и не собиралась больше ей симпатизировать. Как выяснилось, у многих детей из приюта были матери. Как раз эти девушки, что столпились в главном зале и смотрели на меня во все глаза.
Трутин заставляла их принимать весьма опасные препараты, чтобы те боролись с нежелательной беременностью. Некоторым девушкам это помогало, но многим – нет. Дети зачастую рождались либо мертвыми, либо с очень слабым здоровьем. Некоторым везло, но и тогда Трутин не жалела девочек, запрещая им видеться с собственными детьми, которые живут, по сути, не так уж далеко.
Когда об этом доложил мне Донкин, я не поверила. В людях я ошибалась редко, но, кажется, метко. Да, Трутин взяла меня тем, что вошла в моё положение. И ведь такая милая. Но первой мыслью, когда я её увидела, что не могут такие милые женщины заниматься таким делом.
И сейчас мне её было ничуть не жалко.
– Он владеет этим заведением…
– Он не владеет этим заведением, попробуйте ещё раз.
– Да кто вы такая, чтобы врываться сюда и выведывать то, что знать вам не положено?
Иногда, а в моём случае очень часто, иметь связи среди простого населения очень полезно. Перед тем, как зайти в лавку ювелира, я выпила очень много чая с Дорой у неё в трактире вместе с Атаром. Борделем по соседству владел муж Трутин, который был вполне себе жив, но не совсем свободен. Алчная жёнушка так запугала бедолагу, что тот из дома и носа не показывал, и подписывал всё, что тому приносил поверенный. Но Трутин не умела вести дела и влезла в долги, а потом на выручку пришёл Фитха, теперь все её долги принадлежали ему. А то, сколько должны ей девочки, это уже прихоть самой Трутин. Фитхе по барабану, по какому поводу отправлять своих людей для принятия «воспитательных мер».
И этот долг перед Фитхой я собиралась выкупить у Трутин. Донкину эта идея очень не понравилась, когда я рассказала о своём внезапном плане.
– Вы же понимаете, что теперь вы будете зависеть от Фитхи?
– Почему зависеть? Я выплачу всё по долгам. А процент перечислять ему я не обязана.
– Там огромные суммы, где вы их возьмёте?
– У Фитхи и возьму.
В других заведениях тоже хватало мадам, таких же гадких, как и Трутин. Но были и нормальные женщины, с которыми быть такой же жёсткой, как сейчас, мне не хотелось.
– Посмотрите во-о-он туда, – протянула я, указывая на дверь, – это Трей Лавариан, брат невесты Верховного Канцлера, он работает в Королевской Канцелярии. Если лорд Лавариан пройдёт к вам в кабинет и проверит все бумаги, как думаете, у него будет основание и вовсе закрыть это заведение? – Трутин побледнела, понимая к чему я веду, – а теперь давайте подумаем, как отреагирует Фитха, узнав, что из-за вашей алчности он потерял один из источников своего дохода?
– Что вы хотите, леди Моэр?
– Вы останетесь здесь, не волнуйтесь. Но ваш долг перед Фитхой перепишите на меня. Как и само заведение. Естественно, не за бесплатно. Я не воровка.
На этот раз повторять дважды не пришлось. Трутин с лёгкой ненавистью в глаза подписала всё, что положил перед ней Донкин. Суммы за ночной улов хватало с лихвой и на бордель, и на новых людей для моей «секретной армии». Деньги от книжного магазина я решила не трогать. Вершки отдельно, а корешки отдельно. Весь доход должен идти на сам магазин и на издательство.
– Хотел бы я посмотреть на лицо Кенана, когда тот узнает, что именно купила леди Моэр по его разрешению, – смеялся брат Сессилии.
Девочки мадам Трутин после всего подходили ко мне с опаской. Конечно же они волновались, что теперь с ними будет. Как им зарабатывать деньги, куда вообще идти.
