Текст книги "Измена. Прощай навсегда (СИ)"
Автор книги: Шарлотта Эйзинбург
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
Глава 16 Я не мог
– Вить, – вздыхаю и снова достаю сумку из шкафа. – Мне уже не интересно слушать твои оправдания.
По-хорошему нужно выслушать, весь тот бред, что он выдаст. Ожидаю услышать что-то вроде: ты вообще всё не так поняла. Я белый и пушистый сладкий мамин пирожочек, у которого лапки и который вообще не понимает, как так получилось, поэтому меня надо понять, простить, обнять и поцеловать.
Выслушать очередную порцию лжи, собрать вещи, одеть ребёнка и бежать отсюда со всех ног.
Потому что сердцем чувствую, что ни фига он не пирожочек и не лапки у него, а хер, который выпрыгнул из трусов и угодил в Людку. А может и не только в неё!
Такое вообще простить нельзя.
Кожа покрывается мурашками. По спине пробегает мороз.
– Люда болеет, – наконец-то выдаёт муж.
– Чем? – ухмыляюсь, а сама замираю.
– У неё эндометриоз в запущенной стадии.
В шоке поднимаю глаза на мужа и пытаюсь понять. Муж не мог уволить её из-за болезни? Но почему мне сразу ничего не сказал. Да, это личное дело Люды, кому говорить, а кому нет. Но мы ссорились, у меня чуть ли нервный срыв не случился, я была на грани подать на развод.
– Ты мог сразу мне сказать об этом, – шепчу.
Как бы я не относилась к измене мужа, но подобные новости про знакомых – это всегда очень страшно. Насколько знаю, эта болезнь, не смертельна, но имеет огромное количество неприятных последствий. Которые сильно ухудшают качество жизни человека. В такие моменты начинаешь пролистывать свою жизнь, думая, а правильно ли ты поступала до этого. И так ли важны все эти ссоры и скандалы, когда тебя в любой момент может одолеть болезнь.
– Я не мог. Люда просила сохранить эту тайну, до тех пор пока она не пройдёт курс лечения. Даже Паша не знает об этом.
– Что за бред? – выпаливаю. – Почему она посвящает тебя в такие личные темы, а муж не в курсе? Ну ладно я, но Паша то должен знать всю правду.
– Потому что, когда Люде поставили диагноз, она побоялась всё ему рассказать. Пришла ко мне, как к другу семьи и попросила помочь. Паша мечтает о детях, а она не может ему их подарить. В следствии болезни у неё развилось бесплодие, – разводит руками. – Она боится, что муж её бросит. Уйдёт к другой. Они уже третий год пытаются зачать ребёнка и всё впустую. Вечные ссоры.
Опираюсь о дверцу шкафа, кусаю губы и стараюсь принять эту информацию.
– Поэтому я не могу её уволить, – подходит ко мне и берёт за руку. – Мне совесть не позволит уволить больного человека. Маруся, пойми, для женщины быть бесплодной и отвергнутой своим мужем это настоящий удар. Я поклялся ей, что буду молчать.
– Знаешь, когда мы с ней встретились сегодня в уборной, она не казалась убитой горем, – пожимаю плечами. – И неужели болезнь позволяет ей сидеть у тебя на столе?
– Милая, ты же знаешь Люду. Она человек эмоция. Быть весёлой хохотушкой, которая запрыгивает на рабочий стол это просто способ скрыть всю ту боль, которая сидит внутри неё.
Мне хочется ему верить. Более того, слой льда, который успел вырасти на моём сердце постепенно начинает таять. Вроде бы всё логично и пазл сошёлся.
– Но вся эта болезнь, не отменяет тот факт, что вы можете быть любовниками. Её муж отвергает, а ты словно рыцарь на белом коне помогаешь, поддерживаешь, заботишься.
Глава 17 Дело касается твоего мужа
Витя берёт меня за плечи, лицом к лицу, заглядывает в глаза.
