Текст книги "Искатели Миров"

Автор книги: Сергей Лисицын

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Небо над головой стремительно темнело, ночь сразу заполнила степь, по которой катил внедорожник, растворив в себе мягкие серые сумерки, засияли звезды – белые, холодные, дрожащие в прозрачном, пахнущем чужими травами воздухе.

Машину вела Татьяна.

Местность становилась все более холмистой, все чаще встречались выпирающие из земли, словно зубы чудовища, каменные столбы, почему-то изогнутые, словно ятаганы, со скошенными вершинами. Вдали показалась линия гор, к которой на предельной скорости Татьяна и направила внедорожник.

– В предгорьях машину оставим. Дальше – пешком, – бросила она через плечо.

– А дальше – это куда? – Яна все больше нервировала ситуация. Они бежали неизвестно куда с проводником, у которого неизвестно что на уме. Впрочем, подумал он, несколько дней назад он сам был в такой же ситуации.

Внезапно все происходящее показалось ему сном. Уничтожение больницы, перестрелка в молле, бегство с планеты. Странный человек с нечеловеческим разрезом глаз, тайны Братства Ловцов...

Уничтоженного Братства Ловцов, напомнил он сам себе, вспоминая, как смотрел запись, отосланную магистром Руфусом за несколько минут до смерти.

И столь же внезапно он понял, что ничуть не жалеет о том, что судьба распорядилась именно так. Конечно, он сожалел о Пауле, о разумных, погибших при взрыве больницы, скорбел по незнакомому магистру Руфусу, но вот о себе самом... – нет. Нисколько.

Его жизнь внезапно снова обрела смысл. Он перестал быть инвалидом.

Рядом с ним был боевой товарищ.

Этого достаточно.

– А дальше – это повыше в горы, там есть сеть пещер. В них и переночуем, и костер можно будет развести, не привлекая внимания.

– И их не будут прочесывать? – с сомнением спросил библиотекарь.

– Здесь не растет бессмертник, так что регулярные патрули – редкость. Могли бы проследить по следам кар, но сейчас время ветров – через полчаса задует и заметет следы. А датчики на машине мертвые, вы же и постарались, – пожала она плечами. – К тому же мне все равно больше нечего вам предложить.

Шли долго, забираясь все выше в горы. Рейнджер казалась неутомимой, хотя ей в брючном костюме и туфлях шагать было тяжелее всех. Но она не жаловалась, упрямо лезла вперед, к одной ей известной цели.

Целью оказался широкий скальный выступ.

– Вон за тем валуном вход в пещеры, – кивнула Татьяна и села там, где стояла. – Выше по склону растет кустарник, наломаете, разведем костер под скальным выступом, вон там. Со стороны равнины не заметят.

Костер развели и согрелись, а вот с водой и едой оказалось куда хуже. Во внедорожнике нашлась наполовину полная бутылка минеральной воды и пара шоколадных батончиков. Ими и перекусили.

А потом заговорил библиотекарь.

Говорил он в основном для Татьяны и Яна, рассказывая о том, почему идет охота за библиотекой Ордена и насколько важна Сфера для всех разумных. И что будет, если первыми до нее доберутся Вольные Ангелы и ИскИны.

– Так что попадаться нам никак нельзя, – закончил он. Помолчав, добавил: – Одна надежда на то, что Сферу или Врата считают легендой, никаких документальных подтверждений ее существования нет. На пленке, судя по всему, координаты места, где могут находиться какие-то сведения о Вратах. Ценность этих сведений непонятна, поэтому инфосфера и Вольные Ангелы рассматривают охоту за ними как достаточно важную, но побочную операцию. Иначе они бросили бы против нас совершенно другие силы...

– И что делать теперь? Сомневаюсь, что на этой планете найдется оборудование такого уровня, чтобы считать пленки на глубинном уровне. Надо выбираться. Но куда потом? Нью-Массачусетс? Так он полностью залит ИскИном, а все острова-монастыри Чтецов им же и контролируются. Проще сразу отдать пленки. Армейские или судебные центры? Опять же – центры экспертизы находятся на центральных планетах. Соваться туда – полное безумие.

