Текст книги "Логово чужих"

Автор книги: Сергей Зверев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

18

Весь день со стороны острова Гонав дул прохладный ветер. К вечеру небо над устричной фермой и соседними островками заволокло густыми серыми тучами. Наступление темноты было как никогда стремительным. Ночь выдалась мрачной, будто сердце самого сатаны. Луна, торопливо укутавшись в одеяла туч, не дарила даже самого тусклого света.

При всем при том море оставалось совершенно спокойным. Воздух хранил значительную часть дневного тепла. Ни единого намека на вероятность дождя или бури не ощущалось.

Полундра и Герника готовились к повторному разведывательному рейду. Рана на руке Сергея практически зажила. Он был полон решимости преодолеть всевозможные подводные препятствия. Ему хотелось во что бы то ни стало взять реванш за неудачную первую попытку попасть на остров и виллу «Мирабелла».

Еще днем Хосе отлучался на катере в Порт-о-Пренс. Вернулся он оттуда с ранее обещанным подводным снаряжением, которое вызывало у Сергея дикий восторг. Весь остаток дня напарники старательно изучали инструкции пользования специальным скафандром и подводным мотоциклом.

– Отличное снаряжение, – не переставал восхищаться Павлов. – Скафандр просто блеск. Легкосплавный. Произведен по космическим технологиям. Сонарами не улавливается. Идеальная вещь для успешного проведения подводной разведки.

– Я же тебе говорил, что все будет именно на таком высоком уровне, – напоминал свое недавнее обещание Аливарос. – В таком скафандре на самом деле никто не страшен!

– Да я, по большому счету, и так никого не боюсь, – категорически заявил Полундра. – Просто не хочется лишней возни. А то уж больно дорого она нам в конечном итоге обходится.

– Хватит хорохориться, супермен, – Хосе слегка подначил напарника и напомнил: – Пока до полуночи есть время, нужно еще разок проверить, в порядке ли подводный мотоцикл.

– Амиго, сколько можно его проверять?! Он ведь безупречен! – воскликнул Сергей.

– Все равно еще один осмотр явно не помешает. Вдруг за эти пару часов с мотоциклом что-нибудь случилось: гайка открутилась или крепление ослабилось. Всякое ведь бывает. Я не хочу, чтобы у тебя на полпути к острову непредвиденно возникла, как ты говоришь, лишняя возня.

Подводный мотоцикл отдаленно напоминал мотороллер, у которого отсутствовали колеса и обычное рулевое управление. Вместо стандартного руля спереди была прикреплена специальная панельная коробка, выполнявшая самые разные функции. С ее помощью мотоцикл приводился в движение, притормаживал или полностью останавливался. Ею же мотоцикл можно было развернуть в любую сторону или поднять на поверхность. Она же регулировала подачу кислорода из баллона в своеобразный шлем, по сути, являвшийся водолазным колоколом.

– Очень маневренная машина. – Полундра похвалил мотоцикл. – Военные технологи неплохо потрудились. Этот мотоцикл гораздо легче по сравнению с известными западными и российскими гражданскими аналогами. Если бы нам прислали что-то другое, то мы с тобой и не управились бы с ним без крана или лебедки. А с этим я один могу в два счета совладать.

Он продолжал тщательно осматривать мотоцикл, выясняя, нет ли на том каких-либо механических повреждений.

– Стоит подумать, нужен ли тебе колокол, – заметил Герника. – Если ты будешь использовать скафандр полностью, то необходимость в водолазном колоколе просто отпадает. Что ты скажешь на это, брат?

– Естественно, его нужно с мотоцикла убирать, – без колебаний ответил Павлов. – Я на сто процентов убежден в том, что шлем скафандра не самый худший вариант для молниеносного подводного рейда. И если, не дай бог, приключится что-то из ряда вон выходящее, мне будет значительно проще действовать автономно от мотоцикла. Но кислородный баллон на мотоцикле мы все-таки оставим. Посмотри внимательно: его шланговый привод имеет разъем адаптированный для подсоединения к скафандру. Можно будет воспользоваться в случае чего.

