Текст книги "Два полицейских. Дело о надувном матрасе"

Автор книги: Серж Фабр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Я вспомнил, что на мне, помимо неразберихи с надувным матрасом и трупа в бассейне, еще и дело Чипи. Быстро набрал номер мадам Анн Шарбонель, свидетельницы бандитского нападения Чипи на мсье Гая Моги. Или жестокого обращения подозреваемого Гая Моги с невинным псом. Это, пока что, как посмотреть. Но домашний телефон мадам Шарбонель старался впустую, на его сигналы никто не реагировал. Мадам Шарбонель не было дома. Или она глуховата, что в семьдесят три года не новость. Или предпочитает поспать после обеда… В общем, что докладывать шефу, по этому делу, непонятно.

14. 10. Там же.

Но и не пришлось. В системе координат лейтенанта Карира, мне опять повезло. В смысле – появился новый труп. Только я собирался рассказать шефу о беседе с Ириной (в надежде что о Чипи он не вспомнит), как тот, прервав меня на первом же слове (что у него, я думаю, в привычке), заявил, что выслушает меня позже, а лучше – прочитает мои записи. Мы возвращаемся к делу о надувном матрасе. Дело в том, что час назад в море, в районе Кань Сюр Мер, в трех, примерно, милях от берега обнаружен надувной матрас.

– Кем обнаружен?

– Вертолетчиками. При облете акватории, по нашему запросу. Вызвали катер, чтобы доставить матрас на берег. Спасатели подплыли, а там сюрприз. Для нас с тобой су-лейтенант. Рядом с матрасом – труп в костюме для подводного плавания. Похоже у нас из маленькой рыбки вырастает большая щука2929
  Лейтенант-колонель не мог удержаться и вставил в разговор народную мудрость: « Le petit poisson deviendra grand» – А. П.


[Закрыть].

– Вы думаете шеф…

– Не я один. Сейчас заедешь за Ириной Андрейчиков. Она предупреждена. Заберешь ее. Доставишь в управление полиции Ниццы. И сразу двигай в порт, куда доставят тело. Там будет первичный осмотр, вдруг успеешь.

– А Ле Гун, он…

– А что Ле Гун? Если это тело Владимира, значит, мы в должны быть в курсе расследования. Чтобы оказывать содействие, разумеется. Что это было: убийство, несчастный случай или что другое, разберемся потом. Пока нам надо установить, чье это тело. Оно сильно повреждено, как сообщили спасатели. Поэтому им нужна Ирина. Она должна опознать тело, если это вообще возможно.

– Что, так плохо?

– Так или не так, разбирайся на месте. И реагируй. Быстро, быстро, су-лейтенант, отправляйся…

Быстро или нет, это на самом деле, не шефу решать. Я позвонил Ирине, она попросила заехать за ней через десять минут, так что как раз пять минут, для того чтобы записать этот разговор, у меня было. А вот сейчас уже все – улетел.

15.17. Порт Ниццы.

Капитан Ле Гун, носится по порту, как заведенный и, сохраняя свое фирменное деревянное выражение лица, выпускает изо рта табачный дым и фразы, состоящие из только двух слов; «не сейчас», «скоро буду» (это в телефон), «стойте здесь», и, на крайней случай, «потом, потом». Большинство фраз адресовано трем журналистам местных газет, которые бросаются за вслед, как собачки, только что не скулят. Ле Гун уже три раза пробежал мимо меня, не удостоив взглядом. Хотя, я подозреваю, что слова «скоро буду», могли относиться и ко мне. Если он и дальше собирается бегать на такие дистанции, то ему надо бросать курить. Спорт и курение, как известно, несовместимы. Я вот, не курю. Но, правда и не бегаю.