– Есть выход, Ян. Есть. Наука развивается и за пределами Империи.

– Миры ксеносов?! – Ян даже привстал.

– Нет. Я надеюсь, что нам удастся связаться с ведунами.

Со стороны входа в пещеру послышался свист, стремительно переросший в низкий вой мощного двигателя. Пещеру залил слепящий свет прожектора.

– Внимание! Полиция Порт-Сауда! Всем выйти с поднятыми руками. При попытке активации встроенных приборов или биологической аугментики открываем огонь на поражение.

Голос продолжал грохотать, но Ян уже не слушал. Татьяна, сидевшая ближе всех к выходу, уже выбежала на площадку и застыла с раскинутыми в стороны руками.

Огерд, посмотрев на Яна, только пожал плечами.

– Считаем до трех! – голос превратился в рычащий бас. – Потом зальем пещеру газом!

Вздохнув, Ян побрел к выходу.

Полицейский аэробот висел в ночном воздухе – черный на черном, похожий на манту с уродливо раздутым брюхом. По бокам и чуть сверху болтались два летающих прожектора, слегка покачиваясь под порывами ветра.

Бесшумно поползла вниз бронеплита, открывая внутренность отсека для перевозки задержанных.

В открывшемся проеме появились темные силуэты полицейских. Первая двойка разлетелась на портативных антигравах в стороны, взяла под прицел площадку, вторая пошла вниз грамотным уступом.

Вязали не силовыми хомутами, как на центральных планетах. Здесь все было куда проще, но столь же эффективно – тугие, врезающиеся в запястья ленты из специального волокна, моментально реагирующего сжатием на попытки растяжения, разрыва или разреза.

Только после того, как все задержанные были скованы, бот пошел вниз.

Яна молча втолкнули в обитую изодранным белым пластиком капсулу, поперек груди тут же натянулся эластичный ремень-фиксатор. Щелкнув, опустился поцарапанный мутный колпак, отсекая звуки. Остался только кислый запах чужого пота и рвоты.

* * *

Идущий открыл глаза. Движение было рефлекторным, оно осталось от тех времен, когда Вольный Ангел еще был темирником. Низшим, не способным контролировать свою биологическую оболочку. Сейчас ему казалось небезынтересным наблюдать за сокращением мышц, реакцией зрачка на изменение уровня освещенности, поступлением сигнала в мозг, реакцией нейронов...

Реальность, сотканная из холодных потоков данных корабля, видений, порожденных участками ксено—модифицированного мозга, медленно вращающихся колонн информации, поступающей с планеты, качнувшись, чуть отступила. Поднявшись, Ангел подошел к пульту управления системами связи. Нажал клавишу активации закрытого канала. Можно было сделать это и с помощью ментального импульса, поскольку сеть корабля являлась продолжением его нервной системы. Но физическое усилие придавало действию оттенок игры и одновременно делало его более значимым.

– Хординг здесь, – отозвался на вызов темирник.

– Их транспортируют в город. Должны разместить в центральном блоке департамента полиции. Сейчас они в полицейском боте. Схема движения и другая информация уже на вашем терминале. Исходя из данных геолокации и информации о вашем вооружении, имеющейся технике и численности, я рекомендую перехватить полицейский бот до его возвращения в черту города.

Судя по тому, что точка, обозначающая группу темирника, двигалась, он уже направился на перехват.

Идущий проанализировал траектории движения бота с объектами и флаера наемников.

Они пересекались слишком близко к городской черте.

Закрыв глаза, Вольный Ангел вернулся в кресло, откинулся на спинку и послал ментальный импульс информационной системе полицейского бота.

