Текст книги "Заброшенный Город (СИ)"

Автор книги: Снов Ловец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

– Так тебе нехорошо? – перебил меня старикан. – Неужели ты заболел? Ах, как не вовремя! Но если ты болен, то лучше тебе пойти в свою комнату и немного полежать. Отдохни, надеюсь к утру тебе станет лучше. Ты ведь видишь, что у нас тут творится и как ты нужен мне.

Так что я пошел к себе и в тот миг думал, что и в самом деле, поднимусь наверх, лягу спать, а все глупости выкину из головы. Но потом я вспомнил ее лицо и понял – не пойти я не смогу.

Я лежал и ждал, прислушиваясь к звукам из таверны. Вошла служанка и поставила поднос с едой возле моей кровати. Я не смог проглотить ни кусочка. Наконец в зале начали отодвигаться стулья – значит гости закончили ужин и расходятся по комнатам. Я встал с постели и вылез в окно. Прошел под старой сливой, миновал пустую улицу. Перелез через забор, огораживающий город с севера и выбрался на дорогу. Спустя несколько минут я был уже недалеко от ворот. Замер, ожидая ее появления. Сердце колотилось, как дурное. В голове – ни одной мысли.

Вскоре появилась она. В платье цвета вечернего неба. Маленькие искорки вспыхивали на рукавах, на подоле, на груди. Словно небесные звезды опустились к ней на платье. Я снова застыл, любуясь ее движениями, золотом волос… Эллориэль рассмеялась и подошла ко мне. Взяла под руку и сказала:

– Веди меня, Сэмми! Я хочу посмотреть Пустошь! Откуда мы спустимся?

– Что вы, госпожа! В Пустошь я вас не поведу, там слишком опасно! Тем более в ночное время!

– Ах, ну что ты! Мне так хочется!

Но я уперся. Если бы она попросила меня влезть на пожарную башню и спрыгнуть оттуда, я бы это проделал с радостью. Да что угодно ради нее! Но спуститься с обрыва и бродить там среди деревьев, в ожидании чудовищ?! Ну уж нет. Об этом я ей и сказал.

Эллориэль расстроилась и я тут же предложил ей поглядеть на Пустошь сверху, с обрыва.

– Это безопасно, да и вид открывается отличный, – проговорил я, испугавшись, что она сейчас уйдет.

Подумав, Эллориэль согласилась, и мы пошли туда, где над поросшим кустарником обрывом, чуть вперед выдавался каменный язык. Эллориэль завороженно вдохнула, когда увидела открывшуюся картину. Перед нами расстилалась равнина, залитая лунным светом. На много миль – деревья и кустарник, ни огонька, ни намека на человеческое жилье.

Я расстелил свою куртку и предложил девушке присесть на самом краю.

– Я знаю про Пустошь много интересного. И если вы хотите, я расскажу вам про нее.

Когда она присела рядом, я поблагодарил бога за то, что всегда внимательно слушал охотников и теперь мне есть чем блеснуть.

Я показал ей серебристую ниточку Мары, едва видную в темноте. Отсюда многоводная река казалась не толще ручья. Рассказал о том, что Пустошь – это степь, поросшая кустарником, лишь кое-где там встречаются рощи. А вот здесь, под обрывом, растет настоящий лес.

В этот момент снизу донесся звук цикады. Девушка вздрогнула и чуть придвинулась ко мне:

– Что это?

Я ответил тихо и таинственно:

– Возможно, это стрекот. Хотите, расскажу вам, что случилось с одним отрядом, который его встретил?

– А оно… не заберется сюда?

– О нет, тут высоко, – успокоил я ее.

– Расскажи мне, Сэм…

– Однажды отряд охотников, который вел очень опытный человек, не раз ходивший в Пустошь, возвращался домой. Им повезло с добычей, но до дома было еще очень далеко. И вот, вечером, они решили остановиться на привал. Они уже укладывались спать, когда услышали такой вот звук. В Пустоши любой незнакомый звук – сигнал опасности. Поэтому они решили, что лучше будет уйти оттуда.