А дело в том, что тело (и матрас, конечно) доставили в порт уже полчаса как, но спасатели его не отдают, дожидаясь распоряжения начальства. А начальство, где-то здесь в порту проводит плановый инструктаж для группы подростков, отправляющихся учиться подводному спорту. Но где проходит инструктаж никто не знает, дозвониться не могут по причине того же инструктажа, при проведении которого, полагается выключать мобильные телефоны. Чтобы не прерывали. Сколько будет продолжаться инструктаж, никто не знает, потому что это дело индивидуальное. К тому же дети требуют особого внимания.

И в результате Ле Гун уже начинает шипеть. У него кончается запас толерантности. А может быть он просто устал бегать. Я же пока могу продолжить свой журнал.

Кейс. Жанна.

Нет, это чуть позже, а то собьюсь.

Я забрал Ирину у ворот виллы. Она была совсем другая, чем утром. То ли она так умеет меняться, то ли известие о возможной смерти отца на нее так повлияло, но ни живости в ней не было в этот раз, ни быстроты движений. Она переоделась во все темное: брюки, блузка, шарф, повязанный, как платок. Очки, от «Версаче» тоже темные, но это вряд ли из-за траура. Я попытался сказать, что еще ничего не известно и может быть это какой-то совсем другой человек… Но она лишь спросила, пропадал кто-либо еще в эти дни. Я ответил, что нет, таких сообщений не было. И остальную часть пути до Ниццы (двадцать пять минут) мы провели в молчании. Хорошо, что я поставил полицейскую мигалку на крышу своего «Пежо», и мы могли двигаться с самой высокой скоростью.

Я оставил Ирину в полицейском управлении Ниццы, понимая, что процедуру опознания в порту проводить не будут и метнулся сюда, где уже более получаса сижу на лавочке в тени платанов на площади «Острова Красоты», строго посередине короткой стороны того четырехугольника, который представляет собой порт Ниццы. Вижу, капитан Ле Гун, возвращается с пробежки по левой длинной стороне, на которой находятся набережная До Эммануэль, набережная Док и набережная Антрекасто. Он буквально тащит за собой пожилого толстого господина в форме. Полагаю, что это либо начальник порта, либо начальник группы спасателей. Либо Ле Гун взял кого-то в заложники, чтобы выменять его впоследствии на кого-то из этих двух.

15.21. Там же.

Начальник службы спасателей (а это его приволок Ле Гун под сень платанов) согласен вернуть мне матрас, поскольку у меня есть заявление о его пропаже. Но Ле Гун заявляет, что это, возможно одно из вещественных доказательств и передаче не подлежит.

15. 27. Там же.

Ле Гун настаивает на немедленном досмотре тела, но внезапно материализовавшийся, к концу обеденного времени, начальник порта возражает: это может вызвать нездоровый ажиотаж среди посетителей порта (а среди них много туристов, женщин и собак). Он требует составления акта передачи, последующим перемещением тела в морг (жарко все-таки). Он так и сказал: «с последующим»!

15. 33. Там же.

Капитан Ле Гун, отказывается составлять, а тем более подписывать акт о передаче тела (и матраса) без предварительного досмотра, заявляя, что не собирается покупать кота в кармане.3030
  И капитан Ле Гун туда же. Использует оборот: «Acheter chat en poche» – А. П.


[Закрыть] А предлагаю составить акт о передаче матраса и готов его подписать, на что Ле Гун, достает мобильный телефон и объявляет, что собирается звонить моему начальнику с жалобой на то, что я вмешиваюсь в ход расследования.

15. 35. Там же.

Я снимаю свое предложение о передаче матраса управлению полиции Капдая, если это поможет в дальнейших переговорах и удаляюсь под соседний платан. Хорошо, все же, что не нам поручено договариваться о мире в секторе «Газа».

15 48. Там же.

Мы все же едем в морг. Мы это Ле Гун, я, начальник службы спасателей и тело. Мне поручено оказать содействие следствию, то есть забрать Ирину Андрейчиков из полицейского управления Ниццы и доставить в морг для опознания. С удовольствием берусь за это дело. Десять минут отдыха от капитана Ле Гуна – уже хорошо.

