Текст книги "Душный наемник. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Горбонос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

И вот, после продолжительного полета, показалась она. ТэльМара.

– Эй, капитана и капитана! Тут у нас какой-то странный движ! – Доминго постучал пальцем по монитору внешних камер. И в этот раз пилот выразился крайне точно. Крайне.

Десять линкоров. Идеальное построение. Они зависли точно над колонией ТэльМара.

– Вот как, – Молох оставался спокоен. Это были не враги. Но легче от этого не становилось. – Видимо наши «платиновые» друзья прибыли немного раньше графика. Что ж, значит успеем познакомиться.

Глава 35

Глава 35

– Доки ведь свободны, да, Доминго? – Молох смотрел на замершие в космосе корабли с легкой иронией.

Какой бы силы не был флот, но судно есть судно, пусть и космическое. Нужно обслуживание, пополнение припасов и замена расходников. Нельзя держать весь флот на боевом дежурстве. Это нерационально. Поступающие так союзники или ждут нападения в ближайшее время или не относится к заданию серьезно. И тут… скорее второе.

– Доки свободны, капитана. Просто к нам прилететь большой боль в мой жопа, – тут и со сломанным переводчиком было понятно, что имел ввиду пилот. – Платиновый кукумберы вертеть павлиний хвост перед начальством. Но они забывать, что главное не длина корабль…

Молох весело хмыкнул:

– А умение его пилотировать?

– Нет, капитана. Главное, это длина бабиджон пилот, который уметь его пилотировать!

– Доминго, не надо!

Рида всё поняла раньше Молоха. Но, не успела. Поздно среагировала. Слишком поздно. Уважаемая капитан Морган четко знала две вещи: селедку с молоком мешать нельзя, даже если это синтетический сублимат, а второе, что её пилот сейчас будет жестко выебываться.

Почему?

Потому что есть негласная этика пилотов, которая заключается в том, что не нужно перекрывать кратчайшую траекторию входа в док, если это не связано с боевыми маневрами или ремонтом. Диспетчер не будет вмешиваться, если судно не перерывает вход полностью, а то, что пилоту придется покрутиться, так это его проблемы. Может попросить мудаков, мешающих входу, подвинуться. Но унижаться мало кто хочет, поэтому с матами, но облетают.

Но не Доминго!

Он не стал облетать. Не стал снижать скорость. И уж точно не стал просить. Вялый на всей доступной скорости влетел в группу платиновых наёмников, словно там никого и не было. Ни один линкор не может себе позволить быстрых и резких маневров на грани фола. То, что сейчас выделывал Доминго, было для них недостижимым уровнем. Без столкновений. Без повреждений. Чистое, недосягаемое мастерство и опыт.

– Хе-хе. Космический волк в загоне не удержать…

– … Зато загоны в космическом волке держатся прекрасно. Забыл, что детей везем, придурок? Вызывай диспетчера и сади Вялого, – Рида была зла. Даже Доминго спорить не стал, сразу подключив связь с диспетчерской. – Потом… поговорим, Доминго. Молох, мы можем отойти на пару слов?

– Хорошо.

Морган резко развернулась на каблуках и покинула мостик.

– Начальника, послушай совет. Прижмись спиной к стена, постоянно держи зрительный контакт. Если станет совсем плохо, прикинься дохлый и безостановочно порти воздух. Меня это часто спасать.

– Не переживай. Я знаю, что ты не рисковал бы, не будь уверен в безопасности маневра. Да и Рида, думаю, уже успокоилась.

А Рида нихрена не успокоилась. Молох нашел её в грузовом отсеке, нервно вышагивающую туда-сюда. Только увидев его, девушка остановилась и резко подошла. Так резко, что её начальник инстинктивно вспомнил слова Доминго и сделал шаг к стеночке. Хорошо, хоть воздух портить не начал.

– Капитан Молох! Мы можем поговорить?

– Эм… Да, капитан Морган, можем.

