Текст книги "Симфония по контракту (СИ)"

Автор книги: Сия Белая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5. Белое на черном

Утренние лучи скользили по массивному столу из темного дерева, на котором все еще тускло поблескивали осколки разбитой тарелки. Кира проснулась в своей спальне, завернувшись в шелковое одеяло по самый подбородок. Тело приятно ныло, напоминая о каждом прикосновении, каждом хриплом выдохе Адриана в полумраке столовой. Они не дошли до кровати – всё случилось прямо там, на краю стола, среди сгоревших свечей и рухнувших барьеров. Это было яростно, на грани фола, сокрушительно для обоих.

Ей было стыдно? Нет. Кира посмотрела на свои ладони и призналась себе: она хотела его с первой секунды в той душной гримерной. Но теперь, когда ледяной миллиардер обнажил перед ней свою душу и свое детдомовское прошлое, к чисто физическому влечению примешалось нечто куда более опасное – зарождающееся, глубокое чувство. Она начала понимать его мотивы. И от этого становилось по-настоящему страшно.

В дверь тихо постучали. Кира вздрогнула, посильнее натянув одеяло.

– Войдите.

Дверь открылась, но на пороге стоял не Адриан, а эконом Михаил с подносом, на котором дымился свежий кофе и лежал конверт из плотной черной бумаги. На лице пожилого мужчины не было ни тени осуждения – только привычное, профессиональное почтение.

– Доброе утро, Кира Андреевна. Господин Гордов уехал в офис в шесть утра. Просил передать вам это. И напомнить, что сегодня вечером – закрытый IT-форумGordov Tech.

– Спасибо, Михаил, – Кира выдохнула, принимая поднос.

Когда эконом вышел, она распечатала конверт. Внутри размашистым, жестким почерком Адриана было написано всего несколько слов: «В девятнадцать ноль-ноль машина будет у крыльца. Будь готова. Нас будут атаковать. Твой А.»

«Твой А.». Эти два слова обожгли ее сильнее, чем горячий кофе. Он не извинялся за ночную вспышку. Он не делал вид, что ничего не произошло. Он принимал эту новую реальность, где они спали вместе, но оставался стратегом.

Вечерний форумGordov Tech проходил в футуристическом павильоне «Экспо». Здание светилось неоновыми огнями, а вокруг него выстроилась плотная стена из папарацци, охраны и дорогих автомобилей. Это была презентация новой операционной системы кибербезопасности Адриана, куда съехалась вся политическая и бизнес-элита страны.

Кира вышла из Майбаха, чувствуя, как у нее замирает сердце от сотен направленных на нее объективов. Для этого вечера стилисты подобрали ей кардинально другой образ. Если на первом ужине она была в изумрудном шелке, то сегодня на ней было безупречное белое платье-футляр из плотной, тяжелой ткани. Никакого декольте – высокий ворот, длинные рукава. Но платье сидело на ней как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб ее фигуры, аппетитные бедра и высокую грудь. Контраст между ее темными волосами, бледной кожей и ослепительно белым платьем делал ее похожей на изящную шахматную фигуру посреди этого царства черных смокингов.

Адриан ждал ее у входа в VIP-зону. Увидев ее, он на секунду замер. На нем был строгий черный костюм, который идеально подчеркивал его широкие плечи. Его ледяные серые глаза потемнели, когда он скользнул взглядом по ее облегающему платью. Он сделал шаг навстречу, и его большая, горячая ладонь мгновенно легла на ее талию, собственнически притягивая Киру к своему боку. От этого простого жеста по телу Киры пробежала знакомая, обжигающая волна.

– Ты выглядишь слишком провокационно для платья, которое закрывает всё, – низким, хриплым шепотом произнес он ей на ухо, пока они шли мимо улыбающихся репортеров. – Я едва сдерживаюсь, чтобы не отменить эту чертову презентацию и не увезти тебя обратно на тот стол.

– Держите себя в руках, господин Гордов, – тихо, с легкой улыбкой ответила Кира, хотя ее дыхание мгновенно сбилось от интимного подтекста его слов. – Вы ведь контролируете всё. Всегда.

Адриан лишь крепче сжал пальцы на ее бедре, заставляя ее подчиниться его шагу.

Внутри павильона царила атмосфера роскоши и высоких технологий. Огромные голограммы, футуристическая музыка, шампанское рекой. Адриан вел Киру сквозь толпу, представляя ее своим партнерам и министрам как свою спутницу. Все смотрели на нее с жадным любопытством. Иллюзия безумного романа работала идеально – Адриан ни на секунду не отпускал ее от себя, постоянно прикасаясь к ее спине, плечу или переплетая свои пальцы с ее.