16.37. Ницца. Полицейское управление.

Опознание состоялось. Ирина вызвала такси, чтобы вернуться на виллу. Я остался, чтобы оформить бумаги для нашего управления. Заодно, по горячим следам, запишу свои впечатления. А лучше не впечатления, а факты (педантизм и точность!), поскольку впечатления самая, что ни на есть, ненадежная штука. Особенно, когда сталкиваешься с телом, лишенным половины головы.

Итак. Тело, доставленное спасателями, принадлежит мужчине среднего возраста, точнее: пятидесяти – пятидесяти пяти лет. На теле – костюм для подводного плавания, на ногах ласт нет. Соскочили наверное. Акваланга нет. Маски и трубки – тоже, что неудивительно, если учесть, что вся лицевая часть головы срезана острым металлическим предметом, предположительно – мотором какого-либо маломерного судна: надувной лодки, шлюпки, катера или небольшой яхты. Кроме того, отсутствует кисть левой руки. Края ран рваные, обгрызены рыбами. Края прорезиненного костюма, в местах ранений, сильно изрезаны. Нет сомнений, что он погиб в море, в этом самом костюме. Предположительно, тело находилось в воде от двух до трех суток, будучи пристегнутым длинным (около семи метров) тонким тросом к надувному матрасу. Предварительная датировка смерти почти совпадает с рассказом Жанны о том, что Владимир пропал в ночь с понедельника на вторник.

Матрас самый обычный, пляжный, одна сторона прозрачная, вторая – голубого цвета. Сгибается в двух местах. Надут не очень сильно, возможно частично сдулся за то время что провел в море. Или был надут днем, когда жарко, а в холодной воде воздух внутри сжался. На тросе, привязанном к матрасу, находятся три холщевых мешка с дырочками. Пустые. Они похожи на самодельные кормушки, чтобы приманивать рыб. Трос длинный, семь метров, тридцать сантиметров. Но из-за этих мешков или из-за чего-то еще, он сильно спутался и расстояние от матраса до тела составляла примерно метр-полтора. Так что, по сообщению пилота вертолета и спасателей, тело и матрас были очень близко друг от друга, когда их нашли.

Ирине, при проведении процедуры опознания, стало дурно. Ей дали воды. Но она, все же уверенно опознала тело отца. Причем, сразу по нескольким приметам. Само тело: рост, примерный возраст, цвет кожи и волос соответствуют описанию Владимира Андрейчиков, данном его дочерью. Особые приметы на теле. Первая – татуировка на левом плече. Изображены два раскрытых парашюта, а на их фоне самолет. Все это окаймлено раскрытыми птичьими крыльями. Надписи, по-русски: «ВДВ», «Ryazan» (это город такой в России) и дата 1983 год. Сверху над рисунком полукругом расположена надпись на русском «Nikto krome nas». Ирина пояснила, что последняя надпись («Personne d’autre que nous») означает девиз этого рода войск. Вторая – старый шрам на левой ноге. Ирина сообщила, что это след от сложного перелома – результат неудачного приземления при одном из прыжков с парашютом.

Дополнительные элементы идентификации. Золотой перстень-печатка на безымянном пальце правой руки. Ирина сообщила, что обручальное кольцо отец перестал носить, когда распался его первый брак. А вот перстень-печатку с двумя русскими буквами «В» и «А» (первые буквы его имени и фамилии – Vladimir Andreychikov) практически никогда не снимал. Это был подарок ему на первую годовщину брака от матери Ирины. Кроме того, на теле обнаружен серебряный православный крест, на тонком шнурке – память о матери Владимира. Она дала ему этот крест, когда тот отправлялся в Афганистан.