Аливарос достал из ящика две большие отвертки и подошел к мотоциклу. Вручив одну из отверток напарнику, он тут же принялся откручивать крепежные болты, удерживавшие колокол на головной части подводного мотоцикла. Полундра немедленно последовал его примеру.

Отсоединив колокол, Сергей и Хосе переглянулись, а затем, словно по одной команде, синхронно посмотрели на часы.

– Уж полночь близится, – промолвил Герника. – Тебе пора собираться.

– Ага, – с улыбкой кивнул Полундра. – Подсоби мне, пожалуйста, подготовиться к отплытию.

Несколько последующих минут Аливарос помогал напарнику облачиться в скафандр, после чего вручил водонепроницаемый чемоданчик с аппаратурой, необходимой для установления на вилле «Мирабелла».

– Присядем на дорожку, – сказал Сергей.

– Обязательно присядем, – согласился Хосе, – по старой русской традиции без этого никак нельзя.

Они оба сели на ящики, укрытые брезентом, и на какое-то время замолчали.

Герника поднялся первым. Ничего не говоря, он подошел к крышке большого люка, устроенного в платформе специально для погружений под воду. Раздвижная крышка легко поддалась его минимальным усилиям. Послышался отчетливый плеск морских волн. Полундра взял подводный мотоцикл и не без помощи напарника опустил его в воду. Глубина в том месте была небольшой, и вода едва закрывала сиденье мотоцикла.

– Серега, будь осторожен, – с чувством напутствовал Аливарос.

– Спасибо. Ты тоже береги себя, – ответил Павлов.

– Грациас, – по-испански поблагодарил Хосе и, словно пытаясь несколько отсрочить момент расставания, спросил: – Ты, кстати, в мое отсутствие не видел тот чертов траулер?

– Хосе, – удивленно воскликнул старлей, – ты уже спрашивал об этом. Я тебе говорю: не было здесь сегодня никакого траулера. Ты опять перегибаешь палку с подозрительностью!

Герника задумчиво посмотрел в глаза напарнику и тихо сказал:

– Забота наша такая. И в снег, и в ветер, и в звезд ночной полет.

– Меня мое сердце в тревожную даль зовет, – подхватил Полундра, узнав слова любимой песни напарника.

Хосе грустно улыбнулся.

– Ты не забыл, как «жучки» и видеокамеры устанавливать? – спросил он.

– Я все прекрасно помню, брат, и со всем справлюсь. Не волнуйся за меня.

Полундра снова улыбнулся, одел шлем скафандра и, подобно неугомонному мальчишке-сорванцу, сиганул в люк. Устроившись на сиденье подводного мотоцикла, он завел его и уверенно взялся за ручку управления на панельной коробке. Сергей повернул голову в сторону Хосе и махнул ему на прощание рукой. Двигаясь на невысокой скорости, он покинул отмель и вскоре скрылся вместе с мотоциклом под водой.

Море на трехметровой глубине оставалось совершенно безмятежным и теплым. Свет встроенных в мотоцикл фар разрушал стены подводного мрака. Полундра решил опуститься на большую глубину. Он опасался, что на малых глубинах световая дорожка от фар может оказаться заметной с верхних этажей виллы «Мирабелла».

Скользя на мотоцикле чуть выше морского дна, Сергей Павлов внимательно смотрел перед собою. Он знал, что совсем скоро окажется в той части бухты, где господствуют прикормленные скаты. Ему было интересно узнать на деле, как поведут себя пластиножаберные твари в этот раз. «Скат пловцу не товарищ», – мрачно пошутил старлей.

Скаты в начале отреагировали на появившийся яркий свет усиленными движениями. Полундра даже слегка обеспокоился, не готовятся ли они всей своей рыбьей ордой к ожесточенной атаке на мотоцикл. Однако, оставляя освещенное мотоциклетными фарами пространство, скаты больше туда не возвращались, будто не чувствовали в движущемся среди их владений объекте противника. Несмотря на это, Сергей решил прибавить скорости, чтобы данный участок бухты быстрей остался позади. Увеличение скорости мотоцикла не избавило его от гнетущего ощущения, что вот-вот из окрестной темноты будет нанесен неприятельский удар.