Вскоре звук пропал. Люди снова стали останавливаться на ночлег. Но едва они сложили вещи, как вновь услышали его. Что было делать? Охотники собрались и снова пустились в путь. Они шли до рассвета, стараясь идти как можно быстрее. Но едва они остановились и закрыли глаза – звук нагнал их снова. Было утро и они решили посмотреть кто это их преследует. Они устали после бессонной ночи и подумали, что смогут одолеть то существо.

Их преследовало чудовище не меньше трех метров в высоту, покрытое плотной костяной броней, с узкими щелями вместо глаз. Едва увидев их, чудовище заревело и прибавило шагу. Им снова пришлось бежать, потому, что они поняли – им не одолеть его.

Так продолжалось еще целый день. Чудовище не отставало, и кажется, ему была неведома усталость, а вот охотники уже едва шли. Наконец не выдержал самый старый из охотников. У него просто кончились силы. Тогда они бросили все вещи – спальные принадлежности, сменную одежду, одеяла и посуду. Бросили даже добычу потому, что не могли больше все это нести. Так они смогли продержаться еще день. К закату силы кончились у всех. Уже двое суток они не спали и лишь напряженно шли. Им пришлось принять бой. Их было десять человек, все хорошо вооруженные, сильные парни и мужчины.

Чудовище настигло их и набросилось, ударом лапы сразу убив двоих, а все их удары – мечами и магией были для него словно детские тычки. Даже заклинание «ледяного копья», за которое они заплатили огромные деньги, разорвавшись перед мордой чудовища, не причинило ему вреда. Лишь разозлило.

Вскоре все они были мертвы. Только Самдея при взрыве «ледяного копья» отбросило в сторону. Он потерял сознание, а когда очнулся, увидел лишь мертвые тела. Стрекот ушел, не заметив его. Ему повезло остаться в живых. На лице у Самдея до сих пор остался шрам, напоминание о той истории.

Тут я почувствовал на щеке дыхание Эллориэль. Как-то так вышло, что теперь она сидела прямо возле меня. Внизу снова застрекотали цикады и она, вздрогнув прижалась ко мне всем телом.

– Какой ужас! Это Самдей, наверное больше никогда не ходил в Пустошь?

– Ну что ты! Едва поправившись, Самдей снова пошел туда. И до сих пор ходит. У него теперь свой отряд и он – самый удачливый из охотников. Сейчас он там, внизу. Ушел сегодня утром.

– Ох, я бы никогда туда не пошла! – проговорила она и я несмело обнял ее, словно хотел успокоить. Она не отстранилась, а я сидел, замерев от счастья, всем телом ощущая ее близость.

В этот миг, самый лучший миг в моей жизни, когда я мечтал, чтобы она сидела рядом со мной вечность, я услышал крик:

– Сэм! Сэмми! Где ты?! Сэмми, отзовись!

Я узнал голос Арно, моего приятеля и сморщился – как не вовремя!

– Сэмми! – он выбрался на обрыв и Эллориэль отодвинулась и вскочила на ноги. От досады я даже не сразу понял, что он сказал, а когда до меня дошло, я тоже вскочил, как ошпаренный.

– Тебя ищут воины герцога! Говорят, что ты украл племянницу эльфийского посла! Дядя Киприан арестован, а тебя ищут! Беги!

В темноте я увидел приближающиеся силуэты.

– Беги же, беги! – толкнула меня к обрыву Эллориэль. – Спасайся!

Сперва то я хотел остаться и все объяснить, но стоило ей толкнуть меня, как я тут же рванул к обрыву.

Силуэты приближались и Арно крикнул:

– Он там! Туда побежал! – указывая в другую сторону, а я скатился с обрыва и полез вниз, цепляясь за корни и выступы.

Наверху раздавались шум и возня. Что там такое? Эллориэль почему-то молчит… Стоит ей сказать хоть слово, все поймут, что я не виновен, – думал я карабкаясь вниз.

 

Вскоре я стоял под обрывом. Высоко в небе мигали крошечные звезды, а вокруг темнели деревья. И тут я понял… что стою там, где не собирался оказываться никогда в жизни! В Пустоши! Да как это случилось?! Я готов был заорать от ярости и горя. Одно хорошо – меня не занесло далеко, в Пустошь, я стою прямо под обрывом, значит, здесь почти безопасно.

