Текст книги "Худшая адептка, или посмотрим, кто кого, дракон! (СИ)"

Автор книги: София Руд

Соавторы: Эйрена Космос
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 28 страниц)

София Руд, Эйрена Космос
Худшая адептка, или посмотрим, кто кого, дракон!

Глава 1. Хладокрыл

– О-о, смотри, неженка идет, – преграждают мне путь одногруппники.

– Это она со свиданки с умертвием возвращается, – гогочут вторые. – Как всё прошло? Мертвец в тебя влюбился, неженка?

Напыщенные идиоты! Как же раздажают.

Останавливаюсь и, медленно посмотрев на одногруппников, зловеще произношу:

– Хотите, я и вам свиданку организую? Только будете на месте умертвий.

Выдавливаю из себя кровожадную ухмылку, чтобы эти задиры наконец-то отстали. По-хорошему они не понимают. Я пыталась. Честно. И не один раз.

– Сумасшедшая, – бубнят адепты и расступаются.

Так-то лучше! Я больше не собираюсь быть доброжелательной с теми, кто всячески издевается надо мной. Тем более я скоро покину стены ненавистной академии и вернусь в свою. По крайней мере, очень на это надеюсь.

Всего месяц назад я была одним из лучших зельеваров в академии магии, но из-за кое-кого оказалась здесь, в тайной академии Его Величества, куда попадать совсем не хотела. И вот оно и понеслось…

То склепы, то смешки. Что за народ тут такой злой? “Не пытайся контролировать то, что ты не можешь контролировать. Займись собой”, – вспоминаю слова подруги, делаю глубокий вдох и чуточку успокаиваюсь. Теперь нужно быстрее вернуться в свою комнату и смыть ненавистный запах склепа.

– Адептка Вилар! – огликают меня, едва выхожу в просторный холл. А ведь до выхода было рукой подать. – Сейчас же вернитесь и уберите беспорядок, который вы учинили!

Профессор Найтон как всегда не в духе. Хотя “в духе” я его никогда вообще не видела. Этот мужчина невысокого роста с рыжими волосами, растущими исключительно на висках и затылке, будто устроился в академию, чтобы командовать всеми, а не учить.

– Профессор Найтон, я ведь не специально, – спешу заверить его. – К тому же сто раз предупреждала, что ничего в не смыслю в процессах призыва жизни.

Говорю чистую правду! В этом – я полный ноль, а вот в травках и зельеварении знаю толк!

– Вы издеваетесь, адептка? – рыжая бровь профессора изгибается. – Сил оживить тело двухсотлетнего покойника у вас не было, зато его хладнокрыла, редкое магическое животное, вы щелчком пальцев к жизни вернули! А он между прочим пол склепа разнес, кидаясь на адептов. Некоторые в обморок свалилась!

Чуть ли не брызжет слюной профессор, и зыркает в меня так, будто если я сейчас не найду, что ответить, он меня в том склепе и похоронит. А что ему сказать?

– Ну не весь же склеп, профессор? – нахожу только это, хочу улыбнуться, но получается как-то нервно. – Да и вы не уточнили, кого именно оживлять надо.

Найтон сначала багровеет, а затем покрывается каким-то странными зелеными пятнами.

– К ректору! Живо! Надеюсь, вас наконец отчислят! – орет так, что уши закладывает.

Однако его приказ меня не пугает. Я мечтаю об отчислении с первых дней, как появилась тут. Против воли, позвольте заметить! Да если отчислят, я с радостью коменданту ключи от комнаты отдам, еще и песню спою!

В полном воодушевлении тут же беру курс уже не на выход, а наоборот к высокой каменной лестнице, как вдруг в холл врываются адепты. Они визжат, кричат так, что подпрыгиваю на месте.

Оборачиваюсь, и кровь застывает в жилах. Ведь следом за ними сюда врывается костлявое существо с двумя головами, как у огромной собаки, драконьими крыльями и горящими кроваво-алыми глазами.

Хладокрыл! Тот самый, которого я случайно оживила! Его ведь, вроде, схватили! Нет?

Эта огромная двухметровая махина проносится по каменному холлу, сбивая профессора с ног, и мчится ко мне. Боги! Куда бежать?

Крики адептов отходят на второй план, а я, остолбенев, смотрю на ошалевший скелет. Мне конец! Мне точно конец!