Так и не дождавшись нападения скатов, Павлов через короткое время приблизился к берегу. Это стало понятно по тому, насколько стремительно стала исчезать глубина. Боевому пловцу приходилась постоянно быть настороже. Необходимо было вовремя регулировать движение мотоцикла, направляя его вверх, чтобы избежать столкновения с резко поднимающимся рельефом морского дна.

Полундра снизил скорость мотоцикла до самого минимального предела. Понимая, что вот-вот поднимется на поверхность, он отключил фары, а затем полностью остановил свое подводное транспортное средство.

На поверхности царила глубокая темная ночь. Сергей, подтягивая за собой мотоцикл, осторожно вышел из воды. Ночную тишину нарушали только цикады и волны, ударявшиеся о берег. Мрак безлунной полуночи сиротливо скрадывали тусклые кругляки фонарей в пределах виллы.

Павлов оставил мотоцикл в ближайших зарослях. Приподняв и зафиксировав забрало в шлеме скафандра, он отключил подачу кислорода и двинулся наверх ко дворцу. Какое внимание уделяла охрана этой части острова, Полундра точно не знал. Он пытался быть осмотрительным. Каждое новое движение старлей совершал лишь после взгляда по сторонам через прибор ночного видения, который Хосе не забыл приложить к основным «игрушкам» из водонепроницаемого чемоданчика. Никто в поле его зрения не попадал, и он размеренно продолжал свой путь.

Оказавшись на самом верху, Полундра без особого труда преодолел низкую южную ограду и ступил непосредственно на территорию виллы «Мирабелла». Он продолжал периодически посматривать в прибор ночного видения, чередуя эту меру предосторожности с выполнением своего основного задания. В кустах, на стволах пальм и палисандров, на каменной ограде и даже на стенах самого дворца за весьма короткое время было установлено изрядное количество подслушивающей и подсматривающей аппаратуры.

Все время Сергей старался находиться в наиболее темных местах, куда не попадали лучи здешних полудекоративных фонарей. Если бы кто-то и засек его снование под окнами дворца, то не сразу бы понял, что происходит: из-за скафандра Полундра очень сильно походил на космонавта. А насчет появления на территории виллы космонавтов охрана специальной инструкции не имела. Впрочем, к счастью русского разведчика, охранники так себя и не проявили. Возможно, большее внимание они уделяли северной части острова. А может быть, просто блаженно спали, видя сны о повышении и без того высокого жалованья за свою честную и преданную службу.

Осознавая удачность выполняемой задачи, Павлов не стал больше испытывать судьбу и ожидать каких-либо неприятных сюрпризов. Как только был вывешен последний микрофон, старлей незамедлительно вернулся к южной ограде и отправился к берегу. Он по-прежнему не пренебрегал осторожностью, допуская вероятность преследования или же засады прямо на берегу. Однако ни того, ни другого не случилось. Темная ночь оказалась его лучшей союзницей.

Полундре в пору было облегченно вздохнуть, включить подачу кислорода в скафандр и, опустив стекло шлема, схватить подводный мотоцикл. Он уже и собирался все это сделать. Но вдруг его взгляд, устремившись в сторону моря, уловил странное свечение на северо-западе от острова. Не понадобилось долгих раздумий, чтобы сообразить: свет исходит от хибар устричной фермы. Данное обстоятельство не просто изумило, а скорее огорошило Сергея. Он ведь прекрасно знал, что Герника в целях маскировки никогда так поздно не зажигал электричество на ферме. Теряясь в тревожных догадках, старлей торопливо подготовился к отплытию.

19

Анна и Эрнесто мирно спали на огромной, будто взлетная полоса, кровати. Перед этим у них было весьма бурное времяпровождение с необузданными сексуальными играми. Любовники играли в ковбоя и пастушку, в допрос агентом ЦРУ никарагуанской партизанки, в похищение инопланетянином скромной учительницы русского языка и еще бог весть во что.