Я прислушался к тому, что происходит наверху. Вроде тихо, но что, если там оставили часового? Чуть дальше есть еще одна тропа. Если подняться по ней и найти Эллориэль… при мысли о ней на сердце потеплело. Так вот, я найду эльфийку, и мы вместе пойдем к его светлости. Он успокоиться, освободит моего дядю и все будет хорошо. Составив такой план, я, буквально на ощупь пошел вперед, стараясь держаться у самого обрыва. И сам не заметил, как вдруг оказался далеко от него.

В темноте я как-то забрел вглубь рощи и теперь, куда бы не оглянулся, вокруг были видны лишь силуэты деревьев. Что-то скрипнуло. Я похолодел и замер. Что это?

– Конечно чудовище! – ответил я сам себе. Что еще может быть тут, в Пустоши?!

Шорох раздался снова, гораздо ближе, и вдруг я увидел, как между черных стволов мерцает слабый свет. Сперва я не поверил – откуда? Что может светиться тут, в мрачной Пустоши, где даже отряды охотников не рискуют зажигать огня?

Но свет все приближался. Он словно плыл в воздухе. Все ближе, ближе… И вскоре я увидел человеческую фигуру. В воздухе, над ней, плыл магический огонь.

– Сэм! – раздался знакомый голос. – Сэмми?!

О боже, это она, Эллориэль! Я бросился к ней. Какая же она хорошая, добрая, что не бросила меня в беде, пришла за мной!

– Эллориэль! Я тут!

Эльфийка повернулась ко мне и я увидел, как она подняла руку, и прошептав слова, сделала движение. На меня дохнуло холодом. Я почувствовал, что весь день у меня половина мозга не работала. А вот теперь все вернулось на место.

Я посмотрел на нее. Аура света, которой прежде была окутана в моих глазах Эллориэль, куда-то исчезла. Я увидел, что волосы у девушки не золотые, а обычные, русые. Что они не струятся по ее спине каскадом, а висят, собранные в жидкий хвостик. Глаза у нее тоже оказались не такими выразительными, как мне казалось. Да вообще все в ней в миг изменилось. Я похлопал глазами. От чувства влюбленности, что недавно окрыляло меня, тоже не осталось и следа. Я вспомнил, как перебирался через стену, ради встречи с ней, как бродил по таверне потерянный, весь в мечтах и удивился – я ли это был? Что со мной случилось?! И тут до меня дошло!

– Морок! Ты навела на меня морок и приворожила! Да?

– Ну наконец-то ты понял! – усмехнулась она. – С тобой так скучно, Сэмми! Я думала, ты хоть будешь сопротивляться!

– Зачем ты это сделала? – не мог понять я. – Чем я тебе мешал?! Что тебе вообще от меня нужно?!

– Ты – сплошное разочарование! – проговорила она, обходя меня по кругу и рассматривая, словно лошадь на ярмарке. – Я столько готовилась к этой встрече! Училась! Старалась! Надеялась встретить достойного противника, и что?!

– Ну простите, что разочаровал, ваша милость! – сказал я копируя речь селянина из захолустья. Поклонился, коснувшись рукой земли.

Качая головой она смотрела на меня с таким видом, будто перед ней умственно отсталый:

– Ты хотя бы понял кто я? Нет? Ну хорошо, скажу прямо. Я – Эллориэль. дочь Саммирата из рода Ледяных Слез!

– Давай просто пойдем домой, – предложил я. – Я не стану никому рассказывать, что ты использовала привороты и мороки. Обещаю.

Она усмехнулась и воздела руки к небу:

– Да как такое может быть?! Неужели ты ничего не знаешь?!

Она сумасшедшая, понял я. Ну точно. О бог мой! Мало того, что меня занесло в Пустошь, так еще и с чокнутой эльфийкой, которая к тому же владеет магией! Красота!

– Хоть что-то ты о себе знаешь?

Я не понимал, чего она хочет.