– Мне никто кроме тебя не нужен, – шепчет, обжигая дыханием ухо. – Ты самая красивая и желанная женщина, которую я когда-либо видел и мне никто не нужен. Никакая Люда.
Мои ресницы дрожат. В груди всё сжимается. От его прикосновений по телу пробегают мурашки. Перед глазами всё расплывается от слёз. И я понять не могу почему я плачу…
То ли от радости, что вроде бы всё решилось и моё любимый муж, так и остался только моим. То ли наоборот от ещё большей путаницы и неизвестности.
Витя покрывает поцелуями мои щёки, нос, губы. Его горячие. Просто пылающие губы касаются кожи и я вязну в его паутине. Широкие, крепкие ладони ложатся мне на талию и опускаются чуть ниже, сжимая ягодицы.
– Обожаю тебя, – мурчит. Дышит тяжело, горячо, страстно.
Стою как вкопанная и не могу пошевелиться. Так приятно наслаждаться его прикосновениями. Его чувственными поцелуями. Тело предательски онемело. Мозг отключился. Я вся в его власти.
Пользуясь моим замешательством Витя срывает с меня свитер. Задирает майку и по-хозяйски начинает мять мою грудь. Его глаза горят нетерпением. Муж сгорает от страсти. Наклоняется и впивается губами в мой сосок. А я только и могу, что охнуть. Внизу живота простреливает сладкая, томительная молния. Машинально делаю пару шагов назад и облокачиваюсь спиной о шкаф. Муж не отстаёт и не отрываясь от моей груди продолжает свои сладостно-мучительные ласки.
Я тихо постанываю, стараюсь отключить разум, который то и дело шепчет мне: «Маша, остановись. Не сдавайся так рано».
Но мне так хорошо в объятиях Вити, что я просто не могу прервать этот процесс.
Муж покрывает поцелуями мой живот. Ласкает языком мой пупок. Опускается ниже, ниже. Расстёгивает ширинку брюк и опускает их до колена. Пальцем проводит по нижнему белью и прикусывает губы.
– Сладкая, ты же тоже этого хочешь?
Этот вопрос выводит меня из транса. Я как будто просыпаюсь и срываю с себя розовые очки.
Я не готова. Нет, я не могу так просто сдаться. Одних его слов мало. Слишком много совпадений и я просто не могу выбросить всё это из головы. Я не верю ему. По крайне мере на все сто процентов.
Отстраняюсь и натягиваю на себя штаны.
– Марусь, – муж разводит руками и удивлённо осматривает меня. – Ну мы же обо всём поговорили и всё выяснили.
– Да ничего мы не выяснили, – натягиваю майку на грудь. – Пока я не буду уверена в твоих словах на сто процентов, между нами ничего не будет.
– Я завтра принесу тебе документы, который доказывают болезнь Люды.
– Вить, ты руководитель клиники. Тебе подделать такой документ раз плюнуть. Ты думаешь я совсем дурочка?
Муж лишь нахально улыбается.
– Ну хорошо, а как ты собралась подтверждать мои слова?
– Найду способ. Не переживай, – складываю назад в шкаф вещи, которые ранее достала. – Пока я готова на перемирие. Но временно.
Честно говоря, я не верю Вите. Но и ехать вечером с малышкой в деревню к родителям, тоже не вариант. Поэтому пока я дам понять мужу, что всё в порядке, я никуда не ухожу. И когда он расслабиться, посмотрю на его дальнейшие действия.
Переодевшись в домашнюю одежду, захожу на кухню. Ставлю чайник и подхожу к окну. Как проверить достоверность слов мужа я без понятия. Хоть детектива нанимай…
Поговорить с Людой? Да смысл. Она ненормальная. Только усугубит ситуацию.
Поговорить с Пашей? Тоже не вариант. А если Люда и правда болеет и не хочет рассказывать об этом мужу. А я сдам её с потрохами.
Где-то в коридоре звенит мой мобильный.