– Девочки, тише, не все сразу, – в примирительном жесте я подняла руки вверх, – ответьте на один вопрос: кто желает остаться в этом «деле» дальше? Поверьте, никакого презрения от нас вы не услышите, я на самом деле хочу сотрудничать и помочь вам.
Никто из девушек не ответил утвердительно, чему я была несказанно рада. Честно говоря, раньше не доводилось работать сутенёршей, но пришлось бы идти на поклон к другим мадам с просьбой взять кого-то из них.
– Тогда, знакомьтесь, это Кос. Кос руководит моим издательством, и ему очень нужны руки.
Что ж. Своё первое обещание я сдержала, и слёзы радости на глазах у девочек дали понять, что я всё сделала правильно.
Все последующие дни слились в один. По ночам мы с Атаром находили и выносили с болот сундуки, после я сдавала камни и украшения по ювелирным лавкам.
В моём охранном агентстве людей стало ещё больше. Но это приносило слишком большой убыток, хоть и было, к сожалению, необходимостью номер один. Возле бывшего борделя мадам Трутин уже было много недовольных, вызвавших во мне волну отвращения. Но главное правило – я должна нести естественность за всех, кого взяла под «крыло».
Не все девушки умели читать и писать, зато они ловко смешивали краски и под чётким руководством Коса вполне справлялись с заправкой бумаги в станки. Девушки от такой работы были в полнейшем восторге: они ведь печатали книги!
Второй бордель я закрыла всего день спустя. Но это было сделано иначе: по договорённости с мадам, мы начали его переделывать под что-то вроде кабаре. Сейчас там полным ходом шёл ремонт, нужна была сцена. Одна из девушек прибыла из Восточной Империи, она с радостью начала обучать других восточным танцам. Мой долг перед Фитхой значительно вырос, и это не считая налоговой задолженности. Но я всё равно спонсировала увеселительное заведение с танцами и качественными напитками: строительных материалов, тканей, мебели, да даже музыкальных инструментов надо было много.
Третий бордель я закрыла полностью с помощью брата Сессилии. Условия были настолько ужасны, что лично мне хотелось всё здание просто сжечь, а не придумывать, что с ним можно сделать. Всех девушек увезли в лекарские дома, у некоторых был шанс восстановить здоровье, а для некоторых, увы, всё, что я могла сделать, так это облегчить последние дни. Мадам этого дома ужасов попала в темницу. Это уже было единоличным решением Трея Лавариана.
Художника тоже удалось найти, более сговорчивого, чем Зайедан. Теперь он занимался рисованием слайдов по моему сборнику сказок. Детям из нижнего города мы устраивали показы на проекторе абсолютно бесплатно, а вот знать за один проектор должна была выплатить от восьми золотых, плюс один золотой за одну сказку на слайдах. И знаете? Они платили! Уже шесть проекторов продано, и очередь на сорок девять уже была и только увеличивалась.
У Коса не осталось времени для сна, недорогое, относительно рукописного, издательство произвело небольшую революцию местных масштабов. Книги заказывались для академий, для врачей, даже молитвословы и те заказывались сотнями. Теперь вы сможете меня понять, что мне пришлось взять в долгосрочную аренду ещё одно огромное здание и увеличить количество станков.
А прошло ведь не больше месяца, и уже такой размах, что голова шла кругом. Девушки мадам Трутин остались жить там же, им некуда было пойти, а на мой скромный взгляд, они заслужили владеть своими комнатами в полной мере.
С Сессилией мы виделись каждый день. Она по секрету рассказывала о степени заинтересованности Кенана моими делами, вызывая чувство облегчения. Он приблизительно знал об успехе книжного магазина, но вот мои дела с борделями пока оставались очень туманными даже для его вездесущих людей. Ну, ходила скандальная леди куда-то, но вроде стоят, ничего с ними не случилось. А тот бордель, так его брат вашей невесты закрыл, там всё по закону.