Не спешит. Обдумывает слова… А ведь Рида переживает, и сильно:

– Кэп, извини. Не думала, что вообще до этого дойдет, но Доминго, блин, доказал обратное. Поэтому, я прошу хотя бы тебя придержать своих юмористических хламидий! Там внизу нас ждет встреча с наёмниками платинового ранга. И ладно бы только это, но это Грейвуд.

– Хочешь сказать, что они заносчивые ублюдки, которые не видят берегов, потому что платина? Запахло классической классикой.

Разговор прервался, потому что их слегка тряхнуло. Значит, Доминго посадил корабль. Минута-другая и откроется люк для выхода.

– В том-то и дело, что нет. В их флоте дисциплина железная. Сам факт того, что они расположили так корабли – это не случайность и не желание блеснуть статусом. Они очень опытные наёмники. Грейвуд сами решают, какие стратегии использовать максимально продуктивно. Сами решают, как действовать. И сами решают, кто на что способен. И в этом основная проблема. Грейвуд часто за глаза называют ГрейвВуд, то есть Могильный Лес. Те, кому посчастливилось с ними поработать, или хвалят их без конца, или в раю с апостолами выпивают. Из-за своего подхода к идеальному исполнению миссий, Грейвуд использует союзников максимально эффективно. И если они решат, что мы просто клоуны, а не надежные союзники, то…

– Пушечное мясо?

– Именно. Я понимаю, что тебе, как золотому наёмнику претит слышать о таких вещах, но в этой миссии мы будем сильно зависеть от Грейвуд, а вот они от нас не особо. Можем избежать ненужных проблем, если сами же их не создадим. Извини Молох еще раз, но я должна была тебе это сказать.

Видимо Рида переживала, что молодой капитан взбрыкнёт. В нём взыграет эго. Но Молох только спокойно кивнул и, кажется, согласился с доводами девушки:

– Хорошо. Я тебя услышал и сделал выводы.

– Спасибо, кэп.

Надо же, Морган прямо повеселела. Видимо девушка избавилась от тяжести, что не давала ей покоя.

К этому времени Доминго закончил все свои приготовления и открыл грузовой люк. Теперь можно было спокойно сойти на ТэльМара, а экипажу начать погрузку всего необходимого.

– Я уже отправил Скарлет сообщение и объяснил ей ситуацию с детьми на борту. Наша уважаемая замглавы говорит, что проблем не будет, – Молох говорил задумчиво, да и смотрел куда-то в сторону. – Можно тебя попросить, Рида, встретить её и помочь разместить детей? Я зайду к ним чуть позже.

– Хорошо, как раз прихвачу Габриэля. Нечего сачковать, пусть работает. Да и дети его любят. А как закончим, нужно ребятам освежить экипировку. Они совсем поизносились. Немножко пощипаю склады гильдии. Можешь не переживать. Эм… Молох, ты меня вообще слушаешь?

Ну да, возмущение Риды понятно, едва два капитана спустились по трапу, как Молох развернулся полубоком и смотрел на Вялого. Или под него, было плохо видно. При этом он к Риде стоял почти спиной.

– Говорят лучше честный враг, чем лживый друг. Грош цена союзнику, которому не доверяешь. – Неожиданно громко произнес наёмник. И словно бы это было совсем не к месту, но как знать.

– Молох, все нормально?

– Да, капитан Морган. Пойду, посмотрю, как идет подготовка к миссии. Кто знает, в какой момент наш уважаемый союзник снова решит, что он знает лучше всех. – и снова это было сказано слишком громко. Да и смотрел наёмник не на Риду, а опять куда-то за Вялого.

Морган попыталась рассмотреть, что там такого заметил её шеф. Но она сейчас не носила брони, а значит и сканера под рукой не было, в отличии от ее шефа. Впрочем, раз он сам ничего ей не сказал, то и спрашивать не стоит. Воистину, доверие сложно переоценить.

Тем временем сам Молох уже опускался под землю. Раз они в доках, то первым стоило наведаться к Максу. И этот хитрый лис уже ждал, неподалеку от Тора.

– Слышал, ты вернулся.

– Врут. – спокойно ответил наёмник, отчего его друг заржал в голос.

– Боже, ладно. Я почти закончил. Доделываю твой странный заказ на Квадрате.