Быстро наливаю кипяток в кружку с чаем, выхожу в прихожую и поднимаю телефон.
– Алло, – отвечаю на входящий незнакомый номер.
– Маша, это Руслан, – раздаётся знакомый голос. – Не хотел лезть не в своё дело. Но честно говоря совесть не позволяет. Мы можем поговорить? Дело касается твоего мужа.
Глава 18 Мама и папа рядом
– О чём ты? – шепчу и выглядываю из-за угла коридора, в страхе увидеть мужа. – И откуда у тебя мой номер телефона?
– Пришлось поднапрячься, чтобы найти его. Но это не сложно, ведь ты жена нашего руководителя, – он говорит, что-то ещё, но я уже не слышу, так как меня отвлекает плачь Лизы.
– Прости, я перезвоню, – отключаю вызов и забегаю в комнату дочери.
Малышка вся в слезах сидит на кроватке и держит больную руку.
От этой картины у меня всё внутри переворачивается. Мой ангелочек маленький.
– Милая, болит? – подбегаю и сажусь на колени возле кроватки.
Дочка кивает головой и ещё сильнее начинает плакать. А у меня от страха по спине пробегает холодок и кожа покрывается мурашками.
Аккуратно беру ручку дочери и разматываю бинт.
– Маруся, что случилось? – за спиной скрипнула дверь и в комнату входит муж. – Давай я помогу, – присаживается рядом.
– Принеси детскую аптечку с кухни.
Муж молча подскакивает и уходит на кухню.
Размотав бинт, я осмотрела ручку дочери и убедилась, что ожог действительно не серьёзный. Лёгкое покраснение. Никаких волдырей или мокнущих ран нет.
– Держи, – муж оперативно принёс аптечку и вручил мне. – Ну что ты моя милая. Не нужно плакать. Мама и папа с тобой, рядом, – гладит Лизу по взъерошенным после сна волосам.
«Мама и папа рядом» – эхом в голове проносится фраза мужа и меня всю передёргивает.
От голоса мужа, дочь постепенно успокаивается и даже улыбается, что даёт мне возможность спокойно помазать руку мазью и насыпать в водичку детского обезболивающего.
– Лизочка, нужно выпить, – подношу к губам дочери стаканчик с соской.
Дочка хмурится, начинает размахивать руками и ударяет стакан.
– Вот вам наш маленький протест, да? – смеётся муж. – Давай я её новый стаканчик принесу. С единорогом.
Киваю и достаю новый пакет обезболивающего.
Лиза словно чувствует, что дома что-то не так и своим ожогом и истерикой будто пытается объединить нас. Её поведение так и кричит: «мама, папа, не ругайтесь, я вас очень люблю и не хочу, чтобы вы разводились».
– А вот и мистер единорожка, – муж крутит кружкой перед Лизой, от чего она начинает весело хлопать ладошками.
Забираю у мужа кружку. Делаю новую порцию обезболивающего напитка и протягиваю дочери. На этот раз малышка спокойно берёт стаканчик и выпивает лекарство.
– Умница, – глажу дочку по здоровой ручке и аккуратно сжимаю её пухленькие пальчики. – Сейчас лекарство подействует и ничего болеть не будет.
– А давай мы пока поиграем, – Витя берёт с пола детское пианино и подсаживается к дочери.
Лиза весело лопочет и вместе с папой нажимает на клавиши, выдумывая своеобразную мелодию.
Собираю аптечку и отхожу к двери. Оборачиваюсь и смотрю на них.
Сердце сжимается в комок. По телу толпой бегают мурашки, а в глазах всё начинает плыть от слёз. Мне до жгучей боли не хочется верить, что у Вити есть любовница. Ведь он и Лиза – это моя семья. Мой островок безопасности в этом мире.
Но жить с предателем я тоже не смогу… Его измена перечеркнёт всё то хорошее, что есть между нами. Я не смогу больше любить его так как это было раньше. Даже ради дочери, я не смогу простить измену. Не смогу ложиться в кровать с Иудой и делать вид, что у нас счастливая семья.
Глава 19 Тебе детектив нужен, красавица?
Дни шли один за другим. Я бегала в суете перед предстоящим художественным конкурсом. Занималась домашними делами и дочерью. Лизочку к счастью перестала тревожить больная рука. Она спокойно спала, играла, кушала. Моя материнская паранойя постепенно угомонилась и я смогла выдохнуть.
С Витей мы спали в разных комнатах. Первые дни я прикрывалась тем, что мне нужно быть рядом с дочкой, на случай, если её рука опять заболит, но вот сегодня ночью муж начал упорно настаивать на том, чтобы я осталась с ним в спальне:
– Марусь, может хватит из себя строить Снежную Королеву? Долго ты ещё будешь от меня в детской прятаться?
– Я же сказала тебе, что пока не буду уверена на сто процентов, в том, что ты не изменял, в постель к тебе не лягу, – отрезаю и захлопываю перед его носом дверь в детскую.
– Марусь, – стучит в дверь комнаты. – Прошу тебя открой. Я хочу, чтобы у нас в семье всё наладилось и моя жена вернулась ко мне в кровать.
– Витя, оставь меня в покое, – говорю в щёлочку между дверью и стеной.
– Но ты нужна мне, Маша. Я соскучился.
Дверь я ему так и не открыла, сославшись на то, что Лиза уже засыпает. Но на душе кошки скребли знатно. Я и сама ужасно соскучилась по мужу. Но не могу себя предать и лечь в постель к возможному изменнику.
К слову Руслану я тоже так и не перезвонила. Сначала было не до него, а потом когда я всё таки взяла мобильный в руки и набрала его номер, то с перепугу сбросила. Испугалась, что он подтвердит измену мужа и тогда придёт окончательный конец всей нашей счастливой семейной жизни.
Сегодня утром я отвезла дочку к свекрови, а сама убежала домой наряжаться и готовится к торжественному фуршету, на котором объявят победителя конкурса «Арт муза».
Закончив наносить на губы розовую помаду от известного бренда, я поправила причёску, сделала пару пшиков любимых духов с ароматом чёрного перца и, подхватив сумочку, вышла из дома.
На улице меня уже поджидало заранее вызванное такси.
– День добрый. На Кондратьевский переулок? – спрашивает пожилой таксист кавказской национальности.
– Да, верно, – отвечаю, поправляя подол белого вязаного платья.
Машина тронулась с места, а я чтобы не терять зря время зашла через мобильный на сайт детективного агентства.
Ох уж не думала я, что выйдя замуж за Витю, мне придётся тратить деньги на детективов и искать подтверждение верности горячо любимого супруга. Но за несколько дней я весь мозг себе сломала, о том, как лучше поступить и поняла, что без посторонней помощи мне точно не справится.
Телефон в руках завибрировал.
Звонок от моей подруги Лили.
– Алло, – поднимаю трубку.
– Маруська, привет, – слышу звонкий голос. – Ты куда пропала? Сто лет не созванивались.
Мы с Лилей учились вместе в школе. Жили в одном посёлке. Назвать нас лучшими подругами сложно, так как мы две противоположности. Она весёлая, лёгкая на подъём особа, вечно путешествует и не сидит на одном месте. Я же более серьёзная домоседка у которой на первом месте семья. Но несмотря на эти различия, мы с Лилей были рядом друг с другом и в самые счастливые и в самые тяжёлые времена. Правда с рождением у меня Лизы, мы друг от друга отдалились. Виделись пару раз в несколько месяцев и иногда созванивались. Я погрязла в пелёнках и думала только о детских смесях, игрушках и какашках. Подруга же у меня свободная, бездетная и ей подобные разговоры были не интересны.
– Да закрутилась я что-то, – пытаюсь придумать оправдание. – Сейчас еду на конкурс художественный. Наконец-то мою работу заметили.