Но идиллия длилась недолго.

– Какая трогательная картина. Я почти плачу от умиления, – раздался резкий, сочащийся ядом голос за их спинами.

Кира обернулась. Перед ними стояла Стелла. Сегодня она превзошла себя в попытке затмить соперницу: кроваво-красное платье с экстремальным декольте, вызывающий макияж и бокал виски в руке. Ее глаза горели бешеной, уязвленной злостью.

– Стелла, – Адриан даже не повернулся к ней полностью, лишь слегка скосил ледяной взгляд. – Я, кажется, ясно дал тебе понять в прошлый раз, что твоё присутствие на моих личных мероприятиях больше не требуется.

– О, брось, Адриан! Это же презентация софта, я здесь по приглашению твоего вице-президента, – Стелла сделала шаг вперед, демонстративно игнорируя его тон, и уставилась на Киру. Ее взгляд прошелся по белому платью скрипачки с откровенным презрением. – Решил поиграть в благотворительность, Гордов? Вытащил эту привокзальную нищенку из ее коммуналки, отмыл, одел в приличные шмотки... Ты думаешь, если нацепить на нее белое, никто не заметит грязи?

В VIP-зоне мгновенно воцарилась неловкая тишина. Несколько крупных бизнесменов и их жены обернулись, предвкушая громкий светский скандал. Кира почувствовала, как внутри всё сжимается от унижения, но упрямо выпрямила спину, отказываясь опускать голову перед этой женщиной.

– Стелла, закрой рот и уйди, пока я не приказал охране вышвырнуть тебя отсюда на глазах у всех журналистов, – тихо, но так пугающе произнес Адриан, что у Киры по коже пробежал мороз. В его голосе зазвенел металл, готовый убивать.

– А что я такого сказала? – Стелла зло рассмеялась, сделав еще один глоток виски. Она подошла к Кире почти вплотную. – Ты думаешь, ты особенная, девочка? Ты для него – просто временная игрушка. Развлечение на пару месяцев, пока ему не надоест твоя убогая скрипка.

Стелла замахнулась, и на долю секунды Кире показалось, что она хочет плеснуть ей виски в лицо. Но Кира не успела даже испугаться.

Железная хватка Адриана перехватила руку Стеллы в воздухе с такой силой, что бокал выскользнул из ее пальцев и со звоном разбился о наливной пол. Стелла вскрикнула от боли – Гордов сжал ее запястье так, что кожа мгновенно побелела. Он шагнул к бывшей любовнице, практически нависая над ней, и его лицо в этот момент было лицом безжалостного хищника.

– Послушай меня сюда, дешёвка, – прошипел Адриан ей прямо в лицо, и его голос, хоть и был тихим, разнесся по притихшему залу. – Кира – моя женщина. Будущая хозяйка моего дома. И если ты еще раз откроешь свой рот в ее сторону, если ты хотя бы посмотришь на нее косо, я уничтожу бизнес твоего отца за двадцать четыре часа. Я сотру твое имя из всех светских списков этой страны, и ты будешь побираться на панели. Ты меня поняла?

Стелла смотрела на него с диким, первобытным ужасом. Она впервые видела Адриана в такой ярости. Он защищал эту скрипачку с какой-то бешеной, звериной агрессией, которой никогда не проявлял к ней. Она поняла, что проиграла. Окончательно и бесповоротно.

– Поняла... – пролепетала она, глотая слезы обиды.

Адриан брезгливо оттолкнул ее руку. К ним тут же подскочили двое массивных начальников охраны Гордова.

– Выведите ее через технический выход. Чтобы я больше не видел этой грязи в радиусе километра.

Стеллу под руки потащили к выходу. Она шла, всхлипывая от унижения, но в ее глазах, обернутых напоследок на Киру, промелькнула страшная, мстительная мысль. «Ты думаешь, ты победила? – думала Стелла, размазывая тушь по лицу. – Нет. Я найду способ узнать, что между вами происходит на самом деле. И я уничтожу вашу идеальную сказку».

Адриан обернулся к Кире. Его грудь тяжело вздымалась, кулаки все еще были крепко сжаты. Он внимательно посмотрел на ее бледное лицо.

– Ты в порядке?

– Да, – Кира тихо выдохнула, чувствуя, как у нее подкашиваются колени от пережитого напряжения. – Спасибо, что... защитил меня.