Именно из-за этого пришлось нанять много людей в охранное агентство – они будто невзначай патрулировали улицы. Гвардейцам я не доверяла, во-первых, среди них было много приверженцев Фитхи и Рейнальда, а во-вторых, это с лёгкой руки короны такие заведения работали, уничтожая молодые жизни. Вместо того, чтобы навести порядок на улицах, они предпочли давать жестоким людям то, что те требовали. И неважно, что нарушали свободу и неприкосновенность других людей, «это же женщины, это их обязанность».
– Аида! – Закричали Бахо и Сони, когда я вошла в книжный магазин.
– Где Мойда? – Что-то мне не сильно понравилось выражение лиц мальчиков. Именно так выглядят дети, когда что-то натворили.
– Она закрыла магазин и ушла, – сказал Руни, скользя по перилам.
– Я вижу, что магазин закрыт, а Мойды здесь нет. Что случилось?
– Помнишь, ты говорила, что должна придумать, как разобраться с налоговиком. Мы придумали и разобрались!
Нехорошее предчувствие… Нет, не так. Ощущение надвигающейся катастрофы разлилось внутри. Слишком довольными выглядели мальчики, и Мойда просто так ни за что бы не закрыла магазин посреди дня.
– Где он?
Ребята наперегонки побежали в подвал, утаскивая меня за собой.
– Леди Моэр! – Римма с другой девушкой выглядели растерянными, а ещё они юбками пытались что-то скрыть от меня.
– Этих малолетних нарушителей закона я заставлю месяц выгуливать Тыковку в любую погоду и без выходных, но вот мой гнев за сокрытие их криминальных деяний будет сильным, – девушки расступились, а я облегчённо выдохнула.
Я что, действительно ожидала увидеть хладный труп главного налогового инспектора? Каюсь, в глубине души я этого боялась.
– Вы его похитили! – Чувство мимолётного облегчения быстро улетучилось, оставляя за собой смесь из растерянности и лёгкого недовольства.
А ещё я изо всех пыталась скрыть улыбку, наблюдая за маленьким лысоватым мужчиной, в ужасе наблюдающим за пятёркой детей и двух откровенно привлекательных девушек, которые с неповторимой заботой поправляли ему кляп во рту.
– Вы же обещали, что больше не будете воровать! – Воспитанием своей пятёрки надо было заняться и срочно.
– Но мы не крали кошельки, – чуть ли не обиженно протянул Вуни.
– Люди тоже считаются. Как вы вообще умудрились его похитить? – Уже шёпотом спросила их. Мне действительно было интересно, плюс, надо было немного больше времени на раздумья, как выкрутиться из этой ситуации.
Этого мужчину звали господин Понкит, и никаких грязных слухов о нём ни от девочек, ни от детей у меня не было. Шантаж не пойдёт, просто нечем. И, откровенно говоря, не самое лучшее начало для знакомства с человеком такого уровня.
– Лала, – малыш гордо шагнул вперёд, улыбаясь так сильно, что на пухлых щёчках появились ямочки.
Но вот господин налоговый инспектор моментально пришёл в ужас, увидев трёхлетнего ребёнка. И опять же, что именно натворили мои детки?
– Здравствуйте, господин Понкит, – как можно более вежливо произнесла я, вынимая кляп изо рта, – вы только не кричите, пожалуйста. Мы сейчас уладим это маленькое недоразумение.
Как только налоговик избавился от кляпа, я услышала такую тираду в свой адрес, что даже у Бахо уши всполохнули красным.
– … и эти ваши выродки также заслуживают сгнить в темнице, вместе со своими девками, что их прикрывают, – плевался Понкит.
– А здесь будьте осторожнее, господин Понкит, иначе на ваших похоронах все будут спрашивать что такое пресс для печати и почему вам им леди Моэр нанесла более полусотни ударов. Предлагаю выдохнуть, начать с начала и прогуляться, надеюсь, мы друг друга поняли.
