Текст книги "Любящий Вин (ЛП)"

Автор книги: Слоан Кеннеди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

А он был чертовски уверен, что хочет к ней прикоснуться.

– Дверь, – пробормотал он, притягивая ее к себе. – Запри ее или уходи, – выпалил он.

Он пытался обуздать свое вожделение, наблюдая, как она идет к двери, но легкое покачивание ее попки при движении заставило его наклониться, чтобы погладить себя. На ней была та же длинная струящаяся юбка, что и в тот день, когда он прижал ее к своей входной двери. В ее наряде не было ничего сексуального, но она все равно выглядела в нем чертовски идеально, и он не мог решить, то ли ему просто задрать юбку ей на талию, пока будет входить в нее, то ли потратить время и снять ее, чтобы изучить каждую деталь ее тела. Это при условии, что она не пройдет дальше, когда доберется до двери.

Щелчок вставшего на место замка чуть не заставил его кончить на месте, и он заставил свою руку прекратить долгие, медленные движения по члену. Когда Мия вернулась к нему, ее взгляд упал на его руку, и она высунула язык, чтобы облизать губы. Блядь. Он бы ни за что не продержался, если бы она вытворила такое дерьмо.

– Как ты меня хочешь? – спросила она, отступая назад и становясь между ним и столом.

Вместо ответа он обхватил ее сзади за шею и притянул к себе для поцелуя. Он хотел отпугнуть ее грубыми словами, когда описал, что произойдет между ними, но негативные нотки в ее голосе сводили его с ума.

Что бы это ни значило, а он понятия не имел, что это было, она доверяла ему нечто важное, и он не собирался превращать это во что-то ужасное.

Вин подхватил ее и приподнял так, что она оказалась сидящей на столе. Он встал у нее между ног и, продолжая целовать, начал расстегивать ее блузку. Было бы проще разорвать эту чертову блузку, но в какой-то момент ему все равно нужно будет отвезти ее домой. Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он расстегнул блузку и оторвался от ее губ, чтобы стянуть ее и насытиться ею. Она, наконец-то, стала прибавлять в весе, и он был прав, говоря, что у нее есть изгибы во всех нужных местах. Ее грудь была полной и тяжелой, он обхватил ее ладонями и провел большими пальцами по соскам. Они затвердели еще сильнее, но он был слишком нетерпелив, чтобы искать застежку лифчика, поэтому просто потянул ткань вниз и облизал один сосок, прежде чем взять его в рот. Мия вздрогнула от этого прикосновения, но затем попыталась еще сильнее прижаться к его рту, вцепившись руками ему в волосы.

– Сними его, – прошептал он ей в губы, и она отпустила его на время, достаточное для того, чтобы завести руку за спину и расстегнуть лифчик. Он провел языком вверх и вдоль ее ключицы, прежде чем снова найти ее губы. Когда он слегка надавил на нее верхней частью тела, Мия откинулась на стол, а затем, наконец, полностью опустилась, когда он положил руку ей на грудь. Он выпрямился и отступил назад, чтобы снять рубашку. Мия лежала точно так, как он ее оставил, хотя глаза горели, когда она смотрела, как он стаскивает ткань со своих плеч. По ее голодному взгляду он догадался, что она хочет прикоснуться к нему, но вида ее распростертого тела, ожидающего его с таким открытым доверием, было уже слишком. Его руки скользнули вверх по ее бедрам и задрали юбку, пока она не оказалась у нее на талии, а затем он стал снимать с нее трусики.

– Подними ноги, – сказал он и увидел, как на ее лице появились первые признаки робости. Но она все равно сделала, как он просил, и подняла ноги, пока они не оказались на краю стола. – Откройся, – прошептал он, когда она крепко сжала бедра. – Дай мне посмотреть на тебя. – После недолгого колебания она раздвинула ноги, и он почувствовал, как его охватывает новый прилив вожделения. – Ты когда-нибудь прикасалась к себе? – услышал он свой вопрос, хотя понятия не имел, откуда тот взялся.