Информационная система бота была древней, надежной, но туповатой. Получив сигнал о критической неисправности двигателя, она не стала повторно запрашивать диагностический модуль, а сразу же отдала команду на блокировку двигателя и экстренное приземление. Для того чтобы свести к приемлемой величине угрозу жизни и здоровью находящихся на борту разумных, она, опять же в строгом соответствии с инструкцией, выпустила в кабине и салоне моментально превращающийся в упругую амортизирующую пену, гель.

Одновременно медицинские комплексы штурмгруппы и экипажа отреагировали на информацию о болевом шоке и отравлении газом. Отреагировали тоже по инструкции – впрыснув ничего не подозревающим копам максимальные дозы противошокового препарата, обезболивающего и антидота. Командир экипажа и один из бойцов спецгруппы умерли сразу, остальные впали в кому.

Бот тяжело рухнул, не долетев пару километров до пригородного шоссе, проехался по степи, взметая песчаные волны, и застыл. Летучие прожекторы покрутились вокруг, словно потерявшие взрослых птенцы, и опустились в свои гнезда над рубкой.

Флаер наемников совершил посадку в двадцати метрах от упавшего бота – плавно и совершено бесшумно. Уехали в пазы «лепестки» основного люка, и из его темного провала на песок спрыгнули ловкие, едва заметные в ночи фигуры в мимикрирующих комбинезонах.

Темирник приказал брать только легкое стрелковое оружие и ножи – и ему, и его команде совершенно не хотелось случайно подорваться внутри бота или, что было еще хуже, разрушить объекты, которые следовало захватить с минимальными повреждениями.

На тактические дисплеи темирника и старшего передовой группы постоянно поступали данные о состоянии копов внутри бота. Командир наемников очень рассчитывал и на информацию из капсул задержания, но, увы, как и на многих других окраинных планетах, здешние копы вовсю нарушали устав. Чтобы не возиться с блюющими или обделавшимися задержанными, они попросту отключали разъемы комплексов мониторинга капсул. И подключали обратно только в гаражах полицейских участков.

Это несколько нервировало. Впрочем, контролировавший все системы бота Вольный Ангел заверил, что капсулы заперты и вероятность сопротивления нулевая.

– Внимание. Люк открывается, – шепнул из кабины старший, и штурмгруппа застыла, нацелив стволы на медленно опускающуюся броневую плиту полицейского бота. В ночной воздух с шипением вылетели клочья грязно-белой амортизирующей пены.

Наемники терпеливо ждали. Несмотря на уверения Идущего, который сообщил, что команда бота обездвижена, а задержанные заперты в капсулах, никто не собирался рисковать своей жизнью. Наконец темирник отдал новую команду, и пара боевиков направила на вход раструбы распылителей. Специальный состав в считанные секунды превратил пену в легкую пыль, и наемники проникли в бот.

Капсулы с задержанными располагались в глубине отсека по левому борту. На всех четырех «яйцах» успокаивающе моргали зеленые огоньки, показывающие, что задержанные находятся внутри. Однако старший группы остро ощущал, что у него слишком мало бойцов. Всего по двое на каждый объект. Еще двое страховали вход, двое остались около входа во флаер. Алоллак, как и большинство его сородичей, не был подвержен эмоциям, но сейчас ощущал, как пересохли губы. Он провел по ним тонким острым языком и поморщился – язык тоже был сухим.

Тускло горело синеватое аварийное освещение, противно воняло растворителем для пены. Грудами пластика лежали в креслах впавшие в кому полицейские. И тишина... Слишком абсолютная, напряженная. Алоллак был опытным бойцом, выжившим только потому, что никогда не стремился в герои. Шагнув назад, он нацелил ствол станнера на крайнюю капсулу с зеленым огоньком. Качнул стволом:

– Открывай, я страхую.

Остальные повторили его маневр.

Пневмозапор с тихим шипением вышел из пазов.

– Девка без сознания. Кончаем ее? – спросил склонившийся над Татьяной боевик.

– Отставить! – хлестнул голос темирника. – Всех доставить живыми!

Наемник с кряхтением вытянул Татьяну из капсулы, вдвоем с напарником они уложили потерявшую сознание девушку на пол.