Долго уговаривать мужчину покинуть тёмный подвал не пришлось. На улице он хотел было броситься к гвардейцам, но я мягко остановила его, указав на моих людей вокруг.
– Я не хочу причинять вам вред, в моих же интересах с вами подружиться. Мы просто прогуляемся до банка и там побеседуем с вами и лордом Гранзотти.
– Вы лично знакомы с Гранзотти? – Понкит, кажется, расслабился от этого факта.
– Наша с ним договорённость оказалась весьма выгодной для нас обоих, – владелец банка на самом деле пустил мою идею о депозитных счетах в массы, теперь он со спокойной душой раздаёт крупные кредиты, не опасаясь, что кто-то из клиентов резко решит снять все деньги со счёта, договор не позволит.
Мы с Гранзотти не были близкими друзьями, даже хоть какими приятелями не были, но вот поручиться он за бедную, одинокую вдовствующую баронессу мог. По крайней мере, я так надеялась.
В банке нас встретили как самых важных клиентов и провели прямиком в кабинет грозного банкира.
– Господин Понкит, леди Моэр, признаться, удивлён вашему визиту!
– Я тоже удивлён нашему визиту, – недовольно пробурчал Понкит, плюхаясь в глубокое кресло.
– Вынуждена объясниться, господа, – я чинно присела на краешек кресла, снимая чёрные перчатки, – у нас с господином Понкитом вышло небольшое недоразумение…
– Небольшое недоразумение?! Да на меня трёхлетка бросился с деревянным кинжалом! – Ах, вот оно как было, – и сидел он на огромном коне, чёрным как ночь! Он сожрал мой саквояж!
– Трёхлетка? – Непонимающе моргнул Гранзотти.
– Подозреваю, всё-таки конь. Он добрый мальчик, они оба, просто очень общительные.
– Так, давайте сначала, – Гранзотти начал массировать виски, будто мы с налоговиком вызывали у него приступ мигрени.
– Мои друзья слегка заигрались, за что я приношу свои искренние извинения, но здесь мы, чтобы поговорить о моём долге перед короной.
– Долг в восемьсот шестьдесят золотых, леди Моэр, – бросил Понкит, – и смею напомнить, срок выплаты наступает завтра.
– Если вам нужен кредит, леди Моэр, наш банк с радостью пойдёт вам на встречу, даже в такой сумме. Все условия обсуждаемы.
– Вообще-то, я бы предпочла обсудить о моих счетах, и правах налоговой выставлять требования к ним, – мягко улыбнулась я, брать кредит – последнее дело. Я и так в долгах, как в шелках. А сундуки на болотах не бесконечные.
– Это ещё что такое? – Поёрзал на стуле Понкит.
– Это способ работы леди Моэр с её арендодателями, смею заметить, весьма прогрессивное решение, – охотно заговорил Гранзотти, естественно, чем больше денег будет на моих счетах для тех, кому я должна, тем больше золота я буду приносить в банк. А за каждую операцию они снимают неплохой процент, – Леди Моэр уже успешно заключила сделку с некоторыми её партнёрами, банк же следит, чтобы за неделю до выставления требования к её счёту у неё уже имелась необходимая сумма.
– А если она её не внесёт?
– У леди Моэр на депозитном счету, тоже, смею заметить, её идея, уже имеется неприкосновенный запас в четыреста золотых, которым банк вправе распоряжаться для погашения задолженности.
Если бы всё это сказала Понкиту я, он бы просто сдал меня короне, как неплательщицу, но из уст владельца банка всё это звучало надёжно. Говорили и торговались мы ещё долго, но в конце концов пришли к соглашению. Я плачу двести золотых вперёд, а дальше работаем по принципу ежемесячных платежей.
И ещё я должна новый саквояж налоговику. Но это уже не проблема.
Мы уже прощались, как Гранзотти попросил меня задержаться.
– Я отправил вам приглашение прийти сюда, леди Моэр, но вы опередили моё послание, – извиняющимся тоном произнёс он, когда мы остались наедине.