Она кивнула, не сводя с него сияющих глаз. Красивый румянец окрасил ее щеки.

– Покажи мне, – приказал он, пока его рука вернулась к члену и начала поглаживать его.

Он был поражен, когда ее пальцы скользнули вниз по животу, по задранной юбке и осторожно коснулись клитора, прежде чем начать кружить вокруг него. Он увидел, как выгнулась ее спина и изогнулись бедра, когда она усилила нажим, а когда ее пальцы скользнули ниже, по складочкам, его тело сжалось при виде ее соков, стекающих по ярко-розовой плоти. Опустившись на колени, он поблагодарил гения, создавшего этот стол, за то, что высота этого дорогого предмета мебели идеально соответствовала его потребностям. Как только пальцы Мии вернулись к клитору, Вин наклонился и провел языком по ее половым губам.

На вкус она была сладкой и одновременно острой, и он никак не мог насытиться кремом, которым пропитался его язык. Мия застонала от его ласк, и ее пальцы ускорили движение на клиторе, она прижалась к его ищущему рту. Он провел языком вверх, пока не нашел скрытый бутон, что она безжалостно теребила. Он всего раз лизнул и она убрала руку, запустив ему в волосы, чтобы удержать на месте. Но он не собирался никуда уходить, продолжая лизать и посасывать ее нежную плоть. Он нащупал пальцами ее вход и стал осторожно вводить один из них внутрь, продолжая мучить ее. Она крепко сжалась и напряглась, когда он погрузил свой средний палец так глубоко, как только мог. Но, какой бы дискомфорт это ни причиняло, он, казалось, прошел, и она снова начала тереться об него. Даже когда второй палец вошел в нее, она продолжала искать его прикосновений, и он по-настоящему улыбнулся, когда его имя начало слетать с ее губ, а ноги сами собой легли ему на плечи.

Он медленно вытащил из нее пальцы, прежде чем снова ввести их внутрь, и ее влажность сделала его возвращение плавным. С каждым последующим выходом ее мышцы сжимали его пальцы, словно пытаясь удержать их внутри, и она вскрикивала, когда он снова вводил их в нее, слегка поворачивая, так что костяшки его пальцев задевали чувствительные нервные окончания внутренних стенок. Когда она запульсировала вокруг него, он усилил удары языком по ее набухшему клитору и провел пальцами вверх. Она закричала, отстраняясь, и ему пришлось обхватить свободной рукой ее бедра, чтобы удержать неподвижно, пока на нее накатывало наслаждение, волна за волной. Еще долго после того, как оргазм ослаб, он продолжал облизывать все вокруг, высвободив пальцы, а затем убедился, что она наблюдает, как он слизывает со своих пальцев остатки. Он наклонился над ней и глубоко поцеловал, чтобы она смогла попробовать себя на вкус, а затем сказал:

– Обхвати меня ногами.

Она послушалась, а затем обвила руками его шею, когда он поднял ее со стола. Ему удалось дотащить их до коричневого кожаного дивана в центре кабинета, и он осторожно опустил ее на него, продолжая целовать. Каким бы возбужденным ни был, он не мог не наслаждаться легкой дрожью, продолжавшей охватывать ее тело, пока он покрывал легкими поцелуями ее шею и грудь. Но его тело не осталось без внимания, и он постоял достаточно долго, чтобы снять с нее юбку, выудить из бумажника презерватив и снять брюки и нижнее белье.

Он на самом деле почувствовал, охватившую его нервозность, когда гланул на Мию, смотревшую на него тяжелым взглядом. За все свои тридцать девять лет он никогда раньше не был с девственницей и боялся, что не сможет сдерживаться достаточно долго, чтобы доставить ей больше удовольствия. Но Мию, казалось, это не беспокоило, потому что она раздвинула ноги в молчаливом приглашении, и он осторожно опустился между ними, перенеся вес своего тела на локти, зарывшись руками в ее волосы и целуя.

– Скажи, что ты хочешь этого, – прошептал он между поцелуями.

– Тебя, – поправила она. – Я хочу тебя.