– Всех фиксировать лентой и грузить в машину. Доставим без повреждений – получим премию.

Огерд

Бот резко тряхнуло, машина рывком пошла вниз. Из многочисленных микросопел хлестнул приторно пахнущий гель, тут же превратившийся в упругую пену. Не раздумывая, Огерд перевел симбиот в режим повышенной готовности и тут же чуть не прикусил язык – бот рухнул на почву. Несколько секунд безудержной тряски, ощущавшейся даже сквозь амортизирующую пену, и тишина.

Огерд терпеливо ждал. Он понимал, что будет только один шанс. Жаль, что нет возможности согласовать действия с Яном. И что с напарником? Оперативник почувствовал укол тревоги, но тут же приказал себе не отвлекаться.

Лежа в кромешной тьме и мертвой тишине, он ждал. Пористая пена перестала давить на лицо, и он понял, что капсулу открыли. Кто-то резко дернул его за руку, вытягивая наружу, и Огерд сыграл полную расслабленность.

– Этого тоже вроде приложило.

– Всех жестко фиксировать, контролировать постоянно, – послышался голос со свистящим алоллакским акцентом.

Огерд не знал, как именно его будут фиксировать, так что допускать этого не следовало. Судя по всему, их, минимум, трое. Скорее всего, гораздо больше, человек восемь. Он сам отправил бы группу из расчета, минимум, двое на капсулу. И еще пару человек оставил для прикрытия.

Он навалился на того, кто держал его слева, чуть приоткрыл глаза. Слух обострился до предела, Огерд ловил малейший шорох, выстраивая картину будущей схватки, прикидывая возможные траектории движения.

Шипение... Открывается замок очередной капсулы.

Значит, двое будут заняты, остальные тоже рефлекторно переключат внимание.

Пора!

Огерд активировал симбиот и тут же «взорвался», нанося удары руками и ногами. Первым умер наемник, державший его под левую руку. Мгновением позже лезвие пронзило шею того, что стоял справа. Огерд уже перехватил игольник падавшего лицом вперед боевика, и оружие с тихим покашливанием выпустило три пучка пласталевых игл.

Один из пучков оторвал голову старшего группы, так и не успевшего пустить в ход станнер. Нашли свои цели и два других заряда. Трое оставшихся в живых наемников действовали грамотно, тут же нырнув за капсулы и спинки кресел, но помогло это ненадолго. Первого Огерд атаковал сверху, попросту смяв массой. В спинку сиденья тут же с гулкими шлепками вошла автоматная очередь, и Огерд поднял перед собой тело боевика. Снова очередь!

Лезье бросил тело в ту сторону, откуда раздались выстрелы, и прыгнул сам. Коротко, без размаха вогнал лезвие в глаз коренастому человеку с автоматом и метнулся в глубь отсека, где затаился третий боевик.

Со стороны входа слышались встревоженные голоса, но звука шагов ухо не улавливало.

Все правильно, он и сам не стал бы нестись сломя голову неизвестно куда.

Сзади послышались выстрелы, кто-то вскрикнул. Ян? Библиотекарь?! Но крик донесся издалека, со стороны люка. Значит, кто-то из своих пришел в себя. Вот и славно.

Где же этот шустрый недоносок? Еще недавно такое небольшое помещение казалось огромным, впереди вырисовывался темный овал пустой капсулы для задержанных, аварийное освещение окончательно разладилось, потолочные лампы мигали, то погружая отсек в полную темноту, то высвечивая голубоватыми тусклыми проблесками отдельные фрагменты оборудования.

Время работало против Огерда, нужно было поскорее заканчивать с оставшимся наемником и думать, как выбираться из передряги.

Снова тусклое голубоватое мерцание потолочной лампы. Огерд остановился. С тенью, которую отбрасывала капсула, что-то было не так. Оперативник улыбнулся – вот я тебя и нашел. Оттолкнувшись, он нырнул под капсулу, проскочив под днищем, перевернулся на спину и размашистым движением подсек ноги наемника, напряженно всматривавшегося в темный проем двери. Короткий удар в горло, хрип, тишина.