Если бы кто-либо хотя бы одним глазком смог увидеть эту пару, спящей в одной постели, то наверняка бы подумал, что перед ним самые влюбленные люди нашей планеты. Даже во сне любовники лежали в обнимку, словно опасались потерять друг друга.

Звонок телефона внутренней связи раздался внезапно. Анна Сергеевна была несколько шокирована: никто и никогда не осмеливался ее беспокоить посреди ночи. Сначала она хотела сбросить телефон с туалетного столика, чтобы тот замолк навсегда. Однако, вспомнив, какое дело завертелось из-за нее в России, хозяйка виллы посчитала легкомыслием игнорировать телефонное сообщение от охранников. «Мало ли что могло стрястись в связи с этой стронциевой лихорадкой», – с некой частичкой испуга подумала она и тот час же подняла трубку.

– Ребята, вы не оборзеете тревожить меня в такое время? – грозно спросила она, не давая охранникам ни малейшего повода заметить в голосе волнение. – Вы на часы хоть изредка посматриваете?

– Госпожа, прошу прощения, – взбудораженно говорил шеф охраны Антуан, – но вопрос никак не терпит отлагательств. Мы здесь кое-что обнаружили. Вы должны взглянуть на это своими собственными глазами. Сами мы до конца не можем определить, случайная ли это находка или свидетельство о пребывании…

– Давай встретимся на первом этаже в гостиной через десять минут, – прервала его Власова.

Она положила трубку и быстро встала с постели. Включив модное бра, она стала одеваться. Эрнесто лениво открыл глаза и сквозь остатки своих снов посмотрел на любовницу. Ее обнаженность, постепенно исчезающая под одеждами, была до одурения великолепной.

– Аня, ты опять хочешь поиграть? – промямлил латиноамериканец, явно не собираясь подниматься с кровати.

– Как бы с нами кто-нибудь без спросу во все щелочки не поигрался, – очень жестко ответила хозяйка виллы, словно по-другому и не умела разговаривать.

Для Эрнесто Кипитильо ее слова были равнозначны ушату холодной воды со льдом, который вылили ему на голову. Любовник Власовой резко вскочил. С его встревоженных уст слетел только один вопрос:

– Что случилось, дорогая?

– Не свети срамом, дружочек, – как ни в чем не бывало заметила Анна Сергеевна. – Шустренько натягивай штаны и айда вниз. Охрана безумно жаждет сделать нам сюрприз. Ты любишь сюрпризы, дорогой?

– Ты шутишь? Какой еще сюрприз в три часа ночи? Они там совсем с ума посходили от безделья, – взволновался Эрнесто.

В ответ Власова лишь бросила суровый взгляд. Этого оказалось достаточно, чтобы понять – госпоже не до шуток. Латиноамериканец слез с кровати и побрел по спальне в поисках разбросанной накануне одежды.

Одевшись, любовники спустились на первый этаж. В гостиной уже горел свет нескольких ночных ламп. В центре, напротив главного входа, стоял шеф охраны и один из его подопечных.

– Я надеюсь, что для поднятого вами переполоха есть весьма серьезная причина. В противном случае мне придется с вами немедленно распрощаться, – заявила хозяйка виллы. – Я не потерплю непрофессионализма.

– Вы сами сейчас все увидите, – спокойно сказал главный охранник, полностью уверенный в правильности своих действий. – Малыш Жорес полчаса назад обнаружил одну любопытную вещичку.

– Да не тяни ты резину, Антуан! – поторопила Власова. – Что вы там такое могли найти? И почему это должно меня обязательно интересовать?

Малыш Жорес – чернокожий верзила – достал из-за пазухи небольшой полиэтиленовый пакет и протянул его хозяйке.

– Что это за ботва? – брезгливо спросила Анна Сергеевна и машинально сморщила нос, будто ей собирались вручить нечто особенно гадкое и тошнотворное.