– Давай, Сэм, отвечай!

Я вспомнил, что с чокнутыми не спорят, вроде они от этого нервничают. Например наш городской сумасшедший очень волнуется от этого. И ответил, стараясь говорить как можно спокойнее:

– Эллориэль, я не знаю, что ты хочешь узнать, вобщем-то ничего замечательного во мне нет…

– Ты хотя бы знаешь кто твои родители?

– Они умерли. Давно. Мама была младшей сестрой дядюшки Киприана. А отец – кузнец из Фешети. Это неподалеку от Галаша. Мой отец умер от простуды и тогда мать продала все имущество и перебралась обратно к брату. Но от горя и слабости она во время родов умерла…

– Господи, какой бред! – воскликнула Эллориэль воздев руки к небу. – О боже, ну что мне делать?! Я ждала встречи с равным противником, а вместо этого встретила полудурка, не знающего даже кто он такой!

Хоть она и была сумасшедшей, слова о полудурке меня задели и я сказал:

– Спасибо. Может я и дурак, но ты сама просила, чтобы я рассказал тебе свою историю и…

– Это не твоя история и это не твои родители! – перебила она меня, а я присвистнув подумал, что она точно того… Эх, зачем же ее выпускают на улицу??

– Твое имя – Сэмюэль Гэллерси. А твоего отца звали Аннорд Гэллерси. Ты знаешь кто это?

Я покачал головой и дождался смешка:

– Ну как можно этого не знать?! Аннорд Гэллерси и Саммират из рода Ледяных Слез вместе, подняли то восстание, благодаря которому мы все сейчас свободные люди, а не рабы мураков!

– А, так это они провернули ту интригу, из-за которой перевелись мураки?

Она прыснула, услышав мою формулировку:

– Именно. И этот великий человек был твоим отцом…

– Мой отец – кузнец из Фешети, – оборвал ее я. Чокнутая она, или нет, я не стану все это слушать.

– Да? Ты в этом уверен? Ну хорошо. Твой отец кузнец, а твоя мать – сестра твоего дядюшки, того толстяка?

Я кивнул.

– А ты знаешь, что написано в метрических книгах города Галаша?

– Что?

– Что у твоего дядюшки никогда не было ни сестер, ни даже братьев, вот что!

– Ты лжешь! – пробормотал я.

– И зачем мне это? Ты думаешь, мне слишком скучно жилось в Эллинии и вот я приехала сюда, чтобы убить простого крестьянина?

Я молчал. Мысли носились в голове, как стая вспугнутых птиц.

– Ты мне не веришь, – поняла она. – Хорошо. Тогда скажи мне вот что. Твой дядя родился в семье крестьян, всю свою жизнь пахал землю и вдруг у него появилась гостиница. Откуда он взял деньги? В огороде выкопал?

– Все просто – хмыкнул я. – Моя мать продала имущество после смерти отца и отдала эти деньги дяде, а он…

– Твоя мать продала имущество простого кузнеца, и этого хватило, чтобы построить двухэтажную гостиницу? С таверной на пятьдесят человек? С двумя конюшнями? Сараями, пристройками, прачечной? Что ж это за кузня была? – насмешливо спросила она. Я молчал. Мне было нечего сказать потому, что я сам впервые задумался об этом. Действительно…

– Я расскажу тебе правду о тебе, Сэм, – пообещала эльфийка. – Слушай. Твой отец был величайшим из людей. Смелым и хитрым. Он, вместе с моим отцом извел всех мураков и благодаря этому мы свободны. Твоя мать носила тебя под сердцем, когда в Заброшенном городе началась война. Твой отец отправил ее прочь, чтобы она родила в спокойной обстановке. Она добралась до Галаша и на свет появился ты. Никто не знал тогда, что после того, как мураки будут уничтожены, твой отец решиться на предательство и убьет своего лучшего друга, моего отца, Саммирата из рода…

– Э, погоди! – попросил я. – Ты говоришь, что этот самый Аннорд…

– Твой отец!

– Ну, пусть так. Что он убил своего друга, твоего отца, так?