– Раз ты так говоришь, получается работы на Торе окончены? Значит, он теперь… может?

Главмех молчал. Но широченная улыбка, появившаяся на его лице, говорила о многом. Теперь этот линкор мог «прыгать» сам, как те жуки, пусть и не так идеально. Да и в целом, корабль выглядел внушительней и как-то… новее. Макс, кажется, успел обновить покрытие внешней брони. Теперь Тор был что называется «с иголочки». Вот только… Вот только усиленная броня впереди делала судно похожим на большой, титановый ч…

– Что это? Почему он стал напоминать бронированный джунджурик?

– Давай лучше назовем его «ледоколом», а? Просто вопрос навигации во время прыжка решить не получилось. Светишь «на глаз» и прыгаешь следом тоже «на глаз». От столкновения с мелкими объектами ты не застрахован, как я и говорил. Пришлось укрепить дополнительной бронёй нос. Оставшееся бронирование, как ты и хотел, всё ушло на Квадрат.

– Понятно. Не в моей ситуации вертеть носом, особенно бронированным. Спасибо, Макс, ты и так сделал больше, чем я мог надеяться. Успеешь с Квадратом закончить до начала миссии?

– Да, не переживай. Лучше навести своего директора. Катарина просила отправить тебя к ней, как только появишься на свой корабль слюни пускать.

– Как будто у неё коммуникатора нет… Ладно, иду. Спасибо, Макс.

Но сразу к директору попасть не получилось. Только Молох покинул подземную стройку Макса, как в промежуточном переходе его ждал Десятый.

– Можем поговорить? – Буркнул он, когда увидел шедшего по коридору наёмника.

– О боже, маньячина пришёл забрать мою невинность! Пришел сорвать мой цветочек сахарный! Спасите, извращенец-вуайерист атакует! – Дабы не шугать своим внешним видом, Десятый нацепил на себя кислородную маску, кепку и натянул очки. Еще бы Молох промолчал при встрече с этим человеком, да еще и в таком виде. Впрочем, разыгрывал сценку он недолго. Да и Десятого пусть и подлечили, но видок у него был далек от идеала. – У вас сегодня день неприятия коммуникаторов? Можно было просто вызвать меня или написать сообщение.

– Карина Лонг, из Совета внешнего регулирования, предложила мне работать с ними, – без обиняков начал Десятый. – Как только закончу лечение. И я думаю согласиться.

– Звучит, как тост! Желаю удачи, счастья и здоровья! Не облизывай холодное, не глотай длинное. Был рад с тобой поговорить. Все-го хо-ро-ше-го.

– Молох… – вот же прилипала. Он не только не ушел, так еще и ближе подошел. А потом наклонился вперед и обнял наёмника единственной уцелевшей рукой. – Спасибо тебе и прости меня.

Повисло неловкое молчание. Десятый продолжал так стоять. Такая трогательная сцена… пока не заговорил Молох:

– Если кто-то увидит, как меня обнимает мужик, то я твой больничный продлю на неопределенный срок. Иди лечить и катись колбаской на работу.

На эти слова Десятый только улыбнулся:

– Спасибо, брат.

– Ага. Спердоливай уже… И удачи, брат.

На этом их разговор закончился. Теперь можно было продолжить путь без отвлекающих факторов.

Идея сделать кабинеты начальства подземными, дала возможность не только повысить безопасность, но и повысить мобильность. До них теперь можно было добраться отдельными лифтами. Удобно, быстро и дорого. Но раз деньги нашлись, то остаются одни плюсы.

– Так. Это что-то новенькое.

У кабинета директора Лонг стояло два «шкафа». Причем, это были не просто «люди спортивного телосложения с бритыми головами», а укомплектованные бойцы в тяжелой, штурмовой броне. Вооружённые какими-то странными палками-посохами, похожими на смесь шокер-дубинки и лазерной винтовки. И зачем только такие неудобные вещи тащить в узкие коридоры подземных офисов? Но самое интересное, небольшая гравировка на броне «Грейвуд».

– Пароль. – коротко буркнул стоявший справа амбал и будто бы между делом положил руку на свою «палку».