– Буду рада вам помочь, чем смогу.
– Как вы знаете, сбережения клиентов банка часто вынуждены путешествовать по дорогам королевства в наши филиалы, но, к сожалению, на повозки часто производятся набеги, из-за чего банк терпит порой колоссальные убытки.
– Мне очень жаль это слышать.
– А мне было очень радостно услышать от Донкина некие секреты. О, нет, – он примирительно засмеялся, пытаясь меня успокоить, увидев, как я сжала кулачки, – мы с Донкиным старые приятели. И я рад, что он вернулся к делу своей жизни с вашей помощью. Ваш блестящий ум и его опыт – это опасная смесь, но мне на пользу. Я слышал о некоем Тракте Чёрной Вдовы, а ещё, что та самая Чёрная Вдова может дать надёжных людей для сопровождения.
– Вы не доверяете гвардейцам?
– Доверяю ли я людям, где половина из них работает на Фитху? Думаю, ответ вы знаете и сами.
Двадцать вооруженных людей для сопровождения и вывод огромного количества золота по канализациям и болотам, чтобы обогнуть один из самых опасных участков – вот заказ банка. Платит пятьдесят золотых, за полную сохранность груза и двух его банковских работников.
– Буду ждать от вас отмашки.
– Как я могу отправить вам письмо, чтобы об этом никто не узнал?
– Просто скажите кому-нибудь из детей на улице, и я сразу же узнаю, что пора выдвигаться.
Мне стоило огромных усилий, чтобы не набрать скорость гоночного болида, пока я добиралась до Донкина. В моём охранном агентстве нуждаются! Первый заказ!
Да, без моего участия, они не выйдут с болот, но дальше справятся сами. Фросту и Гроту я доверяла полностью и безоговорочно. Только я не совсем понимала, насколько опасны дороги, и как это всё провернуть. Тыковку отправить было бы хорошей идеей, но я не готова была с ним расставаться надолго, а дорога до филиала займёт три дня минимум, и столько же обратно.
Я ходила по улицам в одиночку и постоянно гасила в себе желание обернуться. Честно говоря, я никак не могла понять, почему Фитха ещё не объявился передо мной с обнаженным мечом наперевес с целью снести мою светлую голову с хрупких, беззащитных плеч.
Герцог Макбул ещё ладно, ему сейчас не до меня. Иногда дети приносили странные сплетни из дворца, которые я пока не рисковала печатать в газетах, слишком они разные. Одни говорят, что кто-то готовит переворот и даже уже были суды над изменниками, а кто-то говорит, что наследнику престола даже угрожала смерть, но всё обошлось. Причём подробности этого были настолько сказочными и размытыми, что были больше походи на самые настоящие сплетни без ядра истины. Видимо, Кенан приложил немало усилий, чтобы информация не просочилась за пределы королевского дворца.
Но вот, что меня больше всего шокировало, так это то, с тем, что я устроила в борделе мадам Жизеллы, было не всё так просто. Тот человек, которого я так боялась, который стал ко мне арктически холоден, просто-напросто обманул меня, сказав, будто не было свидетелей вероломного нападения леди Моэр на кузена короля. Нет, Кенану пришлось подключить немало своих связей, чтобы уладить этот конфликт.
Об этом с интригующей улыбкой рассказала Сессилия, вызывая у меня шквал вопросов. Зачем ему это? Самый простой ответ – чтобы не порочить его же имя. Ведь я ходила и вытворяла всякое, щеголяя как раз-таки печатью Верховного Канцлера. Да, даже мне самой это напоминало фразу «сунь палец, руку откусит», но я не собиралась приносить такого вреда. Так, просто полизать.
Сама же хихикнула от этого образа.
– Привет, крошка, – остановила пробегающую девочку, – что последнее ты слышала о Фитхе?
– Так его нет, – радостно ответила она, – говорят, он ещё Листвахвостых праздников будет не в Столице.