Вывод: тело Владимира Андрейчиков найдено. Предварительная версия гибели – несчастный случай при всплытии на поверхность. Он посчитал, что лодка, проплывавшая над ним, находится не так близко, как оказалось на самом деле. На лодке же его не заметили. Это вполне могло быть, если Владимир отправился плавать ночью.

Ле Гун завершил процедуру, попросив Ирину расписаться в бумагах. Я подождал, когда она отложит ручку и спросил, может ли кто еще опознать тело? Ле Гуну это не понравилось. Он сказал, что если понадобится, то он сам задаст этот вопрос. Но Ирина сказала, что да, друг отца сейчас во Франции, в Провансе. Он может приехать и опознать. Мне хотелось позлить Ле Гуна, и я спросил про Мари Ронсо. Она жила на Вилле и сейчас находится поближе. Ле Гун, сложил свои бумаги и сказал, что на сегодня все. Если что-то еще понадобиться, то он нам об этом сообщит. Ну и ладно.

Теперь мы имеем найденный надувной матрас и два тела его владельцев. Они же – заявители о пропаже. И поэтому некому, кроме меня, конечно радоваться, что матрас найден. Если он вообще пропадал. Можно, на досуге порассуждать, как так получилось, что и Жанна Владимир, обратившиеся в полицию в воскресенье, к четвергу к среде уже были мертвы.

И в том, и в другом случае, к смерти в воде привел, предположительно, несчастный случай. Обе смерти укладываются в промежуток времени, от двух часов ночи с понедельника на вторник, до, примерно тех же двух ночи, но со вторника на среду. Завтра в газетах будут статьи с заголовками «Мистика виллы „Палома“», «Русская семья погибает в воде», «Две смерти в Капдае за одни сутки: что делает полиция»? Хорошо, что о связи этих смертей с пропажей матраса никто из журналистов не знает, а то бы названия были: «Матрас – убийца русских» или «Две смерти на одном матрасе».

Впрочем, как говорит наш шеф, мы – муниципальная полиция Капдая, нас мистические убийства не касаются. Дело о пропавшем надувном матрасе я закрыл. Наследница – Ирина – получит пропавший предмет, после завершения дознания по двум несчастным случаям. Пора вплотную заниматься делом о сколе эмали зуба шпица Чипи и прокусанном тапочке мсье Моги.

18.02. Больё сюр Мер. Заправка.

Хорошо что это случилось на заправке. Мой «Пежо» вновь отказался ехать дальше, хотя на заправку закатил с шиком, прямо «Феррари» (Да! Он у меня тоже красного цвета). Хорошо, в том смысле, что парень эту заправку обслуживающий, пожалел меня и согласился заглянуть под капот. Что он там видит, ума не приложу. Зато у меня есть время вернуть моему журналу долг.

Да. Я знаю, что уже написал о том, что дело закрыто и смерть Жанны, а тем более Владимира – не мое дело. Но у меня было поручение от лейтенант-колонеля: поговорить с Ириной и записать факты. Я должен его выполнить. К тому же мне и самому интересно.

Кейс: «Жанна». Сюжет, по словам Ирины самый банальный из всех, какие могли быть. Жанна жила в этом самом Кулибинске, окончила там школу и училась дистанционно в каком-то непрестижном университете. Она хотела стать юристом. А работать устроилась в одну из фирм, созданных отцом Ирины и Виктором. Кем она работала Ирина не знает, но считает, что вряд ли от нее была какая-то польза

– Она как-то сказала, что не рождена для работы.

– А для чего она рождена?

– Для радости.

– А работа – это…

– А работа, по словам Жанны – это – тоска.

Лет семь-восемь назад Владимир стал жить как бы на два дома. Одна семья в Рязани, – его жена и дочь. Вторая – в Кулибинске – Жанна. А еще через два года отец официально развелся с матерью Ирины, оставил им квартиру и переехал в Кулибинск к Жанне.