– Вот, – Молох протянул свой жетон-удостоверение золотого наёмника. – Пришёл по просьбе директора Лонг. Она меня ждёт.

Этот «охранник» взял золотой жетон как что-то крайне отвратное. Так, кончиками пальцем, максимально пренебрежительно. Удивительно, насколько нужно было постараться отразить эти эмоции, находясь внутри брони, да еще и со шлемом на голове. Но этот охранник молодец. Постарался. И в итоге, покрутив жетон секунд пятнадцать в руке, бросил его на землю, как фантик от конфеты.

– Пароль.

Молох молча отошел. Поднял жетон и спрятал его внутри отделения разгрузки.

– Меня вызвала директор Лонг. Сообщите ей.

Но вместо ответа уже привычное:

– Пароль. – правда в этот раз в проблеске эмоций чувствовалась едва уловимая радость.

– Пароль? – Наёмник подошел вплотную. Какими бы ни были здоровыми эти парни, он все же был выше, да и габариты доспеха ничем не уступал. – Хорошо, сейчас я тебе введу… пароль.

* * *

Как говорится, на мосту стояло трое… то есть в кабинете сидело трое. Катарина Лонг и Себастьян Фокс. А третьим был какой-то мужчина. Среднего роста, черные волосы, слегка тронутые сединой и достаточно фактурное лицо. А еще открытая, располагающая улыбка. Этот человек принимал активное участие в обсуждениях, был мил и красноречив.

– Мы возьмём ваш план, Ганс, за основу. Он простой, но в тоже время логичный и не перегруженный. По-своему элегантный.

– Данкэ, гер Фокс. Я немедленно приступлю к подготовке.

– И все же, я бы не спешила, пока не прибудет второй капитан, участвующий в будущей осаде Русалки. Возможно, Молоху будет, что добавить, – в отличии от Фокса, Катарина была куда мрачнее и задумчивей. – Не спешите, господин Грейвуд.

– Не переживайте, фройляйн Лонг, – мужчина снова мило улыбнулся. Его действия, мимика и движения, все было живым и текучим. – Если будут возражения, то я к ним обязательно…

В этот момент прозвучал звук оглушительного удара. Верхняя часть усиленной двери изогнулась, приобретая черты шлема парней из личной охраны Ганса Грейвуда.

– … Прислушаюсь.

Дверь приоткрылась. На мгновенье, в проеме показался один из тех самых личных охранников, правда в приплюснутом шлеме, и с личным оружием, закрученным на его шее. Говорят, что уникальные лазерные посохи, которые использует элита Грейвуд, не сломать и не разбить. Они невероятно крепкие… были крепкие.

– Возражения, – на шлем охранника опустился розовый, бронированный ботинок. – Они таки есть у меня!

Глава 36

Глава 36

– Здрасте! – Молох переступил через лежавшего на земле бойца Грейвуд и занял свободное место за столом. – Меня попросили поучаствовать в собрании. Я пришёл, а связи нет. Тю. Глушилки, да? Вот я так и подумал. И решил по старенькому, в дверку тихонько постучать. Очень благодарен, что вы для этого оставили у входа два дверных молоточка. Крайне удобно лежат в руке.

Катарина Лонг посмотрела на отпечаток шлема бедного охранника, оставшийся на двери, и попыталась скрыть улыбку. А вот кто смеялся открыто, так это, что удивительно, был сам Ганс Грейвуд:

– Охо-хо, майн гер, а вы знаете, как входить красиво.

Смех? Именно так. Вместо злобы, вместо агрессии и криков… смех. Так отреагировал капитан платиновых наёмников Ганс Грейвуд. И это настораживало ещё больше.