– Я всегда защищаю то, что принадлежит мне, – хрипло ответил он, и его взгляд снова стал темным, наполненным той самой дикой, сдерживаемой страстью. Он повернулся к своему заместителю: – Игорь, заканчивай презентацию без меня. Мы уезжаем.

Адриан подхватил Киру за руку и повел к выходу, игнорируя удивленные взгляды гостей и вспышки камер.

Всю дорогу до особняка они молчали. Но это не было правилом тишины – это был пороховой погреб, готовый взлететь от малейшей искры. Адриан сидел рядом на кожаном сиденье Майбаха, его тяжело дышащее тело источало первобытную, опасную энергию. Он то и дело бросал на нее короткие, хищные взгляды, а его пальцы судорожно сжимали кожаный подлокотник. Кира видела, как под его брюками отчетливо проступает жесткий, непреклонный бугор его возбуждения, и внутри нее всё сладостно ныло от предвкушения. Вспышка ревности и злости на Стеллу превратила его вожделение в чистую, первобытную одержимость.

Стоило машине остановиться у крыльца особняка, как Адриан даже не дождался, пока водитель откроет дверь. Он сам рванул ручку, вышел, обошел машину и буквально выдернул Киру из салона.

Он не вел ее – он тащил ее за собой по ступеням, ворвался в темный холл особняка и с грохотом захлокнул тяжелую дубовую дверь.

Михаил даже не показался – мудрый эконом понял, что хозяина лучше не беспокоить.

В ту же секунду Адриан развернул Киру и со стуком впечатал ее спиной в закрытую дверь. Его смокинг полетел на пол. Его сильные, горячие руки обхватили ее лицо, пальцы грубо впились в ее волосы, разрушая идеальную вечернюю прическу.

– Я больше не могу, Кира... – прорычал он ей в губы, и его рот накрыл ее рот в безумном, голодном, карающем поцелуе.

Это было еще горячее, еще неистовее, чем ночью в столовой. Адриан целовал ее так, словно хотел присвоить себе каждую ее клеточку, выжечь на ее губах свое имя, чтобы ни одна Стелла в мире больше не смела называть ее «чужой». Его язык бесцеремонно ворвался в ее рот, исследуя и подчиняя. Кира застонала, полностью теряя контроль, ее руки взлетели вверх, пальцы сорвали с него галстук-бабочку, начали лихорадочно расстегивать пуговицы его рубашки, впиваясь ногтями в его твердую, мускулистую грудь.

Адриан оторвался от ее губ, тяжело дыша, и его ладони спустились к бедрам. Плотная ткань белого платья-футляра мешала ему. Он с рыком ухватился за подол и одним резким, сильным движением разорвал шов сбоку до самого бедра. Ткань с треском поддалась.

– Адриан... – прерывисто всхлипнула она, чувствуя, как его горячие ладони легли на ее полностью обнаженные ноги. На ней действительно было то самое скромное, простое белье, о котором она говорила в ресторане, и это, казалось, завело его еще сильнее.

– Ты моя, слышишь? – хрипел он, покрывая ее шею, ключицы и грудь влажными, обжигающими поцелуями, от которых на коже оставались багровые следы. – Только моя. Никакого бизнеса. Никакого контракта. Прямо сейчас есть только ты и я.

Он подхватил ее под ягодицы, заставляя обхватить его талию ногами, и Кира послушно подчинилась, прижимаясь своим горячим, уже мокрым от желания лоном к его твердому, пульсирующему паху через тонкую ткань трусиков. Адриан донес ее до широкой кожаной кушетки в холле, повалил на нее, нависая сверху всей своей массивной, сокрушительной массой.

Одним движением он избавился от своих брюк, его пальцы безжалостно разорвали кружево ее белья, и через секунду он вошел в нее – глубоко, мощно, до самого основания, заставляя Киру громко, пронзительно вскрикнуть и выгнуться дугой, впиваясь ногтями в его широкую спину.

Холл особняка наполнился хриплыми стонами, звуками рвущейся дорогой ткани и шлепками тел. Адриан двигался внутри нее в быстром, безжалостном темпе, выбивая из нее остатки разума, а Кира плакала от этого невыносимого, дикого наслаждения, полностью растворяясь в его силе и подчиняясь его правилам страсти. Они оба сгорали в этом белом на черном пожаре, не думая о том, что завтра этот огонь может сжечь их дотла.