Мозг в панике ищет способы спасения, но мне запретли таскать с собой зелья, а больше я ни на что тут негодна. Я не такая, как все они…

Секунда, вторая. Кровь застывает в жилах. Над бы зажмуриться перед смертью, а веки не слушаются. Зато… слушается хладокрыл.

Глазам своим не верю. Он застывает в полуметре от меня, склоняет свои обе головы, то влево, то вправо, будто бы прицеливаясь ко мне. А я… я не должна грохнуться в обморок. Точно сожрет!

Морды наклоняются, боги, как же страшно, никто из талантливых ребят или самых умных профессоров не желает помочь? Видимо, нет и… видимо, не надо.

Оглушительный ох расходится по холлу, когда эта костлявая махина плюхается на пол и начинает тереться об мои ноги головами. Ошарашенно гляжу на адептов. Если они бедные как листы бумаги, тогда как же выгляжу я? Серый брюнеткам не к лицу.

Странно, но страха я больше не ощущаю. Напротив, я будто знаю этого хлодокрыла тысячу лет. Даже сердце как-то щемит от нежности.

– Киса, ты чего? – опускаю взгляд на скелет.

“Киса” утробно порыкивает и продолжает ко мне прижиматься, точно я хозяйка, по которой она скучала. Или это он?

– Браво, адептка Вилар! – раздаются аплодисменты из темного ответвления каменного коридора. – У вас появился питомец.

Шаги, уверенные, равномерные раздаются все ближе. Но мне не нужно видеть лицо говорящего, чтобы узнать его. А вот адепты застывают в предвкушении всеми обожаемого куратора нашего факультета Эрдарда Мора.

Того, кто притащил меня в эту академию, пока я была в отключке. Того, кто испортил мою жизнь еще раньше. Того, кого я когда-то любила и надеялась больше не встретить. Но Мор, видимо, решил стать моим личным проклятием.

Что ж, я стану таким же проклятием для него.

Он, наконец-то, выходит из тени на свет. Высокий, поджарый, в темно-синем камзоле, на широкие плечи которого падаю темные волосы. Острые черты лица стали еще четче за эти годы. А глаза. Они остались такими же – янтарными и будто бы светящимися изнутри. Глаза лжеца, сердцееда и обманщика!

– Киса, фас! – срывается шепот и с моих губ, голос пронизан злостью, а разум будто бы мутнеет.

Даже не сразу соображаю, что я сказала. Зато у хладнокрыла реакция отменная. Он тотчас срывается с места и летит на Мора с ярым желанием порвать наставника на кусочки, но господин чешуйчатый щелкает пальцами, и – оп! – мой милый питомец делает кульбит и с грохотом падает на каменный пол посреди огромного холла.

Бедненький! Ему же больно!

Чуть ли не кидаюсь к животинушке, но она поднимается на ноги сама. Рычит и злится, намереваясь кинуться вновь, чем вызывает вопль в толпе адептов, прижавшихся к стеночке.

Один только взгляд янтарных глаз Эргарда, и грозное чудище в долю секунды оказывается у меня за спиной и скулит так, будто ему разом выламывают все четыре лапы.

– Вы чего?! – злюсь я на Мора, видя, как мучится костлявая махина с крыльями, сжавшись за мной в ком. – Он ведь живой! Ему больно! Прекратите!

– О леди Вилар, так я ведь тоже живой, но меня вы пожалеть отказались, – прищурившись и выдавив в уголках губ вежливую, но пугающую до дрожи улыбку, выдает Мор. А глаза…

В их янтаре – затаившаяся буря. Злится на меня?

Нет, это я должна злиться! Да так, что на него можно азом направить пять хладокрылов и при этом не мучиться угрызениями совести. Заслужил потому что!

И я сейчас не про свой внеплановый перевод говорю в эту злосчастную академию. Хотя, в этом отчасти я виновата сама. Когда на нас с Амалией, моей подругой из прошлой академии, напали, я выпустила магию, которую скрывала все три года, притворяясь обычной магичкой, чтобы спасти Амалию. Так и раскрыла себя.

И теперь моя мечта стать лучшим зельеваром и забыть о некромантии навек, ускользнула из рук, а я сама угодила в лапы Мора.

А он, между прочим, больше всех виновен в том, что я склепы до дрожи в коленках не переношу и людям больше не верю. Какой же гад!

Вы только посмотрите: стоит тут, испытывает меня леденящим душу взглядом и даже не думает извиниться. Хотя какой там. У него такой вид, будто это я должна принести свои извинения. За то, что он обманул меня?

