Текст книги "Друид, Гарри и не канон (СИ)"

Автор книги: Сергей Голдерин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

Глава 27

Глава 27.

На темном небе, в лучах яркой полной луны, из перистых облаков стремительно вылетела богато украшенная карета. Вели этот необычной транспорт шестерка белокрылых коней, если мне память не изменяет, пегасы. Удивительные по красоте животные, а судя по мои ощущениям, переполненные светом. Наверное, только единороги с ними могут поспорить в яркости ауры.

Карета сделал круг почета, чтобы все желающее успели насладиться грацией пегасов, а после бесшумно приземлилась в отведенном месте. Мерный цокот копыт нарушил гробовую тишину. Все затаив дыхание, наблюдали за переливами лунного света на крыльях чудных созданий.

Вот только, всю идиллию нарушил Хагрид. То ли он действительно, так обрадовался, то ли отыгрывает роль туповатого идиота. Он чуть ли не бегом бросился к карете, в которой уже открывалась дверь, но увидев радостного здоровяка, приостановилась. Возможно, они подумали, что это лакей и он откроет дамам дверь. Десть раз, ха! Полувеликан ломанулся тискать коняшек.

Мне очень хотелось приложить руку к лицу, во всемирно известном жесте, но меня опередил Дамблдор. Впрочем, он просто потер переносицу. А, нет, все же я смачно приложился ладонью, когда Хагрид воскликнул.

– Гарри, смотри, какие зверушки красивые!

Конфуз разрулил директор, степенно подойдя и открыв дверь кареты. При этом, так зыркнул на лесничего, что тот будто сдулся. Альбус подал руку, на свет показалась высокая женщина средних лет, хотя, какая она высокая? По меркам великанов очень даже миниатюрная. Она, наверное, лишь на четверть человек. По крайней мере наш Хагрид был ниже нее на целую голову.

В магическом плане великанша была очень сильной магессой. Примерно 2/3 от Дамблдора. Неописуемой красотой не обладала, всё-таки великаны никогда не славились этой чертой. Хотя стоит отдать ей должное, со своим немаленьким ростом, она была очень грациозна, и я бы даже сказал женственна.

Увидев высокую девушку Хагрид выпал в астрал. Теперь он точно не дурачился, он реально бессовестно пялился на мадам Максим, успел узнать имя заранее, с отвисшей челюстью.

Ну ё моё, позорище великовозрастное, а может он девственник? Надо спасать ситуацию.

Я отделился от основной массы учеников и направился к карете, попутно сильно наступил великану на ногу. Вреда никакого, но хоть отмер.

– Возьми себя в руки уже. – Прошипел я в этот момент.

Самое удивительное, Дамблдор наблюдавший за этим, еле заметно благодарно кивнул. Видимо, не он один испытал испанский стыд.

– Разрешите подать вам руку. – Чуть склонив голову, сказал я стоя у борта кареты, как и предполагает этикет.

В мою вытянутую руку легла тонкая девичья кисть, облаченная в высокие шелковые перчатки небесно-голубого цвета. Ее обладательницей была высокая белокурая девушка с мягкими чертами лица, легким румянцем и озорной искринкой в зеленных глазах. Чуть задержав взгляд, я быстро справился с собой, сбрасывая наваждение. Природное обаяние полувейлы сильно бьет по молодым мозгам.

Старшекурсники сориентировались в мгновение ока. Действительно, было бы глупо если бы директор и один студент подали руки дамам, а остальные вышли самостоятельно. Поэтому, те выстроились в подобие очереди и помогали гостям покинуть транспорт. Таким образом, каждая девушка обзавелась парой, и мы стройной процессией прошли к основной массе учеников. Нам еще Думстранг встречать.

Кстати, тем парням, что не хватило девушки, чуть ли не устроили драку с последними везунчиками. Но все быстро улеглось. Девушки наоборот млели от внимания и похихикивали над ухажерами. Парни не отставали, вздернув нос до небес, от гордости. Долго гордиться не выйдет, наши девчонки одарили всех участников такими многообещающими взглядами, что настроение быстро спустилось на землю. Мне особенно не понравился взгляд Гермионы, чую предстоит неловкий разговор.

Буквально через пару минут вода в реке Хогвартса вспучилась гигантским пузырем, исторгнув из себя древний парусный корабль. На борту можно было увидеть штандарты школы Дурмстранг. Если первые наши гости вызывали впечатление легкости облаков, то европейцы неприступность скал.