– Да, – сверкая глазами крикнула она. – Именно так! Он убил его! Предательски! И за это я отомщу – я убью тебя!

– Ладно, ладно, – подняв руки вверх сказал я. – Только скажи, откуда ты знаешь, что мой отец предал твоего? Тебя ведь там не было?

– Ты… ты издеваешься! – воскликнула она. – Каждый ребенок, все кто знают историю нашего народа!

– При чем тут твой народ? Откуда ты знаешь, что Аннорд – предатель?

– Мой отец писал об этом своему брату! Я читала эти письма!

– То есть, сама ты не видела этого и там не была? – ехидно спросил я.

– На что ты намекаешь? – закричала она. – Только попробуй сказать, что мой отец – лжец!

– Давай я тебе лучше расскажу историю про Маришку, дочку сапожника?

– Ты мне зубы заговариваешь?!

– Нет, ну что ты! Так вот, Маришка. Хорошая была девушка, честная и добрая. Щенков бездомных кормила и странников, в храме пела. И вот однажды говорит она, что ее сын мельника испортил. Ну отец Маришки тут же к мельнику. Так мол и так! Твой сын негодяй и все такое. Сын мельника, Нико, в хоре не пел и странников не кормил. Может потому его никто не послушал, когда он говорил, что не трогал Маришку. Поженили их в ту же неделю. Нико в храме священнику сказал, что не согласен жениться и что он Маришку не портил, но мельник ему подзатыльник отвесил и за ухо к аналою подвел. Так и поженились. А через девять месяцев, родила Маришка черненького мальчишку. Черненького, как смола. Тут то и вспомнили все, что как раз перед тем, как оказалось, что ее сын мельника испортил, в Галаш торговцы с юга приезжали. Черные все, курчавые…

– Ты на что намекаешь?! – выслушав мой рассказ заорала Эллориэль. Я пожал плечами:

– Вобщем то ни на что. Но если ты сама не видела, то и знать не можешь наверняка.

– Мой отец был честным человеком!

– Как раз так Маришкин отец и говорил: моя дочь – честная девушка!

– Все! Я тебя точно убью! – взревела она и магический свет вспыхнул поярче и замигал – в такой она была ярости.

– Хорошо, но ты должна понять почему твои слова у любого бы вызвали сомнения. Ты – дочь своего отца. И если ты лжешь постоянно, то что люди о твоем отце подумают?

– Это когда же я лгала?!!

– Да ты приехать не успела, как задурила меня мороком, да приворотом. Это не обман? Хотя я конечно понимаю почему ты это сделала…

– Это не одно и тоже!!! Я ждала, что ты – маг!! Я ждала, что ты будешь равным противником, а не тупым крестьянином!!

– Я понимаю! – проговорил я подняв руки успокаивающим жестом. – Нет, я правда понимаю, Эллориэль! Без мороков и приворотов у тебя бы не было ни одного шанса завлечь меня…

– Что ты имеешь в виду?!

– Ну как ты без морока, смогла бы еще привлечь внимание парня? Волосы у тебя ужас просто – как мышиный хвост, жидкие и серые. Глаза маленькие, тусклые… Щеки висят и фигура…

– Чтооо?!

– Я думал ты знаешь, что ты уродина! – сделал я удивленные глаза. – Ох, прости! Не надо мне было все это говорить!

– Еще одно слово! Еще только одно слово и я убью тебя! А вообще-то так и лучше! Давай, выбеси меня! Скажи еще что-нибудь! Чтоб мне совсем не было жалко тебя!

– Ну хорошо, – проговорил я тихим голосом и сел на землю. – Всего лишь еще одну историю и можешь делать что угодно. – Голос мой теперь потек, как мед. Я опустил голову, стараясь сделаться как можно менее заметным. Стать неподвижным, тихим.

– Слушай, это очень интересная история. Однажды, лет пять назад, в Пустошь ушел отряд Чолана. Им повезло и они нашли много хорошей добычи. На обратном пути они немного сбились с пути, убегая от чудовищ, и вышли к обрыву не там, где всегда поднимаются охотники, а немного в другой стороне. Там тоже была роща, как и здесь.

