Текст книги "Кукловод (СИ)"

Автор книги: Сима Гольдман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

На аукционе мой выход назначили пятым лотом. Я вместе с девушками посреди зала.

У стойки был Александр Викторович, он громко объявил Леонеллу.

Вышла первая красавица. Леопардовое короткое платье плотно облегало фигуру, очерчивая все впуклости и выпуклости, яркая помада, затейливая прическа на блондинистой голове. Безвкусица полнейшая, но мужчины встретили её выход бурными аплодисментами и свистом. Её выход не был строгим, вроде “прошла с гордой осанкой и флегматичным выражением лица”. Она зажигалка, прошлась пританцовывая в такт ритмичной музыке, руками подбадривая публику. То опустив бретельку на платье, то при подняв. Наряд Леонеллы хоть и был так себе, привет из 90-х, но её энергетика даже меня заставила восхититься. Гости за неё спорили и боролись перебивая ставки.

Пошла жара. После пяти минут ставок и их перебивания, с зажигательной наградой ушёл седовласый папик лет шестидесяти, со счастливой улыбкой.

Следующей объявили Кристу. Роскошная брюнетка в белом длинном платье, не шла, а плыла. Её движения были в такт музыке. Ничего вульгарного, как у предшественницы, покрутилась, повертелась, поулыбалась. Мужчины начали торги и симпатичный красавчик всех разбил в пух и прах с первой попытки. Повезло. Пара покинула помещение рука об руку с бутылкой шампанского.

Лот номер три. Выход симпатичной рыжухи в зелёном свободном платье, которое при каждом шаге распахивалось, давая полюбоваться её стройными ножками. Гости долго спорили, но победил сильнейший, то есть дядька пиратской наружности, бравый шрам которого от уха до подбородка пугал и интриговал.

Четвёртой была объявлена Руслана. Кожаное короткое платье, обтягивало идеально не менее идеальную фигуру. Русые волосы свободно спадали идеальными волнами, дополняли образ байкерши ботинки-берцы. Выход был дерзким, ярким и запоминающийся. Тут скорее не гость выбрал, а она гостя. Как только Руслана покинула помещение пришла моя очередь идти на заклание.

Сердце гулко стучал в ушах. Почему-то стоя и наблюдая за предшественницами я не задумывалась каким будет мой выход, а теперь как то поздно пить "Боржоми".

– Представляем вашему вниманию, господа, нашу дебютантку сегодняшнего вечера. Очаровательная Ангелина. Молода, скромна, нежна… начальная ставка, как обычно, жду ваши ставки господа!

Всё, нужно успокоиться. Я уверенной максимально плавной походкой прошла от центра зала к дивану. Некоторые пытались меня ухватить за платье, руку, кто-то мерзко скалился и причмокивал, но ставок не делал никто. Вернувшись в середину зала, я выставила ногу вперёд и слегка начала приподнимать платье вверх по ноге. Послышалось довольно урчание гостей, но опять-таки никто не отреагировал ставкой. Отчаяние было близко, а я продолжала улыбаться.

– Господа, где же ваши ставки? – с трибуны вопрошал Александр Викторович. – Девушка чиста как снег морозным утром января.

Сзади меня послышалось шепотки моих коллег по цеху, а я продолжала стоять, улыбаться и показывать ногу от щиколотки до колена и обратно. Решение пришло молниеносно, тут либо пан, либо пропал. Роба не было нигде видно, поэтому я подошла к огромному здоровяку, ухватила его за галстук, как это сделала моя предшественницами, замерла на секунду, размышляя как быть дальше, вести в комнату или…

Додумать моя жертва мне не дала. Он встал, сгреб меня в охапку и впился в губы жгучим поцелуем, больно ухватив за ягодицу. Я так, конечно, не привыкла, но специфика рода деятельности заставляет. Громила закинул меня как пушинку на плечо и понёс в комнату, громко сказав:

– Миллион!

– Ставка сделана и думаю, что ставок больше нет. Кто мы, господа, чтобы мешать их удовольствия, а сейчас вашему вниманию предстаёт несравненная Аника!

Торги продолжили б где-то за спиной, а мы очутились в комнате один на один с могучим громилой.

Мужчина, несмотря на свои габариты и внешнюю неповоротливость, ловко опустил меня на кровать и отошёл на пару шагов.

– Тебе налить?

– Да, пожалуйста, воды.