Корабль будто сошел со страниц романов о пиратах. Именно так, я представлял себе Месть Королевы Анны, знаменитый корабль Черной Бороды. Еще в прошлом мире я грезил морем в молодости, но не сложилось. Трап с корабля ударил о причал, выбивая каменную крошку, и у его начала встал крепкий мужчина в черном плаще и широкополой шляпе.

Мужчина – Игорь Каркаров, директор школы Дурмстранг первым сошел по трапу на берег. За ним, чеканя шаг и отбивая посохами, ступили на землю ученики его школы. В первых рядах я заметил крепкого парня, что в магическом зрении светился ярче всех. Сам он был коренаст и суров взглядом, хотя душой чист. Ростом он был почти с меня, но я, все же, повыше буду.

Забавный факт. Из Шармбатона прибыли одни лишь девушки, в то время как Дурмстранг прислал лишь парней.

Тут наш директор тождественно поприветствовал новоприбывших, справился о их дороге и настроение, а потом пригласил всех в обеденный зал для пира. На сегодня мероприятий никаких не намечено. Гостей накормят, взрослые втихаря выпьют, распределят по комнатам, а уже завтра начнутся основные брожения.

Сегодня мало кто уснет, все будут перемалывать косточки иностранцам и делиться впечатлениями. Тоже касается и прибывших, хотя я могу ошибаться. Все же они прибыли не континентальным телепортам и каминной сетью, а потратили не мало времени преодолевая огромное расстояние на своем транспорте.

Пир был интересный. Не в последнюю очередь из-за переполняющих детей радостных эмоций. Сама атмосфера располагала к веселью. Особенно меня умилили попытки Хагрида примазаться к мадам Максим, та его динамила не оставляя никаких шансов на реабилитацию. Видимо сильно ее задело, что он в первую встречу предпочел вместо нее, зверушек.

Если мужская часть всех факультетов и курсов прикипела взглядами к обворожительным полувейлам, то вся женская часть нашей школы облизывали глазами парней из Дурмстранга. К слову, там было на что посмотреть. Все красавцы, как на подбор. Спортивные, высокие с правильными чертами лица, ярко контрастировали с несуразными англичанами. А если учесть вырождение аристократии Англии и близкородственные связи, то и вовсе мрак.

Несмотря на общей галдёж, обрывки фраз можно было разобрать не особо напрягаясь. Те, кто плохо воспитан, а это практически все Уизли, похабно обсуждали девушек из Шармбатона. За них всех краснел Томас и пытался успокоить. В процессе у него активно менялся цвет волос с рыжего на все цвета радуги. Не замечал раньше за ним такого.

Девушки нашей школы активно сравнивали меня и некого Виктора Крама. В своем мнении они разделились на два лагеря, тех кто остался верен мне и тех, кто переметнулся к новому идолу школы. Не то, чтобы я был сердцеедом, вот только, я по факту был самый спортивный и высокий во всей школе.

За всем этим переполохом, как-то не сразу заметил дующуюся, как мышь на крупу, Гермиону. Та демонстративно меня игнорировала и делал вид будто интересуется парнями из Дурмстранга. Причем изредка косилась на меня, наблюдая заметил ли я ее интерес. Ребёнок, ей богу. Еще больше ее бесило не прикрытое внимание полувейл ко мне. Те, конечно, не пялились в открытую, но каждая нет-нет, да бросит заинтересованный взгляд. Меня такое внимание немного нервировало, ибо их взгляды срисовали Дурмстранговцы, и заочно записали во враги.

Как только этот балаган закончиться, вызову Тоби и свалю на остров.

Все когда-то заканчивается, закончился и этот званый ужин. Гостей, как и было сказано, разместили по комнатам. Факультеты разогнали по своим апартаментам. Я в это время помогал Тому угомонить детей с младших курсов. К отбою мы были с ним выжаты, как лимоны.

– Будешь? – протянул Уизли маленькую серебристую фляжку.

– Алкоголь? – Приподнял я бровь.

– Виски. Сам делал. – Устало, но не без гордости сказал Томас, развалившись на диване.

– А, давай. – Согласился я, делая смелый глоток горячительного напитка. – Весьма недурно.

– О, у нашего Героя есть опыт в дегустации благородных напитков?

– Не сказать, что очень большой, но пробовать доводилось. – Отмахнулся, не рассказывать же ему, что в прошлой жизни я пару вагонов самогона выпил.