Его член был таким твердым и жаждущим, что без особых усилий нашел ее вход, и он почувствовал, как ее жар окутал его еще до того, как начал в нее входить. Но когда его головка вошла в нее, Мия напряглась в его объятиях, и он подавил острое желание, охватившее его от того давления, что оказывала на него ее теснота, и продолжал целовать и шептать ободряющие слова ей на ухо, пока она не расслабилась. В ту же секунду, как она это сделала, большая часть его члена погрузилась в нее. Но когда ее тело отказалось позволить ему двигаться дальше, он прошептал ей в губы тихое извинение, прежде чем накрыть ее рот своим, поглощая крик боли, преодолев последнее сопротивление. Ее пальцы впились ему в спину, когда член полностью вошел в нее, и он удерживал его на месте, пока не почувствовал, что напряжение в ее теле спало.

– Порядок? – спросил он.

Она кивнула, прикусив нижнюю губу, но когда он осторожно вышел из нее почти полностью, прежде чем снова скользнуть внутрь, ее глаза расширились. Еще одно движение, и ее губы приоткрылись, она тяжело вздохнула. Она была невыносимо тесна вокруг него, но с каждым толчком жидкое тепло ее тела делало скольжение все более легким, и через несколько минут он вспотел, снова и снова входя в нее. Когда она стала приподнимать бедра, встречая его толчки, он понял, что уровень ее желания быстро растет.

– Так хорошо, – выдохнул он, просунув под нее руку и передвинув так, чтобы проникнуть еще глубже.

Мия вскрикнула от перемены позы, и он знал, каждый толчок вверх задевает то место внутри, что приближало ее все ближе и ближе к освобождению. Ему потребовалось еще раз слегка подвинуть свои бедра, чтобы найти идеальный угол наклона, так чтобы его таз терся о ее клитор, и через несколько секунд она уже выкрикивала его имя, а ее тело сжимало его, как тиски. Он закричал, уткнувшись в ее плечо, когда его охватил оргазм, и обнял ее, продолжая прижиматься бедрами к ее бедрам. Он понятия не имел, как долго пролежал в ее объятиях, но когда, наконец, нашел в себе силы пошевелиться, то был ошеломлен, увидев, что по ее щекам текут слезы. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но она слегка покачала головой и притянула его к себе для еще одного поцелуя. Именно тогда он понял, что она плакала не потому, что ей было больно. Нет, она плакала совсем по другой причине, и это напугало его до смерти.

Глава 7

Мия знала, что ее слезы выведут Вина из себя, но не смогла их предотвратить, так как эмоции захлестнули ее, а Вин продолжал нежно входить в нее еще долго после того, как достиг оргазма. Она инстинктивно понимала, что Вин не причинит ей боли, когда говорил о том, что лучше трахнет ее, чем займется с ней любовью, но если то, что произошло между ними, не было занятием любовью, она не была уверена, что переживет, если это произойдет.

Но это не имело значения, потому что даже если Вин просто трахал ее, она делала нечто большее. Что привело ее в полное замешательство и ужас, потому что теперь уйти от него будет труднее, чем когда-либо. Может, если бы он был груб с ней после, она смогла бы найти способ укрепить свои стены, но он продолжал целовать ее, пока у нее не закончились слезы, а затем осторожно вышел из ее тела и скрылся в ванной, примыкающей к его кабинету. Мгновение спустя он вернулся, все еще голый, с полотенцем в руках, которым вытер ее. А потом он продолжал целовать ее, пока они одевались, и к тому времени, как была полностью одета, она снова была готова все с себя снять.

Однако больше никаких слов сказано не было, и, когда Вин вырулил с парковки, ее тревога возросла. Они вернулись к тому, что было до того, как она его разозлила, и она знала, что секс этого не изменит. По какой-то причине он не хотел, чтобы она была рядом. Ей хотелось отругать его за то, что именно он начал все это прошлой ночью, схватив ее за запястье, когда она выходила из кабинета после фильма. Она думала, что это поворотный момент в их отношениях – и так и было, просто не тот, которого она хотела.