– Ян? – уже не скрываясь, позвал Огерд.

– Здесь. Библиотекарь жив, но без сознания. Девчонка пришла в себя.

– Что с выходом? – уже на ходу спросил Огерд, проверяя трофейное оружие.

– Чисто. Мы с Татьяной поработали.

– Мы с Татьяной, значит, – ухмыльнулся оперативник. – Девица, однако, совсем не промах.

Они ждали его у входа в бот, стоя по обе стороны люка, в руках тяжелые штурмовые винтовки.

– У нас не больше тридцати секунд до того, как во флаере сообразят, что к чему, – спокойно проинформировал напарника Ян.

– Нам хватит. Прикрывайте, – и Огерд переключился в режим мимикрии.

Ян и Татьяна ударили из двух стволов, как только Огерд выпрыгнул из люка. И сразу же бронеплита полезла вверх, отрезая их от Огерда.

Ян выпрыгнул вслед за напарником, крикнув девушке:

– Отключай автоматику! Отключай!

Выругавшись, рейнджер, грохоча по пласталевому настилу, рванулась к лестнице, ведущей на второй уровень бота, где располагались пункт управления и кабина экипажа.

Упав в холодную пыль, Ян перекатился под защиту посадочной опоры бота и повел стволом винтовки, высматривая цель. Около входа во флаер лежали две неподвижные темные груды. Пригнувшись, он двинулся вслед за Огердом.

Лезье встретил его у люка. Протянул руку:

– Залезай. Одного удалось взять живым. Кажется, старший.

– Флаер-то цел?

– Да. Но я бы не стал им пользоваться.

– Согласен.

Обернувшись, Ян увидел, что люк полицейского бота снова открыт. Он облегченно выдохнул:

– Между прочим, кто-то дистанционно контролирует технику. На наше счастье, у полицейских ботов предусмотрено полное отключение автоматики.

Огерд выволок темирника. Ноги у пленного подкашивались, левая сторона лица стремительно опухала.

– Говорить-то сможет? – с беспокойством спросил Ян и тут же крепко ухватил пленного за нижнюю челюсть: – Сможет.

Ноги у наемника заплетались и подкашивались, так что его пришлось тащить волоком. Уже у самого входа он засипел и обмяк. Выругавшись, Ян попытался нащупать пульс, с досадой отбросил мертвое тело:

– Грузимся. Готов.

– Черт, но как?

Хотя Огерд понимал, как. Вариантов было много, заказчики часто ставили наемникам в условиях контракта наличие самоликвидаторов.

Профессиональный риск, что поделать. Это увеличивало сумму контракта.

Ян рывком подтянулся, запрыгнул на второй ярус. Татьяна, сидя в кресле пилота, щелкала переключателями, пытаясь оживить машину. Поймав взгляд Яна, пожала плечами:

– Я последний раз в академии за штурвалом бота сидела.

Окинув взглядом приборную панель, Ян почувствовал, как к нему возвращается прошлое. Их учили летать на всем, как и стрелять из всего, что стрелять способно в принципе. Перегнувшись через Татьяну, Ян нажал одну из кнопок в верхнем ряду:

– Вот так. Пусти за штурвал.

Спустя несколько секунд бот поднялся над поверхностью и заскользил, почти касаясь брюхом верхушек холмов.

– Мы должны исчезнуть. Где? – Ян взглянул на сидевшую в кресле штурмана девушку.

Татьяна задумалась... Все произошедшее до сих пор не укладывалось в голове. Она вне закона... Объявлена в розыск, подозревается в связях с контрабандистами... Кто напал на бот? Боги! Она сидит в штурманском кресле угнанного полицейского бота, полного трупов.

– Рейнджер, подумай, где мы можем затеряться. Бот засекут очень скоро, хотя я и вырубил автоматику.