Видя, что хозяйка не желает взять в руки пакетик с находкой, шеф охраны забрал его сам. Одновременно он кивком попросил Жореса начать свой рассказ.

– Я делал обход, – принялся объяснять негр. – Обычное дело. Пошел левее мраморной лестницы. Есть там у нас особая тропинка. А темно ведь. Так я фонарь включил. Обычное дело. Свечу туда-сюда. Море плещется. И вдруг блестит. Вижу, блестит что-то. Это от фонарика так. Иду туда. Поднимаю эту штуку. Хорошая вещь. Боевая. И в воде не тонет. Захотел себе взять. Смотрю внимательно, а там буквы. Не наши буквы. Странные такие. А рядом пара циферок. Думаю, надо доложить шефу. Обычное дело.

– Вот, смотрите, пожалуйста, – Антуан извлек из пакетика нож. – Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, перед нами холодное оружие из экипировки русских боевых пловцов. Когда-то я на них хорошо насмотрелся. Даже несколько шрамов на теле имеется.

– Вот только не надо хвастаться, – раздраженно сказал Эрнесто. – Ты себе цену что ли набить хочешь? Если бы русский боец ударил тебя когда-нибудь ножом, то лежал бы ты давно со своими шрамами в могиле.

– Прекратите немедленно эту перепалку, – приказала Власова обоим, а у шефа охранников уточнила: – А что там за странная надпись, о которой бормотал Жорес?

– Никакая она не странная, – возразил Антуан. – Просто Малыш Жорес не понимает русских букв. Извольте убедиться сами.

Держа нож двумя руками, он поднес его маркированной стороной лезвия к глазам Анны Сергеевны.

– Российская Федерация. Спецназ Балтийского флота. № 244-1977, – прочитала она вслух и в неприятном изумлении замолчала.

Глаза Власовой судорожно бегали. В руках замечалась мелкая дрожь. Слишком неожиданным ей представлялось доказательство близкого пребывания русского морского спецназа. Ни Эрнесто, ни, тем более, глава охраны не осмеливались промолвить хотя бы словечко. Они отлично знали, что из любого ступора хозяйке виллы лучше возвращаться самостоятельно, без чьего-либо постороннего вмешательства. В противном случае могла случиться буря фантастического гнева с разбиванием первых попавшихся лиц и дорогостоящего антиквариата.

20

На устричную ферму Полундра возвращался очень быстро, выжимая из подводного мотоцикла предельно возможную скорость. Было совершенно непонятно, что такого могло произойти на ферме в его отсутствие. Сергей пытался не строить никаких догадок. Но сердце чуяло неладное.

Люк над отмелью был закрыт. Старлей затаил дыхание и прислушался. В стоящей на платформе хибаре работал дизельный электрогенератор. Больше ничего, кроме шума волн и клекота одинокой ночной птицы со стороны рифов, Сергей не услышал. Встав с ногами на сиденье подводного мотоцикла, он стал осторожно приподнимать люк. В глаза ударил яркий свет электрической лампочки. Полундра обвел взглядом доступную обзору часть пола. Ничего подозрительного он не заметил и более смело поднял крышку люка. Удерживаясь о пол руками, пловец ловко подтянулся и запрыгнул в хибару.

Полундра поднялся в полный рост, снял шлем и огляделся. Удушливое чувство смятения в одночасье овладела им: на ящиках, укрытых брезентом, навзничь лежал Герника. Огромный нож был воткнут ему в сердце по самую рукоять. Судя по тому, что несколько ящиков были сдвинуты, а часть двери отломана, напарник перед гибелью оказывал кому-то сопротивление. Однако спастись ему не удалось.

Сергей Павлов прикусил губу, стараясь не издавать ни малейшего звука. Он осторожно подошел к телу погибшего товарища. Легким движением ладони по еще неостывшему лицу Хосе Аливароса боевой пловец закрыл покойному глаза, а затем набросил ему на голову рыбацкий плащ, который лежал рядом.