– Слушай, Том, а почему у тебя волосы цвет меняли в столовой? – Вспомнил я недавний инцидент.

– Кхем, ну, просто я метоморф. Когда, сильно волнуюсь волосы сами собой перекрашиваются. Обычно этим страдают дети. Которые не могут контролировать себя. – Смущенно почесал голову староста.

– Что-то я не слышал, что в семье Уизли были метаморфы. – Попытался вспомнить я про обозначенных, ведь не так давно наводил по ним справки.

– Тут, как бы… – Замялся Том. – Я им не родной. – Все же решился парень.

– М? А, разве в Англии принято усыновлять детей? – Что-то раньше я об этом не слышал, все слишком пекутся за чистоту крови, тем более чистокровные.

– Не знаю. Я до пяти лет жил в приюте. Мой отец маг, кто-то из благородных, мать – магл. Отца я никогда не видел, мама умерла, когда мне было четыре. Год провел в приюте, потом пришли мама Молли и Джон Уизли, они меня усыновили. Ты не подумай, они хорошие люди. Семья веселая, конечно, не без тараканов, но все же. – Тут же начал оправдываться Томас.

– Я и не думал. – Пожал плечами. – Просто, ты не похож на остальных. – Чуть подумав, добавил. – Характером.

– Это да. В отличие от родных детей меня не баловали. – Чуть замялся парень. – На мне был уход за младшими и хозяйство. Даже в школе приходится прикрывать постоянно.

– И зачем ты это терпишь? Послал бы всех, тем более тебе скоро восемнадцать.

– Говорю же, они хорошие. Что плохого в том, чтобы помогать семье и младшим братьям, и сестрам?

– Ничего, Том. Просто, они на тебе ездят, как на ломовой лошади. Я бы, так не смог. – Встал я с дивана, намереваясь позвать Тоби.

– Да что ты можешь знать?! – Немного сорвался парень.

– Я ничего не знаю, Томас. Меня всего лишь избивали до полусмерти и морили голодом, что я могу знать? – Психанул уже я, или Гарри? – Ладно, до завтра. День тяжёлый был.

– Гарри, подожди! Я не хо…

Глава 28

Глава 28.

Мда, с Томасом не хорошо получилось. Наверное, не стоило так резко с ним обходиться. По сути я или Гарри сорвался только из-за того, что подсознательно завидовал ему. Он сказал, что Уизли хорошие люди, даже помощь их родным детям и домашние заботы, сваленные на него, не изменило его к ним отношение. Гарри завидовал ему, потому, что они оба сироты, но у кого-то была семья, а у кого-то садисты. Будь тетя Петунья, дядя Вернон и их сын более сдержанными или хотя бы не били его, возможно он и смирился с наличием такой семьи. Но, постоянные унижения, побои и рабский труд не оставили светлых эмоций о тех людях.

– Да и чего я взъелся на этого Тома? – Ударил я себя по щекам.

Всё-таки Томас хороший парень. Он, несмотря ни на что, любит свою приемную семью. Хотя это действительно сложно, судя по остальным Уизлям. Тьфу, даже фамилия противная.

Если откинуть эмоции и рассуждать трезво, то вполне логично зачем усыновили парня. Уизли предатели крови. На их роду проклятье, из-за чего их род вырождается. Да, плодятся они со страшной скоростью, но вот с каждым поколением всё больше и больше деградируют. Их магия слабеет, а умственные способности оставляют желать лучшего. Глядишь через три-четыре поколения, Род Уизли будет представлять из себя кучу сквибов-имбецилов. (Сквиб – Человек, у которого хотя бы один из родителей является волшебником, но который сам не имеет магических способностей)

Томаса взяли в семью не в последнюю очередь из-за таланта в метаморфизме. Давно доказанный факт, что метаморфы часто перенимают черты своих родителей, даже если изначально не были на них сильно похожи. Так и тут, Уизли хотели принести в род свежую кровь, пока совсем не канали в лету. Не совсем понятно, как они решат проблему с кровью, ведь ни наследовать, ни претендовать на роль лорда ни Том, ни его потомки не могут. Максимум это магическая клятва принятия в побочную ветвь. В общем. Это не мое дело. Пусть сами разбираются.

Утром студенты встретили меня помятыми лицами с кругами под глазами. Как я и предполагал, никто ночью уснуть не смог. Гости же за завтраком выглядели наоборот свежими и отдохнувшими. Правда, ни Вейлы ни Дурмстранговцы к завтраку не притронулись. Из всех предложенных блюд, только пресные булочки не были приправлены зельями.

Я не знаю, что Дамблдор напихал в блюда, но не думаю, что что-то опасное. Другой вопрос, зачем? Он так хочет поссориться с Шармбатоном и Дурмстрангом? Видимо свое фи ему высказали Каркаров и мадам Максим, потому как после небрежного взмаха Альбуса, блюда сменились на нормальные.

Судя по поведению директора Хогвартса он не в грош не ставит своих коллег из других стран. Ну понятно, старичок зазвездился. С таким количеством регалий не мудрено потерять связь с миром. Тем более директриса Шармбатона по сути управляет интернатом для магических меньшинств, еще 100 лет назад их за разумных не считали. Игорь Каркаров вообще бывший Пожиратель, так что не с его репутацией раскачивать лодку. Так и получается, что таким жестом Альбус указал им на их место. Не красиво и очень уж грубо играет.

Больше всего меня раздражает в Дамблдора, что он играет роль некоего защитника магических рас, а сам является ярым расистом. Не удивлюсь, если во Второй Мировой идея Концентрационных лагерей пришла именно ему, но он отказался от нее, ибо образ Светлого Волшебника тогда не получился бы.

После завтрака ученики разбрелись на занятия. Студенты из Дурмстранга посещали занятия с нами, а вот Вейлы отказались. Мадам Максим вызвалась сама обучать своих студентов, попросила лишь выделить комнату для занятий.

Многим может показаться, что их поведение слишком высокомерно или они обиделись из-за зелий в еде, но все намного проще.

– Гарри, а почему Шармботом с нами не пошли на занятия? – Спросила меня Гермиона во время перерыва.

– Полувейлы относятся к магическим расам. Их аура помимо их воли влияет на психику людей, даже если они себя контролируют. Находясь постоянно в их компании, куча магов подростков в пубертатном периоде в конце концов слетит с катушек. – Сказал я, доставая пирожок с ливером из платка-самобранки для девушки.

– Неужели все так плохо? – Не поверила мне Герми.

– Очень. Вейлы живут обособленно. Редко выходят в свет и еще реже контактируют с мужчинами. По крайней мере добровольно. Если верить слухам, мужчины их сами навещают, за хорошую плату, но об этом тебе еще рано знать. Так вот, проведя несколько дней в тесном пространстве в компании Вейлы, даже самый терпеливый пуританин слетит с нарезки и разложит бедную девочку на месте. А ты говоришь про кучу подростков с переходным возрастом.

– Какой ужас! – Приложила ладони к щекам Грейнджер.

– Не то слово. Природа такая у них. Но ты не подумай, они не такие уж и безобидные. Если не одурманивать их зельями, в моменты стресса они могут перекинуться в свою вторую ипостась и разорвать обидчика на куски. Ты же помнишь из курса по магическим расам кем являются Вейлы?

– Да. Они превращаются в опасных монстров, поэтому живут в резервации. Но. Разве это относится к полувейлам?

– Да, никто не знает, когда полувейлы могут перекинуться в птиц. Вот жила она, допустим, двадцать лет, была обычной девушкой, да обаятельной и притягательной, но обычной. И вдруг бац, кто-то наступил ей на подол любимого платья, та впадает в истерику, потом в безумство, перекидывается в гарпию и четвертует нахала на глазах испуганной публики. После чего кидается на остальных. До прибытия Авроров, монстр убивает минимум еще три человека, а после убивают ее. – Рассказал я Гермионе один из примеров. Такое уже случалось в девятнадцатом веке, на приеме у одного графа, который влюбился в квартерона вейлы и скрыл этот факт.

Дурмстранговцы вели себя очень собрано и по-военному строго. Эта черта мне даже понравилось в них. Никакого лишнего шума, разговоры только по делу, лекции аккуратно записаны всеми. Возможно это излишне милитаристски, ведь парни все детство провели, как в армии. По сути у них детства и не было.

Зря я жалел парней. На практике по защите от темных искусств, во всех тренировочных поединках победил Дурмстранг с разгромным преимуществом. Всё-таки есть что-то в таком подходе к обучению. Ну, тут еще можно списать на слабую программу Хога.

– Следующий, Гарри Поттер. – Объявили меня.

– Его противник Виктор Крам.

– Профессор! Но Гарри всего четырнадцать! – Возмутилась Гермиона.

К слову, занятия проходили объединено со старшими курсами и гостями. Этакая презентация самой школы. Так будет продолжаться всю неделю. В субботу будет выступление, а после обычный режим.

На крик девушки дурмстранговцы синхронно повернули головы с отвисшей челюстью. Еще бы, я был вашего каждого из них на голову и шире в плечах.

– Все нормально, Герми. – Улыбнулся я девушке, вот только от моей улыбки Гренджер побледнела.

Мда, не удержал я предвкушающий оскал. Пора проверить свои силы с практически ровесником, а то всё монстры, да всякие Тёмные лорды с архимагами (это я про Дамби, если что).

Взойдя на помост, я картинно размял плечи. К сожалению, колдовать правой рукой мне противопоказано, поэтому я сделаю Виктора одной левой. Моя ухмылка заставила Крама заметно нервничать, не думаю, что он испугался, просто стал внимательнее.

– Арресто моментум! Баубиллиус! (молния) – Прокричал я без задержек.

Аресто должно было замедлить Виктора, но тот успел поставить Протего. Защита слетела от вспышки ярко-желтой молнии, получилось несколько мощнее чем нужно было, я порадовался что защита нивелировала атаку.

– Экспеллиармус! – Вырвал я палочку у Крама. Все, считай я победил.

В считанные мгновения Виктор сориентировался и смог неприятно меня удивить.

– Акцио посох! – Крикнул мой противник.

Из-за моей спины прилетел названный предмет, попутно чуть не оглушив меня своим навершием. Лишь в последний момент я успел уклониться. Видимо этот посох был сродни волшебной палочки, плюс сам был неплохим орудием. Вот только…

– В эту игру можно играть вдвоем. – Оскалился я с азартом. – Ивушка!

Я воздел руку, в которой тут же появился мой посох. Теплое дерево приятно грело мою ладонь. С Силой опустив конец Ивушки на пол, от меня разошлась волна магии. В месте удара начали расти гибкие лианы, что оплетали мое тело на подобии брони.

– Протего Тоталум! – Выставил щит Грам. Так как не знал, что ожидать от той волны, отправленной мной.

– Грубая кора. – Прошептал защитный наговор и кинулся в ближний бой.

Первые удары принял на себя щит дурмстранговца. Протего Тоталум на секунду стал видимым, но нисколько не пострадал. Тогда я напитал посох магией, а сам ускорился до предела. Удары сыпались один за другим, заставляя щит мерцать. По виску Виктора катились крупные капли пота. Он держал защиту, не порываясь контратаковать.

Крам рассчитывал на то, что я выдохнусь, вот только я так могу лупить его минимум полчаса. За это время любой маг упадет с истощением. Я же, напротив, не тратил магию. Чистая физическая сила и напитка посоха маной.

Виктор не был дураком, сообразил, что уставать я не собираюсь, а вот он скоро истощиться. Единственный выход, это использовать артефакт, вот только это запрещено правилами. Поэтому для него патовая ситуация.

Вдруг Крам на мгновение прикрыл глаза, а из его носа потекла струйка крови. Щит протего стал более упругим, из-за чего мои удары начали вязнуть в нем. Потом он стал видимым и в какой-то момент резко расширился, отбрасывая меня. Урона я не получил, но дистанцию между нами Виктор разорвал.

Мой противник опустился на одно колено. Он был бледен и заляпан кровью. Видимо не моё заклинание изменения щита выпило из него слишком много сил, но по его взгляду, тот задаваться не собирался.

– Бомбар…

– Хватит! – Остановил бой профессор.

Если бы Крам ударил бомбардой, то пострадали бы ближайшие ко мне ученики, а он сам отправился в беспамятство от истощения. Ни в том ни в другом ничего хорошего нет.

– Победил Гарри Поттер! Мисс Паунт, проводите мистера Крама к мадам Помфри. – Сказал профессор и обратился ко мне.

– Мистер Поттер, напоминаю, это магический поединок, а вы ведете себя как варвар. Откуда вообще у вас эта палка?! – Возмутился проф.

– Палка – это то, что вы держите в руках, профессор Люпин. А то, что у меня – это Истинный Посох Веда! – На последнем слове ударил о земле Ивушкой. Снова незримая волна магии прошла во все стороны и было там столько мощи, что не каждый волшебник может выдать. Судя по лицам, пробрало, прониклись.