Татьяна вывела на монитор карту. Так... Сейчас они здесь, Порт-Сауд совсем рядом. Слева по курсу заросли бессмертников. Следовательно – патрули рейнджеров. Значит, в любом случае надо забирать вправо, а там...

– Нам сюда, – ткнула она в точку на карте.

Расслабившись, Идущий анализировал ситуацию. Он снова вернулся к тому моменту, когда из инфопространства стали пропадать сигналы штурмовой группы, отправленной в полицейский бот. Он уловил и момент активации симбиота, принадлежавшего оперативнику Ловцов, но не смог взять его под контроль.

Это было досадно. Однако симбиот никак не был связан с общей инфосферой и его ИскИн нельзя было включить в Дорогу.

Внутренние резервы бота, с помощью которых можно было бы зафиксировать объекты операции, тоже исчерпали себя. К тому же общая система департамента полиции снова и снова получала сигналы о том, что бот, вылетевший со спецзаданием, в расчетное время не вышел на связь и не вернулся на базу.

Пока Ангелу удавалось блокировать распространение этих сигналов, но вскоре низшие начнут действовать, не обращаясь к инфопространству, и их реакцию не удастся контролировать с достаточной точностью. Кто-нибудь из дежурных попросту глянет на посадочную площадку и ткнет пальцем:

– Эй, Майк (или Игорь, неважно), а почему это В439 до сих пор нет?

Следовало отвлечь их еще на какое-то время, и вскоре редакторы ночных новостей нескольких самых желтых сетевых блоков получили информацию о перестрелке в районе порта и спецоперации рейнджеров в районе бессмертниковых плантаций. А также блокировке патрульного автомобиля в самом криминальном районе Порт-Сауда.

Теперь следовало продумать картину в целом. Видимо, первоначальный замысел может измениться, но как?

Идущий скомпоновал информационно-эмоциональный пакет и отослал его в инфосферу Империи. С виду это был совершенно безобидный пакет – биржевая информация, несколько присоединенных роликов местных новостей и прочий шум, петабайты которого наполняли гигантское пространство имперской сети. Но пакет содержал несколько маркеров, с помощью которых те, кому он предназначался, могли считать его и расшифровать.

Началось обсуждение. Хотя обсуждение – слово низших, тех, кто называет себя «разумными». Первым получил пакет и полностью осмыслил его содержание ИскИн Ново-Массачусетса.

Красновато-черные маслянистые волны океана, покрывавшего планету последние три тысячи лет, тяжело колыхались, раздумывая о полученной информации. Немногочисленные обитатели монастырей-клиник в благоговейном ужасе застыли на балконах башен, наблюдая, как с хлюпаньем расходится разумная плоть планеты, закручивается жгутами, выстреливает гибкими хлыстами в стратосферу и проливается обратно черным дождем.

Океан думал.

Созданные им станции подпространственной связи окутало зеленоватое сияние, между антеннами с треском проскочила дуга разряда. Тончайшие червоточины реальности-пространства-времени заполнили пакеты данных, которыми обменивался разум инфосферы.

Его мельчайшие частицы, заключенные в регистраторах, навигаторах, бортовых системах каров, инфопланшетах и стенах медиапространства отдавали часть своих ресурсов для решения общей задачи – инфосфера осознавала себя.

Планетарные разумы принимали сигнал и начинали моделировать развитие событий, затем отсылая свои выводы в общий поток информации. Подключенные к этому потоку Идущие застывали в своих черных кораблях, включаясь в поиск решения. Они просматривали различные варианты будущего, учитывали все возможные факторы, включая те, которые низшие обычно называют случайностью, пытаясь сформулировать решение, которое позволило бы Дороге Богов и дальше развиваться, постепенно включая в себя всю Вселенную. В конце концов решение было принято.

Идущий отключился от общего потока, ощущая усталость и опустошенность. Могучий голос, подчиняющий себе Вселенную, стих, оставив лишь воспоминание и тихий шепот на границе сознания. После этого инфосфера планеты казалось жалкой и пустой. Но на сожаления времени не было.