– Как говорят знающие люди: «главное не красиво войти, а вовремя выйти». А мне бы и вовсе не пришлось шуметь, если бы дверные молоточки не стали требовать странные вещи. Стоп-слово, кажется. И даже объяснения слушать не стали. Просто просили ещё. Аха-ха-ха. Такие шалуны. Я так подозреваю, вы скажете, что произошла какая-то накладочка, да? – Теперь уже Молох смеялся. Смеялся настолько неестественно и неискренне, что все понимали, что он знает, что они знают, что он знает…

Но Ганс Грейвуд не выглядел растерянным:

– Да нет, что вы! Я специально их там поставил, опираясь на «Дополнение к уставу Свободной гильдии» пункт 5, часть 1. Согласно этому пункту, для обеспечения безопасности допускается ограничение перемещения по зданию гильдии и арендуемым гильдией помещениям и выставление охраны из членов гильдии. Ох, это что, получается вы сейчас нарушили устав гильдии? Охо-хо, молодые и зеленые капитаны часто забывают о порядке. – Глаза вроде бы улыбаются, но на самом деле прожигают насквозь. Вот такой он, глава Грейвуд.

– Ну что вы. Как можно забыть «О дополнении к уставу Свободной гильдии»? Особенно пункте 5 части 1. Ведь там как раз есть расширение 1.3, которое гласит, что наемники золотого и выше рангов не должны иметь препятствий для встречи с руководящим составом гильдии, вне зависимости от обстоятельств. А я как раз свой знак «золотого» наёмника не забыл предъявить. – Молох скопировал стиль и интонации Ганса Грейвуда. – Получается, на посту стояли некомпетентные люди, не знакомые с правилами и нарушившие устав? Вот же, бывает же такое. А…ха… ха.

В этот момент оба директора переглянулись, но промолчали. Не вмешивались. Кажется, им тоже было интересно, чем закончится этот напряженный ненапряженный разговор.

– Нужно назначить соответствующие штрафные меры, поскольку факт нарушения части 1.3, пункта 5го дополнения к кодексу на лицо, – эти слова могли быть сказаны Молохом. Но кто ждал, что их произнесёт Ганс Грейвуд? А это был он. Сам признал свою вину, даже ни секунды не сомневался. – Вы абсолютно правы, коллега. Приношу свои извинения.

Признал вину и принес извинения. Непонятно, насколько это было искренне, но удивительным было то, что фальши в его голосе совсем не чувствовалось. И словно этого было мало, он еще и добавил:

– Приятно знать, что среди нового поколения гильдии есть люди, которые умеют не только жать курок и срать ракетами. Никто не читает документацию, не изучает правила и основы.

– Пункт 8.3… – произнес Молох скучающим голосом.

– Простите?

– Вы еще нарушили пункт 8.3 «О построении корабельного звена». И пункт 9.1 «О размещении судов на территории доков». И пункт 2.17 «О ношении оружия в здании гильдии, не соответствующего перечню разрешенного вооружения», и…

Звучных хлопок ладоней прервал перечисления наёмника. Капитан Грейвуд поднял руки вверх и снова улыбнулся:

– Сдаюсь-сдаюсь, майн-гер. Вы оказались еще более ду… въедливым, чем я. Такое со мной впервые. Искренне восхищен.

– Господа, может вы закончите проверять у кого кодекс длиннее, и мы перейдем к делу? – Госпожа Лонг, как более закаленная общением с Молохом, пришла в себя первой и попыталась разорвать этот бесконечный цикл маниакального цитирования законов гильдии. – Молох, ты хотел внести свои возмущения, то есть возражения? Слушаем. Что тебя не устраивает в плане капитана Грейвуда?

– Меня не устраивает то, что я его не слышал.

– Э… логично. Хорошо. Тогда я повторю его для тебя…

* * *

Огромный флот вошёл в перевалочную систему. Десяток линкоров в строгом построении двигались к следующим вратам. Следом в систему запрыгнул еще один старый линкор в сопровождении эсминца. Тоже немалая сила, но на фоне армады перед ними – ничтожная.

Обе группы двигались к единственной цели – разгонным вратам. Вратам в систему Плачущей Русалки.

Катарина Лонг говорила уверенно. Они обсуждали это не первый раз:

– Наш план прост. Входим с систему Плачущей Русалки. Господин Грейвуд блокирует врата перехода и проводит осмотр транспортников. Мы уже согласовали этот вопрос с Советом внешнего регулирования и получили соответствующие полномочия. В то же время проводится патрулирование системы на предмет скрытого проникновения или возможной контрабанды. Мы рассчитываем на твою помощь в этом вопросе, Молох, потому что твоя группа наиболее маневренная и быстрая. Часть флота Грейвуда так же займется патрулированием и подстрахует тебя. На этом всё. Это мероприятие не одного дня. Мы планируем продержать систему в закрытом режиме минимум месяц. Госпожа Штерн, вместе с Ишей Наир, провели исследования биожидкости, используемой кораблями НоваГен. Она циркулирует не только внутри закрытых капсул с мозгом человека, но и в некоторых модулях корабля. Из-за этого вещество требуется постоянно пополнять и проводить обогащение.

Корабли приблизились к вратам Русалки. Флот разделился. Часть выстроилась для прыжка в систему, другие продолжили сближение. Обычная мера для блокировки врат. Попытайся кто «проскочить» и корабли успеют заблокировать ему путь. Теперь войти в систему Русалки с внешних врат было невозможно.

А сами разгонные врата начали накапливать заряд для отправки первого корабля в Плачущую Русалку.

– Мы перекроем им воздух. Закроем кормушку. И тогда нам не потребуется искать НоваГен, – младший Фокс заговорил, едва замолчала Катарина. – Они сами прилетят к нам. Объединённые группы наёмников, золотого и платинового рангов, смогут подавить флот любой корпорации, какой бы крупной она не была. Так что или они придут к нам или зачахнут без главного расходника. В любом случае, это станет достойным ответом на их агрессию в сторону Свободной гильдии. Ваши флота будут полностью переведены на снабжение гильдией на время выполнения задания, а команды получат ежедневные выплаты за каждые сутки осады и премию в конце. Вот такой наш план. Просто, но эффективно.

Себастьян замолчал. А Молоху даже времени на обдумывание не понадобилось:

– Просто и… просто. Когда в плане нет изюминки – это план без изюминки.

– Извините, но я не согласен. Простой план – это надежный план, – капитан говорил без злобы. Кажется, увидев «кто есть кто» и оценив Молоха, он успокоился. И сейчас это было рабочее обсуждение, без эмоций. – Если нечему ломаться, то и не сломается ничего.

– Но, есть нюанс! Мы ведь говорим о враге. Он будет искать пути решения этой проблемы. А у простого плана… простое решение.

– Не переживайте, майн гер. Найти и осуществить – это разные вещи. Грейвуд слишком большая сила, чтобы пострадать от одной неучтенной переменной. Наш флот всегда сможет объединить усилия и подавить любого врага. Вам не о чем беспокоиться.

Врата заработали, отправляя первый корабль в систему. Это был флагман Грейвуд. Самый бронированный и вооруженный, он мог продержаться достаточно в случае засады. Следующий линкор только готовился к переходу, а врата уже успели накопить энергию. Слишком быстро для стандартного прыжка, но кто на такие вещи вообще обращает внимания. Готовы, значит вперед.

И арка врат, как и всё вокруг них, утонуло во всплеске белого огня и света. Детонация. Врата вспыхнули, разрушая всё, до чего могли дотянуться. Корабль, что готовился к прыжку… Группа, блокировавшая внешний вход в систему. Всё было поглощено единой разрушительной волной, что превышала все возможные и невозможные мощности. Никакие врата не способны накопить такой заряд и ударить им с такой силой… если только им не помогли с этим… «Неучтенная переменная» все же оказала влияние.

Когда враг превосходит тебя числом – уменьши его количество и всё. У простого плана порой может быть слишком простое решение. Враг так и поступил.

– Пом…ги…е! Н…с…акуют! Помо…е! Против…ик уже в си…теме!

Связь молчала. Это сообщение едва пробилось. Голос. Это был Себастьян Фокс. Он просил Ганса Грейвуда пустить его на борт. Хотел своими глазами увидеть, что творится в системе Плачущей Русалки. Учитывая статус этого человека, неудивительно, что его личный коммуникатор смог пробиться там, где спасовала корабельная связь.

– Господа, охреневшие и офигевшие, хватит беспорядочно рыскать! – В этот раз это был голос Молоха. Его группу подключили к внутренней связи флота Грейвуд. И пусть внешняя связь не работала, но внутри системы все оставшиеся корабли наёмников могли переговариваться свободно. – Не стойте на траектории моего хода. Я передам координаты планируемого перемещения, освободите путь.

– Капитан Молох, – судя по голосу, это был один из капитанов Грейвуда. – Вы передали нам координаты Плачущей Русалки. Но врата уничтожены. На каком ещё «вашем пути» мы можем стоять?

– Да вот на этом! – Неожиданно двигатели Тора сменили «цвет». Остаточный след из ярко-красного стал синевато-зеленым. – Чисто! А раз чисто… НУ, ПОПЁР БОБЁР!

Оставшиеся капитаны не могли поверить своим глазам. Сканеры их кораблей четко показывались, как шедшее позади судно стало набирать скорость, а потом резко ушло в отрыв, исчезая со звездной карты этой системы. Этот корабль совершил прыжок без разгонных врат.

Тем временем, с другой стороны врат ситуация была, скажем прямо, не «лакшери». Флагман Грейвуд, с его главой и одним из директоров, был зажат при входе в систему. Он влетел туда и носом уткнулся во вражеский флот. Флот, которому было глубоко плевать на свои потери. Эти мелкие корабли НоваГен были так близко к выходу из врат, что влетевшее судно протаранило не меньше полудюжины кораблей. Учитывая разницу в габаритах, то этот маневр целиком и полностью ушел в счет Грейвуд. Но мимолетный успех обернулся огромной бедой.

Флот врага рисковал не просто так. Шесть мелких кораблей – это ничто в сравнении с возможностью ударить по врагу из самого эффективного оружия всем флотом.

Алые лучи лазеров уткнулись в щит корабля. Из-за количества стрелявших по судну противников, казалось, что сам щит сменил цвет на кровавый. Но в этой ситуации самым пугающим было не это, а то с какой скоростью щиты линкора таяли под давлением этих, казалось бы, незначительных орудий.

– Мы стремительно теряем энергию! Огонь из всех орудий, кроме главного калибра!

Вспышки лазеров. Залпы ракет. Совокупный ответный удар выглядел внушительно. Словно зарождение смертельной волны, способной стереть врага в порошок. Но! Даже самый сильный удар бесполезен, когда не можешь им попасть. Даже малые лазеры были малоэффективны против невероятно маневренного врага. Казалось, кораблями противника управляет ИИ, настолько невероятными и четкими были действия этих пилотов. Те редкие попадания по ним были скорее статистической погрешностью, чем нормой. Ракеты могли решить проблему, но Грейвуд колебался. Враг слишком близко. Пока щит держится, нет смысла рисковать и детонировать их у самого носа, тем самым собственноручно ослабляя свою защиту. А потом стало уже слишком поздно. Энергия уходила настолько стремительно, что не оставляла уже вообще никаких окон для маневра, кроме глухой защиты.

– Всё плохо, капитан? – Удивительно, что Себастьян Фокс в такой ситуации оставался спокоен. – Или есть варианты?

– Майн гер, я бы хотел вас порадовать, но нечем. Они как стая пираний, рвущая зубами аллигатора. Нам остается только ждать подмоги, но связи нет. Глушилки настолько мощные, что мы не можем подключиться к системе врат и прыгнуть назад. Придется держаться до последнего.

– Но разве подмога не должна была уже прибыть?

– Должна…

Каждый знал ответ. Это была продуманная ловушка, в которой такие очевидные вещи, как подмога, купированы на корню. Иначе просто не могло быть, иначе ловушка не имела бы смысла.

– Капитан, – хмурого Ганса Грейвуда окликнул пилот. – Мы фиксируем приближающуюся к нам дружественную цель!

– Гуд, они все же смогли решить вопрос с вратами!

– Эм… капитан. Цель приближается не через врата.