Я спросил, сколько лет было Жанне. Ирина ответила, что никогда не интересовалась, но, судя по всему лет двадцать семь-двадцать восемь. Мне, при встрече, показалось, что Жанна моложе. Что ей не больше двадцати пяти.

– Неудивительно, при таком количестве крема, что она нанесла на себя за последние десять лет!

(Примечание. Это был ответ Ирины, на мое замечание, приведенный дословно.)

Понятно, что они, мягко говоря, не сильно ладили. Ирина сказала, что отец покинул их, когда мать Софья, ее мама, уже сильно болела. И поступок отца не добавил ей здоровья. Видимо, Ирина винила Жанну в том, что ее покинул отец. This is the reason, Watson.3131
  Су-лейтенант упражняется в английском: «Вот и мотив, Ватсон» – А. П.


[Закрыть] Если кто и хотел убить Жанну, шандарахнув ее чем-нибудь по голове и спихнув в бассейн, то это Ирина. Но, тело Жанны плавало в бассейне не меньше 12 часов, а Ирина, по ее словам, большую часть этого времени была в Арле или ехала сюда, в Капдай. Надо это как-то проверить.

Продолжаем. Я спросил, какими были отношения Жанны и Владимира в последнее время. Ирина, с видимой неохотой сказала, что отец и Жанна по разному относились к жизни в Капдае. Жанна любила вечеринки, она часто уезжала в Монако или в Ниццу поздно вечером. Отцу же нравилось море. Он любил лежать на пляже или уплывать куда-то на яхте. Пила ли Жанна? Ну не то что бы… Нет зависимости точно не было, но шампанское и мартини в доме были всегда и Жанна частенько ходила по комнатам с бокалом в руке.

Еще я спросил о Лоренце. Ирина, ответила, что не знает никого с этим именем. Но, да, рядом с Жанной время от времени возникали, какие– то типы в приталенных пиджаках и узких черных ботинках. Один такой, невысокий, сухощавый, с уложенными черными волосами, заезжал пару раз за Жанной. Еще Ирина видела их в Монако, на какой-то вечеринке русских в порту. Это было совсем недавно, пару недель назад. Больше она ничего не знает.

– А Владимир? Он спокойно воспринимал этого, предположительного, Лоренце?

Ирина не уверена, что отец что-либо знал. Сама она ему ничего не говорила. В разговорах между ними эта тема не возникала.

– А скандалы, они случались?

– А где их не бывает? Ну, поорут немного, потом успокоятся.

Выводы. Смерть Жанны может быть случайной, а может и не быть таковой. Наибольшая заинтересованность в убийстве Жанны, пока просматривается у самой Ирины. С другой стороны, если взять в расчет тень Лоренце, то такой мотив появляется и у Владимира. Надо искать Лоренце. Надо Искать Владимира.

(Примечание. Последнее пожелание было сформулировано еще днем. Сейчас оно не актуально. Владимир найден, но у него ничего уже не спросишь. Тем более надо искать Лоренце.)

И надо что-то делать с Чипи. Просить мадам Раку отвести его к ветеринару? Это займет какое-то время, а там я уже смогу этим делом заняться вплотную.

19.03. Ницца. Квартира на улице Александр Мари.

Интересная беседа состоялась на заправке, с парнем, который там работает. Тот согласился посмотреть, что там не так под капотом, когда мой «Пежо» объявил французскую (то есть внезапную и решительную, но частичную и скоротечную) забастовку. И пока он там чего-то высматривал, я услышал от него целую лекцию о том, почему важно что-то уметь делать руками. Он начал с того, что еще год назад он был айтишником в быстро развивающейся компании, связанной с созданием приложений для мобильных устройств. Но решил, что должен овладеть каким-то навыком созидания, то есть работы руками. Это необходимо, как он выразился, «для поддержания устойчивых физических связей в обществе». Н мое замечание, что связи в обществе не так уж и зависят от умения что-либо созидать, и сейчас вот полно виртуальных сообществ, он ответил, что, да, так оно и есть, в этом то и беда. Пару лет назад он прочитал книгу одного русского культуролога. В ней излагалась теория, описывающая зависимость семейных отношений от того, как в ту или иную эпоху использовалась рука в процесс создания (и перераспределения) благ. В соответствии с этой теорией, переход к новому качеству использования руки менял характер семьи, а вслед за этим и всех других форм общественных связей. Когда для создания благ использовалась рука вместе с массой тела (охотились они или ягоды, с корешками собирали) то, парной семьи возникнуть не могло. Люди жили племенами. И только тогда, когда рука (вся целиком) стала главным органом производственной (и военной) деятельности, возникла семья, в которой отношения мужа и жены (жен) стали основой формирования всех прочих социальных связей. Так возникли великие сообщества древности, вроде Египта. Вавилона, Рима, империи Чандрагупты в Индии или императорского Китая. И так оно все и было до эпохи Возрождения, когда, для достижения наибольшего успеха, понадобилось специфическое развитие кисти, а не всей руки. Умение использовать кисть сформировало западную цивилизацию, но и разрушило традиционные представления о роли женщины и мужчины в обществе. Появление пишущей машинки, для которой важно умение владеть пальцами, а не кистью, привело к разложению семьи, частной собственности и государства. Сейчас мы живем в эпоху, когда государственные институты менее важны, чем муниципальные (я даже выпрямился на сиденье своего «Пежо»), а парная семья становится раритетом. Но нам становится не нужным и умение владеть всеми пальцами в равной степени. Двадцать первый век открывает эпоху большого пальца, главного, в операциях с айфоном. И этот большой палец, в соответствии с законами эволюции, скоро должен стать по настоящему большим, вырасти и приобрести гибкость. А другие пальцы будут нужны только спортсменам: теннисистам, волейболистам, баскетболистам. А больше никому.

– А полицейским?

– С пульта будете стрелять. Выпустят приложение для полицейских айфонов для управления муниципальными беспилотниками.

И в обществе это будет означать полную корпускуляризацию личности,3232
  Википедия утверждает, что корпускула – это устаревший термин, для обозначения мельчайших частиц материи. Видимо, имеется в виду, что человек – мельчайшая единица социальной материи будет существовать сам по себе, не вступая в тесное взаимодействие с другими людьми-корпускулами. А впрочем, надо спрашивать либо у рассказчика, либо у автора той статье. Которым, судя по тому, что я от него слышал на заседаниях клуба «КЛУБ», мог быть мой приятель, культуролог Василий Сретенский. Но – увы – он уже довольно давно умер – А. П.


[Закрыть] замену обычных отношений, вот этими самыми виртуальными, отказ от привычных форм общения, вне общения «зоны большого пальца»: фото и текстовых сообщений, размещаемых в «облаках» интернета.

Это можно назвать новой ступенью эволюции, а можно – одичанием, отказом от основных параметров культуры, ради утверждения собственного «я» в «облачных» сообществах, неустойчивых, зато всемирных. Те же, кто намерен противостоять такой эволюции и стремится сохранить естественные, то есть физические контакты друг с другом, обязаны сохранить и кисть, а лучше всю руку, в качестве органа, созидающего реальность. Вот поэтому он решил, отказаться от прежней работы, занялся изучением механизмов. Начал с механических часов, а сейчас может разобрать и собрать любой двигатель, у которого есть вращательный момент.

Я сказал, что не улавливаю, какой в этом смысл. На что парень, вытирая руки полотенцем, ответил, что сейчас человек создает третью природную среду – виртуальную. Когда люди создавали вторую среду – механическую, то не очень-то беспокоились о первой – биологической. В результате загрязнили окружающую среду. А потом придумали экологию и почти целый век пытаются исправить то, что натворили до этого. Когда будет разрушена механическая среда (а это неизбежно произойдет) люди воспримут это, как еще одну катастрофу и бросятся ее восстанавливать. А для этого нужны будут специалисты, владеющие приемами работы руками. Вот он – один из них. И завел мой «Пежо».

Я спросил, как его зовут.

– Жан-Жак – ответил он.

Не то, чтобы я решил пошутить, само собой как-то вырвалось, что может быть и фамилия у него Руссо?3333
  Жан-Жак Руссо (1712 – 1772), среди мыслителей эпохи просвещения стоит в одном ряду с Вольтером и Монтескье. Среди множества прочих идей, Руссо выдвинул и теорию «возвращения» человечества «к природе» через отторжение культуры современного ему общества – А. П.


[Закрыть]

– Ну да, Руссо, – спокойно ответил он.

– Аааа… понятно теперь все.

Я протянул ему двадцатку за ремонт. Он взял и махнул мне рукой на прощанье. Я ехал домой, на улицу Александр Мари и думал о том, что теперь мне предстоит неизбежная встреча с кем-то по имени Франсуа-Мари.3434
  Даже и не представляю, кого именно имеет в виду су-лейтенант Шарль в данном случае – А. П.


[Закрыть] Интересно, что он мне расскажет.

19.46. Ницца. Площадь Салейя. Ресторан Chez Freddy Nice. В ожидании паэльи.

Только что позвонил своему приятелю Бернару Надиру. Он журналист и, сколько помню, последние год-два работал в марсельской «La Provence». Не то чтобы это было близко к Ницце и Монако, но никого из знакомых журналистов у меня здесь пока нет. Я ж четвертый день на работе.

Бернар живо откликнулся на звонок и сразу стал вспоминать, как мы с ним прошлым летом выслеживали одного контрабандиста… Выслеживал, то положим, я, а Бернар, пару раз прогулялся ночью в Старом порту. Но зато серия статей у него вышла с очень громкими заголовками: Контрабанда культуры» и все такое прочее. Марсель в том году как раз европейской столицей культуры был.

Я спросил, не знает ли он здесь, на Лазурном побережье кого-нибудь, кто может мне рассказать о местных развлечениях, желательно с русским уклоном. Он ответил, что да, конечно, он только что познакомился…

Вот что значит прирожденный журналист. Что бы я его не спросил за те годы, что мы знаем друг друга, он каждый раз отвечает, что сам он не очень в курсе, но только что познакомился с человеком, который в этом самом, что нужно узнать, разбирается лучше всех. Так и сейчас, он только что познакомился с сотрудницей нового радо для русских. Оно называется «Chik Radio» и базируется в Монако. А Вероник (это та сотрудница, с которой он познакомился на «пляжной вечеринке» в Сан-Тропе) как раз и занимается организацией различного рода «эвентов» для русских на всем протяжении от Канн до Ментоны. Выдал эту информацию и сразу, без перехода, стал выпытывать, зачем мне это надо. А надо сказать, что Бернар даже по телефону задает вопросы так, что кажется, будто «испанский башмак» для тебя уже приготовлен. Я честно сказал, что веду дело об утраченном надувном матрасе. Он мне не поверил и дал понять, что кроме испанского башмака, у него под рукой есть «вилка еретика».3535
  «Испанский башмак» – хорошо известное, в прошлом, орудие пыток, в виде деревянных колодок с винтами, надеваемых на ногу. По мере затягивания винтов, от подозреваемого получали все больше и больше правдивых признаний. А что такое «вилка еретика», вам лучше не знать – А. П.


[Закрыть] Я сдался и рассказал о странных «случайных» смертях обитателей виллы Палома. Все равно журналисты из Ниццы об этом уже знают. Он дал-таки мне телефон Вероник.

Я не стал ждать жареных жаворонков3636
  Похоже это заразно. Су-лейтенант тоже начал использовать поговорки. «Attendre que les alouettes vous tombent toutes rôties» значит примерно то же что: «Ждать у моря погоды».


[Закрыть] и сразу позвонил Вероник. Она согласилась со мной встретиться завтра в полдень, выпить кофе и поговорить. Я спросил, где. Она ответила, что где-нибудь рядом с работой. В «Старбаксе», например.

«Старбакс», так «Старбакс». Это ж для дела.

21.03. Ницца. Квартира на улице. Александр Мари.

Только что позвонил отец. Его первая фраза: «Ты куда пропал»! Нормально? Два месяца назад, день в день, он назвал меня «капризным клоуном». А потом еще «последним идиотом Французской республики». Я в ответ хлопнул дверью. Только с мамой попрощался и уехал из родительского дома навсегда. И вот пожалуйста: «куда пропал». Два месяца мы не разговаривали, а я, оказывается, пропал.

Ладно. Поговорили. Два вывода. Первый. Отец, похоже не придал нашему разговору двухмесячной давности того серьезного значения, как это сделал я. Ну понятно, это ведь не он был назван «последним идиотом Французской республики». Нет, почему последний? И что это за характеристика: «капризный клоун»? Какие – такие капризы? И что я – рыжий?

(Примечание. Не заводись Шарль-Луи, спокойно, все уже прошло!).

Он сказал, что не звонил, потому что был занят: каталогизировал новые поступления в его коллекцию кабинетных ножей. Ну и хорошо. Я бы тоже мог заняться чем-то условно-полезным, а не накручивать себя. Впрочем, я и занялся. Вел дело об исчезнувшем матрасе. А что мне еще предстоит! Дело шпица Чипи.

Вывод второй. Лейтенант-колонель, похоже, отцу не звонил и ничего ему не рассказывал. Это плюс.

Вывод третий. Надо ехать к родителям. Первого ноября?3737
  Во Франции – первое ноября – «День всех святых», выходной день и традиционно семейный праздник.


[Закрыть] Отец сказал что они меня ждут. Меня, не нас. А я-то думал, что если уж кого и ждут так это… Ладно, не будем об этом. Схожу в какой-нибудь понедельник утром на блошиный рынок, он у меня через улицу. Куплю отцу нож подревнее. Может даже за 30 евро. Кельтский. Нет, кельты ножами бумагу не разрезали. Они ее зубами рвали, такие были яростные.3838
  «Кабинетные ножи» придумали для того чтобы разрезать бумагу, выпускаемую большими листами и вскрывать письма. А ку кельтов кабинетных ножей не было по той причине, что распространение бумаги в Европе относится к XV веку. Сообщества кельтов к тому времени дано перестали существовать. – А. П.


[Закрыть] Ну, значит, что-нибудь помоложе. Что-нибудь из «art nouveau». А маме сыр привезу. С рынка. Она, конечно, будет ворчать, что сыр в Приморских Альпах не тот, что Нормандии, но на самом деле будет рада. Ее коллекция сыров могла быть ничуть не меньше отцовской коллекции ножей. Если бы она экспонаты не съедала.

21. 58. Там же.

Кейс: «Лоренце». Национальность: скорее всего итальянец. Род занятий – не определен. Варианты: богатый бездельник, связной мафии, альфонс, журналист, ведущий собственное расследование. Последнее маловероятно, если Владимир никак не связан с мафией и вполне возможно, если такие связи найдутся. Внешний вид: невысокого роста, сухощавый, следит за прической, носит приталенные рубашки и остроносые черные ботинки. Все мужчины юга Италии в возрасте от пятнадцати и до шестидесяти пяти лет попадают под это описание. Возраст, кстати, не определен. Приклеился к Жанне этим летом. Где был во время событий воскресенья—среды неизвестно. Где сейчас – неизвестно. Единственная зацепка – появлялся с Жанной на различного рода вечеринках и рекламных акциях. Что ж, поговорю с Вероник и, может быть удастся зацепиться за этого Лоренце. И потащить