Теперь понятно, почему я всё ещё цела и невредима.
Вечером того же дня отряд для сопровождения банковских капиталов был готов. Фрост подтянул своих сослуживцев, которые сейчас в два стройных ряда возвышались надо мной, сверкая отполированными доспехами в свете луны.
– Лошади готовы, – Фрост отчитался, что дозорный уже был отправлен по обходной дороге, ещё днём, – к тому моменту, как он будет возвращаться, мы уже выйдем с Тракта Чёрной Вдовы.
– Далось вам это название, – пробурчала я, слегка задетая. Но с другой стороны, и что греха таить, было слегка приятно.
Фрост решил разделить отряд, хоть мне это вначале не понравилось. Но он в этом деле понимал больше моего, так что лучше было доверится его опыту. Из его же рассказов, местные войны были чем-то вроде поголовного и жестокого уничтожения людей: недолгого, но очень кровопролитного. И если этот человек пережил такое, должен справиться и с бандитами.
Что ударило по моему карману кроме покупки лошадей, так это гончие собаки. Мы взяли и их поводыря, чтобы не тратить время на привыкание псов к новым хозяевам. Именно с первой половиной отряда они побегут и моментально дадут знать, прячется ли кто в лесах.
Гранзотти дал особое распоряжение вывести деньги из города именно по моим путям под ним, чтобы люди Фитхи не пронюхали про такой ценный груз. Это мы выполнили без единой заминки. Вот по болотному тракту пробирались медленно. Тыковка на этот раз не бегал по поверхностям топей, а чинно шёл за мной, увлекая за собой послушных собак и лошадей, тащащих тяжёлые сундуки.
– Пришлите гонца, как доставите груз, – спустя несколько часов мы уже вышли с болот.
– Всё будет исполнено, леди-хозяин, – отрапортовал Фрост, запрыгивая на коня.
Мы с Атаром провожали их взглядом, пока те не скрылись за поворотом.
– Прямо, как детей в первый класс провела, – пробормотала я вполголоса.
– Честно говоря, – Атар почесал затылок, – никогда раньше не занимался нападениями с двойкой старых солдат, дамочкой и её конём.
– Всё случается в первый раз, мой добрый друг.
– Люди Фитхи с грузом должны появиться через час по северной дороге. Аккурат выйдут на эту развилку. Не замёрзнешь?
Я собиралась впервые в жизни совершить вооруженный набег на отряд из восьми человек. Да будь сейчас на улице минус тридцать, мне наоборот было жарко от адреналина.
У Атара ещё остались друзья среди людей ублюдка, которые с радостью «слили ему информацию». Они хотели переметнуться на сторону Чёрной Вдовы, но я решила не спешить, принимая их в свои ряды. Сначала посмотрим, окажутся ли их слова правдой.
В кабинете Канрата шкафчики были битком набиты с усыпляющими составами. Им, конечно, уже больше ста лет, так что даже для людей Фитхи я не смогу их использовать, но рецепты ведь сохранились.
– Я всё еще не понимаю, что ты собралась сделать с этой штукой и что это вообще такое.
– Это самопал, штука болезненная, но не смертельная. Стреляет недалеко, зато оглушает качественно. На крайний случай.
– А теперь напомни, дамочка, зачем нам это надо? На болотах мы можем поднять товара но большую сумму, чем эти краденные выработки с серебряных рудников.
Я улыбнулась. Зачем? Затем, что у меня так и осталось две цели: деньги и Фитха.
– Хочу, чтобы у ублюдка не осталось людей.
– Он вернется несколько пару дней, ты точно готова к последствиям? И ты же сказала, что не собираешься никого убивать.
– Я и не собираюсь. Люди могут уйти и по собственному желанию. Мне лишь нужно своим с присущим мне обаянием это желание в них разжечь, – вскоре послышались приглушённые голоса и топот копыт. Предвкушающий интересное утро, Тыковка зловеще зарычал, полностью со мной соглашаясь.