Ее чувства к Вину были противоречивыми, поскольку у нее никогда не было парня или хотя бы подростковой влюбленности. Поэтому она не могла сказать, было ли то, что она чувствовала, просто увлечением, потому что это ново, или это было нечто большее. Возможно, это был тот самый синдром рыцаря на белом коне, о котором говорили люди. Но разве тогда она не почувствовала бы что-то к Дому, ведь именно он вытащил ее из больницы и помог начать все сначала? И если это было поклонение герою, разве оно не стало бы ослабевать к настоящему времени?

Мия сжала руки на коленях, наблюдая, как городские огни начинают меркнуть, и ее сердце подпрыгнуло к горлу, когда она поняла, куда они направляются. Она бросила на Вина быстрый взгляд, но он не отрывал глаз от дороги. Даже когда они подъехали к его дому, он стоически молчал и лишь слегка похлопал Бейна и Бриего, прежде чем впустить ее в дом. Она понятия не имела, что делать или говорить, поэтому направилась в безопасное место, в свою комнату, не обращая внимания на то, как Вин поднимается по лестнице позади нее. Было еще слишком рано ложиться спать, но она никак не могла провести больше времени в его компании, не испытывая при этом новых эмоций. Еда тоже не входила в ее планы, так как казалось, что ее может стошнить в любой момент. Когда она повернулась на верхней площадке лестницы, чтобы пройти в свою комнату, то почувствовала, как чья-то рука сжала ее руку, а затем ее потянули в противоположном направлении, к комнате Вина. Он затащил ее в темную комнату и осторожно прикрыл дверь, чтобы не впустить собак, но прежде чем она успела спросить его, что происходит, он прижался губами к ее губам.

***

Он понятия не имел, какого черта делает, но этого было недостаточно. Какая бы буря дерьма ни бушевала у него внутри, она должна была утихнуть в ту же секунду, как он погрузился в горячее, гостеприимное тело Мии, сейчас было в тысячу раз хуже, потому что он просто хотел большего. В ту секунду, когда увидел эти чертовы слезы, он понял, что не сможет отвезти ее к Дому сегодня вечером, и его мозг уже предупреждал, что завтра этого тоже не произойдет. Она была его. Как бы долго ему ни пришлось выкидывать ее из головы, она была его. Ему просто нужно было убедиться, она понимает, что это такое, или нет.

Мия не протестовала, когда он подтащил ее к своей кровати и прижал к ней. Он знал, что ей, должно быть, больно, но его отчаяние взяло верх над здравым смыслом, когда он раздел ее и себя. К счастью, ее тело оказалось готовым к встрече с ним, и после того, как ему удалось натянуть презерватив, он без особого сопротивления вошел в нее. Он внимательно наблюдал за ней, не почувствует ли она каких-либо признаков боли, но она просто обхватила его ногами и приподнимала бедра навстречу каждому толчку. Сдерживая свой собственный оргазм, он получал удовольствие, чувствуя, как она разбивается вдребезги в его объятиях. В следующий раз он не забудет включить этот чертов свет, чтобы увидеть выражение ее глаз, но, по крайней мере, он может услышать ее стоны, доведя ее до второго оргазма. И то, как она каждый раз выкрикивала его имя – он никогда не устанет слышать. Или то, как ее тело поглощало его и выпивало из него каждую каплю его наслаждения.

Когда его тело начало приходить в себя, он перевернул их, чтобы ей не приходилось нести весь его вес, поскольку его конечности были слишком слабы, чтобы от них был какой-либо толк. Ей было ненамного лучше, так как она лежала на нем, как мокрая тряпочка. Прошли долгие минуты, их тела начали остывать, и он заставил себя сесть прямо, увлекая ее за собой, так что она оказалась верхом на нем. Она вздрогнула, когда его член выскользнул из ее тела.

– Иди, прими ванну, – прошептал он ей в губы, прежде чем проскользнуть языком ей в рот для долгого, томного поцелуя. – Я позабочусь о животных, – пробормотал он. Он поставил ее на ноги и встал, но когда она направилась к двери спальни, он схватил ее за руку и потащил в свою ванную, чертовски надеясь, что его сообщение понято, и она никуда не уйдет сегодня вечером.

***

Мия запихала остатки своей одежды в пакет для мусора, который нашла на кухне. Она не была уверена, что печальнее – то, что ее багаж в мусорном пакете, или то, что у нее даже не было достаточно вещей, чтобы заполнить его целиком. Она схватила котят, которые играли с пластиковыми завязками на пакете, и осторожно посадила их в большую собачью клетку, чтобы они не попадали в беду, пока ее не нет рядом, чтобы присмотреть за ними.

– Мудак, – тихо сказал Перси, когда она подняла его с насеста и посадила в клетку. Она очень надеялась, что Дом и Логан будут такими же терпеливыми с птицей, как Вин. Взглянув на часы у себя за спиной, она увидела, что у нее осталось всего несколько минут, чтобы сбегать покормить Джорджи и попрощаться с милым поросенком. Вин не сообщил ей никаких подробностей о том, когда Дом привезет ее обратно, чтобы забрать животных, но, поскольку она не была уверена, кто и когда заберет Джорджи, ей хотелось увидеть его напоследок.

– Мия, – услышала она у себя за спиной. Ее сердце подпрыгивало всякий раз, когда она слышала его голос. – Ты готова?

Мия заставила себя закончить закреплять клетку Перси и кивнула.

– Мне просто нужно выйти и покормить Джорджи, – сказала она.

– Я уже позаботился об этом. Нам нужно ехать – у меня встреча в восемь часов.

Слезы защипали ей глаза, но она сдержала их.

– Хорошо, – удалось ей выдавить из себя, когда она повернулась, чтобы собрать свои вещи с кровати. Было тяжело, но все же легче, чем заставить себя встать с постели Вина этим утром, после того как он пошел в ванную принять душ. Она притворилась спящей, когда он выпустил ее из своих объятий, и не открывала глаз, пока не услышала, как льется вода. Это было трусливо, но она не хотела разрушать то, что произошло между ними прошлой ночью, тем, что ей пришлось бы выслушивать объяснения Вина, почему это было ошибкой.

Купание в огромной ванне Вина сотворило чудеса с ее уставшим телом, и она задремала в теплой воде. Когда ей, наконец, удалось открыть глаза, у нее чуть не случился сердечный приступ при виде Вина, прислонившегося к дверному косяку, наблюдающего за ней. Она инстинктивно попыталась прикрыть обнажившуюся грудь, но его голодный взгляд остановил ее, и она молча наблюдала, как он насыщался ею. И когда он протянул руку, помогая выбраться из воды, она не колебалась. Он не торопился, вытирая ее, прежде чем отвести к себе в постель и нарядить в одну из своих больших футболок. Вин протянул ей сэндвич, который она съела, усевшись по-турецки посреди кровати, пока он удалялся в ванную. Через несколько минут он вернулся с влажными волосами и в одном полотенце, прикрывавшем его стройные бедра.

У нее пересохло во рту при виде его потрясающего тела, и она молча наблюдала, как он убрал тарелку с ее колен и поставил на тумбочку. Через несколько секунд он уже прижимал ее к себе и накрывал своим телом, ища губами ее губы. Как бы ей ни было больно, она с радостью полностью открылась ему, но он не вошел в нее. Вместо этого он медленно скользил своим членом по ее клитору, пока она не кончила, а затем он прошелся по всему ее животу, ловя ртом ее стоны удовольствия. В последовавшем за этим душе, он вызвал у нее еще один оргазм, хотя она не думала, что это возможно, и все, что было после, было для нее, пока она не проснулась этим утром в его объятиях. Кроме нескольких слов похвалы, которые он прошептал ей на ухо, доставляя удовольствие, они вообще не разговаривали.

– Что это? – Спросил Вин, когда она схватила наполовину заполненный пакет для мусора.

– Я подумала, что возьму свои вещи сегодня утром, чтобы было меньше забирать, когда Дом привезет меня за животными, – сказала она, проходя мимо него.

Он схватил ее за руку и забрал у нее пакет, его глаза на мгновение потемнели. Прежде чем она успела задать ему вопрос, он бросил пакет обратно на кровать. Проходя мимо, он схватил ее за руку и практически потащил к лестнице.

– Не спрашивай, что это значит, потому что я не могу обещать, что тебе понравится ответ, – предупредил он.

Она уже подозревала ответ, потому что сама боролась с чем-то подобным. За исключением того, что он пытался найти способ избавиться от нее физически, она пыталась понять, как избавиться от него в своем сердце, потому что у нее больше не было сомнений. Она уже влюблялась в него.

***

– Поговори со мной, Вин, – попросил Дом, закрывая дверь в кабинет Вина. – Двадцать четыре часа назад ты умолял меня забрать ее, а теперь, оказывается, передумал? Так просто?

– Что ты хочешь, чтобы я сказал, Дом? – со вздохом спросил Вин, отодвигая лежавшую перед ним клавиатуру.

– Я хочу, чтобы ты сказал, что бы ни происходило между тобой и ней, это не приведет к тому, что ты сломаешься, как это чуть не случилось с Элизой, – сказал Дом, садясь.

– Она не такая, как Элиза, – машинально сказал Вин, его потребность защитить Мию была сильнее, чем желание отрицать то, что его брат и так ясно видел.

– Я знаю, что она, вероятно, не собирается морочить тебе голову, – начал Дом.

– Элиза была беременна. – Вин понял, что ему удалось шокировать брата по наступившей полной тишине, и продолжил. – Сказала, что от меня, – тихо сказал он. – Я знал, что она трахалась с парой других парней, но я не хотел рисковать потерей ребенка, если был отцом, поэтому я оплатил ей все – квартиру, счета от врача, машину... все.

– Господи, – прошептал Дом.

– В течение нескольких недель она требовала все больше и больше денег, и когда я, наконец, отказал ей, она пригрозила сделать аборт. Мы заключили сделку – я даю ей полмиллиона авансом с гарантией получения еще полмиллиона, как только она выносит ребенка до срока и откажется от своих родительских прав, когда он родится. Через две недели после того, как я перечислил ей первый взнос, она сделала аборт и прислала мне «Это девочка» открытку. Сучка попросила подпольного врача сделать УЗИ, чтобы определить пол ребенка, прежде чем он сделал аборт. Она была почти на пятом месяце беременности.

– О боже, Вин, – пробормотал Дом.

– Мия совсем на нее не похожа, – повторил Вин.

Дом кивнул, но Вин понял, что он все еще не может переварить то, что ему рассказал Вин.

– Но, в какой-то момент, Мия захочет всего, чего хочет молодая женщина ее возраста.

– И ты не думаешь, что сможешь дать ей все это?

Как бы сильно Вин ни любил своего брата, он слишком устал и был слишком взвинчен событиями последних двадцати четырех часов, чтобы справиться с этим.

– Если ты думаешь, что сможешь убедить ее остаться с тобой, попробуй, – пробормотал он. – У меня много работы, которую нужно сделать.

Он заставил себя не обращать внимания на испытующий взгляд брата и ничего не сказал, когда Дом, наконец, встал и ушел. Остаток дня он провел, запершись в своем кабинете. Убеждая себя, что ему все равно, сидит Мия за своим столом или нет, он не торопился приводить в порядок свой собственный стол и изо всех сил старался не вспоминать о лежащей на нем Мии. Когда он, наконец, вышел из своего кабинета, его шаги замедлились, он увидел, как Мия что-то печатает на своем компьютере. Бросив быстрый взгляд на затемненный кабинет Дома, он испытал такое сильное облегчение, что чуть не упал на колени. Мия взглянула на него с улыбкой, быстро закрыла свой компьютер и встала.

Ему потребовалось все его мужество, чтобы не схватить ее за руку, пока они направлялись к лифту, и еще больше, чтобы не поцеловать ее, когда двери лифта закрылись и они стали спускаться в гараж. По дороге домой они не проронили ни слова, но когда он потянулся к дверной ручке, припарковав машину на подъездной дорожке, Мия внезапно остановила его, положив ладонь ему на руку. Он откинулся на спинку сиденья и вопросительно посмотрел на нее, но прежде чем успел спросить, все ли с ней в порядке, она протянула руку и притянула его к себе для поцелуя. Прежде чем он успел схватить ее и усадить к себе на колени, как ему хотелось, она отпустила его.

– Мне не нужно знать, что это значит... пока нет, – сказала она. – Сейчас мне достаточно этого. – С этими словами она вышла из машины, и к тому времени, как он пришел в себя, она уже была в доме и направлялась в свою комнату, предположительно, чтобы позаботиться о животных.

Она сказала ему именно то, что ему нужно было услышать, так почему, черт возьми, он не почувствовал облегчения?

***

– Привет, Вин, – сказала молодая женщина с лучезарной улыбкой, обнимая его за шею.

– Привет, милая, как дела? – услышала Мия, как спросил Вин, когда его взгляд скользнул по животу женщины. На его лице появилось странное выражение, но оно быстро исчезло, когда он протянул руку крупному мужчине, стоявшему позади женщины.

Мия сжала руки, когда женщина посмотрела в ее сторону. В последний раз, когда она видела Райли Синклер, та лежала без сознания на полу в сарае ее отца.

– Мия, это Райли Мэддокс, – сказал Вин, подходя и становясь рядом, его рука легла ей на поясницу.

– Привет, Мия, – сказала Райли, и, проигнорировав протянутую Мия руку, заключила ее в крепкие объятия.

– Привет, – удалось ей выдавить из себя.

– А это Гейб, – представил Вин. К ее удивлению, крупный мужчина тоже обнял ее, хотя, должно быть, почувствовал ее дискомфорт, потому что сделал это очень быстро.

Они были удивительно красивой парой, и как только Гейб отпустил ее, он попытался взять жену за руку. Даже когда они по очереди поздоровались с Бейном и Бриего, они продолжали держаться друг за друга. При виде этого Мию охватила зависть, и она задумалась, найдет ли когда-нибудь кого-то, с кем будет настолько близка, что поддержание физической связи станет таким же естественным явлением, как дыхание или прием пищи. Она не смогла удержаться и бросила взгляд на Вина, тоже наблюдающего за ней. Но она не придала значения этому взгляду, потому что часто ловила его на этом за последние три дня, с тех пор как сказала ему, что того, что у них есть, достаточно.

С тех пор он стал как одержимый. Она потеряла счет десяткам случаев и способов, которыми они занимались сексом. И с тех пор она не провела в своей комнате ни одной ночи. Но как бы ей ни хотелось верить, что он держал ее рядом, потому что не мог вынести разлуки с ней, логическая часть ее мозга напоминала, что он отчаянно пытался положить конец безумному влечению между ними. Он всегда старался выжать из ее тела все, что мог, но всегда казалось, что между ними стоит стена. Даже когда он обнимал ее после, казалось, что его рядом нет. Несмотря на физическую близость, эмоционально они были далеко друг от друга. И по мере того, как она с каждым днем все больше в него влюблялась, он, казалось, все больше и больше отдалялся.

– Мия, не хочешь показать Райли животных? – Спросил Вин, сильнее впиваясь пальцами ей в спину. Она поняла, что он пытается отвлечь ее от мыслей, в которых она запуталась, и кивнула. Что-то застряло у нее в горле, когда она увидела, как Гейб наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй на губах жены, и положил свою большую руку ей на живот. Рука Вина на ее спине напряглась, а затем исчезла. Она заставила себя отойти от него и подождала, пока Райли последует за ней вверх по лестнице.

– Мудак! – Завопил Перси, как только они вошли в комнату, а Райли рассмеялась, подойдя к птице и протянув руку.