Внешние камеры были сейчас бесполезны. А вот сканеры, наоборот, давали полную картину. Зеленый маркер приближался не по маршруту врат. Словно появился из неоткуда. Просто материализовался из тьмы космоса. Системы безопасности забили тревогу. Безостановочно посыпались одни и те же отчеты:

«Внимание! Опасность столкновения!»

А потом, перед самым носом, вылетела огромная туша линкора, своими габаритами нисколько не уступающая флагману Грейвуд. Это было воистину яркое появление, потому как прилетевший корабль перемолол всю «мелочь», которой «посчастливилось» оказаться на его пути.

– Какое жалкое зрелище, – по внутренней связи прозвучал знакомый голос, искаженный кислородной маской. – А ведь такой хороший план был. Такой простой и… ну… простой. М-м-м… Просчитались, но где?

– Майн гер, капитан Молох, давайте отложим. Мы нуждаемся в помощи.

– Которую я уже оказываю, господин Грейвуд.

Странное утверждение, учитывая, что вылетевший из мрака космоса Тор не открыл огня ни по одному из кораблей врага. Раздавленные не в счет. Всё, что он делал – это наращивал мощность щитов. Они были так разогнаны, что начинали проявляться визуально. И будто бы этого было мало, так линкор еще и подлетел настолько близко к флагману, что их борта едва ли не соприкасались.

– Капитан Грейвуд. Переключите все мощности на поддержку щитов.

– Гер Молох, энергия стремительно убывает. Если мы сделаем, как вы просите, то потеря мощности только ускорится. Мы ничего не выиграем, усилив щиты.

– Капитан… Энергию на щиты… Поговорим, если останемся живы. Делайте, как я прошу. А сейчас… Сейчас пришло время «изюминки».

– План простой, но надежный. Вам не о чем беспокоиться.

– Давайте так, я не стану менять план. Просто добавлю одну изюминку. Для страховочки. Если все пройдет нормально, вы даже не заметите изменений. Согласны?

– Ох, дорогой капитан, – Грейвуд опять мило улыбнулся. – Раз это не помешает нам, то ничего не имею против.

– ИЗЮМИНКА, ТВОЮ МАТЬ!!! ДАВАЙ УЖЕ!

Редкое зрелище. Молох кричал так, что динамики маски коротило.

– Я почти на месте, – прозвучал по внутренней связи недовольный голос. – Немного терпения. Выхожу на оптимал.

В отдалении от основного хаоса боя чернота космоса пошла рябью. Нарушая монотонность тьмы, из маскировки вышел красивый корабль.

– Отбросьте страх и смело смотрите в будущее, ибо я, капитан Эхенлихт с вами. Наша победа будет быстрой и…

– ДА, БЛЯТЬ, СТРЕЛЯЙ!

– Не порти мой момент триумфа, неотесанный варвар, – капитан Золотой Валькирии был непоколебим. – Тем более, я уже выстрелил. Так вот. Услышьте меня и возрадуйтесь…

Золотая Валькирия не открывала огонь из орудий. Вместо этого, она запустила усиленные торпеды. То, чего никогда не держала на борту и не использовала, если бы не Молох, который требовал этого для особой миссии. Медленные и неповоротливые, они не могли даже нормально маневрировать. Но им и не нужно, ведь в такую цель, как линкор, сложно не попасть.

– … Здесь и сейчас создается история. Здесь и сейчас мы ступаем на путь победы…

Маневр Молоха был не случайностью. Сближение – это не просчет. Тор стал так, чтобы оказаться между Золотой Валькирией и флагманом Грейвуд. Прикрыть его ослабевшую защиту собой.

Щиты сияли от переполнявшей их энергии.

– … Мы побеждаем! А наши враги превращаются… В ПЕПЕЛ!

Не достигнув цели, торпеды детонировали принудительно. Деструктивная энергия, освободившаяся при этом, была несравнимо сильнее любых ракет, коими мог ударить по противнику Грейвуд. Слова графа в этот раз не были красивой метафорой. От противника действительно ничего не осталось. Лишь пепел.

И тихий голос Молоха произнес:

– Ты ведь специально нёс эту ахинею, потому что я связь отключить не мог?

– Именно! Мне прекратить?

– Ни в коем случае!