Полундра чувствовал некую долю своей вины за смерть товарища. «Почему я его не уберег?! – вопрошал в мыслях Сергей. – Какой дьявол совершил это убийство? Неужели нас кто-то выследил? Герника… Ты же был профессионалом. Как же ты смог допустить это? Русский разведчик…»

Старлей понимал, что раскисать в данной ситуации было чрезвычайно опасно. Раскисший боец – хорошая мишень для любого противника. Он медленно втянул в себя воздух и постарался взять себя в руки. Только спокойствие могло помочь ему в тот момент.

Из соседней постройки донесся небольшой шум. Вслед за этим Сергей Павлов отчетливо услышал несколько голосов. Он быстро освободился от скафандра. Необходимо было вооружиться. Однако ничего, кроме подводного пистолета, у Полундры при себе не было. Он достал пистолет, отвел откидной четырехствольный блок и проверил наличие обойм. Все четыре обоймы были в полном порядке. Старший лейтенант привел оружие в боевую готовность и слегка замешкался. Шестнадцати патронов могло оказаться вполне достаточным для уничтожения вероятного противника. Однако, пару секунд поразмыслив, русский решил на всякий случай взять с собой еще что-нибудь помимо пистолета. На глаза ему попался короткий стальной прут, лежавший на полу впритык к ящикам. Сергей поднял его и только потом направился к двери. Подойдя вплотную, он стал ее тихонько открывать. Убедившись, что грубые мужские голоса действительно исходят из второй хибары, он шмыгнул на платформу.

Над входом в дюралевое строение горела лампочка. Дверь была закрыта. Полундра задавался вопросом, сколько конкретно мужчин устроилось за тонкой стенкой. В том, что именно они убили Аливароса, он нисколько не сомневался. Сергей неслышно скользнул к маленькому окну, стараясь остаться незамеченным. Затем он сел под окошком спиной к стенке и напряг слух, чтобы по голосам определить количество непрошеных гостей. Прямо перед собой боевой пловец увидел резиновую лодку, привязанную к платформе. «На этом надувном матрасе много гоблинов не уместятся», – подумал он. И словно в подтверждение его мыслей в хибаре зазвучали реплики двух человек. Полундра понимал, что третий и четвертый тоже могли быть там, за стенкой, но просто молчали. Однако ждать дальнейшего развития событий он не собирался и решил действовать.

Нащупав небольшой камень, лежавший рядом, Павлов схватил его и швырнул в сторону ангара для лодок. Раздался несколько приглушенный, но вполне различимый грохот. Мужские голоса в хибаре затихли. Кто-то из гостей направился к двери. Сергей быстро передвинулся к дверному проему. Дверь распахнулась, и из постройки вышел рослый чернокожий мужчина в огромных каплевидных солнцезащитных очках. Старлей без каких-либо раздумий ударил того изо всех сил металлическим прутом по коленной чашечке. Недоумевающий негр взвыл от внезапной боли. Вместо того чтобы сразу же искать обидчика, он машинально пригнулся и схватился за колено. Не теряя времени зря, Полундра вскочил с платформы. Тем же оружием пловец огрел верзилу по затылку. Верзила еще больше подался головою вперед, за что поплатился, получив серию ударов ногой в челюсть. Вся это возня заняла не более, чем полминуты, но оказалась весьма результативной: один из убийц Хосе Аливароса потерял сознание, а подводный пистолет Полундры так и не был задействован.

Сергей Павлов спешно обшарил нейтрализованного громилу, надеясь отыскать в его карманах более-менее серьезное оружие. Поиски оказались совершенно напрасными: ни пистолета, ни даже ножа громила при себе не имел. «Наверное, он и уложил Гернику, – подумал Сергей. – Ножичек побрезговал забирать, сука». Предстояло разобраться со вторым гостем, который почему-то затаился в хибаре.

– Эй, ублюдок! Выходи! – крикнул Сергей по-английски и молниеносно переместился к хибаре, где лежал убитый Хосе.

– Поцелуй меня в задницу, гребаный америкашка! – на коверканном английском отвечал второй гость.