– Хм, воды? Забавная. Генрих.

– Лина.

Вот и познакомились. Я встала, прошла к гостю. Он искал бокалы, я присоединилась к поискам, не зная, что сказать. Стаканов мы не нашли, поэтому приняли решение пить с горла.

– Ну, Лина, рассказывай, грустную историю как оказалась в столь прекрасном месте?

– История скорее не грустная, а поучительная. Всё в руках наших.

– Кратко, однако. Ты знаешь, здесь у каждой своя история. Каждая слезливая до жути. Все ждут жалости.

– Мне жалость не нужна.

Он прошёлся по комнате, взъерошил волосы и в этот момент моё сердце ухнуло.

Высокий, накачанный, но в меру, не похож на простых качков. Образчик мужественности, с умеренной стрижкой, темно-русыми волосами, лёгкой щетиной на подбородке и щеках. Голубые ясные глаза, светились умом, а натруженные руки говорили о физическом труде.

– Чего бы Вы хотели?

– Ты выбрала меня, поэтому давай осуществил твой план.

Он посмотрел на меня и поймал мой недоуменный взгляд.

– Ангелина, когда женщина, обычно выбирает мужчину, она имеет план действий. Считай, что твои действия меня заинтересовали, теперь я жажду продолжения, дерзай.

Вот те раз!

– Плана не было. Скорее импульс.

–А это даже лучше,– он сел в железное лофт – кресло, вытянул ноги, потянулся. Каждая видимая мышца играла на его теле.

– Давайте просто напьёмся?

– Я не против.

Он похлопал по своему коленку, приглашая присесть, я повиновалась.

Некоторое время мы молча пили, но было глупо пить не закусываю, поэтому я позвонила на стойку заказав сыры. Фрукты, шоколад, мясную тарелку.

Генрих улыбнулся, пока я заплетающимся языком делала сбивчивый заказ.

Подойдя сзади он приобнял меня и сердце опять пустилось вскачь.

Его близость будоражила, нос защекотало от солоноватого запаха моря, бриза. Повернувшись к нему и взглянув в глаза, я начала тонуть в их бескрайности.

В дверь тихонько постучали и пришлось отвлечься.

Мужчина открыл сам дверь, забрал поднос и поставил его на столик.

– На чем мы остановились?

– На закуску…

Он тихо рассмеялся, будто бы читая меня и намеренно совращай.

– Тогда давай, поедим.

От чего-то в рот не лезло ни куска, я как зачарованная наблюдала за ним. Тут не понятно как он это делал на расстоянии, но живот свело от сладкой истомы, каждый раз когда я бросала на него взгляд волна возбуждения пробегала по телу.

– Мой ангел, мне кажется тебе пора заканчивать с выпивкой. Твои пьяные мысли меня уже несколько раз изнасиловали.

Мы засмеялись.

Он начал расстегивать пуговицы на рубашке, давно попрощавшись с галстуком. Я как завороженная наблюдала. Резко захотелось помочь, что я и сделала. Медленно, пуговичку за пуговичкой, обязательно поглаживая его мощную грудь. Перейдя к ботинкам, ремню и брюкам.

Раздев его до гола, я отошла на пару шагов полюбоваться. Вид, представший меня завораживал и восхищал.

Я потупила взгляд. Как предложить ему снять с меня это чудесное платье, но Генрих понял это и без слов. Опустив меня на кровать сначала лишил меня туфель, потом лёгкими движениями массируя ослабевшие ноги стал целовать от пальчиков, поднимаясь все выше…

Глава 6

Открывать глаза было мучительно тяжело. Голова разрывалась на части. Ну не пила раньше, вот и нечего было начинать. Сколько ж я выпила накануне? Лучше уж не вспоминать. Картинки вчерашнего аукциона всплывали перед мысленным взором одна за другой в хаотичном порядке, оставалось их соединить воедино и расставить в порядке хронологии.

Переборов боль, я все-таки открыла глаза. На прикроватной тумбе стоял стакан с водой и блистер "Нурофена". Сервис, однако!

Сев на постели и осмотрев окружающее меня пространство я пришла к выводу, что нахожусь не в своей постели, как и не в лофте, в котором я засыпала.

– Доброе утро, Лина.

– Доброе, – промямлила я, хмурясь, силясь вспомнить имя вошедшего.

– Как спалось?– у качка, кажется, было хорошее настроение.

Точно, вчерашний мой гость, Генрих, кажется.

– Спасибо, хорошо.

– Ай, как нехорошо обманывать. Скорее всего, вчерашний вечер ты помнишь смутно, а по сему, – он присел в опасной близости от меня, – давай продолжим знакомиться.

– Может лучше начнем?

– Ну что ж, давай начнем. Генри. Мне тридцать три года, капитан корабля, твой вчерашний собутыльник и неудовлетворенный друг.

– Вы простите, но сейчас я удовлетворять не в состоянии просто ни морально, ни физически.

Мне было стыдно, впервые в жизни настолько сильно, что хотелось провалиться под землю, и чем глубже, тем лучше.

Щеки пылали огнем, холодный пот прошиб все тело.

– Давай помогу тебе.

Мужчина легко подхватил меня на руки и понес в непонятном направлении, оказавшимся в конечном итоге душевой комнатой. Поставив на пол, Генри сдернул с меня простынь, под которой как стало понятно, не было абсолютно ничего.

Преодолевать чувства не пришлось, мужчина быстро включил воду и зайдя со мной в одежде под струи воды, начал активно помогать мне мыться.

От каждого его движения тепло по телу все сильнее распространялось. Мокрая рубашка и брюки сами притягивали мои руки, чтобы помочь снять их, чем я, в принципе и занялась, под легкий смешок Генриха.

– Решила поиграть?

– Удовлетворить, скажем так.

– Уверена?

– Не очень.

– Тогда не стоит.

Он мягко убрал мои руки, вышел из потока, разделся, а я засмотрелась. А посмотреть было на что, все то, что вчера я не успела как следует потрогать и полюбоваться: широкие плечи, бугрятся от естественных мышц, узкая талия, гладкая грудь, легкая поросль мелких светлых волосков, спускающихся от пупка к паху... Дальше мужчина успел прикрыться полотенцем, но воображение само дорисовало нужные картинки.

– Ну, все, малая, – меня завернули бережно в большое и пушистое махровое полотенце.– есть разговор.

Говорить сейчас совсем не хотелось, но клиент всегда прав, как говорится.

–Я внимаю.

– Я довольно давно хожу к вам в заведение и обычно я там зависаю ради хорошей выпивки и компании, отнюдь не женской. Ты не подумай, я не из цветных. Просто у вас можно завести полезные знакомства.

– Я думаю, что большинство именно с этой целью и ходят.

– Вчера я получил весьма приятный бонус в виде тебя. Теперь неделю ты моя.

– Как неделю?

– Именно.

– Аукцион, вроде был на ночь, какая, к черту неделя?

– Неделя, хочу заметить это 7 дней. Там правило простое. Если гость выбирает тебя, то он претендует на ночь. А если ты выбираешь гостя, то это как курортный роман. Совместный отпуск, после чего все возвращается на круги своя. А так совпало, что это неделю я на Земле, поэтому я к твоим услугам, ну или ты к моим.

Ерепениться смысла особого не видела. Я, конечно, молодец, что не узнав всех тонкостей вчера решила показать себя. Головой, Ангелиночка, думать надо, головой!

– Каковы условия нашего совместного пребывания?

– Все просто, дорогая. У тебя был курортный роман?

– Нет, конечно! – воскликнула я, но оппонент лишь ухмыльнулся.

– Зря. Давай, так, мы делаем наш досуг максимально продуктивным и обоюдно приятным. Признаюсь честно, я никогда не жил с девушкой, но предположим, что это тест-драйв. Невеста на неделю.

– Договорились.

Мы пожали друг другу руки, и я решила осмотреться.

Квартира была прекрасна. Спальня в бело синих цветах. Комфортная белая двухспалка с обивкой из экокожи была аккуратно застелена синим пледом, рядом симпатичный диванчик, на котором лежали мои вещи, пушистый ковер… Стильная берлога холостяка, никаких тебе картин и фотографий, ваз и сервизов, всё строго и четко.

В животе неприятно заурчало.

– Завтракать будем?

Мужчина, удивленно поднял бровь и слегка улыбнулся.

– Будем, там кухня, – он указал на дверь, – думаю разберешься со всеми девайсами сама.

После чего гордо удалился в ванную комнату.

Проходя по коридору, я поняла, что не комильфо в одном полотенце ходить по кухне и вернулась одеться, а что, собственно одевать было загадкой.

Конечно, вечернее платье – такое себе для кухонных хлопот, а брать одежду Генри как-то стеснительно. Нет, я понимаю, что в красивых фильмах, девушки после проведенной вместе ночи, обычно надевают мужскую рубашку и гордо готовят омлет, но в чужой квартире носить чужие вещи не каждая сможет.

Вот так, стоящей у дивана с горкой моих вещей меня и застал Генрих.

– Одевай мою майку, хотя если оденешь только белье я тоже буду не против.

Я улыбнулась. Так и началась наша неделя прекрасных отношений.

С утра я готовлю завтрак, в обед мы ходили в маленький ресторанчик близ дома, а ужин готовил сам Генри. Теплота и нежность были в каждом его движении, взгляде и улыбке, а чего, собственно нужно еще для счастья.

Глава 7

К моему большому сожалению, время быстротечно, и время отведенное нам тоже подходит к своему логическому концу.

Хотелось бы продлить нашу семейную идиллию, но сегодня вечером нужно возвращаться в салон. Поэтому именно сегодня я решила, что у нас будет идеальный день.

Проснувшись с первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь шторы, я встала, потянулась и К моему большому сожалению, время быстротечно, и время отведенное нам тоже подходит к своему логическому концу.

Хотелось бы продлить нашу семейную идиллию, но сегодня вечером нужно возвращаться в салон. Поэтому именно сегодня я решила, что у нас будет идеальный день.

Проснувшись с первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь шторы, я встала, потянулась и отправилась традиционно готовить завтрак на двоих. Сегодня у нас блинчики с джемом и медом. Для Генри специально с фаршем, он вообще оказался ярым мясоедом: если пюре, то с хорошим стейком с кровью, если суп, то только с мясом, если пирог, то с куриными потрохами…

Провозилась на кухне я не очень долго. Часы показывали начало девятого. Зарядив кофемашину я отправилась будить любимого. Любимого….эта мысль прострелила мой мозг. Когда только успела влюбиться….

Зайдя в комнату, я увидела Генриха с головой под одеялом, выглядывала только стопа, так и просящаяся, чтобы ее пощекотали. Пробежав пальцами по пятке и потянув немного на себя одеяло, я принялась будить мужчину.

– Эй, соня – засоня, пора вставать. Завтрак готов и ждет только тебя.

Из груды постельного белья вынырнула сначала голова, а затем и туловище. Поморщившись он открыл глаза.

– Радость моя, на завтрак я хочу только тебя.

Генри быстро схватил меня за руку и опрокинул на постель и навис сверху. Я почувствовала всю силу его желания. Слегка потянувшись принялась поглаживать его тело, он поймал мои губы и мысли вылетели из головы в один миг. Голова закружилась, а живот свело от предвкушения. Поцелуи становились жарче и опускались все ниже по шеи, ключице, прямо к груди. Язык коснулся сначала одного соска, затем другого, словно дразня.

– Ты совершенна, просто идеальна. Жаль, что я не мог встретить тебя раньше.

На это ответить я не была в состоянии. Волны возбуждения все усиливались от его поцелуев и покусываний. Все, что я могла сделать это просто постанывать от удовольствия. Шаловливые пальцы неуловимым образом, оказались внутри меня, проверяя степень возбуждения. Это не требовалось, ведь и так было понятно как я хочу его. Наши губы вновь встретились и жар только усилился, терпеть больше не было сил. Будто бы услышав мои мысли, Генри не стал томить больше меня и дал желаемое, войдя одним быстрым движением, через пару секунд мой мир разорвался на миллионы фейерверков, выпущенных одним залпом.

Дыхание еще не успело восстановиться, как мужчина продолжил пытку моего тела своими неутомимыми ласками.

Несколько раз я взлетала в высь от наслаждения и опускалась на землю, прежде чем и его дыхание стало прерывистым, а затем раздался хищный рык и Генри затих, покусывая мое плечо.

Сколько мы так пролежали было непонятно. Солнце давно светило во всю. Несколько лучей прорвавшихся сквозь тяжелые шторы освещали комнату и красиво падали возлюбленному на спину.

Я уже понимала, что завтрак давно остыл, как и кофе, но ни за что на свете не променяла бы нашу химию на все вкусности на свете, да и не только их.

Генрих потянулся и слез с меня.

– Прости, забылся и придавил, – он виновато улыбнулся, отчего на душе потеплело.

– Не прощу, пока меня не накормишь, – улыбнулась в ответ.

Он медленно встал, давая вдоволь полюбоваться своим телом и гордо вышел из спальни.

Как долго его не было – не знаю, задремала, но открыв глаза восхитилась.

На прикроватной тумбе лежал букет из роз, мои блинчики и джем на тарелке, кофе еще горячий и свежий. Под кружкой нашла записку:“ Не скучай, скоро буду”.

Такая трогательная забота, что не верилось, что это купленный роман, но может быть мне не хватало этого раньше. Никогда с бывшим не было такого, а при первой проблеме он слился. То ли дело Генри, его теплота, доброта и мягкость давали надежды на лучшее, хоть и маловероятное будущее.

Я верила, что не безразлична ему, но суровая реальность никуда не исчезала, а кошмары каждую ночь я заглушала нашей страстью.

Расправившись с завтраком и смыв с себя следы нашей любви, я навела порядок в спальне, собрала наши вещи, разложила все по местам. Просто нужно было занять руки, чтобы не думать о грядущем. Вечер близился, а мысли не находили покоя.

Вернулся Генри и застал меня за чтением, какой-то сомнительной желтой газетенки, что валялась на тумбе в прихожей.

Только взглянув на него все мысли полетели прочь. Он присоединился ко мне на диване.

– У меня есть кое-что для тебя.

– Что же?

– Вот.

Он протянул тонкую серебряную цепочку браслета, на которой была подвеска из необычного зеленого камня с красными вкраплениями.

– Какой красивый, никогда раньше не видела подобной красоты.

– Это Кровавый камень, гелиотроп. Разновидность халцедона зеленый с красными пятнами, напоминающими кровь. Он традиционно считается символом храбрости для воинов, идущих в бой.

– Он прекрасен, но почему сразу в бой?

– Ты все поймешь со временем. Это камень моей семьи и я дарю его тебе. Найти его у вас в городе не просто. Скоро я возвращаюсь на родину, но хочу, чтобы с тобой осталась частичка меня.

Слов больше не нужно было, наши губы вновь нашли друг друга и мы вернулись к страсти.

Каждое его движение, касание и поцелуй словно впивались в мой мозг и сердце, чтобы остаться там навсегда и помнить до глубокой старости.

Глава 8

После прощального ужина, мы еще разок предались страсти, времени особо не оставалось, поэтому отвез Генрих меня напрямую в салон.

– Не люблю прощаться. – прошептала я, целуя его губы, стараясь сохранить на память вкус его губ.

–Я тоже, но не переживай, уже скоро ты и не вспомнишь о нашем маленьком приключении. … Мне так жаль….

– Ничего я не забуду, а если пойму, что забываю, то найду способ вспомнить.

Больше ничего не говоря, я в последний раз поцеловала и вышла из машины. Сердце предательски защемило, в горле застрял ком, слезы подкатывали, но пришлось спокойно выдохнуть и улыбнуться Марку.

– Добрый вечер.

– Добрый, Линочка, давно не виделись. Похорошела.

– Благодарю.

Пройдя по коридору, я нашла нужную дверь и вошла в гримерную.

– Рада тебя видеть, детка. – Светлана просияла улыбкой.

– Здравствуйте, как поживаете?

– Прекрасно, дорогая. А тут Роб справлялся о тебе, захаживал вчера, не знала когда ты выйдешь, отправила его к Максу для уточнения.

– Максу?

– Максим Владимирович, – напомнила фея красоты.

Мы занялись обычным наведением марафета и превращением меня в Золушку. Сегодня на меня надели короткое изумрудное платье, красные туфли и в тон подобрали украшения.

– Красивый браслет, откуда?

Света указала на мою руку, я посмотрела и поняла, что не помню откуда это украшение появилось на руке. Зеленый необычный камень с красными кровавыми висел на серебряной цепочке. Как я ни силилась вспомнить ни дарителя ни повода не могла, что не могло не напрягать. Память подкидывала какие-то образы, но никакой конкретики. Как такое возможно?

– Не помню.

– Не помнишь? – Изумилась женщина, – Хотя, бывает, нашла наверное.

– Наверное.

В этом я сильно сомневалась. Сердце подсказывало, что его мне подарили, а кто вспомнить не могла.

– Ты не помнишь, наверное, потому что в последний вечер сильно ударилась головой на аукционе и была на больничном. Александр возил тебя к лучшим нейрохирургам, снимки делали, точно не знаю, но слышала, вот и проблемы с памятью.

– Такое бывает, если много шампанского пьешь, а потом разным шавкам танцуешь. – ухмыльнулась Криста.

Света шикнула на мою "коллегу" Верилось с трудом, особенно, зная, что я терпеть не могу шампанское и прочие шипучие напитки, но продолжать дискуссию я не стала, а с остальными пошла на выход. Начиналась новая смена и новая глава в моей жизни, а что произошло я обязательно вспомню, пусть и не сразу.

“Для воинов, идущих в бой”…. Внезапно вспомнилось мне.

Что бы это значило еще вспомнить.

Вечер был тосклив и малолюден. Роб не пришел, но к общему собранию присоединился Александр Викторович. Весь вечер он не сводил с меня глаз, это одновременно смущало и пугало. Что больше понять пока было тяжело. Наконец не выдержав, я подсела к нему.

– Спасибо.

– За что Вы меня благодарите?

– Света сказала, что Вы оказывали мне помощь после того как я головой ударилась, возили к врачу в травму… Просто хотела сказать Вам от души – спасибо.

– Не за что.

Он улыбнулся.

Уже собираясь уйти, он перехватил меня за руку.

– Что за прелестное украшение?

–О, это на барахолке купила когда – то, были времена. – соврала я, старательно отводя взгляд и маскируя под смущение.

– На барахолке?

– Угу, интересная вещица, не находите.

– Иди, там кажется Роб пришел и ищет твоего внимания.

Действительно, у барной стойки сидел Роберт и смотрел на меня с надеждой. Я подошла, широко и искренне улыбаясь, как к старому другу. Уровень доверия к нему в разы превышал всех прочих.

– Привет, солнце. – прошептал мой "кругляш" на ушко.

– Привет. Ты как?

– Отлично, пойдем?

Он взял мою руку и томно поцеловал каждый мой пальчик, невольно я разулыбалась. Было ясно, то это виртуозная игра на зрителя и мне захотелось поиграть с ним вместе.

Рука об руку мы покинули комнату и вошли в первую попавшуюся комнату. Лофт был прекрасен. Всегда восхищали грубый металл и теплое дерево. Современно, стильно, модно, комфортно и много открытого пространства.

Высокие потолки с деревянными балками, окрашенные кирпичные стены, металлическая кровать... На которую мы и рухнули.

– Жалуйся! – воскликнула я смеясь.

– Какой "жалуйся", спасибо, солнце. Ты не поверишь, я последовал твоему совету, жена в восторге – я помогаю по дому, дети рады – отец с ними занимается, любимая тёщенька лопается от возмущения, готовлю теперь вместе с ней. Семья сохранена и на тот свет меня больше не пробует отправить, да и сама потихоньку успокаивается и грибочками не балуется.

Товарищ произнес все на одном дыхании, я подала наполненный стакан, чтоб горло хоть промочил.

– Рада, что смогла помочь, ты вообще, обращайся, чем смогу... как говорится.

– Да, вот опять за советом пришел.

– Глаголь!

Всю ночь мы обсуждали его проблемы. Как оказалось жена растаяла и в постель зазывает, а он давно не может. Но проблема не в здоровье, а просто не "встает ", когда за одной стенкой храпит всё та же "любимая" тёщенька, а за второй мирно посапывают дети.

– Ну-с, друг, у нас в общагах семьи живут по несколько поколений в одной восемнадцатиметровке и ничего трахаются и размножаются как кролики, я не осуждаю, сама так наверное не смогла бы, но варианты как говорится, есть всегда, было бы желание... – развела руками.

– Ага, и стоял бы член, но тёща, пойми!

– А отправить детей с бабулей в пансионат? Не пробовал, ну, или в санаторий?

– Подробнее давай.

Распив бутылку, я посоветовала отправить "маменьку" отдыхать с внучатами, а так как она склеротичка, приставить к ним наёмную гувернантку, пусть дороговато, зато семья дороже. Мои идеи Роберт воспринял с энтузиазмом, на этом ночь окончилась, пробивались предрассветные лучи солнца. После массажа затекшей спины Роб мирно посапывал, а я покинула комнату, понимая, что раньше я уже здесь бывала – дежавю.