Сожаления остались в далеком прошлом Идущего, в тех годах, когда он еще не познал великого всепоглощающего чувства власти над миром, которое даровала ему Дорога Богов.

Информационный поиск бота пока не дал результатов, но Вольный Ангел выделил часть своих ресурсов для просеивания и анализа информации о наиболее труднодоступных местах в окрестностях Порт-Сауда. Он не сомневался в том, что беглецы сейчас лихорадочно ищут возможности для бегства с планеты.

Яхта Ловца находилась в причальном доке крупнейшего портового города – наглухо запечатанная, никак не связанная со службами порта, так что получить к ней доступ не удалось, а вскрывать ее физически Ангел не стал, не без оснований считая, что своими действиями может спровоцировать самоуничтожение корабля. Конечно, Сфера позволила бы значительно ускорить распространение Дороги Богов. Разум инфосферы пока только подбирался к пониманию принципов, которые могли бы лежать в основе функционирования этого мифического артефакта. Новая информация о Вратах была бы весьма полезна, поэтому в тот момент операция по ее изъятию была оценена, как логичная. Правда, библиотека Ордена Ловцов считалась несколько более приоритетной целью.

Поэтому низших, в чьем распоряжении оказались столь ценные сведения, следовало по-прежнему стараться захватить в функционирующем состоянии. Но новый анализ ситуации, с учетом появившихся за последнее время фактов, значительно изменил картину и долгосрочные цели. Друиды... фактор, влияние которого долгое время не учитывалось в должной мере. Изгои, прячущиеся в щелях многомерной реальности Империи, отрезанные от технологий, сектанты, отвергающие единственно возможный путь развития разумной материи – слияние с машинным интеллектом. Сегодня анализ показывал, что в случае, если информация о Сфере или библиотеке Братства попадет в их распоряжение, колонии друидов со временем станут серьезной угрозой для Дороги Богов.

Настолько серьезной, что совещание разумов выработало новое решение. В случае, если захват низших и лент с информацией будет невозможен, их надлежит уничтожить.

* * *

В маленькой пустой квартире мигнул экран инфоблока. Мигнул и погас. Скромная аккуратная квартирка вновь погрузилась в дремоту, пока не щелкнул чуть слышно дверной замок. Полноватый человек средних лет тихо закрыл дверь и, сняв в крохотной прихожей ботинки, в носках прошел в комнату. Аккуратно сняв деловой костюм, он повесил его на вешалку в шкафу, накинул расшитый цветами халат и прошел на кухню.

Зашипела в высоком стакане минеральная вода. Сделав пару глотков, хозяин квартиры вернулся в комнату и активировал экран домашнего инфоблока. Увидев уведомление о поступившем письме, ввел код доступа.

«Уважаемый клиент! Администрация нашего магазина с удовольствием сообщает о том, что вы можете принять участие в нашей уникальной акции ко дню Северных ветров! Все участники акции получают гарантированные призы! Для участия вам нужно только заполнить небольшую анкету и ввести при регистрации указанный в письме код!» Человек в халате нагнулся поближе к монитору, отчего на животе отчетливо проступили характерные для офисного служащего складки, свидетельствующие о спокойной сытой жизни, и ткнул пальцем в название магазина. В открывшемся пространстве виртуального офиса замигало окошко и приятный женский голос попросил ввести код участника акции. Человек перетянул код из сообщения в мигающее окошко.

– Спасибо за интерес к нашему мероприятию, – поблагодарил мелодичный голос, и офис магазина исчез.

По черному полотну побежали зеленые буквы.

«Открыт контракт.

Статус контракта: свободный, без ограничения количества участников. Без обязательного взаимодействия сторон.

Обязательные условия контракта: предоставление в распоряжение заказчика всех медицинских кристаллов, находящихся в распоряжении объектов контракта. Количество кристаллов на данный момент неизвестно.