Я отлично помню тот роковое лето. Я как раз окончила лицей, и мы с семьей отправились в поселение некромантов, где я впервые и встретила Мора.

Высок, красив, горяч, статен. А какая у него была улыбка, какой взгляд – выстрел в девичье сердце не иначе. Неудивительно, что его обожали… всё! А он почему-то приметил меня.

Поладили мы далеко не сразу, я была кем-то вроде шкодника в юбке, а он обожал изображать из себя старшего разумного брата и защитника. Только вот сам же в итоге и причинил настоящую боль.

Помню, как после вечера Новой Луны, когда я вела себя, как леди. Когда пришла в изысканном лиловом наряде, чтобы ему понравится, а он… Он смотрел на меня совсем другими глазами. Впервые за тот вечер не болтал без умолку. Молчал. Не сводил взгляда. А мое сердце почти не билось рядом с ним.

Влюбилась. Еще бы. Вы бы только видели, как я парила от счастья, когда он позвал меня, чтобы показать сюрприз, предназначенный только для меня. И мысли не было, что это западня.

Он же мой защитник! Столько раз себя проявил! А он… запер меня в склепе, оживив разом всех мертвяков, хотя знал, что я до смерти боюсь подобные вещи. Я даже в наш домашний склеп никогда толком не заходила, а тут…

Тогда сильная и смелая Линда впервые в жизни кричала от беспомощности. Я захлебывалась страхом и слезами отчаяния. Я молила, невзирая на собственную гордость, выпустить меня. Сдирала кожу с пальцев, тарабаня в запертую дверь, точнее в плиту, которой завалили выход.

Мой голос заглушал смех тех, кто за этим наблюдал. Мор тоже смеялся, я слышала.

Не помню, как я выбралась оттуда. Все было как в тумане. Кажется, то был рассвет. Кто-то отодвинул плиту, позволяя бледным лучам солнца растелиться по пыльному полу. Мертвяки вернулись в могилы, а я еще долго не могла выбраться из того угла, в котором забилась, как мышь.

Не знаю, куда делась моя обувь. Может, я ей отбивалась – не помню. Помню, что шла босая по лесу в дом тетушки, не думая ни о чем, кроме мести. И я отомстила…

Глава 2. Скандал в некромантской деревне

Хотя полноценной местью это сложно назвать. Однако каплю морального удовлетворения я все же получила.

В то утро, утирая слезы и с трудом сдерживая дрожь в пальцах после пережитого ужаса, я собирала узлы. Тетушка, у которой меня оставили родители до конца лета в этой злосчастной некромантской деревне, отговаривала уезжать в спешке. Спрашивала, что случилось, но не в моих правилах ябедничать и быть жалкой. Тем более она даже не заметила, что меня не было целую ночь.

Я спрятала всю боль, которая рвала душу и сердце на ошметки, и солгала, что мне просто нужно готовиться к поступлению, что по дому очень соскучилась.

– Не провожай, я уже договорилась с извозчиком, – обняв тетушку, я попрощалась, вышла на улицу.

Солнце было уже в зените, а местная молодежь поджидала меня, подперев своими плечами и спинами заборы соседних домов. И ведь не скажешь ничего, мы жили в центре, а они вроде как имели право тут гулять.

Это мне объяснила одна из местных дев, Сольва Шарэд, когда я возмутилась в первый раз. Мне было непонятно, чего они все на меня косились. Не при старших, конечно, а когда я где-нибудь бывала одна. Будто извести меня пытались. Непонятно зачем.

Хотя, одна догадка у меня все была. Им не нравилось, что я не призна́ю свою природную сущность и хочу быть, как другие обычные магички. Они все тут были немного фанатиками, потому я не особо говорила о своих планах, но они как-то прознали. А потом в моей жизни появился Мор, за внимание которого местные готовы были драться насмерть.

Выходит, он все это время просто притворялся, чтобы провернуть свой гнусный план. Ведь в том склепе вчера были все, кто сейчас стоит на этой деревенской улочке. Они смеялись, когда меня пожирал ужас и страх вместе с Мором! А вот и он сам.

Я застыла на секунду, когда увидела у экипажа того, кого понапрасну считала другом и вообще лучшим из всех.