Глава 6. Первое слово

Утреннее солнце пробивалось сквозь панорамные окна особняка, окрашивая гостиную в мягкие золотистые тона. Кира сидела на кушетке в холле, бережно собирая разбросанные накануне вещи. Ее белое платье-футляр, разорванное по шву, теперь казалось безмолвным памятником той буре, которая бушевала здесь всего несколько часов назад. На коже шеи и ключиц горели едва заметные багровые отметины – клейма страсти Адриана.

Внутри нее дрожало странное, непривычное чувство. Это больше не был контракт. Когда мужчина калибра Гордова берет тебя так, словно ты – его единственное спасение в этом черном мире, притворяться фиктивной невестой становится невозможно.

Из кухонного крыла бесшумно вышел Михаил. Кира невольно залилась краской, но пожилой эконом, как всегда, проявил чудеса профессионального такта. Он вежливо кивнул, словно не замечая беспорядка.

– Доброе утро, Кира Андреевна. Господин Гордов у себя в кабинете, работает с документами. Малышка Лика еще спит в своей детской.

– Михаил... – Кира замялась, прижимая к груди испорченное платье. – Вчера ночью... Лика ничего не слышала? Нам было... мы были слишком неосторожны.

Эконом мягко, понимающе улыбнулся:

– Не переживайте, Кира Андреевна. Адриан Николаевич перед вашим отъездом на форум лично отдал мне строгие распоряжения. Детская комната расположена в восточном крыле, там установлена профессиональная звукоизоляция, как в студиях звукозаписи – господин Гордов одержим безопасностью. К тому же, когда Лика ложилась, я включил ей аудиосказку и специальный детский генератор белого шума, который она очень любит. Девочка спала как ангелочек и ничего не слышала. Я контролировал ситуацию.

Кира шумно выдохнула, чувствуя, как с души падает огромный камень:

– Спасибо вам, Михаил. Вы золото.

– Я просто люблю эту семью, Кира Андреевна. И очень рад, что в этом доме наконец-то появилось тепло, – тихо ответил эконом и удалился на кухню.

Прошел еще месяц.

Этот месяц стал самым счастливым и одновременно самым напряженным в жизни Киры. Их отношения с Адрианом изменились кардинально. На публике они по-прежнему разыгрывали идеальный, красивый роман – папарацци регулярно ловили их на благотворительных аукционах, выставках и прогулках в парке, где Адриан нежно держал Киру за руку. Но теперь и дома, за закрытыми дверями особняка, между ними больше не было ледяной стены.

Их ночи превратились в сладкую, порочную одержимость. Адриан приходил в ее спальню посреди ночи – голодный, властный, соскучившийся по ее телу за долгий рабочий день. Он брал ее медленно и глубоко, заставляя Киру содрогаться от пронзительного наслаждения, а иногда их страсть вспыхивала прямо в кабинете на кожаном кресле или в ванной, окутанной густым паром. Они сгорали друг в друге, но Адриан по-прежнему редко говорил о своих чувствах словами. Он доказывал свою привязанность действиями: бабушка Киры шла на поправку в лучшем реабилитационном центре, окруженная заботой, а сама Кира больше не думала о долгах.

Но главным центром их маленькой вселенной стала Лика.

Девочка окончательно оттаяла. Она больше не плакала по ночам и не шугалась громких звуков. Кира проводила с ней всё свое свободное время. Они вместе рисовали пальчиковыми красками на огромных листах ватмана, гуляли по цветущему саду и учили забавные детские стихи. Кира часто садилась на ковер в гостиной и играла для малышки веселые, легкие мелодии на скрипке, а Лика забавно танцевала, хлопая в ладоши. Адриан, возвращаясь домой, всё чаще заставал эту картину. Он молча стоял в дверях, и его жесткое лицо смягчалось, а в серых глазах разливалась глубокая, осознанная нежность. Он понимал, что Кира дает этому ребенку то, что не может купить ни один миллиард мира – материнское тепло.

В один из воскресных вечеров они втроем сидели на ковре в гостиной. Адриан помогал Лике строить огромную парковку для игрушечных машин, а Кира читала им вслух сказку о забавном медвежонке.

Малышка, уставшая за день, внезапно зевнула, потерла кулачками сонные синие глаза и потянулась к Кире. Она забралась к ней на колени, уютно устроилась, уткнувшись носиком в ее мягкий домашний джемпер, и прошептала, засыпая:

– Мама Кира... почитай еще... я тебя люблю.

В гостиной мгновенно воцарилась оглушительная, звенящая тишина.

Кира замерла, боясь даже вздохнуть, чтобы не спугнуть это хрупкое мгновение. К ее горлу подступил тяжелый, горячий ком, а в глазах заблестели слезы искреннего, глубокого счастья. Она крепче прижала к себе маленькое тельце, нежно поглаживая девочку по спине.