– Уже настала ночь и они устали. К тому же они были у самого обрыва, чудовища тут почти нет, и они расслабились. Дом был так близко, стоило лишь подняться наверх…

– Ты уверен, что сейчас подходящее время? – перебила меня Эллориэль и я ответил:

– Да, да, самое подходящее! Так вот, они расслабились и даже разожгли костер. Хотя в Пустоши охотники обычно этого не делают – чудовища, не простые звери, их огонь привлекает, а не отталкивает.

Так вот, они сидели у костра, ели и разговаривали.

Порой им казалось, что ветер доносит до них чьи-то стоны, но стоило им прислушаться, как все стихало. Так прошло некоторое время и наконец один из них запел песню. Вот так, – и я тихонечко пропел куплет, а Эллориэль недоуменно на меня смотрела.

– И когда он закончил песню, они услышали тихий стон, похожий на скрип дерева. Так скрипят старые стволы, когда ветер гнет их…

Она завертела головой в разные стороны потому, что вдруг тоже услышала то, что я слышал уже давно – слабые скрипы и стоны. Ничего не увидев, повернулась ко мне и вопросительно на меня взглянула. Кажется, она начала понимать.

– Так вот, выжил из всего отряда лишь один – тот, кто пел, – продолжил я тихим, мелодичным голосом, словно сам пел песню. – Кто же мог знать, что в рощах, прямо под обрывами обитают чудовища, которые любят темноту и тишину? Их раздражает яркий свет и громкие голоса. При этом они любят звуки музыки и песен, поэтому часто бродят в роще под обрывом, прислушиваются к звукам, доносящимся сверху. Им нравиться, когда люди поют… Но когда кто-то спускается вниз и начинает кричать, или зажигать здесь свет… Они злятся. За это их стали звать тишками. Тишка! Будто домашний кот…

Что-то всхлипнуло и застонало очень близко, и подскочив, Эллориэль повернулась туда:

– Что это?! Кто тут?!

– Это тишка, – тихо ответил я. – Он здесь уже несколько минут. Пришел на яркий свет. И твои крики ему не нравятся.

Я лег на землю и тихонечко запел под нос колыбельную. Ту самую, что пела для меня мама, когда еще носила в животе:

– Спи мой мальчик дорогой, буду я всегда с тобой.

– Будешь ты большим и смелым, будешь ты всегда при деле...

Стон будто пронесся над нами, окутал поляну. Он шел отовсюду сразу. О боже! Помоги мне!

Эллориэль закричала, вот глупая!

– Сэм! Ты все-таки обманул меня! Приманил чудовище! Ну ничего! Я разделаюсь с ним, а потом и с тобой! Ты сдохнешь! Сдох…

Раздался треск и крик Эллориэль. Крик перешел в визг, внезапно что-то хрустнуло, крик резко оборвался и магический свет погас. Значит тот, кто поддерживал энергию заклятья, больше не имеет никакой энергии. Я вздохнул поглубже и снова запел под нос:

– Синий город за рекой, принесет тебе покой.

– В нем ты истину узнаешь, всех сильней на свете станешь…

Тот охотник, единственный, что спасся от тишки, рассказывал в нашей таверне, как он все продолжал петь, даже когда тишка выскочил на поляну. Даже когда растоптал костер и переломил надвое Чолана и бросился на других. Он говорил, что все пел и пел, и не мог остановиться, как переклинило от ужаса, и чудовище подошло к нему, понюхало и ушло, оставив в живых.

И вот я лежал на животе, в кромешной тьме, пел и слышал приближающиеся шаги. Говорят, тишка огромен – метра два, не меньше.

Почему он двигается так бесшумно, думал я, продолжая напевать колыбельную.

– Тихо, тихо, спи мой Сэм, станешь взрослым ты совсем.

– Всех на свете покоришь, свою маму удивишь…

Лапа опустилась на землю возле моей головы. Я слышал шумное дыхание чудовища. Более того, я чувствовал тепло его дыхания. Как бы со стороны я увидел это: вот я лежу на земле, а надо мной склонился огромный монстр и обнюхивает меня. В голове помутилось и я потерял сознание.