Я не особо любила общество некромантов, их мрачность или чрезмерное самолюбие, но Мор казался мне другим. Но он будто светился изнутри. А уж чего стоили его янтарные, будто подсвеченные изнутри глаза, контрастирующие с черными волосами. И сложен он был так, что всем парням на зависть: широкие плечи, длинные крепкие ноги, рост ого-го!

“Может, потому что дракон”, – в первое время думала я. А потом решила, что дело в душе. В душе, которой не оказалось в итоге!

Он стоял у повозки, которая должна была довезти меня до пригорода Ашдарха, и пронзал меня леденящим душу взглядом.

Что? Вчерашнего было мало? Хотел насладиться моим позорным побегом? Или думал, что я брошусь ему в ноги после всего? Хотя… Сольва так бы и поступила.

– Уезжаешь? Так быстро? – спросил Эргард с насмешкой, и одни боги знают, чего мне стоило тогда взять себя в руки и вскинуть подбородок и взглянуть так, будто Мор – это пыль под ногами.

– Здесь стало скучно.

– Скучно? – выхватил он. Ах да, вчера мы ведь повеселились.

– Ты же не думал, что раз позовешь на свидание, то я клюну на тебя, как и другие? – намеренно сказала громко, чтобы слышал не только он, но и другие зеваки, наблюдающие за нами.

Я уйду отсюда невозмутимой победительницей, а не опозоренной трусихой, над которой посмеялась местная шайка подростков элиты. Пусть сердце разрывается от боли, этого никто не увидит!

– Я в тебе разочаровалась, впрочем… и ожидания на твой счет были небольшими. Ладно, некогда тут болтать. Я опаздываю на помолвку, – одни боги знают, чего мне стоило тогда, выдавить из себя ухмылку.

Казалось, я вот-вот сорвусь и зареву, потому, не говоря больше ни слова, пошла к повозке. Чувствовала спиной, как на меня глазеют шокированная молодёжь, но на них было плевать.

И на Мора должно быть плевать после того, что он сделал. Но сердце продолжало болеть. Очень!

Мне понадобились все три года, чтобы забыть этого мерзавца и научиться жить заново, поверить в людей, и вот – он объявился, оказавшись другом истинного Амалии, а потом притащил меня сюда. “Приказ короля, все некроманты… “ бла-бла…

Как же я его ненавижу! Или ненавижу себя, потому что, глядя в его слишком красивое лицо, вспоминаю, какой дурой была!

Жаль, что хладокрыл его даже за попу не цапнул! Ох, жаль!

Мор будто считывает все мои мысли по взгляду. Да я и не скрываю. Ненавижу его ну что тут поделать?

Отворачивается, становится будто бы еще злеет, и кидает в профессора Найтона такой взгляд, что мужичок, который горазд был меня по стенке размазывать, аж вздрогнул.

– Что тут происходит?

– Адептка Вилар намеренно оживила не того, кого требовалось. Существо разнесло полсклепа, напугало наших адептов. А Розалнда Вилар отказывается признаваться в своих пакостях и слушать старших, огрызается и хамит, потому я отправил ее к ректору! – отчитывается Найтон.

И как ему только дыхалки хватило выпалить все это так быстро? Вот же наглый лжец… Я хотела ему нахамить, очень хотела, но не стала ведь!

– Ясно, профессор. Адепты, отправляйтесь на занятия, – выдает гад Мор, хотя в стенах этой академии его стоит называть куратором.

Он вроде проверяющего. Не преподает, как другие, зато берет по желанию к себе в подопечные группки учеников, именуемый тут командами.

– Я сам это улажу, – добавляет Мор, едва зал пустеет.

“Погодите! Что значит “я сам улажу”?” – хочу спросить, но Найтон опережает.

– Как же? Зачем вам заниматься подобными мелочами? – суетится профессор, а я в этот самый момент замечаю, как Киса, то есть хладокрыл, который до этого сидел смирно на каменном полу, подкрадывается к Мору.

Точнее, уже подкрался, а теперь кидает в меня лукавый взгляд алых огненных глаз. Что он задумал? Погодите, как вообще скелет способен так смотреть?

Ну не знаю как на счет смотреть, а вот на диверсию точно способен. Хладокрыл подползает к Мору, увлеченному беседой с профессором, и начинает жевать его штанину. Благо слюней нет, скелет же, как никак.

Шикаю на Кису, чтобы бросила своё занятие, пока Мор не развеял животинушку в прах, но хладокрыл начинает активнее передвигать челюстями. Хотя, а не такая уж и плохая идея подпортить идеального Мора.