Она медленно подняла глаза на Адриана. Мужчина сидел неподвижно, его рука с зажатой в ней игрушечной машинкой замерла в воздухе. Его челюсть судорожно сжалась, а в серых глазах, обычно ледяных и просчитанных, полыхнула такая буря эмоций, что у Киры перехватило дыхание. В этом взгляде были шок, неверие, глубокая, рвущая душу боль воспоминаний о погибшем друге и... бесконечная, граничащая с благоговением благодарность Кире. Он видел, что его безумный, отчаянный план сработал. Но сработал не из-за денег или контракта, а потому что Кира действительно полюбила эту сироту как родную дочь.

Адриан медленно поднялся, подошел к ним и опустился на колени рядом с Кирой. Его большая, теплая ладонь аккуратно накрыла голову спящей Лики, а затем его пальцы нежно переместились на щеку Киры, стирая скатившуюся слезу.

– Спасибо тебе, – хрипло, едва слышно произнес он, и его голос заметно дрожал. – Макс... Макс видит это. Ты дала ей дом, Кира. Настоящий дом.

Кира прильнула щекой к его ладони, закрывая глаза:

– Я просто люблю её, Адриан. И тебя... – последнее слово она едва не произнесла вслух, вовремя прикусив язык. Она испугалась собственной правды. Она любила этого сложного, израненного мужчину.

Адриан ничего не сказал, но его поцелуй в ее макушку был красноречивее любых слов. В этот вечер они казались идеальной, счастливой семьей. До суда по опеке оставалось всего пару месяцев, и Адриан уже готовил документы для громкой, официальной помолвки. Иллюзия стала их реальностью.

В это же самое время на другом конце города, в темном кабинете частного детективного агентства, горел одинокий монитор.

Стелла сидела в глубоком кожаном кресле, нервно перебирая длинными ногтями по подлокотнику. Напротив нее сидел хмурый мужчина в сером костюме – лучший частный сыщик столицы, которому она заплатила огромные деньги.

– Ну? У тебя есть что-нибудь на эту святошу? – нетерпеливо спросила Стелла, и ее лицо перекосилось от мстительной злобы. Весь этот месяц она жила лишь мыслями о реванше. Унижение, которое Адриан нанес ей на IT-форуме, выжгло в ее душе последние остатки здравого смысла. Она хотела уничтожить Киру. Растоптать ее так, чтобы Гордов сам вышвырнул ее на улицу.

Детектив молча пододвинул к ней плотную папку с эмблемой корпорацииGordov Tech.

– Вы были правы, Стелла Игоревна. Этот брак – не просто внезапная любовь. Это тщательно спланированная спецоперация. Мои люди смогли получить доступ к удаленным серверам личного юриста Гордова. Посмотрите на третий лист.

Стелла быстро открыла папку, пробегая глазами по строчкам. Ее зрачки расширились, а на губах расплылась хищная, торжествующая и пугающая усмешка.

– Брачный контракт... – прошептала она, и ее голос задрожал от дикого восторга. – Срок – восемнадцать месяцев. Сумма выплат... Пункт об имитации отношений для органов опеки ради удочерения... Господи, Адриан, какой же ты циник! Ты купил себе девку, чтобы обмануть суд!

– Документ подлинный, – подтвердил детектив. – Копии скрытых пунктов контракта, а также выписки со счетов клиники, куда Гордов перевел три миллиона рублей за операцию ровно в день подписания договора. Связь очевидна. Это чистая фикция. Если эти бумаги попадут в Высший комитет по опеке – Гордову не просто не отдадут ребенка. Его обвинят в мошенничестве и попытке обмана государственных органов. Девочку мгновенно заберут и отправят в закрытый детский дом, без права посещения. А репутация самого Гордова и акции его корпорации рухнут на дно.

Стелла медленно поднялась с кресла, прижимая папку к груди, словно величайшее сокровище. Ее глаза горели безумным, мстительным огнем. Она ждала этого момента слишком долго.

– Отлично, – прошипела она, и ее злобный смех разнесся по пустой комнате. – Просто идеально. Сначала мы сольем это в ведущие таблоиды. Пусть вся страна увидит, какой наш идеальный миллиардер Гордов на самом деле лжец. А затем опека устроит им такое адское шоу, из которого эта нищая скрипачка уже никогда не выберется. Ты думала, что поймала бога за бороду? Твоя золотая клетка вот-вот захлопнется и превратится в твою могилу.