 

                              История четвертая.

                                Побег из Галаша.

В Галаш Самдей и его охотники вернулись на рассвете, на следующий день после того, как встретили солдат его светлости, разыскивающих Сэма в Пустоши.

После этой встречи Самдей как-то вдруг помрачнел, и чем ближе они подходили к Галашу, тем мрачнее он становился. Итак то немногословный, тут он сделался совсем уже молчуном и даже на вопросы отвечал через раз.

– Видимо он так из-за Киприана расстроился, – проговорила Риа Космину, когда тот выразительно поглядев на командира перевел взгляд на нее. – Они же с детства друзья были…

У ворот, не смотря на ранний час топилось много народу. Стражи осматривали каждого, кто входил, а уж выходящим было еще сложнее – их осматривали с особым пристрастием, только в рот не заглядывали.

– Неужто они думают, что Сэм в город вернется и встанет у ворот, после того, как эльфийку украл? – прошептал Йона и встал в конце очереди.

– Ежели что, простите меня. Не хотел я зла ни вам, никому другому, – вдруг сказал Самдей глядя на стражей.

– Ты о чем это толкуешь?! – повернулся к нему Лионелл, но тут их окликнули: из группы стражников показался Борко, тот самый, кому в день своего ухода в Пустошь они рассказали о приезде герцога.

– Самдей! Что там встал? Давай, иди сюда и своих веди! Нечего там в очереди киснуть!

Люди вокруг заворчали, но Борко прикрикнул:

– Кто тут недовольный такой? Люди из Пустоши идут, голодные, усталые! А вы и погодить можете!

– Ну вот и добегался… – пробормотал Самдей и пошел к воротам с таким видом, словно его там должны были расстрелять. Переглянувшись, охотники подались следом.

– Здорово, Самдей! Как дела? – поприветствовал его Борко похлопав по плечу. – С добычей?

– Не без того, – выдохнув сказал Самдей и хлопнул по мешку, висящему за плечами. – И добычу принесли и кости Гиллима.

– Ну добро, добро, проходите. Эй, пропустите их! – крикнул он вперед. – Это свои.

– Не так быстро, господа, – заступил охотникам дорогу высокий человек в плаще. С первого взгляда никто не разобрал парень это, или девка – волосы длинные, ниже плеч, светлые и чистые, будто только вымыл. Голос тоже певучий, высокий.

– Это ж… эльф! – воскликнула ошарашенно Риа.

– Меня зовут господин Риорданно, – поморщился длинноухий. – Почему люди такие хамы? Я ведь не ору «это ж человек!», увидев вас!

– Оскорбить вас, господин, она не хотела, – шагнул вперед Лионелл. – А я вот не пойму, почему вы вдруг в Галаше свои порядки наводите? Вроде тут не Эллиния?

– Эй, потише! – шагнул Борко между ними. – Отойдите ка, господин Борано!

– Риорданно, – поморщился эльф.

– Ну я так и сказал, – отрезал Борко и усмехнувшись краем губ, сказал Лионеллу:

– По распоряжению его светлости, десяток эльфийских стрелков помогает нам на воротах. Особое положение – эльфийская девица украдена. Ладно, проходите.

И снова эльфу:

– Это жители нашего города, господин Варана! Я за каждого могу поручиться лично. К тому же они из Галаша вышли еще до того, как сюда его светлость приехал. Я сам их и провожал.

За воротами к ним бросилась Айне и повисла на Иэнку обнимая его и целуя, словно он вернулся с того света. Потом бросилась к Самдею и поливая слезами его куртку начала благодарить.

– Да полно тебе, Айне, что ты, – оторвав от себя женщину сказал он и улыбнулся краем губ. – Расскажи лучше, что тут без нас случилось?

– Может сперва до дома дойдем? – спросила Риа.

– Дойти успеем, не в Пустоши ведь. Давай, говори, Айне.

Обрадованно глянув на Самдея, женщина начала:

– Ой, что тут было то! Ох что! Приехал значит, его светлость. Такой роскошный! Уж слов нет какой! Свиты, свиты сколько было! И воинов отряд. Все важные такие, гладкие, на конях с узорными уздечками. И с ними эльфы…

– Ты давай, ближе к делу, мам, а то так до вечера не закончишь, – перебил ее Иэнку.

– Ну а я что? Я о деле, – поправилась Айне. – Давайте от ворот то отойдем! Так вот, – продолжила она, – Приехали они, такие все раскарсавцы. В тот вечер мы их и не видали – в гостиницу к Киприану они заехали и все, спать легли. На другой день на прогулку отправились. Его светлость на белом жеребце с золотой уздечкой, а с ним эльфы. Уж такие! Ни на кого не похожие!

– Айне! – хмыкнул Йона и женщина, виновато глянув и поправив волосы продолжила:

– Ну вот и все что было то. Прогулялись они, в гостиницу вернулись и ужинать пошли. А через три часа – тревога на весь город. Воины кричат, бегают, всех хватают. Ужас!

– Что ужас то?

– Да никто и не понял что! Все кричат, бегут! Будто бы Сэм у эльфийского посла дочку украл и сбежал с ней! Это Сэм то! – усмехнулась женщина. – Вы как хотите, а я до сих пор не верю!

– Да уж, странно это, – согласился Лионелл. – Сэм украл девицу! Смешно ей богу!

– А что смешного то, Лионелл? – обратился к нему Йона. – Сэм – парень молодой, здоровый. Увидел красивую девушку и вот, не выдержал!

– Сэма когда девки интересовали? Что ты несешь то?! – возмутилась Айне. – Ты вспомни его! Такой смирный, почтительный! Всегда возле дяди, работает день деньской, никакими глупостями не занимался, такой парень золотой! Утешение любой матери такой сын, – сердито зыркнув на Иэнку закончила она.

– Я не говорил, что Сэм не почтительный, – начал Йона. – Я говорил, что против природы человеческой не попрешь. Сколько ее не прячь, сколько не зажимай, все одно – вылезет. Вот и Сэм…

– Я скоро приду, ребята, – прервал его Самдей. – Вы идите, а мне тут надо сходить…

– Куда ты, Самдей? В темницу пойдешь? – участливо спросила Риа.

– Схожу, – кивнул Самдей сняв мешок с плеч:

– Возьмите кто-нибудь с собой.

– Куда ж ты, Самдей?! Не поел, ни поспал! Рубаха, вон, грязная у тебя! – попыталась остановить его Айне.

– После постираю, – не оборачиваясь проговорил Самдей и ушел быстрым шагом.

– Ох беда, горе горькое! – пробормотала Айне ему вслед и тут же отвесила подзатыльник сыну:

– Возьми его мешок то! Что стоишь, олух?

Переговариваясь, охотники направились к дому Риа.

Женщины быстро собрали на стол, пока мужчины запирали в подполе мешки с добычей. Выкатился в своей тележке безногий Киял, муж Риа.

Выпили по чашке вина за удачное возвращение. Поели немного. Разговор не клеился – все поглядывали на окна, ждали возвращения Самдея. Вскоре хлопнула калитка.

– А вот и он! – обрадовалась Айне.

– Слава богу. Может что узнаем хорошего! – сказал Космин.

Дверь в комнату распахнулась и на пороге, держась рукой за косяк, появился Самдей. Обвел всех взглядом.

– Ну? Как там? – спросил Лионелл.

– Не запряг еще, чтоб нукать! – вдруг расхохотался Самдей. Покачнулся, едва не упал. К нему бросились Алин и Иэнку, подхватили под руки, проводили к столу, усадили на лавку.

– Маг с ним, с Киприаном! Допрашивает! – сказал Самдей и снова засмеялся.

– Правда, правда! – подтвердил Киял. – С утра из Пустоши отряд вернулся, который за Сэмом ездил. Сэма не нашли, а маг в темницу сразу покатил. Говорят, чтоб узнать, не скрывает ли чего Киприан. Вроде как мог ему племянник проговориться о своих планах…

– Что за глупость? – спросил Космин недоуменно глянув на него. – Вряд ли Сэм стал бы посвящать дядю в такое!