– Он так хорошо выглядит, Мия, – сказала Райли, когда Перси, наконец, устроился у нее на руках, и она понесла его к кровати, чтобы сесть на нее.

Мия выпустила котят из собачьей переноски и наблюдала, как они подбежали к ногам Райли, чтобы осмотреть ее.

– О, ничего себе, они стали такими большими, – заметила Райли. – Ты уже дала им имена? – спросила она.

– Нет, – призналась Мия. – Я боялась, что будет труднее отпустить их, если дам им имена.

Райли понимающе кивнула.

– У меня так же, – сказала она. – Бедному Гейбу приходится ходить за мной по пятам с коробкой салфеток каждый раз, когда за одним из моих подопечных приезжает новая семья. Он постоянно напоминает мне, что это значит, что я смогу помочь еще одному питомцу, но это все равно тяжело.

Молодая женщина ласково говорила с Перси, гладила его, а затем осторожно посадила его обратно на жердочку, прежде чем опуститься на пол и поиграть с котятами. Было неловко находиться рядом с этой женщиной, подвергшейся такому ужасному насилию со стороны отца Мии.

– Как дела у Джорджи? – Спросила Райли, поднимаясь на ноги.

– Хорошо. Он на заднем дворе, – сказала Мия, помогая Райли собрать котят и усадить их обратно в клетку. Пока они шли на задний двор, Райли весело болтала о животных, которых сама воспитывала, и через несколько минут они обе сидели на траве и наблюдали, как Бриего ходит за Джорджи по двору.

– Логан сказал, что у Вина чуть не случился сердечный приступ, когда он увидел, как Джорджи бегает по заднему двору в тот первый день, – хихикнула Райли.

Мия поймала себя на том, что улыбается. Она не раз заставала Вина за тем, как он гладил поросенка, когда думал, что она не видит. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем она осознала, что Райли наблюдает за ней с нескрываемым любопытством. Понимающий взгляд в глазах женщины заставил Мию поискать безопасную тему для разговора.

– Когда тебе рожать? – Спросила Мия, взглянув на живот Райли.

– Через четыре месяца. Хотя иногда кажется, что через сорок, – сказала она.

– Тяжелая беременность?

Райли покачала головой.

– Нет, не совсем. Просто мы с Гейбом так взволнованы. Все это оказалось таким потрясающим сюрпризом, особенно учитывая, как тяжело все было до того, как мы узнали...

Райли побледнела и в ужасе посмотрела на Мию. Мия подсчитала в уме и медленно кивнула.

– До того, как мой отец... – прошептала она.

– Мия, прости меня. Я не хотела поднимать эту тему.

Молчание между ними внезапно стало тяжелым и неловким. Мия обхватила руками согнутые ноги и уставилась на воду.

– Я не знала, – наконец, сказала Мия. – В смысле, я знала, что он нехороший человек, но не знала, что он монстр, – пояснила она.

– Никто не винит тебя, Мия, – сказала Райли. – Ты спасла мою жизнь. Наши жизни, – сказала молодая женщина, положив руку на живот.

– Если бы я старалась лучше...

Райли покачала головой, и Мия вздрогнула, почувствовав, как рука Райли накрыла ее ладонь.

– Если бы ты подождала еще пять минут, прежде чем сбежать, или не зашла бы в тот сарай... – сказал Райли. – Меня не волнует «если». Меня волнует, что мы с моим ребенком все еще здесь. Меня волнует, что Илай вернулся домой к своей маме. И мне не безразлично, что у тебя хватило смелости поднять эту трубу и сделать то, что было необходимо.

Мия кивнула и была удивлена, когда Райли не отпустила ее.

Вместо этого она притянула руку Мии к своему животу и положила ее на определенное место. Под ее пальцами произошло едва заметное движение.

– Это... – спросила Мия.

Райли улыбнулась и кивнула.

– Думаю, она будет боксером, как ее отец, – задумчиво произнесла Райли.

– Ты знаешь, что это девочка?

– Да. Мы узнали об этом всего неделю назад.