По этой реплике Сергей понял, что его приняли за американца. Это его несколько рассмешило и даже раззадорило. Он был полон решимости действовать. Однако оставалось неясно, какое оружие имел при себе противник. Данное обстоятельство сдерживало Полундру от стремительной атаки.

Бездействие грозило затянуться надолго, что весьма беспокоило Сергея: первый гость мог прийти в себя и худо-бедно продолжить сопротивление. Вдруг из дюралевой постройки послышались три различных голоса. «Однако, сюрприз», – сказал себе старлей и крепче обхватил рукоятку пистолета. Неприятели перебросились между собой еще несколькими фразами. Они говорили по-французски. Полундра лишь в общих чертах понял смысл их реплик. Один из говоривших приказывал остальным не прятаться, а немедленно «надраконить задницу вонючему американцу». Русский снова засмеялся.

– Эй, недоноски, – крикнул он бандитам по-английски, – с чего вы взяли, что я американец?

– Мы тебя убьем! – прозвучал грозный, но почему-то нестрашный ответ. Правда, вслед за словами раздался выстрел. Затем еще один. Стреляли явно из пистолета. Сергей мгновенно отшатнулся и сделал пару шагов назад. Не хотелось поймать шальную пулю. Он прижался спиной к стенке и прекратил всякие движения. Прогремели еще два выстрела. Полундра ни шевельнулся.

«Мы его завалили!» – возликовал один из врагов. Двери дюралевой хибары скрипнули. Послышались осторожные шаги. Сергей попятился, спрятался за угол и поднял пистолет, готовясь к стрельбе. Едва в поле его зрения появился негр, русский нажал на курок. Четырьмя одиночными выстрелами в голову противник был сражен и замертво рухнул в воду вместе со своим револьвером. Тут же со стороны дюралевой постройки начался беспорядочный пулевой град. Незнакомцы, напуганные убийственной решимостью белокожего, палили наугад в надежде, что их враг не избежит своей порции свинца.

Полундра свинца ждать не стал. Он упал на платформу и откатился на ее противоположный край. По узкой кромке платформы между хибарой и морем он решил пробраться к противнику с тыла. Мешали темнота и чувство того, что за углом его уже поджидали. Если с первым Сергей сумел совладать, то со вторым ничего поделать не мог. Поэтому, прежде чем выходить, он высунул из-за угла ствол подводного пистолета. Думалось, что так можно будет проверить присутствие неприятелей на данной части платформы.

Старлей вытянул руку вдоль стенки хибары, понемногу подвигая пистолет вперед и вперед. Как только ствол пистолета оказался за гранью угла, Сергей ощутил весьма мощный удар, который пришелся на его оружие. От этого удара оно было отброшено в сторону и плюхнулось в море. Ушлый враг без проволочек принялся стрелять прямо сквозь тонкие стены постройки. Сергей, не давая себя превратить в решето, бросился в воду. Он нырнул под платформу и в кромешном мраке ночного моря поплыл на другую сторону. На поверхности продолжали слышаться выстрелы.

Полундра отлично помнил планировку устричной фермы со всеми ее сопутствующими конструкциями. Благодаря этому он быстро сориентировался под водой и решил податься к тросам с пустыми канистрами. Вынырнул он крайне осторожно как раз между двумя тросами. Дюралевая и деревянная постройки, а также соответствующая часть платформы были видны оттуда очень хорошо. У края платформы все еще продолжал лежать чернокожий молодчик, которого Сергей отключил первым. Два его товарища рыскали рядом. Опасаясь, что их белый враг жив, чернокожие верзилы подняли на платформу лодку.

Наблюдая за действиями противника, старлей пожалел о том, что позволил лишить себя подводного пистолета. В сложившейся ситуации отправляться на его поиски было чрезвычайно опасно. К тому же не имелось никакой гарантии, что пистолет на дне ночного моря вообще найдется. Полундра не отчаивался, считая, что в любом случае отыщет способ справиться с громилами.