С трудом сдерживаю смешок, и лишь сейчас замечаю, что вокруг стало как-то слишком тихо. Подняв голову, я замечаю что уже холл пуст. Даже профессор Найтон уже куда-то делся. “Он ведь не решил оставить меня на попечение Мора?” – думаю я, заглядывая в ответвления коридоров, замечаю ускользающую лысую голову с клочком рыжих волос.

“Все-таки бросил”, – с досадой осознаю я, и тут же чувствую, будто надо мной что-то нависает. Хладокрыл сидит на том же месте, где и сидел, и смотрит ошарашенными глзами. А вот Мора там уже нет.

Оборачиваюсь и убеждаюсь, это он нависает надо мной, точно гора. Гора с горящими злостью глазами. Что?!

– Адептка Вилар, – делает ударение на фамилию. – Думаете, моя одежда – подходящая еда для хладокрыла?

Ой!

Глава 3. Можно паковать чемоданы?

Ну, может и не совсем полезна, а вот то что в них… Прикусываю язык, чтобы вновь не дать команду фас своему питомцу и, делая лицо максимально нейтальным, смотрю на Мора.

– Ну что вы, он питается исключительно некромантами, такими как в… – запинаюсь я на полуслове.

– Такими как кто, адептка Вилар? – прищуриваются янтарные глаза Мора, а я невольно попадаю в ловушку памяти, но тут же выплываю на поверхность.

Значит, не зря мне еще тогда казалось, что он способен гипнотизировать, или что-то воде того. В любом случае, чтобы выжить и никого не убить, лучше убраться от этого гада подальше.

– Не важно. Мне пора к ректору – вскидываю подбородок, демонстрируя, что на Мора мне глубоко оранжево, разворачиваюсь на каблуке, и жалею, что не собрала волосы в хвост. Хоть так бы ему по носу щелкнула. Увы.

Ладно, пора к ректору. Может, освободит меня от рабства в этой академии, наконец-то!

– Хладокрыла оставьте, – раздается приказ в спину.

Только сейчас замечаю, что животинушка собрался со мной. Да и передвигается так тихо, что я не услышала. А вот оставить его тут – идея очень сомнительная. Убеждаюсь в этом окончательно, взглянув в алые глаза скелетища. Как можно быть таким огромным, пугающим и милым одновременно?

– Чтобы вы его в прах обратили? Нет уж, – решаю я.

Пусть и оживила магическое животное по ошибке, но убивать не дам! Я теперь за него отвечаю.

– Будете разгуливать с ним по академии, кто-нибудь да обратит. И не поинтересуется, контролируете ли вы его. А так, он моя гарантия, что вы позаботитесь о моих новых штанах, – выдает мне Мор с леденящей душу усмешкой.

Ого! Это шантаж?

– Ладно. – вынуждена согласиться, ибо куратор прав. – Но чтобы с него ни одна косточка не упала!

Пригрозив, даю команду хладокрылушке побыть с Мором, а сама беру наконец-то курс к кабинету ректора.

“Факультет некромантии” (звучит название жутко, знаю) на деле всё не так уж и мрачно. Конечно, атмосфера здесь специфическая. Коридоры широкие, высокие, из темного камня, но их не портит множество факелов, горящих ярким, но неживым пламенем.

Двор такой же, как у всех академий. Только нет кустов в форме всеми обожаемых драконов во второй их ипостаси. Вообще нет кустов. Одни деревья, преимущественно плакучие ивы, и много-много зеленой травы.

Сами здания очень старые и ухоженные. Башни заканчиваются красными куполами и высокими шпилями, выпирающими грозовые тучи, как зубья вилки, пытающиеся проткнуть какой-нибудь упругий фрукт.

Сворачиваю в узкий коридор и оказываюсь у кабинета ректора Гройса. На удивление приемная у его кабинета всегда пуста. Сколько ни прихожу, ни разу не видела секретаря. И кто тут по стопочкам все эти бумаги тогда раскладывает? Не сам же ректор?

– Войдите, – раздает сильный немного сиплый голос, когда я стучу вы высокие темные двери.

Затем толкаю створку и вхожу в огромный кабинет. Окна здесь большие и часто открытые, потому всегда свежо и даже немного холодно. Зато света много, несмотря на серость за окном.

– Добрый день, господин ректор. Меня к вам отправил профессор Найтон, – сообщаю мужчине, который велел мне войти, но при этом до сих пор не оторвался от своих дел.

Он сидит за длинным столом, покрытым блестящим лаком и еще ворохом бумаг, и даже сейчас будто не слышит, внимательно изучает какой-то древний фолиант.

Долго так изучает, старательно, что начинаю уже нервировать. Невзначай кашляю, чтобы привлечь к себе внимание. Отложив книгу, ректор, наконец-то поднимает голову, а я ловлю такой же шок, как и в первую нашу встречу.

Нет, он нестрашный, он просто очень молодой. На вид лет двадцать пять, как Мору, хотя, кто знает, сколько этому господину на самом деле. Однако то, что в кресле ректора обычно сидят пожилые господа – факт.

Хотя какая разница до возраста, главное, чтобы психи там не сидели. Вон в прошлой моей академии, главой был дядя Амалии, так он в таком был замешан, что кровь стынет в жилах. Ну, сейчас там безопасно, можно вернуться.

– Адептка Вилар, я ждал вас раньше, – сообщает мужчина, закрывает книгу, поднимается из-за стола, и за все это время его лицо ни азу не меняет выражения. Честно, он будто замороженный. Вот кусок льда ходячий.

Эх, даже завидую. Мне бы точно понадобилось такое самообладание при Море. Хотя… я ведь ухожу?

– Профессор Найтон сообщил мне о происшествии. Теперь хочу услышать вашу версию, Розалинда, – сухо говорит ректор, все это время глядя в окно на пасмурное небо.

– Я ведь говорила, что родовая магия мне никогда не подчинялась. Я честно пыталась оживить того старика, изо всех сил старалась, но как воскрес его магический питомец, понятия не имею! Я не специально! – говорю искренне, потому что так оно и было.

Но вот ректора моя пламенная речь не убедила. Совсем.

– Допустим, – говорит ректор, хотя глаза говорят об обратном. – Тогда объясните еще кое-что. Как существо, которое беспрекословно выполняет желания поднявшего его некроманта, могло до полусмерти напугать адептов и едва не проглотило любимого кота профессора? Вы тоже не специально?

Ну какой же профессор Найт злопамятный. Совсем не по-мужски. Да, Киса разок пожевала того вредного кошака. Он и так никому жизни не дает, и к тому же с лишним весом, так что физическая нагрузка не была лишней для улучшения здоровья.

И нет, я не живодерка. Просто этот кот – самое настоящее порождение бездны. Расхаживает по всей академии и никто не смеет пальцем его тронуть. Да ладно бы просто расхаживал, так он же и пакостит не на шутку. То форму изгадит, то еду всю съест, и оставит на таелке… кхм... А то, как он расцарапал мне все руки, когда я случайно наступила ему на хвост, было последней каплей.

– Чистая случайность, – отвечаю ректору. – Я даже не знала, что могу управлять хладокрылом. Вот вам еще один факт, что некромантия – это не мое!

– Адептка Вилар, – устало говорит ректор. – У вас мощнейший дар, а вы тратите его на пустяки?! Вы же знаете, что некроманты вашего потенциала должны приносить пользу королевству!

Ох, с каким жаром выпалил. А вот взгляд и лицо остались холодными. Я это увидела, потому что он наконец-то обернулся, чтобы пронзить меня своим ледяным взглядом.

Честно, обидно видеть некое презрение в глазах главы академии.

– Так я же не отказываюсь приносить пользу! Я зельевар! Отличный зельевар, и пользы принесу куда больше, чем если буду пытаться оживлять мертвецов, когда это совсем не мое! Ректор Гройс, я хочу вернуться в свою академию!

Замерев в ожидании ответа, я про себя считаю до десяти. Пусть все получится! Пусть всё получится!

Если бы я могла, то сама бы отчислилась из академии в первый же день, но из-за дурацких правил вся надежда на ректора.

– Господин ректор? – напоминаю ему о себе, и он тяжко вздыхает.

– Адептка Вилар.

“Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Скажи, что я могу паковать чемоданы!” – мысленно молю я, но даже представить в этот миг не могу, чем меня сейчас ошарашит этот моложавый ректор!

– С этого дня я официально зачисляю вас в состав девятой команды, – преспокойно так выдает ректор, а я чуть ли не подпрыгиваю на месте от злости.

Девятая?! Та самая, которую курирует Мор?