– Да ты что, – охает подруга. – Я же тебе говорила, что нельзя останавливаться.
Это верно. Ещё пару месяцев назад мы ходили с Лилей в кафе возле моего дома. Тогда мне удалось оставить дочку с мужем и выскочить на встречу буквально на полчаса. Я жаловалась Лиле, что уже несколько раз отправляла свои работы на конкурс, но ни разу никто меня не заметил. Лиля поддержала меня и сказала, что мои работы достойны блистать в современных галереях. Главное не бросать это дело и идти к своей цели несмотря ни на что.
– Слушай, если ты в городе, приезжай на фуршет. У меня есть один свободный гостевой билетик. Всем участникам выдавали.
– Я бы с радостью, но я сейчас в аэропорту сижу. Жду свой рейс, – смеётся.
– Опять куда-то улетаешь?
– Нет, наоборот домой возвращаюсь. Месяц во Вьетнаме жила. Я разве не говорила?
Возможно и говорила, только я так себе подруга и всё забыла. Иногда я даже завидую лёгкости Лили. Работает она удалённо репетитором по английскому и может себе позволить в любой день сорваться с места и улететь в путешествие.
А я вообще безработная и привязана тяжёлыми цепями к мужу. Без него у меня нет крыши над головой. Без него у меня нет средств на существование… Вот так и выходи замуж рано. Своей жизни нет. Ты полностью принадлежишь семье. А потом ещё и оказывается, что эта семья как карточный домик, в любой момент может развалиться.
– Говорила, – отвечаю неуверенно. – Слушай, Лиль, у тебя же много знакомых. Среди них нет случаем детектива?
Лиля издаёт странный смешок и на том проводе на мгновение повисает тишина.
– Прости, подруга, а зачем тебе детектив?
– Проверить одного «героя любовника» надо, – вздыхаю и в зеркале заднего вида ловлю удивлённый взгляд водителя.
– Витю? – спрашивает Лиля.
– Его самого.
– Только не говори мне, что эта скотина тебе изменяет?
Лиле никогда не нравился Витя. Я раньше думала, что она просто завидует, что меня замуж позвал такой уважаемый человек. Врач с большой буквы. Но сейчас думаю, что Лиле просто со стороны было виднее, что за фрукт такой этот Виктор Романов. А я же, как дурочка в розовых очках перед ним плясала и ничего не замечала.
– Есть подозрения, – говорю осторожно, зная вспыльчивый характер подруги. – Но это пока не точно.
– Т-а-а-к, – цокает Лиля. – Я сегодня прилетаю ближе к восьми вечера. Из аэропорта сразу к тебе. Расскажешь всё по порядку и будем думать, что делать.
– Хорошо, – соглашаюсь с её предложением.
– Ладно, Маруська, у меня уже посадку объявляют. Я как приземлюсь, тебе сразу наберу, – ободряюще говорит Лиля. – И удачи тебе на конкурсе. Всё получится!
Закончив разговор с подругой я наполнилась капелькой надежды на благополучное разрешение ситуации.
– Тебе детектив нужен, красавица? – подаёт голос таксист, подмигивая.
Молчу, нахмурив брови.
– У меня сын, Аслан, может помочь, – заявляет после продолжительной паузы.
– Он детектив?
– Можно и так сказать, – улыбается во все тридцать два золотых зуба. – Вот его визитка, – подаёт маленький бумажный прямоугольник с написанным от руки номером телефона. – Я за тебя ему скажу. Цену хорошую предложим. Не обидим.
– Спасибо. Я подумаю, – беру бумажку и, скомкав кладу в карман пальто.
Тем временем мы уже подъехали к художественной галереи, где в одном из залов проходил конкурс. Расплатившись с таксистом и ещё раз поблагодарив за возможную помощь я выскочила из такси.
То и дело поскальзываясь и балансируя на льду я добралась до главного входа и вошла в холл.
Отдав пальто в гардероб, я подошла к большому зеркалу с золотой рамой, чтобы поправить причёску.
Достав из сумочки расчёску, я причесала длинные каштановые волосы. Затем достала помаду и провела по одной губе, затем хотела по другой, но мой взгляд задержался на отражение девушки и мужчины, стоящих сзади меня.
– Чёрт, – выругалась я, когда моя рука дрогнула и размазала помаду по щеке.
Быстро достав из сумочки влажную салфетку я начала вытирать помаду с лица всё также не отрывая взгляд от пары, находящейся сзади меня.
Глава 20 Это немного не твоё дело
Очистив щёку от розовой помады, я подошла к целующейся и ничего не стесняющейся паре. Встав в стойку: руки в боки, громко прокашливаюсь, привлекая внимание мужчины и рыжеволосой женщины.
– Маша? – удивлённо спрашивает мужчина, оторвавшись от губ девицы.
– И тебе здравствуй, Паша, – натягиваю саркастическую улыбку на лице.
– Это твоя жена, Паш? – спрашивает его спутница, кидая на меня оценивающий взгляд.
– Нет, – отвечает друг мужа. – Малыш, можешь нас оставить на пару минут, я к тебе вернусь и всё расскажу.
Девушка покорно кивает головой и отходит к столику с приветственными напитками.
– Не ожидал тебя увидеть на подобном мероприятии, – насмешливо улыбается Паша. – Витя я так понимаю тоже здесь? – оглядывается вокруг.
– Нет, я одна. А ты давно изменяешь Люде? Вы ведь такая красивая пара, как можно?
Вру. Никогда не считала их красивой парой. Худощавый, очкастый додик и силиконовая кукла.
– Маш, давай по-честному. Это немного не твоё дело.
– Но всё же. Это потому что она так и не смогла родить тебе ребёнка?
Паша молча смотрит на меня, а потом начинает дико хохотать, придерживая живот.
– Ты о чём? Какого ещё ребёнка?
– Ну мне Витя сказал, что вы с Людой давно планируете пополнение, но у вас не получается.
Да, знаю, что Витя сказал мне это по секрету. Но судя по всему та лапша, которую навешал мне на уши муж, постепенно начинает падать. Ведь по его легенде, Люда и Паша примерная семья, которая хочет ребёнка, но из-за болезни Людки ничего не получается.
– Я никогда ничего подобного не мог ему сказать. Так как мы с Людой изначально договорились, что детей рожать не будем. У неё вообще спираль стоит.
Судорожно вздыхаю.
– Но… – пытаюсь, что-то сказать, но ни одной приличной мысли в голове.
– Мы с Людой практикуем свободные отношения. Она спит, с кем хочет и я также.
– А зачем тогда вам брак?
– Брак это чисто юридическая формальность. Не более, – мягко улыбается. – Такая система отношений, как раз таки и помогает сохранить семью, – отпивает игристое из бокала. – Я конечно понимаю, что мою просьбу ты засунешь куда подальше. Но всё же, можешь не говорить об этом Вите?
– Почему это? Неужели твой лучший друг не знает, что ты изменяешь жене?
– Да, он не поймёт, – отмахивается. – Снова начнёт нотации читать.
Что-то я совсем запуталась в этих интригах. Не понимаю где начало, а где конец этого клубка. И как его размотать.
– Но давай, Маруська, счастливо, – машет рукой. – Я пойду к своей рыжей бестии. А вам с Витей тоже советую свободные отношения попрактиковать. Полезно будет.
– Мы кажется уже начали, – шепчу обречённо поднос и беру шампанское с подноса, мимо проходящего официанта.
Это всё очень странно. Люда лечится от бесплодия, чтобы подарить «долгожданного» ребёнка Паше, а он и знать не знает, не о каком планировании беременности. Так от кого хочет родить Люда? Не от моего ли мужа случаем?
Опустошаю бокал с шампанским и достаю мобильный из сумочки.
Зря время терять я не буду. Тем более от нервов желудок свернулся в тугой узел и есть я теперь вообще не хочу.
– Маша, привет, – отвечает на мой звонок Руслан. – Я ждал твоего звонка.
– Прости, я забегалась и руки не доходили набрать тебе, – чешу затылок. – Так о чём ты хотел поговорить со мной?
– Слушай. Это не совсем телефонный разговор, – начинает как бы издалека. – Может быть встретимся где-нибудь в кафе и спокойно поговорим?
– А приезжай сейчас на Кондратьевский переулок. У меня здесь художественный конкурс проходит и есть один пригласительный билет. Он в электронном формате. Я тебе СМС-кой сброшу.
– Я как раз недалеко живу. Через полчасика буду.
Интуиция мне подсказывает, что ни чем хорошим эта встреча не закончится. Но всё же, мне сейчас нужно собрать как можно больше информации о своём ненаглядном, поэтому разговор с Русланом просто необходим.
Вот уже неделю я выедаю себе мозг чайно ложечкой. В голове сменяется одна версия происходящего за другой. И очень сильно хочется добраться до правды и разорвать это порочный круг из мучений и адовой душевной боли.
Пока ждала Руслана походила по залу, посмотрела работы своих конкурентов. Отметила пару интересных идей себе на будущее. Картинами я конечно не много заработаю сейчас, в любом случае придётся возвращаться в медицину. Но победа в этом конкурсе дала бы мне огромный пендаль и мотивацию работать дальше и не останавливаться.
Прогуливаясь по галереи, я зашла в зал, где работал диджей и ведущий. Именно здесь, в конце вечера должны объявить о результатах конкурса. Но, а пока идёт подсчёт голосов, люди отдыхают и танцуют под всеми известные хиты.
Заставляю себя взять бутерброд с красной рыбой, чтобы не упасть в обморок от голода. Пока жую, слышу как диджей включил одну из моих любимых песен из фильма «Приведение», когда Дэми Мур и Патрик Суэйзи лепили из глины горшок. Машинально начинаю качать головой в такт мелодии, когда крепкая мужская ладонь касается моей руки.
– Потанцуем?
Оборачиваюсь и утыкаюсь в широкую грудь Руслана. Он протягивает мне свою руку и то ли пузырьки от игристого затуманивают мой разум, то ли гормоны начали шалить, но я протянула ему в ответ свою маленькую хрупкую ручку.
– Помню мы танцевали с тобой под эту мелодию на вечеринке в университете в честь первого сентября, – шепчет и выводит меня в толпу танцующих пар.
– Это в прошлом, – небрежно бросаю и невольно оцениваю мужчину:
Высоченный, красивый. Он так возмужал и изменился с последней нашей встречи в университете…
– Ты прекрасно сегодня выглядишь.
– Руслан, – останавливаюсь, понимая, что не правильно танцевать с бывшим, когда где-то рядом ходит друг мужа. – Я тебя не любезностями пригласила обмениваться, – говорю чуть резче, чем следовало.
– Прости, – жестом приглашает подойти к свободному столику.
– Извини за резкость, – ставлю сумку на стол и выжидающе смотрю на Руслана. – Я ведь даже не поинтересовалась, как ты жил все эти годы.
– Учился, много работал.
– А как же семья? Жена, дети?
– Нет, – мягко улыбается и как-то странно смотрит на меня. – Я так и не женился.
– Ладно, – нервно перебираю пальчиками подол платья. – Но всё же о чём ты хотел поговорить?
– Честно я пожалел тогда, что позвонил тебе и взбаламутил. Но видимо эмоции взяли верх и я просто не мог спокойно сидеть дома. Но потом понял, что лезть в чужую семью это неправильно.
– Но ты уже приехал. Ты уже здесь. Поэтому выкладывай всё, о чём хотел сказать, – настаиваю.