Сергей Павлов снова нырнул и поплыл к платформе. Он приметил, где остановился один из громил, и держал курс туда. Доплыв до запланированного места, русский максимально тихо поднял голову над поверхностью воды. Перед лицом Сергея находился чуть более, чем полуметровый, борт платформы. Стоило обратить взор вверх, как сразу же на глаза попадались ноги противника.

Старлей внимательно посмотрел на чернокожего. Медлить было невозможно. Полундра сделал резкий прыжок из воды, схватил врага за ноги и дернул на себя. От неожиданности негр потерял равновесие и повалился. Не разрешая опомниться ему и его подельнику, Сергей со всей силы потащил свою жертву в воду. Оказавшись в воде, русский моментально нырнул под платформу, продолжая тащить за собой неприятеля, ошарашенного необычайной дерзостью. Сверху слышались крики, но не более того. «Неужели у них кончились патроны?» – мелькнула мысль в голове Полундры.

Утащенный под воду негр пытался сопротивляться: орудовал ногами и руками. Однако его упорства к сопротивлению хватило ровно настолько, насколько воздуха оставалось в его легких. Как только верзила стал захлебываться и норовить выбраться на поверхность, Полундра извлек из-за пояса железный прут и принялся потчевать им врага. Удары в большинстве своем приходились на голову и шею. Чернокожий молодчик лихорадочно силился избавиться от убивающего его неизвестного. Все его движения оказались абсолютно безрезультатными: особого вреда они Сергею не причинили, возможности сделать хоть глоток воздуха негру не дали. Громила все еще надеялся спастись, однако его смерть была неизбежной.

Оставив захлебнувшегося противника, Полундра стремительно поплыл к противоположному краю платформы. Он вынырнул за постройками и неспешно направился в сторону эллинга, полагая, что еще один враг туда сунуться не отважился. Сергей практически бесшумно выбрался из воды и поднялся на платформу. У эллинга царила почти полная темнота. Разглядеть в ней Полундру без прибора ночного видения никто бы не смог. Однако темнота ни в коем случае не страховала русского боевого пловца от повторного свинцового града, вероятность которого сбрасывать со счетов было неразумно.

Сергей стоял у эллинга и ожидал, что противник первым выдаст себя. Однако этого не происходило. «Что же ты молчишь, чертов тихарь?!» – с недовольством подумал Полундра. Русский несколько раз негромко свистнул и быстро переместился от эллинга к деревянной хибаре. Послышался шум приближающихся шагов. Враг осторожничал и выходить из-за угла не торопился.

Бездействие с обеих сторон длилось две-три минуты. У Тихаря, как его продолжал называть Павлов, терпение лопнуло первым. Он резво выскочил из хибары, держа наготове огромный нож, подобный тому, что пронзил сердце Герники.

Желтые лучи лампочки скрадывали у темноты ее владения и помогли Полундре лучше рассмотреть своего противника. Тихарь по сравнению с остальными своими подельниками показался не очень высоким. Но при этом он выглядел очень крепким коренастым мужчиной. В его бешеном взгляде читалась готовность разорвать всех и вся в мелкие клочья. Шоколадная кожа Тихаря блестела в электрическом свете. Его наголо бритую голову покрывали мелкие капельки пота. «Без пистолета», – про себя отметил Полундра, остававшийся во мраке. Он опять несколько раз свистнул, но в такой манере, будто приманивал собаку. Сергей, безусловно, не знал, так ли на Гаити подзывают четвероногих друзей человека или для этого существовал какой-то другой способ. Тем не менее ярость реакции неприятеля на свист просто не знала границ.

Негр завопил и набросился на старлея. Резко выбрасывая руку с ножом вперед, он тщетно пытался зацепить Полундру. Боевой пловец ловко отпрыгивал и успевал бить противника железным прутом по руке. Эти удары еще больше злили Тихаря. Но, превозмогая боль, он не отпускал оружие и продолжал драться. Сергей быстро сообразил, что слепая ярость чернокожего являлась отнюдь не сильным, а скорее слабым его свойством. Полундра решил воспользоваться этим и стал нарочито дразнить и без того разъяренного негра. Нужно было во что бы то ни стало лишить недруга ножа.