Вот уж спасибо! Удружил!

– Господин ректор, спасибо за такую честь, – решаю не кипятиться, а избавиться от ужасающей перспективы деликатно. – Но в девятой команде самые лучшие адепты, я там только мешаться буду.

– Вот и будет у вас стимул повысить навыки. К тому же предрасположенность у вас хорошая.

– К зельям у меня предрасположенность хорошая, а не к…! – не выдержав ляпаю я, но тут же прикусываю язык.

Негоже так на ректора рычать. Но вот чего он прицепился, а?

– Господин ректор, я в самом деле хладокрыла оживила случайно. Да, я дочь чистокровных некромантов, в моей крови эта магия есть, но я понятия не имею, как ей управлять. И никогда не умела, сколько бы ни учили. Потому и ушла в зельевары. Но если вы продолжите надо мной издев… пытаться меня исправить… В общем, я не могу гарантировать, что в следующий раз не убью кого-нибудь вместо того, чтобы оживить!

– Потому я и отправил вас с куратору Мору. Он за вами уж точно присмотрит, – спокойно сообщает ректор, только вот прищур его серых глаз в тот момент, когда он припомнил гада, мне совсем не понравился.

Мор присмотрит. Ага. В склепе на сутки запрет опять?

– Еще есть вопросы, адептка Вилар? – выжидающе смотрит на меня мужчина.

Вопросов нет, идеи есть! Как отсюда сбежать, например. Но прежде придется пролить много крови. Зря они по-хорошему меня не отпускают.

Со крипом выдавив из себя пару вежливых слов на прощание, ухожу, а ректор еще и добавляет вдогонку, чтобы после обеда, как штык стояла в кабинете Мора.

Ну за что мне эта напасть? Зла не хватает.

Почему нельзя каждому заниматься тем, что ему по душе? Нравится лечить – становись лекарем, нравиться домики строить – вперед в градостроители, политика или торговля – тоже выбирай из целого списка. Но тут природа решила за меня.

Некромантов мало осталось после давних событий, когда мои древние-древние предки решили прибрать мир к своим рукам и впустили сюда тварей из бездны. Разумеется, тех психов остановили, только вот и род некромантский почти иссяк.

А те, кто выжил, долгие годы носили блокирующие магию браслеты, были гонимы и погибали, не оставив потомства. Одно время вообще считалось, что нас, как вида, уже и не осталось.

Но время шло, ненависть в миру стихла, и некроманты стали показываться то там, то тут. А когда на трон воссел Арс Дэрх*, так нам вообще нашли “незаменимое применение”. даже целую тайную академию создали, где мы – элита.

Еще бы. Ведь наша магия способна удержать душу в теле еще на несколько мгновений, чтобы лекарь успел спасти того, кто в ином случае погиб бы. Честно, такая миссия – достойна бессонных ночей и стертых в мозоли пальцев. Вот только я ее недостойна.

Я знаю себя. Я не справлюсь. Буду лишь мешать, сколько бы ни старалась, потому что некромантия никогда мне не подавалась нормально, потому и говорю, что каждый должен заниматься тем, в чем он хорош.

А мне лучше уйти куда подальше из этой академии, и некромантского факультета, тем более что он состоит в основном из девочек по уши влюбленных в Мора.

А меня он сюда лично привел. И оставил им на съедение, умотав “досматривать” отбор Севиль, моей второй подруги, которую угораздило связаться со вторым другом этого некроманто-драконища.

Ох, мне бы сейчас мозгоправ вроде нее точно пригодился, надо бы написать письмо. Севиль всегда найдет нужные слова, чтобы убедить меня не строить триста пятьдесят стратегий по убийству моего будущего надзирателя… то есть куратора. А хотя, нет. Не ошиблась. Он скорее надзиратель.

Вот как вспомню его сегодняшний взгляд, так вздрогну. Он там моего хлодокрыла еще не съел?

Оглядываюсь по сторонам, но этого чешуйчатого гада не видно – это хорошо. А вот за животинушку волнуюсь. Ладно, пойду, наконец-то, смою с себя запах склепа, а потом уже буду разбираться.

С такими мыслями и пересекаю длинный каменный коридор со стрельчатыми окнами, дохожу до своей комнаты, и ни о чем не подозревая, толкаю дверь.

– Ну, наконец-то, – раздается самодовольный голос, и я охр… застываю на месте, видя, кто развалился на моей постели!