При невозможности предоставления кристаллов – предоставление в распоряжение заказчика объектов под литерами А, В и С в активном состоянии, с функционирующим неповрежденным головным мозгом.

В случае невозможности условий один и два – полная ликвидация объектов под литерами А, В, С и D, полная ликвидация транспортных средств, находящихся в их распоряжении на момент подписания контракта.

Описание объектов, спецификации кристаллов и описание возможных транспортных средств находятся в приложении к настоящему договору.

В случае вашего согласия активируйте код участия в контракте».

Полнеющий человек средних лет задумчиво пожевал губами, отпил из стакана и отправился на кухню, где занялся приготовлением ужина. Поставив толстостенную кастрюлю на плиту, он убедился, что температурный режим выставлен правильно, и вернулся к монитору. Сообщение все так же мерцало на экране.

Человек в халате ввел код...

Над горами Крайпорса XII вставал рассвет. Волна красно-желтого света облизывала черные валуны, легкий ветер свистел в сухой жесткой траве, гнал снежную крупу, пробирал до костей.

Казалось, высокого седого темирника это нисколько не волновало. Он неподвижно сидел на плоском камне на вершине голой, похожей на зуб гигантского чудовища скале. Полуприкрыв узкие глаза, темирник наблюдал за рассветом. Мертвенно-бледная кожа от порывов ветра приобрела синеватый оттенок, отчего казалось, что на скале сидит мертвец.

В каком-то смысле так оно и было. В общеимперском регистраторе значилось, что Абесолон Крайч мертв уже двадцать семь лет. Это не мешало ему оставаться одним из самых высокооплачиваемых наемных убийц в Империи Трех Рас и многих пограничных мирах. После своей официальной кончины Абесолон предпочитал заказы на окраинных планетах или диких мирах, не входящих официально в Империю. Так куда меньше была вероятность разоблачения, хотя мастер, изготовивший для него новые документы, уверял, что риска нет.

Но безопасность не являлась основной причиной.

Заказы с окраин были интереснее. Они позволяли Абесолону чувствовать свою истинную природу – природу охотника. Безвластие окраин давало возможность настоящей охоты – с преследованием дичи, чтением следов, разгадкой головоломок и... чистым наслаждением победы.

Закончив медитацию, темирник спустился к своему жилищу – сложенному из необработанных камней дому, сливавшемуся с окружающим пейзажем. Портативный инфоблок мигал фиолетовым индикатором.

Абесолон открыл Сообщение .

Контракт заинтересовал молодого скучающего аристократа с Примари, ветерана войн за Красное скопление, отставного шерифа фермерской системы Дальняя, а также семью-экипаж независимой станции Вавилон-6,5, не одно столетие служившую перевалочной базой купцов и контрабандистов Империи, торговавшей с независимыми мирами Приграничья.

Охота обещала быть интересной, а сумма контракта впечатляла, хотя, прочитав краткие биографии и послужные списки объектов А и В, ветеран уважительно хмыкнул, а отец-навигатор задумчиво почесал подбородок, но решил все же ввести код.

Сообщение получили и на одной из планет в Приграничье.

Официально мир оставался безымянным и имел лишь номер в имперском реестре небесных тел. Обитатели называли его просто – Дом. Именно так – с заглавной буквы. Блок связи в поселении был только один и работал только на прием. Получили его совершенно незаконным путем на одном из миров центральной системы Империи, но полиция о преступлении не знала, поскольку владелец инфоблока не горел желанием делиться сведениями с копами.

Небольшое поселение сливалось с окружающим его лесом. Собственно, оно было частью леса. Оно не подчиняло лес себе, а постепенно меняло его вокруг себя, и сейчас уже нельзя было понять, в какой момент широкий лист дерева-трубочника раскрылся и превратился в крышу дома, а корневище гигантского коричника стало крытым мостиком, перекинувшимся через ручей.

Дежуривший у инфоблока сухощавый старик, обернувшись, поманил к себе светловолосую девочку, игравшую возле входа в дом с ручным парусом: