Текст книги "Саботаж (ЛП)"

Автор книги: Шантель Тессье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

– Меня нужно подвезти, – приподняв бровь, напоминаю ей я. – Моя машина в мастерской.

Рэйли стискивает зубы и отворачивается от меня. Я вижу, как она дрожит. Не знаю, от злости или от подаренных мною оргазмов. Уверен, что она ненавидит себя так же сильно, как и меня. Это капец, как меня заводит. Я все еще твердый.

Черт, я хочу бросить ее на этот стол и сорвать с нее одежду.

– К тому же, ты выпила целую бутылку вина. Каким бы я был сводным братом, если бы допустил, чтобы после этого ты вела машину?

Ее взгляд падает на стоящую в центре стола бутылку вина. Я принес ее сюда, чтобы Рэйли увидела, как хорошо она ее вылизала. На стекле нет ни капли ее возбуждения.

Я смотрю, как краснеют ее щеки, и Рэйли опускает глаза в пол.

– Это так мило с твоей стороны, Колтон, – улыбается мне ее мать. – Спасибо, что присматриваешь за моей девочкой. Я о ней беспокоюсь.

– Конечно, – сдерживаю улыбку я.

– Такой уж Колт, – добавляет мой отец. – Всегда джентльмен.

На это моя маленькая шлюшка фыркает, а ее мать наклоняется и целует ее лоб.

– Дорогая, ты вспотела. С тобой всё в порядке? – она кладет руку ей на лоб, но Рэйли отстраняется. – У тебя температура. Тебе нужно поехать домой и лечь спать. Отдохни немного.

– Да, Рэйли. Я думаю, тебе стоит остаться в постели до конца дня. Ты, наверное, устала.

Рэйли смотрит на меня.

– Если сегодня вечером тебе будет лучше, можешь выпить еще одну бутылку вина. Может, на этот раз шампанского. У шампанского бутылки побольше, чем у обычных вин, понимаешь? Может, с такой бутылкой ты быстрее достигнешь желаемого.

– Я ухожу, – Рэйли практически выбегает из столовой, прекрасно понимая смысл моих слов.

– Спасибо за обед, – говорю я нашим родителям и выхожу за дверь к стоящей на подъездной дорожке машине Рэйли.

Я выхватываю из ее руки ключи и, прежде чем она успевает возразить, запрыгиваю на водительское кресло.

Всю дорогу к нашему дому Рэйли молчит и, как только я останавливаюсь, выскакивает из машины. Я подумываю о том, чтобы побежать за ней, но решаю оставить все как есть. Чем дольше я буду ее донимать, тем больше она будет на меня злиться.

Войдя в дом гораздо позже, чем она, я направляюсь на третий этаж в комнату Финна. И застаю его сидящим на кровати и копающимся у себя в телефоне.

– Сотри то видео, – говорю ему я.

Он поднимает на меня глаза и, чмокнув губами, вытаскивает изо рта сосалку.

– Уверен?

Я киваю.

– Это было только для того, чтобы увидел Нейт. Он увидел.

После того, как сегодня утром Рэйли оставила меня одного в ванной, я оделся и спустился вниз, чтобы покопаться в ее машине. Я знал, что вчера вечером у них было свидание, и Рэйли не привезла Нейта к нам домой по определенной причине. Рэйли не хотела, чтобы Нейт спросил, почему она спалила мою машину. И он появился тут, потому что ему было что-то от нее нужно. Должно быть, его телефон. Это единственное, что объясняло, почему ему на глаза еще не попало то видео. Вы и представить себе не можете, как я обрадовался, когда нашел его у нее в центральной консоли.

Эта сучка чокнутая, но предсказуемая.

Финн проводит пальцами по экрану, и через несколько секунд бросает телефон на кровать.

– Готово.

Я направляюсь к выходу, но тут появляется Алекс.

– Ребята, не хотите пойти куда-нибудь завтра вечером?

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает его Финн.

Алекс закрывает дверь, а затем подходит к краю кровати.

– Майк устраивает вечеринку...

– Нет, спасибо, – перебиваю его я.

Я терпеть не могу этого ублюдка. Мы были друзьями в старших классах, потом появилась Рэйли. Я же говорил, что, как только я ее встретил, все пошло прахом.

– Ну, я только что подслушал разговор Рэйли по домашнему телефону...

– Почему она говорила по домашнему телефону? – удивляется Финн.

– Она упомянула что-то о потере мобильного, – Алекс закатывает глаза и взмахивает рукой. – В любом случае, она собирается туда с Татум. Я подумал, что мы могли бы к ним присоединиться.

Без меня Рэйли пойдет к нему на вечеринку только через мой труп. Думаю, один вечер я смогу его потерпеть. Кто я такой, чтобы упустить возможность продемонстрировать всем, что теперь она принадлежит мне? В особенности парню, с которым она потеряла свою девственность.

Пять лет назад

Я подхожу к дому отца, но тут слышу, как звонит мой мобильный.

– Алло? – отвечаю я, когда вижу, что это Алекс.

– Привет, чувак. У меня есть кое-какие сплетни.

Он такая баба.

– Уверен, это что-то, до чего мне нет дела.

– Это о Рэйли.

Я останавливаюсь и замечаю на подъездной дорожке ее машину, прямо рядом со своей. На ее семнадцатый день рождения мой отец подарил ей автомобиль, и когда сказал ей, что она может выбрать все, что угодно, Рэйли остановилась на белом BMW. От такого выбора я чуть не закатил глаза. Домой она всегда приезжает раньше меня. После школы у меня футбольная тренировка.

– Я слушаю.

– Она трахалась с Майком у него на вечеринке прошлой ночью.

Я скрежещу зубами. Я сказал ей не ходить. Рэйли улизнула? Нет. Я бы услышал. Кто-нибудь написал бы мне, что она там.

– Нет, она не...

– Что ж, она все равно попыталась. Майк остановился на полпути. Думаю, у нее пошла кровь. Он не знал, что Рэйли девственница, и испугался...

Я нажимаю на отбой и бегу через гараж на шесть машин в дом. Я нахожу Рэйли в прачечной, перебирающей белье. Склонившись над сушилкой, она обеими руками держит корзину для грязной одежды и бросает какое-то барахло в открытую стиральную машину. На ней белые шорты, у которых на заднице золотыми буквами написано «Сочная» и такой же белый топ, подчеркивающий ее плоский живот.

Я стою и глазею на Рэйли, а она не обращает на меня никакого внимания. Я старшеклассник, а она – младшеклассница. Ни один парень в нашей школе не осмелится пригласить ее на свидание. Я об этом позаботился. Она со своей матерью живет с нами уже больше года. Я избивал парней в школе. Некоторым я платил, чтобы они притворялись, что Рэйли им нравится, а потом бросали ее у всех на глазах, и она выглядела как идиотка. Знаю, это по-детски. Но мне плевать. Я хотел ее и не мог получить. Так что проще было убедиться, что и другим она не достанется.

Но девственница? Я ожидал, что она будет немного не опытной. Н никак не невинной.

Рэйли заканчивает свои дела и включает сушилку, а затем стиральную машину. Повернувшись, чтобы уйти, она видит, что я стою в дверном проеме, загородив ей проход в коридор.

– Что тебе нужно, Колт? – фыркает она.

– Ты позволила Майку себя трахнуть? – рявкаю я, не в силах скрыть свой гнев.

Рэйли только закатывает глаза.

– Не твое дело, с кем я трахаюсь, – Рэйли пытается отпихнуть меня с дороги, но я отталкивая ее назад.

– Уйди с дороги! – огрызается она.

– Заставь меня.

Она бьет кулаками мне в грудь, и от неожиданности я отступаю назад, но не настолько, чтобы позволить ей уйти. Я хватаю ее за запястья, впечатываю спиной в стену и, подняв ее руки, удерживая их на месте.

Рэйли смотрит на меня, тяжело дыша.

Одной рукой я крепко держу ее за запястья. Другую опускаю ей на талию и, когда касаюсь ее теплой кожи, Рэйли делает глубокий вдох.

– Он заставил тебя кончить? – спрашиваю я.

В ответ на мой вопрос Рэйли напрягается. Ее кристально-голубые глаза становятся дикими, губы приоткрываются. Я отпускаю ее запястья, отчего руки Рэйли опускаются вдоль тела, но она не делает ни малейшего движения, чтобы меня оттолкнуть. Одной рукой я обнимаю ее за талию, а другой держу за подбородок. Пробегаю большим пальцем по ее приоткрытым губам.

– Скажи мне, принцесса, ты хотя бы кончила?

– Нет, – выдыхает она.

– Приятно слышать.

Рэйли снова прищуривается и открывает рот, чтобы меня обругать, но я добавляю:

– Это моя работа.

Она сглатывает, и я опускаю взгляд на ее вздымающуюся грудь. Моя рука скользит вверх к ее грудной клетке. И когда Рэйли начинает тяжело дышать, впиваюсь в нее пальцами.

– Колт, мы не можем...

– Конечно, можем, – прерываю ее я. – Умоляй меня, принцесса.

Наклонившись губами к ее уху, я слышу, как она втягивает воздух. От нее пахнет клубникой и бананами. От одной мысли, что она окажется в моей постели у меня чертовски твердеет член. На нее всегда так. Но я до сих пор не сделал свой ход.

– Умоляй меня заставить тебя кончить.

– Я… э..., – тут она запинается.

Мысль о том, что она так неопытна, вызывает у меня улыбку.

– Тебе не нужно этого стесняться. Просто скажи, что ты чувствуешь, – отстранившись, я провожу большим пальцем по ее нижней губе. – Он трахал тебя в рот?

Дрожа всем телом, Рэйли тихонько качает головой. Я слегка просовываю большой палец между ее приоткрытыми губами. Затем убираю его, потянув за нижнюю губу.

– Я хочу трахнуть твое милое личико.

Эти кристально-голубые глаза, всегда обжигающие меня взглядом, сейчас совсем не такие. Они широко распахнуты, устремлены на меня. Мне это нравится. Рэйли не опускает глаза в пол и не отстраняется. Нет. Она хочет, чтобы я сделал ее своей шлюхой. Я чувствую, что потратил впустую последний год своей жизни, не прикасаясь к ней, пока она была в этом доме.

– Что скажешь? – спрашиваю я. – Я буду трахать тебя в рот, а потом в пизду, пока мы не выясним, что тебе нужно, чтобы кончить?

Не уверен, что ей понравится, но готов потратить всю ночь, чтобы это выяснить.

– Хорошо, – облизав губы, шепчет Рэйли.

Я отстраняюсь, хватаю ее за руку и, пока она не передумала, тащу в свою комнату.

– Мы едем к Майку, – говорю я, вырвавшись из этого воспоминания.

В некотором смысле, это я виноват в том, какой она стала. На следующей неделе я трахал ее всеми способами, которые только можно было придумать. На капоте ее машины, у черта на куличках. На заднем сиденье моей, на подъездной дорожке. В ее постели и в моей. В душе. Черт возьми, на следующий день она сосала мой член прямо там, в прачечной. Скажите что угодно, мы это делали. Она вызывала зависимость. И чем это было порочнее, тем мокрее становилась ее киска.

Алекс кивает.

– Тогда решено. Я позвоню Дженксу и сообщу ему.

РЭЙЛИ

– Привет, мам, – говорю я, входя на кухню в их с Клиффом доме.

– Что? – она поворачивается, поправляя на носу очки. – Привет, милая. Дважды за один день? Вот это сюрприз.

Мама опускает зажатую в руках поваренную книгу и, приблизившись, крепко меня обнимает. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше, – я обнимаю ее в ответ.

Я всегда была близка со своей матерью. Она – это всё, что у меня есть.

Отстранившись, она выдвигает барный стул и похлопывает по нему рукой.

– Присаживайся. Я сейчас буду готовить ужин.

– О, я не могу остаться. Я вспомнила, что оставила здесь свой телефон.

Конечно, Колт меня отвлек, и я забыла его наверху. Уверена, что он все еще лежит на стойке в ванной, куда я положила его перед тем, как быстро принять душ после того, как Колт искупал меня в вине и сперме.

– Ну, я рада, что ты вспомнила. Как дела с Нейтом? – допытывается она. – Я надеялась, что сегодня ты его к нам приведешь. Мы с Клиффом хотели бы с ним познакомиться.

Слава Богу, что она не упомянула об этом во время обеда; Колт бы не преминул воспользоваться возможностью меня этим подколоть.

– Мы расстались, – говорю ей я.

– О, – ее голос смягчается, как будто мое заявление сразу же объяснило ей мое сегодняшнее поведение. – Ну, ты встретишь подходящего парня. Просто нужно время.

– Знаю, мам.

В душе она безнадежный романтик. Мой отец относился к ней как к дерьму. Лучшее, что он мог для нас сделать, это уйти. Я благодарна ему за то, что он никогда не пытался вернуться.

– Я еще в колледже.

У меня скоро начнется выпускной год. Последнее, что мне нужно, это серьезные отношения. Я видела, как девушки отказывались от будущего ради гребаного члена. Да, посмотрим, чем это обернется для них лет через пять.

– Посмотри на Клиффа. Мне потребовалось много времени, чтобы его встретить. Но поверь, ожидание того стоило, – мама мечтательно вздыхает, глядя в куда-то в пустоту. – Ну, этого я сказать не могу.

Затем поправив себя, добавляет:

– Мне бы хотелось найти его раньше. Нам повезло, что в нашей жизни появились он и Колтон.

Я закатываю глаза и соглашаюсь, надеясь, что она не заметила сарказма.

– Очень повезло.

– Привет, детка... – в кухню входит Клифф, но, заметив меня, замолкает. – Рэйли. Это приятный сюрприз.

Он мне улыбается.

Для мужчины в возрасте Клифф очень привлекателен. Он следит за собой, занимается спортом и питается здоровой пищей. Он выше шести футов ростом, с темно-зелеными глазами и великолепной улыбкой. Прямо как его сын. В другой жизни, я бы точно трахнула их обоих. Одновременно. Без вопросов.

– Не волнуйся так, дорогой. Она просто забыла свой телефон, – смеется моя мама.

– Кто тебе звонил? – спрашивает она, когда Клифф кладет свой телефон в карман брюк.

– Это был Колтон, – хмурится он. – После того как он уехал, я звонил ему по поводу его машины, но Колт не ответил. Сейчас мне перезвонил.

– Он не сообщил, что с ней не так? – интересуется моя мама, которая всегда за всех переживает.

– Сказал, что ее нельзя починить.

– Что? – смеется мама. – Это глупо. Он заплатил за нее миллион долларов. Что значит, ее нельзя починить?

О, так ее хороший мальчик солгал им, сколько на самом деле стоит его машина? Наверное, не хочет, чтобы его папа знал, сколько средств его трастового фонда он на нее угрохал.

– Не знаю, – вздыхает Клифф. – Я предложил отбуксировать машину к знакомому парню, чтобы он на нее посмотрел. Что-то же наверняка можно сделать. Но Колт сказал, что нет. Он сам об этом позаботится.

Я фыркаю, и они оба поворачиваются ко мне. Я прижимаю руку к груди и притворно кашляю.

– Извините, что-то попало в горло.

– Вот, – мама открывает дверцу встроенного холодильника, и протягивает мне бутылку воды. – Попей. Это поможет.

Я ее даже не открываю.

– Ну, раз он утверждает, что все уладил... – мама замолкает, пожав плечами.

– Да, – Клифф подходит к ней и целует ее в лоб. – Я буду у себя кабинете. До ужина мне нужно сделать кое-какую работу.

– Хорошо.

– Не стесняйся, Рэйли, – показывает на меня он. – С тех пор, как ты переехала к Колтону и парням, твоя мама не находит себе места.

Еще бы. Я живу с ним уже три года.

– Ужин будет готов через час! – кричит ему мама, когда он выходит в коридор.

– Ну..., – я спрыгиваю с барного стула. – Я поднимусь наверх и возьму телефон, а потом уеду.

– Уверена, что не можешь с нами поужинать? – она надувается, выпятив нижнюю губу, и я смеюсь.

– Не сегодня. У меня планы, – ложь.

– Хорошо.

Мама подходит ко мне, снова крепко меня обнимает и шепчет:

– Я тебя люблю.

– Я тебя тоже люблю, мам.

Отстранившись, я поднимаюсь наверх и направляюсь в ванную. Мой телефон лежит на стойке рядом с раковиной, на экране десять новых сообщений и три пропущенных звонка. Когда я не отвечала на звонки, Татум так обо мне беспокоилась, что, в конце концов, позвонила нам домой. Из-за всех уведомлений после видео, я оставила его на беззвучном режиме. Иначе я бы услышала звонки, пока мы с Колтом были здесь наверху.

Три сообщения от Нейта. Их я даже не открываю. Уверена, то в них нет ничего такого, что мне хотелось бы услышать. Я и так знаю, что я шлюха. Его напоминание мне не требуется.

Выйдя из ванной, я останавливаюсь и смотрю на старую спальню Колта. Затем подхожу к ней. Толкнув дверь, я включаю свет.

Типичный парень. Стены увешаны футбольными постерами, полки заставлены спортивными наградами. На плакатной доске висят фотографии Колта с ребятами, сделанные для него Мейси Джонсон в выпускном классе школы. Девчонка сходила по нему с ума. Да все сходили по нему с ума.

Я подхожу к его огромной кровати и сажусь на край. Все началось в этой чертовой спальне. Мое тело ожило. Оно молило о том, что Колт заставил его почувствовать.

Я знала, что он меня ненавидел. Колт обращался со мной как с дерьмом. Но здесь все было по-другому. Мне это нравилось. Когда мы оба были обнажены, изрыгаемые им обычно в мой адрес слова ненависти звучали уже по-другому. Они были такими же жестокими, но он словно говорил их на другом, понятном только мне языке.

Он хотел меня.

Становился твердым для меня.

Кончал для меня.

Колт не был девственником. И давайте просто скажем, что мой первый раз был не таким, каким я его себе представляла. Но разве у большинства девушек это не так? Мой второй раз Колт сделал сногсшибательным. И третий. И четвертый. Блядь, это было так хорошо, что у меня был отходняк. Гребаные судороги.

Откинувшись на кровать, я раскидываю руки, закрываю глаза и вспоминаю тот день, будто это было вчера. А не пять лет назад.

Мы вваливаемся в дверь его спальни, и он меня останавливает.

– Раздевайся, – приказывает Колт.

Я стаскиваю через голову майку и отбрасываю ее в сторону. Затем стягиваю с ног шорты вместе с нижним бельем. Встав перед ним во весь рост, я вижу, что он прислонился к своей теперь уже закрытой двери. Все еще одетый.

Мое сердце колотится быстрее, и я кладу руки на грудь. От паники у меня сводит живот. Это был розыгрыш. Сейчас выскочат его друзья и поднимут меня на смех. Может, даже сфотографируют.

Колт меня ненавидит. Он никогда не проявлял ко мне ни доброты, ни сексуального интереса. С чего бы ему сейчас это делать? Глупая Рэйли. Я всегда говорила себе, что никогда не стану одной из таких дурочек, и вот пожалуйста. Слезы застилают глаза, и я опускаю их на босые ноги.

Решив бежать, я пытаюсь выбраться из его комнаты, но он блокирует дверь.

– Что случилось, принцесса? – снисходительным тоном спрашивает Колт.

Принцесса – это не ласковое обращение. Это прозвище, которое он дал мне, чтобы меня принизить. И я его ненавижу.

– Выпусти меня, – шмыгаю носом я, все еще опустив голову и глядя на его теннисные туфли. Моя комната в конце коридора, но дома никого нет. А горничные придут только завтра.

Колт приподнимает мой подбородок, заставляя взглянуть на него.

– Ты никуда не пойдешь.

– Но...

– Я обещал трахнуть это милое личико, помнишь? – его голос мягкий, почти любящий. Его зеленые глаза отыскивают мои, а затем опускаются на мои губы. – Ты будешь для меня хорошей шлюхой.

Я хнычу, мои бедра напрягаются. Почему эти слова меня возбуждают? Я чувствую, как по ногам стекает влага. Это неправильно. Нас учат не быть объектами. Уважать себя. Знать свою значимость и требовать большего. Так почему же мое тело реагирует так, как не должно?

– Не плачь, – Колт поднимает руку и обхватывает мое лицо. – Во всяком случае, пока. Я еще даже не начал.

– Колт, – шепчу я, дрожа всем телом. Он, наверное, слышит, как колотится в груди мое сердце.

Наклонившись ко мне, Колт приближается и проводит языком по моей щеке, пробуя на вкус мои слезы. Мое тело покрывается мурашками и дрожит.

– Встань на колени, принцесса. Покажи мне, какая ты красивая, когда умоляешь, – Колт хватает меня за волосы, и запрокидывает мне голову, отчего я вскрикиваю. Другой рукой сжимает мою шею, удерживая меня на месте, и мне кажется, что у меня вот-вот подкосятся ноги. – Умоляй меня трахнуть этот красивый ротик, как шлюха, которой ты и являешься.

От его слов мои глаза застилают свежие слезы. Меня не должно это возбуждать. Я не должна его хотеть. Но я не могу объяснить эту потребность ему подчиниться. Быть его шлюхой.

Колтон отпускает меня и делает шаг назад. Он прислоняется к двери, скрестив руки и лодыжки. Его зеленые глаза смотрят на меня в ожидании, что я дам ему то, что он хочет.

Сделав глубокий вдох, я опускаюсь на дрожащие колени, обнаженная посреди его спальни, и смотрю на него. Сглотнув вставший в горле ком, мне удается вымолвить единственное слово.

– Пожалуйста.

Колт издает грубый смешок.

– О, у меня много работы.

Его слова выводят меня из себя. Я прищуриваюсь и встаю на дрожащие ноги. Затем подхожу к нему и вздергиваю подбородок.

– Знаешь что, Колт? Пошел ты!

По его лицу расплывается Широкая улыбка, и зеленые глаза загораются от удовольствия. Он этим наслаждается. Играет с моими эмоциями. Я не могу понять, чего он сейчас хочет, то ли чтобы я выплакала все глаза, то ли ударила его по лицу.

Это заставляет меня подвергать сомнению все, что касается Колта. Причину того, что он сказал мне внизу в прачечной. Почему он привел меня сюда. Его интерес ко мне вызывает у меня раздражение.

– Отойди, – требую я, уперев руки в обнаженные бедра. – Сейчас же.

Колт слегка качает головой и цокает языком.

– О, принцесса, принцесса...

– Хватит меня так называть! – кричу я, вскинув руку, чтобы влепить ему пощечину.

Его голова откидывается в сторону, и я в ужасе закрываю рот руками. Кажется, что время остановилось. Я никогда никого не била. Боже, мне миллион раз хотелось врезать ему вот так, но я не решалась.

У меня внутри все сводит от паники, и я понимаю, что должна что-то сделать.

– Колт, я...

Прервав мои извинения, он хватает меня за волосы и тащит вглубь спальни.

– Колт! – кричу я, пытаясь от него отбиться.

Но он слишком силен, и я не могу дотянуться, чтобы его оттолкнуть. Он перегибает меня через край кровати, вдавив лицом в матрас. Колт стоит позади меня и, тоже наклонившись, прижимает меня к себе.

– Ко... лт, – хнычу я и, впившись руками в одеяло, пытаюсь приподняться, но он прижимает меня сверху. – Пожалуйста.

Я задыхаюсь, слезы застилают мне глаза. Он все еще держит меня за волосы, и так крепко, что становится больно.

– Пожалуйста, – задыхаюсь я, слезы жгут мне глаза. – Прости.

Я облизываю свои влажные губы.

—Прости... пожалуйста...

Отпустив мои волосы, Колт нежно смахивает их с моего лица, и я начинаю рыдать. Мой разум пытается понять, почему, когда я чувствую на пояснице его твердый член, моя киска становится влажной и начинает пульсировать.

– Видишь, принцесса, – Колт скользит пальцами по моему горлу и, схватив меня за подбородок, опускает губы к моему уху. – Ты уже учишься.

Я открываю глаза и сажусь, оглядывая его спальню. В этой комнате я многому научилась. Наши родители на три дня уехали из города. Все это время он вытворял с моим телом такие штуки, о существовании которых я и помыслить себе не могла.

Потом, когда родители вернулись, Колт снова стал тем же мудаком, что и всегда, и заговорил на языке, понятном всем остальным. Как будто я никогда не ползала по этому полу, роняя слюни и умоляя его трахнуть меня так, что я сама себе была противна.

После этого стало еще хуже. К счастью, в школе он никогда на меня не смотрел. Вообще, школа была моим единственным убежищем. Единственной моей подругой там была Татум. Это Колт тоже ненавидел. Она младшая сестра Алекса. Так что, куда бы она ни шла, я следовала за ней.

Я встаю с кровати, выключаю свет и закрываю дверь, забыв о том, что я когда-либо давала Колтону Ноксу что-то, кроме удовлетворения от того, что была его шлюхой.

________________

Я вхожу в дом и, прислушавшись, вбираю в себя тишину. Это очень странно для субботнего вечера. Может, ребята ушли на вечеринку или типа того. Кто знает? Я не слежу за Колтом. Он делает все, что, черт возьми, хочет, и с кем хочет.

Решив, что мне нужно выпить, я иду в винный погреб, который находится справа от гаража. Он такой огромный, что в нем могла бы поместиться чертова спальня. С чего Колт взял, что ему нужен такой огромный дом, уму непостижимо.

Я достаю бутылку вина, откупориваю пробку и беру из шкафчика бокал. Налив в него вино, я случайно наполняю его до краев. Мне в голову приходят мысли о том, чтобы вылить его на мое обнаженное тело и отправить фотографию Колту. Один только шоковый фактор уже того стоит. Я никогда не посылала ему свои фотографии. Черт, мы даже не переписываемся и не звоним друг другу. Но, думаю, мне это и не нужно, когда у него на телефоне есть мои гребаные видео.

Я слышу звонок своего мобильного и вытаскиваю его из кармана.

– Привет – отвечаю я, когда вижу, что это Татум.

– Ты его нашла.

– Ага.

Я собираюсь взять напиток, но бокал слишком полный. Поэтому я наклоняюсь и отпиваю с верха.

– Что ты делаешь? – спрашивает она.

– Напиваюсь. Хочешь присоединиться ко мне?

Она тяжело вздыхает, дав мне понять, что ссорится с Билли.

– В доме тихо, что может означать только то, что парни сегодня где-то в другом месте, и надрались до чертиков. Приходи. Мы можем устроить ночевку. Страшное кино и выпивка за мой счет.

Татум снова смеется.

– Ты не оставила мне выбора. Я буду в десять.

– Увидимся, – я кладу трубку и убираю мобильник в карман.

Затем поворачиваюсь и смотрю на бутылки с вином, пытаясь придумать, как мне отнести в свою комнату четыре бутылки, не спускаясь сюда несколько раз.

ГЛАВА 6

КОЛТОН

Я сижу на водительском сиденье затемненного Кадиллака Эскалейд. Финн на пассажирском сиденье играет в игру на своем мобильном. От звуков выстрелов у меня болит голова.

– Да, блядь, сдохни. Сдохни, ублюдок..., – кричит он, практически срываясь с сиденья.

– Ты раскачиваешь грузовик, чувак, – огрызается Алекс, пиная спинку кресла Финна. – Как мы собираемся остаться незамеченными, если кажется, что здесь кто-то трахается?

Дженкс смеется у меня за спиной.

– Ты просто завидуешь, потому что я убил тебя три уровня назад, – отвечает Финн.

Фыркнув, Алекс снова садится на свое место.

Мой мобильный звонит через Bluetooth, и от его звука я вздрагиваю. На экране высвечивается неизвестный абонент.

– Выключи это, – я хлопаю Финна по плечу, и он тут же останавливается, уронив телефон на колени.

– Алло? – отвечаю я.

– Вы на месте? – спрашивает наш босс, сразу перейдя к делу. На заднем плане в его клубе слышны звуки грохочущих басов.

– Да, сэр, – отвечаю я, оглядывая заброшенную парковку перед нами. Мы прячемся в самом конце, под деревьями, где нет ни одного фонаря. – Должно быть в любой момент.

– Хорошо. Заканчивайте, – он кладет трубку, и я откидываюсь на спинку.

Финн снова берет телефон, возвращаясь к своей игре.

Наш босс – садистский сукин сын, но он мне нравится. Он из тех парней, которые не брешут. Мы работаем с ним чуть больше года. Он завербовал нас в выпускном классе университета Баррингтон.

Год назад

Здесь, в глуши, темно. Ощущение засунутого за пояс джинсов пистолета меня успокаивает, я знаю, что, если понадобится, разнесу кому-нибудь голову.

В конце гравийной дорожки появляются огни машин, которые вскоре сворачивают на дорогу и направляются ко мне. Рядом останавливается белый Корветт ZO6, и из него выскакивает Финн, одетый в черную кожаную куртку, белую футболку и джинсы. Его волосы зачесаны назад, а за ухом торчит косяк. Он выглядит так, будто собирается устроить фотосессию для GQ или еще какого-нибудь дерьма.

– Какого хрена ты делаешь? – спрашиваю я, оглядывая его с ног до головы.

Финн хватает воротник своей куртки и расстегивает его.

– Не каждый день получаешь приглашение в Собор от Лорда.

Я усмехаюсь.

– Он не хочет тебя трахать, – протянув руку, я вытаскиваю из-за его уха косяк, а он достает из кармана джинсов зажигалку. – Я имею в виду, если только он не увлекается подобными вещами.

Я делаю затяжку и закрываю глаза, задерживая дыхание. Финн фыркает.

– Я же трахаю женщин в задницу. Уверен, что мужская ничем не отличается.

Я давлюсь задержанным во рту дымом, и Финн смеется, забирая у меня косяк.

– Почти уверен, что это ты будешь его сучкой, – сквозь смех говорю я. – А не наоборот.

Еще один ряд огней, и рядом с Корветом останавливается красный Мазерати. С водительского сиденья выбирается Дженкс, а с пассажирской стороны выползает Алекс.

– Ребята, вы готовы? – спрашивает Алекс, поворачивая задом наперед свою бейсболку.

Он одет в простую черную футболку и темные джинсы с теннисными туфлями. Тот факт, что на нем кепка, говорит мне, что сегодня вечером ему наплевать на свой внешний вид. На Дженксе светлые джинсы и белая толстовка. Никакого мозгоебства.

– Я ждал вас, ребята, – Финн потягивает свой косяк, и я закатываю на него глаза. Он говорит так, будто находится здесь уже двадцать минут.

– Вы готовы? – спрашивает Алекс.

– Да, – отвечаем мы все.

Лорды не отличаются коммуникабельностью. Они стреляют первыми и никогда, блядь, не задают вопросов. Мы поднимаемся по ступенькам в Собор, и я толкаю двойные двери; они скрипят так, будто ими не пользовались много лет.

– Я слышал, что здесь водятся привидения, – шепчет Финн.

Алекс фыркает.

– С каких пор ты веришь в привидений?

– Подумай об этом, парень. Это была бы мечта любителя паранормальных явлений. Все люди, убитые здесь за эти годы, плюс спрятанное за ним кладбище...

Кто-то откашливается, прервав Финна, и, повернувшись, я вижу никого иного, как человека, который предлагает нам шанс всей жизни. Он одет в черную рубашку на пуговицах, рукава закатаны до предплечий, черные брюки и такие же блестящие туфли.

По всему университету Баррингтон ходят слухи о Лордах. Но невозможно узнать, кто на самом деле им является. Нужно родиться в их тайном обществе. Иметь их родословную. Но даже это не гарантирует, что вы станете членом. Они должны пройти многолетние посвящения. Я говорю об инициации с окровавленными руками. Я бы присоединился в мгновение ока, если бы мне только позволили.

Алекс делает шаг вперед.

– Мистер Кроуфорд...

– У вас есть оружие? – перебивает его он, не заботясь о знакомстве. Он знает, кто мы такие.

Мы все киваем.

– Сдайте его, – требует Тайсон.

Я достаю из кармана джинсов пистолет и протягиваю ему. Тайсон вынимает магазин и отводит назад затвор, вытряхивая патрон из патронника. Затем он бросает бесполезный пистолет на пол. От звука удара металла о бетон я вздрагиваю. Эхо в десять раз хуже.

Финн вытаскивает свой нож и протягивает ему. Тайсон бросает его тоже. И так далее с Алексом и Дженксом, пока у нас не остается ничего, чем можно было бы защититься.

– Пойдемте, – приказывает Тайсон и, повернувшись, ведёт нас к алтарю.

Я оглядываю долгие ряды пустых церковных скамей. В передней части зала по обе стороны есть лестницы, ведущие на мансарду. В центре находится то, что похоже на бассейн для крещения, но воды в нем сейчас нет.

– Мне кажется, что наше пребывание здесь незаконно, – шепчет Финн.

– Разве мы не должны подписать соглашение о неразглашении? – спрашивает Алекс.

Тайсон поворачивается, вынуждая нас всех остановиться. Его темные брови ползут к переносице.

– Соглашение о неразглашении? – повторяет он, как будто никогда раньше не слышал это слово.

– Да, – кивает Алекс. – Или уколоть пальцы. Дать клятву на крови, – шутит он. – Иначе откуда вы знаете, что мы не пойдем и не разболтаем об этом месте и о том, за что вы собираетесь нам заплатить?

Как мне рассказывали, Лорды очень серьезно относятся к своей клятве молчания и долга. Они убьют или умрут за это.

– Понятно, – Тайсон коротко кивает и, засунув руки в передние карманы своих черных брюк, делает шаг к Алексу.

Я с парнями отступаю назад, дав им пространство.

– Если ты скажешь хоть одно слово обо мне или о том, что я заставлю тебя сделать, кому-нибудь, кроме тех, кого ты сейчас видишь в этой комнате, я возьму нож и перережу тебе оба ахиллесовых сухожилия.